Апелляционное определение № 33-783/2026 33-8526/2025 от 27 января 2026 г.

Дело № 33-783/2026(33-8526/2025)

№ 2-578/2025

56RS0010-01-2025-000569-98


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

28 января 2026 года г. Оренбург

Судебная коллегия по гражданским делам Оренбургского областного суда в составе:

председательствующего судьи Морозовой Л.В.,

судей областного суда Булгаковой М.В., Раковского В.В.,

с участием прокурора Воронина Д.И.,

при секретаре Красниковой Д.Д.,

рассмотрела в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи апелляционные жалобы ФИО1, общества с ограниченной ответственностью «Оренбургский пропант» на решение Гайского городского суда Оренбургской области от 15 сентября 2025 года по гражданскому делу по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Оренбургский пропант», Управлению Федеральной службы исполнения наказаний России по Оренбургской области, Федеральной службе исполнения наказаний России, Управлению федерального казначейства по Оренбургской области, Министерству финансов Российской Федерации, Министерству Финансов по Оренбургской области, ФКУ ИК-5 УФСИН России по Оренбургской области о компенсации морального вреда, в связи с причинением вреда здоровью.

Заслушав доклад судьи Оренбургского областного суда Раковского В.В., пояснения истца ФИО1, и его представителя ФИО13, поддержавших доводы поданной апелляционной жалобы, возражавших по доводам апелляционной жалобы ответчика, пояснения представителя УФСИН России по Оренбургской области, ФСИН России – ФИО5, поддержавшего доводы поданной апелляционной жалобы, возражавшего по доводам апелляционной жалобы истца, заключение прокурора Воронина Д.И., полагавшего решение законным и обоснованным, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Оренбургский пропант» (далее ООО «Оренбургский пропант»), Федеральной службе исполнения наказаний России, Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Оренбургской области о компенсации морального вреда, в связи с причинением вреда здоровью.

Требования мотивированы тем, что (дата) в 20 час. 15 мин. с ним при исполнении трудовых обязанностей подсобного рабочего в ООО «Оренбургский пропант» по направлению ФКУ ИК № УФСИН России по Оренбургской области, произошел несчастный случай на производстве.

Согласно Акту формы Н-1 от (дата), комиссия по расследованию несчастного случая установила, что между ООО «Оренбургский пропант» и ФКУ ИК № УФСИН России по Оренбургской области заключен договор № от (дата) о подборе и предоставлении рабочей силы из числа осужденных к принудительным работам.

(дата) привлеченных к оплачиваемому труду ФИО6 и ФИО1 привезли на автобусе ООО «Оренбургский пропант» в 19 час. 30 мин. на работу в обособленное подразделение. После прохождения предсменного инструктажа по охране труда, ФИО6 и ФИО1 получили задание от сменного мастера ФИО12 произвести выгрузку сырья из трех вагонов в бункер выгрузки, который расположен в тупике железнодорожного пути №. Для выгрузки сырья из вагона в бункер, необходимо подтянуть вагон к бункеру с помощью лебедки маневровой модели Т-193Б, которая расположена в 74 метрах от бункера железнодорожного пути №.

Придя на место выполнения работ, ФИО1 пошел к лебедке, а ФИО6 пошел цеплять крюк с тросом за вагон, для подтягивания вагонов к бункеру. ФИО6 зацепил крюк на 2-й вагон и дал команду ФИО1 натянуть трос. ФИО1 включил маневровую лебедку, и трос натянулся, но на барабане лебедки трос проскальзывал. ФИО6 пошел к ФИО1, и они начали подтягивать трос, чтобы он был в натяжку. ФИО7 и ФИО1 стояли в 5 метрах от лебедки друг за другом спиной к вагонам, лицом к барабану лебедки. ФИО1 был спереди, ФИО6 за ним. Внезапно произошел хлопок и удар металлическим тросом. ФИО6 и ФИО1 упали. Сотрудниками общества была вызвана скорая помощь, после чего пострадавшие были доставлены в медицинские учреждения г. Новотроицка.

Он был доставлен в травмпункт ГАУЗ «Больница скорой медицинской помощи» г. Новотроицка, где ему установлен диагноз закрытый перелом правой ключицы.

Согласно пункту 10 Акта о несчастном случае на производстве, основной причиной несчастного случая явилась неудовлетворительная организация производства работ, в том числе необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы.

