Решение № 2-241/2017 2-241/2017~М-225/2017 М-225/2017 от 17 июля 2017 г. по делу № 2-241/2017

2- 241/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

с. Онгудай 18 июля 2017 года

Онгудайский районный суд Республики Алтай в составе:

председательствующего судьи Штанаковой Т.К.,

при секретаре Бабановой Е.З.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Казенному учреждению Республики Алтай «Онгудайское лесничество» (далее - КУ РА «Онгудайское лесничество»), Министерству труда, социального развития и занятости Республики Алтай (далее - Министерству труда РА), Государственному учреждению регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации по Республике Алтай (далее – Фонд социального страхования РФ по РА) о признании акта о расследовании несчастного случая со смертельным исходом незаконным, о признании несчастного случая страховым, об установлении факта нахождения на иждивении и взыскании единовременной страховой выплаты в размере <данные изъяты> рублей,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в Онгудайский районный суд с исковым заявлением к КУ РА «Онгудайское лесничество», Министерству труда Республики Алтай, Фонду социального страхования РФ по РА о признании акта о расследовании несчастного случая со смертельным исходом незаконным, о признании несчастного случая страховым, об установлении факта нахождения на иждивении и взыскании единовременной страховой выплаты в размере <данные изъяты> рублей. В обоснование исковых требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 выполнял свои трудовые обязанности по лесопользованию, занимался обследованием лесных участков лесного фонда Каракольского лесничества в урочище «Еловый» для выделения аукционных лесосек (делян). Подтверждением трудовых отношений между ФИО3 и КУ РА «Онгудайское лесничество» является приказ о приеме на работу, трудовой договор, табель учета рабочего времени, поэтому по мнению истицы вывод о том, что смерть ФИО3 была не на производстве, является не обоснованным и не подтвержденным материалами проведения проверки. Ответчик отказывается признать указанный несчастный случай связанным с производством, что подтверждается актом о расследовании несчастного случая со смертельным исходом от ДД.ММ.ГГГГ.

Истец ФИО1 и её представитель ФИО4 поддержали исковые требования в полном объеме и пояснили, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 выполнял свои трудовые обязанности по лесопользованию в соответствии с должностной инструкцией участкового лесничества, утвержденной директором КУ РА «Онгудайское лесничество» (п/п 3.14), занимался обследованием лесных участков лесного фонда Каракольского лесничества ы урочище «Еловый» на склоне горного перевала для выделения аукционных лесосек (делян), это подтверждается объяснительными директора КУ РА «Онгудайское лесничество» ФИО5 и помощника лесничего ФИО12 Из-за аномального глубоко снежного покрова (около 1 метра) обследование лесоделян длилось почти целый рабочий день, ФИО3, прошел примерно 4-5 км. по глубокому снегу, большие перегрузки нанесли повреждения его здоровью и наступила его смерть. Глубокий снег зимой 2017 года в <адрес> расценивается как стихийное бедствие или чрезвычайное обстоятельство: Комитет по охране, использованию и воспроизводству животного мира РА совместно с охотниками и многие сельские поселения в связи с этим организовали спасение и подкормку диких животных (косуль, маралов и др.) в <адрес>х. Поэтому данный факт является событием, в результате которого застрахованный получил повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору, которое повлекло за собой его смерть, и подпадает под действие ст.227 Трудового кодекса РФ и Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №. ФИО3 имел общий трудовой стаж более 40 лет, в том числе <данные изъяты>. За все годы он был лицом, застрахованным от несчастного случая и профзаболеваний, работодатель исправно каждый месяц перечислял страховые взносы за него в ФСС. Ежегодные медосмотры всегда показывали, что ФИО3 здоров, он ни разу не лежал ни в одном стационаре, не лечился, нигде не состоял на учете. Более того, ФИО3, много лет занимался спортом, являлся тренером по стрельбе из лука. Представитель истца считает, что если бы заболевание было выявлено вовремя в апреле 2016 года во время прохождения медосмотра, то ФИО3 отстранили бы от работы по причине профнепригодности, в этом так же имеется вина работодателя. В связи с большим снежным покровом руководство лесничества могло бы отменить обход, но не сделало этого. При обходе ФИО3 по глубокому снегу ходил пешком и получил большую нагрузку на сердце, что спровоцировало сердечную недостаточность.

Представитель ответчика КУ РА «Онгудайское лесничество» ФИО6 просил вынести решение на усмотрение суда.

Представители Министерства труда Республики Алтай, Государственного учреждения регионального отделения Фонда социального страхования РФ по РА, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в суд не явились. От представителя ответчика Государственного учреждения регионального отделения Фонда социального страхования РФ по РА ФИО7 поступил отзыв об отказе в удовлетворении исковых требований, просили рассмотреть дело в их отсутствие.

