Апелляционное определение № 33А-2609/2026 от 14 апреля 2026 г.

Судья Бубнова М.Е. УИД 39RS0020-01-2025-000891-94

дело № 2а-108/2026


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е



№ 33а-2609/2026
15 апреля 2026 года
г. Калининград
Судебная коллегия по административным делам Калининградского областного суда в составе

председательствующего Тимощенко Р.И.

судей Неробовой Н.А., Мамичевой В.В.

при секретаре Казаковой Е.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело по административному иску ФИО1, ФИО2 к Территориальному управлению Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Калининградской области о признании незаконным решения об отказе в утверждении схемы расположения земельного участка на кадастровом плане территории в целях перераспределения земельных участков, понуждении к заключению соглашения о перераспределении земельных участков

с апелляционной жалобой административного ответчика Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Калининградской области на решение Светлогорского городского суда Калининградской области от 29 января 2026 года.

Заслушав доклад судьи Тимощенко Р.И., объяснения представителя административного истца ФИО1 – ФИО3, не согласившей с доводами апелляционной жалобы и просившей оставить решение без изменения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 и ФИО2 обратились в суд с вышеназванным административным иском, указав, с учетом уточнения требований, что они являются долевыми собственниками земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> с видом разрешенного использования - для индивидуального жилищного строительства.

Они обратились к ответчику с совместным заявлением (вх. № 39-478-ж от 13 ноября 2023 года) об увеличении площади указанного участка за счет примыкающего к нему земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>, находящегося в собственности ответчика, путем перераспределения земельных участков и о заключении с ними соглашения о перераспределении земельных участков на основании пункта 3 части 1 статьи 39.28 Земельного кодекса Российской Федерации.

Письмом № 39-04/8301 от 8 декабря 2023 года ответчик отказал в перераспределении земельных участков и заключении соответствующего соглашения.

Устранив причины отказа и скорректировав схему образуемого земельного участка, они повторно обратились к ответчику 15 апреля 2024 года (вх. № 39-346-Ж). Ответом № 39-04/3236 от 15 мая 2024 года в оказании государственной услуги вновь отказано с указанием на то, что в пределах земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> расположен жилой дом, поэтому земельный участок используется для эксплуатации и обслуживания существующего жилого дома, в связи с чем нормы статьи 39.28 Земельного кодекса Российской Федерации не подлежат применению.

Не согласившись с отказом от 15 мая 2024 года исх. № 39-04/3236, обжаловали его в судебном порядке. Решением Светлогорского городского суда Калининградской области от 19 декабря 2024 года исковые требования удовлетворены частично. Признан незаконным отказ Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Калининградской области в утверждении схемы расположения земельного участка на кадастровом плане территории и перераспределении земельных участков, изложенный в письме от 15 мая 2024 года № 39-04/323, и на ответчика возложена обязанность повторно рассмотреть заявление ФИО1, ФИО2 от 15 апреля 2024 года. Апелляционным определением Калининградского областного суда от 18 июня 2025 года решение суда от 19 декабря 2025 года оставлено без изменения, апелляционная жалоба административного ответчика – без удовлетворения.

8 июля 2025 года они обратились в ТУ Росимущества в Калининградской области с заявлением, в котором просили исполнить судебный акт и повторно рассмотреть их совместное заявление. Ответом от 18 июля 2025 года исх. № 39-04/5385 ответчик вновь отказал в утверждении схемы перераспределения земельных участков по тем основаниям, что для решения вопроса о правомерности перераспределения земельных участков необходимо не только установить отсутствие оснований для отказа, перечисленных в п. 9 ст. 39.29 Земельного кодекса Российской Федерации, но и наличие оснований для перераспределения, указанных в п. 1 ст. 39.28 Земельного кодекса Российской Федерации. Полагают данный отказ незаконным и необоснованным, так как основания, предусмотренные подп. 3 п. 1 ст. 39.28 Земельного кодекса Российской Федерации имеются и на их наличие указано судами первой и апелляционной инстанции по делу № 2а-995/2024.

