Апелляционное постановление № 22-1580/2017 от 19 июля 2017 г. по делу № 22-1580/2017

Докладчик Селиванов В.В. Апелляц. дело № 22-1580

Судья Одрова Т.А.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

20 июля 2017 года г.Чебоксары

Верховный Суд Чувашской Республики в составе:

председательствующего Селиванова В.В.,

при секретаре Павловой Л.А.,

с участием прокурора Михайлова В.А.,

осужденного ФИО1,

адвоката Ускова А.А.

рассмотрел в открытом судебном заседании с применением системы видеоконференц-связи уголовное дело, поступившее по апелляционным жалобам осужденного ФИО1 и адвоката Борисовой Л.Г., апелляционному представлению государственного обвинителя Остроградского Д.А. на приговор Шумерлинского районного суда Чувашской Республики от 18 мая 2017 года, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, <данные изъяты> судимый 21.12.2007 года Шумерлинским районным судом ЧР по ч.1 ст.115, ч.1 ст.111 УК РФ к 3 годам 7 месяцам лишения свободы с отбыванием в ИК общего режима, освобожден 04.03.2011 года по отбытию наказания,

осужден:

- по ч.1 ст.167 УК РФ - к 10 месяцам лишения свободы;

- по ч.2 ст.309 УК РФ - к 1 году 3 месяцам лишения свободы;

- по ч.1 ст.115 УК РФ - к 350 часам обязательных работ.

На основании ч.2 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем поглощения менее строгого наказания более строгим окончательное наказание ФИО1 определено в виде 1 года 6 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения с домашнего ареста изменена на содержание под стражей, ФИО1 взят под стражу в зале суда. В срок отбывания наказания зачтено время нахождения под домашним арестом с 16 января 2017 года по 16 мая 2017 года.

Постановлено взыскать с ФИО1 в пользу потерпевшей Я. 118 200 рублей в счет возмещения имущественного вреда, 4000 - расходы на оплату услуг эксперта, 5000 рублей - оплаты услуг представителя.

Приговором решена судьба вещественного доказательства.

Заслушав доклад судьи Селиванова В.В., объяснения прокурора Михайлова В.А., поддержавшего доводы апелляционного представления; объяснения осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Ускова А.А., поддержавших доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции

установил:

ФИО1 признан виновным:

- в умышленном повреждении имущества Я., повлекшем причинение значительного ущерба;

- в принуждении свидетеля к даче ложных показаний, соединенном с угрозой убийством и причинением вреда здоровью;

- в умышленном причинении легкого вреда здоровью Е., вызвавшем кратковременное расстройство здоровья.

Преступления совершены 6 ноября 2016 года, 29 декабря 2016 года, 7 января 2017 года в <адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 признал себя виновным частично по предъявленному обвинению по ч.1 ст.167 УК РФ, полностью признал вину по предъявленному обвинению по ч.1 ст.115 УК РФ, в остальном виновным себя не признал.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 ставит вопрос об отмене приговора, назначении ему наказания с применением ст.73 УК РФ и уменьшении взысканной с него в пользу потерпевшей Я. суммы ущерба с учетом утраты товарной стоимости автомобиля. В обоснование жалобы указывает, что по имеющимся в материалах уголовного дела показаниям свидетеля Я. он прокатил его (ФИО1) на капоте автомобиля около одного метра вперед. Свидетель Я. утверждает, что он (ФИО1) запрыгнул на капот ногами. Однако в материалах дела имеется первичный осмотр автомобиля, в котором указано, что на его капоте имеются следы скольжения, и ничего не сказано о следах подошв обуви. На приобщенном к материалам дела CD-R диске имеется запись, где Д. рассказывает своей подруге о том, что они резко сдали назад, и он упал с капота. Запись была прослушана в суде, но в приговоре оценка ей не дана. В связи с этим утверждает, что он не запрыгивал ногами на капот автомобиля, а оказался на нем в результате движения машины вперед, а царапина на капоте возникла в результате действий водителя, который резко сдал назад. Поэтому считает, что из суммы ущерба следовало вычесть стоимость ремонта капота. Кроме того, отмечает, что была проведена компетентная независимая экспертиза, из которой следует, что стоимость восстановительного ремонта по делу завышена и она определена без учета утраты товарной стоимости автомобиля. Суд отклонил результаты данной экспертизы, ссылаясь на то, что экспертиза проведена без осмотра автомобиля. Однако при этом судом было отказано в удовлетворении ходатайства стороны защиты о предоставлении автомобиля для его осмотра. Считает, что при назначении ему наказания суд не учел многочисленные грамоты, а также его заслуги в развитии спорта; не принял во внимание отсутствие нарушений условий домашнего ареста.

