Решение № 2-628/2025 2-628/2025~М-281/2025 М-281/2025 от 11 декабря 2025 г. по делу № 2-628/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28 ноября 2025 года г. Советск

Советский городской суд Калининградской области в составе:

председательствующего Шелапуха Ю.В.

при секретаре судебного заседания Степановой М.Ю.

с участием истца ФИО7, его представителя ФИО8, ответчика ФИО9,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО7 к ФИО18, ФИО9, ФИО19, ФИО20 о признании недействительными договора дарения и договора купли-продажи квартиры,

УСТАНОВИЛ:

Жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>В, <адрес>, принадлежало матери истца ФИО4 После смерти матери ФИО7 стало известно, что право собственности на указанную квартиру перешло на основании договора дарения от 19.03.2018 внучке ФИО4 ФИО18, которой впоследствии продана ФИО20, ФИО19, ФИО9

Полагая, что на дату совершения договора дарения ФИО4 не могла в силу своего психического состояния понимать значения своих действий и руководить ими, ФИО7 обратился в суд с иском, в котором просит суд признать ничтожным договор дарения спорной квартиры от 14.03.2018, признать недействительной запись в ЕГРН о регистрации права собственности на это жилое помещение за ФИО18, признать недействительными договор купли-продажи спорного жилого помещения от 29.11.2018, заключенный между ФИО18 и ФИО20, ФИО19, ФИО9, исключить записи из ЕГРН.

В судебном заседании ФИО7 заявленные требования поддержал, настаивал, что его мать умерла в результате неправомерных действий ФИО18 и ее матери. Пояснил, что в период проживания в г. Светлом у ответчика на ФИО23М. ФИО18 и членами ее семьи оказывалось давление, выразившееся как в физическом (перелом руки, прием лекарственных препаратов без назначения врача), так и психическом (ФИО4 говорила истцу, что над ней издеваются) насилии. До поездки в <адрес> мать истца не проявляла признаков психического нездоровья, однако после возвращения ее поведение изменилось. Пояснил, что ранее между ним и ФИО18 была достигнута договоренность, что ФИО4 составляет на ответчика завещание, а та осуществляет за бабушкой уход. Завещание было составлено, однако ФИО6 договоренности не исполняла, за ФИО4 не ухаживала, поэтому, по мнению истца, ФИО4 хотела отменить завещание, однако не смогла это сделать по состоянию здоровья. Соответственно наследодатель не могла подарить квартиру внучке. Также полагал, что квартира не могла быть продана семье Соколец, потому что в ней была зарегистрирована <данные изъяты> внучка ФИО4

Представитель истца ФИО8 в судебном заседании требования истца поддержал. Пояснил, что у матери истца имелись проблемы с психическим здоровьем, на что указывает наличие у нее диагноза ДЭП III-ст. Данное заболевание влечет серьезные когнитивные нарушения с нарушениями поведения, может привести к расстройству психики. Также обратил внимание, что при рассмотрении первоначально подававшегося ФИО7 иска проводилась судебная почерковедческая экспертиза, в заключении экспертом указано, что при подписании договора дарения на ФИО4 влияли какие-то внешние сбивающие факторы. Настаивал, что у ФИО18 был умысел увезти ФИО4 в г. Светлый, где заставить ее подписать договор дарения.

ФИО18 и ее представитель Грозный Б.А. в судебное заседание не явились, ходатайствовали о рассмотрении дела в сое отсутствие. До отложения судебного разбирательства ФИО18 возражала в удовлетворении иска, пояснила, что спорная квартира должна была перейти отцу ответчика, однако поскольку он умер за год до бабушки, ФИО4 сначала оформила на ФИО18 завещание, а в последний свой приезд – договор дарения, сказав, что договор дарения сложнее оспорить, в отличие от завещания. При оформлении договора дарения ФИО4 была в своем уме, ее беспокоили только давление и боль в коленных суставах. На регистрацию договора дарения бабушка не ходила, ходила мать ответчика. Отношения между ФИО18 и ФИО4 были очень близкие. Бабушка жила то в г. Светлом, то в г. Советске. Жаловалась, что ФИО7 над ней издевается – оставляет открытыми окна, не покупает продукты, при этом он оформил документы по уходу за матерью, чтобы получать денежные средства. В быту, когда бабушка жила у ответчика, она сама готовила еду, вязала, убиралась.

