Решение № 2-311/2018 2-6/2019 от 17 декабря 2019 г. по делу № 2-311/2018

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

18 декабря 2019 года г. Хабаровск

Хабаровский гарнизонный военный суд в составе:

председательствующего судьи Остапенко С.В.,

при секретаре судебного заседания Золотарь К.В.,

с участием представителя истца – <данные изъяты> ФИО1, ответчика, его представителя ФИО2 в открытом судебном заседании в расположении военного суда, рассматривая гражданское дело по иску командира войсковой части № к военнослужащему этой же воинской части <данные изъяты> ФИО3 о взыскании с того денежных сумм в счет причиненного ущерба, образовавшегося в результате недостачи имущества службы ГСМ,

УСТАНОВИЛ:

командир войсковой части № обратился в Хабаровский гарнизонный военный суд с исковым заявлением, в котором просил взыскать с ФИО3 <данные изъяты> рубля, ввиду того, что им, как <данные изъяты>, было утрачено имущество службы ГСМ на указанную выше сумму, а именно, авиационное топливо в количестве <данные изъяты> стоимостью по <данные изъяты> рубля за кг (справка расчет ВрИО командира войсковой части № <данные изъяты> ФИО17 прилагается).

В обоснование указанного иска представитель командира воинской части ФИО1 в заявлении и в суде указала, что данная недостача имущества службы ГСМ, помимо прочего такого имущества – всего 29 наименований, выявлена в результате ревизии от ДД.ММ.ГГГГ. Согласно приказу командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО3 принял дела и должность <данные изъяты> воинской части, является материально-ответственным лицом. Ответчик, как <данные изъяты>, в результате безответственного отношения к исполнению своих должностных обязанностей не обеспечил сохранность вверенного ему №. Согласно ст.5 ФЗ «О материальной ответственности» он несет материальную ответственность в полном объеме.

ФИО3 и его представитель, каждый в отдельности, исковые требования, ввиду непричастности ответчика к утраченному топливу, не признали, просили оставить исковые требования без удовлетворения. ФИО3 пояснил, что убывая в ДД.ММ.ГГГГ года в отпуск он передал имущество склада ГСМ, в том числе топливо № <данные изъяты> ФИО18, с которым производил его замеры в резервуарах. Результаты этих замеров были зафиксированы актами, которые оформлялись <данные изъяты> ФИО19 Недостачи топлива установлено не было. По прибытии из этого отпуска в ДД.ММ.ГГГГ он был отстранен от должности <данные изъяты> воинской части, это топливо выдавалось в рассматриваемом периоде без его участия. Также указали, что в воинской части поверка емкостей с топливом, приборов для его измерения в установленном порядке не проводились, о чем истцом неоднократно заявлялось по команде. С учетом этого обстоятельства не представляется возможным достоверно установить объем № как имеющегося в наличие, так и утраченного.

Привлеченный к участию в деле руководитель ФКУ «УФО МО РФ по Восточному военному округу» в суд не прибыл, в своих письменных возражениях его представитель исковые требования полагал обоснованными, просил эти требования удовлетворить, при этом рассмотреть это дело без его участия.

С учетом изложенного дело рассмотрено в отсутствие этого лица.

Выслушав участвующих в деле лиц, исследовав представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

Статьей 5 Федерального закона от 12 июля 1999 года №161-ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих» (далее – Закон) определены условия возникновения материальной ответственности военнослужащих, которая наступает в случае утраты или порчи имущества, переданного им под отчет для хранения, перевозки, выдачи, пользования и других целей. В этом случае военнослужащие несут ответственность в полном размере причиненного ими ущерба.

В соответствии со ст.3 Закона военнослужащие несут материальную ответственность только за причиненный по их вине реальный ущерб.

Командир (начальник) воинской части при обнаружении ущерба обязан назначить административное расследование для установления причин ущерба, его размера и виновных лиц.

Таким образом военнослужащий может быть привлечен к материальной ответственности только за причиненный по его вине реальный ущерб при установленном факте причинно-следственной связи между виной военнослужащего в совершении противоправного действия или бездействия и причинением материального ущерба.