В апелляционной жалобе адвокат Борисова Л.Г. просит приговор в отношении ФИО1 изменить, применить к нему ст. 73 УК РФ и смягчить назначенное ему наказание ввиду чрезмерной суровости. Считает, что приговор не соответствует предъявляемым требованиям уголовного и уголовно-процессуального законодательства. Полагает, что вывод суда о доказанности вины подсудимого ФИО1 в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.167, ч.2 ст.309, ч.1 ст.115 УК РФ, является несостоятельным, так как не основан на совокупности бесспорных, достоверных доказательств, достаточных для вынесения обвинительного приговора. В части повреждения капота автомашины ФИО1 свою вину не признал, указав, что он лег на капот не с целью повреждения, а в целях предотвращения противоправных действий со стороны Я., который, как показалось ФИО1, намеревался, без воли Д. увезти ее в неизвестном направлении. В момент, когда ФИО1 лег на капот, свидетель Я. завел двигатель автомашины и проехал расстояние около одного метра, в этот момент ФИО1 скатился с капота автомашины. Утверждает, что ФИО1 умышленные действия, направленные на повреждение лакокрасочных покрытий автомашины, не совершались. Само повреждение - царапина на капоте свидетельствует о том, что оно образовалось вследствие противоправных действий со стороны водителя Я. Свидетели обвинения Я. (л.д. 67-68), Д. (л.д.77-78, 105-106) в своих показания не свидетельствуют о том, что видели, как ФИО1 умышленно каким-либо предметом произвел царапину на капоте. Исходя из показаний данных свидетелей, которые утверждали, что ФИО1 ногами запрыгнул на капот автомашины, считает, что не могло образоваться указанное незначительное повреждение, как минимум была бы вмятина. Также выражает несогласие с выводом суда о том, что ФИО1 в момент инкриминируемого ему деяния находился в состоянии алкогольного опьянения, так как никто из свидетелей обвинения не видел, чтобы он в ночь с 5 на 6 ноября 2016 года находился в нетрезвом виде или же распивал спиртные напитки. Утверждения свидетеля Д. о том, что ФИО1 находился в состоянии алкогольного опьянения, беспочвенны, материалами уголовного дела не подтверждаются. По доставлению для разбирательства в МО МВД России «Шумерлинский» ФИО1 не был освидетельствован. Более того, с ФИО1 сотрудниками полиции было отобрано объяснение, что само по себе невозможно, если человек находится в состоянии опьянения. Отмечает, что в ходе судебного заседания ею заявлено ходатайство о предоставлении вещественного доказательства - автомашины марки «<данные изъяты>» с регистрационным знаком В <данные изъяты> на обозрение, так как она была возвращена потерпевшей под сохранную расписку, но в удовлетворении данного ходатайства было отказано. При проведении осмотра места происшествия 6 ноября 2016 года и 7 ноября 2016 года, а также при проведении экспертизы (заключение экспертизы № М-078/2016 от 2 декабря 2016 года) ФИО1 и его защитник не присутствовали. Учитывая то обстоятельство, что никакие доказательства не имеют заранее установленной силы, суд обязан создать необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления представленных им прав. Кроме того, из приговора суда следует, что вина ФИО2 в совершении покушения на подкуп свидетеля в целях дачи им ложных показаний и принуждения к даче ложных показаний, соединенного с угрозой убийством и причинением вреда здоровью, доказывается совокупностью доказательств, собранных органами предварительного следствия. Между тем судом установлено, что ФИО2 предлагал денежные средства свидетелю Д. лишь для того, чтобы последняя при допросе дала правдивые показания. О подкупе Д. в целях дачи ложных показаний никто не говорил. Более того, Д. денежные средства в руке ФИО1 не видела, да и последний их не демонстрировал. Кроме того, 29 декабря 2016 года ФИО1 пришел на работу к свидетелю Д., когда последняя на рабочем месте находилась одна. Слова угрозы убийством в адрес последней, в той последовательности, в которой указывает свидетель, не были. ФИО1 лишь упомянул о том, что если из-за лживых показаний его в последующем посадят в тюрьму, и больная мать его не дождется, то по освобождении он ее убьет. Слова угрозы убийством, высказанные в адрес Д., ФИО1 какими-либо действиями не сопровождал, побоев ей не наносил. На тот момент ФИО1 и Д. находились в помещении одни, и ФИО1 ничто не воспрепятствовало осуществить свою