Ссылаясь на изложенные обстоятельства, административные истцы просили суд признать незаконным решение ТУ Росимущества в Калининградской области об отказе в заключении соглашения о перераспределении земельных участков с кадастровыми номерами <данные изъяты>, изложенное в ответе от 18 июля 2025 года исх. № 39-04/5385; обязать ТУ Росимущества в Калининградской области принять решение об утверждении схемы, составленной ООО «Кадастр и Геодезия» по состоянию на апрель 2024 года, предоставленной с заявлением № 39-04/3236 от 15 мая 2024 года; обязать ТУ Росимущества по Калининградской области в срок не позднее одного месяца со дня вступления решения в законную силу заключить с ФИО1 и ФИО2 соглашение о перераспределении земельных участков с кадастровыми номерами <данные изъяты>, по которому площадь земельного участка, образуемого в результате перераспределения, составляет 970 кв.м.

Решением Светлогорского городского суда Калининградской области от 29 января 2026 года административные исковые требования ФИО1, ФИО2 удовлетворены.

Признан незаконным отказ Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Калининградской области в утверждении схемы распределения земельного участка на кадастровом плане территории и перераспределении земельных участков, изложенный в письме от 18 июля 2025 года исх. № 39-04/5385.

На Территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Калининградской области возложена обязанность утвердить схему расположения земельного участка на кадастровом плане территории от 04.2024, составленную ООО «Кадастр и Геодезия», предоставленную вместе с заявлением № 39-04/3236 от 15 мая 2024 года и заключить с ФИО1 и ФИО2 соглашение о перераспределении земельных участков с кадастровыми номерами <данные изъяты>, в результате которого образуется земельный участок площадью 970 кв.м.

В апелляционной жалобе административный ответчик Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Калининградской области просит решение суда отменить, принять новое решение об отказе в иске. Продолжает настаивать о наличии оснований для отказа в утверждении схемы и заключении соглашения о перераспределении земельных участков, изложенных в оспариваемом ответе, в том числе о том, что разные виды разрешенного использования могут явиться основанием для отказа в заключении соглашения.

В письменных возражениях представитель административного истца ФИО1 – ФИО3 просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Административные истцы ФИО1, ФИО2, административный ответчик Территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Калининградской области в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, о причинах неявки не сообщили, с ходатайствами об отложении судебного заседания не обращались, в связи с чем, с учетом положений статей 150, 307 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее – КАС РФ), судебная коллегия определила возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив законность и обоснованность решения, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что 20 июня 2001 года между администрацией Светлогорского городского округа и ФИО4, ФИО1 в своих интересах и в интересах несовершеннолетней ФИО5 был заключен договор о передаче жилого помещения в собственность граждан. ФИО4 являлся собственником <данные изъяты> в праве одноэтажного жилого дома, общей площадью <данные изъяты>.

Решением Светлогорского городского суда Калининградской области от 10 февраля 2016 года за ФИО1 признано право собственности на 74/300 доли жилого дома, расположенного по адресу: <данные изъяты>.

В настоящее время правообладателями здания (жилого дома) с кадастровым номером <данные изъяты> по адресу: <данные изъяты> являются ФИО1, ФИО2, что подтверждается сведениями ЕГРН. (т. 1 л.д. 111-113)

Вышеуказанный жилом дом расположен на земельном участке с кадастровым номером <данные изъяты>, площадью <данные изъяты> (т. 1 л.д. 115-122)

Земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> является смежным с многоконтурным земельным участком с кадастровым номером <данные изъяты>, что подтверждается заключением кадастрового инженера ФИО6 от 15 декабря 2025 года. (т. 1 л.д. 189)

Земельный участок с кадастровым номером 39:17:020002:29, площадью 39634 кв.м, категория земель - земли населенных пунктов, с видом разрешенного использования - округ санитарной охраны курорта федерального значения, является собственностью Российской Федерации. В пределах участка расположены объекты недвижимости с кадастровыми номерами 39<данные изъяты>. (т. 1 л.д. 86-109)

Распоряжением администрации Светлогорского городского округа № 95-р от 9 марта 2004 года на основании договора передачи жилого помещения в собственность граждан № 82 от 20 июня 2001 года, передаточного акта к договору приватизации жилого помещения, утвержден проект границ земельного участка по адресу: <данные изъяты> без выделения долей в натуре для ФИО4, ФИО5, ФИО1 с целевым использованием – эксплуатация жилого дома, для заключения договора аренды.

