Решение № 2-1197/2019 2-6241/2018 от 9 сентября 2019 г. по делу № 2-1197/2019

Дело № 2-1197/19


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

10 сентября 2019 года Канавинский районный суд г. Нижнего Новгорода в составе председательствующего судьи Макаровой Т.Е.,

при секретаре судебного заседания Глумовой С.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 о признании завещаний недействительными,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО3 о признании завещаний недействительными, мотивировав требования следующим.

(ДД.ММ.ГГГГ.) умер ФИО5, который являлся дедушкой истца ФИО2

После его смерти осталось наследство в виде (адрес обезличен) г.Н.Новгорода.

(ДД.ММ.ГГГГ.) умер отец истца ФИО6

Истец является единственным наследником к имуществу умершего ФИО5

При обращении к нотариусу истец узнала, что ФИО5 составил завещание на квартиру.

Истец указывает, что ФИО5 имел психическое заболевание, находился на лечении, в течение которого принимал сильнодействующие препараты.

Истец считает, что ФИО5 в момент составления завещания не понимал значение своих действий и не мог руководить ими в силу психического заболевания.

Истец с учетом измененных требований просит суд:

1. признать недействительным завещание от (ДД.ММ.ГГГГ.)., составленное ФИО5, удостоверенное нотариусом ФИО24 при участии рукоприкладчика.

2. признать недействительным завещание от (ДД.ММ.ГГГГ.)., составленное ФИО5, удостоверенное нотариусом ФИО24

В судебном заседании представитель истца ФИО7, действующий на основании доверенности, требования поддержал, просил удовлетворить в полном объеме, указывая, что в последние годы жизни ФИО5 не мог самостоятельно ухаживать за собой и нуждался в посторонней помощи, забывал лица и имена родственников. В момент составления завещаний не мог осознавать характер совершаемых действий. Считает, что показания допрошенных по инициативе ответчика свидетелей противоречат действительным обстоятельствам дела.

Кроме того, представитель истца, оспаривая составленные завещания, ссылался также на то, что в момент составления завещания от (ДД.ММ.ГГГГ.) ФИО5 не мог самостоятельно его прочитать в силу болезни, а при составлении завещания от (ДД.ММ.ГГГГ.) не смог его собственноручно подписать, в связи с чем, был привлечен рукоприкладчик. Полагает, что при составлении завещаний нарушены положения статьи 1125 Гражданского кодекса РФ.

В судебном заседании ответчик ФИО3, представитель ее интересов адвокат ФИО8, возражали против удовлетворения требований истца, мотивируя тем, что согласно представленным в материалы дела доказательствам, ФИО5 в момент составления завещаний понимал характер и значение совершаемых действий.

Представитель третьего лица нотариуса ФИО24 ФИО9, действующий на основании доверенности, полагал, что оснований для удовлетворения заявленных требований не имеется.

Истец ФИО2, третье лицо нотариус ФИО24, третье лицо ФИО25, третье лицо ФИО10 судебное заседание не явились, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного заседания.

Суд в силу статьи 167 ГПК РФ полагает возможным разрешить спор в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, представителей их интересов, исследовав и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, установив юридически значимые обстоятельства, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В силу пункта 2 названной статьи собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно положениям статьи 218 Гражданского кодекса РФ в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Завещание представляет собой одностороннюю сделку, правовой эффект от которой наступает после открытия наследства.

В соответствии со статьей 1111 Гражданского кодекса Российской Федерации наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных ГК РФ.

Согласно положениям статьи 1143 Гражданского кодекса Российской Федерации если нет наследников первой очереди, наследниками второй очереди по закону являются полнородные и неполнородные братья и сестры наследодателя, его дедушка и бабушка как со стороны отца, так и со стороны матери. Дети полнородных и неполнородных братьев и сестер наследодателя (племянники и племянницы наследодателя) наследуют по праву представления.