угрозу. Написанное ею заявление в органы полиции считает обусловленным бурным воображением со стороны Д.. Объективных и субъективных доказательств тому, что ФИО1 с целью подкупа свидетеля Д. предложил денежные средства и высказывал в адрес последней слова угрозы убийства, не имеются. Считает, что судом неверно установлены фактические обстоятельства, что повлекло неверную юридическую квалификацию действий осужденного ФИО1 Доводы суда о доказанности виновности ФИО1 в инкриминируемых преступлениях по ч.3 ст.30, ч.1 ст.309, ч.2 ст.309 УК считает основанными на предположениях свидетеля Д., и потому они не могут лечь в основу обвинительного приговора. Поэтому считает, что ФИО1 в данной части подлежит оправданию. Отмечает, что в резолютивной части обжалуемого приговора не имеется вывода суда о действиях подсудимого по ч.3 ст.30, ч.1 ст.309 УК РФ. По эпизоду причинения легкого вреда здоровью Е. ФИО1 вину свою признал в полном объеме, в содеянном раскаялся, в связи с чем в ходе судебного процесса неоднократно просил прощения у потерпевшей. Указывает, что обстоятельства, предусмотренные ст.60 УК РФ, в приговоре названы формально, однако при назначении наказания они не учтены. Так, на основании ч.2 ст.61 УК РФ суд не учел в качестве смягчающего обстоятельства полное признание ФИО1 вины и раскаяние в содеянном по преступлению, предусмотренному ч.1 ст.115 УК РФ, также суд не учел частичное признание вины осужденным по ч.1 ст.167 УК РФ. Не учтены судом положительные характеристики осужденного по месту жительства, благодарности, приобщенные к материалам дела, которые свидетельствуют о его активном участии в общественной жизни. Данные о личности оценены судом первой инстанции с отрицательной стороны, исходя лишь из одной характеристики, полученной от участкового уполномоченного полиции, в которой не имеется мотивации об отрицательном поведении ФИО1 В приговоре не указано, почему цели исправления и перевоспитания ФИО1 невозможно достичь, назначив ему более мягкое наказание, чем лишение свободы. Считает, что исправление и перевоспитание ФИО1 с учетом его отношения к содеянному, его длительного нахождения под домашним арестом возможно достичь без реальной изоляции его от общества и к нему возможно применить положение ст.73 РФ.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Остроградский Д.А. ставит вопрос об отмене приговора. Указывает, что органами предварительного расследования ФИО1 обвинялся в том, что он совершил покушение на подкуп свидетеля Д., а также в том, что принуждал ее к даче ложных показаний. Ответственность за указанные действия предусмотрена отдельно по ч.1 и ч.2 ст.309 УК РФ. Считает, что суд необоснованно пришел к выводу о том, что действия ФИО1 в отношении Д. следует квалифицировать исключительно по ч.2 ст.309 УК РФ, а ч.3 ст.30, ч.1 ст.309 УК РФ предъявлена излишне. Отмечает, что в нарушение требований ч.5 ст.304 УПК РФ во вводной части приговора суда в отношении ФИО1 не указано, что подсудимый обвиняется, в том числе и в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.1 ст.309 УК РФ. Кроме того, определяя окончательное наказание ФИО1 на основании ч.2 ст.69 УК РФ, суд указал, что назначает ему наказание путем поглощения менее строго наказания более строгим, тогда как фактически назначил подсудимому наказание путем частичного сложения назначенных наказаний. В связи с этим просит приговор суда в отношении ФИО1 отменить и вынести по делу новый приговор, которым признать ФИО1 виновным в совершении преступлений, предусмотренных по ч.1 ст.167, ч.3 ст.30, ч.1 ст.309, ч.2 ст.309 и ч.1 ст.115 УК РФ, и назначить ему наказание: по ч.1 ст.167 УК РФ - в виде 1 года лишения свободы, по ч.3 ст.30, ч.1 ст.309 УК РФ - в виде 350 часов обязательных работ, по ч.2 ст.309 УК РФ - в виде 1 года 6 месяцев лишения свободы, по ч.1 ст.115 УК РФ - в виде 350 часов обязательных работ; на основании ч.2 ст.69 УК РФ окончательное наказание ФИО1 назначить по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний в виде 2-х лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Обсудив доводы апелляционных жалоб и апелляционного представления, проверив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Вывод суда первой инстанции о виновности ФИО1 в совершении преступлений основан на имеющихся в материалах дела доказательствах, непосредственно исследованных в судебном заседании.

