Апелляционное определение № 33-723/2026 от 9 марта 2026 г.

УИД 58RS0023-01-2025-000173-62 1 инстанция № 2-136/2025

Судья Митяева Е.В. № 33-723/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

10 марта 2026 г. г. Пенза

Судебная коллегия по гражданским делам Пензенского областного суда в составе:

председательствующего Жуковой Е.Г.,

судей Зинченко Н.К., Мисюра Е.В.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Кивишевой А.Ю.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в здании Пензенского областного суда гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Нижнеломовская центральная районная больница» о признании незаконным и подлежащим отмене приказа о дисциплинарном взыскании, о взыскании компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Наровчатского районного суда Пензенской области от 14 ноября 2025 г., которым постановлено:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Нижнеломовская центральная районная больница» о признании незаконным и подлежащим отмене приказа о дисциплинарном взыскании, о взыскании компенсации морального вреда отказать.

Заслушав доклад судьи Зинченко Н.К., заслушав объяснения представителя ГБУЗ «Нижнеломовская ЦРБ» – ФИО2, изучив доводы апелляционной жалобы, материалы дела, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с указанным иском к ГБУЗ «Нижнеломовская центральная районная больница», обосновывая свои требования следующим.

Между истцом и ГБУЗ «Нижнеломовская ЦРБ» был заключен трудовой договор от 9 июля 2019 г. №, в соответствии с которым он был принят на работу в должности врача-терапевта участкового в поликлинику <адрес>, и дополнительное соглашение к трудовому договору 10 июля 2019 г. о переводе на основное место работы в должности врача-терапевта участкового в поликлинику Наровчатской участковой больницы.

25 июля 2025 г. юрист ГБУЗ «Нижнеломовская ЦРБ» передала истцу письменное уведомление, подписанное руководителем учреждения, о необходимости дачи объяснений в связи с отсутствием на рабочем месте (кабинете № поликлиники Наровчатской участковой больницы). 28 июля 2025 г. он предоставил заявление с объяснением на имя главного врача ГБУЗ «Нижнеломовская ЦРБ» с указанием информации о фактическом проведении работы согласно должностным обязанностям в инкриминируемое время отсутствия на рабочем месте. Каких-либо дополнительных запросов для дачи объяснений или пояснений более ему не поступало. 31 июля 2025 г. он был ознакомлен с копией приказа от 31 июля 2025 г. <данные изъяты> «О привлечении к дисциплинарной ответственности» на основании чего к нему были приняты меры дисциплинарного взыскания. Между тем, дисциплинарного проступка он не совершал, нарушений дисциплины труда не допускал, в связи с чем полагает, что примененное к нему дисциплинарное взыскание не имеет объективных оснований для признания факта совершения проступка, содержит нарушение порядка установления факта проступка и сбора доказательств, процедуры вынесения дисциплинарного взыскания, в предоставленных истцу документах недостаточная ясность формулировок, подтверждающих проступок.

Из-за неправомерных действий работодателя он пережил нравственные и духовные страдания, которые проявились в том, что истец испытывал и испытывает по настоящее время чувство обиды из-за несправедливости действий ответчика, стыда перед коллегами (работодатель предал огласке то, что он был привлечен к дисциплинарной ответственности, видимо стараясь достигнуть цели, чтобы он испытал усиленное чувство унижения и оскорбления). Из-за переживаний у истца появилась бессонница, во время которой истец много раз обдумывал, что именно из его действий работодатель мог расценить как дисциплинарный проступок, и, не находя ответов, испытывал чувство неуверенности и страха при выполнении в дальнейшем должностных обязанностей (любое действие истца работодатель мог считать нарушением и повторно привлечь к ответственности). Из-за нервозной обстановки на работе истец нервничал и испытывал гнев, который находил выход дома: несмотря на то, что у истца дружная и любящая семья, в ней начались ссоры и скандалы. Также истец был вынужден обратиться за медицинской помощью по возникающим из-за действий истца проблемам со здоровьем. Кроме того, он понес материальный ущерб из-за необходимости обращения за квалифицированной юридической помощью для решения данного вопроса.

