Решение № 2-4698/2024 2-4698/2024~М-3515/2024 М-3515/2024 от 6 сентября 2024 г. по делу № 2-4698/2024

Производство № 2-4698/2024

УИД 28RS0004-01-2024-007860-82


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

6 сентября 2024 года г. Благовещенск

Благовещенский городской суд Амурской области, в составе:

Председательствующего судьи Матюхановой Н.Н.,

при секретаре Рыжаковой Е.А.

с участием представителя Прокуратуры г. Благовещенска Потаповой Е.В.

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, ответчика ФИО3, ответчика ФИО4, представителя ответчика ФИО5, представителя Военного комиссариата Амурской области – ФИО6

Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о лишении права на получение социальной выплаты, признании фактическим воспитателем, понуждении возвратить удостоверение члена семьи погибшего ветерана боевых действий,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском, в котором, уточнив в порядке ст. 39 ГПК РФ заявленные требования, просит лишить ФИО4 права на получение гарантированных государством страховых сумм, выплат, единовременных пособий, ежемесячных денежных компенсаций, любых иных мер поддержки, связанных с гибелью ФИО7, наступившей при исполнении обязанностей военной службы в ходе специальной военной операции на территориях Украины, Донецкой Народной Республики и Луганской Народной Республики; признать ФИО1 фактическим воспитателем ФИО7 в целях получения гарантированных государством страховых сумм, выплат, единовременных пособий, ежемесячных денежных компенсаций, иных мер поддержки, связанных с гибелью ФИО7 при исполнении обязанностей военной службы в ходе специальной военной операции на территориях Украины, Донецкой Народной Республики и Луганской Народной Республики; обязать ФИО4 возвратить в Военный комиссариат Амурской области выданное ему 30.01.2024 удостоверение члена семьи погибшего (умершего) ветерана боевых действий.

Требования истца мотивированы тем, что с 01.08.2023 ФИО7 *** г.р. проходил военную службу по контракту в войсковой части 41659 (г. Алейск Алтайского края), имел воинское звание рядового. В период с сентября 2023 года по декабрь 2023 года ФИО7 выполнял задачи в ходе специальной военной операции на территориях Украины, Донецкой Народной Республики и Луганской Народной Республики. 29.12.2023 ФИО7 погиб при исполнении им обязанностей военной службы в ходе специальной военной операции на территориях Украины, Донецкой Народной Республики и Луганской Народной Республики. Просит признать себя фактическим воспитателем погибшего для получения социальных выплат. Родителями ФИО7 являются мать ФИО3, отец - ФИО4 Родители погибшего состояли в браке с 1995 года по 2001 год. После расторжения брака 31.09.2001 они прекратили совместное проживание. Отцовство ФИО4 в отношении ФИО7 было установлено в судебном порядке уже после расторжения брака (в 2002 году) в целях взыскания с него алиментов. С июля 2002 года начал постоянное совместное проживание с ФИО3 в ее доме в с. Козьмодемьяновка в фактических брачных отношениях. Ее сыну А., проживавшему с матерью, к этому времени почти исполнилось 11 лет. Практически сразу у него с А. сложились отношения, характерные для отца и сына. Этому способствовало его увлечение музыкой и общая любознательность, интерес к историческим событиям и фундаментальным вопросам, стремление к поиску закономерностей, его способность к абстрактному мышлению. Будучи увлеченным с детства фундаментальными науками (физика, химия, астрономия) и имевший высокую успеваемость ранее в школе и при обучении в ВУЗе, сблизился с А. в связи с его способностями и интересами и нашел отклик в этом плане от него. Между ними возникла устойчивая эмоциональная связь, характерная для отца и сына, которая продолжалась много лет, практически до его гибели. С первого (после начала совместного проживания с ФИО3) учебного года А. (сентябрь 2002 года) и до самого окончания им средней школы в 2008 году, интересовался его учебой, ежедневно помогал делать домашние задания, объяснял изучаемые им в школе темы. Его активное участие в обучении продолжилось и в период его учебы в филиале Морского государственного университета им. адмирала Г.И. Невельского (г. Благовещенск), куда он поступил по программе высшего образования по специальности «Судовождение» в 2008 году. Выполнял и иные обязанности (необременительные для него), характерные для родительской роли: заботился о нравственном, физическом и психическом развитии А., следил за состоянием его здоровья, создавал благоприятные жизненные условия. Хорошие условия проживания создавались и поддерживались им в целом для всей его семьи, в которой росли и воспитывались кроме А. его сын Д. *** г.р. (мать - ФИО3), и племянник ФИО16 *** г.р., который был принят в семью в сентябре 2003 года в возрасте 5 лет после того, как он остался сиротой после смерти в июле 2003 года его матери ФИО8 Семья проживала с 2022 по 2004 гг. в с. *** - в квартире ФИО3, с 2004 по 2005 гг. в с. *** (квартира была предоставлена ему для проживания работодателем - СПК «Искра»), с 2005 по 2006 гг. вс. *** (по договору найма), с 2006 по 2008 гт. в с. *** (приобретена им в собственность), с 2008 по 2014 гг. в *** (по договору найма). В квартирах в с. *** у А. была своя отдельная комната. Благоприятные условия проживания обеспечивались наличием в местах проживания всей необходимой мебели, современной бытовой техники, кухонной утвари, предметов домашнего обихода, компьютера, игровых устройств и т.д. Для Алексея приобретались и личные вещи, в том числе устройства проигрывания музыки, мобильные телефоны. Содержание семьи в основном обеспечивалось его заработком. В период совместного проживания с ФИО3 и детьми имел доход от деятельности: в 2002-2004 годах - от ведения личного подсобного хозяйства (животноводство); 12.11.2002 - 01.08.2003 - работа в СПК «Приамурье» (***), рабочий; 18.06.2003-31.05.2005 - СПК «Искра» (***), юрисконсульт, 01.06.2005 - 07.10.2008 - ГУП Амурской области «Тамбовское дорожное управление» (***), юрисконсульт; 08.10.2008 - 31.08.2011 - ООО «Амуравтодор» (***), юрисконсульт. При этом мать А. в период с 2005 по 2009 годы работала в общей сложности 10 месяцев на низкооплачиваемой работе, а также 1 год и 5 месяцев получала пособие по безработице. После достижения А. совершеннолетия, продолжал материально поддерживать его. Поскольку воспитывал и содержал погибшего ФИО7 длительное время, является его фактическим воспитателем и имеет право на получение социальных выплат, связанных с его смертью. Отец ФИО7 - ФИО4 фактически являлся для погибшего посторонним человеком. Отцовство ФИО4 было установлено в судебном порядке по заявлению ФИО3, то есть фактически принудительно, после развода и прекращения совместного проживания. В период совместного проживания ФИО3 с ФИО4 с 1992 по 2001 гг. последний относился к А. плохо, либо вообще не обращал на него внимания, либо общался с ним грубо, отцовских чувств не проявлял. ФИО4 утверждал, что он не его сын. В связи с этим в семье происходили скандалы, ФИО4 часто на фоне злоупотребления алкоголем и наркотическими средствами применял к ФИО3 силу, наносил побои. Во избежание причинения вреда ребенку и себе, ФИО3 вынуждена была вместе с сыном уходить из дома, прятаться у соседей, в том числе это происходило зимой. Жители села постоянно видели ее с синяками. Также имели место случаи причинения побоев ФИО4 ребенку. После развода ФИО4 не поддерживал никаких отношений с А., его жизнью не интересовался и не принимал в ней участия. Желания увидеться с сыном он не высказывал, на связь ни с ним, ни с его матерью, не выходил.С момента развода (2001 год) и до достижения А. совершеннолетия (2008 год) единственным случаем их общения было кратковременное проживание А. у отца в с. Козьмодемьяновка в октябре 2006 года по просьбе матери А.. Следующий факт их общения состоялся только когда А. уже был взрослым (26 лет), в августе 2017 года он приехал в с. Козьмодемьяновка к друзьям и родственникам и по своей инициативе пришел к отцу в гости. Однако по рассказу А. эту встречу можно охарактеризовать как крайне отрицательную. В период раздельного проживания ФИО4 уклонялся от исполнения обязанностей по содержанию сына путем сокрытия своего фактического заработка, из которого подлежат удержанию алименты. Работая вахтовым методом в качестве водителя в строительной компании и очевидно в связи с этим имея достаточно высокий заработок, алименты на сына он уплачивал в размере от 1900 до 3000 руб. в месяц, исполняя обязанности по содержанию ребенка лишь формально.