Так, из показаний свидетеля Я. видно, что 6 ноября 2016 года около 3 часов возле <адрес> в ходе конфликта незнакомый ему парень, как он потом узнал, - ФИО1 несколько раз пнул ногой по левому крылу управляемой им автомашины «<данные изъяты>» с регистрационным знаком <данные изъяты>, а потом запрыгнул на капот автомашины. В результате этого автомашине были причинены повреждения капота и левого переднего крыла.

Потерпевшая Д. подтвердила показания свидетеля Я. и дополнила, что за повреждение указанной автомашины в отношении ФИО1 было возбуждено уголовное дело и ее допросили в качестве свидетеля. 29 декабря 2016 года к ней на работу пришел ФИО1, который стал требовать, чтобы она изменила свои ранее данные показания. ФИО1 предложил ей 25000 рублей за то, чтобы она сказала, что она ничего не видела. Она ответила, что не изменит свои показания. Потом ФИО1 стал угрожать ей, что зарежет ее, если она не согласится поменять на допросе свои показания. Она очень испугалась и восприняла угрозы ФИО1 реально. Затем ФИО1 стал оскорблять ее нецензурными словами и сказал, что если его мать не дождется его из тюрьмы и умрет, то он выйдет из тюрьмы и убьет ее. Когда она потом вышла из работы, ФИО1 подошел к ней и стал оскорблять ее и толкнул ее своим плечом.

Из показаний потерпевшей Е. видно, что 7 января 2017 года около 7 часов дома у ФИО1 в ходе ссоры последний нанес ей три удара кулаком в область лица и головы. От полученных ударов она упала и сильно ударилась левым плечом о пол. От действий ФИО1 ей была причинена физическая боль и из носа у нее потекла кровь. В результате действий ФИО1 у нее был сломан нос.

Согласно экспертному заключению № М-078/2016 от 2 декабря 2016 года стоимость восстановительного ремонта автомобиля марки «<данные изъяты>» с регистрационным знаком <данные изъяты> с учетом утраты товарной стоимости составляет 118200 рублей.

Из заключения эксперта № 010 от 12 января 2017 года следует, что у Е. обнаружены телесные повреждения: кровоподтеки и ссадины лица, кровоподтеки левого плеча, не причинившие вреда здоровью, а также перелом костей носа, относящийся к категории телесных повреждений, причинивших легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья.

Вина ФИО1 в содеянном подтверждается и другими доказательствами, исследованными судом и приведенными в приговоре.