В соответствии со статьей 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания. Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме. Завещание должно быть совершено лично. Совершение завещания через представителя не допускается.

Согласно пункта 1 статьи 1119 Гражданского кодекса Российской Федерации завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных ГК РФ, включить в завещание иные распоряжения.

В соответствии с п. 1, п. 2 ст. 1131 ГК РФ при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

По смыслу содержащихся в ст. 1131 ГК РФ положений завещание может быть признано недействительным по общим основаниям, предусмотренным параграфом вторым главы 9 ГК РФ.

Судом установлено, что ФИО5 на праве собственности принадлежала доля в праве собственности на (адрес обезличен) г.Н.Новгорода.

(ДД.ММ.ГГГГ.) ФИО5 составил завещание, в соответствии с которым из принадлежащего ему имущества, состоящего из ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: г.Н.Новгород, (адрес обезличен), 1/3 долю вышеуказанного имущества (что составляет ? долю в праве общей долевой собственности на квартиру) завещал ФИО3 (Т. 1 л.д.155).

(ДД.ММ.ГГГГ.) ФИО5 составил завещание, в соответствии с которым все его имущество, какое ко дню его смерти окажется ему принадлежащим, в чем бы таковое ни заключалось и где бы оно ни находилось, он завещал ФИО3 (Т. 1 л.д.58).

(ДД.ММ.ГГГГ.) ФИО5 умер, что подтверждается справкой о смерти (№) от (ДД.ММ.ГГГГ.) (Том 1 л.д.11).

Истцом ФИО2, которая является внучкой ФИО5 заявлено требование об оспаривании вышеуказанных завещаний по основаниям статьи 177 Гражданского кодекса РФ, в силу которой сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В силу закона такая сделка является оспоримой, в связи с чем лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям, указанным в части 1 статьи 177 Гражданского кодекса РФ согласно положениям статьи 56 ГПК РФ обязано доказать наличие оснований для недействительности сделки.

Таким образом, исходя из требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ бремя доказывания наличия обстоятельств, предусмотренных частью 1 статьи 177 Гражданского кодекса РФ, лежит именно на ФИО2

Правильное распределение бремени доказывания между сторонами - один из критериев справедливого и беспристрастного рассмотрения дел судом, предусмотренного статьей 6 Европейской Конвенции от 4 ноября 1950 года "О защите прав человека и основных свобод".

В обоснование исковых требований ФИО2 сослалась на то, что ФИО5 наблюдался и проходил лечение в ГБУЗ НО «Городская поликлиника №(адрес обезличен) г.Н.Новгорода» в связи с наличием психического заболевания, в течение которого принимал сильнодействующие препараты. В связи с чем, на момент составления завещаний он не был способен понимать значение своих действий и руководить ими.

Определением суда от (ДД.ММ.ГГГГ.) по ходатайству стороны истца по настоящему гражданскому делу была назначена посмертная судебная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза.

Из заключения посмертной судебной амбулаторной комплексной психолого-психиатрической экспертизы (№) от (ДД.ММ.ГГГГ.), составленного ГБУЗ Нижегородской области «Психиатрическая больница (№) г.Н.Новгорода» следует, что (данные обезличены).

(данные обезличены)

(данные обезличены)

(данные обезличены)

(данные обезличены).

В судебном заседании (ДД.ММ.ГГГГ.) эксперт-психиатр ФИО11 подтвердила данное заключение, суду пояснила, что ФИО5 понимал значение своих действий в момент составления завещаний. Данные действия были совершены им осознанно. Из медицинской документации, представленной в материалы дела, следует, что у ФИО5 были соматические заболевания, на что указано врачами, но, ни один из лечащих и наблюдавших ФИО5 докторов, не указал у него на наличие каких-либо психических заболеваний, равно как не указано и на необходимость консультации врача-психиатра.

В судебном заседании (ДД.ММ.ГГГГ.) эксперт-психолог ФИО12 пояснила суду, что давления со стороны окружающих, влияющего на составление ФИО5 завещаний, не оказывалось.

