Апелляционное определение № 11-5787/2026 от 13 апреля 2026 г.

УИД 74RS0031-01-2025-007737-20

Дело № 2-246/2026

Судья Воронина А.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ



дело № 11-5787/2026
14 апреля 2026 года
г. Челябинск
Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Скрябиной С.В.,

судей Елгиной Е.Г., Стяжкиной О.В.,

при ведении протокола

помощником судьи Филипповой Д.Р.,

с участием прокурора Германа А.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Диана» о признании увольнения незаконным, внесении изменений в трудовую книжку, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе общества с ограниченной ответственностью «Диана», апелляционному представлению прокурора Орджоникизевского района г. Магнитогорска на решение Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 15 января 2026 года.

Заслушав доклад судьи Елгиной Е.Г. об обстоятельствах дела и доводах апелляционной жалобы, апелляционного представления, возражений, пояснения представителя ответчика - общества с ограниченной ответственностью «Диана» - ФИО2, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, пояснения представителя истца – ФИО1 - ФИО3, поддержавшей представленные возражения и полагавшей, что оснований для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы, апелляционного представления не имеется, прокурора, поддержавшего апелляционное представление в части за исключением отмены решения суда первой инстанции о взыскании компенсации морального вреда, и в заключении полагавшего, что решение суда первой инстанции подлежит отмене в части удовлетворения требований о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе и оплате временного прогула, а также снижении размера взысканной компенсации морального вреда, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Диана» (далее – ООО «Диана»), с учетом уточнения, просила признать:

недействительной запись в ее трудовой книжке № от ДД.ММ.ГГГГ,

внести в ее трудовую книжку записи «Запись за № действительна – ДД.ММ.ГГГГ принята на должность <данные изъяты> (приказ от ДД.ММ.ГГГГ)»,

незаконным ее увольнение от ДД.ММ.ГГГГ и восстановить ее на работе <данные изъяты>

взыскать средний заработок за время вынужденного прогула в размере 75 500 рублей,

взыскать компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей,

взыскать расходы на оплату услуг представителя в размере 30 500 рублей.

В обоснование заявленных требований указала, что состояла в трудовых отношениях с ООО «Диана» с ДД.ММ.ГГГГ работала <данные изъяты>. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находилась на листе нетрудоспособности, ДД.ММ.ГГГГ написала заявление на отпуск без содержания с последующим увольнением. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ вновь находилась на листе нетрудоспособности, а ДД.ММ.ГГГГ из разговора с <данные изъяты>, ей стало известно о том, что ДД.ММ.ГГГГ она уволена. Кроме того, после получения трудовой книжки ей стало известно о наличии записи о принятии ее на работу по совместительству, что является незаконным. Незаконными действиями ответчика ей причинены нравственные страдания (л.д. 4, 37, 111 том 1).

Истец ФИО1 и ее представитель ФИО3, действующая на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ и ордера (л.д. 28, 107 том 1), в судебном заседании заявленные требования поддержали, с учетом уточнения.

Представитель ответчика ООО «Диана» - ФИО2, действующая на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 27 том 1), возражала против удовлетворения исковых требований. Полагала, что истцом пропущен срок, установленный ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации.

Прокурор в заключении полагал, что требования истца подлежат частичному удовлетворению.

Решением суда исковые требования удовлетворены частично.

Запись в трудовой книжке № от ДД.ММ.ГГГГ «<данные изъяты> и № от ДД.ММ.ГГГГ «<данные изъяты> признана недействительной.

Увольнение ФИО1 основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ признано незаконным.

На ООО «Диана» возложена обязанность восстановить ФИО1, на работе в должности <данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ.

С ООО «Диана» в пользу ФИО1 взыскан средний заработок за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 101 854,87 рублей, компенсация морального вреда в размере 10 000 рублей, расходы по оплате услуг представителя 20 000 рублей.

Указано, что решение в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению (л.д.53-62 том 2).

В апелляционной жалобе ответчик просит решение суда первой инстанции отменить принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении требований ФИО1.

С решением суда не согласен, считает, что судом при вынесении решения неверно определены обстоятельства дела, нарушены нормы материального права и процессуального права, при вынесении обжалуемого судебного решения суд ограничился лишь доводами истца, которые документально не подтверждены, их же доводы во внимание не принял.

