Решение № 2-2840/2017 2-2840/2017~М-2294/2017 М-2294/2017 от 6 сентября 2017 г. по делу № 2-2840/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

07 сентября 2017 года г. Иркутск

Свердловский районный суд г. Иркутска в составе:

председательствующего судьи Латыпова P.P., при секретаре Янышевой С.Н.,

с участием лиц, участвующих в деле: представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2840/2017 по исковому заявлению ИФНС России по Свердловскому округу города Иркутска к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения,

УСТАНОВИЛ:

В Свердловский районный суд г. Иркутска обратилась ИФНС России по Свердловскому округу г. Иркутска с исковым заявлением к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения.

В основание доводов иска (с учетом изменения основания иска в порядке ст.39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) истец указал, что ФИО3 в соответствии со ст.207 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) является налогоплательщиком налога на доходы физических лиц, в связи с она представила в налоговый орган налоговые декларации по форме 3-НДФЛ: <Дата обезличена> за 2013 год (53 456 рублей), <Дата обезличена> за 2014 год (52 049 рублей) о предоставлении имущественного налогового вычета на приобретение квартиры по адресу: <адрес обезличен>, который на основании решений ИФНС России по Свердловскому округу г. Иркутска от <Дата обезличена><Номер обезличен>, от <Дата обезличена><Номер обезличен> возвращен ответчику на общую сумму 105 505 рублей.

Согласно ответу ИФНС России по Октябрьскому округу г. Иркутска ФИО3 ранее был предоставлен имущественный налоговый вычет в отношении квартиры по адресу: <адрес обезличен>, в связи с подачей ответчиком налоговой декларации за 2008 год, сумма документально подтвержденных расходов на приобретение квартиры составила 2 000 000 рублей.

Предоставление налогового имущественного вычета произведено путем уменьшения суммы налога, подлежащего уплате в бюджет от продажи квартиры в размере 299 000 рублей. В представленной декларации самостоятельно произведен взаимозачет сумм. В связи с чем размер налога, подлежащий уплате в бюджет, составляет 38 922 рубля, которые уплачены ответчиком <Дата обезличена>. Тем самым, по мнению истца, ФИО4 использовала право на предоставление налогового имущественного вычета.

Таким образом, ФИО3 неправомерно, в нарушение требований п. 11 ст.220 НК РФ повторно предоставлен имущественный налоговый вычет по приобретению квартиры по адресу: <адрес обезличен>.

В связи с чем истец ИФНС России по Свердловскому округу г. Иркутска просит суд взыскать с ответчика ФИО3 неосновательное обогащение в размере 105 505 рублей: за 2013 год - 53 456 рублей, за 2014 год – 52 049 рублей.

Представитель истца ИФНС России по Свердловскому округу г. Иркутска ФИО1, действующая на основании доверенности, в судебном заседании уточненные исковые требования поддержала в полном объеме, повторив доводы, указанные в исковом заявлении.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного разбирательства извещена надлежащим образом в соответствии со ст.113 ГПК РФ, просит о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Суд, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчика в соответствии с ч.5 ст.167 ГПК РФ.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2, действующая на основании доверенности, уточненные исковые требования не признала, пояснив суду, что ФИО3 в 2008 году налоговый имущественный вычет не получала, доказательств предоставления ей налогового вычета истцом не представлено, в связи с чем просит в удовлетворении исковых требований отказать.

Суд, выслушав представителей сторон, исследовав материалы дела, приходит к выводу, что исковые требования не подлежат удовлетворению на основании следующего.

В соответствии с п.п.1, 2, 3, 4 ст.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты. Граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. Гражданские права могут быть ограничены на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно пп.пп.1, 3, 7, 8, 9 п.1 ст.8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности, в том числе, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему; из судебного решения, установившего гражданские права и обязанности; вследствие неосновательного обогащения; вследствие иных действий граждан и юридических лиц; вследствие событий, с которыми закон или иной правовой акт связывает наступление гражданско-правовых последствий.

В силу п.п.1, 4, 5 ст.10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Если злоупотребление правом повлекло нарушение права другого лица, такое лицо вправе требовать возмещения причиненных этим убытков. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В соответствии со ст.307 ГК РФ в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

Обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

При установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

Согласно ст.309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В соответствии с п.1 ст.1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

В силу п.2 ст.1102 ГК РФ правила, предусмотренные настоящей главой (глава 60 ГК РФ), применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Анализ ст.1102 ГК РФ показывает, что обязанность приобретателя возвратить имущество возникает из неосновательного (без правовых оснований) обогащения за счет потерпевшего, т.е. при наличии совокупности следующих обстоятельств: 1) обогащение приобретателя; 2) указанное обогащение должно произойти за счет потерпевшего; 3) указанное обогащение должно произойти без оснований, установленных законом, иными правовыми актами или сделкой.