Оценивая заключение амбулаторной комплексной психолого-психиатрической экспертизы от (ДД.ММ.ГГГГ.), а также пояснения экспертов, данные ими в судебном заседании, суд приходит к выводу о том, что ФИО5 в момент составления завещаний от (ДД.ММ.ГГГГ.) и от (ДД.ММ.ГГГГ.), мог понимать значение своих действий и руководить ими.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

В соответствии с положениями статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы.

Проанализировав содержание указанного заключения судебной экспертизы, суд приходит к выводу о том, что оно в полном объеме отвечает требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку в заключении указано, какие конкретно документы и материалы использовались при подготовке экспертного заключения и какие методики применялись экспертами при проведении экспертизы, указано место, дата начала и окончания производства экспертизы, заключение содержит полные сведения об экспертах, стаже работы, подписи экспертов заверены оттиском печати.

Указанное заключение составлено и подписано специалистами в области психиатрии, и психологии, имеющими длительный стаж работы по специальности и стаж экспертной работы, которые не вызывают сомнения в своей компетенции.

Таким образом, заключение содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в их результате выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов эксперты приводят соответствующие данные из представленных в распоряжение экспертов материалов, указывают на применение методов исследований, основываются на исходных объективных данных, выводы экспертов обоснованы документами, представленными в материалы дела.

Согласно положениям части 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса РФ, заключение эксперта для суда не обязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 Гражданского процессуального кодекса РФ.

В соответствии с частями 3 и 4 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

По смыслу положений статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение судебной экспертизы является одним из самых важных видов доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования, тем не менее, суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта не может пренебрегать иными добытыми по делу доказательствами, в связи с чем, законодателем в статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации закреплено правило о том, что ни одно доказательство не имеет для суда заранее установленной силы, а в положениях части 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации отмечено, что заключение эксперта для суда необязательно и оценивается наряду с другими доказательствами.

Однако это не означает права суда самостоятельно разрешить вопросы, требующие специальных познаний в определенной области науки.

При таком положении суд может отвергнуть заключение экспертизы в том случае, если это заключение явно находится в противоречии с остальными доказательствами по делу, которые бы каждое в отдельности и все они в своей совокупности бесспорно подтверждали бы наличие обстоятельств, не установленных экспертным заключением, противоречащих ему.

Таким образом, заключения судебной экспертизы оцениваются судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

На основании изложенного, суд может отвергнуть заключение экспертизы лишь в том случае, если бы это заключение явно бы находилось в противоречии с остальными доказательствами по делу, которые бы каждое в отдельности и все они в своей совокупности, бесспорно подтверждали бы то обстоятельство, что ФИО5 в момент составления оспариваемых завещаний не мог понимать значение своих действий и руководить ими.

Однако, по данному делу таких обстоятельств не имеется и заключение экспертов не только не противоречит, но и согласуются с другими доказательствами.

Оснований для сомнения в правильности заключения, в беспристрастности и объективности экспертов отсутствуют.

Таким образом, суд считает необходимым принять во внимание заключение (№) от (ДД.ММ.ГГГГ.), составленное ГБУЗ Нижегородской области «Психиатрическая больница (№) г.Н.Новгорода».

Судом также дана оценка показаниям, допрошенных в судебных заседаниях свидетелей.

Свидетель ФИО13, допрошенная (ДД.ММ.ГГГГ.) в судебном заседании показала суду, что являлась соседкой ФИО5 с 2013 года. ФИО5 редко выходил на улицу, так как плохо передвигался. В 2017 году совсем перестал выходить на улицу, заходил к ней раза два. ФИО3 обращалась к ней за помощью, чтобы поднять ФИО5, когда последний падал в квартире. ФИО5 общался на общие темы, о внучке никогда не рассказывал, отклонений никаких в его поведении замечено не было. Состояние его здоровья то улучшалось, то ухудшалось.