Приводя обстоятельства, установленные в ходе рассмотрения дела, указывает, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратилась в ООО «Диана» с заявлением о предоставлении ей очередного отпуска с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с последующим увольнением, но указанное заявление отозвано работником, ФИО1 попросила руководителя не увольнять ее. После чего ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 ушла на длительный больничный. Впоследствии ФИО1 обратилась еще с одним заявлением об увольнении, которое ДД.ММ.ГГГГ изменила и попросила о предоставлении ей отпуска с ДД.ММ.ГГГГ с последующим увольнением. Полагает, что ФИО1 имела намерение прекратить свою работу в ООО «Диана». ООО «Диана» произведен расчет количества дней отпуска ФИО1 (19 дней), после чего ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 уволена согласно <данные изъяты> с производством всех, причитающихся при увольнении выплат.

Просит учесть, что ФИО1 более не отзывала своего заявления, обратилась с заявлением о выдаче ей трудовой книжки, забрала свои вещи, попрощалась с сотрудниками, что свидетельствует об отсутствии у последней намерений к продолжению осуществления трудовой функции.

Настаивает, что заявление об увольнении по собственному желанию от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 отозвано не было, поскольку в период с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 на рабочее место не выходила, трудовые обязанности не исполняла. Переписка, представленная в материалы дела каждой из сторон, не содержит указаний на отзыв заявления. ФИО1 явилась за получением трудовой книжки лишь ДД.ММ.ГГГГ, при этом, от ознакомления с копией приказа об увольнении отказалась, о чем составлена объяснительная ФИО9. Однако, указанное обстоятельство судом во внимание не принято, оценка ему не дана.

При этом, ФИО1 в порядке ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации имела право отозвать направленное ей в адрес работодателя заявление, но лишь до ДД.ММ.ГГГГ. ООО «Диана», действуя в соответствии с законом и заявлением работника, обоснованно прекратило трудовые отношения с ФИО1

Выплата компенсации за время вынужденного прогула, а равно и морального вреда, возможна лишь в случае признания увольнения незаконным. Настаивает, что работодатель не допустил нарушения требований действующего законодательства при увольнении ФИО1. ФИО1 самостоятельно и добровольно обратилась с заявлением об увольнении, заявление в установленный законом срок не отозвала, на больничном в период обращения с заявлением, а также период предоставленный законом для его отзыва, не находилась, к работе более не приступала.

Настаивает, что ФИО1 не действовала и не действует добросовестно. Полагает, что в контексте наличия/отсутствия злоупотребления правом со стороны ФИО1 судом не дана оценка ее действий по неоднократному обращению с заявлением об увольнении. Кроме того, суд не принял во внимание и процессуальное поведение истца. В поданном первоначально ФИО1 исковом заявлении требования о восстановлении на рабочем месте не заявлялось. Более того, на прямой вопрос суда, желает ли ФИО1 быть восстановленной на рабочем месте, последняя ответила однозначным отказом и пояснила, что не желает продолжать работать в ООО «Диана» и не сможет осуществлять трудовую функцию по состоянию здоровья. Лишь впоследствии исковые требования ФИО1 были изменены. ФИО1 в дело представлена ее переписка в мессенджере Ватсап с <данные изъяты> ООО «Диана» ФИО10, которая осуществлялась уже после обращения ФИО1 с исковым заявлением, из которой усматривается, что ФИО1 ведет речь о внесении изменений в трудовую книжку, а также о возмещении понесенных ею затрат. О восстановлении на рабочем месте ФИО1 также не заявляла. Однако в оспариваемом решении оценка данному обстоятельству не дана.

Согласно листков нетрудоспособности ФИО1, последняя находилась на больничном в периоды с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. В момент обращения с иском ФИО1 также находилась на больничном. С ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 трудовую функцию практически не осуществляла.

ООО «Диана» не имеет дополнительной штатной единицы <данные изъяты> а оставшийся в единственном числе сотрудник по данной должности не способен и не имеет права работать, фактически исполняя трудовую функцию за 2 штатных единицы, в связи с изложенным, а также с целью недопущения нарушений действующего законодательства было вынуждено принять в штат иного сотрудника (л.д. 65-76 том 2).

В апелляционном представлении прокурор <адрес> просит решение суда первой инстанции отменить, вынести решение об отказе в удовлетворении требований в части признания увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

С решением суда в части признания увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда не согласен. Считает его незаконным и подлежащим отмене ввиду нарушения норм материального и процессуального права, несоответствия выводов суда обстоятельствам, установленным в судебном заседании.

Указывает, что обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении спора о расторжении трудового договора по инициативе работника, являются: наличие волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию и добровольность волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию.