Согласно ст.1103 ГК РФ поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные настоящей главой, подлежат применению также к требованиям:

1) о возврате исполненного по недействительной сделке;

2) об истребовании имущества собственником из чужого незаконного владения;

3) одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством;

4) о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица.

На основании п.1 ст.1107 ГК РФ лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения.

Согласно п. 4 ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Таким образом, юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими доказыванию по делу о возврате неосновательного обогащения, являются не только факт приобретения имущества за счет другого лица при отсутствии к тому правовых оснований, но и факт того, что такое имущество было предоставлено приобретателю лицом, знавшим об отсутствии у него обязательства перед приобретателем либо имевшим намерение предоставить его в целях благотворительности.

В силу приведенной нормы закона бремя доказывания того обстоятельства, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательств либо предоставило имущество в целях благотворительности, лежит на приобретателе обогащения - ответчике.

В ходе судебного разбирательства установлено, что ФИО3 на праве собственности принадлежит квартира, расположенная по адресу: <адрес обезличен>, что подтверждается свидетельством о регистрации права от <Дата обезличена>.

Из письменных доказательств (налоговых деклараций по налогу на доходы физических лиц (форма 3-НДФЛ) установлено, что ФИО3 представила в ИФНС России по Свердловскому округу г. Иркутска налоговые декларации по форме 3-НДФЛ: <Дата обезличена> за 2013 год, а также заявление от <Дата обезличена>, указав о предоставлении имущественного налогового вычета в размере 53 456 рублей, <Дата обезличена> за 2014 год, заявление от <Дата обезличена>, указав о предоставлении имущественного налогового вычета в размере 52 049 рублей на приобретение квартиры по адресу: <адрес обезличен>, который на основании решений ИФНС России по Свердловскому округу г. Иркутска от <Дата обезличена><Номер обезличен>, от <Дата обезличена><Номер обезличен> был предоставлен ответчику на общую сумму 105 505 рублей.

Из ответа ПАО Сбербанк следует, что на лицевой счет ФИО3, были зачислены денежные средства в размере 105 505 рубля: <Дата обезличена> – 53 456 рублей, <Дата обезличена> – 52 049 рублей.

Согласно пп.пп. 3, 4 п.1 ст.220 НК РФ при определении размера налоговой базы в соответствии с пунктом 3 статьи 210 настоящего Кодекса налогоплательщик имеет право на получение следующих имущественных налоговых вычетов, предоставляемых с учетом особенностей и в порядке, которые предусмотрены настоящей статьей:

- имущественный налоговый вычет в размере фактически произведенных налогоплательщиком расходов на новое строительство либо приобретение на территории Российской Федерации жилых домов, квартир, комнат или доли (долей) в них, приобретение земельных участков или доли (долей) в них, предоставленных для индивидуального жилищного строительства, и земельных участков или доли (долей) в них, на которых расположены приобретаемые жилые дома или доля (доли) в них;

- имущественный налоговый вычет в сумме фактически произведенных налогоплательщиком расходов на погашение процентов по целевым займам (кредитам), фактически израсходованным на новое строительство либо приобретение на территории Российской Федерации жилого дома, квартиры, комнаты или доли (долей) в них, приобретение земельных участков или доли (долей) в них, предоставленных для индивидуального жилищного строительства, и земельных участков или доли (долей) в них, на которых расположены приобретаемые жилые дома или доля (доли) в них, а также на погашение процентов по кредитам, полученным от банков в целях рефинансирования (перекредитования) кредитов на новое строительство либо приобретение на территории Российской Федерации жилого дома, квартиры, комнаты или доли (долей) в них, приобретение земельных участков или доли (долей) в них, предоставленных для индивидуального жилищного строительства, и земельных участков или доли (долей) в них, на которых расположены приобретаемые жилые дома или доля (доли) в них.

В соответствии с п.11 ст.220 НК РФ повторное предоставление налоговых вычетов, предусмотренных подпунктами 3 и 4 пункта 1 настоящей статьи, не допускается.

Как следует из ответа ИФНС России по Октябрьскому округу г. Иркутска от <Дата обезличена><Номер обезличен>@ ФИО3 предоставлен имущественный налоговый вычет по декларации за 2008 год в размере 2 000 000 рублей на приобретение квартиры по адресу: <адрес обезличен>.