Вопреки утверждениям в апелляционных жалобах, суд обоснованно признал, что ФИО1 умышленно нанес два удара ногой по переднему крылу автомобиля и запрыгнул своими ногами на капот данного автомобиля, отчего автомобилю были причинены повреждения. Данное обстоятельство нашло свое полное подтверждение в показаниях свидетеля Я. и потерпевшей Д. и в других доказательствах, исследованных судом. Оснований не доверять этим доказательствам не имеется, так как они логичны, последовательны и согласуются с другими доказательствами, имеющимися в материалах дела.

Суд пришел к правильному выводу о том, что 6 ноября 2016 года ФИО3 при совершении преступления находился в состоянии алкогольного опьянения, что полностью подтверждается как показаниями свидетеля Я., так и показаниями потерпевшей Д.

Из материалов дела видно, что экспертное заключение № 4 от 27 марта 2017 года о стоимости восстановительного ремонта автомобиля было составлено без осмотра транспортного средства. В связи с этим суд обоснованно не признал данное экспертное заключение допустимым доказательством, отвечающим требованиям уголовно-процессуального закона.

Согласно материалам дела при составлении экспертного заключения № М-078/2016 от 2 декабря 2016 года для определения восстановительного ремонта автомобиля марки «<данные изъяты>» экспертом указанный автомобиль был осмотрен, само исследование было проведено с использованием соответствующих методик экспертом, включенным в государственный реестр экспертов-техников. Поэтому суд правильно положил данное заключение в основу приговора.

Вопреки утверждению защитника, суд обоснованно признал ФИО1 виновным и в принуждении свидетеля к даче ложных показаний, соединенном с угрозой убийством и причинением вреда здоровью.

Выводы суда в этой части полностью подтверждаются показаниями потерпевшей Д., которые находятся в логической взаимосвязи со всеми другими доказательствами. При этом потерпевшая Д. подтвердила, что ФИО1, требуя у нее изменить свидетельские показания, угрожал ей убийством и физической расправой, то есть причинением ей вреда здоровью. У суда не имелось оснований не доверять показаниям свидетеля Д., так как они подтверждены и показаниями других свидетелей, приведенных в приговоре.

При этом суд, вопреки утверждению государственного обвинителя, правильно исключил из обвинения ч.3 ст.30, ч.1 ст.309 УК РФ как излишне предъявленную, поскольку из материалов дела видно, что совершение ФИО1 покушения на подкуп свидетеля в целях дачи им ложных показаний переросло в более тяжкое преступление – в принуждение свидетеля к даче ложных показаний, соединенное с угрозой убийством и причинением вреда здоровью, в связи с чем все действия осужденного охватываются ч.2 ст.309 УК РФ и не требуют дополнительной квалификации по ч.3 ст.30, ч.1 ст.309 УК РФ.

Из материалов дела видно, что доказательства, приведенные судом в приговоре, полно и объективно исследованы в судебном заседании, их анализ, а равно их оценка подробно изложены в приговоре. Все доказательства, положенные в основу обвинительного приговора, в соответствии с требованиями ст.87 и 88 УПК РФ проверены судом с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, сопоставлены между собой и признаны судом допустимыми и достоверными доказательствами.

Каких-либо данных, ставящих под сомнение установленных судом фактических обстоятельств совершенных преступлений и виновности осужденного в их совершении, в ходе судебного разбирательства установлено не было. В судебном заседании с достаточной полнотой были установлены все обстоятельства совершения преступлений. На основании исследованных доказательств суд пришел к правильному выводу о доказанности вины ФИО1 в совершенных преступлениях.

Справедливо придя к выводу о доказанности вины осужденного, суд дал правильную юридическую оценку его действиям по ч.1 ст.167, ч.2 ст.309, ч.1 ст.115 УК РФ.

При назначении наказания ФИО1 суд принял тяжесть совершенных им преступлений, смягчающие и отягчающие обстоятельства, влияние назначенного наказания на исправление и перевоспитание осужденного, а также данные о его личности. Судебная коллегия считает, что суд с учетом личности осужденного, который ранее судим за совершение умышленных преступлений и в его действиях имеется рецидив преступлений, обоснованно назначил ему наказание в виде реального лишения свободы.