В судебном заседании при рассмотрении заявленных ФИО1 требований установлено, что истец неоднократно обращалась к работодателю с заявлением о расторжении с ней трудового договора, но в первый раз она отозвала свое заявление, написав заявление ДД.ММ.ГГГГ о предоставлении отпуска с последующем увольнением, указанное заявление не отозвала, допустимые и достаточные доказательства об отзыве заявления истцом не представлены.

При получении трудовой книжки ДД.ММ.ГГГГ никаких возражений относительно законности увольнения в расписке не отразила.

Обратившись изначально в суд за защитой своих трудовых прав ФИО1 относительно незаконности увольнения и о восстановлении е в ООО «Диана» требований также не заявляла. В дальнейшем, изменив заявленные требования, истец сослалась на нарушения Трудового кодекса Российской Федерации, допущенные работодателем нарушения при ее увольнении, и намерении продолжить трудовую деятельность у ответчика. Нарушение своих трудовых прав с наличием факта дискриминации истец, исходя из заявленных требований, не связывает.

Считает, что ФИО1 не намеревалась продолжать трудовую деятельность в ООО «Диана»; а нарушения трудовых прав связывала лишь с неверным внесением работодателем записи в трудовую книжку. Данные обстоятельства были предметом при рассмотрении спора.

Полагает, что выводы суда о том, что истец в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находилась на больничном и не имела возможности явиться к работодателю лично для отзыва заявления, не состоятельны, поскольку ФИО1 имела реальную возможность написать сообщение директору ООО «Диана» ФИО10, путем использования личного телефона в период с ДД.ММ.ГГГГ включительно, правом своим она воспользовалась, более того, на работу ДД.ММ.ГГГГ она так и не вышла, о причинах своей неявки не сообщила.

Суд, опровергая доводы ответчика о злоупотреблении истцом правом, в решении указал, что тот факт, что ФИО1 изначально не просила восстановить на работе, писала заявление на увольнение по собственному желанию правового значения не имеет, а фактически являются реализацией установленных Конституцией Российской Федерации прав, в частности права на труд и судебную защиту. Полагает, что данные выводы суда ошибочны и противоречат нормам материального права, приведенным выше, не соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным в судебном заседании.

В судебном заседании, при рассмотрении заявленных ФИО1 требований установлено, что ДД.ММ.ГГГГ она написала заявление на отпуск с последующим увольнением. Работодатель предоставил ей отпуск, и выждал срок его истечения, тогда как исходя из содержания ч. 4 ст. 80 и ч. 4 ст. 127 Трудового кодекса Российской Федерации имел право в силу вышеуказанных норм Трудового кодекса Российской Федерации при предоставлении отпуска с последующим увольнением расторгнуть с ФИО1 трудовой договор до дня начала отпуска.

Суд, удовлетворяя требования ФИО1 о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда пришел к выводу о том, что ответчиком нарушен порядок при увольнении ФИО1, вместе с тем, в нарушении ч. 4 ст. 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доводы, по которым суд пришел к этому выводу не обосновал, не указал, какой именно порядок нарушений был ответчиком допущен (л.д. 99-103 том 2).

В возражениях на апелляционную жалобу ФИО1 просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу ООО «Диана» - без удовлетворения.

О времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции истец ФИО1 извещена надлежаще, в суд апелляционной инстанции не явилась, с ходатайством об отложении судебного заседания не обратилась. С учетом положений ст.ст. 167,327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия рассмотрела дело в отсутствие указанного лица.

Изучив материалы дела (в том числе, новые доказательства, представленные на стадии апелляционного рассмотрения и принятые судом апелляционной инстанции в целях установления юридически значимых обстоятельств по делу и правильного разрешения спора, проверки доводов апелляционной жалобы, представления, возражений), обсудив указанные доводы, проверив законность и обоснованность решения суда, судебная коллегия приходит к выводу об отмене решения суда в части признания увольнения ФИО1 незаконным, восстановлении ее на работе, а также взыскании оплаты времени вынужденного прогула, в связи с несоответствием выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела, нарушением норм материального права.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела: ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратилась с заявлением в ООО «Диана» о принятии ее на работу <данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 116 том 1).

Приказом о приеме работника на работу от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 принята в <данные изъяты> с тарифной ставкой (окладом) 17 000 рублей (л.д. 121 том 1).

В этот же день, ДД.ММ.ГГГГ между ООО «Диана», с одной стороны, и ФИО1, с другой стороны, заключен трудовой договор №, согласно которому последняя принята <данные изъяты> срок действия договора установлен со ДД.ММ.ГГГГ на неопределенный срок (бессрочный).

