Решение № 2-1462/2019 2-8/2020 2-8/2020(2-1462/2019;)~М-1344/2019 М-1344/2019 от 22 января 2020 г. по делу № 2-1462/2019

Дело № 2- 8/2020
РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

23 января 2020 года г. Иваново

Октябрьский районный суд г. Иваново в составе

председательствующего судьи Пророковой М.Б.,

при секретаре Щацковой О.Е.,

с участием представителей

истца ФИО1, ответчика ФИО2, представителя ответчика адвоката Петровой И.В., Шкрадюк В.И., Яшковой И. И.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО2 о возмещении ущерба,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО2 о взыскании убытков, который был мотивирован следующим. Истец является собственником земельного участка с кадастровым номером № по адресу: <адрес> На указанном земельном участке расположен жилой дом истца. На соседнем земельном участке по адресу: <адрес> кадастровым номером № расположен трехэтажный жилой дом, принадлежащий ответчику. В ДД.ММ.ГГГГ истцом было обнаружено, что в результате схода большой снеговой массы с крыши дома ответчика был поврежден забор, установленный истцом, а также обшивка стены жилого дома истца. На основании экспертного заключения <данные изъяты> материальный ущерб истца составил 96902 руб. Противоправность поведения ответчика выразилась в том, что ответчик, возведя жилой дом, не установил снегозадерживающие устройства на крыше дома во избежание падения с неё снежных масс и угрозы повреждения имущества истца. На основании ст. ст. 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту решения - ГК РФ) ФИО3 просил взыскать со ФИО2 в свою пользу убытки в размере 96 902 руб. и обязать ответчика установить снегозадерживающие устройства на крыше жилого дома по адресу: <адрес> со стороны земельного участка истца в течение десяти дней с момента вступления в силу решения суда.

В процессе рассмотрения дела, пользуясь правом, предоставленным её доверителю ч. 1 ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту решения - ГПК РФ), представитель истца исковые требования уменьшила и в соответствии с заключением судебного эксперта просила взыскать с ответчика убытки в размере 44999 руб., требование об обязании ответчика установить на одном из скатов крыши принадлежащего ему жилого дома снегозадерживающее устройство поддержала (л.д. 172).

Истец ФИО3 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного заседания был извещен надлежащим образом, уполномочил на участие в деле представителя ФИО1, которая требования своего доверителя поддержала с учетом их уменьшения, настаивая на том, что снежно-ледяная масса, повредившая забор, установленный истцом, сошла именно с крыши дома ответчика, поскольку он намного выше дома истца и какие-либо снегозадерживающие устройства на его крыше отсутствуют. Данное обстоятельство подтверждается, в том числе, и выводами эксперта, которые истец не оспаривает. Жилой дом зарегистрирован за ФИО3 на праве собственности, поэтому довод представителя ответчика об отсутствии законных оснований для защиты права истца в судебном порядке является несостоятельным. Кроме того, представитель истца обратила внимание суда на то обстоятельство, что при установке забора в адрес истца никаких возражений относительно его местоположения, конструкции, материала ответчиком высказано не было. Претензии со стороны ФИО2 появились только после обращения ФИО3 в суд с настоящим иском, что свидетельствует о том, что самим по себе фактом возведения забора права ответчика нарушены не были и какая-либо противоправность в действиях ФИО3 отсутствует.

Ответчик и его представители возражали против исковых требований по следующим основаниям. Истцом не представлено достаточной совокупности допустимых и относимых доказательств причинения ущерба принадлежащему ему имуществу именно в результате схода снега с крыши дома ответчика. Поскольку дом истца построен с нарушением градостроительных и строительных норм и правил и расположен на расстоянии 90 см. от смежной границы с земельным участком ответчика, снег и наледь могут сходить с его крыши на земельный участок самого истца. Поэтому, ввиду неправомерности действий самого ФИО3, его право на возмещение убытков не подлежит защите. Кроме того, по мнению ФИО2, нарушение прав истца не доказано, так как утверждение истца о том, что повреждение забора в результате схода снега с крыши дома ответчика, носит предположительный характер. С заключением судебного эксперта ответчик и его представители не согласились, так как длина крыши <адрес> гораздо больше, чем протяженность поврежденной части забора, что свидетельствует о том, что забор мог быть поврежден в результате схода снега с крыши дома самого истца. С достаточной степенью достоверности не подтвержден и размер причиненного истцу ущерба, поскольку экспертом при расчете принималась во внимание стоимость восстановительного ремонта, рассчитанная при условии выполнении работ организацией, находящейся на обычной системе налогообложения, что ведет к увеличению расходов. Согласно коммерческому предложению <данные изъяты> стоимость ремонта составит 13700 руб., что значительно меньше той суммы, которую просит взыскать истец.

