Решение № 2-72/2025 2-72/2025~М-3/2025 М-3/2025 от 22 октября 2025 г. по делу № 2-72/2025

УИД № 74RS0042-01-2025-000003-38

Дело № 2-72/2025


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

10 октября 2025 года г.Усть-Катав

Усть-Катавский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего Хлёскиной Ю.Р.,

при секретаре Часовой Е.А.,

с участием представителя истца ФИО1,

представителя ответчика ПАО «Россети Урал» ФИО3,

рассмотрев в судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к публичному акционерному обществу «Россети Урал» о взыскании суммы ущерба, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 обратился в суд с иском к публичному акционерному обществу «Россети Урал» (далее ПАО «Россети Урал») о взыскании ущерба, причиненного в результате пожара, в размере 405 400 рублей, судебных расходов.

В обоснование заявленных требований сослался на то, что 29 августа 2024 года произошло возгорание его домовладения по адресу: <адрес>. Причиной возгорания дома стало короткое замыкание, вследствие падения КВЛ на дом, находящейся под напряжением. ЛЭП (КВЛ6 Кв КП-3-2) принадлежит ПАО «Россети Урал». Причина падения опоры собственником не устанавливалась. В возбуждении уголовного дела отказано постановлением от 6 сентября 2024 года. В результате пожара истцу причинён материальный ущерб на сумму 405 400 рублей. Считает, что падение КВЛ на дом произошло, в связи с ненадлежащим техническим состоянием опоры (том 1 л.д. 4-6, том 2 л.д. 234-238).

Определением суда от 7 февраля 2025 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечено ООО «АЭС Инвест» в лице конкурсного управляющего (том 1 л.д. 160-162).

На основании определения суда от 2 апреля 2025 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечен отдел надзорной деятельности и профилактической работы по г. Усть-Катаву и Ашинскому району (том 2 л.д. 44-46).

Истец ФИО4 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом (том 2 л.д. 250).

В ходе судебного заседания представитель истца ФИО1, действующий на основании доверенности от 24 октября 2024 года (том 1 л.д. 7-8), исковые требования поддержал, ссылаясь на доводы, указанные в исковом заявлении, просил удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика ПАО «Россети Урал» ФИО3, действующая на основании доверенности № ЧЭ-74 от ДД.ММ.ГГГГ года (том 1 л.д. 126-127), в судебном заседании с исковыми требованиями не согласилась, пояснила, что ответчик не оспаривает тот факт, что опора ЛЭП упала, и произошел пожар, но ни одним из компетентных органов не установлена причинно-следственная связь между падением опоры и причиненным истцу ущербом. Опора действительно упала на металлические конструкции и металлический забор, но в том месте, где она упала, отсутствуют следы короткого замыкания, воспламенение появилось в другой части дома. По вине истца, который произвел ремонтные работы, в настоящее время невозможно установить истинные причины и площадь повреждения. Факт причинения ущерба в размере 405000 рублей со стороны истца не доказан.

Из письменного мнения представителя ответчика следует, что с исковыми требованиями о возмещении ущерба, возникшего в результате пожара жилого дома по адресу: <адрес>, ответчик не согласен.

Исходя из положений ст. ст. 1064, 1069 ГК РФ, лицо, требующее возмещения вреда, обязано доказать наступление вреда, то есть представить доказательства, подтверждающие факт повреждения имущества, причинную связь между наступлением вреда и противоправностью поведения. Возмещение вреда - мера гражданско-правовой ответственности, и ее применение возможно лишь при наличии ущерба, противоправности действий (бездействия) причинителя вреда, причинно-следственной связи между незаконными действиями (бездействием) и возникшим ущербом, а также наличии вины причинителя вреда. При отсутствии хотя бы одного из условий мера гражданско-правовой ответственности в виде возмещения ущерба (вреда) не может быть применена.

Истец заявляет сумму ущерба в размере 405 400 рублей, при этом не предоставляет достаточных доказательств для обоснования этой суммы. Оценка была проведена без участия ответчика, что нарушает принципы объективности оценки. Независимая экспертиза установления причины пожара и аварийной ситуации в сетях ответчика не проводилась, т.е. причина-следственная связь не установлена. В подтверждение суммы взыскиваемого ущерба истцом предоставлен локальный сметный расчет и экспертное заключение, где ответ на вопрос: «Определить стоимость восстановительного ремонта жилого дома, получившего повреждение в результате неисправности ЛЭП». Ответ: «В результате проведенного исследования и расчетов установлено, что рыночная стоимость ущерба жилого дома по адресу: <адрес>, по состоянию 23.09.2024г составляет 405 400 рублей». Смета не содержит расчетов, согласно объемов повреждения из фототаблиц. Сами объемы не представляется возможным установить и проверить, ввиду не соответствия смете и фактическому состоянию дома.

Применительно к оценке ущерба от пожара затратный метод предполагает расчет сметной стоимости ремонтно-восстановительных работ с учетом износа материалов на дату нанесения ущерба.

Экспертное заключение не содержит данных, о состоянии в котором находилось имущество до его повреждения, истцом не представлены доказательства, подтверждающие объем (площадь) повреждения помещения, имевших место в результате пожара, следовательно, не подтверждена необходимость выполнения такого объема работ. Кроме того, затраты на восстановительный ремонт не могут соответствовать сумме ущерба, причиненного истцу, поскольку не являются таковыми.

При подготовке Отчета оценщик обязан руководствоваться Федеральными стандартами ФСО №1-№3. Согласно нормам данных стандартов: Информация является достоверной, если данная информация соответствует действительности (п. 19 ФСО-1). Отчет об оценке является документом, содержащим подтвержденное на основе собранной информации и расчетов профессиональное суждение оценщика относительно стоимости (п. 3 ФСО-3). Содержание отчета не должно вводить в заблуждение (п. 4 ФСО-3).

Однако, представленный отчет не соответствует Федеральному стандарту оценки «Общие понятия оценки, подходы и требования к проведению оценки» (ФСО № 1, утв. Приказом Минэкономразвития России от 20.07.2007 № 256), Федеральному стандарту оценки «Требования к отчету об оценке » (ФСО № 3, утв. Приказом Минэкономразвития от 20.07.2007 № 254), так как содержит недостоверную информацию в части выбора и применения методов затратного подхода, неправильно выполнены расчеты, материалы для ремонта не соответствуют материалам, которыми были отделаны стены жилого дома до их повреждений.