Просил признать незаконным и подлежащим отмене приказ главного врача от 31 июля 2025 г. № «О привлечении к дисциплинарной ответственности»; взыскать с работодателя компенсацию морального и материального вреда, причиненного ему незаконными действиями, в размере 300 000 руб.

Наровчатский районный суд Пензенской области постановил вышеуказанное решение.

В апелляционной жалобе ФИО1, считая решение незаконным и необоснованным, постановленным с нарушением норм материального и процессуального права, ссылается на следующие доводы.

Судом первой инстанции не было учтено, что он является членом профсоюза, уполномоченным профсоюза по охране труда и членом комиссии по охране труда. Привлечение к дисциплинарной ответственности уполномоченных профсоюза по охране труда допускается только с предварительного согласия органа первичной профсоюзной организации, такого согласия ответчик не получил, что свидетельствует о нарушении порядка привлечения к дисциплинарной ответственности и наложения дисциплинарного взыскания.

Он оказывал медицинскую помощь на дому в период времени, который ответчик считает прогулом. Данное обстоятельство подтверждается показаниями пациента, которому он оказывал медицинскую помощь. Нарушение правил ведения документации не является доказательством прогула и неисполнения врачом трудовой функции.

Система приема пациентов содержит сведения о том, что он вел прием пациентов 21, 23 и 24 июля 2025 г. в период времени до 13:40, что противоречит актам об отсутствии ФИО1 на рабочем месте.

Указанные акты были подписаны лицами, которые фактически не проводили проверку, что подтверждается свидетельскими показаниями.

Суд первой инстанции не принял показания свидетеля ФИО6 на основании того, что ФИО6 лечится у ФИО1 в течение трех лет, что ставит его в зависимое от врача состояния. В то же временя судом первой инстанции приняты показания свидетелей, находящихся в служебной и финансовой зависимости от главного врача ГБУЗ «Нижнеломовская ЦРБ».

Причиной его привлечения к дисциплинарной ответственности являются неприязненные отношения и конфликт с заместителем главного врача из-за его активной гражданской позиции и отстаивании им своих трудовых прав.

У ответчика не имелось доказательств, опровергающих объяснительную ФИО1, в которой содержались пояснения о том, что ФИО1 отсутствовал на рабочем месте в связи с тем, что осуществлял прием на дому у пациента. Указанное обстоятельство исключает возможность установления вины ФИО1 в инкриминируемом дисциплинарном проступке.

Судом первой инстанции не было учтено, что ФИО1 ни разу не привлекался к дисциплинарной ответственности, что свидетельствует о несоразмерности наказания за предполагаемый дисциплинарный проступок.

Просит отменить решение суда первой инстанции, удовлетворив заявленные исковые требования.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу представитель ответчика ГБУЗ «Нижнеломовская ЦРБ» - ФИО2 считая решение законным и обоснованным, просила оставить его без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика ГБУЗ «Нижнеломовская ЦРБ» - ФИО2 просила оставить решение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Иные лица в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Изучив материалы гражданского дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив применительно к ст. 327.1 ГПК РФ законность и обоснованность решения в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что 9 июля 2019 г. между ГБУЗ «Нижнеломовская МРБ» и ФИО1 был заключен трудовой договор № о приеме истца на работу в должности врач-терапевт участковый в поликлинику ГБУЗ «Нижнеломовская МРБ».

10 июля 2019 г. с истцом было заключено дополнительное соглашение к трудовому договору от 9 июля 2019 г. №, в соответствии с которым истец переведен в Наровчатскую участковую больницу ГБУЗ «Нижнеломовская МРБ», расположенную по адресу: <адрес>, в должности врач-терапевт участковый.

Согласно п.п. «а», «б», «в» п. 10 дополнительного соглашения работник обязан: добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, соблюдать трудовую дисциплину.

П. 5.1. Правил внутреннего трудового распорядка ГБУЗ «Нижнеломовская межрайонная больница», утвержденных главным врачом ГБУЗ «Нижнеломовская МРБ» 28 декабря 2022 г., установлено, что работник обязан соблюдать трудовую дисциплину, в том числе использовать все свое рабочее время для производительного труда.