Представитель ответчика поддержал позицию доверителя.

Ответчик ФИО9 в удовлетворении иска возражала. Ее представитель ФИО21 в судебное заседание не явилась, ходатайствовала о рассмотрении дела в свое отсутствие, до отложения судебного заседания пояснила, что ФИО9 и ее дети – добросовестные приобретатели квартиры. Сделка проходила оформление в Росреестре, никаких сомнений в добросовестности представленных документов не возникло. С ФИО18 ФИО9 ранее не была знакома, нашла данную квартиру на сайте Авито.

Заслушав лиц, участвующих в деле, их представителей, исследовав представленные доказательства и дав им оценку, суд приходит к следующим выводам.

Право собственности на имущество, которое имеет собственник, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества (п. 2 ст. 218 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно п. 3 ст. 574 ГК РФ (в ред., действовавшей на дату заключения договора дарения 14.03.2018) договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

В соответствии с п. 1, 2 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В силу приведенной нормы сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле. При этом не имеет правового значения дееспособность лица, поскольку тот факт, что лицо обладает полной дееспособностью, не исключает наличия порока его воли при совершении сделки.

Между ФИО18 и ФИО4 14.03.2018 в простой письменной форме заключен договор дарения квартиры, по условиям которого ФИО4 передала ФИО18 безвозмездно (в качестве дара) принадлежащую ей на праве собственности квартиру с кадастровым номером № расположенную по адресу: <адрес>В, <адрес> (т. 1 л.д. 31-32, 160-161).

ФИО4 умерла ДД.ММ.ГГГГ (гр. дело №, т. 1 л.д. 59 (оборот).

После ее смерти нотариусом Советского нотариального округа Калининградской области ФИО10 открыто наследственное дело №, из материалов которого следует, что с заявлением о принятии наследства по всем основаниям обратились ФИО24. (в настоящее время ФИО7 (гр. дело №, т. 1 л.д. 66), по праву представления <данные изъяты> ФИО11 с согласия матери ФИО12, по праву представления <данные изъяты> ФИО13 в лице законного представителя ФИО12 (гр. дело №, т. 1 л.д. 61, 61 (оборот), 62 (оборот) – 63). ФИО6 по праву представления, после смерти отца ФИО14, в наследование по закону после смерти ФИО4 не вступала.

Нотариусом ДД.ММ.ГГГГ ФИО25 В.В., ДД.ММ.ГГГГ ФИО11 и ФИО13 выданы свидетельства о праве на наследство по закону (гр. дело № т. 1 л.д. 74-76).

Спорное жилое помещение продано ФИО6 на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, <данные изъяты> ФИО3 и ФИО2 (л.д. 31-32, 193-197).

В обоснование заявленных требований истец указал, что заключение договора дарения ДД.ММ.ГГГГ не соответствовало воле ФИО4, которая ввиду особенностей психического здоровья находилась в состоянии, когда не могла в полной мере понимать значение своих действий и руководить ими.

Вместе с тем, в нарушение ст. 56 ГПК РФ доказательств, подтверждающих данные доводы, истцом не представлено.

В ходе судебного разбирательства по гражданскому делу № ФИО5 на неадекватность поведения матери, ее психическое нездоровье не ссылался.При разрешении настоящего спора ФИО5 пояснил, что никаких особенностей и странностей в поведения матери не было. Пояснения истца о том, что после возвращения ФИО4 из больницы в <адрес> она не разговаривала, а только качала головой, опровергаются сведениями, отраженными в медицинских документах ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, о том, что ФИО4 находилась в сознании, высказывала врачам жалобы на свое состояние.