Вопреки требованиям стандартов оценки, оценщик не указал, откуда взяты и чем подтверждаются цены на материалы. Указанное количество материалов требуется для ремонта всего дома, что не соответствует фактическим обстоятельствам дела.

Таким образом, исходя из вышесказанного, представленный истцом отчет об оценке, выполненный оценщиком не носит доказательственный характер, следовательно, не может являться надлежащим доказательством, а наоборот; является необоснованным, поскольку выполнен с нарушениями действующего законодательства в области оценочной деятельности.

Также, истцом не представлены документальные доказательства произведенного восстановительного ремонта жилья в результате пожара (чеки, счета, договоры). Убытки должны быть возмещены в объеме, не превышающим их фактическую сумму. Взыскание денежных средств, превышающих сумму реального ущерба представляют сумму неосновательного обогащения.

При осмотре дома экспертом ФИО6 определить объем повреждений и объём ремонтных работ (на момент осмотра) не представлялось возможным.

Таким образом, по общему правилу, а также в соответствии с сложившейся судебной практикой необходимыми условиями наступления ответственности за нарушение обязательства в виде возмещении убытков являются факт наступления вреда, факт противоправного поведении причинителя вреда (нарушение им обязательства), его вину, возникновение негативных последствий у кредитора (понесенные убытки, размер фактических убытков) и наличие причинно-следственной связи между противоправным поведением должника, убытками кредитора и наступившими неблагоприятными последствиями.

Доказательств виновности сетевой организации в причинении вреда Истцу, доказательств отклонения показателей качества электроэнергии и пределах границ балансовой принадлежности объектов электросетевого хозяйства, в материалы дела не представлено. Причинно-следственная связь между возникновением пожара в жилом доме Истца и действиями (бездействием) сетевой организации отсутствует.

В действиях ПАО «Россети Урал» отсутствуют признаки неправомерных действий (бездействия), повлекшие за собой причинение вреда имуществу истца, т.е. отсутствует причинно-следственная связь между понесенными истцом убытками и действиями ответчика.

Причинно-следственная связь между повреждением жилого дома в результате неисправности ЛЭП и сама неисправность ЛЭП отсутствует. Виновные действия ПАО «Россети Урал» не установлены.

Истцом не подтвержден и не обоснован размер заявленных требований, следовательно, исковые требования не подлежат удовлетворению полном объеме.

Отсутствуют документальные доказательства выполнения ремонтных работ в доме. Внешний вид дома из фототаблицы ОНД и фото дома сейчас (на момент рассмотрения дела) идентичны. Возникает вопрос: был ли ремонт, как утверждает истец.

Потерпевшая сторона самостоятельно провела оценку ущерба после аварии, но до назначения судебной экспертизы отремонтировала строение (со слов представителя истца). Это означает, что предмет экспертизы как таковой утрачен, а возможность ещё раз объективно зафиксировать дефекты и их масштаб, а также проверить правомерность предъявленных требований, для ответчика отсутствует. В результате возникает риск, что суд примет к учёту только одностороннюю оценку стоимости восстановительного ремонта, выполненную по инициативе истца, без реального доступа и контроля со стороны ответчика. Суд, анализируя фактические обстоятельства и применимые правовые нормы, должен основывать свое решение только на достоверных, относимых и достаточных доказательствах. Если судебная экспертиза невозможна по вине истца (ремонт уже осуществлён, повреждения устранены), в силу сложившейся судебной практики прошу суд учитывает, что ответчик был лишён процессуальной возможности оспорить объём ущерба, определить реальную стоимость или выявить возможные избыточные требования. Из-за действий истца у ответчика потеряна возможность провести объективную экспертизу для определения реальных последствий пожара, действия истца исключили возможность проведения повторной или первичной экспертизы, отсутствие повреждённого объекта не позволяет полноценно проверить требования истца, а самостоятельная оценка ущерба не может автоматически подтверждать реальное наличие и объём ремонтных работ.

Истцом не предоставлены документы: где и кем был произведён ремонт, имеются ли договоры подряда, квитанции, перечень работ, акт приёмки.

Таким образом, истец, начав ремонт до окончательного судебного разбирательства и до экспертизы с участием обеих сторон, берёт на себя риск снижения суммы требований, поскольку лишает ответчика права на процессуальную защиту.

С учетом изложенного, просит оставить исковые требования ФИО4 к ПАО «Россети Урал» о взыскании ущерба по делу без удовлетворения (том 3 л.д. 1-3).

Представители третьих лиц ООО «АЭС Инвест» в лице конкурсного управляющего ФИО5, отдела надзорной деятельности и профилактической работы по г. Усть-Катаву и Ашинскому району при надлежащем извещении участия в судебном заседании не принимали (том 2 л.д. 249, 251).

Свидетель ФИО7, допрошенный в судебном заседании пояснил, что 29.08.2024 года поступил звонок от диспетчера, в связи с отключением линии КВЛ 6 кВ. Он приехал на место происшествия, там находились сотрудники Общества и выполняли осмотр. Установлено, что в г. Усть-Катав, МКР, в районе кладбища произошло падение двух опор. Им определено, что железная стойка опоры упала на забор дома истца, а деревянная опора упала поперек воздушной линии. Изначально упала деревянная опора, после чего потянула металлическую опору. Предположительно, что на линию было стороннее воздействие, из-за этого были вызваны сотрудники ГАИ. При падении произошел схлест проводов, после чего автоматическое отключение напряжения. При осмотре металлической опоры были видны следы ржавчины, отслоение самого металла. ПАО «Россети Урал» является собственником спорной линии электропередачи с 2023 года, вся линия и эта опора были осмотрены в момент принятия имущества в собственность. При осмотре данной опоры явных дефектов не имелось, чтобы производить замену, в проекте замена этих опор предусмотрена.