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, показания свидетеля ФИО4, эксперта МММ, исследовав и оценив письменные доказательства, имеющиеся в деле, суд приходит к выводу об обоснованности исковых требований ФИО3

При рассмотрении дела установлено, что ФИО3 принадлежит земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>А, отнесенный к категории земель населенных пунктов с видом разрешенного использования для садоводства, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 11-12). На указанном участке возведен жилой дом площадью 96,2 кв.м, право собственности на который также зарегистрировано за ФИО3 (л.д. 173-174). Собственником смежного земельного участка с расположенным на нем жилым домом по адресу: <адрес>, является ответчик ФИО2 (л.д. 34-36). Указанные обстоятельства сторонами не оспаривались, как и то, что по всей длине смежной границы земельных участков сторон в <данные изъяты> истцом за счет собственных средств был возведен забор из металлического профлиста, закрепленного на металлическом каркасе, состоящем из стоек и прогонов.

В феврале 2019 года передняя часть забора и несколько панелей обшивки дома были повреждены в результате воздействия снежно-ледяной массы. Данное обстоятельство не оспаривалось ответчиком и его представителями и подтверждается фотоматериалами, представленными обеими сторонами (л.д. 59-61, 79-86). Согласно экспертному заключению №, составленному ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> рыночная стоимость восстановительного ремонта по устранению указанных повреждений составит 96902 руб. (л.д. 13-33).

Поскольку ФИО2, а также его представители оспаривали не сам факт повреждения забора и обшивки, а то обстоятельство, что таковое произошло в результате схода снега и льда именно с крыши дома ответчика, а также величину причиненного истцу ущерба, судом по ходатайству представителя истца была назначена судебная строительно-техническая экспертиза, проведение которой было поручено <данные изъяты> (л.д. 113-115).

Как следует из заключения эксперта № от 18.11.2019, повреждение забора, расположенного по границе земельных участков сторон, могло произойти в результате схода снежно-ледяной массы с крыши жилого <адрес>. По мнению эксперта, в результате схода снежно-ледяной массы с крыши жилого <адрес>А повреждение забора произойти не могло. К такому выводу эксперт пришел, анализируя характерные признаки повреждений забора, в частности, направление отклонений и деформаций столбов (стоек) и прогонов. Наиболее подробно эксперт мотивировал свои выводы в этой части на стр. 6 и стр.16 своего заключения. Кроме того, будучи допрошенным в судебном заседании, эксперт МММ пояснил, что моделирование процесса падения снега с крыш обоих домов и соответствующие расчеты были произведены им дополнительно, исходя из формулировки вопроса № 1, поставленного судом, для более полного ответа на него. При этом МММ в обоснование своего вывода по данному вопросу сослался не только на использованную им в процессе исследования методическую литературу, но и на свой опыт и знания в такой специальной дисциплине как «строительная физика». У суда не имеется оснований не доверять выводам эксперта, имеющего профильное профессиональное образование и продолжительный опыт экспертной деятельности, а кроме того, предупрежденного судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Ответчиком данный вывод о возможной причине повреждения забора не опровергнут, доказательств в подтверждение своего довода о повреждении забора в результате схода снежно-ледяной массы с крыши дома самого истца ответчик не представил, о назначении повторной или дополнительной экспертизы не ходатайствовал. Кроме того, факт повреждения забора в результате схода снежно-ледяной массы с крыши дома ответчика, подтверждается показаниями свидетеля ГГГ, который был допрошен в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, и который пояснил, что о сходе снега и повреждении забора ему сообщили сосед по имени <данные изъяты>, проживающий в <адрес> указанного свидетеля ничем не опровергнуты и соотносятся с выводами эксперта. Поэтому суд приходит к твердому убеждению, что забор, возведенный истцом, а также часть обшивки жилого дома истца были повреждены в результате схода снега и льда с крыши жилого дома, принадлежащего ответчику ФИО2