Суд, проверив довод истца о предоставлении имущественного налогового вычета ФИО3 в 2008 году путем зачета суммы налога, подлежащего уплате в бюджет от продажи квартиры по адресу: <адрес обезличен>, в размере 299 000 рублей, а также уплате налога на доходы физических лиц в связи с продажей иной квартиры в размере 38 922 рубля <Дата обезличена> полагает его не нашедшим своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.

В соответствии со ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Объяснения сторон и третьих лиц, показания свидетелей могут быть получены путем использования систем видеоконференц-связи в порядке, установленном статьей 155.1 настоящего Кодекса.

Доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу решения суда.

Частью 1 ст. 56 ГПК РФ установлено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Статьей 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В соответствии с ч. 1, 2 ст. 71 ГПК РФ письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела, акты, договоры, справки, деловая корреспонденция, иные документы и материалы, выполненные в форме цифровой, графической записи, в том числе полученные посредством факсимильной, электронной или другой связи, с использованием информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", документы, подписанные электронной подписью в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, либо выполненные иным позволяющим установить достоверность документа способом. К письменным доказательствам относятся приговоры и решения суда, иные судебные постановления, протоколы совершения процессуальных действий, протоколы судебных заседаний, приложения к протоколам совершения процессуальных действий (схемы, карты, планы, чертежи).

Письменные доказательства представляются в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии.

Подлинные документы представляются тогда, когда обстоятельства дела согласно законам или иным нормативным правовым актам подлежат подтверждению только такими документами, когда дело невозможно разрешить без подлинных документов или когда представлены копии документа, различные по своему содержанию. Если копии документов представлены в суд в электронном виде, суд может потребовать представления подлинников этих документов.

В судебное заседании истцом в обоснование своих доводов представлена налоговая декларация по форме 3-НДФЛ от имени ФИО3 о расчете налога на имущество физических лиц и налогового вычета за 2008 год, анализ которой показывает, что она не содержит подписи налогоплательщика, а также отметок о ее принятии налоговым органом, является, как следует из объяснений представителя истца, копии декларации, размещенной в электронной базе налогового органа.

Из ответа ИФНС России по Октябрьскому округу г. Иркутска от <Дата обезличена><Номер обезличен> следует, что ФИО3 произведен взаимозачет налога, подлежащего уплате в результате реализации недвижимого имущества, с имущественным налоговым вычетом по приобретению квартиры по адресу: <адрес обезличен>. Решение по камеральной налоговой проверке налоговым органом не сформировано.

Представленная ИФНС России по Октябрьскому округу г. Иркутска <Дата обезличена> копия налоговой декларации по налогу на доходы физических лиц за 2008 год не соответствует требованиям, установленным ст.71 ГПК РФ, в отношении письменного доказательства, поскольку является информацией, содержащейся в базе данных налогового органа о подаче ФИО3 декларации за 2008 год по форме 3-НДФЛ, при этом данные, отраженные в представленной информации не соответствуют требованиям ст. 71 ГПК РФ, поскольку не содержат сведения о лице, ее представляющим, не подписаны ФИО3, в связи с чем установить достоверность данных сведений не представляется возможным.

Как усматривается из ответа УФНС России по Иркутской области от <Дата обезличена><Номер обезличен> предоставить копию налоговой декларации ФИО3 по налогу на доходы физических лиц за 2008 год, поданную в ИФНС России по Октябрьскому округу г. Иркутска, не представляется возможным в связи с ее утратой. Решение о подтверждении налоговым органом права налогоплательщика на имущественный налоговый вычет, сформированные по результатам камеральных налоговых проверок налоговых деклараций за 2008 год уничтожены в связи с истечением срока хранения.

Как установлено в ходе судебного разбирательства ответчик оспаривает факт подачи ею данной налоговой декларации в 2008 году, в то время как в нарушение ч.2 ст.71 ГПК ПРФ подлинник налоговой декларации не был представлен истцом в ходе судебного разбирательства, в связи с чем суд в соответствии с ч.ч.6, 7 ст.67 ГПК РФ не может считать доказанными обстоятельства обращения налогоплательщика в налоговый орган с налоговой декларацией, с заявлением о предоставлении имущественного налогового вычета.

Также суд учитывает, что истцом в ходе судебного разбирательства не представлено доказательств уплаты ФИО3 <Дата обезличена> налога на доходы физических лиц в связи с продажей иной квартиры в размере 38 922 рубля.