В ходе дополнительного допроса 5 мая 2025 года свидетель ФИО17. пояснил, что к железной и к деревянной опорам, которые упали, были присоединены линии 6000 кВт. У металлической опоры был совместный подвес с домового ввода питающей линией 0,4 кВт, это 220 вольт, которую потребляет потребитель. На металлической опоре было две линии 6000 кВт и 0,4 кВт, данные воздушные линии обслуживает ПАО «Россети». Дом истца находится в охранной зоне двух линий КВЛ 6 3-2 и КВЛ 6 3-3.

Свидетель ФИО8, допрошенный в судебном заседании 14 апреля 2025 года пояснил, что 29 августа 2024 года поступил вызов, диспетчер сообщил, что произошло возгорание дома. Когда он приехал на место, увидел, что напротив кладбища на повороте была опора, от неё остался бетонный пасынок, и рядом лежал деревянный столб. От этого столба были провода в сторону дома, у домовладения забор металлический, они лежали через забор по участку три провода и через дом. Далее за домом через участок лежала на заборе опора металлическая, на ней были провода. Это опора частично была сломана, частично была прикреплена к основанию, и далее провода пошли в сторону. Возгорание дома было со стороны кладбища, со стены дома, снизу, где проходила газовая подводка. От газовой трубы был крепеж, закрепленный в стене дома, и получилось короткое замыкание. То есть, упали под напряжением провода, и газовая труба со штырем сыграла эффект заземляющего провода. И оттуда пошло возгорание утеплителя и деревянных конструкций. Был полностью уничтожен утеплитель на стене дома, где проходила газовая труба. На металлическом сайдинге были повреждения в районе окна, было обугливание вследствие термического воздействия огнем. Внутри дома повреждений не было обнаружено. Согласно составленной схемы над домом проходили провода, и провода легли на дом, на газовую трубу, они упали и получился эффект короткого замыкания. Площадь возгорания составляла примерно 20 метров, замеряли по стене дома, там вскрыли сайдинг, отсутствовал фрагмент утеплителя. На окне имелись повреждения от термического воздействия, было оплавление пластмассы. Состояние упавшей опоры было дряхлое, не нормальное дерево, там было образование опилок, гнили. На металлической опоре в месте, где произошел слом, очень маленькая толщина, она очень сильно проржавела. Был ветер, возможно, из-за ветра, из-за раскачки проводов надломилась либо одна, либо другая опора. Не установлено, что было механическое воздействие на опору.

В судебном заседании свидетель ФИО9 пояснил, что 29 августа 2024 года находился на службе, поступил вызов, выехали на место, дорогу перегородил железный столб, который упал, пришлось его объезжать. Было сильное задымление в крайнем доме ул. Нагорная, отделанном сайдингом. Считает, что это произошло из-за короткого замыкания. Был сильный ветер, все было в дыму. Открытого огня не было, только задымление. Тушили недолго, проливали ту часть дома, которая смотрит со скалы на реку. Причину возгорания они не устанавливают.

В судебном заседании свидетель ФИО10 пояснил, что 29.08.2024 года от диспетчера поступило сообщение, выехали на пожар во второй половине дня. По прибытию на место наблюдали, что опора лежит на заборе жилого дома, провода лежат через дом, шел дым. Им была дана команда обследовать дом. При обследовании выяснили, что идет скрытое горение под сайдингом, вскрыли сайдинг, обнаружили, что утеплитель сгорел, также были следы повреждения на сайдинге. Предполагает, что было короткое замыкание. Сайдинг был железный, если бы дом был деревянным, он бы весь сгорел. Возгорание затушили, но повреждений было много. На жилом доме поврежден сайдинг, утеплитель, обрешетка. Задымление в доме было, очага возгорания не было, дым в дом мог пройти через окна. Провода шли от опоры через весь участок и на следующий столб.

В судебном заседании свидетель ФИО11 пояснил, что во второй половине дня 29.08.2024 года прибыли на место, путь был перегорожен. Столб упал, лежал во дворе дома, провода лежали через дом, не были оборванными. Из-под кровли дома шло задымление с северной стороны, начали разбирать часть сайдинга. Первое отделение пошли со входа, и обследовали внутри дома. Возгорания не было, было задымление. Убедившись, что было отключение, пролили дом, потом начали осматривать. Электрики заверили, что было отключение. После проливания, он пошел осматривать, и резко прошло замыкание, произошел хлопок. Когда сняли сайдинг, обнаружили, что весь утеплитель стек и деревянная обрешетка обуглена. Конкретно очага пожара не было, но по всему дому были очаги от замыкания в нескольких местах. Когда разобрали сайдинг, там уже полностью отсутствовал утеплитель. Считает, что после падения столба, случилось первое короткое замыкание, а потом было второе. Дом шлакоблочный и обделан металлическим сайдингом, и металлические конструкции явились проводником для нескольких очагов. Огонь был под обшивкой. Приступили к тушению после того, как убедились, что напряжения нет. Щелчки были в присутствии электриков. Фактически коротких замыканий было несколько, от них очаг короткого замыкания мог быть в любом месте.

В судебном заседании свидетель ФИО12 пояснил, что 29 августа 2024 года приехали на вызов в район кладбища в нагорной части города, увидели, что лежали провода на доме и был виден дым из-под крыши дома, из-под сайдинга. Произвели разведку в доме, после чего выяснили, что ничего не горит, тлел утеплитель под металлическим сайдингом. Начальник караула дал команду разбирать сайдинг. Электричества не было в проводах. Во время работ появилось питание, и дом заискрил. Сайдинг разбирали в нескольких местах. Утеплитель под сайдингом весь сгорел. Задымление было в основном с правой стороны, с левой стороны тоже было, там тоже разбирали сайдинг. Видел упавшую опору, она была ржавой, предполагает, что она упала, потому что сгнила. Металлические конструкции явились проводником, из-за чего произошло короткое замыкание. Полагает, что причина возгорания - короткое замыкание, так как провода упали на дом. Очаг находился с правой стороны дома от фасада.