С учетом характера и степени общественной опасности совершенных осужденным преступлений оснований для назначения ему наказания с применением ст.73 УК РФ не имелось, не находит таких оснований и суд апелляционной инстанции.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, органами предварительного следствия и судом не допущено.

Вместе с тем приговор в отношении ФИО1 подлежит изменению по следующим основаниям.

Согласно предъявленному обвинению и обвинительному заключению ФИО1 обвинялся органами предварительного следствия в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.167, ч.3 ст.30, ч.1 ст.309, ч.2 ст.309 и ч.1 ст.115 УК РФ. Однако во вводной части приговора суд указал, что ФИО1 обвиняется лишь в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.167, ч.2 ст.309 и ч.1 ст.115 УК РФ. В связи с этим вводная часть приговора в этой части подлежит уточнению.

Как видно из материалов уголовного дела, суду первой инстанции стороной защиты были представлены благодарности и дипломы главы <данные изъяты> сельского поселения о том, что ФИО1 проводит активную общественную работу по развитию физкультурно-спортивного движения в <данные изъяты> сельском поселении и занимал призовые места в спортивных соревнованиях, также он награжден дипломом Республиканского конкурса изобразительного искусства и декоративно-прикладного творчества.

Суду первой инстанции стороной защиты также были представлены медицинские документы в отношении К. – матери ФИО1 о том, что она имеет тяжелое заболевание.

Однако суд первой инстанции каким-либо образом не отреагировал на указанные обстоятельства и при назначении наказания ФИО1 их не учёл.

Суд апелляционной инстанции считает необходимым указанные обстоятельства учесть в качестве смягчающих обстоятельств на основании ч.2 ст.61 УК РФ. Также суд апелляционной инстанции приходит к необходимости признания в качестве смягчающих наказание обстоятельств раскаяние ФИО1 в содеянном и признание своей вины по ч.1 ст.115 УК РФ и частичное признание им вины по ч.1 ст.167 УК РФ.

В связи с признанием указанных обстоятельств в качестве смягчающих назначенное осужденному наказание подлежит смягчению.

Назначая осужденному окончательное наказание по правилам ч.2 ст.69 УК РФ, суд применил принцип поглощения менее строгого наказания более строгим, но назначил осужденному наказание путем частичного сложения наказаний.

В связи с этим суд апелляционной инстанции полагает необходимым назначить осужденному окончательное наказание, применив принцип поглощения менее строгого наказания более строгим.

При этом суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционного представления о необходимости назначения осужденному окончательного наказания путем частичного сложения назначенных наказаний, поскольку согласно приговору при назначении осужденному окончательного наказания суд применил принцип поглощения менее строгого наказания более строгим, а назначение ему окончательного наказания путем частичного сложения наказаний ухудшило бы положение осужденного.

В нарушение ст.308 УПК РФ суд не указал, с какого времени следует исчислять осужденному срок назначенного наказания. В связи этим суд апелляционной инстанции считает необходимым об этом указать в резолютивной части приговора.

Также в нарушение закона суд зачел в срок отбытия осужденному наказания время нахождения под домашним арестом с 16 января 2017 года по 16 мая 2017 года, в то время как следовало зачесть этот срок по 17 мая 2017 года. В этой части приговор также подлежит уточнению.

В резолютивной части приговора при разрешении гражданского иска суд постановил взыскать с ФИО1 причиненный потерпевшей Я. ущерб, не указав при этом инициалы осужденного. При этом суд взыскал с осужденного в пользу потерпевшей Я. «4000 расходы на оплату услуг эксперта», не указав рублей или копеек, в то время как согласно гражданскому иску потерпевшей Я. она просила взыскать с осужденного 4000 рублей в счет возмещения расходов на оплату услуг эксперта.

В указанной части приговор в отношении ФИО1 подлежит уточнению.