Как указал Конституционный Суд РФ в Постановлении от 24.03.2017 № 9-П факт предоставления налогового вычета без законных на то оснований должен быть достоверно выявлен в надлежащей юридической процедуре, требующей изучения тех же документов, исследования тех же фактических обстоятельств, которые были положены в основу принятия первоначального решения налогового органа, а при необходимости - получения и анализа дополнительных сведений. Следовательно, изъятие в бюджет соответствующих сумм налога, в отношении которых ранее принято решение об их возврате налогоплательщику или об уменьшении на их размер текущих налоговых платежей, означает необходимость преодоления (отмены) решения налогового органа, предоставившего такой вычет.

Однако камеральная налоговая проверка как форма текущего документального контроля, направленного на своевременное выявление ошибок в налоговой отчетности и оперативное реагирование налоговых органов на обнаруженные нарушения, не предполагает, как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, возможность повторной проверки уже подвергавшихся камеральному контролю налоговых деклараций (Определение от 23 апреля 2015 года N 736-О). Что касается выездной налоговой проверки, то, хотя ее применение для оценки законности ранее принятых по итогам камеральной проверки решений, в частности о предоставлении имущественного налогового вычета, формально допустимо и применяется на практике, нельзя не учитывать, что по своему предназначению эта форма налогового контроля связана с необходимостью проверки правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания и перечисления) одного или нескольких налогов по месту нахождения налогоплательщика на основе изучения как документальных источников информации, так и фактического состояния объектов налогообложения (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 16 июля 2004 года N 14-П).

Вместе с тем Налоговый кодекс Российской Федерации не определяет конкретный порядок, сроки и правовые последствия отмены или изменения вышестоящим налоговым органом решения нижестоящего налогового органа в части необоснованного предоставления налогового вычета. Следует также учитывать, что даже формальная квалификация неправомерно (ошибочно) возмещенной налогоплательщику суммы налога в качестве недоимки с применением установленных Налоговым кодексом Российской Федерации досудебного урегулирования спора и принудительного взыскания недоимки (статьи 31, 48, 69, 70 и 101) не во всех случаях позволяет обеспечить восстановление имущественных (фискальных) интересов государства.

Не оценивая по существу нормы гражданского законодательства, касающиеся неосновательного обогащения, в связи с реализацией фискальных задач государства, Конституционный Суд Российской Федерации тем не менее неоднократно указывал на то, что получение налогоплательщиком налогового вычета при отсутствии для этого законных оснований означало бы, по существу, неосновательное обогащение за счет бюджетных средств, приводило бы к нарушению публичных интересов в сфере налогообложения и к нарушению конституционных прав и свобод других налогоплательщиков (Постановление от 19 января 2017 года N 1-П; определения от 2 октября 2003 года N 317-О, от 5 февраля 2004 года N 43-О и от 8 апреля 2004 года N 168-О). Того же подхода придерживается Европейский Суд по правам человека, который полагает, что в качестве общего принципа органы власти не должны быть лишены права исправления ошибок, даже вызванных их собственной небрежностью; в противном случае нарушался бы принцип недопустимости неосновательного обогащения (постановление от 15 сентября 2009 года по делу "Москаль (Moskal) против Польши").

Таким образом, в ходе судебного разбирательства при проверке доводов истца о получении ФИО3 дважды имущественного налогового вычета установлено, что доказательства, представляемые истцом в обоснование исковых требований, не отвечают требованиям, предъявляемым ст. 55, 60, 71 ГПК РФ, в связи с чем в соответствии с ч.ч.6, 7ст.67 ГПК РФ не могут быть приняты во внимание судом, из представленных доказательств невозможно установить факт того, что ответчик получила имущественный налоговый вычет в 2008 году, в связи с чем суд полагает данный довод истца на нашедшими своего подтверждения в ходе рассмотрения настоящего спора.

Как указано в Постановлении Конституционного Суда РФ от 24.03.2017 № 9-П в случае, если предоставление имущественного налогового вычета было обусловлено ошибкой самого налогового органа, такое требование может быть им заявлено, поскольку законом не установлено иное, в течение трех лет с момента принятия ошибочного решения о предоставлении имущественного налогового вычета (в случае, если предоставление суммы вычета производилось в течение нескольких налоговых периодов, - с момента принятия первого решения о предоставлении вычета). Если же предоставление имущественного налогового вычета было обусловлено противоправными действиями налогоплательщика (представление подложных документов и т.п.), то налоговый орган вправе обратиться в суд с соответствующим требованием в течение трех лет с момента, когда он узнал или должен был узнать об отсутствии оснований для предоставления налогоплательщику имущественного налогового вычета.