В судебном заседании свидетель ФИО13 пояснил, что 29 августа 2024 года поступил вызов, приехали по адресу, дым шел из-под крыши, из-под сайдинга. Железная мачта упала на забор, и провода лежали через весь участок, через дом, видимо, замкнули. Они разобрали сайдинг, тушили утеплитель, проливали стену с правой стороны, если смотреть с фасада дома В доме было просто задымление. По его мнению, скорей всего было короткое замыкание, иначе бы не затлел утеплитель. Где искра проскочила, там и замкнуло, поскольку сайдинг металлический, крыша металлическая. Из повреждений было: утеплитель, сайдинг и обрешетка. Где сайдинг горел, там были обуглены окна. В доме было просто задымление, внутри повреждений не было.

В судебном заседании свидетель ФИО14 пояснил, что в тот день прибыли на место по <адрес>, на дороге лежала металлическая опора, он чуть дальше остановился, кинул рукав через забор. Всё время находился за забором, потому что не мог отойти от автомобиля. Опора упала в направлении от завода в сторону кладбища, дома не касалась.

Заслушав лиц, участвующих в деле, оценив показания свидетелей, исследовав материалы дела, суд считает исковые требования ФИО4 подлежат удовлетворению на основании следующего.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

По смыслу указанной нормы, причинение вреда может быть совершено как действием (действиями), так и бездействием, например вследствие неисполнения возложенной законом, иным нормативным актом или договором обязанности.

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В абз. 1 п. 13 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

При этом согласно абз. 2 п. 13 того же Постановления, если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Таким образом, расходы на приобретение новых материалов, необходимых для восстановления поврежденного имущества, входят в состав убытков, подлежащих возмещению причинителем вреда.

Реализация такого способа защиты как возмещение ущерба (убытков) возможна только при наличии в совокупности четырех условий: факта причинения истцу вреда, совершения ответчиком противоправных действий (бездействия), причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и наступившим у истца вредом, виной причинителя вреда. Причинная связь признается юридически значимой, если поведение причинителя непосредственно вызвало возникновение вреда. Вред, возмещаемый по правилам главы 59 Гражданского кодекса РФ, должен быть вызван действиями причинителя вреда. Для удовлетворения требований о возмещении вреда необходима доказанность всей совокупности указанных фактов.

В статье 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В судебном заседании установлено, что истец ФИО4 является собственником земельного участка с кадастровым номером № и расположенного на нем жилого дома с кадастровым номером <данные изъяты> по адресу: <адрес>, на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 177-181, 182-185, том 2 л.д. 239).

29 августа 2024 года в 15 час. 19 мин. произошло возгорание горючих материалов (утеплителя пеноплекс) стены дома, расположенного по адресу: <адрес>.

Из представленного отказного производства ОНДиПР по городу Усть-Катаву и Ашинскому району УНДиПР ГУ МЧС России по Челябинской области следует, что сообщение о пожаре по адресу: <адрес>, поступило дежурному диспетчеру 29 августа 2024 года в 15 час. 19 мин. На момент прибытия дежурного караула 75 ПСЧ 10 ПСО ФПС ГПС ГУ МЧС России по Челябинской области на место установлено, что линии эл.передач лежат на доме из-за падения опор, из-под облицовки дома идет дым. Пожар был локализован в 15 часов 27 минут, открытое горение ликвидировано в 15 часов 28 минут, и полностью ликвидированы последствия в 15 часов 45 минут силами дежурного караула.

В ходе осмотра места происшествия установлено, что над территорией домовладения проходила линия ЛЭП 6 КВ, при осмотре западной территории наблюдаются три провода, лежащих на заборе (металлический проф.лист), далее лежащих на земле, пересекающих дорогу по ул. Орловская. На повороте дороги наблюдается деревянная опора ЛЭП, с одной стороны закрепленные провода на изоляторах, с другой стороны опоры (конца) видны признаки механического повреждения в виде перелома, рядом с опорой стоит ж/б пасынок, к которому привязан снизу и сверху металлической проволокой (ржавой) без повреждений остаток деревянной опоры, на которой виден перелом. Вокруг опоры каких-либо следов от техники не обнаружено. Длина проводов от опоры до забора домовладения № 28 ул. Нагорная составила 44 м. Далее лежащие провода от сломанной деревянной опоры на земле пролегают к следующей стоящей опоре с постепенным подъемом к верху опоры в западном направлении.

При дальнейшем осмотре территории с восточной стороны домовладения № <адрес> на заборе наблюдается металлическая конструкция (опора) линии ЛЭП с тремя проводами, лежащая на металлическом заборе домовладения № <адрес> опоре ЛЭП в середине установлен светодиодный светильник без повреждений. У основания опоры ЛЭП на двух уголках наблюдаются признаки разрыва металла, так же видна сильная изношенность металлических уголков у основания опоры в виде почти полного сгниения металла, два других уголка опоры согнуты.

Опора ЛЭП представляет собой металлическую конструкцию из 4-х уголков, связанных между собой по всей длине опоры короткими металлическими уголками.

При осмотре территории домовладения по всему участку от восточного забора через дом №28, газовую трубу, проходящую через территорию домовладения, до западного забора, наблюдаются лежащие три провода на конструкции дома, газовой трубе и участке домовладения. Территория домовладения огорожена забором.

Дом представляет собой конструкцию, выложенную из шлакоблока, 2 этажа, на котором закреплен утеплитель (пеноплекс), закрытый металлическим сайдингом со всех сторон дома. Кровля – металлический лист по деревянной обрешетке. На западной стене дома расположена металлическая газовая труба, закрепленная на металлические крепления с резиновыми прокладками к стене дома через металлический сайдинг и утеплитель на высоте 75 см от основания стены. На металлическом сайдинге в местах крепления крепежей к дому наблюдается оплавление металла сайдинга и отложение копоти черного цвета. На листах сайдинга наблюдается термическое воздействие от огня в виде изменения цвета металла на серый и темно серый цвет. Под вскрытым сайдингом наблюдается термическое воздействие от огня в виде полного уничтожения утеплителя на площади 20 кв.м и отложение копоти на шлакоблочное стене в виде черного цвета. Также на восточной стене наблюдаются два пластиковых евроокна, вокруг которых видно термическое воздействие от огня в виде обугливания монтажной пены, частичного оплавления профиля пластикового окна и отложение копоти в виде черного цвета. Стекла окон целые.