Судом принято решение о рассмотрении дела в отсутствие представителей ответчиков Министерства труда Республики Алтай, Государственного учреждения регионального отделения Фонда социального страхования РФ по РА.

Выслушав истца, представителя ответчика КУ РА «Онгудайское лесничество» ФИО6, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 227 ТК РФ расследованию и учету подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя, а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение и т.д., повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли:

в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни;

при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах, в том числе действий, направленных на предотвращение катастрофы, аварии или несчастного случая.

В соответствии со ст. 229 ТК РФ для расследования несчастного случая работодатель образует комиссию в составе не менее трех человек.

Согласно ст. 229.2 ТК РФ на основании собранных материалов расследования комиссия устанавливает обстоятельства и причины несчастного случая и др., кроме того квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством.

Согласно ст. 230 ТК РФ по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой.

В акте о несчастном случае на производстве должны быть подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, а также указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, в акте указывается степень вины застрахованного в процентах, установленная по результатам расследования несчастного случая на производстве.

Статьей 231 ТК РФ определено, что разногласия по вопросам расследования, оформления и учета несчастных случаев, непризнания работодателем (его представителем) факта несчастного случая, отказа в проведении расследования несчастного случая и составлении соответствующего акта, несогласия пострадавшего с содержанием акта о несчастном случае рассматриваются федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на осуществление федерального государственного надзора за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, и его территориальными органами, решения которых могут быть обжалованы в суд.

В силу п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от дата №.2 от 10 марта 2011 года "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать следующие юридически значимые обстоятельства: относится ли пострадавший к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя, указано ли происшедшее событие в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев, соответствуют ли обстоятельства, сопутствующие происшедшему событию, обстоятельствам, указанным в части третьей статьи 227 ТК РФ, произошел ли несчастный случай на производстве с лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, имели ли место обстоятельства, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством и иные обстоятельства.

В соответствии положениями Трудового кодекса Российской Федерации, регулирующими вопросы расследования несчастных случаев на производстве (статьи 227 - 231), предусматривается возможность квалификации в качестве несчастных случаев, связанных с производством, и составление актов по форме Н-1 по всем несчастным случаям, имевшим место при исполнении работниками их трудовых обязанностей, даже если в причинении вреда работнику виновно исключительно третье лицо, не являющееся работодателем этого работника.

Согласно ст. 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации несчастный случай на производстве является страховым случаем, если он произошел с застрахованным или иным лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Право квалификации несчастного случая как несчастного случая на производстве или как несчастного случая, не связанного с производством, предоставлено комиссии, проводившей расследование.

Следовательно, по всем случаям, признанным связанными с производством, пострадавший работник со дня наступления страхового случая в соответствии со статьей 7 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ вправе требовать обеспечения по страхованию.

В силу статьи 3 указанного Закона обязательства страховщика осуществлять социальное обеспечение по данному виду страхования возникает при наступлении страхового случая, который определяется как подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания.

Несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору (контракту) и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях, как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ДД.ММ.ГГГГ между Казенным учреждением Республики Алтай «Онгудайское лесничество» и ФИО3 заключен трудовой договор, по условиям которого работник принимается на должность участкового лесничего Каракольского участкового лесничества КУ РА «Онгудайское лесничество».

Согласно медицинскому свидетельству о смерти от ДД.ММ.ГГГГ смерть ФИО3 наступила от заболевания – <данные изъяты>.

Директором Казенного учреждения Республики Алтай «Онгудайское лесничество» ДД.ММ.ГГГГ издан приказ №.6 о создании комиссии по расследованию несчастного случая на производстве, происшедшего в Каракольском участковом лесничестве урочище <адрес>» около 15 часов, в результате которого участковый лесничий ФИО3 умер.

Комиссией, сформированной работодателем для расследования несчастного случая, несчастный случай, происшедший с ФИО3 был квалифицирован как не связанный с производством.