В соответствии с п.11 ч.1 ст.299 УПК РФ при постановлении приговора суд в совещательной комнате разрешает, как поступить с имуществом, на которое наложен арест для обеспечения исполнения наказания в виде штрафа, для обеспечения гражданского иска или возможной конфискации имущества.

Из материалов настоящего дела видно, что в ходе предварительного следствия постановлением Шумерлинского районного суда от 26 января 2017 года было решено наложить арест на автомобиль марки <данные изъяты> с государственным регистрационным знаком Т <данные изъяты>, номер №, 1992 года выпуска, принадлежащий ФИО1 (т.1, л.д.176-177).

Согласно протоколу наложения ареста на имущество 27 января 2017 года на указанный автомобиль был наложен арест (т.1, л.д.179).

Однако суд в нарушение п.11 ч.1 ст.299 УПК РФ при вынесении приговора не решил судьбу данного арестованного имущества – автомобиля, принадлежащему ФИО1

Согласно свидетельству о регистрации транспортного средства собственником автомобиля марки <данные изъяты> с государственным регистрационным знаком <данные изъяты>, номер №, 1992 года выпуска, является К. (т.1, л.д.181).

Согласно договору купли-продажи от 15 ноября 2016 года продавец К. продает, а покупатель ФИО1 покупает автомобиль марки <данные изъяты> с государственным регистрационным знаком <данные изъяты>, номер №, 1992 года выпуска, за <данные изъяты> рублей (т.1, л.д.181).

Однако данный договор сторонами не подписан, в установленном порядке в органах ГИБДД не зарегистрирован.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для сохранения ареста на данный автомобиль до исполнения решения суда по гражданскому иску потерпевшей Я., в связи с чем считает необходимым снять арест с автомобиля.

В остальной части приговор подлежит оставлению без изменения, а апелляционные жалобы и апелляционное представление – без удовлетворения.

На основании изложенного и руководствуясь ст.38913, 38920 и 38928 УПК Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

постановил:

Приговор Шумерлинского районного суда Чувашской Республики от 18 мая 2017 года в отношении ФИО1 изменить.

Уточнить вводную часть приговора, указав, что суд рассмотрел уголовное дело по обвинению ФИО1 в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.167, ч.3 ст.30, ч.1 ст.309, ч.2 ст.309 и ч.1 ст.115 УК РФ.

На основании ч.2 ст.61 УК РФ признать в качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, раскаяние в содеянном и признание им своей вины по ч.1 ст.115 УК РФ, частичное признание им своей вины по ч.1 ст.167 УК РФ; тяжелое заболевание матери К.; активное участие ФИО1 в общественной жизни и физкультурно-спортивном движении <данные изъяты> сельского поселения.

Смягчить назначенное ФИО1 наказание:

- по ч.1 ст.167 УК РФ – до 9 (девяти) месяцев лишения свободы;

- по ч.2 ст.309 УК РФ – до 1 (одного) года 2 (двух) месяцев лишения свободы;

- по ч.1 ст.115 УК РФ – до 340 (триста сорока) часов обязательных работ.

На основании ч.2 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем поглощения менее строгого наказания более строгим окончательное наказание ФИО1 назначить в виде лишения свободы на срок 1 (один) год 2 (два) месяца с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания ФИО1 исчислять с 18 мая 2017 года.

Зачесть ФИО1 в срок отбытия наказания время нахождения под домашним арестом с 16 января 2017 года по 17 мая 2017 года.

Уточнить резолютивную часть приговора, указав, что судом взыскано с ФИО1 в пользу потерпевшей Я. 118200 рублей в счет возмещения имущественного вреда, 4000 рублей в счет возмещения расходов на оплату услуг эксперта и 5000 рублей в счет возмещения расходов на оплату услуг представителя.

Снять арест, наложенный на автомобиль марки <данные изъяты> с государственным регистрационным знаком <данные изъяты>, номер №, 1992 года выпуска.

В остальном этот же приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы и апелляционное представление – без удовлетворения.

Председательствующий