Свидетель ФИО14, допрошенная (ДД.ММ.ГГГГ.) в судебном заседании, показала суду, что в (ДД.ММ.ГГГГ.) года пребывала совместно с ФИО3 в больнице, которая постоянно уходила ухаживать за пожилым человеком. Лично с ФИО5 она знакома не была.

Свидетель ФИО15, допрошенный (ДД.ММ.ГГГГ.) в судебном заседании, показал суду, что был знаком с ФИО5 на протяжении 20 лет. Вместе посещали хор, руководителем которого была ФИО3 Последний раз общались в (ДД.ММ.ГГГГ.) года, когда ФИО5 позвонил сам по телефону и пригласил в гости. Речь у ФИО5 была замедленная, но странностей в разговоре не было.

Свидетель ФИО16, допрошенная (ДД.ММ.ГГГГ.) в судебном заседании, показала суду, что знала ФИО5 с детства. Последний раз видела его в 2017 году. Общался он всегда с юмором. В (ДД.ММ.ГГГГ.) года ФИО5 звонил и общался по телефону. О своих родственниках ФИО5 никогда не рассказывал. ФИО5 было трудно передвигаться, но при этом сознание было ясное.

Свидетель ФИО17, допрошенная (ДД.ММ.ГГГГ.) в судебном заседании, показала суду, что вместе с ФИО5 пели в хоре с (ДД.ММ.ГГГГ.) года. Вместе с ним решали административные вопросы, к которым он подходил серьезно, никогда ничего не забывал. Последний раз общались с ним за полгода до смерти по телефону. Разговор был коротким, но при этом странностей у ФИО5 не заметила.

Свидетель ФИО18, допрошенная (ДД.ММ.ГГГГ.) в судебном заседании, показала суду, что с ФИО5 познакомились в хоре в (ДД.ММ.ГГГГ.) году, а первый раз увидела его на концерте в (ДД.ММ.ГГГГ.) году, с женой его познакомилась на теплоходе. Они жаловались, что болеют, у них никого нет. ФИО5 последний раз видела в (ДД.ММ.ГГГГ.) года. Он предлагал помогать ему в быту. В (ДД.ММ.ГГГГ.) года встретила его снова, он сказал, что нашел женщину, которая помогает ему. На похоронах и поминках родственников ФИО5 она не видела.

Свидетель ФИО19, допрошенный (ДД.ММ.ГГГГ.) в судебном заседании, показал суду, что является руководителем стационарного социального учреждения для граждан пожилого возраста и инвалидов. Он общался с ФИО5 в (ДД.ММ.ГГГГ.) году, когда последний приезжал в социальное учреждение в ознакомительных целях. Никаких отклонений, странностей в поведении ФИО5 он не заметил.

Свидетель ФИО3, допрошенный в судебном заседании (ДД.ММ.ГГГГ.) в судебном заседании, показал суду, что знал ФИО5 давно, ФИО5 являлся солистом хора завода Гидромаш, и они долгое время сотрудничали в качестве творческого тандема. ФИО5 являлся человеком с непростым характером, очень обязательный, и порядочный. Никаких отклонений в психике ФИО5 он не замечал и не наблюдал.

Свидетель ФИО20, допрошенная (ДД.ММ.ГГГГ.) в судебном заседании, показала суду, что является сотрудником ГБУЗ НО «Управление социальной защиты населения (адрес обезличен)». В ноябре 2017 года по обращению ФИО3 она выходила по месту жительства ФИО5 для решения вопроса о помещении его в дом-интернат. Во время общения ФИО5 вел себя осознанно, понимал предоставляемую информацию, речь его была понятна, он выразил свое согласие на помещение его в дом-интернат. Все необходимые документы были предоставлены самим ФИО5 При этом согласно представленной справке от психиатра ФИО5 было рекомендован дом- интернат общего типа. На момент оформления документов ФИО5 сомнений относительно его психического состояния не возникло.