На основании распоряжения № 146-р от 24 февраля 2005 года согласовано создание путем раздела земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> площадью <данные изъяты> и земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>. ( т. 1 л.д. 182-184)

Право собственности Российской Федерации на земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> зарегистрировано на основании заявления представителя Территориального управления Министерства имущественных отношений Российской Федерации.

Договором аренды № ФС/2005/07-171 от 2 августа 2005 года вновь образованный земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты>, расположенный по адресу, <данные изъяты> с видом разрешенного использования - для индивидуального жилищного строительства, Территориальным управлением Федерального агентства по управлению федеральным имуществом в Калининградской области передан в аренду ФИО1, ФИО4 и ФИО5 сроком по 28 июля 2054 года на основании заявления последних и распоряжения № 347-р от 29 июля 2005 года.

Соглашением от 9 декабря 2008 года внесены изменения в указанный договор аренды земельного участка с учетом государственной регистрации права общей долевой собственности (148/300) ФИО1 и ФИО4 (74/300) на жилой дом <данные изъяты>, который расположен в пределах земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>.

На основании распоряжения № 386-р от 3 ноября 2022 года ФИО1 и ФИО2 земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> площадью <данные изъяты> с видом разрешенного использования - для эксплуатации жилого дома предоставлен в собственность.

13 ноября 2023 года истцы обратились к ответчику с совместным заявлением об увеличении площади указанного участка за счет примыкающего к нему земельного участка с кадастровым номером 39:17:020002:29, находящегося в собственности ответчика, путём перераспределения земельных участков и о заключении с ними соглашения о перераспределении земельных участков на основании пункта 3 части 1 статьи 39.28 Земельного кодекса Российской Федерации с приложением схемы расположения земельного участка на кадастровом плане территории (вход. № 39-478-ж от 13 ноября 2023 года).

Письмом исх. № 39-04/8301 от 8 декабря 2023 года административный ответчик отказал ФИО1 и ФИО2 в перераспределении земельных участков и заключении соответствующего соглашения.

Устранив причины отказа и скорректировав схему образуемого земельного участка, истцы повторно обратились к ответчику 15 апреля 2024 года вх. № 39- 346-Ж.

Письмом ТУ Росимущества в Калининградской области от 15 мая 2024 года исх. № 39-04/3236 ФИО1 и ФИО2 отказано в удовлетворении заявления на основании подп. 1 п. 9 ст. 39.29 Земельного кодекса Российской Федерации в связи с тем, что подано заявление в случае, не предусмотренном п. 1 ст. 39.28 Земельного кодекса Российской Федерации, поскольку земельный участок с кадастровым <данные изъяты> используется для эксплуатации и обслуживания существующего жилого дома, а согласно подп. 3 п. 1 ст. 39.28 Земельного кодекса Российской Федерации допускается перераспределение земель и (или) земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, и земельных участков, находящихся в собственности граждан и предназначенных для ведения личного подсобного хозяйства, гражданами садоводства или огородничества для собственных нужд, индивидуального жилищного строительства.

Истцы, не согласившись с отказом ТУ Росимущества от 15 мая 2024 года исх. № 39-04/3236, обжаловали его в судебном порядке.