Наличия его виновных действий в произошедшем несчастном случае, равно как наличия в его действиях грубой неосторожности, которая содействовала возникновению или увеличению вреда, не установлено.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы от (дата) по факту несчастного случая на производстве от (дата), у него имелись повреждения: закрытый перелом правой ключицы в средней трети; подкожная гематома и ссадина в области правового надплечья с переходом на переднюю поверхность грудной клетки, в подмышечную область и на переднюю поверхность правого плеча, который образовались в срок до обращения за медицинской помощью в ГАУЗ «БСМП» г. Новотроицка ((дата) 22.01 час.)., в совокупности своей повлекли за собой длительное расстройство здоровья (более 21 дня) и по этому признаку расцениваются как повреждения, причинившие средней тяжести вред здоровью человека.

(дата) после поступления в травматологическое отделение, осмотра врачом и рентгенографии, ему был назначен холод, анальгетики сроком на 5 дней, сухое тепло с третьих суток, наложен гипс. Боли в ключице сохранялись, он не мог поднять правую руку, согласно данным рентгенограммы от (дата) состояние отломков неудовлетворительное, динамика с (дата) отрицательная.

(дата) он был госпитализирован в травматологическое отделение ГАУЗ «Городская больница» г. Орска, где (дата) проведена операция: открытая репозиция, остеосинтез правой ключицы пластиной и винтами. Операция проводилась под общим наркозом, проводилось лечение анальгетиками, антибиотиками, наложена гипсовая повязка, гипсовая иммобилизация продлилась 6 недель. В стационаре он находился с (дата) по (дата)

Полученная травма причинила ему физические и нравственные страдания: получил травму правой ключицы средней тяжести, находился на амбулаторном и стационарном лечении, травма вызвала и вызывает постоянные сильные боли, имеется отек и деформация в области правой ключицы, так как ключица скреплена металлической пластиной и винтами. Из-за травмы имеет стойкий болевой синдром, плохо спит, ограничен в движении. Им перенесена тяжелая хирургическая операция, проведенная под общим наркозом, по фиксации места перелома металлической пластиной и винтами. В связи с чем, он вынужден постоянно обращаться за медицинской помощью. Испытывает трудности в устройстве быта, не может вести активный образ жизни.

Тяжесть причиненных ему моральных страданий истец оценил в 1 500 000 рублей, которые просил взыскать с ООО «Оренбургский пропант» в счет компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей, с ФСИН России в счет компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей, а также расходы по оплате услуг представителя в сумме 15 000 рублей.

К участию в деле привлечены в качестве ответчиков Управление федерального казначейства по Оренбургской области, Министерство финансов Российской Федерации, Министерство Финансов по Оренбургской области, ФКУ ИК-5 УФСИН России по Оренбургской области, в качестве третьих лиц ФИО12, ФИО2

В судебном заседании истец ФИО1., его представитель ФИО13, действующая по устному ходатайству, заявленные исковые требования поддержали, по изложенным в иске основаниям.

Представитель ответчика ООО «Оренбургский пропант» в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен был надлежащим образом. в ходе рассмотрения дела с иском согласился частично, возражая против размера заявленных требований.

В судебном заседании представитель ответчиков УФСИН России по Оренбургской области, ФСИН России, ФКУ ИК-5 УФСИН России по Оренбургской области ФИО8, действующая на основании доверенностей, возражала против исковых требований, полагая, что УФСИН является ненадлежащим ответчиком по делу, поскольку нарушений действующего законодательства при расследовании несчастного случая на производстве, со сторона ответчиков не установлено.

В судебное заседание не явились представители Управления федерального казначейства по Оренбургской области, Министерства финансов Российской Федерации, Министерства Финансов по Оренбургской области, третьи лица ФИО12, ФИО2, о времени и месте слушания дела извещены надлежащим образом.

От представителей Управления федерального казначейства по Оренбургской области, Министерства финансов по Оренбургской области поступили отзывы на исковое заявление.

Решением Гайского городского суда Оренбургской области от 15 сентября 2025 г. исковые требования исковые требования ФИО1 к ООО «Оренбургский пропант», Управлению Федеральной службы исполнения наказаний России по Оренбургской области, Федеральной службе исполнения наказаний России, Управлению федерального казначейства по Оренбургской области, Министерству финансов Российской Федерации, Министерству Финансов по Оренбургской области, ФКУ ИК-5 УФСИН России по Оренбургской области о компенсации морального вреда, в связи с причинением вреда здоровью – удовлетворены частично.