При дальнейшем осмотре дома на северо-восточном углу второго этажа на металлическом сайдинге наблюдается оплавление металла в виде оплавления (прогара) диаметром 16 мм (отверстие), вокруг которого наблюдается отложение копоти в виде черного цвета. При дальнейшем осмотре дома снаружи и территории домовладения признаков термического воздействия от огня не обнаружено. При осмотре внутренних помещений и комнат дома термического воздействия от огня не обнаружено (том 1 л.д. 80-82, фототаблица – том 1 л.д. 84-88).

Определением государственного инспектора по пожарному надзору ОНД и ПР по г. Усть-Катаву и Ашинскому району от 6 сентября 2024 года отказано в возбуждении дела об административном правонарушении по ст. 20.4 КоАП РФ, на основании 24.5 КоАП Российской Федерации ввиду отсутствия события административного правонарушения (том 1 л.д. 109).

Из вышеуказанного определения следует, что в ходе проведенного осмотра места происшествия, опроса очевидцев, установлено, что произошло воспламенение утеплителя (пеноплекс) стены <адрес>. Наиболее вероятной причиной пожара послужило возгорание утеплителя в результате к.з. вследствие падения КВЛ, находящейся под напряжением, на дом.

Данное определение сторонами гражданского дела не обжаловано, что не оспаривалось в судебном заседании.

Установлено, что в прокуратуру г. Усть-Катава ФИО4 направлено обращение по вопросу отказа в возбуждении дела об административном правонарушении, которое перенаправлено начальнику ОНД по г. Усть-Катаву и Ашинскому району УНД и ПР ГУ МЧС России по Челябинской области (том 1 л.д. 15-16, 17).

По результатам рассмотрения обращения ФИО4 дан ответ о том, что в отделе надзорной деятельности и профилактической работы по г. Усть-Катаву и Ашинскому району УНД и ПР ГУ МЧС России по Челябинской области зарегистрирован факт пожара, произошедшего 29.08.2024 года по адресу: <адрес>, и проведена соответствующая проверка, в рамках которой установлено, что наиболее вероятной причиной возгорания наружной стены жилого дома явился аварийный режим работы электросети кабельно-воздушной линии электропередач вследствие падения опоры. По результатам проверки сообщения о пожаре составлен рапорт, в котором отражены дата, адрес, обстоятельства и причина произошедшего пожара, принято решение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении.

В целях определения стоимости восстановительного ремонта жилого дома, пострадавшего в результате падения ЛЭП и электропроводов с последующим возгоранием частей жилого дома, истец обратился в ООО "Центр оценки и консалтинга".

Согласно экспертному заключению ООО "Центр оценки и консалтинга" № 220/10-24С от 04.10.2024 года, изготовленного по инициативе истца, рыночная стоимость ущерба жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, составляет 405 400 рублей (том 1 л.д. 19-57).

По ходатайству стороны истца в судебном заседании допрошен эксперт ФИО2, который пояснил суду, что им осуществлен выезд по месту нахождения домовладения истца, в ходе осмотра которого он зафиксировал повреждения после падения ЛЭП. Последствия были выявлены в виде короткого замыкания на металлическом сайдинге фасада дома, вследствие чего произошло возгорание, был поврежден утеплитель типа пеноплекс. Расчеты подготовлены на основании тех данных, которые были зафиксированы по факту повреждения. Локальная смета выполнена ресурсно-индексным методом. Имели место повреждения, которые визуально наблюдаются, они зафиксированы в заключении. Но по всему фасаду дома имелись локальные следы разрушения металлического сайдинга, вызванные прожогом металла при коротком замыкании. Эти части не восстанавливаются. Они носят не только эстетический характер, но и защитный характер. В случае не проведения замены этого металлического сайдинга, идет коррозия и разрушение металла. Помимо эстетики, нарушается эксплуатационное качество этого материала, служащего защитным экраном самого дома. Принято решение по замене металлического сайдинга в той части, где непосредственно был очаг возгорания массового размера. В тех частях, где идет сопряжение, где есть места прожига, принято решение о локальной замене. Все замеры, площади повреждений отображены в заключении.

Судом также установлено, что ПАО «Россети Урал» является сетевой организацией, которая оказывает услуги по передаче электрическрй энергии, неразрывно связанных с процессом снабжения электрической энергией и мощностью, сетевой организацией, владеющей на праве собственности или ином установленном федеральными законами основании объектами электросетевого хозяйства, с использованием которых оказывает услуги по передаче электрической энергии и осуществляет в установленном порядке технологическое присоединение энергопринимающих устройств (энергетических установок) юридических и физических лиц к электрическим сетям (том 1 л.д. 60-73).

В соответствии с приобщенной в материалы дела выписки из ЕГРН, ответчик ПАО «Россети Урал» является владельцем электросетевого комплекса фидер 5 от РП-8 УКВЗ, на основании договора купли-продажи от 17.11.2023 года (том 1 л.д. 102, 129-131).

Из материалов дела следует и не отрицается ответчиком, что КВЛ 6кВ КП-3-2, проходящая над домовладением № <адрес>, принадлежит ПАО «Россети Урал» (том 1 л.д. 102, 129-131).

Обслуживание и эксплуатацию указанной линии электропередачи осуществляет ПАО «Россети Урал».

Так, согласно листка осмотра ВЛ КВЛ 6кВ КП-3-2 (от РП – 8 ф.5 УКВЗ) от 18.01.2024 года опора № 3 (стойка металлическая) – имеются следы коррозии металла, требуется покраска; опора № 4 (стойка металлическая) – имеются следы коррозии металла, требуется покраска; опора № 5 (стойка деревянная) – загнивание деревянных элементов опоры, не превышающее допустимые нормы (том 1 л.д. 134).

29 августа 2024 года в 17.01 час. на РП-8 от ПС УКВЗ отключилась КВЛ 6кВ КП-3-2, в 17.16 час. приступили к осмотру КВЛ 6кВ КП-3-2, в 17.29 час. осмотр окончен, обнаружено повреждение опор №№ 3, 4 в результате воздействия сторонних лиц, ДТП.