В судебном заседании истец и его представитель на требованиях настаивали, пояснив об обстоятельствах, изложенных в иске. Дополнительно пояснили, что юридически значимым периодом по настоящему делу является период с 2004 года по 2009 год, то есть 5 лет до совершеннолетия А.. Ответчик в данный период фактически не принимал участие в воспитании сына, не оказывал ему моральную, физическую, духовную поддержку, не принимал какие-либо меры для создания сыну условий жизни, необходимых для его развития, между ними отсутствовали фактические семейные и родственные связи. ФИО3 также подтвердила, что ответчик плохо относился к сыну, поднимал на него руку, не признавал его до установления отцовства, добровольно материально не помогал, а истец о нем заботился. Плохое отношение ответчика к А., его непризнание, избиение ответчицы подтвердила также свидетель ФИО9 Ответчик алиментные обязательства в добровольном порядке не исполнял, выплачивал алименты на основании судебного акта. Разовые встречи, о которых указали допрошенные свидетели со стороны ответчика, а также совместное проживание в октябре 2006 года не свидетельствуют об участии ответчика в его воспитании, о восстановлении стабильных семейных связей также не свидетельствуют. Единичные и кратковременные случаи удовлетворения отдельных потребностей и интересов несовершеннолетнего, например, в юридически незначимый период в 2017 году, не являются надлежащим исполнением обязанностей со стороны ответчика Фотоматериалы, скриншоты из социальных сетей подтверждают эмоциональную связь истца и А. в течение юридически значимого периода, их общие интересы, близкие и доверительные отношения, процесс фактического воспитания, по характеру близкого к тому, которое существует между родителями и детьми. Истец материально обеспечивал А.. У ответчика не имеется совместных фотографий с сыном в юридически значимый период. Ритуальные услуги на погребение были оплачены ответчиком только по личной просьбе ФИО3, впоследствии эти затраты компенсированы ему государством. Показания свидетелей со стороны ответчика не подтверждают факт наличия в значимый период устойчивых семейных связей А. с ответчиком, они опровергаются иными доказательствами. Автобиография А. как военнослужащего не содержит сведений о его биологическом отце. Заявление А. на зачисление в Амурский филиал МГУ от 28.06.2008 содержит информацию об отце, где указан истец.

