Решение № 2-2530/2018 2-319/2019 2-319/2019(2-2530/2018;)~М-2775/2018 М-2775/2018 от 11 февраля 2019 г. по делу № 2-2530/2018

Дело 2-319/2019


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

С.Шаркан УР 12 февраля 2019 года

Воткинский районный суд Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Макаровой Т.П.,

при секретаре Волковой И.Н.,

с участием:

истца ФИО1,

представителя ответчика - Управления Пенсионного фонда Российской Федерации (государственного учреждения) по г. Воткинску, Воткинскому и Шарканскому районам Удмуртской Республики (межрайонного) - ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации (государственному учреждению) по г. Воткинску, Воткинскому и Шарканскому районам Удмуртской Республики (межрайонному) о восстановлении пенсионных прав,

установил:

ФИО1 (далее - истец) обратилась в суд с иском к Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации (государственному учреждению) по г.Воткинску, Воткинскому и Шарканскому районам Удмуртской Республики (межрайонному) (далее - Управление) о восстановлении пенсионных прав (на л.д.2-4), указав следующее.

12 апреля 2017 года истец обратилась в Управление с заявлением о назначении ей, как медицинскому работнику, досрочной страховой пенсии по старости.

Решением Управления от 25 апреля 2017 года в назначении досрочной страховой пенсии истцу было отказано в связи с отсутствием необходимого для назначения досрочной пенсии медицинского стажа.

В соответствии с п.20 ч.1 ст.30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года №400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее - Федеральный закон №400-ФЗ) лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населению в учреждениях здравоохранения в сельской местности назначается досрочная пенсия при стаже 25 лет.

Стаж, необходимый для назначения досрочной страховой пенсии по старости, зачтенный Управлением, составил на день обращения истца за назначением пенсии 24 года 08 месяцев 29 дней.

В стаж, дающий право на досрочное назначение пенсии ответчиком не были включены периоды повышения квалификации с сохранением средней заработной платы: с 11 марта 2002 года по 05 апреля 2002 года, с 23 января 2006 года по 17 февраля 2006 года, с 09 марта 2006 года по 11 марта 2006 года, с 25 октября 2010 года по 19 ноября 2010 года, с 15 апреля 2013 года по 17 мая 2013 года.

Между тем, согласно ч.1 ст.11 Федерального закона №400-ФЗ, в стаж для назначения страховой пенсии по старости включаются периоды работы или иной деятельности, которая выполнялась на территории РФ, при условии, что за эти периоды начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации

Согласно ч.1 ст.9 Федерального закона от 16 июля 1999 года №165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования», работающие по трудовым договорам подлежат обязательному социальному страхованию, в том числе пенсионному, с момента заключения трудового договора. Уплата страховых взносов обязанность работодателя.

Повышение квалификации для лиц, осуществляющих лечебную деятельность, является обязательной, поскольку связана с продолжением работы по специальности, аккредитацией и лицензированием учреждений здравоохранения.

Статьей 187 ТК РФ установлено, что при направлении работника на профессиональное обучение или дополнительное профессиональное образование с отрывом от работы, работодатель сохраняет за работником место работы и среднюю заработную плату.

Согласно ст.196 ТК РФ, в случаях, предусмотренных Федеральными законами, иными нормативно правовыми актами, работодатель обязан проводить профессиональное обучение или дополнительные профессиональное образование, если это является условием выполнения работниками определенных видов деятельности. Требования обязательного повышения квалификации для лиц, осуществляющих лечебную деятельность, установлены ст.ст. 54, 63 Основ законодательства здравоохранения РФ от 22 июля 1993 года №5487-1 и Порядком, установленным в соответствии с этим законом, ст.ст.60, 72, 73 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Так в ч.2 ст.73 названного Закона №323-ФЗ прямо указано, что медицинские работники обязаны совершенствовать свои профессиональные знания и навыки.

Для реализации положения этого закона приказом МЗСР РФ от 03 августа 2012 года №66-11 был утвержден порядок обучения и повышения квалификации с отрывом от работы (пункты 3, 4), 09 декабря 2008 года был издан приказ МЗСР РФ №705и, который так же устанавливал порядок повышения квалификации медицинских работников.

Повышение квалификации один раз в пять лет является обязательным для медицинских работников.

С учетом указанных выше законодательных и нормативных актов, учитывая, что в периоды повышения квалификации за истцом сохранялось рабочее место, заработная плата, на эту заработную плату начислялись и перечислялись страховые взносы в Пенсионный фонд РФ, периоды повышения квалификации подлежат включению в период работы истца для назначения досрочной страховой пенсии.