Оценивая показания данных свидетелей по правилам относимости и допустимости, суд приходит к выводу, что показания свидетелей отражают в сопоставлении с медицинской документацией состояние психического здоровья ФИО5 на момент составления завещаний.

Оснований сомневаться и не доверять показаниям указанных свидетелей у суда не имеется, поскольку они не являются лицами, заинтересованными в исходе дела, предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 - 308 УК РФ за дачу заведомо ложных показаний, их показания согласуются между собой, неприязненных отношений к сторонам по делу не испытывают.

Судом также (ДД.ММ.ГГГГ.) была допрошена свидетель ФИО21, которая показала суду, что с (ДД.ММ.ГГГГ.) года ухаживала за ФИО5, приезжала два раза в неделю, убиралась, готовила, помогала ФИО5 С (ДД.ММ.ГГГГ.) года у ФИО5 стали появляться странные мысли о передаче своей квартиры ФИО22 и государству.

Оценивая показания данного свидетеля по правилам относимости и допустимости, суд приходит к следующему.

При оспаривании завещания по основанию неспособности наследодателя на момент его совершения понимать значение своих действий или руководить ими, суд должен принимать во внимание только бесспорные доказательства, с достоверностью подтверждающие факт неспособности наследодателя на момент составления завещания отдавать отчет своим действиям.

Показания одного свидетеля сами по себе не могут являться бесспорным доказательством, подтверждающим факт того, что ФИО5 на момент составления завещаний не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, поскольку указанные доказательства носят субъективный характер и могут быть учтены судом наряду с доказательствами, достоверно и бесспорно подтверждающими данный факт, как то заключение посмертной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы.

При этом анализ показаний допрошенного судом свидетеля, непосредственно контактировавшего с наследодателем, не дает оснований для вывода о таких изменениях его психического состояния, которые бы исключали возможность осознания ФИО5 своих действий при составлении завещаний.

На основании исследования и оценки представленных в дело доказательств: объяснений сторон, показаний свидетелей, медицинской документации, заключения экспертов, суд приходит к выводу об отсутствии данных о том, что в момент составления завещаний (ДД.ММ.ГГГГ.) и (ДД.ММ.ГГГГ.) ФИО5 не понимал значение своих действий, не руководил ими.

Для квалификации спорных отношений по основаниям статьи 177 Гражданского кодекса РФ, значение имеет неспособность ФИО5 понимать значение своих действий или руководить только в момент совершения оспариваемых завещаний.

Согласно статье 35 (часть 1) Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, имеют право представлять доказательства и участвовать в их исследовании, задавать вопросы другим лицам, участвующим в деле, свидетелям, экспертам и специалистам, заявлять ходатайства, в том числе об истребовании доказательств.

Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна представить доказательства в обоснование своих требований и возражений.

В соответствии со статьей 57 (часть 1) Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. В случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств.

Объективных доказательств, которые с достоверностью свидетельствовали бы о том, что ФИО5 составил завещания в состоянии не способном понимать значение своих действий, истцом и его представителем, в нарушение требований статьи 56 ГПК РФ, не представлено.

Представитель истца, оспаривая составленные завещания, ссылался также на то, что в момент составления завещания от (ДД.ММ.ГГГГ.) ФИО5 не мог самостоятельно его прочитать в силу болезни, а при составлении завещания от (ДД.ММ.ГГГГ.) не смог его собственноручно подписать, в связи с чем, был привлечен рукоприкладчик.

Данные доводы правовым основанием для удовлетворения заявленных исковых требований не являются в силу следующего.

Согласно ст. 1125 ГК РФ нотариально удостоверенное завещание должно быть написано завещателем или записано с его слов нотариусом.

Если завещатель не в состоянии лично прочитать завещание, его текст оглашается для него нотариусом, о чем на завещании делается соответствующая запись с указанием причин, по которым завещатель не смог лично прочитать завещание. Завещание должно быть собственноручно подписано завещателем.