ФИО1 установлена рабочая неделя, продолжительностью не более 40 часов, начало и окончание рабочего дня определяется графиком сменности. Работнику предоставляется ежегодный основной оплачиваемый отпуск, продолжительностью 28 календарных дней (раздел 3.6. трудового договора).

За выполнение трудовых обязанностей работнику установлен должностной оклад в размере 17 000 рублей в месяц. Заработная плата выплачивается два раза в месяц в порядке и сроки, установленные правилами внутреннего трудового распорядка и коллективным договором (раздел 4 трудового договора) (л.д. 7-10 том 1).

В тоже время, в трудовом договоре, представленным ответчиком ООО «Диана», указано, что ФИО1 принята <данные изъяты> (л.д. 112-115 том 1), при этом, при сличении оригинала трудового договора с копией, первая страница трудового договора существенно отличалась по цвету от остальных страниц трудового договора.

Кроме того, в материалах надзорного производства прокуратуры <адрес> по обращению ФИО1 содержится копия трудового договора №, заключенного между ООО «Диана» и ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 244-246 том 1), срок действия договора установлен с ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратилась в ООО «Диана» с заявлением о предоставлении ей очередного отпуска с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с последующим увольнением по собственному желанию, а также с заявлением об увольнении по собственному желанию (л.д. 117, 118, 248 оборот том 1).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратилась в ООО «Диана» с заявлением о предоставлении очередного отпуска со ДД.ММ.ГГГГ на две недели с последующим увольнением (л.д. 119 том 1).

Согласно представленным электронным листкам нетрудоспособности ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находилась на больничном (л.д. 48-52 том 1).

Согласно пояснениям, данным в ответ на требование прокурора <адрес>, <данные изъяты> ООО «Диана» ФИО10, ФИО1 принята в ООО «Диана» ДД.ММ.ГГГГ санитаркой по совместительству, ДД.ММ.ГГГГ ей подано заявление о предоставлении отпуска с последующим увольнением по собственному желанию с ДД.ММ.ГГГГ, но ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 ушла на больничный, сообщила, чтобы ее заявление аннулировали, после больничного она приступит к работе. Больничный лист от ДД.ММ.ГГГГ продлевался постоянно, а именно до ДД.ММ.ГГГГ включительно, на работу она не выходила с ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ от ФИО1 поступило заявление о предоставлении отпуска со ДД.ММ.ГГГГ с последующим увольнением по собственному желанию, рассчитав количество дней отпуска (19 дней), в этот период она неоднократно писала в личных сообщениях <данные изъяты> о том, что увольнять ее не нужно, она выйдет на работу, но ДД.ММ.ГГГГ она не приступила к работе, в связи с чем, была уволена ДД.ММ.ГГГГ, основанием послужило заявление от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 235 оборот том 1).

Согласно представленной копии трудовой книжки ФИО1, выданной и заверенной <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ она принята <данные изъяты> приказ от ДД.ММ.ГГГГ №, ДД.ММ.ГГГГ работает по настоящее время в той же должности (л.д. 39-47 том 1).

Согласно копии трудовой книжки ФИО1, приложенной к исковому заявлению, ДД.ММ.ГГГГ она принята <данные изъяты> (приказ от ДД.ММ.ГГГГ №), ДД.ММ.ГГГГ запись за номером <данные изъяты> недействительна, ДД.ММ.ГГГГ принята <данные изъяты> (приказ от ДД.ММ.ГГГГ №), ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор расторгнут по инициативе работника, <данные изъяты> (приказ от ДД.ММ.ГГГГ №) (л.д. 11-15 том 1).

В электронной трудовой книжке истца содержится запись № ООО «Диана» ДД.ММ.ГГГГ о приеме <данные изъяты> (приказ от ДД.ММ.ГГГГ №), № ООО «Диана» увольнение ДД.ММ.ГГГГ с <данные изъяты> (приказ от ДД.ММ.ГГГГ №) (л.д. 75-78 том 1).

Разрешая требования истца о признании недействительными записей в трудовой книжке № признании записи в трудовой книжке № действительной, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ч.ч. 1 и 4 ст. 66 Трудового кодекса Российской Федерации, п.п. 11 и 12 Порядка ведения и хранения трудовых книжек, утвержденного Приказом Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ №№ пришел к выводу, что исходя из представленных в дело доказательств (трудового договора, приказа о приеме на работу от ДД.ММ.ГГГГ, пояснений истца ФИО1, которая пояснила, что устраивалась в ООО «Диана» как на основное место работы), суд первой инстанции пришел к выводу о том, что запись в трудовой книжке ФИО1 № от ДД.ММ.ГГГГ «запись за номером № недействительна» и № от ДД.ММ.ГГГГ «<данные изъяты>», внесенная на основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ являются недействительными, поскольку ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор с истцом не заключался, приказ о приеме на работу не издавался.