Согласно ст.22 Федерального закона №400-ФЗ, пенсия назначается со дня обращения за ее назначением. Днем обращения считается день подачи заявления.

Ссылаясь на изложенное, истец (с учетом уточнений исковых требований, л.д.68) просила признать незаконным решение ответчика №146081/17 от 25 апреля 2017 года, обязать ответчика включить в стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости периоды нахождения истца на курсах повышения квалификации с 11 марта 2002 года по 05 апреля 2002 года, с 23 января 2006 года по 17 февраля 2006 года, с 09 марта 2006 года по 11 марта 2006 года, с 25 октября 2010 года по 19 ноября 2010 года, с 15 апреля 2013 года по 17 мая 2013 года, досрочно назначить истцу страховую пенсию по старости с 12 апреля 2017 года.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования к Управлению поддержала по изложенным выше основаниям, просила их удовлетворить.

Представитель ответчика - Управления - ФИО2, иск не признал, поддержал представленные ранее в письменном виде возражения, в которых указал следующее. 12 апреля 2017 года ФИО1 действительно обратилась с заявлением о назначении ей досрочной страховой пенсии по старости в Управление Пенсионного фонда РФ (государственное учреждение) по г.Воткинску, Воткинскому и Шарканскому районам Удмуртской Республики (межрайонное) (далее по тексту - Управление). Решением Управления № 146081/17 от 25 апреля 2017 года ФИО1 было отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости. На день обращения истца с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости действовал и действует в настоящий момент Федеральный закон от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях». В соответствии с п.20 ч.1 ст.30 данного Закона лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения не менее 25 лет в сельской местности и поселках городского типа и не менее 30 лет в городах назначается досрочная страховая пенсия по старости независимо от возраста. Управлением не зачтены в стаж истца, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, как медицинскому работнику, ряд периодов нахождения на курсах повышения квалификации. Периоды в иске указаны верно. Управлением не оспаривается, что в данные периоды истица находилась на курсах повышения квалификации. Однако, периоды нахождения на курсах повышения квалификации не могут быть включены в стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, так как в данные периоды времени истец не занималась медицинской деятельностью. Кроме того, имеется Разъяснение Минтруда РФ от 22 мая 1996 года №5 и п.5 Правил исчисления периодов работы, утвержденных постановлением Правительства РФ от 11 июля 2002 года №516, которые не предусматривают включение нахождения на курсах повышения квалификации в стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости. Согласно п.1 и 2 ст. 14 Федерального закона № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», при подсчете страхового стажа периоды работы и иной деятельности, которые предусмотрены ст.ст.11 и 12 данного Федерального закона, до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица подтверждаются документами, выдаваемыми в установленном порядке работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами, а после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица - на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета. Дата регистрации ФИО1 в системе государственного пенсионного страхования - 08 февраля 2001 года. Работодатель - БУЗ УР «ФИО3 МЗ», представил сведения о спорных периодах работы без кода льготы, т. е. они учитываются как общий стаж. На момент обращения истца в Управление с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости, т.е. на 12 апреля 2017 года, у истца имеется 24 года 08 месяцев 29 дней стажа, дающего право на досрочное назначение пенсии как медицинскому работнику, что менее необходимых по закону 25 лет. Расчет стажа при включении спорных периодов истцом не представлен. На основании изложенного просил в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать (л.д.19).

Представитель третьего лица - БУЗ УР «Шарканская районная больница МЗ УР», будучи надлежаще извещен о времени, дате и месте рассмотрения дела (л.д.74), в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело в его отсутствие, исковые требования ФИО1 удовлетворить, о чем представил письменное заявление (л.д.75, 76). В соответствии со ст.167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие представителя третьего лица.

Выслушав объяснения сторон, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Частью 1 ст.39 Конституции РФ каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом. Конституционное право на социальное обеспечение включает и право на получение пенсии в определенных законом случаях и размерах.

Федеральный закон от 28 декабря 2013 года №400-ФЗ «О страховых пенсиях», действующий с 01 января 2015 года (далее - Федеральный закон «О страховых пенсиях») (здесь и далее правовые нормы приведены в редакции, действовавшей на момент обращения истца в Управление с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости), определяющий основания возникновения и порядок реализации права граждан на страховые пенсии, в качестве условий назначения страховой пенсии по старости закрепляет достижение пенсионного возраста (60 лет для мужчин и 55 лет для женщин), наличие не менее 15 лет страхового стажа и величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 (статья 8) и одновременно предусматривает право отдельных категорий граждан на досрочное назначение страховой пенсии по старости (статьи 30, 31, 32).