Из акта № 178 расследования причин аварии, произошедшей 29.08.2024 года следует, что в результате проезда грузового автомобиля в охранной зоне КВЛ произошло воздействие неустановленного автомобиля на опору КВЛ, что привело к падению опор №№ 3. 4 и отключению КВЛ 6кВ КП-3-2. Воздействие сторонних лиц на опору КВЛ привело к возникновению межфазного замыкания при падении опор №№ 3, 4, это явилось причиной отключения КВЛ 6кВ КП-3-2 действием релейной защиты (том 1 л.д. 139-143).

Из письменного отзыва на исковое заявления и объяснений представителя ответчика ФИО3, данных в судебном заседании следует, что вина ПАО «Россети Урал» или его работников в причинении вреда истцу не установлена. Материалы дела не содержат фактов аварийной работы сетей в границе зоны ответственности сетевой организации, что подтверждает выкопировка из оперативно-диспетчерского журнала заявок. Жалобы от потребителей по вопросам аварийного режима работы электросетевых объектов по <адрес>, 29 августа 2024 года не поступали. Информация о выполнении ремонтных или аварийных работах на данной ВЛ отсутствует.

Установлено, что 4 сентября 2024 года ПАО «Россети Урал» обратилось в ОМВД России по Усть-Катавскому городскому округу с заявлением о повреждении имущества, из которого следует, что 29.08.2024 года в 17 час. 01 мин. При воздействии неустановленного автомобиля на опору КВЛ 6кВ КП-3-2 от ПС УКВЗ произошло падение опор № 3 (металл) и № 4 (дерево на ж/б приставке). О произошедшем диспетчером ОДГ Юрюзанского РЭС 29.08.2024 года сообщено в отдел полиции г. Усть-Катава. В настоящее время ущерб устанавливается. КВЛ 6кВ КП-3-2 от ПС УКВЗ принадлежит ПАО «Россети Урал» (том 1 л.д. 120).

В ходе работы по данному сообщению установлено, что падение опор № 3 и № 4, расположенных около <адрес>, произошло без воздействия на них автомобиля, так как в момент падения автомобилей вблизи данных опор не было. Падение опор произошло ввиду их аварийного состояния (том 1 л.д. 116-124).

Доводы ответчика относительно того, что постановлением об отказе в возбуждении административного дела не установлена вина ПАО «Россети Урал» или его работников, не свидетельствуют об отсутствии вины ответчика в появлении возгорания, надлежащем исполнении обязанности по обеспечению безаварийной эксплуатации КВЛ 6кВ КП-3-2.

В ходе рассмотрения дела ответчик не представил доказательств того, что ущерб домовладению истца был причинен при других обстоятельства.

По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное (п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 года N 25).

Ответчик в нарушении ст. 56 ГПК РФ не представил доказательств того, что вред причинен не по его вине.

Согласно ответа отдела надзорной деятельности и профилактической работы по г. Усть-Катаву и Ашинскому району УНД и ПР ГУ МЧС России по Челябинской области от 10 апреля 2025 года в ОНДиПР зарегистрирован факт пожара, произошедшего 29.08.2024 года по адресу: <адрес>, по факту пожара проведена проверка, в рамках которой установлено, что наиболее вероятной причиной возгорания наружной стены жилого дома явился аварийный режим работы электросети кабельно-воздушной линии электропередач вследствие падения опоры. Очаг возгорания располагался на наружной стене дома в месте подвода заземления самого дома, площадь пожара составила 20 кв.м (том 2 л.д. 55).

Вопреки доводам ответчика, вина ПАО «Россети Урал» доказана совокупностью представленных доказательств по делу, правовая оценка которым дана в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ в их совокупности.

При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу, что возгорание принадлежащего истцу строения - домовладения, произошло в результате падения двух опор ЛЭП, то есть по вине ответчика, в связи с чем ответственность по возмещению ущерба должна быть возложить на ПАО «Россети Урал».

Доводы ответчика об отсутствии причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ПАО «Россети Урал» и заявленным ущербом, о его непричастности к рассматриваемому пожару, суд находит не состоятельными, поскольку они опровергаются совокупностью представленных в материалы дела письменных доказательств и показаниями допрошенных свидетелей.

Сам факт оспаривания ответчиком своей вины в причинении ущерба не является основанием полагать, что доказательства в обоснование позиции об отсутствии вины представлены ответчиком, принимая во внимание отсутствие таковых в материалах дела.

Заявляя о несогласии с исковыми требованиями истца по причинам возгорания, оспаривая свою вину в причинении ущерба, ответчик не представил суду доказательства данных доводов, о проведении по делу экспертизы с целью определения причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и наступившим у истца вредом, не ходатайствовал.

Поскольку данные обстоятельства могли быть подтверждены лишь доказательствами, содержащими специальные научные познания, суд приходит к выводу о том, что ответчиком могло быть заявлено ходатайство о назначении соответствующей экспертизы или представлено заключение специалиста, опровергающее доводы истца и сведения из отказного материала.

Однако непредставление юридически значимых доказательств явилось следствием нереализации ответчиком процессуальной обязанности по опровержению исковых требований.

В ходе рассмотрения данного гражданского дела в целях определения стоимости ущерба, причинённого 29 августа 2024 года объекту недвижимости, принадлежащего ФИО4, судом назначена судебная пожаро-техническая экспертиза, производство которой поручено эксперту Союза «Южно-Уральская торгово-промышленная палата» ФИО15В. (том 2 л.д. 108-110).

11 августа 2025 года в суд поступило сообщение №026-05-00637 от 05.08.2025 года эксперта Союза «Южно-Уральская торгово-промышленная палата» ФИО15В. о невозможности дать заключение, поскольку в настоящее время повреждения частично устранены, доступ к утеплителю и обрешётке закрыт, так как здание обшито сайдингом. По имеющейся в материалах дела информации провести расчет невозможно, так как отсутствует описание характера и детальных размеров повреждений (том 2 л.д. 129-138).

Из указанного сообщения следует, что 24 июля 2025 года в присутствии сторон проведен осмотр поврежденного имущества в результате падения опоры ЛЭП (возгорания) по адресу: <адрес>. Осмотру подлежал жилой дом, навес и ограждение. По результатам осмотра установлено, что собственником полностью устранены повреждения навеса и ограждения. На момент осмотра построен новый навес и ограждение. Частично устранены повреждения жилого дома. Со слов собственника, частично заменена обшивка стен из металлического сайдинга и утеплителя «Пеноплекс» с тыльной стороны дома, с левой стороны дома частично заменен утеплитель «Пеноплекс», также эти стороны дома дополнительно утеплены мин.ватой.