Если завещатель в силу физических недостатков, тяжелой болезни или неграмотности не может собственноручно подписать завещание, оно по его просьбе может быть подписано другим гражданином в присутствии нотариуса. В завещании должны быть указаны причины, по которым завещатель не мог подписать завещание собственноручно, а также фамилия, имя, отчество и место жительства гражданина, подписавшего завещание по просьбе завещателя, в соответствии с документом, удостоверяющим личность этого гражданина.

Из текста завещания от (ДД.ММ.ГГГГ.) следует, что текст завещания записан со слов ФИО5 нотариусом верно, до подписания завещания оно полностью оглашено нотариусом в связи с тем, что не могло быть прочитано лично ввиду того, что ФИО5 болен, в чем собственноручно подписался.

В тексте завещания от (ДД.ММ.ГГГГ.) указано, что вследствие болезни и по просьбе наследодателя завещание подписано рукоприкладчиком, чья личность и дееспособность были установлены и проверены, соответственно, в присутствии нотариуса, при подписании завещания было разъяснено содержание ст. ст. 1123, 1124 ГК РФ, о чем на завещании есть соответствующая отметка.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что требования ст. 1125 Гражданского кодекса РФ при составлении завещаний от (ДД.ММ.ГГГГ.) и от (ДД.ММ.ГГГГ.) соблюдены.

Наличие у ФИО5 на момент составления завещаний болезни, невозможность прочтения, либо подписание завещаний со ссылкой на физическое состояние, не указывает на наличие у наследодателя порока воли на составление завещания в пользу ФИО3

При этом, суд отмечает, что истцом при предъявлении иска в качестве правового основания признания оспариваемых завещаний недействительными указано именно неспособность наследодателя осознавать последствия своих действий и руководить ими - ст. 177 ГК РФ. По иным основаниям завещание не оспаривается.

В силу статей 12, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судом были созданы условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств дела, реализации принципа состязательности сторон.

Исходя из принципа диспозитивности и равноправия сторон в гражданском процессе, стороны самостоятельно распоряжаются своими правами и обязанностями, осуществляют гражданские права своей волей и в своем интересе.

Суд, оценив представленные по делу доказательства в соответствии со ст.ст. 67, 71 Гражданского процессуального кодекса РФ, принимая во внимание вышеприведенные положения закона и установленные обстоятельства, не усматривает оснований для признания завещаний ФИО5, составленных (ДД.ММ.ГГГГ.) и (ДД.ММ.ГГГГ.) в пользу ФИО3, недействительными, в связи с чем, считает необходимым отказать ФИО2 в удовлетворении иска.

ГБУЗ Нижегородской области «Психиатрическая больница (№) г.Н.Новгорода» заявлено ходатайство о взыскании судебных расходов за проведение судебной экспертизы в размере 28 000 рублей.

В соответствии со статьей 89 Гражданского процессуального кодекса РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек.

В соответствии с положениями абз. 2 ст. 94 ГПК РФ, к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам.

Согласно положениям части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Судом установлено, что определением Канавинского районного суда г.Н.Новгорода от (ДД.ММ.ГГГГ.) по настоящему делу была назначена посмертная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза, производство экспертизы поручено ГБУЗ Нижегородской области «Психиатрическая больница (№) г.Н.Новгорода», оплата за проведение экспертизы возложена на ФИО2

Согласно представленного счета стоимость проведенной экспертизы составила 28 000 рублей.

Сведений об оплате расходов по экспертизе в материалах дела не представлено.

Принимая во внимание положения ст. 98 ГПК РФ, а также то, что в удовлетворении исковых требований отказано в полном объеме, суд приходит к выводу о взыскании с ФИО2 в пользу ГБУЗ Нижегородской области «Психиатрическая больница (№) г.Н.Новгорода» расходов по оплате судебной экспертизы в размере 28 000 рублей.