Одновременно, суд не соглашается с доводом представителя ответчика адвоката Петровой И.В. о том, что право истца на возмещение ущерба не подлежит судебной защите по причине нарушения им (истцом) градостроительных норм и правил, допущенных при строительстве жилого дома, а именно - сокращения минимально допустимого расстояния между жилым домом и земельным участком ответчика. Жилой дом, принадлежащий истцу, не является самовольной постройкой, право собственности на него зарегистрировано в установленном законом порядке, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 173-174). Расстояние между домом истца и соседним земельным участком, принадлежащим ответчику, составляет менее одного метра, что не только не оспаривалось сторонами, но и подтверждено заключением эксперта. При этом границы земельных участков обеих сторон установлены решением <данные изъяты> по гражданскому делу №, вступившим в законную силу (л.д. 52-58). Забор установлен истцом в соответствии с координатами характерных точек, определенных судом, что подтверждается актом выноса границ земельного участка от 20.09.2019, составленным <данные изъяты> (л.д. 87). Доказательств иного местоположения забора суду не представлено. Установка истцом забора по смежной границе земельных участков сторон без предварительного согласования с ответчиком сама по себе не может быть расценена как неправомерная. Тем более, что о нарушении его прав такой установкой ответчик не заявлял вплоть до предъявления настоящего иска. Требования о демонтаже забора ФИО2 также не заявлялись до тех пор, пока его представители не ознакомились с результатами судебной экспертизы по настоящему делу (л.д. 198-199). Поэтому у суда не имеется оснований для вывода о нарушении каких-либо прав ответчика в результате возведения истцом забора, и, следовательно, для отказа истцу в защите его прав на возмещение убытков, даже несмотря на то, что в действиях истца имеются формальные признаки несоответствия положениям п. 6.2 актуализированной редакции СНиП 30-02-97 «Планировка и застройка территорий садоводческих (дачных) объединений граждан, здания и сооружения (СП 53.13330.2011). Таким образом, суд считает, что у истца имеется право на защиту своих имущественных интересов, в том числе и в судебном порядке.

Согласно ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Из смысла данной правовой нормы следует, что вина лица, причинившего вред, презюмируется до тех пор, пока оно не докажет обратное. Для возложения деликтной ответственности на причинителя вреда необходимо установление наличия совокупности следующих условий: самого факта причинения вреда, противоправности поведения причинителя вреда, причинно-следственной связи между противоправным поведением и наступлением вреда, вины причинителя вреда, являющихся юридически значимыми обстоятельствами для разрешения настоящего гражданского дела.

Согласно ст. 210 ГК РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества.

Так как ответчиком не опровергнут факт причинения ущерба имуществу истца (забору и обшивке дома) именно по причине падения снежно-ледяной массы с крыши своего жилого дома, на которой отсутствуют снегозадерживающие устройства, и ответственность за содержание и эксплуатацию которого несет его собственник, поэтому суд считает, что все необходимые элементы состава деликтной ответственности, в том числе причинно-следственная связь между противоправным бездействием ответчика и наступлением вреда, вина причинителя вреда установлены в процессе рассмотрения настоящего гражданского дела.

Удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд, руководствуясь ст. 1082 ГК РФ, в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре или возместить причиненные убытки. Согласно ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб). Поэтому суд считает правомерным требование истца о взыскании с ответчика стоимости ремонтно-восстановительных работ по устранению повреждений забора и обшивки дома.

Согласно заключению эксперта ООО «Бюро независимой оценки и судебных экспертиз» стоимость ремонтно-восстановительных работ (с учетом стоимости материалов), необходимых для устранения повреждений, без учета износа составит 44999 руб. (л.д. 145-152). Данный расчет был произведен экспертом с учетом выполнения работ организацией, применяющей обычную систему налогообложения. Ответчик, оспаривая данный вывод эксперта и заявляя о завышении стоимости ремонта, представил суду коммерческое предложение <данные изъяты> согласно которому общая сумма ремонта, включая стоимость материалов, составляет 13 700 руб. (л.д. 218).

Пунктом 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» установлено, что при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Суд считает, что представленное ответчиком коммерческое предложение <данные изъяты> не может быть принято как допустимое доказательство существования более разумного, то есть менее затратного способа устранения повреждений забора и обшивки дома, поскольку в нем не у казана дата, на которую такое предложение было действительно, а также не учтены работы и материалы по восстановлению прогонов, которые являются частью забора и тоже были повреждены в результате падения на него снега. Кроме того, в коммерческом предложении не указаны конкретные цены на материалы и работы, что делает невозможным проверку его обоснованности, в отличие от сметы, составленной судебным экспертом. Поэтому суд приходит к выводу, что требование о взыскании стоимости ремонтно-восстановительных работ в размере, определенном судебным экспертом, является обоснованным и подлежит удовлетворению в полном объеме, то есть взысканию с ответчика в пользу истца подлежат убытки в размере 44999 руб.

Требование ФИО3 об обязании ФИО2 установить на крыше дома (со стороны её ската, обращенного в сторону земельного участка истца) снегозадерживающие устройства также подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Предъявление иска должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов истца посредством предусмотренных действующим законодательством способов защиты. При этом избранный способ защиты нарушенного права и законных интересов должен отвечать принципам правовой соразмерности, то есть должен быть основан на соблюдении баланса интересов и прав спорящих сторон.

Согласно п. 47 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» удовлетворяя иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, суд вправе как запретить ответчику совершать определенные действия, так и обязать ответчика устранить нарушения права истца.