Приказом главного врача ГБУЗ «Нижнеломовская МРБ» от 10 июля 2019 г. №-л ФИО1 переведен в Наровчатскую участковую больницу (далее также – ФИО3) врачом-терапевтом участковым.

Из материалов дела следует, что за истцом в Наровчатской участковой больнице закреплен кабинет №, где он осуществляет прием пациентов.

Согласно графику работы Наровчатской участковой больницы ГБУЗ «Нижнеломовская ЦРБ» на июль 2025 г. время работы врача-терапевта участкового ФИО1 21, 23, 24 июля 2025 г. установлено с 08:00 до 15:12.

Из служебной записки заместителя главного врача по организации медицинской помощи населению Наровчатского района ГБУЗ «Нижнеломовская ЦРБ» следует, что участковый терапевт ФИО3 ФИО1 21 июля 2025 г. 13:10 до 15:12 отсутствовал на рабочем месте.

Согласно акту об отсутствии на рабочем месте от 21 июля 2025 г., составленному главным врачом ГБУЗ «Нижнеломовская ЦРБ» Свидетель №2, заместителем главного врача по организации медицинской помощи населению Наровчатского района ГБУЗ «Нижнеломовская ЦРБ» Свидетель №1, директором ГБУЗ «Нижнеломовская ЦРБ» Свидетель №3, участковый терапевт ФИО3 ФИО1 отсутствовал на своем рабочем месте 21 июля 2025 г. с 13:10 до 15:12.

Из служебной записки заместителя главного врача по организации медицинской помощи населению Наровчатского района ГБУЗ «Нижнеломовская ЦРБ» следует, что участковый терапевт ФИО3 ФИО1 23 июля 2025 г. с 13:50 до 15:12 отсутствовал на рабочем месте.

Согласно акту об отсутствии на рабочем месте от 23 июля 2025 г., составленного главным врачом ГБУЗ «Нижнеломовская ЦРБ» Свидетель №2, заместителем главного врача по организации медицинской помощи населению Наровчатского района ГБУЗ «Нижнеломовская ЦРБ» Свидетель №1, директором ГБУЗ «Нижнеломовская ЦРБ» Свидетель №3, участковый терапевт ФИО3 ФИО1 отсутствовал на своем рабочем месте 23 июля 2025 г. с 13:50 до 15:12.

Из служебной записки заместителя главного врача по организации медицинской помощи населению Наровчатского района ГБУЗ «Нижнеломовская ЦРБ» следует, что участковый терапевт ФИО3 ФИО1 24 июля 2025 г. с 13:00 до 15:12 отсутствовал на рабочем месте.

Согласно акту об отсутствии на рабочем месте от 24 июля 2025 г., составленного главным врачом ГБУЗ «Нижнеломовская ЦРБ» Свидетель №2, заместителем главного врача по организации медицинской помощи населению Наровчатского района ГБУЗ «Нижнеломовская ЦРБ» Свидетель №1, директором ГБУЗ «Нижнеломовская ЦРБ» Свидетель №3, участковый терапевт ФИО3 ФИО1 отсутствовал на своем рабочем месте 24 июля 2025 г. с 13:00 по 15:12.

После установления факта отсутствия истца на рабочем месте, работодателем было предложено ФИО1 дать объяснения по факту отсутствия на своем рабочем месте (Наровчатская участковая больница ГБУЗ «Нижнеломовская ЦРБ», расположенная по адресу: <адрес>) 21 июля 2025 г. с 13:10 до 15:12, 23 июля 2025 г. с 13:50 до 15:12, 24 июля 2025 г. с 13:00 до 15:12.

Согласно письменному объяснению ФИО1 на имя главного врача ГБУЗ «Нижнеломовская ЦРБ» от 28 июля 2025 г., в указанные в уведомлениях дни с учетом указанного времени он выполнял свои служебные обязанности, в частности находился на дому у пациентов, а также был вызван в органы власти по организационно-правовым вопросам, связанным с проведением профилактических мероприятий. Также истцом было указано, что при возникновении дополнительных вопросов по указанной в заявлении информации он готов предоставить дополнительные сведения.