Решением Светлогорского городского суда Калининградской области от 19 декабря 2024 года, оставленным без изменения апелляционным определением Калининградского областного суда от 18 июня 2025 года, требования ФИО1 и ФИО2 удовлетворены частично. Признан незаконным отказ Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Калининградской области в утверждении схемы расположения земельного участка на кадастровом плане территории и перераспределении земельных участков, изложенный в письме от 15 мая 2024 года № 39-04/323, на Территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Калининградской области возложена обязанность повторно рассмотреть заявление ФИО1, ФИО2 от 15 апреля 2024 года. (т. 1 л.д. 13-20, 24-31)

8 июля 2025 года административные истцы обратились к ответчику с заявлением исполнить судебный акт и повторно рассмотреть их совместное заявление. (т. 1 л.д. 21)

Ответом от 18 июля 2025 года исх. № 39-04/5385 ТУ Росимущества по Калининградской области, ссылаясь на подп. 9 п. 9 ст. 39.29 Земельного кодекса Российской Федерации, вновь отказало ФИО1 и ФИО2 в утверждении схемы перераспределения земельных участков, указав, что земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> является многоконтурным, при этом многоконтурные участки не могут быть образованы в результате объединения земельных участков, не имеющих общих границ, из испрашиваемой территории возможно образовать самостоятельный земельный участок, земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> (вид разрешенного использования для ИЖС.3) и земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> (вид разрешенного использования – округ санитарной охраны курорта федерального значения) имеют разные виды разрешенного использования, схема не соответствует пп. 6 и 9 ст. 11.9 Земельного кодекса Российской Федерации. Дополнительно указано, что Арбитражным судом Калининградской области вынесено решение по делу № А21-16104/2024 об обязании передать в муниципальную собственность земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты>, в связи с чем утверждение схемы является преждевременны. (т. 1 л.д. 22-23, 75-79)

Указание ответчика со ссылкой на письмо Минэкономразвития РФ от 22.12.2009 № 22409-ИМ/Д23 «Особенности подготовки документов, необходимых для осуществления государственного кадастрового учета многоконтурных земельных участков, осуществления такого учета и предоставления сведений государственного кадастра недвижимости о многоконтурных земельных участках» о невозможности перераспределения земельных участков в связи с тем земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> является многоконтурным суд первой инстанции признал необоснованным.

Согласно заключению кадастрового инженера ФИО6 от 15 декабря 2025 года (т. 1 л.д. 189-193) многоконтурный земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> состоит из 6 контуров. Земельный участок истцов находится внутри контура № 2, в связи с чем испрашиваемый истцами земельный участок площадью <данные изъяты> может быть образован путем перераспределения только из части контура № 2 многоконтурного земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>.

Земельные участки образуются при разделе, объединении, перераспределении земельных участков или выделе из земельных участков, а также из земель, находящихся в государственной или муниципальной собственности (п. 1 ст. 11.2 Земельного кодекса Российской Федерации).

В силу положений пункта 1 статьи 11.6 Земельного кодекса Российской Федерации при объединении смежных земельных участков образуется один земельный участок, и существование таких смежных земельных участков прекращается.

С учетом изложенного, суд пришел к выводу о том, что многоконтурный земельный участок может быть перераспределен с другим земельным участком, в случае если такие земельные участки являются смежными.

Факт того, что принадлежащий административным истцам земельный участок и многоконтурный земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> (в части контура № 2) являются смежными, подтверждается заключением кадастрового инженера ФИО6 от 15 декабря 2025 года (т. 1 л.д. 189-193), в котором также приведена схема, на которой отражена общая граница земельных участков.

Кроме того, судом указано, что разъяснения, изложенные в письме Минэкономразвития России, не применимы к данной ситуации, не содержат правовых норм или общих правил, конкретизирующих нормативные предписания, не являются нормативными правовыми актами, имеют информационный характер.

Суд также не согласился с обоснованностью указания ответчика о невозможности утверждении схемы расположения земельного участка в целях заключении соглашения о перераспределении земельных участков по причине различных видов разрешенного использования и возможности образования самостоятельного участка из испрашиваемой территории.

Из положений подп. 3 п. 1 ст. 39.18 Земельного кодекса Российской Федерации следует, что допускается перераспределение земель и (или) земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, и земельных участков, находящихся в собственности граждан и предназначенных для ведения личного подсобного хозяйства, огородничества, садоводства, индивидуального жилищного строительства, при условии, что площадь земельных участков, находящихся в собственности граждан, увеличивается в результате этого перераспределения не более чем до установленных предельных максимальных размеров земельных участков.