Кроме того, поскольку предметом судебного разбирательства в рамках конкретного дела является в том числе законность и обоснованность действий налогового органа, проверка соблюдения им указанного срока должна быть осуществлена судом самостоятельно, т.е. правило пункта 2 статьи 199 ГК Российской Федерации, согласно которому исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения, применению не подлежит. Иные, помимо взыскания собственно суммы денежных средств, полученных в результате неправомерно предоставленного имущественного налогового вычета, правовые последствия могут наступать для налогоплательщика лишь при подтверждении того, что неосновательное обогащение явилось следствием противоправных действий самого налогоплательщика, и только в рамках мер государственного принуждения, предусмотренных законодательством о налогах и сборах.

В соответствии со ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Часть 1 ст. 196 ГК РФ устанавливает, что общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 87 НК РФ налоговые органы проводят следующие виды налоговых проверок налогоплательщиков, плательщиков сборов, плательщиков страховых взносов и налоговых агентов: камеральные налоговые проверки; выездные налоговые проверки.

Целью камеральной и выездной налоговых проверок является контроль за соблюдением налогоплательщиком, плательщиком сборов, плательщиком страховых взносов или налоговым агентом законодательства о налогах и сборах.

В соответствии с п. 1, 2 ст. 88 НК РФ камеральная налоговая проверка проводится по месту нахождения налогового органа на основе налоговых деклараций (расчетов) и документов, представленных налогоплательщиком, а также других документов о деятельности налогоплательщика, имеющихся у налогового органа. Специальная декларация, представленная в соответствии с Федеральным законом "О добровольном декларировании физическими лицами активов и счетов (вкладов) в банках и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", и (или) прилагаемые к ней документы и (или) сведения, а также сведения, содержащиеся в указанной специальной декларации и (или) документах, не могут являться основой для проведения камеральной налоговой проверки.

Камеральная налоговая проверка проводится уполномоченными должностными лицами налогового органа в соответствии с их служебными обязанностями без какого-либо специального решения руководителя налогового органа в течение трех месяцев со дня представления налогоплательщиком налоговой декларации (расчета) (в течение шести месяцев со дня представления иностранной организацией, состоящей на учете в налоговом органе в соответствии с пунктом 4.6 статьи 83 настоящего Кодекса, налоговой декларации по налогу на добавленную стоимость).

В судебном заседании установлено, что ФИО3 обратилась в ИФНС России по Свердловскому округу г. Иркутска <Дата обезличена> и <Дата обезличена>, предоставив налоговые декларации за 2013, 2014 года соответственно по форме 3-НДФЛ.

Решения налогового органа о предоставлении налогового имущественного вычета приняты <Дата обезличена> и <Дата обезличена> в соответствии с требованиями ст. 87, 88 НК РФ, соответственно, с учетом Постановления Конституционного Суда РФ от 24.03.2017 №9-П, срок исковой давности начинает течь с момента принятия первого решения о предоставлении имущественного налогового вычета, в связи с чем срок необходимо исчислять с <Дата обезличена>, соответственно, срок исковой давности истекает <Дата обезличена>.

Как следует из материалов дела ИФНС России по Свердловскому округу г. Иркутска обратилась в суд с настоящим исковым заявлением <Дата обезличена>, что подтверждается штампом личного приема, то есть в пределах трехлетнего срока, установленного законодательством для обращения в суд с иском о взыскании неосновательного обогащения, однако суду не представлено доказательств, достоверно подтверждающих использование ранее ФИО3 права на получение налогового имущественного вычета.

В связи с чем, учитывая требования ст.ст.1, 8, 10, 195, 196, 307, 309, 1102, 1103, 1107, 1109 ГК РФ, ст.ст. 87, 88, 220 НК РФ, ст. 55, 56, 60, 71 ГПК РФ, положения Постановления Конституционного Суда РФ от <Дата обезличена><Номер обезличен>-П, установив фактические обстоятельства дела, оценивая представленные доказательства, каждое в отдельности и в их совокупности, суд приходит к выводу, что истцом ИФНС России по Свердловскому округу г. Иркутска не представлены доказательства получения ФИО3 налогового имущественного вычета в 2008 году в отношении квартиры, расположенной по адресу: <адрес обезличен>, доводы истца о получении неосновательного обогащения в виде налогового имущественного вычета за 2013, 2014 годы в отношении квартиры, расположенной по адресу: <адрес обезличен>, в размере 105 505 рублей не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства, в связи с чем исковые требования не подлежат удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ИФНС России по Свердловскому округу г. Иркутска к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Иркутский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Свердловский районный суд <адрес обезличен>, которое будет изготовлено <Дата обезличена>.

Председательствующий: Латыпов Р.Р.