Из акта о расследовании несчастного случая, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ в 15 часов 00 мин., со смертельным исходом, произведенного комиссией в составе: председателя ФИО8 – главного государственного инспектора труда Госинспекции труда в РА, членов: ФИО9 – начальника отдела фонда социального страхования РФ по РА, Фот Ж.Д. – ведущего инженера по охране труда БУ РА УСПН «<адрес>», ФИО6 – заместителя директора КУ РА «Онгудайское лесничество», ФИО10 – инженера по охране и защите леса КУ РА «Онгудайское лесничество», ФИО11 – специалиста отдела кадров КУ РА «Онгудайское лесничество», ФИО12 – помощника участкового лесничего Каракольского участкового от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 выполнял свои трудовые обязанности по лесопользованию, занимался обследованием лесных участков, <адрес>» для выделения аукционных лесосек (делян). В 10 часов 30 минут на личном автомобиле выехал по автодороге «Чуйский тракт» до мостового перехода через ручей <адрес>». Оставил автомобиль на проселочной дороге, перемыкающей к автодороге Р-256 «Чуйский тракт» и пешком начал подъем на вершину <адрес>». В 14 часов 20 минут ФИО3 позвонил помощнику участкового лесничего сыну ФИО12, что находится на вершине урочища, все осмотрел, и будет спускаться с перевала вниз к автомобилю. Время спуска с перевала нормальным ходом приблизительно два часа. В 17 часов 50 минут помощнику участкового лесничего ФИО12 с неизвестного номера телефона поступил звонок. Звонивший представился, что он из полиции и сообщил, что около автодороги «Чуйский тракт» у <адрес>» стоит автомобиль участкового лесничего ФИО3, а недалеко на возвышенности лежит труп мужчины. ФИО12 с братом ФИО4 срочно выехали на место для опознания трупа. Прибыв на место, ФИО12 и ФИО4 опознали труп участкового лесничего ФИО3 Согласно заключительного акта от ДД.ММ.ГГГГ по результатам проведенного периодического медицинского осмотра (обследования) работников КУ РА «Онгудайское лесничество» ФИО3 медицинский осмотр прошел без отклонений нарушения здоровья. При вскрытии трупа было установлено, что смерть ФИО3 наступила <данные изъяты>. <данные изъяты>. Данный несчастный случай подлежит квалификации как не связанный с производством и не подлежит оформлению актом формы Н-1. В соответствии с особым мнением члена комиссии ФИО12 несчастный случай с ФИО3 подлежит квалификации как несчастный случай, связанный с производством, так как он выполнял свои трудовые обязанности, обусловленные трудовым договором и должностной инструкцией.

Постановлением старшего следователя Шебалинского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Республике Алтай ФИО13 от ДД.ММ.ГГГГ отказано в возбуждении уголовного дела по факту смерти ФИО3 по основанию, предусмотренному п.1. ч.1 ст. 24 УПК РФ, то есть за отсутствием события преступлений, предусмотренных ч.1. ст. 105, ч.21 ст. 143 УК РФ.

Смерть ФИО3 наступила в результате общего заболевания - <данные изъяты>.

Копия журнала проведения инструктажа и проверки знаний по технике безопасности и пожарной безопасности, заверена КУ РА «Онгудайское лесничество», содержит сведения о прохождении ФИО3 инструктажа и проверки знаний по технике безопасности и пожарной безопасности по должности участкового лесничего Каракольского участкового лесничества КУ РА «Онгудайское лесничество».

Из заключения судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что смерть ФИО3 наступила от <данные изъяты>).

В соответствии с п. 15 Медицинского свидетельства о смерти серия 84 № (окончательное) от ДД.ММ.ГГГГ смерть ФИО3 произошла от заболевания, согласно п. 19 этого же документа причиной смерти является болезнь <данные изъяты>.

В результате проведенной экспертизы трупа ФИО3 установлено, что изменения со стороны сердца находятся в причинной связи со смертью ФИО3, при этом указанное заболевание <данные изъяты>.

Доводы представителя истца о том, что согласно заключительного акта от ДД.ММ.ГГГГ по результатам проведенного периодического медицинского осмотра работников КУ РА «Онгудайское лесничество» ФИО3 медицинский осмотр прошел без отклонений нарушения здоровья, не опровергают выводы судебно-медицинской экспертизы.

Так же не могут служить основанием доводы представителя истца о том, что повышенные нагрузки на <данные изъяты>, вызвали его смерть, так как отсутствуют доказательства этому.

То обстоятельство, что несчастный случай с ФИО3 произошел на рабочем месте, не свидетельствует об обязательной квалификации несчастного случая как связанного с производством, поскольку необходимо установить причинно-следственную связь смерти работника с исполнением им обязанностей по трудовому договору, вину работодателя в смерти работника. Сам по себе факт смерти работника ФИО3 на рабочем месте не дает оснований считать, что его смерть связана с производственной деятельностью работодателя.

Согласно части 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Доказательства наличия причинно-следственной связи между смертью ФИО3 и действиями (бездействием) работодателя суду истцом не представлены.

Поэтому вывод комиссии об отсутствии оснований для признания этой смерти несчастным случаем, связанным с производством, является верным.

Суд, оценив в совокупности, установленные обстоятельства и представленные доказательства, приходит к выводу, что несчастный случай, происшедший с ФИО3, был правомерно квалифицирован как не связанный с производством, поскольку его смерть наступила вследствие общего заболевания, что подтверждено в установленном порядке заключением судебно-медицинского эксперта.