Как следует из заключения кадастрового инженера ФИО6 от 15 декабря 2025 года, принадлежащий административным истцам земельный участок с кадастровым номером 39:17:020002:23, а также образуемый путем перераспределения земельный участок ЗУ1, находятся в зоне застройки индивидуальными жилыми домами – Ж-4.

В силу положений п. 3 ст. 11.2 Земельного кодекса Российской Федерации (действующей на дату вынесения решения) целевым назначением и разрешенным использованием образуемых земельных участков признаются целевое назначение и разрешенное использование земельных участков, из которых при разделе, объединении, перераспределении или выделе образуются земельные участки, за исключением случаев, установленных федеральными законами.

В соответствии с законодательством в отношении земельных участков в зависимости от их целевого назначения и разрешенного использования устанавливаются их предельные минимальные и максимальные размеры.

Согласно п. 152 Правил землепользования и застройки городского округа «Город Светлогорск», утвержденных приказом Министерства градостроительной политики Калининградской области № 227 от 10 июля 2024 года, зона застройки индивидуальными жилыми домами (Ж-4) установлена для обеспечения возможности застройки преимущественно индивидуальными жилыми домами, домами блокированной жилой застройки и сопутствующими объектами в сфере услуг и первичной ступени культурно-бытового, коммунального, социального обслуживания, а также сопутствующими объектами инженерной и транспортной инфраструктур. Перечень основных видов разрешенного использования земельных участков и объектов капитального строительства предполагает, в том числе размещение жилого дома (код 2.1 – для индивидуального жилищного строительства).

В указанной территориальной зоне установлен минимальный размер земельных участков для индивидуального жилищного строительства, равный <данные изъяты>.

В данном случае из содержания представленной административными истцами в уполномоченный орган схемы расположения земельного участка на кадастровом плане территории следует, что образование земельного участка путем перераспределения, площадью <данные изъяты>, требуется им под размещение (эксплуатацию) индивидуального жилого дома. При этом площадь земельного участка, находящегося в собственности истцов, увеличивается в результате этого перераспределения не более чем до установленных предельных максимальных размеров земельных участков, что соответствует требованиям подп. 3 п. 1 ст. 39.18 Земельного кодекса Российской Федерации.

Как видно из представленной для утверждения схемы (т. 1 л.д. 144) и подтверждается заключением кадастрового инженера, испрашиваемая в целях перераспределения земельных участков территория земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>. Следовательно, из перераспределяемой части земельного участка государственной собственности (370 кв.м) не может быть образован самостоятельный земельный участок под ИЖС, поскольку его площади недостаточно – до установленного минимального размера участка, равного <данные изъяты>. Для зоны Ж-4 предусмотрены также и другие виды разрешенного использования, для которых в правилах землепользования и застройки минимальные и максимальные размеры участков не подлежат установлению.

Из дополнительного заключения кадастрового инженера ФИО6 от 21 января 2026 года следует, что сформировать самостоятельный земельный участок из перераспределяемой части (370 кв.м) земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> с учетом требований к образуемым и измененным земельным участкам, изложенным в статьей 11.9 Земельного кодекса Российской Федерации, невозможно. Данный вывод обоснован тем, что образование самостоятельного земельного участка площадью всего <данные изъяты> под предусмотренные территориальной зоной виды разрешенного использования приведет к невозможности размещения объектов недвижимости и другим препятствующим рациональному использованию и охране земель недостаткам (п. 6 ст. 11.9 Земельного кодекса Российской Федерации), с учетом предусмотренных правилами землепользования и застройки отступов от границы земельного участка - 3 м, а от красной линии улицы – 5 м. Соблюдая данные отступы, на таком маленьком участке невозможно разметить здание под указанные выше виды разрешенного использования.

Таким образом, суд пришел к выводу о том, что представленными суду административными истцами доказательствами опровергается наличие оснований для отказа в заключении соглашения о перераспределении, предусмотренных п. 9 ст. 39.29 Земельного кодекса Российской Федерации, на которые ссылается ТУ Росимущества в Калининградской области в оспариваемом ответе.