В судебном заседании ответчик ФИО4 и его представитель с иском не согласились, указав, что на момент рождения ребенка ответчик проходил срочную службу в Советской Армии. После возвращения в 1992 году проживали одной семьей. В дальнейшем с ФИО3 официально зарегистрировали брак. Ребенка А. растили и воспитывали, заботились о его здоровье и материальном обеспечении. У А. было все необходимое для его возраста - одежда, игрушки, книжки. Проживали по адресу: ***, которую выделил колхоз. У А. была отдельная комната со спальным местом, шкаф для вещей, письменный стол. В период дошкольного возраста ответчик водил его в детский садик в с. Козьмодемьяновка и часто забирал, оказывал посильную помощь садику - ремонтировал стульчики, детскую площадку. В первый класс вместе всей семьей ходили на линейку. Ответчик знает учителей ребенка. На родительские собрания обычно ходила супруга, он только участвовал в субботниках и помогал с ремонтом класса. А. был общительный, активный и любознательный, у него были друзья. Ответчик брал сына на работу (работал на самосвале), в силу мальчишеского возраста он проявлял интерес к технике. Передавал ребенку навыки разбираться в технике и вождении. Проводили совместно досуг, играли зимой в хоккей, летом в футбол, выезжали на природу, вместе ходили в лес за елкой к Новому году. Физической силы в виде наказаний к ребенку не применял. Ответчик учил сына колоть дрова, ухаживать за животными, помогать в огороде по дому, летом ходили на рыбалку. Прививал сыну справедливость и честность, выносливость, стойкость. Он любил родителей ответчика, часто приходил к ним в гости. Ответчик проявлял заботу о сыне, его здоровье, оказывал ему моральную, физическую, духовную поддержку, содержал сына материально. В 11 лет ребенок уже сформировался как личность. Ответчик принимал участие в его воспитании и содержании, заботился о его здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, как в период брака, так и после его расторжения. Не уклонялся от обязанностей родителя к сыну. Родственные связи между отцом и сыном не были утрачены. В момент развода ФИО3 уже находилась в отношениях с ФИО1, в связи с чем семья и распалась. Сын остался с матерью. В 2002 году ФИО3 подала заявление в суд об установлении отцовства с целью взыскания алиментов. В судебном заседании 23.04.2024, при рассмотрении другого дела, ФИО3 подтверждала, что ФИО4 платил алименты, поддерживал отношения с сыном, приезжал. По настоящему делу в судебном заседании 08.08.2024 ФИО3 также пояснила, что получала алименты в размере 2000-3000 рублей. От уплаты алиментов не уклонялся, нес эту обязанность до достижения сыном 18 лет. В дальнейшем передавал денежные средства лично сыну, по мере необходимости, когда учился в училище. Постоянно созванивались. При разводе продал машину и половину денежных средств передал ФИО3 на содержание сына. После развода всегда интересовался судьбой сына, постоянно общались, оказывал материальную помощь. После рождения совместного ребенка у истца и ФИО3 в 2003 году, А. мешал им, поэтому А. убегал от них и проживал у ответчика. ФИО1 не установил отцовство в отношении А., не зарегистрировал брак с ФИО3 В период с 2014 г. ФИО3. сожительствовала с другими лицами. Ответчик не уделял должного внимания А., не занимался его воспитанием и содержанием, как подобает отцу, не является усыновителем, родителем. С 2008 г. А. проживал отдельно в общежитии в г. Благовещенске по месту учебы. А. звонил ФИО4 перед убытием на СВО, они встретились в аэропорту г. Новосибирска. Именно ФИО4 дал напутствия сыну. ФИО4 занимался похоронами сына за свой счет, ФИО7 похоронен в с. Козьмодемьяновка, ответчик ухаживает за могилой сына. ФИО7 постоянно, до момента смерти был зарегистрирован по адресу своего отца: ***. Для ФИО4 потеря сына является невосполнимой утратой. Представленные истцом фотографии ФИО7 сами по себе не говорят о фактическом воспитании ФИО1 и с достоверностью не указывают на наличие между ФИО1 и А., отношений, характерных для отца и сына, поскольку личные фотографии А. переданы ему ФИО3 Отчеты об истории автомобилей не относятся к настоящему делу и не подтверждают никаких юридических фактов, являются недопустимыми доказательствами, не имеют юридической силы и не могут быть приняты во внимание. Фотографии используются истцом в целях создания видимости участия в воспитании ФИО7 Личные рукописные записи (заметки) ФИО7 также не являются допустимыми доказательствами. Ранее в ходе судебного разбирательства мать погибшего военнослужащего утверждала, что все записи и дневники хранятся у нее и не могли находиться у ФИО1 Доводы истца о злоупотреблении ответчиком алкоголем являются выдуманными и голословными. Единственной целью является представить ответчика с отрицательной стороны. Сообщенные истцом сведения о якобы имевшем месте недостойном поведении ответчика в период с 1997 по 1999 гг. являются недостоверными, поскольку в этот период времени истец в селе не проживал. По факту якобы избиения ФИО3 ФИО4, данное заявление несостоятельно, ФИО3 не обращалась с заявлениями к участковому, в администрацию сельского совета. Данные доводы опровергаются характеристикой, выданной Администрацией Тамбовского муниципального округа, которая характеризует ФИО4, как вежливого человека, и что в злоупотреблении спиртных напитков и правонарушений замечен не был. Истцом не представлено ни одного документа, характеризующего его, как личность. ФИО3 подтвердила тот факт, что ФИО4 работал на машине скорой помощи водителем, а это означает, что водители утром и вечером проходят медицинский осмотр. При разводе ФИО4 из дома, кроме своих личных вещей, ничего не забирал. Брат ФИО3 забрал вещи. А. проживал у отца летом, при этом рассказывал о взаимоотношениях между ФИО1 и матерью, что они постоянно ругаются, поэтому он зачастую и убегал от них, а они потом приезжали, уговаривали, обещали что-нибудь купить. По утверждению самой ФИО3 (судебный акт Амурского областного суда), в 2007 году она поругалась с Голеницким и уехала от него проживать отдельно. Указанное свидетельствует о том, что отношения между ними поддерживались формально, ради общего сына. Факт проживания несовершеннолетнего сына у ФИО4 в судебном заседании 08.08.2024 подтвердил свидетель ФИО10 Из справки, выданной Козьмодемяновской средней общеобразовательной школы, следует, что ФИО7 обучался в МОУ Козьмодемьяновская СОШ с 1 по 8 класс в период с 01.09.1997 по 16.10.2004 и что отец ФИО4 принимал участие в воспитании и обучении сына: интересовался учебой, посещал родительские собрания, что в свою очередь является допустимым доказательством. ФИО1 в школе никто не видел и не установлено, что он интересовался школьными успехами А., школьные собрания не посещал, в жизни школы не участвовал. ФИО1 не интересовала судьба ребенка, участия в его жизни он не принимал. Утверждения истца о том, что после развода отношения между отцом ФИО4 и сыном ФИО7 были прекращены, а также о том, что ответчик материально не содержал сына, являются несостоятельными. Отношения были прекращены с его матерью ФИО3, поскольку проживала с другим мужчиной, но не с сыном. Для Алексея ФИО1 никогда не был отцом, отцом его не называл. Проживание с ФИО1 было вынужденным, так решила его мать. В силу своего несовершеннолетнего возраста он не мог самостоятельно принимать решения. ФИО1 не занимался должным образом воспитанием ФИО7, не уделял ему достаточного внимания и не проявлял заботы с 2002 по 2009 гг., а именно до достижения им 18-летнего возраста. Не имеет значения размер дохода истца в это период времени, так как не имеется доказательств того, что денежные средства расходовались на ФИО7 После окончания школы в 2008 г. А. поступил в морское училище и проживал в общежитии. То, что происходило после достижения А. возраст 18 лет, не имеет юридического значения. ФИО1 не оформил брак с ФИО3 поскольку не хотел брать на себя ответственность и определенные обязательства. После совершеннолетия привлекал ФИО7 по своей работе. Именно отец ФИО4 с детства привил любовь к технике, научил А. вождению, поэтому еще в детстве были заложены основы характера, приучен к домашнему труду, взаимному уважению, ответственности и самостоятельности. Несовершеннолетний был с малых лет разносторонне развитым, любопытным, был окружен заботой отца. ФИО1 можно сказать получил уже состоявшего человека, как личность, воспитанного и умеющего делать все ребенка, пожинал лишь плоды, не прилагая особых усилий. На момент смерти военнослужащего ФИО7, истец никем ему не приходился. В определенный период времени они вместе проживали и работали, что является дружескими отношениями, а не отношениями отца и сына. Стороной истца не представлено бесспорных доказательств, которые бы свидетельствовали именно о процессе фактического воспитания, в котором присутствуют элементы воспитания (качество постоянства, эмоциональная связь, полное содержание и т.д.). Истец не относится к категории членов семьи погибшего военнослужащего, имеющих право на социальные гарантии, предусмотренные положениями Указа Президента РФ от 05.03.2022 № 98, правовых оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

В судебном заседании ответчик ФИО3 с иском согласилась, пояснив, что ФИО4 уклонялся от воспитания и содержания их сына.

Представитель третьего лица Военного комиссариата Амурской области оставила рассмотрение требования на усмотрение суда, поддержав доводы письменного отзыва на иск, согласно которому 24.01.2024 в военный комиссариат (Ивановского, Тамбовского и Константиновского районов Амурской области) обратились члены семьи погибшего рядового ФИО7 *** г.р., мать ФИО3, отец ФИО4 за назначением положенных социальных (страховых) выплат за гибель военнослужащего. Военный комиссариат осуществляет только сбор всех необходимых документов для дальнейшей отправки командиру войсковой части (в данном случае командиру в/ч 41659 г. Алейск, Алтайского края) для принятия мер к осуществлению выплат. 26.01.2024 пакет документов был отправлен на имя командира в/ч 41569. Военным комиссариатом Амурской области (через военный комиссариат Ивановского, Тамбовского и Константиновского районов Амурской области выданы удостоверения членам семьи погибшего (умершего) ветерана боевых действий, ФИО4 30.01.2024, ФИО3 23.05.2024. Какими-либо дополнительными сведениями, документами, подтверждающими факт воспитания и содержания в течение не менее пяти лет до достижения совершеннолетия ФИО1 погибшего военнослужащего ФИО7, военный комиссариат Амурской области не располагает.

В судебное заседание не явились представители третьих лиц Министерства обороны Российской Федерации, Министерства финансов Российской Федерации, Министерства социальной защиты населения Амурской области, АО «Страховое общество газовой промышленности», о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, о причинах не явки не сообщили, заявлений об отложении рассмотрения дела не поступало. Представители третьих лиц Минобороны России, АО «СОГАЗ» ходатайствовали о рассмотрении дела в их отсутствие. На основании ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.

Представитель Минобороны России в письменном отзыве на иск указал, что при вынесении судом решения необходимо выяснить, действительно ли ФИО1 воспитывал и содержал ФИО7 в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия. При наличии отца, не лишенного и не признанного в отношении погибшего военнослужащего родительских прав, у представителя Министерства обороны Российской Федерации отсутствуют правовые основания для лишения выплат ФИО4 Оставляют разрешение требований на усмотрение суда.