Суд постановил: «Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Оренбургский пропант» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда, в связи с причинением вреда здоровью – 500 000 рублей, расходы по оплате услуг представителя – 8 000 рублей.

В остальной части иска ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Оренбургский пропант», Управлению Федеральной службы исполнения наказаний России по Оренбургской области, Федеральной службе исполнения наказаний России, Управлению федерального казначейства по Оренбургской области, Министерству финансов Российской Федерации, Министерству Финансов по Оренбургской области, ФКУ ИК-5 УФСИН России по Оренбургской области о компенсации морального вреда, в связи с причинением вреда здоровью - отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Оренбургский пропант» в доход государства государственную пошлину – 3 000 рублей».

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда изменить, ссылаясь на заниженный размер компенсации морального вреда и судебных расходов, вынести новое решение, которым удовлетворить исковые требования в полном объеме.

В апелляционной жалобе ООО «Оренбургский пропан» просит решение суда отменить, вынести новое решение, которым отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, поданных возражений и проверив законность и обоснованность судебного решения в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов жалоб, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Статья 37 Конституции Российской Федерации устанавливает, что труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. Каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, а также право на защиту от безработицы.

В соответствии со статьей 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

В силу статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрена обязанность работодателя возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно статье 220 Трудового кодекса Российской Федерации в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

Положениями статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом в случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Пунктом 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» предусмотрено, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (пункт 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 г. № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний»).

Из положения статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Ввиду отсутствия в Трудовом кодексе Российской Федерации норм, регламентирующих иные основания возмещения работнику морального вреда, помимо неправомерных действий или бездействия работодателя, к отношениям по возмещению работнику морального вреда применяются нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующие обязательства вследствие причинения вреда.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии со статьей 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств, возмещается по правилам, предусмотренным главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) данного Кодекса, если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности.

На основании статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Из пункта 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» следует, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть 8 статьи 216.1 Трудового кодекса Российской Федерации). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

В силу пункта 47 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др. Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что ФИО1 отбывал наказание в виде принудительных работ в ФКУ ИК-3 УФСИН России по Оренбургской области. Начало срока (дата), конец срока (дата) Освобожден по УДО (дата)

(дата) между ФКУ «ИК №» УФСИН по Оренбургской области – «учреждение» и ООО «Оренбургский пропант» - «организация» заключен договор № о подборе и предоставлении рабочей силы из числа осужденных к принудительным работам, по условиям которого, учреждение обязуется направлять осужденных на объекты в организацию, а организация обязуется использовать труд указанных осужденных и производить его оплату путем перечисления средств в порядке, предусмотренном договором (пункт 1.1).

В соответствии с условиями договора, учреждение обязуется: вести учет отработанного осужденными времени; осуществлять надзор за соблюдением осужденными правил внутреннего распорядка исправительного центра и принимать меры по предупреждению нарушений отбывания наказания в соответствии со статьями 60.4 и 60.18 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации; участвовать совместно с организацией в комиссиях по расследованию несчастных случаев, произошедших с осужденными на объектах организации (пункты 2.1.1, 2.1.2,2.1.3).

Пунктами 2.2.1, 2.2.2, 2.2.3, 2.2.4 предусмотрено, что организация обязуется: использовать труд осужденных на объектах организации, обеспечивая занятость с учетом их состояния здоровья и квалификации, прохождения профессионального обучения или получения ими среднего профессионального образования по программам подготовки квалифицированных рабочих, служащих, не допускать необоснованных простоев в работе; выделять материальные ресурсы, оборудование, инструменты и другие материалы, необходимые для производства работ; обеспечивать безопасные условия труда осужденных, соблюдение требований охраны труда, правил и норм техники безопасности и производственной санитарии в соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации; обеспечивать осужденных в установленном трудовым законодательством Российской Федерации порядке специальной одеждой и специальной обувью, другими средствами индивидуальной защиты, смывающими и обезвреживающими средствами; осуществлять расследование несчастных случаев, произошедших с осужденными на объектах организации, в соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации, создавать комиссии для расследования каждого несчастного случая; вести учет несчастных случаев, оформлять акты о несчастном случае на производстве по установленной форме, направлять надлежаще оформленные акты учреждению (пункты 2.2.1, 2.2.2, 2.2.3, 2.2.4, 2.210, (дата)).