При осмотре зафиксированы следующие не устраненные повреждения:

- со стороны дома, где произошло возгорание (тыльная сторона): на 1-м этаже оплавление пластиковых элементов оконного блока р-р 0,86 м х 1,13 м, отсутствуют откосы и отливы, следы копоти, зафиксирован оплавленный утеплитель «Пеноплекс» и установленный поверх новый утеплитель в два слоя; на 2-м этаже на оконном блоке р-р 0,7 м х 0.5 м из ПВХ стеклопакета зафиксированы следы копоти, оплавление пластиковых элементов блока в верхней части; обнаружены следы прогара на 3-х панелях сайдинга длиной 4,7 – 2 шт., и 3,8 м, отсутствует сайдинг под окном на площади 1,0 м х 0,85 м и в нижней части дома на площади 0,6 м х 1,5 м.

- при осмотре дома с левой стороны повреждения металлического сайдинга не зафиксировано. При вскрытии оконного откоса обнаружен старый утеплитель «Пеноплекс» без видимых повреждений, а также слой утеплителя из мин.ваты, установленный после пожара.

- с фасада здания повреждения от возгорания на металлическом сайдинге не обнаружены.

- с правой стороны здания на 2-м этаже над гаражом на металлической торцевой планке зафиксированы следы копоти. При вскрытии панели сайдинга повреждения на сайдинге не обнаружены.

В своем сообщении эксперт указывает на то, что по результатам проведенного осмотра установить объемы работ, связанных с восстановлением жилого дома и строений не представляется возможным, так как собственником проведены ремонтные работы. Кроме того, жилой дом обит сайдингом и для установления объемов повреждения утеплителя и деревянной обрешетки необходима полная разборка обшивки стен из металлического сайдинга.

По имеющимся в материалах дела документам также не представляется возможным рассчитать объемы восстановительных работ, так как не указаны площади повреждений.

Имеющееся в материалах дела экспертное заключение № 220/10-24С не содержит информацию о размерах (площади) повреждений конструктивных элементов строений и не является информативным: отсутствует описание количества поврежденных металлических направляющих навеса, отсутствует информация о площади повреждения металлического сайдинга, отсутствует информация о площади повреждений утеплителя, отсутствует информация о площади повреждения деревянной обрешетки.

Для получения разъяснений о невозможности дать ответ на поставленный вопрос в судебном заседании допрошен эксперт ФИО15, которая пояснила суду, что при осмотре ею предмета исследования установлено, что был проведен частичный ремонт наружной облицовки дома, произведен полностью ремонт навеса и ограждения. Дополнительные документы не запрашивались, потому что в этом нет целесообразности на текущий момент времени. Дом обшит сайдингом, определить объем повреждений и объем ремонтных работ не представлялось возможным. Если бы собственник полностью вскрыл весь фасад, возможно, было бы определить, где действительно был поврежден утеплитель, повреждена обрешетка, и было ли это заменено. Повреждения, которые зафиксированы в экспертном заключении, они соответствуют, но невозможно определить объем этих повреждений. Там указано, что повреждены оконные блоки, утеплитель, металлосайдинг, конструкция навеса, ограждения, но в каком объеме имело повреждения, определить невозможно.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзацах первом и втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Согласно приведенным нормам права и разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации невозможность точного расчета убытков не является основанием для лишения потерпевшего права на возмещение ущерба, размер которого в таком случае определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов разумности и соразмерности. Аналогичным образом невозможность точного определения степени влияния одной из совокупных причин на возникновение ущерба не должна приводить к лишению потерпевшего права на возмещение вреда.

Вопреки доводам ПАО «Россети Урал», заключение ООО "Центр оценки и консалтинга" № 220/10-24С от 04.10.2024 года является допустимым доказательством по делу, при проведении экспертизы соблюдены требования процессуального законодательства, заключение соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ, содержит подробное описание проведенного исследования.

Принимая во внимание, что эксперты вправе самостоятельно определять в рамках каждого конкретного исследования его методы, учитывая объем, достаточность и достоверность доступной для использования того или иного метода информации, доводы ответчика о проведении экспертизы с существенными нарушениями, без исследования имеющих значение обстоятельств, подлежат отклонению как необоснованные.

Каких-либо бесспорных доказательств проведения оценки с нарушением соответствующих методик и норм процессуального права, способных поставить под сомнение достоверность ее результатов в полном объеме, ответчик не представил. Достоверных и допустимых доказательств, указывающих на заинтересованность эксперта в исходе дела, либо ненадлежащую квалификацию, в материалах дела не имеется и ответчиком таких доказательств вопреки положениям ст. 56 ГПК РФ не представлено.

Повреждения, указанные в заключении, соответствуют повреждениям, отраженным в документах, подготовленными при проведении проверки сотрудниками ОНДиПР по г. Усть-Катаву и Ашинскому району.

Доводы представителя ответчика о том, что оценка проведена без участия ответчика, подлежат отклонению, поскольку в рамках возникших между сторонами отношений такая обязанность законом не закреплена. Кроме того, само по себе отсутствие представителя ПАО «Росстети Урал» при осмотре иных выводов по делу повлечь не может, поскольку осмотр проведен компетентным экспертом, сведений о недостоверности выводов которого ответчиком не представлено.

Из обстоятельств дела не следует, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления повреждений подобного имущества, доказательств этого ответчиком не предоставлено.

Доводы стороны ответчика об отсутствии перебоев и нарушений в работе оборудования (линии электропередачи) в день возникновения пожара судом отклоняются.

Принимая во внимание, что пожар возник по вине ПАО «Россети Урал», являющегося собственником электросетевого комплекса и ответчик должен нести ответственность перед истцом за причинение ему имущественного ущерба в результате возгорания, суд приходит к выводу о взыскании причиненного истцу ущерба вследствие повреждения его жилого дома в результате возгорания, произошедшего 29 августа 2024 года.

Из материалов дела усматривается, что на момент осмотра судебным экспертом поврежденного имущества выполнена часть ремонтных работ.