Поскольку в процессе рассмотрения настоящего дела ответчиком не оспаривалось, что на крыше принадлежащего ему жилого дома отсутствуют снегозадерживающие устройства, и при этом судом установлено, что падающий с этой крыши снег может причинить вред имуществу истца, следовательно, последний вправе требовать от ответчика устранения нарушений своего права даже при условии соблюдений ответчиком при строительстве дома градостроительных норм, устанавливающих минимальное расстояние до границы соседнего земельного участка.

Пунктом 9.11 СП 17.13330.2011. «Свод правил. Кровли. Актуализированная редакция СНиП II-26-76», утвержденного Приказом Минстроя РФ от 31.05.2017 № 827/пр, установлено, что на кровлях зданий с наружным неорганизованным и организованным водостоком следует предусматривать снегозадерживающие устройства, которые должны быть закреплены к фальцам кровли (не нарушая их целостности), обрешетке, прогонам или к несущим конструкциям крыши. Снегозадерживающие устройства устанавливают на карнизном участке над несущей стеной (0,6 - 1,0 м от карнизного свеса), выше мансардных окон, а также, при необходимости, на других участках крыши. Данное требование является обязательным к применению, как обеспечивающее соблюдение требований Федерального закона от 30.12.2009 № 384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений». Так как требование истца не противоречит положениям действующего законодательства и соответствует техническим нормам и правилам, оно подлежит удовлетворению. Однако, срок для исполнения данной обязанности продолжительностью 10 (десять) дней, как об этом ходатайствует истец, является по мнению суда, недостаточным, а потому суд считает необходимым определить его продолжительность в 1 (один) месяц со дня вступления настоящего решения в законную силу.

В соответствии с п. 1 ст. 98 ГПК РФ понесенные истцом по делу судебные расходы по просьбе истца взыскиваются с ответчика. Судебные расходы согласно ст. 88 ГПК РФ состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. В свою очередь, к издержкам, связанным с рассмотрением дела, ст. 94 ГПК РФ отнесены, в том числе другие, признанные судом необходимыми расходы. К таким расходам истца суд относит расходы по оплате ООО «Бюро независимой оценки и судебных экспертиз» судебной экспертизы в сумме 20000 руб. согласно копии квитанции и кассового чека от 24.11.2019 (лд.д. 162, 172а). Понесение указанных расходов являлось для истца объективно необходимым, поскольку обязанность по оплате экспертизы была возложена на него определением суда от 01.10.2019 (л.д. 113-115).

Расходы по оплате экспертного заключения <данные изъяты> в сумме 5000 руб. (л.д. 13) взысканию с ответчика не подлежат, так как в качестве убытков истца требование о их взыскании заявлено не было. В качестве судебных расходов указанная сумма также взыскана быть не может, так денежные средства были уплачены не самим истцом, а ГГГ, который представителем истца по настоящему делу не являлся, доказательств того, что истцом указанные денежные средства передавались ГГГ для оплаты экспертного заключения <данные изъяты> суду не представлено.

Заявление эксперта МММ о возмещении расходов в сумме 1600 руб. за участие в судебном заседании (л.д. 219-220) удовлетворению не подлежит, поскольку положения ч. 1 ст. 85 и абзаца второго ст. 94 ГПК РФ не предполагают необходимости отдельной оплаты вызова эксперта в суд для дачи пояснений по содержанию проведенного им экспертного исследования (определение Конституционного Ссуда Российской Федерации от 18.07.2017 № 1715-О), так как эксперт обязан не только провести порученную ему судом экспертизу и направить подготовленное заключение в суд, но и явиться по вызову суда для личного участия в судебном заседании и ответить на вопросы, связанные с проведенным исследованием и данным им заключением.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежит взысканию государственная пошлина пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований. Поскольку судом удовлетворены два самостоятельных требования истца: имущественного характера (о взыскании убытков) и неимущественного характера (об обязании совершить определенные действия), то взысканию с ответчика подлежит государственная пошлина по каждому из заявленных истцом и удовлетворенных судом требований отдельно, то есть в сумме 1549,97 руб. и 300 руб. соответственно.

Таким образом, общая сумма судебных расходов, подлежащая взысканию с ответчика в пользу истца, составит 21849,97 руб. (20000 + 1549,97+ 300).

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 к ФИО2 о возмещении ущерба удовлетворить.

Взыскать со ФИО2 в пользу ФИО3 убытки в размере 44999 руб., судебные расходы в размере 21849 руб. 97 коп., всего взыскать 66848 руб. 97 коп.

Обязать ФИО2 в срок один месяц со дня вступления настоящего решения суда в законную силу установить по всей длине ската крыши жилого дома по адресу: <адрес>, обращенной в сторону земельного участка по адресу: <адрес>А, снегозадерживающие устройства.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Октябрьский районный суд г. Иваново в течение месяца со дня принятия суда решения в окончательной форме.

Судья: Пророкова М.Б.