Оплата выполненных работ спецконтингентом, включая все выплаты из фонда заработной платы и фонда материального поощрения и иных вознаграждений, если они предусмотрены локальными актами организации, а также за обеспечение персоналу предусмотренных действующим законодательством социальных и трудовых гарантий и льгот, в том числе за выплату пособий по государственному, социальному страхованию, за сохранение средней заработной платы на период обучения производится учреждение из полученного от общества вознаграждения в размере согласно Приложения № к настоящему договору. Акты выполненных работ и счета-фактуры представляются организацией до пятого числа каждого месяца. Заказчик осуществляет авансовый платеж учреждению за полученные услуги два раза в месяц. Все удержания с сумм заработной платы, начисленной спецконтингенту включая налоги, производится учреждением самостоятельно. (пункты 3.1, 3.2, 3.3)

(дата) ФИО1 был трудоустроен в качестве подсобного рабочего в ООО «Оренбургский пропант».

(дата), привлеченных к оплачиваемому труду ФИО6 и ФИО1, привезли на автобусе ООО «Оренбургский пропант» в 19 час. 30 мин. на работу в обособленное подразделение. После прохождения предсменного инструктажа по охране труда, ФИО6 и ФИО1 получили задание от сменного мастера ФИО12 произвести выгрузку сырья из 3-х вагонов в бункер выгрузки, который расположен в тупике железнодорожного пути №. для выгрузки сырья из вагона в бункер, необходимо подтянуть вагон к бункеру с помощью лебедки маневровой одели Т-193Б, которая расположена в 74 метрах от бункера железнодорожного пути №.

Придя на место выполнения работ, ФИО1 пошел к лебедке, а ФИО6 пошел цеплять крюк с тросом за вагон, для подтягивания вагонов к бункеру. ФИО6зацепил крюк за 2-й вагон, и дал команду ФИО1 натянуть трос. ФИО1 включил маневровую лебедку и трос натянулся, но на барабане лебедки трос проскальзывал. ФИО6 и ФИО1 стояли в 5 метрах от лебедки друг за другом спиной к вагонам, лицом к барабану лебедки. ФИО1 был спереди, ФИО6 за ним. Внезапно произошел хлопок и удар металлическим тросом, ФИО6 с ФИО1 упали. Сотрудниками общества была вызвана «скорая помощь». На автомобиле общества ФИО1 был доставлен в травмпункт ГАУЗ «Больница скорой медицинской помощи» г.Новотроицка.

По факту несчастного случая на производстве составлен Акт формы Н-1. утвержденный генеральным директором ООО «Оренбургский пропант».

В ходе проведения расследования, комиссией было установлено: пострадавший ФИО1 был доставлен в травмпункт ГАУЗ «Больница скорой медицинской помощи» г. Новотроицка, где ему установлен диагноз по МКБ-10:S42.0 Закрытый перелом правой ключицы. Степень тяжести повреждения – легкая.

Лица, допустившие нарушение требований охраны труда: ФИО12 – сменный мастер, ФИО2 – начальник цеха.

Причинами несчастного случая являются: неудовлетворительная организация производства работ, в том числе необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы.

Вины пострадавшего при несчастном случае на производстве ФИО1 не установлена.

Материалами дела установлено, что (дата) ФИО1 был доставлен в ГАУЗ «Больница скорой медицинской помощи» г. Новотроицка, где ему был установлен диагноз закрытый перелом правой ключицы.

Из заключения ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» (Орское межрайонное отделение) № от (дата) следует, что у ФИО1 имелись повреждения: закрытый перелом правой ключицы в средней трети; подкожная гематома и ссадина в области правого надплечья с переходом на переднюю поверхность грудной клетки, в подмышечную область и на переднюю поверхность правого плеча; которые образовались в срок – до обращения за медицинской помощью ГАУЗ «БСМП» г.Новотроицка ((дата) 22.01 ч.), в совокупности своей, повлекли за собой длительное расстройство здоровья (более 21 дня) и по этому признаку расцениваются как повреждения, причинившие средней тяжести вред здоровью человека. Ссадина в правой лобно-височной области, которая могла образоваться в тот же срок, не повлекла за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности и расценивается как повреждение, не причинившее вред здоровью человека. Вышеуказанные повреждения образовались от воздействия тупых твердых предметов и (или) при ударах о таковые.

(дата) ФИО1 был госпитализирован в ГАУЗ «Городская больница» г. Орска, где (дата) ему проведена операция: ***

На стационарном лечении ФИО1 находился с (дата) по (дата)

В судебном заседании суда первой инстанции установлено, что с истцом произошел несчастный случай вследствие осуществления трудовой деятельности в ООО «Оренбургский пропант». В связи с полученными травмами он испытывает постоянные физические и нравственные страдания, что подтверждается представленными копиями медицинских документов, а также его пояснениями, данными в судебном заседании.