В письменном отзыве на иск, представитель третьего лица АО «СОГАЗ» указал, что обществом с Министерством обороны России заключен государственный контракт на оказание услуг по выплате в 2023 году за счет средств Минобороны России, гражданам, Российской Федерации, призванным на военную службу по мобилизации в Вооруженные ФИО11 согласно Указу Президента РФ от 21.09.2022 № 647 «Об объявлении частичной мобилизации в РФ», военнослужащим, проходящим военную службу в Вооруженных Силах РФ на основании Указа Президента РФ от 25.08.2022 № 575 «Об установлении штатной численности Вооруженных Сил Российской Федерации», военнослужащим, проходящим военную службу в Вооруженных Силах Донецкой Народной Республики, указанных в пункте 1 статьи 7 ФКУ «О принятии в Российскую Федерацию Донецкой Народной Республики и образовании в составе Российской Федерации нового субъекта - Донецкой Народной Республики», военнослужащим, проходящим военную службу в Вооруженных Силах Луганской Народной Республики, указанных в пункте 1 статьи 7 ФКЗ «О принятии в Российскую Федерацию Луганской Народное Республики и образовании в составе Российской Федерации нового субъекта Луганской Народной Республики», компенсаций по страховым случаям указанным в статье 4 Федерального закона от 28.03.1998 № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел РФ, государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудник войск национальной гвардии РФ, сотрудников органов принудительного исполнения РФ» (далее - Закон № 52-ФЗ). Также, на настоящий момент, в соответствии с соглашением к государственному контракту, АО «СОГАЗ» за счет денежных средств Министерства обороны РФ. осуществляет в 2022-2023 годах выплату военнослужащим Вооруженных Сил РФ, гражданам, призванным на военные сборы и членам их семей, гражданам, пребывающим в добровольческих формированиях, единовременных пособий, предусмотренных частями 8,12 статьи 3 Федерального закона от 07.11.201 № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат». В АО «СОГАЗ» не поступало заявлений о выплате страхового возмещения и единовременного пособия, в связи с гибелью ФИО7 в период прохождения военной службы. Принятое судом по данному делу решение не должно ухудшить позицию страховщика как стороны добросовестно исполнившей свои обязательства по государственному контракту. Решение оставляют на усмотрение суда.

Выслушав доводы лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего заявленные требования не подлежащими удовлетворению, показания свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Указом Президента РФ от 21.09.2022 № 647 с 21.09.2022 в Российской Федерации объявлена частичная мобилизация. Пунктом 2 данного Указа постановлено осуществить призыв граждан Российской Федерации на военную службу по мобилизации в Вооруженные Силы Российской Федерации. Граждане Российской Федерации, призванные на военную службу по мобилизации, имеют статус военнослужащих, проходящих военную службу в Вооруженных Силах Российской Федерации по контракту.

С 01.08.2023 ФИО7 *** г.р. проходил военную службу по контракту в Вооруженных Силах Российской Федерации в войсковой части 41659.

Согласно справке Военного комиссариата Амурской обалсти (Военный комиссариат Ивановского, Тамбовского и Константиновского районов) от 23.01.2024 № 45, ФИО7 *** г.р. погиб при выполнении задач в ходе специальной военной операции на территориях Украины, Донецкой Народной Республики и Луганской Народной Республики.

Из справки о смерти № *** от 17.01.2024, выданной органами ЗАГС, следует, что смерть ФИО7, ***, уроженца *** наступила 29.12.2023 в г. Донецк.

Установлено, что родителями ФИО7 *** г.р. являются ФИО3, ФИО4 (отцовство установлено на основании решения суда от 15.07.2002),

Как следует из свидетельства об установлении отцовства серии I-ОТ *** от *** ФИО4 признан отцом ребенка ФИО7 родившегося *** г.р. у ФИО3, *** составлена запись акта об установлении отцовства ***.

Из свидетельства о заключении брака I-ЖО *** от *** следует, что ФИО4 *** г.р. и ФИО3 *** г.р. заключили брак ***, после заключения брака жене присвоена фамилия ФИО12.

Брак между ФИО4 и ФИО13 прекращен *** на основании заявления о расторжении брака по взаимному согласию супругов, после расторжения брака ей присвоена фамилия ФИО14 (свидетельство о расторжении брака серии I-ОТ *** от ***).

Из письма командира Войсковой части 41659 от 27.02.2024 № 2361 следует, что страховые выплаты и выплата единовременного пособия (на погибшего военнослужащего ФИО7) будет приостановлена до вступления в законную силу решения суда о признании лица фактическим воспитателем ФИО7

Установлено, что матери погибшего ФИО3, отцу ФИО4 выданы удостоверения члена семьи погибшего ветерана боевых действий (пп. 1 п. 2 ст. 21 ФЗ «О ветеранах», имеют право на меры социальной поддержки, установленные указанным Законом.

Обращаясь в суд с настоящим иском, истец указывает, что ФИО4 должен быть лишен права на получение социальных выплат, поскольку не поддерживал родственных связей с сыном, при жизни сына до его совершеннолетия не занимался его воспитанием, не интересовался его судьбой, своих обязанностей родителя не осуществлял, материально не содержал, алименты выплачивал формально и в минимальном размере.

Проверяя обоснованность заявленных требований, суд пришел к следующим выводам.

Российская Федерация - это социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. В Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей, устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развивается система социальных служб, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты (статья 7 Конституции Российской Федерации). Каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи 39 Конституции Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 969 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что в целях обеспечения социальных интересов граждан и интересов государства законом может быть установлено обязательное государственное страхование жизни, здоровья и имущества государственных служащих определенных категорий. Обязательное государственное страхование осуществляется за счет средств, выделяемых на эти цели из соответствующего бюджета министерствам и иным федеральным органам исполнительной власти (страхователям).

Обязательное государственное страхование осуществляется непосредственно на основании законов и иных правовых актов о таком страховании указанными в этих актах государственными страховыми или иными государственными организациями (страховщиками) либо на основании договоров страхования, заключаемых в соответствии с этими актами страховщиками и страхователями (пункт 2 статьи 969 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 статьи 1 Федерального закона от 27.05.1998 № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» военнослужащие обладают правами и свободами человека и гражданина с некоторыми ограничениями, установленными названным федеральным законом, федеральными конституционными законами и федеральными законами. На военнослужащих возлагаются обязанности по подготовке к вооруженной защите и вооруженная защита Российской Федерации, которые связаны с необходимостью беспрекословного выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе с риском для жизни. В связи с особым характером обязанностей, возложенных на военнослужащих, им предоставляются социальные гарантии и компенсации.

В соответствии с п. 1 ст. 18 Федерального закона от 27.05.1998 № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» военнослужащие и граждане, призванные на военные сборы, подлежат обязательному государственному личному страхованию за счет средств федерального бюджета. Основания, условия и порядок обязательного государственного личного страхования указанных военнослужащих и граждан устанавливаются федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Условия и порядок осуществления обязательного государственного страхования жизни и здоровья военнослужащих и иных приравненных к ним лиц определены в Федеральном законе от 28.03.1998 № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации».

Исходя из положений статьи 1 Федерального закона от 28.03.1998 № 52-ФЗ к объектам обязательного государственного страхования, осуществляемого в соответствии с настоящим Федеральным законом, являются жизнь и здоровье военнослужащих (за исключением военнослужащих, военная служба по контракту которым в соответствии с законодательством Российской Федерации приостановлена), граждан, призванных на военные сборы.

Пунктом 3 статьи 2 Федерального закона от 28.03.1998 № 52-ФЗ определено, что выгодоприобретателями по обязательному государственному страхованию (далее - выгодоприобретатели) являются застрахованные лица, а в случае гибели (смерти) застрахованного лица - в частности, родители (усыновители) застрахованного лица, а также лицо, признанное фактически воспитывавшим и содержавшим застрахованное лицо в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия (фактический воспитатель). Признание лица фактическим воспитателем производится судом в порядке особого производства по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение (данный порядок не распространяется на лиц, указанных в абзацах четвертом и пятом настоящего пункта).

Как следует из ст. 4 вышеуказанного закона, страховым случаем при осуществлении обязательного государственного страхования является - гибель (смерть) застрахованного лица в период прохождения военной службы, службы, военных сборов.