В соответствии с п.20 ч.1 ст.30 Федерального закона «О страховых пенсиях» лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения не менее 25 лет в сельской местности и поселках городского типа и не менее 30 лет в городах, сельской местности и поселках городского типа либо только в городах, назначается досрочная пенсия по старости независимо от их возраста.

Согласно ч.1 ст.22 Федерального закона «О страховых пенсиях», страховая пенсия назначается со дня обращения за указанной пенсией, за исключением случаев, предусмотренных частями 5 и 6 настоящей статьи, но во всех случаях не ранее чем со дня возникновения права на указанную пенсию.

Днем обращения за страховой пенсией считается день приема органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, соответствующего заявления со всеми необходимыми документами, подлежащими представлению заявителем с учетом положений части 7 статьи 21 настоящего Федерального закона (ч.2 ст.22 Федерального закона «О страховых пенсиях»).

Вследствие изложенного, обязательными условиями для назначения досрочной страховой пенсии по старости являются подача заявления о назначении пенсии, наличие необходимой продолжительности соответствующей деятельности, подтвержденной соответствующими документами.

Судом из объяснений истца и представителя ответчика, а также представленных материалов дела установлено, что истица обратилась в Управление за назначением ей досрочной страховой пенсии по старости 12 апреля 2017 года (копия заявления на л.д.20-21).

Решением Управления №146081/17 от 25 апреля 2017 года ФИО1 отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с п.20 ч.1 ст.30 Федерального закона «О страховых пенсиях» ввиду отсутствия требуемых 25 лет работы в учреждениях здравоохранения в сельской местности и поселках городского типа и не менее 30 лет в городах, сельской местности и поселках городского типа (копия на л.д.5-7).

Согласно указанному решению, стаж ФИО1, дающий право на установление досрочной страховой пенсии по старости, на момент её обращения с вышеуказанным заявлением составил 24 года 08 месяцев 29 дней, при этом Управлением зачтены следующие периоды работы истца:

с 03 апреля 1989 года по 07 октября 1989 года - в должности медицинской сестры палаты недоношенных детей детского отделения Шарканской центральной районной больницы в льготном исчислении 1 год за 1 год и 3 месяца;

с 08 октября 1989 года по 18 сентября 1991 года - в должности медицинской сестры детского боксированного инфекционного отделения Шарканского центральной районной больницы, в льготном исчислении 1 год за 1 год и 3 месяца;

с 19 сентября 1991 года по 21 мая 1995 года - в должности медицинской сестры-анестезиста в хирургическом отделении стационара Шарканской центральной районной больницы, в льготном исчислении 1 год за 1 год и 6 месяцев;

с 22 мая 1995 года по 08 октября 1995 года - отпуск по беременности и родам (ребенок <дата> года рождения) в календарном исчислении;

с 14 июля 1998 года по 23 октября 1998 года - в должности медицинской сестры в Сосновской участковой больнице Шарканской центральной районной больницы, в льготном исчислении 1 год за 1 год и 3 месяца;

с 24 октября 1988 года по 16 декабря 1998 года - в должности старшей медицинской сестры в Сосновской участковой больнице Шарканской центральной районной больницы, в льготном исчислении 1 год за 1 год и 3 месяца;

с 05 августа 1999 года по 17 сентября 1999 года - в должности медицинского дезинфектора Сосновской участковой больницы Шарканской центральной районной больницы, в льготном исчислении 1 год за 1 год и 3 месяца;

с 01 июня 2000 года по 20 октября 2000 года - в должности медицинской сестры стационара в Сосновской участковой больнице Шарканской центральной районной больницы, в календарном исчислении;

с 14 мая 2001 года по 31 мая 2001 года - в должности медицинской сестры процедурной терапевтического отделения в Сосновской участковой больнице Шарканской центральной районной больницы, в календарном исчислении;

с 01 июня 2001 года по 10 марта 2002 года, с 06 апреля 2002 года по 30 июня 2003 года - в должности фельдшера Сосновской участковой больницы муниципального учреждения здравоохранения «Шарканская центральная районная больница», в календарном исчислении;