Районный суд пришел к выводу, что стороной истца представлено достаточно доказательств, подтверждающих, что несчастный случай произошел при исполнении трудовых обязанностей в ООО «Оренбургский пропант».

Обязанность по обеспечению безопасных условий труда и охраны труда возлагается на работодателя, тогда как ООО «Оренбургский пропант» не обеспечило ФИО1 безопасные условия труда, в результате чего произошел несчастный случай на производстве, повлекший за собой получение истцом травмы, причинившей средней тяжести вред здоровью.

По общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если не докажет отсутствие своей вины.

Регламентированная указанной нормой презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред (пункт 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

Наличие умысла или грубой неосторожности самого ФИО1 в произошедшем (дата) несчастном случае на производстве материалами дела не подтверждено.

Ответчик не представил суду доказательства грубой неосторожности самого потерпевшего, которая содействовала возникновению или увеличению вреда.

Сомнений в перенесении ФИО1 нравственных страданий и моральных переживаний, в связи с причинением вреда его здоровью, не имеется, в связи с чем, суд приходит к выводу о законности требований в части причинения истцу морального вреда.

Обстоятельств, с которыми закон связывает освобождение ответчика от ответственности за причиненный истцу вред, судом не установлено.

Как разъяснено в п. 30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем, исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Принимая во внимание обстоятельства, при которых истцу были причинены нравственные страдания, объем и характер причиненных страданий, степень тяжести причиненного вреда здоровью - средняя, степень вины ответчика, индивидуальные особенности истца, его возраст на момент получения производственной травмы – 27 лет, состояние его здоровья, ухудшение привычного образа жизни, суд первой инстанции взыскал с ответчика ООО «Оренбургский пропант» в пользу истца компенсацию морального вреда равной 500 000 руб.

Ссылка представителя ответчика ООО «Оренбургский пропант» на судебные решения по иным аналогичным делам о компенсации морального вреда, не были приняты судом первой инстанции во внимание, поскольку они приняты были по обстоятельствам, не являющимися тождественными настоящему спору.

При этом, районный суд не нашел оснований для удовлетворения исковых требований к Управлению Федеральной службы исполнения наказаний России по Оренбургской области, Федеральной службе исполнения наказаний России, Управлению федерального казначейства по Оренбургской области, Министерству финансов Российской Федерации, Министерству Финансов по Оренбургской области. ФКУ ИК-5 УФСИН России по Оренбургской области, поскольку они не являются причинителями вреда, в связи с чем, на них не может быть возложена ответственность по возмещению морального вреда истцу, поскольку актом о несчастном случае на производстве от (дата), который никем не оспорен, установлена вина должностных лиц ответчика ООО «Оренбургский пропант», допустивших нарушение требований охраны труда.

Кроме того, суд первой инстанции исходил из того, что пунктом 2.2.3 договора № о подборе и предоставлении рабочей силы из числа осужденных к принудительным работам от (дата), заключенного между ФКУ ИК-3 УФСИН России по Оренбургской области (Учреждением) и Обществом с ограниченной ответственностью «Оренбургский пропант» (Организацией), предусмотрено, что организация обязуется обеспечить безопасные условия труда осужденных, соблюдение требований охраны труда, правил и норм техники безопасности и производственной санитарии в соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации.

Вместе с тем, актом о несчастном случае на производстве от (дата) вина ФКУ ИК-3 УФСИН России по Оренбургской области в причинении вреда здоровью ФИО1 не установлена, при этом в качестве работодателя истца указано ООО «Оренбургский пропант», а лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, признаны должностные лица организации.

Тот факт, что оплата выполненных работ спецконтингентом и иные денежные расчеты производятся Учреждением, не свидетельствует о возложении на УФСИН России, УФСИН России по Оренбургской области, а также ФКУ ИК-5 УФСИН России по Оренбургской области, являющемся правопреемником ФКУ ИК-3 УФСИН России по Оренбургской области, обязанности по компенсации морального вреда истцу, поскольку договором № от (дата) предусмотрено лишь согласование оплаты труда осужденных, тогда как обеспечение трудозанятости и выплата осужденным заработной платы с начислениями в установленном законом порядке за выполненную работу, обеспечение безопасных условий труда Спецконтингента и производственной санитарии в соответствии с требованиями Трудового кодекса Российской Федерации, согласно пунктам 2.2.1, 2.2.3 вышеуказанного договора, являются обязанностью организации.