Согласно ч. 2 ст. 5 указанного закона, страховые суммы выплачиваются в случае гибели (смерти) застрахованного лица в период прохождения военной службы, службы или военных сборов либо до истечения одного года после увольнения с военной службы, со службы, после отчисления с военных сборов или окончания военных сборов вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных в период прохождения военной службы, службы или военных сборов, 2000000 рублей выгодоприобретателям в равных долях. Размер указанных страховых сумм ежегодно увеличивается (индексируется) с учетом уровня инфляции в соответствии с федеральным законом о федеральном бюджете на очередной финансовый год и плановый период. Решение об увеличении (индексации) указанных страховых сумм принимается Правительством Российской Федерации. Указанные страховые суммы выплачиваются в размерах, установленных на день выплаты страховой суммы.

Согласно ч. 8 ст. 3 Федерального закона от 07.11.2011 № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» (далее также - Федеральный закон от 07.11.2011 № 306-ФЗ), в случае гибели (смерти) военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, наступившей при исполнении обязанностей военной службы, либо его смерти, наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных при исполнении обязанностей военной службы (далее - военная травма), до истечения одного года со дня увольнения с военной службы (отчисления с военных сборов или окончания военных сборов), гибели (смерти) гражданина, пребывающего в добровольческом формировании, содействующем выполнению задач, возложенных на Вооруженные Силы Российской Федерации, в период мобилизации, в период действия военного положения, в военное время, при возникновении вооруженных конфликтов, при проведении контртеррористических операций, а также при использовании Вооруженных Сил Российской Федерации за пределами территории Российской Федерации (далее - добровольческие формирования), наступившей при исполнении обязанностей по контракту о пребывании в добровольческом формировании, либо его смерти, наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных при исполнении обязанностей по контракту о пребывании в добровольческом формировании, до истечения одного года со дня прекращения контракта о пребывании в добровольческом формировании, членам семьи погибшего (умершего) военнослужащего или гражданина, проходившего военные сборы, или гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, выплачивается в равных долях единовременное пособие в размере 3000000 руб.

Согласно ч. 9 ст. 3 Федерального закона от 07.11.2011 № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», в случае гибели (смерти) военнослужащего, или гражданина, призванного на военные сборы, или гражданина, пребывающего в добровольческом формировании, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, либо смерти, наступившей вследствие военной травмы, каждому члену его семьи выплачивается ежемесячная денежная компенсация, которая рассчитывается путем деления ежемесячной денежной компенсации, установленной ч. 13 настоящей статьи для инвалида I группы, на количество членов семьи (включая погибшего (умершего) военнослужащего или гражданина, проходившего военные сборы).

Частью 11 ст. 3 Федерального закона от 07.11.2011 № 306-ФЗ предусмотрено, что членами семьи военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, или инвалида вследствие военной травмы, имеющими право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 8 данной статьи, независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности считаются: 1) супруга (супруг), состоящая (состоящий) на день гибели (смерти, признания безвестно отсутствующим или объявления умершим) военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, или инвалида вследствие военной травмы в зарегистрированном браке с ним; 2) родители военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, или инвалида вследствие военной травмы; 3) дети, не достигшие возраста 18 лет, или старше этого возраста, если они стали инвалидами до достижения ими возраста 18 лет, а также дети, обучающиеся в образовательных организациях по очной форме обучения, - до окончания обучения, но не более чем до достижения ими возраста 23 лет.

Федеральным законом от 31.07.2020 № 286-ФЗ «О внесении изменения в статью 3 Федерального закона «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат" в ч. 11 ст. 3 этого Федерального закона внесены изменения путем ее дополнения п. 4 следующего содержания: «лицо, признанное фактически воспитывавшим и содержавшим военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, или инвалида вследствие военной травмы в течение не менее пяти лет до достижения ими совершеннолетия (далее - фактический воспитатель). При этом право на ежемесячную денежную компенсацию, установленную частями 9 и 10 настоящей статьи, имеет фактический воспитатель, достигший возраста 50 и 55 лет (соответственно женщина и мужчина) или являющийся инвалидом. Признание лица фактическим воспитателем производится судом в порядке особого производства по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение».

Таким образом, Федеральным законом от 31.07.2020 № 286-ФЗ «О внесении изменения в статью 3 Федерального закона «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» и Федеральным законом от 14.07.2022 № 315-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» был расширен круг лиц, имеющих право на получение единовременного пособия и страховой выплаты.

Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 17.07.2014 № 22-П «По делу о проверке конституционности части 11 статьи 3 Федерального закона «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» в связи с жалобой гражданки К.» ч. 11 ст. 3 указанного Федерального закона «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» признана не противоречащей Конституции Российской Федерации, поскольку, определяя круг членов семьи военнослужащего, имеющих в случае его гибели (смерти) при исполнении обязанностей военной службы, в том числе по призыву, право на получение ежемесячной денежной компенсации, предусмотренной ч. 9 той же статьи, она направлена на обеспечение особой социальной поддержки этих лиц в рамках публично-правового механизма возмещения вреда, причиненного им гибелью (смертью) военнослужащего.

В соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 05.03.2022 № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей» в случае гибели (смерти) военнослужащих, лиц, проходящих службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имеющих специальное звание полиции, принимавших участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, военнослужащих, выполнявших специальные задачи на территории Сирийской Арабской Республики, либо смерти указанных военнослужащих и лиц до истечения одного года со дня их увольнения с военной службы (службы), наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных ими при исполнении обязанностей военной службы (службы), членам их семей осуществляется единовременная выплата в размере 5000000 руб. в равных долях.

Военная служба, как неоднократно указывал Конституционный Суд РФ, представляет собой особый вид государственной службы. В случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, РФ, как социальное государство принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус произволен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности.

При определении круга членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на спорные из названных выплат, федеральный законодатель, действуя в рамках своих дискреционных полномочий, исходил из целевого назначения данных выплат, заключающегося в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержании (постановления Конституционного Суда РФ от 17.07.2014 № 22-П и от 19.07.2016 № 16-П).

Из приведенных нормативных положений и правовых позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что законодатель установил систему мер социальной поддержки членов семьи военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, включающую ряд денежных выплат. Их же предназначение - компенсировать родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили достойного защитника Отечества, нравственные и материальные потери, связанные с его гибелью при выполнении обязанностей военной службы, осуществляемой в публичных интересах.

Исходя из целей этих выплат, а также принципов равенства, справедливости и соразмерности, принципа недопустимости злоупотребления правом как общеправового принципа, выступающих в том числе критериями прав, приобретаемых на основании закона, указанный в нормативных правовых актах, круг лиц, имеющих право на получение мер социальной поддержки в случае гибели военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы, среди которых родители такого военнослужащего, не исключает различий в их фактическом положении и учета при определении наличия у родителей погибшего военнослужащего права на меры социальной поддержки в связи с его гибелью их действий по воспитанию, физическому, умственному, духовному, нравственному, социальному развитию и материальному содержанию такого лица и имеющихся между ними фактических родственных и семейных связей.

В соответствии с п. 50 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 56 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных со взысканием алиментов» под фактическими воспитателями, обязанность по содержанию которых возлагается на их воспитанников (ст. 96 Семейного кодекса Российской Федерации), следует понимать как родственников ребенка, так и лиц, не состоящих с ним в родстве, которые осуществляли воспитание и содержание ребенка, не являясь при этом усыновителем, опекуном (попечителем), приемным родителем или патронатным воспитателем ребенка.