При этом, конкретные причины отсутствия на рабочем месте 21 июля 2025 г. с 13:10 до 15:12, 23 июля 2025 г. с 13:50 до 15:12, 24 июля 2025 г. с 13:00 до 15:12 истцом в его объяснениях не указано. В связи с чем, у ответчика не имелось оснований предполагать об отсутствии у истца уважительных причин такового отсутствия на работе.

С учетом объяснений истца, приказом главного врача ГБУЗ «Нижнеломовская ЦРБ» от 31 июля 2025 г. <данные изъяты> «О привлечении к дисциплинарной ответственности» врач-терапевт Наровчатской участковой больницы ГБУЗ «Нижнеломовская ЦРБ» ФИО1 привлечен к дисциплинарной ответственности и ему объявлен выговор за нарушение трудовой дисциплины, выразившейся в отсутствии на своем рабочем месте (поликлиника Наровчатской участковой больницы ГБУЗ «Нижнеломовская ЦРБ», расположенная по адресу: <адрес>, каб. 29) 21 июля 2025 г. с 13:10 до 15:12, 23 июля 2025 г. с 13:50 до 15:12, 24 июля 2025 г. с 13:00 до 15:12.

С приказом истец ознакомлен 31 июля 2025 г.

Судом установлено, что акт отсутствия на территории Наровчатской участковой больницы и в кабинете № Наровчатской участковой больницы 21 июля 2025 г. с 13:10 до 15:12, 23 июля 2025 г. с 13:50 до 15:12, 24 июля 2025 г. с 13:00 до 15:12 самим истцом не оспаривался, что следует из его объяснений на имя главного врача ГБУЗ «Нижнеломовская ЦРБ» от 28 июля 2025 г., где он поясняет, что находился на дому у пациентов, а также был вызван в органы власти по организационно-правовым вопросам, связанным с проведением профилактических мероприятий.

Факт присутствия на территории Наровчатской участковой больницы главного врача ГБУЗ «Нижнеломовская ЦРБ» Свидетель №2, директора ГБУЗ «Нижнеломовская ЦРБ» Свидетель №3 21, 23, 24 июля 2025 г. подтвердили допрошенные в судебном заседании в качестве свидетелей, работники Наровчатской участковой больницы ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13

Из табеля учета использования рабочего времени Наровчатской участковой больницы ГБУЗ «Нижнеломовская ЦРБ» за июль 2025 г. следует, что врачом-терапевтом участковым ФИО1 отработано 21 июля 2025 г. – 5,1 час.; 23 июля 2025 г. – 5,5 час.; 24 июля 2025 г. – 5 час.

Согласно сведениям, представленным Наровчатской участковой больницей ГБУЗ «Нижнеломовская ЦРБ» от 12 ноября 2025 г., рабочий день врача-терапевта участкового ФИО1 21, 23, 24 июля 2025 года с 08:00 до 15:12 согласно графику учета рабочего времени. 21 июля 2025 г. пациенты ФИО14 и ФИО15, записанные в журнале вызовов врачей на дом ФИО3 были обслужены в первой половине дня. Запись в электронной карте пациента РИАМС-ПРОМЕД врачом-терапевтом участковым ФИО1 создана, хотя и не соответствует порядку заполнения, который регулируется приказом Минздрава России от 15 декабря 2014 г. № 834Н. Из данной записи не понятно, какую медицинскую услугу врач-терапевт участковый ФИО1 оказывал вышеуказанным пациентам на дому. В учетной форме №/у на бумажном носителе информация о посещении данных пациентов полностью отсутствует. Учет записей вызовов врачей на дом ведет медицинский регистратор в журнале вызовов врачей на дом. Запись об обслуженном вызове делает врач-терапевт участковый с указанием времени оказания медицинской услуги. 21 июля 2025 г. во второй половине дня вызовов на дому для врача-терапевта участкового ФИО1 не поступало. 23 и 24 июля 2025 г. вызовов на дом для врача-терапевта участкового ФИО1 не поступало.