В силу положений статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по её письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Из материалов дела следует, что истец понес расходы на оплату услуг представителя в размере 10 000 рублей (составление искового заявления, представительство в суде первой инстанции).

Исходя из принципов справедливости и разумности, суд первой инстанции, учитывая конкретные обстоятельства дела, признал возможным взыскать с ответчика в пользу истца расходы на оплату услуг представителя в размере 8 000 рублей.

Согласно статье 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в Федеральный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Таким образом, разрешая вопрос о судебных издержках, понесенных судом, суд первой инстанции взыскал с ООО «Оренбургский пропант» государственную пошлину в размере 3 000 руб. в доход государства.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, полагает, что размер компенсации является разумным и справедливым с учетом установления вины работодателя, не обеспечившего безопасные условия труда, нравственных страданий истца, то судебная коллегия приходит к выводу, что указанные обстоятельств в совокупности с учтенными судом обстоятельствами при разрешении исковых требований ФИО1 о возмещении морального вреда и определении его размера, установлены судом верно, указанная денежная компенсация будет способствовать восстановлению баланса между последствиями нарушения прав истца и степенью ответственности, применяемой к ответчику.

Определяя размер подлежащей взысканию в пользу истца компенсации морального вреда, суд первой инстанции правильно применил критерии, предусмотренные статьями 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, оценил в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации все представленные по делу доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, характера причиненных истцу физических и нравственных страданий в связи с повреждением здоровья в результате несчастного случая на производстве.

Определенный судом первой инстанции размер денежной компенсации морального вреда соответствует установленным фактическим обстоятельствам, степени физических и нравственных страданий истца, требованиям разумности и справедливости.

Каких-либо оснований, в соответствии с представленными в дело доказательствами для взыскания суммы компенсации морального вреда в большем размере судебная коллегия не усматривает, в связи с чем, отклоняет доводы апелляционной жалобы истца о несоразмерной компенсации морального вреда. Размер компенсации определен на справедливой основе, с учетом природы нарушения и оценки обстоятельств, имеющих значение для дела, при имеющихся в деле доказательствах, оснований для возмещения морального вреда в меньшем размере не имеется.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что суд первой инстанции не учел степень тяжести вреда здоровью истцу, подлежат отклонению.

Несогласие с тем фактом, что судом первой инстанции не была дана оценка акту форме Н-1 от (дата) и заключению ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» от (дата), судебной коллегией признается несостоятельным. Суд первой инстанции в полной мере учел и исследовал представленные по делу доказательства, из которых сделал верный вывод о произошедшем несчастном случае на рабочем месте и получении истцом средней тяжести вред здоровью человека.

Изучение материалов дела показало, что выводы суда первой инстанции основаны на установленных фактических обстоятельствах дела, приведенном правовом регулировании спорных правоотношений, и доводами апелляционных жалоб не опровергаются.

Фактически приведенные в апелляционных жалобах доводы не содержат обстоятельств, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта, влияли на законность и обоснованность постановленного судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции.

Отличная от суда оценка степени физических, нравственных страданий и переживаний истца, критериев разумности и справедливости, не является основанием для признания выводов суда апелляционной инстанции в части размера компенсации морального вреда неправильными.

При таком положении нет оснований полагать, что при определении размера компенсации судом первой инстанции допущено неправильное применение норм материального права, регулирующих правоотношение, связанное с нарушением нематериальных благ истца, предусмотренных нормой статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации, защита которых производится судом с учетом требований статей 151, 1064, 1099 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судом первой инстанции не допущено нарушений норм материального или процессуального права, повлиявших на исход дела, влекущих отмену или изменение принятого по настоящему делу судебного решения по тем доводам, которые изложены в апелляционной жалобе.

Таким образом, при изложенной совокупности обстоятельств, доводы жалоб нельзя квалифицировать в качестве нарушения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, приведших к судебной ошибке, а потому принятое по делу судебное решение отмене в апелляционном порядке не подлежит.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Гайского городского суда Оренбургской области от 15 сентябре 2025 года оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО1, общества с ограниченной ответственностью «Оренбургский пропант» без удовлетворения.

Председательствующий Морозова Л.В.

Судьи Булгакова М.В.

Раковский В.В.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 11 февраля 2026 года.