Кроме того, ГБУЗ Нижегородской области «Психиатрическая больница (№) г.Н.Новгорода» заявлено ходатайство о взыскании судебных расходов за выход экспертов в судебное заседание в размере 5 000 рублей за каждого эксперта.

Разрешая заявленное ходатайство, суд принимает во внимание следующее.

В силу части 3 статьи 95 ГПК РФ, статьи 37 Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" N 73-ФЗ от (ДД.ММ.ГГГГ.) эксперты получают вознаграждение за выполненную ими по поручению суда работу, если эта работа не входит в круг их служебных обязанностей в качестве работников государственного учреждения. Размер вознаграждения экспертам, специалистам определяется судом по согласованию со сторонами и по соглашению с экспертами, специалистами.

В соответствии с ч. 1 ст. 85 ГПК РФ эксперт обязан принять к производству порученную ему судом экспертизу и провести полное исследование представленных материалов и документов; дать обоснованное и объективное заключение по поставленным перед ним вопросам и направить его в суд, назначивший экспертизу; явиться по вызову суда для личного участия в судебном заседании и ответить на вопросы, связанные с проведенным исследованием и данным им заключением.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Конституционного суда РФ от 18 июля 2017 г. N 1715-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы общества с ограниченной ответственностью "Воронежский центр судебных технических экспертиз и оценки "Автоэкс" на нарушение конституционных прав и свобод частью первой статьи 85, абзацем вторым статьи 94 и частью третьей статьи 95 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации" следует, что положение части первой статьи 85 ГПК Российской Федерации, в силу которого обязанности эксперта в гражданском процессе не исчерпываются проведением порученной ему судом экспертизы и направлением подготовленного им заключения в суд, поскольку эксперт также обязан явиться по вызову суда для личного участия в судебном заседании и ответить на вопросы, связанные с проведенным исследованием и данным им заключением, как и предписание абзаца второго статьи 94 данного Кодекса, относящее суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам, к издержкам, связанным с рассмотрением дела, не предполагают необходимости отдельной оплаты вызова эксперта в суд для дачи пояснений по содержанию проведенного им экспертного исследования, поскольку данная процессуальная обязанность эксперта должна приниматься им во внимание при согласовании размера вознаграждения, определяемого судом на основании части третьей статьи 95 этого же Кодекса.

Судом достоверно установлено, что в судебном заседании, состоявшемся (ДД.ММ.ГГГГ.), по ходатайству стороны истца принимали участие эксперты ГБУЗ Нижегородской области «Психиатрическая больница (№) города Нижнего Новгорода» эксперт-психиатр ФИО11 и эксперт-психолог ФИО12

Разрешая заявленное ходатайство об оплате выхода экспертов в судебное заседание, суд приходит к выводу, что явка экспертов в судебное заседание была вызвана необходимостью дачи пояснений по проведенному экспертами исследованию.

Эксперты выполняли свои обязанности, предусмотренные ч. 1 ст. 85 ГПК РФ, в рамках уже выполненной работы - экспертизы, которая предусматривает возможность вызова эксперта, в связи с необходимостью ответить на вопросы, связанные с проведенным исследованием и данным им заключением.

Таким образом, оснований для выплаты экспертам вознаграждения в размере 10 000 рублей за выход в суд и дачу пояснений по проведенной экспертизе не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО3 о признании завещаний недействительными, отказать.

Взыскать с ФИО2 в пользу Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Нижегородской области «Психиатрическая больница (№) г.Н.Новгорода» расходы по оплате посмертной судебной комплексной психолого-психиатрической экспертизы в размере 28 000 (двадцать восемь тысяч) рублей.

В удовлетворении заявления Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Нижегородской области «Психиатрическая больница (№) г.Н.Новгорода» о взыскании судебных расходов за выход экспертов в суд в размере 10 000 рублей (десять тысяч) отказать.

Решение может быть обжаловано в Нижегородский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Канавинский районный суд г.Н.Новгорода в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья Т.Е.Макарова