Разрешая спор, суд, руководствуясь ст. 3, ст. 21, ч. 1 ст. 56, ст. 57, ст. 189, п. 2 ч. 1 ст. 192, ч.ч. 1,6 ст. 193, ст.ст. 5, 423 Трудового кодекса РФ, п. 4 ст. 25 Федерального закона от 12 января 1996 г. № 10-ФЗ «О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности», суд первой инстанции признал установленным и исходил из того, что факт отсутствия истца ФИО1 на работе 21 июля 2025 г. с 13:10 до 15:12, 23 июля 2025 г. с 13:50 до 15:12, 24 июля 2025 г. с 13:00 до 15:12 без уважительных причин нашел свое подтверждение в ходе рассмотрения дела, факт совершения истцом дисциплинарного проступка работодателем доказан, при этом нарушений процедуры привлечения истца к дисциплинарной ответственности со стороны работодателя не допущено, привлечение истца к дисциплинарной ответственности в виде выговора произведено работодателем при наличии правовых оснований и с соблюдением установленного законом порядка, примененное дисциплинарное взыскание соответствует тяжести совершенного дисциплинарного проступка, в связи с чем пришел к выводу об отказе истцу в удовлетворении исковых требований о при знании незаконным и отмене приказ о дисциплинарном взыскании. Установив отсутствие факта нарушения работодателем трудовых прав истца, законность действий работодателя по привлечению истца к дисциплинарной ответственности, недоказанности истцом факта дискриминации со стороны работодателя, суд отказал истцу во взыскании компенсации морального вреда.

Судебная коллегия находит выводы суда первой инстанции правильными, поскольку они основаны на надлежащей оценке доказательств по делу, сделаны в соответствии с правилами ст. 67 ГПК РФ и с нормами материального права, регулирующими спорные правоотношения, при правильном распределении между сторонами бремени доказывания и установлении всех обстоятельств, имеющих значение для дела. Представленным сторонами доказательствам судом дана верная правовая оценка. Результаты оценки доказательств суд отразил в постановленном судебном акте.

Доводы апелляционной жалобы ФИО1 о том, что он не совершал дисциплинарного проступка, за который работодатель привлек его к дисциплинарной ответственности, нарушения работодателем порядка привлечения его к дисциплинарной ответственности, по мнению судебной коллегии, подлежат отклонению, исходя из следующего.

Судебная коллегия находит выводы суда первой инстанции правильными, поскольку они основаны на надлежащей оценке доказательств по делу, сделаны в соответствии с правилами ст. 67 ГПК РФ и нормами материального права, регулирующими спорные правоотношения, при правильном распределении между сторонами бремени доказывания и установлении всех обстоятельств, имеющих значение для дела. Представленным сторонами доказательствам судом дана верная правовая оценка. Результаты оценки доказательств суд отразил в постановленном судебном акте.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда о доказанности обстоятельств совершения истцом дисциплинарного проступка, основания для иной оценки представленных суду, исследованных и подвергнутых им оценке по правилам ст. 67 ГПК РФ доказательств, отсутствуют.

В ч. 2 ст. 21 Трудового кодекса РФ определены основные обязанности работника. Так, работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, соблюдать трудовую дисциплину, соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда (абз. 2, 3, 4, 6 ч. 2 ст.21 Трудового кодекса РФ).

Основные права и обязанности работодателя предусмотрены в ст. 22 Трудового кодекса РФ. В числе основных прав работодателя - его право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей и бережного отношения к имуществу работодателя (в том числе к имуществу третьих лиц, находящемуся у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества) и других работников, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка, требований охраны труда; привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном Трудовым кодексом РФ, иными федеральными законами (абз. 5, 6 ч. 1 ст. 22 Трудового кодекса РФ).

За совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям (ч. 1 ст. 192 Трудового кодекса РФ).

Согласно ч. 3 ст. 192 Трудового кодекса РФ к дисциплинарным взысканиям, в частности, относится увольнение работника по основаниям, предусмотренным, в том числе и п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (ч. 5 ст. 192 Трудового кодекса РФ).

Порядок применения дисциплинарных взысканий установлен ст. 193 Трудового кодекса РФ, в соответствии ч. 3 которой до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Как разъяснено в п. 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

Судом первой инстанции с достоверностью установлен из материалов дела, объяснений сторон, показаний свидетелей факт отсутствия истца на рабочем месте без уважительных причин 21 июля 2025 г. с 13:10 до 15:12, 23 июля 2025 г. с 13:50 до 15:12, 24 июля 2025 г. с 13:00 до 15:12.