Согласно пункту 2 ст. 11 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" в случае смерти застрахованного размер единовременной страховой выплаты составляет 1 миллион рублей.

Согласно пункту 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 года N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" право на получение страховых выплат в связи со смертью застрахованного может быть предоставлено и в том случае, если решением суда будет установлено, что при жизни застрахованный оказывал нетрудоспособным лицам постоянную помощь, которая являлась для них постоянным и основным источником средств к существованию, несмотря на имеющийся у этих лиц собственный доход.

Кроме того, как разъясняется в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 21 июня 1985 года N 9 "О судебной практике по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение", установление факта нахождения лица на иждивении умершего имеет значение, в том числе для возмещения вреда, если оказываемая помощь являлась для заявителя постоянным и основным источником средств к существованию. В тех случаях, когда заявитель имел заработок, получал стипендию, пенсию и т.п., необходимо выяснять, была ли помощь со стороны лица, предоставлявшего содержание, постоянным и основным источником средств к существованию заявителя.

Согласно разъяснениям, данным в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" (п.п. «в» п.31) находившимся на иждивении наследодателя может быть признано лицо, получавшее от умершего в период не менее года до его смерти - вне зависимости от родственных отношений - полное содержание или такую систематическую помощь, которая была для него постоянным и основным источником средств к существованию, независимо от получения им собственного заработка, пенсии, стипендии и других выплат. При оценке доказательств, представленных в подтверждение нахождения на иждивении, следует оценивать соотношение оказываемой наследодателем помощи и других доходов нетрудоспособного.

Из материалов дела следует, что истица состояла в зарегистрированном браке с умершим ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 7 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" право на получение страховых выплат в случае смерти застрахованного лица в результате наступления страхового случая имеют нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания.

Как видно, возникновение у лица права на получение страховых выплат в связи со смертью застрахованного упомянутый закон связывает с нетрудоспособностью этого лица и нахождением на иждивении умершего.

Под иждивением согласно части 3 статьи 9 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" понимается нахождение членов семьи кормильца на его полном содержании или получение от него помощи, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию.

В связи с этим подлежит установлению одновременно наличие двух признаков: постоянность источника средств существования и установление факта того, что такой источник является основным для существования лица.

Исключительно разница между доходами кормильца и членом его семьи сама по себе бесспорным доказательством нахождения лица на иждивении кормильца не является.

Нуждаемость члена семьи кормильца в получении от него помощи не является достаточным доказательством нахождения его на иждивении умершего (за исключением детей), поскольку значение имеет именно сам факт оказания кормильцем при жизни постоянной помощи иждивенцу, наличие у кормильца с учетом его состояния здоровья и собственных нужд возможности оказывать при жизни помощь, которая являлась постоянной и выступала в качестве основного источника средств существования другого лица.

С ДД.ММ.ГГГГ истица является пенсионером по старости. В значимый период согласно справке ГУ УПФР в <адрес> Республики Алтай № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, получала пенсию в размере <данные изъяты> коп., превышающий размер прожиточного минимума, что свидетельствует о ее материальной независимости.

Таким образом, истица имеет стабильный самостоятельный доход в виде трудовой пенсии, при этом ссылка истицы на совместное проживание, ведение общего хозяйства как на обстоятельства, подтверждающие нахождение на иждивении, не может быть принята во внимание, так как сами по себе эти обстоятельства не могут свидетельствовать о том, что истица находилась на иждивении, поскольку они не свидетельствуют о том, что она находилась на полном содержании ФИО3, что именно такая помощь являлась для истицы постоянным и основным источником средств к существованию.

Каких-либо данных объективно свидетельствующих о том, что она находилась на иждивении умершего, материалы дела не содержат.

Добытые по делу доказательства не позволяют суду прийти в выводу о том, что получаемая истицей от наследодателя помощь была для нее основным и постоянным источником средств к существованию, не представлены доказательства, что истица получала от ФИО3 конкретное содержание в последний год его жизни. Поскольку факт нахождения истицы на иждивении умершего подтверждения не нашел, отсутствуют основания к удовлетворению заявленных требований.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194 -199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении искового заявления ФИО1 к Казенному учреждению Республики Алтай «Онгудайское лесничество», Министерству труда, социального развития и занятости Республики Алтай, Государственному учреждению регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации по Республике Алтай о признании акта о расследовании несчастного случая со смертельным исходом незаконным, о признании несчастного случая, имевшим место ДД.ММ.ГГГГ, страховым, об установлении факта нахождения на иждивении ФИО3, и взыскании единовременной страховой выплаты в размере <данные изъяты> рублей отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Алтай в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме, путем подачи жалобы через Онгудайский районный суд.

Мотивированное решение изготовлено 19 июля 2017 года.

Судья Т.К.Штанакова