С учетом изложенного, а также принимая во внимание то, что оспариваемое решение не содержит указания на обстоятельства, свидетельствующие о возможности формирования земельного участка без нарушения требований статьи 11.9 Земельного кодекса Российской Федерации, суд указал на то, что оспариваемое решение ТУ Росимущества в Калининградской области в этой части также является необоснованным.

В соответствии с п. 7 ст. 11.9 Земельного кодекса Российской Федерации не допускается образование земельного участка, границы которого пересекают границы территориальных зон, лесничеств, за исключением земельного участка, образуемого в целях осуществления пользования недрами, строительства, реконструкции, эксплуатации линейных объектов, их неотъемлемых технологических частей, гидротехнических сооружений, а также строительства водохранилищ, иных искусственных водных объектов. При выявлении пересечения границ земельных участков с границами территориальных зон (за исключением земельных участков, границы которых могут пересекать границы территориальных зон в соответствии с настоящим пунктом), лесничеств устранение такого пересечения осуществляется в порядке, установленном федеральным законом. Если иное не установлено федеральным законом, не является препятствием для образования земельного участка наличие пересечения границ земельных участков с границами зон с особыми условиями использования территорий, границами территорий, в отношении которых устанавливается публичный сервитут (далее - границы публичного сервитута), территорий объектов культурного наследия, особо охраняемых природных территорий, особых экономических зон, охотничьих угодий, территорий опережающего развития, игорных зон, территории, в отношении которой принято решение о резервировании земель для государственных или муниципальных нужд, Байкальской природной территории и ее экологических зон.

Основания, при которых соглашение о перераспределении не может быть заключено, предусмотрены пунктами 7, 8 статьи 39.27 Земельного кодекса Российской Федерации, а также пунктом 9 статьи 39.29 Земельного кодекса Российской Федерации.

При этом указанные положения не содержат оснований для отказа в перераспределении земельных участков в случае, если у перераспределяемых земельных участков различные виды разрешенного использования.

При таком положении суд пришел к выводу о том, что различие видов разрешенного использования перераспределяемых между собой земельных участков не является препятствием для перераспределения таких земельных участков. При этом в таком случае за образованными земельными участками сохраняется разрешенное использование исходных земельных участков (пункт 3 статьи 11.2 Земельного кодекса Российской Федерации).

Кроме того, как следует из представленных суду документов и подтверждается заключением кадастрового инженера ФИО6 от 21 января 2026 года, земельные участки с кадастровыми номерами <данные изъяты> находятся в территориальной зоне Ж-4 – зоне застройки индивидуальными жилыми домами.

Также из заключения специалиста следует, что перераспределение земельных участков в данном случае не противоречит положениям п. 3 ст.11.2 Земельного кодекса Российской Федерации, поскольку земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> как был с видом разрешенного использования «под индивидуальное жилищное строительство», так и останется с таким видом разрешенного использования, но увеличится его площадь <данные изъяты>). Земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> также сохранит вид разрешенного использования. Никаких новых видов разрешенного использования при этом перераспределении не возникает.

Не соглашаясь с наличием оснований для отказа в утверждении схемы, предусмотренных пп. 6 и 9 ст. 11.9 Земельного кодекса Российской Федерации, суд указал следующее.

В соответствии с положениями п. 6 ст. 11.9 Земельного кодекса Российской Федерации образование земельных участков не должно приводить к вклиниванию, вкрапливанию, изломанности границ, чересполосице, невозможности размещения объектов недвижимости и другим препятствующим рациональному использованию и охране земель недостаткам, а также нарушать требования, установленные настоящим Кодексом, другими федеральными законами.

Пунктом 9 ст. 11.9 Земельного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случае, если образование земельного участка приводит к пересечению его границ с границами зон с особыми условиями использования территорий, границами публичного сервитута, границами особо охраняемых природных территорий, границами территории, в отношении которой принято решение о резервировании земель для государственных или муниципальных нужд, Байкальской природной территории и ее экологических зон, возмещение убытков в связи с ограничениями прав на землю, возникающими при таком пересечении (при возникновении этих убытков), осуществляется в соответствии со статьями 57 и 57.1 настоящего Кодекса.