Доводы апелляционной жалобы о том, что истец в свое рабочее время оказывал медицинскую помощь на дому пациенту ФИО24 без фиксации вызова, без записей в медицинской документации, подробно мотивированных выводов суда в этой части не опровергают, основаны на неверном толковании норм материального права, не свидетельствуют о выполнении истцом своих обязанностей в рабочее время в соответствии с должностной инструкцией и правилами внутреннего трудового распорядка и не опровергают установленного судом факта отсутствия истца на рабочем месте в спорные периоды без уважительной причины.

Доводы истца в апелляционной жалобе о том, что 21, 23 и 24 июля 2025 г. он вел прием пациентов до 13:40, что противоречит сведениям о времени его отсутствия на рабочем месте, указанным в актах работодателя, опровергаются распечатанными на бумажном носителе записей электронной картотеки приема врача-терапевта участкового ФИО1 21, 23, 24 июля 2025 г., из которых следует, что 23 июля 2025 г. в 13.20 ФИО1 принял пациента ФИО17, сведений о состоявшемся приеме с записью на 13:40 пациента ФИО18 не имеется, 24 июля 2025 г. запись на прием заканчивается в 11:20, при этом сведения в состоявшемся приеме содержатся только в записи на 9:00. 21 июля 2025 г. имеется запись на прием в 13:20 ФИО19, однако, как следует из распечатанной электронной версии случая амбулаторного лечения №, ФИО19 была принята врачом ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ в 10:01.

Доказательств, соответствующих требованиям относимости, допустимости, достоверности, подтверждающих отсутствие истца на рабочем месте в спорное время по уважительной причине, с надлежащим уведомлением об этом работодателя, истцом не представлено.

Учитывая изложенное, судебная коллегия соглашается с выводами суда о том, что факт отсутствия истца на рабочем месте в спорные периоды свидетельствует о нарушении им трудовой дисциплины.

Как следует из разъяснений п. 53 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» (в редакции постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 декабря 2025 г. № 33) в силу ст. 46 (ч. 1) Конституции РФ, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, и корреспондирующих ей положений международно-правовых актов, в частности ст. 8 Всеобщей декларации прав человека, а также ст. 14 (п. 1) Международного пакта о гражданских и политических правах, государство обязано обеспечить осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной, полной и эффективной.

Учитывая это, а также принимая во внимание, что суд, являющийся органом по разрешению индивидуальных трудовых споров, в силу ч. 1 ст. 195 ГПК РФ должен вынести законное и обоснованное решение, обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из ст.ст. 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции РФ и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.

В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (ч. 5 ст. 192 Трудового кодекса РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Судебная коллегия соглашается с выводами суд первой инстанции о том, что нарушений процедуры привлечения истца к дисциплинарной ответственности, установленной ст. ст. 192, 193 Трудового кодекса РФ, работодателем не допущено.

Исходя из установленного факта неоднократного совершения ФИО1 нарушений правил внутреннего трудового распорядка в виде отсутствия на рабочем месте без уважительных причин (прогул), при этом доказательств того, что ФИО1 ранее привлекался к дисциплинарной ответственности, не имеется, судебная коллегия, основываясь на указанных выше разъяснениях постановления Пленума Верховного Суда РФ приходит к выводу, что примененное в отношении истца дисциплинарное взыскание в виде выговора за совершенное истцом грубое нарушение трудовой дисциплины не противоречит общим принципам дисциплинарной ответственности, является соразмерным тяжести совершенного проступка, не умаляет прав работника, не является чрезмерным и явно несправедливым. При этом судебная коллегия отмечает, что право выбора конкретной меры дисциплинарного взыскания является оценочной категорией и отнесено к прерогативе работодателя.

В части доводов апелляционной жалобы о том, что привлечение истца к дисциплинарной ответственности противоречит положениям п. 4 ст. 25 Федерального закона от 12 января 1996 г. № 10-ФЗ «О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности», привлечение его к дисциплинарной ответственности явилось результатом его активной гражданской позиции и деятельности как члена МПРЗ «Действие», судебная коллегия считает необходимым отметить следующее.