Указав, что требования о признании записи в трудовой книжке № действительной являются излишне заявленные, поскольку при признании записей недействительными, ранее созданные записи признаются действительными.

Разрешая требования истца о признании увольнения незаконным и восстановлении на работе в ранее занимаемой должности, суд первой инстанции, учитывая положения ст. ст. 1, 2, п.3 ч.1 ст. 77, ч.ч. 2 и 4 ст. 80, ст. 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации, учитывая разъяснения, данные в п. 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», суд первой инстанции пришел к выводу об обоснованности заявленных требований.

При этом, суд первой инстанции учел объяснения истца, из которых следует, что она, действительно, имела намерение уволиться, однако в связи со сложившимися жизненными обстоятельствами передумала, желала продолжить работу в ООО «Диана», о чем сообщала работодателю, просила отозвать заявление об увольнении в переписке, а также приходила в офис, однако ее заявление в установленном порядке зарегистрировано не было, которые также подтверждались и <данные изъяты> ООО «Диана» ФИО10 в пояснениях, данным в ответ на требование прокурора <адрес>; тот факт, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец находилась на больничном и не имела возможности явиться к работодателю лично для отзыва заявления.

Также суд первой инстанции указал, что приказ о расторжении трудового договора стороной ответчика по запросу суда не представлен, однако, приказ о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) № от ДД.ММ.ГГГГ имеется в материалах надзорного производства, согласно которому прекращено действие трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ № с ФИО1 на основании <данные изъяты>, основание – личное заявление работника, сведения об ознакомлении работника с данным приказом отсутствуют (л.д. 246 оборот том 1). Из пояснений представителя ответчика следует, что приказ об увольнении по почте истцу не направлялся. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 написана расписка о том, что ей получена трудовая книжка в связи с расторжением трудового договора по собственному желанию (л.д. 120 том 1). С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу, что ответчиком нарушен порядок увольнения ФИО1 с занимаемой должности.

Давая оценку доводам ответчика о том, что на место ФИО1 принят другой сотрудник – ФИО11, что подтверждается приказом о приеме на работу от ДД.ММ.ГГГГ и трудовым договором от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 122, 123-125 том 1, суд первой инстанции указал, что они не могут быть приняты во внимание, поскольку данный работник принят в ООО «Диана» еще до увольнения ФИО1, а кроме того, ответчиком не представлено штатное расписание, из которого было бы видно количество вакантных должностей санитарок.

Разрешая заявление ответчика о пропуске истцом установленного ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции, установив, что копия соответствующего приказа о расторжении трудового договора в адрес работника не направлялась, об увольнении истцу стало известно ДД.ММ.ГГГГ от бухгалтера (л.д. 57-58, 70-71 том 1), ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 получена трудовая книжка, в связи с чем, установленный ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, пришел к выводу, что месячный срок для защиты нарушенных прав истек ДД.ММ.ГГГГ.

При этом, учитывая разъяснения, данные в п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в п. 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», установив, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратилась в <данные изъяты> и <адрес> посредством направления почтового отправления (л.д. 21 том 1). Письмом от ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> уведомила ФИО1 о необходимости обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, данное письмо получено истцом ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 108 том 1). По обращению ФИО1 в <адрес> проведена проверка, по результатам которой <данные изъяты> ООО «Диана» внесено представление об устранении нарушений трудового законодательства, а также возбуждены дела об административном правонарушении <данные изъяты>. Ответ на обращение ФИО1 дан ДД.ММ.ГГГГ. В суд с настоящим иском ФИО1 обратилась ДД.ММ.ГГГГ, то есть спустя 13 дней после получения ответа из <данные изъяты>, а также спустя 10 дней после истечения срока на обращение в суд, в связи с чем, суд первой инстанции пришел к выводу, что указанные выше обстоятельства свидетельствует о наличии у истца уважительных причин, и как следствие, наличии правовых оснований для восстановления срока, установленного <данные изъяты>, доводы представителя ответчика об обратном, с учетом установленных судом обстоятельств, нельзя признать обоснованными.

Применяя положения ч. 1 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации суд восстановил истца на работе в ранее занимаемой должности.

Руководствуясь ч.2 ст. 394, ст. 39 Трудового кодекса Российской Федерации, постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы», суд первой инстанции взыскал с ООО «Диана» в пользу ФИО1 средний заработок за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 101 854,87 рублей.