Согласно абз. 3 ст. 1 Федерального закона от 21.12.1996 № 159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» дети, оставшиеся без попечения родителей, - это лица в возрасте до 18 лет, которые остались без попечения единственного родителя или обоих родителей в связи с лишением их родительских прав, ограничением их в родительских правах, признанием родителей безвестно отсутствующими, недееспособными (ограниченно дееспособными), объявлением их умершими, установлением судом факта утраты лицом попечения родителей, отбыванием родителями наказания в учреждениях, исполняющих наказание в виде лишения свободы, нахождением в местах содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, уклонением родителей от воспитания своих детей или от защиты их прав и интересов, отказом родителей взять своих детей из образовательных организаций, медицинских организаций, организаций, оказывающих социальные услуги, а также в случае, если единственный родитель или оба родителя неизвестны, в иных случаях признания детей оставшимися без попечения родителей в установленном законом порядке.

Полное государственное обеспечение детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, - предоставление им за время пребывания в соответствующей организации для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в семье опекуна, попечителя, приемных родителей бесплатного питания, бесплатного комплекта одежды, обуви и мягкого инвентаря, проживания в жилом помещении без взимания платы или возмещение их полной стоимости, а также бесплатное оказание медицинской помощи (абз. 9 ст. 1 Федерального закона от 21.12.1996 № 159-ФЗ).

В силу положений ст. 97 Семейного кодекса Российской Федерации нетрудоспособные нуждающиеся в помощи отчим и мачеха, воспитывавшие и содержавшие своих пасынков или падчериц, имеют право требовать в судебном порядке предоставления содержания от трудоспособных совершеннолетних пасынков или падчериц, обладающих необходимыми для этого средствами, если они не могут получить содержание от своих совершеннолетних трудоспособных детей или от супругов (бывших супругов). Суд вправе освободить пасынков и падчериц от обязанностей содержать отчима или мачеху, если последние воспитывали и содержали их менее пяти лет, а также если они выполняли свои обязанности по воспитанию или содержанию пасынков и падчериц ненадлежащим образом.

По смыслу приведенных норм и разъяснений в отличие от опекунов (попечителей, приемных родителей), получающих денежные средства в виде пособий на содержание своих подопечных, фактические воспитатели содержат воспитанников за счет собственных средств. Также между фактическим воспитателем и воспитанником возникают отношения, схожие с отношениями между родителем и ребенком в части содержания и воспитания последнего. Однако у фактического воспитателя отсутствуют соответствующие родительские обязанности в отношении ребенка в силу закона или судебного решения.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Забота о детях, их воспитание - равное право и обязанность родителей (часть 2 статьи 38 Конституции Российской Федерации).

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 61 Семейного кодекса Российской Федерации родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей (родительские права).

Родители имеют право и обязаны воспитывать своих детей. Родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей (пункт 1 статьи 63 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет право на общение с ребенком, участие в его воспитании и решении вопросов получения ребенком образования (пункт 1 статьи 66 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет право на получение информации о своем ребенке из образовательных организаций, медицинских организаций, организаций социального обслуживания и аналогичных организаций. В предоставлении информации может быть отказано только в случае наличия угрозы для жизни и здоровья ребенка со стороны родителя. Отказ в предоставлении информации может быть оспорен в судебном порядке (пункт 4 статьи 66 Семейного кодекса Российской Федерации).

Согласно абзацу второму статьи 69 Семейного кодекса Российской Федерации родители (один из них) могут быть лишены родительских прав, если они уклоняются от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов.

Пунктом 1 статьи 71 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что родители, лишенные родительских прав, теряют все права, основанные на факте родства с ребенком, в отношении которого они были лишены родительских прав, в том числе право на получение от него содержания (статья 87 Кодекса), а также право на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14.11.2017 № 44 «О практике применения судами законодательства при разрешении споров, связанных с защитой прав и законных интересов ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью, а также при ограничении или лишении родительских прав» разъяснено, что Семейный кодекс Российской Федерации, закрепив приоритет в воспитании детей за их родителями, установил, что родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами ребенка; при осуществлении родительских прав родители не вправе причинять вред физическому и психическому здоровью детей, их нравственному развитию, а способы воспитания детей должны исключать пренебрежительное, жестокое, грубое, унижающее человеческое достоинство обращение, оскорбление или эксплуатацию детей (пункт 1 статьи 62, пункт 1 статьи 65 Семейного кодекса Российской Федерации). Родители, осуществляющие родительские права в ущерб правам и интересам ребенка, могут быть ограничены судом в родительских правах или лишены родительских прав (пункт 1 статьи 65, статья 69, статья 73 Семейного кодекса Российской Федерации) (абзацы первый, второй пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 года N 44).

Лишение родительских прав является крайней мерой ответственности родителей, которая применяется судом только за виновное поведение родителей по основаниям, указанным в статье 69 Семейного кодекса Российской Федерации, перечень которых является исчерпывающим (абзац первый пункта 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14.11.2017 № 44).

В соответствии со статьей 69 Семейного кодекса Российской Федерации родители (один из них) могут быть лишены судом родительских прав, если они уклоняются от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов.

Уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в отсутствии заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении.

Разрешая вопрос о том, имеет ли место злостное уклонение родителя от уплаты алиментов, необходимо, в частности, учитывать продолжительность и причины неуплаты родителем средств на содержание ребенка.

О злостном характере уклонения от уплаты алиментов могут свидетельствовать, например, наличие задолженности по алиментам, образовавшейся по вине плательщика алиментов, уплачиваемых им на основании нотариально удостоверенного соглашения об уплате алиментов или судебного постановления о взыскании алиментов; сокрытие им действительного размера заработка и (или) иного дохода, из которых должно производиться удержание алиментов; розыск родителя, обязанного уплачивать алименты, ввиду сокрытия им своего места нахождения; привлечение родителя к административной или уголовной ответственности за неуплату средств на содержание несовершеннолетнего (часть 1 статьи 5.35.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, часть 1 статьи 157 Уголовного кодекса Российской Федерации) (подпункт «а» пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14.11.2017 № 44).

Из приведенных положений семейного законодательства в их взаимосвязи с разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что семейная жизнь предполагает наличие тесной эмоциональной связи между ее членами, в том числе между родителями и детьми, взаимную поддержку и помощь членов семьи, ответственность перед семьей всех ей членов.

При этом основной обязанностью родителей в семье является воспитание, содержание, защита прав и интересов детей. Поскольку родители несут одинаковую ответственность за воспитание и развитие ребенка, данная обязанность должна выполняться независимо от наличия или отсутствия брака родителей, а также их совместного проживания. Невыполнение по вине родителей родительских обязанностей, в том числе по содержанию детей, их материальному обеспечению, может повлечь для родителей установленные законом меры ответственности, среди которых лишение родительских прав. В числе правовых последствий лишения родительских прав - утрата родителем (родителями) права на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

Таким образом, права родителя, в том числе на получение различных государственных пособий и выплат, основанных на факте родства с ребенком, не относятся к числу неотчуждаемых прав гражданина, поскольку законом предусмотрена возможность лишения гражданина такого права в случае уклонения от выполнения им обязанностей родителя.

Ввиду изложенного, а также с учетом требований добросовестности, разумности и справедливости, общеправового принципа недопустимости злоупотребления правом, целей правового регулирования мер социальной поддержки, предоставляемых родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) при исполнении обязанностей военной службы, направленных на возмещение родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили достойным защитником Отечества, нравственных и материальных потерь, связанных с его гибелью, лишение права на получение таких мер социальной поддержки возможно при наличии обстоятельств, которые могли бы служить основаниями к лишению родителей родительских прав, в том числе в случае злостного уклонения родителя от выполнения своих обязанностей по воспитанию и содержанию ребенка.