Отказываясь от проведения дополнительной экспертизы, представитель истца ссылался на чрезмерную затратность предложенного экспертом способа определения стоимости ущерба путем полного разбора обшивки стен из металлического сайдинга и указывал на наличие менее затратных способов его выявления.

Ответчик, по вине которого произошло повреждение имущества, обязан возместить потерпевшему причиненный этим реальный ущерб с учетом того, что целью возмещения убытков является приведение имущества в состояние, в котором оно находилось до даты повреждения.

При определении размера ущерба, причиненного пожаром имуществу истца, суд принимает во внимание представленный истцом отчет об оценке ООО "Центр оценки и консалтинга" № 220/10-24С от 04.10.2024 года.

Как следует из материалов дела, доказательств иного размера причиненного ущерба, отвечающих принципу относимости и допустимости, ответчиком не представлено.

Поскольку установлено, что вред причинен истцу по вине ответчика, являющегося собственником линии электропередач, которая находилась в состоянии, не обеспечивающим ее безопасную эксплуатацию, отсутствие вины ответчик не доказал, суд приходит к выводу о взыскании с ПАО «Россети Урал» в пользу истца ФИО4 ущерба, причиненного пожаром, в размере 405 400 рублей.

1 сентября 2024 года сотрудником ПАО «Россети Урал» составлен акт фиксации нарушения охранной зоны электросетевого объекта, согласно которого в охранной зоне КВЛ 6кВ КП-3-2, пролет опор №№ 3-4, расположенного по адресу: <адрес>, обнаружено размещение объектов – домовладение в пролете опор №№ 3-4 КВЛ 6кВ КП-3-2 (том 1 л.д. 136, 137).

Правительство Российской Федерации постановлением от 24 февраля 2009 г. N 160 утвердило Правила установления охранных зон, которые определяют порядок установления охранных зон объектов электросетевого хозяйства, границы зон, а также особые условия использования земельных участков, расположенных в пределах охранных зон, обеспечивающие безопасное функционирование и эксплуатацию указанных объектов (пункты 1 и 3 Правил).

В охранных зонах в целях обеспечения безопасных условий эксплуатации и исключения возможности повреждения линий электропередачи и иных объектов электросетевого хозяйства устанавливаются особые условия использования территорий (пункт 2 Правил установления охранных зон).

Вместе с тем, в материалах дела отсутствуют доказательства принятия ответчиком в отношении истца необходимых мер, направленных на исключение негативного влияния на объекты электросетевого хозяйства в связи с постройкой строений в охранной зоне линии электропередачи, начиная с момента эксплуатации до момента пожара, в связи с чем, само по себе размещение объекта недвижимости в отсутствие каких-либо законных запретов (ограничений), либо объективных условий, очевидно создающих возможность негативного влияния на объекты электросетевого хозяйства, и как следствие причинение вреда, нельзя рассматривать как наличие оснований для освобождения ответчика от возмещения, причиненного истцу ущерба.

Ссылка представителя ответчика на судебную практику по другим аналогичным делам, не может быть принята во внимание, поскольку судебная практика не является источником права в Российской Федерации, конкретные судебные решения не носят преюдициального характера при разрешении дел других лиц, каждое дело разрешается с учетом обстоятельств в индивидуальном порядке.

Кроме того, истцом заявлены требования о взыскании с ответчика судебных расходов.

В соответствии со статьей 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу статьи 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к судебным издержкам отнесены, в том числе, расходы на оплату услуг оценщика, услуг представителей, на оплату экспертизы, почтовые расходы, понесённые сторонами; другие признанные судом необходимые расходы.

В силу пункта 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворён частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворённых судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по её письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек (п. 10 постановления Пленума ВС РФ от 21.01.2016 года N 1"О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела").

Представление интересов истца при рассмотрении дела осуществлял представитель ФИО1, действующий на основании доверенности. Вместе с тем доказательств, подтверждающих доводы о несении истцом расходов на оплату юридических услуг и услуг представителя, ФИО4 в судебном заседании не представлено, в связи с чем основания для взыскания с ответчика расходов оплату услуг представителя отсутствуют.

Истцом ФИО4 заявлено требование о взыскание расходов на проведение оценки ущерба жилого дома в сумме 25 000 рублей. Несение затрат подтверждено квитанцией ООО «Центр оценки и консалтинга» (л.д. 18). Так как оценка ущерба является необходимым условием для обращения в суд, расходы на её проведение являются судебными издержками, и подлежат взысканию с ответчика ПАО «Россети Урал» в пользу истца.

Согласно квитанции от 24 декабря 2024 года истцом в адрес ПАО «Россети Урал» направлено почтовое отправление, общая сумма платы за пересылку составила 94 рубля 50 копеек (л.д. 58). Таким образом, с ответчика ПАО «Россети Урал» в пользу истца ФИО4 подлежат взысканию почтовые расходы, согласно заявленных требований, в размере 94 рубля 50 копеек, которые суд относит к судебным расходам, определяет их к взысканию как необходимые.

Истцом при подаче иска уплачена государственная пошлина в размере 12 635 рублей (квитанция от 24.12.2024 года – л.д. 3).

Поскольку суд пришел к выводу об удовлетворении исковых требований ФИО4, с ПАО «Россети Урал» в пользу истца должна быть взыскана уплаченная при подаче искового заявления государственная пошлина в размере 12 635 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 12, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО4 к публичному акционерному обществу «Россети Урал» о взыскании суммы ущерба, судебных расходов, удовлетворить.

Взыскать с публичного акционерного общества «Россети Урал» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу ФИО4 (<данные изъяты>) сумму ущерба в размере 405 400 рублей, расходы по оплату услуг эксперта в размере 25000 рублей, почтовые расходы в размере 94 рубля 50 копеек, расходы по оплате государственной пошлины в размере 12 635 рублей, всего 443129 /четыреста сорок три тысячи сто двадцать девять/ рублей 50 копеек.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня вынесения решения суда в окончательной форме в Челябинский областной суд через Усть-Катавский городской суд Челябинской области.

Председательствующий подпись Ю.Р.Хлёскина Решение не вступило в законную силу

Мотивированное решение изготовлено 23 октября 2025 года.