Согласно выписке из реестра членов МПРЗ «Действие» от 11 ноября 2025 г. ФИО1 является председателем первичной профсоюзной организации МПРЗ «Действие», состоит в комиссии по охране труда ГБУЗ «Нижнеломовская ЦРБ», созданной на основании приказа от 9 сентября 2024 г. №.

Как следует из положений п. 4 ст. 25 Федерального закона от 12 января 1996 г. № 10-ФЗ «О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности» привлечение к дисциплинарной ответственности уполномоченных профсоюза по охране труда и представителей профсоюза в создаваемых в организации совместных комитетах (комиссиях) по охране труда, перевод их на другую работу или увольнение по инициативе работодателя допускаются только с предварительного согласия профсоюзного органа в первичной профсоюзной организации. характер этого проступка, обстоятельства и последствия его совершения, форма вины работника, степень нарушения его виновным действием (бездействием) прав, свобод и законных интересов граждан, прав и законных интересов организаций, а также данные, характеризующие личность работника и его профессиональную деятельность.

Трудовой кодекс РФ принят 30 декабря 2001 г.

В соответствии со ст. 423 Трудового кодекса РФ впредь до приведения законов и иных нормативных правовых актов, действующих на территории Российской Федерации, в соответствии с настоящим Кодексом законы и иные правовые акты Российской Федерации, а также законодательные и иные нормативные правовые акты бывшего Союза ССР, действующие на территории Российской Федерации в пределах и порядке, которые предусмотрены Конституцией Российской Федерации, Постановлением Верховного Совета РСФСР от 12 декабря 1991 г. № 2014-1 «О ратификации Соглашения о создании Содружества Независимых Государств», применяются постольку, поскольку они не противоречат настоящему Кодексу.

Положения Трудового кодекса РФ не предусматривают специальной процедуры привлечения к дисциплинарной ответственности в отношении уполномоченных профсоюза по охране труда, обязанность работодателя получить предварительное согласие профсоюзного органа в первичной профсоюзной организации для привлечения к дисциплинарной ответственности уполномоченных профсоюза по охране труда Трудовым кодексом РФ не предусмотрена.

Ч. 4 ст. 25 Федерального закона от 12 января 1996 г. № 10-ФЗ «О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности» противоречит положениям ст.ст. 193, 373 Трудового кодекса РФ, поскольку указанными нормами Трудового кодекса РФ каких-либо дополнительных условий для привлечения уполномоченного по охране труда профсоюза к дисциплинарной ответственности не установлено.

Следовательно, в силу ст. 423 Трудового кодекса РФ положения ч. 4 ст. 25 Федерального закона от 12 января 1996 г. № 10-ФЗ «О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности» как противоречащие Трудовому кодексу РФ не подлежат применению. Данный вывод подтверждается, в том числе, правовой позицией Конституционного Суда РФ, изложенной в Определении от 17 декабря 2008 г. № 1060-О-П.

Доказательств наличия обстоятельств, свидетельствующих о том, что примененное к ФИО1 дисциплинарное взыскание в виде выговора связано с его деятельностью в качестве уполномоченного профсоюза по охране труда, члена комитета по охране труда, истцом представлено не было.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, признаков дискриминации, перечисленных в ст. 3 Трудового кодекса РФ, в действиях работодателя по отношению к истцу в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции не установлено, доказательств наличия дискриминации ФИО1 не представлено, факты предвзятого отношения работодателя к нему в ходе рассмотрения документального подтверждения не нашли, обратного из материалов дела не следует.

Доводы апелляционной жалобы судебная коллегия не может признать состоятельными, правовые основания для иной оценки представленных сторонами и исследованных судом доказательств отсутствуют, выводы суда основаны на представленных доказательствах, содержащихся в материалах гражданского дела и истцом не опровергнуты.

Суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал все обстоятельства дела, дал надлежащую оценку представленным доказательствам, выводы суда не противоречат материалам дела, юридически значимые обстоятельства по делу судом установлены правильно, нормы материального права применены верно. Нарушений норм материального права и процессуального законодательства, влекущих отмену решения, по настоящему делу не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 328-329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Наровчатского районного суда Пензенской области от 14 ноября 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ

Председательствующий

Судьи