Из вышеприведенных норм права следует, что фактическим воспитателем может быть признано лицо, которое воспитывало и содержало без какого-либо оформления ребенка в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия.

Исходя из характера спорных правоотношений, именно на стороне истца лежит обязанность доказать, что он осуществлял фактическое воспитание ФИО7 с 2002 года до 2009 года (момент совершеннолетия), то есть содержал его за свой счет, а также добросовестно, надлежащим образом заботился о его физическом, психическом, духовном, нравственном развитии, стремился создать нормальные условия для проживания и обучения.

Суд, устанавливая обстоятельства фактического воспитания ФИО7, исследовал следующие доказательства.

В представленных Военным комиссариатом Амурской области документах имеется автобиография ФИО7, заполненная им собственноручно 27.07.2023, в которой указал сведения о матери ФИО3, брате ФИО15 Сведений об отце автобиография не содержит.

Как следует из сведений, представленных Отделом адресно-справочной работы УВМ УМВД России по Амурской обалсти, ФИО4 с ***, ФИО3 с *** зарегистрированы по месту жительства по адресу: ***

Свидетельством о рождении серии I-ОТ *** от *** подтверждается, что родителями ФИО15 *** года рождения являются ФИО1 и ФИО3.

В обоснование факта воспитания ребенка ФИО16 *** г.р., после смерти сестры ФИО8, истцом представлено свидетельство о рождении серии I-ЖО *** от ***, согласно которому родителями ФИО16 *** г.р. являются ФИО17, ФИО8.

Истцом представлены Сведения о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица по состоянию на 01.04.2023 в отношении себя, в которых отражены сведения об осуществляемой им трудовой деятельности по периодам, а также Сведения о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица по состоянию на 01.01.2024 в отношении ФИО3

В обоснование довода о совместном проживании в принадлежащем ему жилом помещении по адресу: ***, общей площадью 62,2 кв.м. истцом представлен договор купли-продажи от 09.02.2016, по условиям которого ФИО1 приобрел указанную квартиру.

В материалах дела имеются Сведения о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица по состоянию на 01.01.2024 в отношении ФИО7 Истцом в материалы дела представлены фотографии на которых запечатлен он, ФИО7, как вместе, так и по отдельности, за период с августа 2002 года.

В обоснование факта трудоустройства, в том числе в лице учредителя и директора юридического лица, факта совместного трудоустройства с ФИО7, истцом представлены выписки из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Мостбизнесстрой», ООО «Амуртек», ООО «Лидер-Строй», постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 27.05.2020.

Истцом также представлены скриншоты переписки в сети ВКонтакте с ФИО7 от 09.12.2022, личные рукописные записи ФИО7

Из выписки из приказа ректора от 22.09.2011 № 120/813 следует, что ФИО7 зачислен на сверхплановое место на условиях договора на первый курс заочного отделения на направление подготовки бакалавриата «Строительство».

Истцом представлены сведения о периодах работы ФИО4 с 15.02.1993 по 04.03.2010, сведения об ООО «Конкор», ООО «Вираж», ООО «Тракт», скриншоты с сайта поиска вакансий о вакансиях водителей.

Ответчиком ФИО4 в обоснование факта осуществления трудовой деятельности представлена трудовая книжка РОС *** (дата заполнения 15.02.1993).

Выпиской по счету дебетовой карты ПАО Сбербанк подтверждается, что ФИО4 *** понесены расходы по оплате ритуальных услуг в размере 2500 рублей и 38000 рублей, 18.01.2024 в размере 5050 рублей.

Ответчиком ФИО4 представлена характеристика данная в отношении него 10.04.2024 Организационно-территориальным управлением администрации Тамбовского муниципального округа Амурской области, из которой следует, что зарегистрирован в с. ***. Проживает в селе с женой ФИО18 и дочерью ФИО19 *** г.р., живут в доме на земле. С 1993 года ФИО4 работал в ООО «Приамурье» трактористом, затем водителем. С 2003 года работает на вахтах, за пределами населенного пункта. За время проживания на территории села характеризуется положительно, спокоен, вежлив. Жалоб и заявлений на него в администрацию села не поступало.

Ответчиком ФИО4 представлены фотографии: от 1994 г., 1997 г., 1998 г., 1999 г., на которых он изображен совместно с ФИО7; свидетельство о рождении ФИО19 *** г.р., отцом которой является ФИО4; акт обследования жилищно-бытовых условий семьи ФИО4 от ***; заключение Отдела образования Администрации Тамбовского района Амурской обалсти от 24.06.2021 № 317 по иску ФИО4 в части определения места жительства ребенка ФИО19; мировое соглашение от 18.07.2021 об определении места жительства ребенка в порядке осуществления родительских прав матерью, проживающей отдельно от ребенка, место жительства ребенка ФИО19 определено с отцом ФИО4; определение суда от 23.07.2021 об утверждении мирового соглашения; благодарности родителям от 2024 г., выданные учебными учреждениями за воспитание ребенка; справка, выданная директором МОУ Козьмодемьяновской СОШ от 29.08.2024 № 243 об обучении ФИО7 *** г.р. в указанной школе с 1 по 8 класс в период с 01.09.1997 по 16.10.2004.

В материалы дела также представлены фотографии ФИО7 в период обучения в школе и в период посещения детского сада, характеристика на ученика школы ФИО7 от 03.09.2024, выданная классным руководителем с 5 по 8 классы и директором школы, согласно которой все вопросы, связанные с учебой и школьными делами, решались с матерью мальчика – ФИО3, отец мальчика не интересовался его делами в школе, с классным руководителем не сотрудничал.

Истцом в материалы дела представлены: заявление ФИО7 от 27.06.2008 года о зачислении на факультет высшего образования по специальности «Судоведение», в качестве сведений о себе в том числе сообщил ФИО родителей, отец ФИО1, мать ФИО3; заявление ФИО1 от 09.06.2010 на имя директора университета о нахождении ФИО7 на лечении.

В судебном заседании по ходатайству сторон допрошены свидетели.

Из показаний свидетеля ФИО10 следует, что проживает в Иркутской области. С ФИО7 познакомилась на сайте знакомств, он приезжал к ней в г. Братск, работал вахтовым методом, рассказывал о родителях Т. и Г., что они поддерживали отношения, созванивались. О ФИО1 узнала после похорон. О смерти А. узнала от его матери. Приехав на несколько дней, почтить память ФИО7, проживает у отца ФИО7 - ФИО4 Целью приезда явилось сходить на могилу к А.. А. жил у нее в период с 05.12.2022 по 07.03.2023, они вместе встречали Новый год, потом приезжал в марте 2023 года, в период с 10.07.2023 по 12.07.2023. В августе-сентябре 2023 год убыл на СВО. Она была на его похоронах. ФИО7 показывал ей фотографии отца ФИО12, сестру А., Влада (человека с которым проживает его мать).

Свидетель ФИО10 пояснил, что проживает в одном селе с ФИО4, ему известно, что ФИО4 относился к ФИО7 как к сыну, о причинах распада семьи ему не известно. ФИО7 приезжал к ФИО4 каждое лето, А. также общался с его сыном (свидетеля). Не видел А. на протяжении последний трех лет. ФИО1 знает, видел, что они проживали совместно с ФИО3, затем они переехали. А. называл ФИО4 папа. ФИО4 работал вахтовым методом.