Руководствуясь положениями ст.ст. 237,394 Трудового кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к выводу об обоснованности требований о взыскании компенсации морального вреда, в связи с нарушением трудовых прав истца.

При определении размера компенсации морального вреда суд учел характер и степень причиненных истцу физических и нравственных страданий, фактические обстоятельства причинения вреда, такие как допущенные работодателем грубые нарушения требований действующего законодательства при расторжении трудового договора с работником, увольнение без законных оснований, оставление работника на длительное время без средств к существованию, требования разумности и справедливости, в связи с чем, определил размер указанной компенсации 10 000 рублей.

Давая оценку доводы ответчика о наличии в действиях истца признаков злоупотребления правом, суд первой инстанции, учитывая положения ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснения, данные в п.27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», пришел к выводу, что доказательств, свидетельствующих о наличии в действиях истца признаков злоупотребления правом, ответчиком, в нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено.

Указание на то, что ФИО1 изначально не просила восстановить ее на работе, писала заявления об увольнении по собственному желанию, которые как установлено судом, просила отозвать, правового значения для правильного рассмотрения настоящего спора не имеет, злоупотребление истцом правом при рассмотрении настоящего иска не подтверждают, фактически указанные выше действия являются реализацией установленных Конституцией Российской Федерации прав, в частности права на труд (ст. 37 Конституции Российской Федерации), права на судебную защиту (ст. ст. 46, 47 Конституции Российской Федерации).

Руководствуясь положениями ст.ст. 94, 98,100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, установив факт несения истцом расходов на оплату услуг представителя в размере 30 500 рублей (л.д. 110 том 1), с учетом требований разумности и справедливости, объема фактически оказанных услуг, учитывая категорию настоящего судебного спора, относящегося к категории особой сложности, количество проведенных по делу судебных заседаний с участием представителя истца, пришел к выводу об удовлетворении данных требований частично в размере 20 000 руб., поскольку указанная сумма соответствует требованиям разумности, установленным ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Однако судебная коллегия, с учетом представленных в дело доказательств, не может согласиться с выводом суда о наличии оснований для признания увольнения незаконном, восстановлении истца на роботе и взыскании в ее пользу оплаты времени вынужденного прогула и полагает, что решение суда первой инстанции в указанной части подлежит отмене с принятием нового решения об отказе в удовлетворении данных требований.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть прекращен по инициативе работника (статья 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

Ч. 1 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен данным кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с данным кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора (ч. 4 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

В подпункте "а" пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Исходя из содержания части 4 статьи 80 и части 4 статьи 127 Трудового кодекса Российской Федерации работник, предупредивший работодателя о расторжении трудового договора, вправе до истечения срока предупреждения (при предоставлении отпуска с последующим увольнением - до дня начала отпуска) отозвать свое заявление, и увольнение в этом случае не производится при условии, что на его место в письменной форме не приглашен другой работник, которому в соответствии с Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора (подпункт «в» пункта 22 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», работник, уволенный без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения, подлежит восстановлению на работе.

Из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что федеральный законодатель создал правовой механизм, обеспечивающий реализацию права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, который предусматривает, в том числе, возможность работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе, подав работодателю соответствующее заявление, основанное на добровольном волеизъявлении, предупредив об увольнении работодателя не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом.

Для защиты интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении за работником закреплено право отозвать свое заявление до истечения срока предупреждения об увольнении (если только на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому не может быть отказано в заключении трудового договора).

Таким образом, обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении спора о расторжении трудового договора по инициативе работника, являются: наличие волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию и добровольность волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию.

При этом, исходя из существа заявленного спора, именно на истца возложена обязанность предоставить относимые, допустимые и достоверные доказательства, подтверждающие отсутствие его добровольного волеизъявление на расторжение трудового договора, а также подачу им заявления об отзыве заявления о расторжении трудового договора в срок до начала отпуска.

Между тем, указанных доказательств стороной истца ни в суд первой, ни в суд апелляционной инстанции не предоставлено. Более того, обращаясь в суд с иском, давая пояснения в суде, ФИО1 незаконность своего увольнения не связывала с принуждением ее работодателя к данному увольнению, указывала лишь на нарушение процедуры увольнения – в период нахождения на листе нетрудоспособности.

Между тем, поскольку указанное увольнение произведено не по инициативе работодателя, факт нахождения работника на листе нетрудоспособности в момент расторжения трудового договора правового значения не имеет.