В соответствии с ч.1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Согласно положениям Руководства по войсковому (корабельному) хозяйству в Вооруженных Силах Российской Федерации, утвержденного приказом Минобороны РФ от 3 июня 2014 г. №333 (далее – Руководство), прием (сдача) дел и должности начальником склада (хранилища) осуществляется в следующем порядке.

Принимающий дела и должность начальника склада (хранилища) в присутствии комиссии обязан проверить наличие, качественное состояние, организацию хранения, сбережения и учета материальных ценностей, находящихся на складе (в хранилище), их соответствие учету соединения (воинской части); проверить правильность размещения (укладки) материальных ценностей при хранении и соблюдение мер по предотвращению их порчи, а также выполнение требований пожарной безопасности, наличие инструкций и средств пожаротушения; убедиться в целостности крыши, стен, дверей, ворот, окон и исправности пожарной и охранной сигнализации склада (хранилища).

К моменту приема (сдачи) дел и должности начальника склада (хранилища) и проведения инвентаризации в книгу (карточки) учета материальных ценностей записываются все первичные учетные документы.

Комиссия проводит инвентаризацию материальных ценностей на складе (в хранилище) и отражает ее результаты в инвентаризационных описях (сличительных ведомостях). Акт приема (сдачи) дел и должности подписывается принимающим и сдающим дела и должность, председателем и членами комиссии, утверждается командиром соединения (воинской части) (ст.ст.217-219).

Как следует из акта документальной ревизии от ДД.ММ.ГГГГ обревизованы склад горючего и пункт заправки войсковой части №. Этой ревизией охвачен период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

В результате ревизии выявлена недостача, помимо прочего, топлива № кг на сумму <данные изъяты> рублей. <данные изъяты> кг из этого утраченного топлива отнесена к ответчику, который, по мнению командования воинской части, виновен в его утрате. Остальная часть из этого топлива утрачена, по мнению этого же командования, отнесена на неправомерные действия <данные изъяты> воинской части <данные изъяты> ФИО20, который вносил недостоверные сведения в документацию при перемещении этого топлива в воинской части.

Согласно приказу командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО3 принял дела и должность <данные изъяты> воинской части.

В ДД.ММ.ГГГГ в войсковой части № проведены ОШМ, в результате которых приказами командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО3 вновь назначен на должность <данные изъяты> войсковой части №, с ДД.ММ.ГГГГ полагается принявшим дела и должность, и вступившим в исполнение должностных обязанностей, с ДД.ММ.ГГГГ.

В результате этих ОШМ прием (сдача) дел и должности <данные изъяты> в том числе с участием ФИО3, в порядке, утвержденном приказом Минобороны РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, не осуществлялся.

Согласно приказам командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ №№ ФИО3 убывал в отпуск с ДД.ММ.ГГГГ, прибыл из него ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ направлен для прохождения ВВК, повторно направлен туда же с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ г., далее находился в отпусках в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Кроме того, допрошенный в суде <данные изъяты> ФИО6, <данные изъяты> войсковой части №, пояснил, что действительно перед убытием ответчика в отпуск в ДД.ММ.ГГГГ г. он с ФИО3, с участием <данные изъяты> воинской части ФИО21 проводили замеры топлива №, недостача которого выявлена не была. При этом пояснил, что не помнит, что бы он подписывал в связи с этим какой-то акт. Также пояснил, что с этой даты – ДД.ММ.ГГГГ года ФИО3 обязанности <данные изъяты> не исполнял, топливо с указанного периода и далее выдавал он, ФИО22, сам, при этом документацию по движению этого топлива № вел не он, а названная выше ФИО23 и <данные изъяты> ФИО24. Также пояснил, что имелись случаи, когда в результате негерметичности топливных резервуаров допускалось вытекание нескольких тонн № из такого резервуара.