Из показаний свидетеля ФИО10 следует, что является знакомой истца. С ФИО7 познакомилась в 2017 году, до 2019 года встречались, проживали вместе с 2018 по 2019 гг. А. рассказывал ей, что в его семье было насилие, его били, били его мать, дома было распитие алкоголя. Говорил, что отца не видел с 11 лет, был у отца в 2017 году в первый раз. Сам приехал к отцу, они вместе выпивали, они также не часто переписывались. О ФИО1 А. говорил, что то, что ты видишь перед собой, это его заслуга. По поводу уплаты алиментов отцом, А. говорил, что отец никак не помогал.

Свидетель ФИО9 указала, что является матерью истца, с ФИО3 познакомилась в 1996 году. В тот период ФИО3 работала на почте, когда она приносила почту, она видела на ней следы побоев, ее ребенок жил у ее матери. Она воспринимала А. как своего внука, ее сын воспринимал А. как своего ребенка. О ФИО4 ей ничего не известно. Когда А. был взрослый пару раз приезжал к ней.

Из показаний свидетеля ФИО10 следует, что она является родной сестрой ФИО4 В период совместного проживания ответчиков она посещала их 2-3 раза в неделю, побоев у ФИО3 не замечала, были ссоры. ФИО4 занимался воспитанием сына ФИО7, водил его в детский сад, в школу. После распада семьи ее брат приезжал к А.. Когда А. приезжал к отцу, он плохо отзывался о ФИО1, сбегал к отцу, ФИО4 платил алименты на содержание сына. Когда А. вырос, она общалась с ним, он относился к ней как к тете. ФИО4 хорошо воспитал А.. Наркотики ее брат не употреблял, работал трактористом, потом уезжал на вахты. Расходы по погребению взял на себя ФИО4

Свидетель ФИО18 пояснила, что является супругой ФИО4, совместно проживают с 2002 года, официально с 2020 года. Его сын ФИО7 часто прибегал к ним, играл, оставался ночевать, летом 2006 года с середины июня и до конца сентября жил у них, потом он пошел в школу у них, после этого мать забрала его. В отношении нее ФИО4 никогда не допускал физического насилия. Когда ФИО4 расходился с ФИО3, он забрал только свои вещи, мебель осталась в доме. ФИО4 выплачивал алименты на содержание сына. Когда А. пришел к ним летом 2006 года и остался проживать на все лето и осень, то у него было свое спальное место, для чего была приобретена кровать.

Свидетель ФИО10 пояснила, что является падчерицей ФИО4, он начал проживать с ее матерью ФИО18, когда ей было 9-10 лет. Отношения между ней и ФИО4 были хорошие, воспринимала его как отца. ФИО7 в 2002-2006 гг. приезжал к ним в гости, оставался у них ночевать, оставался проживать у них в летнее время в 2006 году, у А. была кровать, которую специально купили для того, чтобы у А. было свое спальное место, после этого лета они вместе пошли в школу. Отношения между сыном и отцом были хорошие, о каких-либо избиениях А. не рассказывал. О ФИО1 А. не рассказывал.

Оснований не доверять показаниям свидетелей, предупрежденных об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложных показаний, у суда не имеется, показания свидетелей четкие, последовательные, согласуются с другими доказательствами по делу, а потому они принимаются судом.

Совокупностью представленных доказательств подтверждается, что в период с июля 2002 года по 2008 год истец ФИО1 фактически проживал с ФИО3, без оформления брачных отношений, совместно с ними проживал ребенок ФИО3 от брака с ФИО4 - ФИО7 *** г.р., в мае 2003 года от сожительства ФИО1 и ФИО3 родился совместный ребенок. В браке с ФИО4 ФИО3 состояла с 14.03.1995 по 04.10.2001. Отцовство ФИО4 в отношении ребенка ФИО7 установлено на основании решения суда, после прекращения отношений с ФИО3 в 2002 году. Факт несения стороной ответчика ФИО4 бремени по уплате алиментов на содержание несовершеннолетнего сына ФИО7 сторонами не оспаривался, как и не оспаривался тот факт, что отец ФИО4 не привлекался к ответственности за уклонение от воспитания сына, не ограничивался в родительских правах, не лишался родительских прав. Дата начала сожительства истца с ФИО3 одной семьей имела место в 2002 году, когда ФИО7 достиг подросткового возраста 11 лет, когда основные личностные особенности ребенка уже сформировались. В этот период ребенок претендует на самостоятельность и уважение к себе, у него формируются ценности.

Исходя из установленных обстоятельств, образа жизни истца, ФИО3, ФИО4, ФИО7, суд приходит к выводу, что каких-либо допустимых и относимых доказательств того, что в период времени с 2002 по 2008 гг. ФИО1 являлся единственным воспитателем ФИО7 в материалы дела не представлено. Сам факт проживания одной семьей с ФИО7, и его матерью таким доказательством не является.

В том числе истцом не доказано, что отец ФИО4 уклонялся от исполнения родительских прав в отношении ФИО7

Уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в отсутствии заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении.

В судебном заседании установлено, что ФИО4 не уклонялся от содержания своего сына ФИО7, выплачивал алименты, помогал материально, задолженности по алиментам не имел

ФИО3, ФИО1 в судебном заседании не оспаривали тот факт, что ФИО4 выплачивал алименты, но указывали на то, что в 2002 году размер алиментов в сумме 2000-3000 рублей был очень мал.

Истцом не доказано, что между ним и ФИО7 сложились семейные связи на протяжении более 5 лет перед совершеннолетием последнего, тогда как участие ответчика в воспитании и содержании ФИО7 подтверждено как письменными доказательствами, так и показаниями свидетелей.

Учитывая изложенное, правовых и фактических оснований для признании ФИО1 фактическим воспитателем ФИО7 в целях получения гарантированных государством страховых сумм, выплат, единовременных пособий, ежемесячных денежных компенсаций, иных мер поддержки, связанных с гибелью ФИО7 при исполнении обязанностей военной службы в ходе специальной военной операции на территориях Украины, Донецкой Народной Республики и Луганской Народной Республики, не установлено.

Поскольку истец не подлежит признанию фактическим воспитателем ФИО7, оснований для лишения ФИО4 права на получение гарантированных государством страховых сумм, выплат, единовременных пособий, ежемесячных денежных компенсаций, любых иных мер поддержки, связанных с гибелью ФИО7, наступившей при исполнении обязанностей военной службы в ходе специальной военной операции на территориях Украины, Донецкой Народной Республики и Луганской Народной Республики, понуждения ФИО4 возвратить в Военный комиссариат Амурской области выданное ему 30.01.2024 удостоверение члена семьи погибшего (умершего) ветерана боевых действий, не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд,

решил:

ФИО1 в удовлетворении исковых требований к ФИО3, ФИО4 о лишении ФИО4 права на получение гарантированных государством страховых сумм, выплат, единовременных пособий, ежемесячных денежных компенсаций, любых иных мер поддержки, связанных с гибелью ФИО7, наступившей при исполнении обязанностей военной службы в ходе специальной военной операции на территориях Украины, Донецкой Народной Республики и Луганской Народной Республики, признании ФИО1 фактическим воспитателем ФИО7 в целях получения гарантированных государством страховых сумм, выплат, единовременных пособий, ежемесячных денежных компенсаций, иных мер поддержки, связанных с гибелью ФИО7 при исполнении обязанностей военной службы в ходе специальной военной операции на территориях Украины, Донецкой Народной Республики и Луганской Народной Республики, понуждении ФИО4 возвратить в Военный комиссариат Амурской области выданное ему 30.01.2024 удостоверение члена семьи погибшего (умершего) ветерана боевых действий отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке путем подачи апелляционной жалобы в Амурский областной суд через Благовещенский городской суд в течение 1 месяца со дня изготовления решения суда.

Судья Н.Н. Матюханова

Решение изготовлено 13.09.2024