с 01 июля 2003 года по 22 января 2006 года, с 18 февраля 2006 года по 08 марта 2006 года, с 12 марта 2006 года по 13 апреля 2008 года, с 17 сентября 2008 года по 31 октября 2008 года, с 12 декабря 2009 года по 24 октября 2010 года, с 20 ноября 2010 года по 14 сентября 2011 года - в должности старшей медицинской сестры Сосновской участковой больницы муниципального бюджетного учреждения здравоохранения «Шарканская центральная районная больница» в календарном исчислении;

с 14 апреля 2008 года по 16 сентября 2008 года - отпуск по беременности и родам (ребенок <дата> года рождения), в календарном исчислении;

с 15 сентября 2011 года по 14 апреля 2013 года, с 18 мая 2013 года по 31 июля 2015 года - в должности медицинской сестры процедурной Сосновской участковой больницы Бюджетного учреждения здравоохранения Удмуртской Республики «Шарканская районная больница», в календарном исчислении;

с 01 августа 2015 года по 15 мая 2016 года - в должности медицинской сестры палатной в терапевтическом отделении стационара Бюджетного учреждения здравоохранения Удмуртской Республики «Шарканская районная больница», в календарном исчислении;

с 16 мая 2016 года по 15 октября 2016 года - в должности медицинской сестры-анестезиста палаты реанимации и интенсивной терапии хирургического отделения стационара Бюджетного учреждения здравоохранения Удмуртской Республики «Шарканская районная больница», в льготном исчислении 1 год за 1 год и 6 месяцев;

с 16 октября 2016 года по 11 апреля 2017 года в должности медицинской сестры отделения скорой медицинской помощи Бюджетного учреждения здравоохранения Удмуртской Республики «Шарканская районная больница», в календарном исчислении.

Согласно данному же решению, Управлением признаны не подлежащими зачету в стаж, дающий право на досрочное пенсионное обеспечение, следующие периоды: с 09 октября 1995 года по 13 июля 1998 года - отпуск по уходу за ребенком ДД.ММ.ГГГГ года рождения, с 01 ноября 2008 года по 03 мая 2009 года - отпуск по уходу за ребенком ДД.ММ.ГГГГ года рождения, с 04 мая 2009 года по 11 декабря 2009 года - работа в режиме неполного рабочего дня, с 11 марта 2002 года по 05 апреля 2002 года, с 23 января 2006 года по 17 февраля 2006 года, с 09 марта 2006 года по 11 марта 2006 года, с 25 октября 2010 года по 19 ноября 2010 года, с 15 апреля 2013 года по 17 мая 2013 года - периоды нахождения истца на курсах повышения квалификации.

Из заявленных исковых требований и объяснений истца, следует, что истец не согласна лишь с тем, что ответчиком не включены в специальный стаж, дающий право на назначение досрочной страховой пенсии по старости, вышеуказанные периоды нахождения её на курсах повышения квалификации.

Правильность исчисления остального специального стажа, дающего право на назначение досрочной страховой пенсии по старости, истцом не оспаривается.

Руководствуясь ч.3 ст.196 ГПК РФ, суд рассматривает требования истца в рамках заявленного иска, то есть дает оценку лишь тем периодам её деятельности, на включении которых в свой специальный медицинский стаж она настаивает, и приходит к следующему.

В соответствии с п.4 Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 11 июля 2002 года № 516, применяемых при исчислении периодов работы, дающей право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в соответствии со статьями 30 и 31 Федерального закона "О страховых пенсиях", в порядке, установленном Постановлением Правительства РФ от 16 июля 2014 года №665, в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, засчитываются периоды работы, выполняемой постоянно в течение полного рабочего дня, если иное не предусмотрено настоящими Правилами или иными нормативными правовыми актами, при условии уплаты за эти периоды страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации.

Согласно ст. 167, 187 ТК РФ при направлении работника в служебную командировку, на профессиональное обучение или дополнительное профессиональное образование с отрывом от работы, ему гарантируются сохранение места работы (должности) и среднего заработка, а также возмещение расходов, связанных со служебной командировкой. Работникам, направляемым для повышения квалификации с отрывом от работы в другую местность, производится оплата командировочных расходов в порядке и размерах, которые предусмотрены для лиц, направляемых в служебные командировки.

Таким образом, периоды нахождения на курсах повышения квалификации являются периодами работы с сохранением средней заработной платы, с которой работодатель должен производить отчисление страховых взносов в Пенсионный фонд РФ, то есть указанные периоды законодателем приравниваются к выполнению работником своих трудовых обязанностей.