Как следует из выписки из приказа командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № ДД.ММ.ГГГГ в связи с убытием ФИО3 в отпуск была произведена передача посредством замеров материальных ценностей на ответственное хранение <данные изъяты> ФИО25. Топлива намерено <данные изъяты> тонны, что подтвердила ФИО26. Тем самым недостачи этого топлива выявлено не было. Поскольку при производстве этих замеров отсутствовали члены инвентаризационной комиссии, что нарушило требования приказа М-ны № упомянутый выше акт от ДД.ММ.ГГГГ приема передачи дел и должности признан недействительным.

Между тем, достоверность намеренного этого топлива в размере <данные изъяты> под сомнение никем из должностных лиц воинской части не ставилась.

Эти же обстоятельства ФИО27 изложил в рапорте на имя <данные изъяты> войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ, а именно, что он «материальные средства выдавал в соответствии с поставленными задачами, чтобы не остановилась жизнедеятельность части». Тогда же он отказался подписывать инвентаризационные ведомости.

Данные обстоятельства в своей совокупности указывают на то, что с ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 фактически был отстранен от обязанностей <данные изъяты> и с этого периода не мог быть причастен к возможному хищению топлива № на этом складе.

Обратного этому утверждению сторона истца доказательств суду не представила.

Командиром войсковой части № проведено административное расследование, по результатам которого (приказ от ДД.ММ.ГГГГ №) это должностное лицо пришло к выводу о том, что недостача, в том числе утраченного № с указанием размера этой недостачи произошла в результате «некачественного приема дел и должности <данные изъяты> ФИО7 от <данные изъяты> ФИО8 в ДД.ММ.ГГГГ г., также отсутствием проведения отчетных документов между службой горючего и смазочных материалов и отделением учета материальных средств при войсковой части №», халатных действий ответчика – <данные изъяты>, который не обеспечил всех надлежащих мер по его сохранности и учету, и <данные изъяты> ФИО28, который не контролировал ведение этого учета.

По результатам этого разбирательства командир воинской части принял решение привлечь только ответчика к полной материальной ответственности, так как утраченные материальные ценности были переданы ему под отчет для хранения и выдачи.

Несмотря на указанные выше выводы, суду стороной истца не были представлены доказательства того, что ФИО3 принимал на ответственное хранение №, вмененное тому, как утраченное.

Напротив, проведенные ответчиком сверки (форма 8) в период исполнения им обязанностей <данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ и далее по наличию и движению № такого разночтения со службой ГСМ воинской части не выявлено.

Формой 10, представленной в суде <данные изъяты> воинской части <данные изъяты> ФИО9 (в должности с ДД.ММ.ГГГГ), также не подтверждается утрата № на складе ГСМ воинской части. Принятие этого топлива на хранение, движение по складу и его остаток на день проведения каждой из инвентаризаций свидетельствуют о том, что ФИО3 не допускалась недостача топлива №.

Допрошенный в суде ФИО29 не смог как-либо прокомментировать содержание этой формы 10 в части наличия и движений № на складе ГСМ воинской части в рассматриваемом периоде. Между тем не видел оснований считать эти указанные в этой форме 10 сведения недостоверными.

Из представленных суду инвентаризационных описей, ведомостей, датированных ДД.ММ.ГГГГ не усматривается вина ответчика в недостаче топлива №, кроме того, эти документы, вопреки требованиям приказа Минобороны №, составлялись в отсутствие самого ФИО3, между тем этот военнослужащий в этом периоде находился в воинской части.

ВСО <данные изъяты> в отношении ответчика возбуждалось уголовное дело № по подозрению его в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.293 УК РФ.

В ходе проведенного предварительного следствия следователь ВСО пришел к выводу о том, что указанная в акте документальной ревизии финансовой и хозяйственной деятельности склада горючего войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ выявленная недостача топлива № является недостоверной.

Приходя к такому выводу, следователь принял во внимание, что хранение топлива № на указанном складе осуществляется в резервуарах №, поверка метрологических характеристик которых в течение последних 5 лет не осуществлялась, градировочные таблицы которых не проверялись и не калибровались.