Пояснения ФИО6, данные в ходе настоящего судебного разбирательства, аналогичны пояснениям при рассмотрении гражданского дела №. Ответчик последовательно утверждает о том, что отношения между ней и ФИО4 были близкими, доверительными. Наследодателем было принято решение о дарении принадлежавшего ей жилого помещения, поскольку ФИО6 была ее любимой внучкой.

Допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО15 (мать ФИО6), ФИО16, которой истец приходится двоюродным братом, также сообщали о теплых семейных отношениях между ФИО6 и ФИО4, последняя длительные периоды проживала в <адрес>. Свидетели настаивали, что в период, относящийся к заключению договора дарения, ФИО4 была адекватна, все понимала, была в здравом уме. ФИО16 также сообщила, что на тот момент, когда у ФИО4 произошел инсульт, свидетель проживала в <адрес>, ежедневно общалась с ФИО4 по телефону, навещала ее, по просьбе бабушки приобретала и приносила ей продукты.

В ходе рассмотрения гражданского дела № проведена судебная почерковедческая экспертиза, согласно выводам заключения которой от ДД.ММ.ГГГГ № рукописный текст «ФИО4» и подпись, расположенные в графе «Даритель» в разделе «ПОДПИСИ» на листе 2 договора дарения квартиры (кадастровый №) от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО4 и ФИО6, выполнены ФИО4 (гр. дело № т. 1 л.д. 190-198)

В мотивировочной части заключения экспертом отмечено, что при подписании договора дарения на ФИО4 оказывали воздействие какие-то сбивающие факторы. Однако экспертом не указано, какие именно сбивающие факторы могли повлиять на выполнение подписи ФИО4, а вопреки доводам стороны истца само по себе указание на такие факторы не является достоверным доказательством нахождения ФИО4 в состоянии, когда не могла в полной мере понимать значение своих действий и руководить ими, или оказания на ФИО4 какого-либо воздействия со стороны третьих лиц.

При этом суд принимает во внимание, что ФИО4 в день заключения договора дарения, ДД.ММ.ГГГГ, нотариусом Светловского нотариального округа ФИО17 удостоверена доверенность ФИО4 на представление ее интересов ФИО15 по вопросу государственной регистрации перехода права собственности на спорную квартиру на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 176-177). Согласно информации, представленной нотариусом по запросу суда, доверенность была оформлена по обращению и со слов ФИО4, подписана ею собственноручно, суть подписываемой доверенности доверителем осознавалась и соответствовала ее волеизъявлению (л.д. 236).

Согласно ответу ГБУЗ КО «Светловская центральная районной больница» амбулаторная карта ФИО4 в Светловской ЦРБ отсутствует, за медицинской помощью к врачу-психиатру не обращалась. ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ осматривалась врачом-терапевтом, жалоб не предъявляла, пациенту назначен прием метформина в связи с наличием заболевания – сахарный диабет (гр. дело № т. 1 л.д. 87-90).

Из выписного эпикриза Светловской ЦГБ от ДД.ММ.ГГГГ, имеющегося в амбулаторной карте Советской ЦРБ, ФИО4 находилась на лечении в хирургическом отделении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: ДОА: правосторонний гонартрит, обострение. Синовит. Закрытый перелом нижней трети костей левого предплечья. Пациент поступила в отделение в экстренном порядке в связи с обострением правостороннего гонартрита с синовитом. Проведен курс гемореологической, противовоспалительной системной и местной терапии, физиолечение, ЛФК с положительном эффектом. ФИО4 упала ночью ДД.ММ.ГГГГ в палате, на рентгенограмме диагностирован вколоченный перелом обеих кистей левого предплечья в нижней трети, наложена гипсовая лонгета. Пациент выписан в удовлетворительном состоянии под наблюдение хирурга поликлиники.