Факт нахождения истца на курсах повышения квалификации в указанные выше спорные периоды времени во время работы в должности фельдшера Сосновской участковой больницы муниципального учреждения здравоохранения «Шарканская центральная районная больница», в должности старшей медицинской сестры Сосновской участковой больницы муниципального бюджетного учреждения здравоохранения «Шарканская центральная районная больница», в должности медицинской сестры процедурной Сосновской участковой больницы Бюджетного учреждения здравоохранения Удмуртской Республики «Шарканская районная больница», подтверждается представленными в материалы дела справкой БУЗ УР «ФИО3 МЗ УР» от 12 апреля 2017 года №46, уточняющей характер работы в соответствующих должностях, которые засчитываются в специальный стаж работы, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, и в связи с лечебной и иной деятельностью по охране здоровья населения (на л.д. 32-33), копиями приказов работодателя истца о направлении последней на курсы повышения квалификации (на л.д.8, 9, 10, 11), копиями сертификатов специалиста, выданных ФИО1 в подтверждение прохождения курсов повышения квалификации (на л.д.55, 56, 57-58), и ответчиком не оспаривается.

Из указанных выше документов следует, что на курсах повышения квалификации истец находилась на основании приказов работодателя в период работы в должности и учреждении, работа в которых дает право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, за ней сохранялось место работы и в этот период за неё работодателем в Пенсионный фонд РФ перечислялись страховые взносы, до направления на курсы повышения квалификации и по возвращении с них истец работала на полную ставку, была занята в течение полного рабочего дня в режиме нормальной продолжительности рабочего времени, предусмотренного трудовым законодательством.

Согласно ст.196 ТК РФ, необходимость профессиональной подготовки и переподготовки кадров для собственных нужд определяет работодатель. В случаях предусмотренных федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, работодатель обязан проводить повышение квалификации работников, если это является условием выполнения работником определенных видов деятельности.

В спорные периоды, в соответствии с действовавшими Основами законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан от 22 июля 1993 года №5487-1, приказом Минздрава Российской Федерации от 9 августа 2001 года №314 «О порядке получения квалификационных категорий», приказом Минздрава России от 20 ноября 2002 года № 350, а позже - Федеральным законом от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», приказом Минздравсоцразвития РФ от 09 декабря 2008 года №705н «Об утверждении Порядка совершенствования профессиональных знаний медицинских и фармацевтических работников», приказом Минздрава России от 03 августа 2012 года №66н «Об утверждении Порядка и сроков совершенствования медицинскими работниками и фармацевтическими работниками профессиональных знаний и навыков путем обучения по дополнительным профессиональным образовательным программам в образовательных и научных организациях»,повышение квалификации для медицинского работника являлось обязательным требованием и имело своей целью поддерживать соответствие его профессиональных знаний и профессиональных навыков занимаемой должности.

При изложенных обстоятельствах и, учитывая, что ответчиком не представлено доказательств, бесспорно свидетельствующих о прерывании истцом медицинской деятельности в периоды нахождения на курсах повышения квалификации, суд приходит к выводу о необходимости удовлетворения требований истца о признании за ней права на включение в стаж, дающий право на назначение досрочной страховой пенсии по старости, указанных спорных периодов нахождения её на курсах повышения квалификации.

Возражения ответчика о том, что указанные спорные периоды не подлежат включению в стаж истицы, дающий право на назначение досрочной страховой пенсии по старости, ввиду того, что сведения в индивидуальный лицевой счет застрахованного лица ФИО1 о спорных периодах работодателем истца переданы без указания кода льготных условий для досрочного назначения трудовой пенсии, суд отклоняет с учетом нижеследующего.

Действительно, в соответствии с п.2 ст.14 Федерального закона «О страховых пенсиях» при подсчете страхового стажа периоды, которые предусмотрены статьями 11 и 12 настоящего Федерального закона, после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом от 1 апреля 1996 года № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета.

Обязанность по предоставлению в Пенсионный фонд Российской Федерации сведений о страховых взносах и страховом стаже работников, в том числе, о периодах деятельности, включаемых в стаж на соответствующих видах работ, определяемый особыми условиями труда, ст.11 Федерального закона от 01 апреля 1996 года № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» возложена на работодателя (страхователя).