Данные сведения следователем были получены в ходе проведенных допросов свидетелей ФИО10 (действующий на период следствия <данные изъяты> войсковой части №), ФИО11 <данные изъяты> ФИО12 <данные изъяты> войсковой части №), ФИО13 <данные изъяты>

Согласно этим свидетельским показаниям в войсковой части № резервуары для хранения жидких нефтепродуктов, топливозаправщики вместимостью более 10 кубометров, а также ареометры не поверялись и не поверяются надлежащим образом ввиду отсутствия денежных средств. Войсковая часть № представляет ежегодно к ДД.ММ.ГГГГ сведения о необходимости их поверки, однако провести их поверку не имеется возможности, ввиду отсутствия необходимого оборудования и аккредитации.

Проведенный следователем следственный эксперимент подтвердил расхождение данных о количестве топлива в резервуарах войсковой части № с этим же количеством топлива, поступившим в поверенные резервуары аналогичных марок.

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО14 <данные изъяты> войсковой части №) пояснил, что о возникновении недостачи топлива № в количестве более <данные изъяты> на складе горючего, начальником которого являлся <данные изъяты> ФИО3, ему стало известно из докладов подчиненных должностных лиц. При этом он указал, что охрана склада горючего осуществляется силами суточного наряда, назначаемого на каждый день, которые осуществляют постоянное патрулирование и охрану имущества склада горючего. Случаев хищения имущества склада горючего, в том числе топлива №, не имелось.

Допрошенные в качестве свидетелей ФИО15 и ФИО16 <данные изъяты> пояснили, что в мероприятиях по приему дел и должности <данные изъяты> ФИО3 не принимали вовсе, подписи от их имени в акте приема (сдачи) дел и должности, согласно которому в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 принял дела и должность <данные изъяты> ими не выполнялись.

Учитывая изложенное следователь пришел к выводу, что не представляется возможным установить достоверный размер имеющейся на складе горючего (авиационного) войсковой части № недостачи топлива №. Сведения о количестве недостачи, установленной актом документальной ревизии финансовой и хозяйственной деятельности склада горючего войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ, в размере <данные изъяты> кг являются недостоверными, ввиду неподтверждения метрологических характеристик резервуаров №, в которых в ходе этой ревизии замерялось количество топлива с применением ареометра, метрштока и градуировочных таблиц к этим резервуарам.

Как следствие уголовное дело в отношении ФИО3 по подозрению его в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.293 УК РФ, прекращено по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

Ставить под сомнение эти выводы следствия у суда оснований не имеется, поскольку достоверность установленных следователем указанных выше обстоятельств относительно поверок резервуаров и метрологических приборов в воинской части представитель истца в суде, а также допрошенный в суде <данные изъяты> воинской части под сомнение также не ставили.

При таких установленных судом обстоятельствах не представляется возможным достоверно установить количество утраченного топлива №, как и то, в каком периоде и по чьей вине это топливо было утрачено.

Кроме того, как следует из акта документальной ревизии от ДД.ММ.ГГГГ этой ревизией склад горючего и пункт заправки войсковой части № охвачен период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, между тем с ДД.ММ.ГГГГ и далее ФИО3 к сохранности и движению № на этом складе фактически уже отношения не имел, поскольку убыл в отпуск и с этого периода это топливо выдавало и отвечало за его сохранность иное лицо. Осмотренные формы 10 службы ГСМ воинской части также не свидетельствуют об утрате ФИО3 № в рассматриваемом периоде. Кроме того, суду не представлены доказательства того, что это утраченное ФИО3 топливо принималось им на ответственное хранение.

Таким образом, суд полагает, что истцом на установлены ни достоверный объем недостачи топлива №, ни какая-либо форма вины ФИО3 в причинении материального ущерба при исполнении им обязанностей <данные изъяты> воинской части, как и не установлена причинно-следственная связь в его действиях и выявленной недостачей, в связи с чем привлечение заявителя к полной материальной ответственности является необоснованным и не основанным на законе, как следствие заявление подлежит оставлению без удовлетворения.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, военный суд

РЕШИЛ:

исковые требования командира войсковой части № к ФИО3 оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в 1-й Восточный окружной военный суд через Хабаровский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме – 23 декабря 2019 года.

Председательствующий по делу

С.В. Остапенко