Из медицинской карты амбулаторного больного ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, предоставленной Советской ЦРБ, следует, что она имела повышенное артериальное давление, постоянно принимала лекарственные препараты. Из записи о приеме врача ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО4 получает лечение на дому, ходит с трудом, сохраняется головокружение, диагноз: гипертоническая болезнь 3 ст. риск 4, гипертонический криз от ДД.ММ.ГГГГ, ЦВЗ, ДЭП III, ДОА коленных суставов. Согласно записи от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 осмотрена терапевтом на дому в связи с жалобами на повышенное артериальное давление, болезненность в левом запястье, отмечено, что состояние больной относительно удовлетворительное, артериальное давление 170/90 мм рт/<адрес> приема лекарственного препарата артериальное давление снизилось до 140/90 мм рт/ст. ФИО4 назначено медикаментозное лечение и рекомендованы консультация травматолога и невролога. При этом в ходе осмотра ФИО4 врачом не отмечены какие-либо отклонения в поведении больной.

ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ осмотрена неврологом в связи с жалобами на слабость в левых конечностях с утра, пациент находилась в сознании. Врачом диагностировано острое нарушение мозгового кровообращения, пациент экстренно госпитализирована по скорой медицинской помощи в Гусевскую ЦРБ, где умерла ДД.ММ.ГГГГ. Согласно посмертному эпикризу ФИО4 поставлен диагноз «ЦВЗ: Повторное ОНМК (ДД.ММ.ГГГГ), обширный ишемический инсульт в бассейне правой СМА, грубый гемипарез, гемигипестезия слева (I63.5). Фон: Гипертоническая болезнь III риск 4 (I11.9). Атеросклероз сосудов головного мозга (I67.2). Осложнения: Отек головного мозга со смещением срединных структур (G93.6). Острая сердечная недостаточность (I50.9). Острая дыхательная недостаточность (J96.0). Сопутствующий диагноз: Верхнедолевая гипостатическая пневмония справа (J18). Закрытый перелом лучевой кости со смещением, закрытый перелом шиловидного отростка плечевой кости слева (S52.6). ДЭП III ст сосудистого генеза, декомпенсация (I67.8)» (л.д. 139-140).

Сведений о том, что ФИО4 наблюдалась у врача-психиатра, амбулаторная карта не содержит.

Доводы истца и его представителя о том, что наличие у ФИО4 диагностированного заболевания «дисциркуляторная энцефалопатия» безусловно свидетельствует о нарушениях психической деятельности, судом приняты быть не могут.

Согласно ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Поскольку вопросы оценки психического состояния лица требуют специальных познаний, коими ни ФИО7, ни его представитель не обладают, психическое состояние ФИО4 с учетом имевшихся у нее заболеваний могло быть установлено исключительно в ходе проведения посмертной судебной психиатрической экспертизы.

Несмотря на неоднократное разъяснение ФИО7 и его представителю право ходатайствовать о назначении по делу судебной психиатрической экспертизы, истец и его представитель таким правом не воспользовались, полагали, что спор может быть разрешен по имеющимся доказательствам.

Поскольку дарению спорной квартиры предшествовало составление и нотариальное удостоверение завещания, что сторонами не оспаривалось, а по условиям завещания именно ФИО18 должна была унаследовать это жилое помещение, заключение договора дарения прав истца не нарушает и, более того, свидетельствует о последовательном выражении наследодателем своей воли на отчуждение принадлежащего ей жилого помещения именно в пользу ФИО18

Доказательств, достоверно подтверждающих факт того, что на момент составления и подписания договора дарения от 14.03.2018 ФИО4 не могла понимать значение своих действий и руководить ими, суду стороной истца не представлено, в связи с чем правовых оснований для удовлетворения заявленных требований о признании недействительным договора дарения квартиры не имеется.

Поскольку в удовлетворении требований об оспаривании договора дарения истцу отказано, ФИО18 была вправе распорядиться спорным жилым помещением, оснований для признания сделки купли-продажи квартиры, совершенной между ФИО18 и ФИО9, ФИО20 и ФИО19, недействительной не имеется.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Отказать ФИО7 в удовлетворении исковых требований к ФИО18, ФИО9, ФИО19, ФИО20 о признании недействительными договора дарения и договора купли-продажи квартиры.

Решение может быть обжаловано в Калининградский областной суд через Советский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Ю.В. Шелапуха

Мотивированное решение изготовлено судом 12.12.2025.