Также истцом ни в суд первой, ни в суд апелляционной инстанции не предоставлено доказательств ее обращения к работодателю с заявлением об отзыве заявления до начала отпуска (как и об отзыве донного заявления до издания приказа об увольнении).

Как пояснил в суде апелляционной инстанции представитель ответчика, указывая в рамках проверки, проводимой <данные изъяты>, что ФИО1 неоднократно обращалась с просьбой ее не увольнять, они имели ввиду факт написания ею первого заявления об увольнении, которое она и отозвала. Что истцом не опровергалось и подтверждалось письменными материалами дела.

Более того, по окончанию отпуска и листа нетрудоспособности ФИО1 на работу не вышла и к исполнению своих обязанностей не приступила. Что также свидетельствует о наличии ее волеизъявления на увольнение.

Ни суду первой, ни суду апелляционной инстанции ФИО1 не предоставлено относимых и допустимых доказательств невозможности отозвать свое заявление (в том числе посредством мессенджера). При этом, судебная коллегия учитывает, что истец находилась на амбулаторном лечении, и порядок отзыва подаваемых заявлений об увольнении ей был известен.

Доводы истца об установлении как <данные изъяты>, так и органами прокуратуры допущенных нарушений трудового законодательства со стороны работодателя, основанием для признания увольнения незаконным являться не могут, поскольку преюдициального значению не имеют. Более того, указанные органы фактов нарушения прав работника при увольнении не выявили.

При указанных обстоятельствах, судебная коллегия считает установленным, что ФИО4 было написано заявление о предоставлении отпуска с последующим увольнением в соответствии со своим волеизъявлением; доказательств того, что болезнь исключала возможность осознавать фактический характер своих действий истцом также не предоставлено.

С учетом изложенного, судебная коллегия соглашается с доводами апелляционной жалобы ответчика, а также апелляционного представления прокурора о том, что увольнение ФИО5 работодателем произведено с соблюдением норм действующего трудового законодательства. Следовательно, решение суда первой инстанции о признании увольнения незаконным, восстановлении истца на работе и взыскании в ее пользу оплаты времени вынужденного прогула подлежит отмене с принятием нового решения об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Апелляционная жалоба ответчика не содержит отдельных самостоятельных доводов о незаконности решения суда в части признания недействительными записи в трудовой книжке истца за № от ДД.ММ.ГГГГ «запись за номером <данные изъяты> недействительна» и № от ДД.ММ.ГГГГ «<данные изъяты>», внесенная на основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ.

Судебная коллегия не находит оснований для выхода за пределы доводов апелляционной жалобы. Учитывая при этом, что решение суда в указанной части принято в соответствии с положениями действующего законодательства, с учетом предоставленных в дело доказательств, которым дана оценка, отвечающая требованиям ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

Работник имеет право на компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абз. 14 ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно ч.2 ст. 22 указанного Кодекса работодатель обязан в числе прочего соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда.

Ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме, определяемой соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Ч. 2 ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации направлена на создание правового механизма, обеспечивающего работнику судебную защиту его права на компенсацию наряду с имущественными потерями, вызванными незаконными действиями или бездействием работодателя, физических и нравственных страданий, причиненных нарушением трудовых прав.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» в случае нарушения трудовых прав работников суд в силу статей 21 и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы). Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в своем определении от 21 апреля 2011 года №538-О-О размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости. Такое правовое регулирование, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника, имеет целью защиту прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору.

Законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет конкретный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду. Компенсация морального вреда должна возместить потерпевшему понесенные им физические и нравственные страдания. Исходя из конкретных обстоятельств настоящего дела, судом указанные условия соблюдены. При определении размера компенсации морального вреда судом учтены все заслуживающие внимание обстоятельства.

При этом Трудовой кодекс Российской Федерации не предусматривает необходимости доказывания работником факта несения нравственных и физических страданий в связи с нарушением его трудовых прав.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

В п. 47 указанного Постановления Пленума разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Поскольку факт нарушения трудовых прав истца ответчиком – его работодателем установлен, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о взыскании компенсации морального вреда в его пользу. При этом, в суде апелляционной инстанции ответчик не опроверг факта нарушений им трудового законодательства при внесении записей в трудовую книжку ФИО1.

Тот факт, что решение суда в части восстановления истца на работе отменено, не является безусловным основанием для снижения взысканного судом первой инстанции морального вреда.

Изначально заявляя требование о компенсации морального вреда истец указывала и на нарушение своих прав внесением указанных записей в свою трудовую книжку.

Более того, определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца, суд первой инстанции с учетом представленных доказательств снизил заявленную компенсацию в 5 раз. Решение в указанной части истцом не оспаривалась.