Данная обязанность, как следует из выписки из лицевого счета застрахованного лица ФИО1, зарегистрированной в системе государственного пенсионного страхования 08 февраля 2001 года (л.д.22-31), до настоящего времени по спорным периодам времени в установленном законом порядке не исполнена.

Вместе с тем, то обстоятельство, что работодатель, при наличии предусмотренных законом оснований, не представил в Управление необходимые сведения об условиях трудового (страхового) стажа истицы за спорные периоды, в частности сведения о коде льготных условий для досрочного назначения трудовой (страховой) пенсии, не может влиять на объем пенсионных прав истца.

Согласно правовой позиции, отраженной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 10 июля 2007 года № 9-П, невыполнение страхователями требований Федерального закона от 01 апреля 1996 года №27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» и Федерального закона от 15 декабря 2001 года №167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» само по себе не может служить основанием для отказа гражданину в реализации его права на пенсионное обеспечение.

Учитывая вышеизложенное, периоды нахождения истца на курсах повышения квалификации с 11 марта 2002 года по 05 апреля 2002 года, с 23 января 2006 года по 17 февраля 2006 года, с 09 марта 2006 года по 11 марта 2006 года, с 25 октября 2010 года по 19 ноября 2010 года, с 15 апреля 2013 года по 17 мая 2013 года подлежат включению в специальный медицинский стаж истца, дающий ей право на досрочное назначение страховой пенсии по старости.

В соответствии с решением Управления от 25 апреля 2017 года №146081/17 суд считает установленным, что при оценке пенсионных прав истца ответчиком признано наличие у истца специального стажа - 24 года 08 месяцев 29 дней. При включении спорных периодов, составляющих в совокупности 03 месяца 21 день, суд приходит к выводу, что на момент обращения с заявлением, т.е. на 12 апреля 2017 года у истицы требуемый 25-летний стаж, дающий право на назначение досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с п.20 ч.1 ст.30 Федерального закона «О страховых пенсиях», был выработан.

При таких обстоятельствах решение ответчика от 25 апреля 2017 года №146081/17 об отказе в установлении истцу вышеуказанной пенсии следует признать незаконным, так как истцом на день обращения за назначением досрочной страховой пенсии по старости выработан необходимый стаж, а иных препятствий для назначения пенсии, как следует из данного решения ответчика, у Управления не имелось.

Таким образом, суд считает необходимым обязать Управление назначить истцу, как лицу не менее 25 лет осуществлявшему лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения в сельской местности, досрочную страховую пенсию по старости с 12 апреля 2017 года.

В соответствии с ч.1 ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

В силу приведенных выше положений ст.103 ГПК РФ с ответчика в доход бюджета муниципального образования «Шарканское» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб., от уплаты которой истец при подаче иска была освобождена.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации (государственному учреждению) по г. Воткинску, Воткинскому и Шарканскому районам Удмуртской Республики (межрайонному) о восстановлении пенсионных прав удовлетворить.

Признать незаконным решение Управления Пенсионного фонда Российской Федерации (государственного учреждения) по г.Воткинску, Воткинскому и Шарканскому районам Удмуртской Республики (межрайонного) № 146081/17 от 25 апреля 2017 года об отказе в установлении досрочной страховой пенсии по старости ФИО1.

Обязать Управление Пенсионного фонда РФ (государственное учреждение) по г. Воткинску, Воткинскому и Шарканскому районам УР (межрайонное) включить в стаж, необходимый для назначения досрочной страховой пенсии по старости ФИО1, периоды её нахождения на курсах повышения квалификации с 11 марта 2002 года по 05 апреля 2002 года, с 23 января 2006 года по 17 февраля 2006 года, с 09 марта 2006 года по 11 марта 2006 года, с 25 октября 2010 года по 19 ноября 2010 года, с 15 апреля 2013 года по 17 мая 2013 года.

Обязать Управление Пенсионного фонда Российской Федерации (государственное учреждение) по г. Воткинску, Воткинскому и Шарканскому районам Удмуртской Республики (межрайонное) досрочно назначить ФИО1 страховую пенсию по старости с 12 апреля 2017 года.

Взыскать с Управления Пенсионного фонда Российской Федерации (государственное учреждение) по г.Воткинску, Воткинскому и Шарканскому районам Удмуртской Республики (межрайонное) в доход бюджета муниципального образования «Шарканское» государственную пошлину в размере 300 (триста) руб.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд УР путем подачи апелляционной жалобы через Воткинский районный суд УР в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий судья: Т.П.Макарова

Решение в окончательной форме принято 18 февраля 2019 года