С учетом изложенного, полагает правильным согласится с взысканной суммой компенсации морального вреда с 10 000 рублей. С учетом, установленных по делу обстоятельств, судебная коллегия считает, что указанная компенсация морального вреда соответствует положениям ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, ст.ст. 151,1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также требованиям разумности и справедливости, характеру доказанных претерпеваемых истцом нравственных страданий, фактическим обстоятельствам дела, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальным особенностям потерпевшего. В данном случае в наибольшей степени обеспечивает баланс прав и законных интересов потерпевшего от причинения вреда и причинителя вреда, компенсирующим ему, в некоторой степени, причиненные нравственные страдания, и не направлена на личное обогащение истца. Указанный размер компенсации морального вреда обеспечивает законные интересы сторон. Оснований для его взыскания в меньшем размере не имеется.

Следовательно, оснований для отмены, изменения решения суда первой инстанции в указанной части не имеется.

Истцом были заявлены расходы на оплату услуг представителя в размере 30 500 рублей, указанные расходы подтверждены документально, и ответчиком не оспаривались.

Поскольку в данном случае истцом были заявлены требования не только материального характера, принцип пропорционального распределения судебных расходов в данном случае не применим.

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах (ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пунктах 10 и 11 постановления от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснил, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 4 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п. 13 указанного постановления Пленума).

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что критериями отнесения расходов лица, в пользу которого состоялось решение суда, к судебным издержкам является наличие связи между этими расходами и делом, рассматриваемым судом с участием этого лица, а также наличие необходимости несения этих расходов для реализации права на судебную защиту. Размер таких понесенных и доказанных расходов может быть подвергнут корректировке (уменьшению) судом в случае его явной неразумности (чрезмерности), определяемой судом с учетом конкретных обстоятельств дела.

Обязанность доказать факт несения судебных расходов, а также их необходимость и связь с рассматриваемым делом возложена на лицо, заявляющее о возмещении этих расходов.

Другая сторона вправе представить доказательства, опровергающие доводы заявителя, а также представить обоснование чрезмерности и неразумности таких расходов либо злоупотребления правом со стороны лица, требующего возмещения судебных издержек.

Поскольку оценка обоснованности требований о возмещении судебных издержек осуществляется по общим правилам гражданского процессуального законодательства, результаты оценки доказательств суд обязан отразить в судебном акте, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (ч. 4 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № суд может снизить размер взыскиваемых судебных расходов лишь в том случае, если признает такие расходы чрезмерными в силу конкретных обстоятельств дела. Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации.

Материалами дела подтверждается, что представителем истца был составлен иск, измененный иск, представитель истца принимал непосредственное участие в судебных заседаниях.

Ответчиком ни в суд первой, ни в суд апелляционной инстанции не предоставлено допустимых доказательств неразумности понесенных судебных расходов.

Более того, заявляя о согласии с требованиями о внесении соответствующих записей в трудовую книжку работки, ответчик, фактически иск не признал, добровольно записи в трудовую книжку истца не внес.

Отмена судебного решения в части с отказом в иске, не влечет безусловного изменения взысканных в пользу истца судебных расходов. Помимо этого, в апелляционной жалобе ответчика не содержится отдельных самостоятельных доводов о несогласии с судебным решением в указанной части.

Сумма судебных расходов, затраченная истцом на представителя была снижена судом первой инстанции.

При установленных обстоятельствах, по мнению суда апелляционной инстанции, взысканная судом первой инстанции денежная сумма на оплату услуг представителя соотносится с правилом о разумности судебных расходов, позволяет соблюсти необходимый баланс процессуальных прав и обязанностей участвующих в деле лиц, учитывает соотношение расходов с объемом защищенного права истца, а также объема и характера предоставленных услуг.

Следовательно, решение суда первой инстанции в указанной части отмене (изменению) не подлежит.

С учетом изложенного, остальные доводы апелляционной жалобы, апелляционного представления прокурора правового значения не имеют.

Руководствуясь статьями 327-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия,

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 15 января 2026 года отменить в части признания незаконным увольнения ФИО1 на основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ, восстановлении ее на работе в обществе с ограниченной ответственностью «Диана» в <данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ., обращения решения в указанной части к немедленному исполнению, взысканию с общества с ограниченной ответственностью «Диана» в пользу ФИО1 среднего заработка за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 101 854,87 рублей. Принять в указанной части новое решение об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В остальной части это же решение оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Диана», апелляционному представлению прокурора <адрес> – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 23 апреля 2026 года.