Однако доказательств, свидетельствующих о том, что образование нового земельного участка приведет к вклиниванию, вкрапливанию, изломанности границ, чересполосице, невозможности размещения объектов недвижимости и другим препятствующим рациональному использованию и охране земель недостаткам, а равно о наличии обстоятельств, указанных в п. 9 ст. 11.9 Земельного кодекса Российской Федерации, в оспариваемом ответе не приведено.

Напротив, представленным суду административным истцами заключением кадастрового инженера ФИО6 от 15 декабря 2025 года подтверждается то, что образование земельного участка не противоречит требованиям законодательства о формировании земельных участков, предусмотренных статьей 11.9 Земельного кодекса Российской Федерации, в том числе, образование указанного земельного участка не приводит к вклиниванию, вкрапливанию, изломанности границ, чересполосице, невозможности размещения объектов недвижимости и другим препятствующим рациональному использованию и охране земель недостаткам. Схема перераспределения земельных участков соответствует установленным требованиям, в частности, изложенным в ст. 11.10 Земельного кодекса Российской Федерации, Приказе Росреестра от 19.04.2022 № П/0148 (ред. от 22.10.2024) "Об утверждении требований к подготовке схемы расположения земельного участка или земельных участков на кадастровом плане территории и формату схемы расположения земельного участка или земельных участков на кадастровом плане территории при подготовке схемы расположения земельного участка или земельных участков на кадастровом плане территории в форме электронного документа, формы схемы расположения земельного участка или земельных участков на кадастровом плане территории, подготовка которой осуществляется в форме документа на бумажном носителе".

Заключение кадастрового инженера ФИО12 судом признано относимым и допустимым доказательством по делу, подтверждающим соблюдение требований действующего законодательства по образованию земельного участка путем перераспределения при утверждении схемы расположения земельного участка на кадастровом плане территории. Выводы, содержащиеся в указанном заключении, административным ответчиком не оспорены.

С учетом установленных судом обстоятельств и приведенных выше норм закона, суд пришел к выводу о наличии предусмотренных подпунктом 3 пункта 1 статьи 39.28 Земельного кодекса Российской Федерации оснований для перераспределения земель и (или) земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, и земельных участков, находящихся в частной собственности в соответствии с предложенной истцами схемой, и об отсутствии законных оснований для отказа в ее утверждении и в заключении соглашения о перераспределении земельных участков.

Как указано судом, само по себе наличие не вступившего в законную силу решения Арбитражного суда Калининградской области по делу № А21-16104/2024 о понуждении ТУ Росимущества в Калининградской области передать в собственность муниципального образования «Светлогорский городской округ» земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> не является основанием для отказа административным истцам в утверждении схемы и заключения соглашения о перераспределении, поскольку процедура передачи земельного участка из государственной в муниципальную собственность не завершена, участок из собственности Российской Федерации не выбывал, следовательно, рассмотрение дела, предметом которого является передача земельного участка в муниципальную собственность, не может влиять на реализацию прав административных истцов на перераспределение земельных участков, в том числе с учетом того, что соответствующее заявление ими было подано еще в 2024 году.

Судом также отмечено, что в настоящее время определением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 8 октября 2025 года производство по делу №А21-16104/2024 приостановлено до окончательного судебного акта по делу № А21-13214/2024, которое постановлением Арбитражного суда Северо-западного округа от 19 декабря 2025 года направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Калининградской области.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что оспариваемое решение не соответствует закону и нарушает права административных истцов, поскольку оно не содержит указания на фактические основания для отказа в утверждении схемы расположения земельного участка и заключения соглашения о перераспределении земельных участков, при том, что в заявлении о перераспределении истцами указаны все сведения, перечисленные в п. 2 ст.39.29 Земельного кодекса Российской Федерации, а представленная схема соответствует требованиям п. 3 ст. 39.29 Земельного кодекса Российской Федерации. Заявление подано в случае, предусмотренном подпунктом 3 пункта 1 статьи 39.28 Земельного кодекса Российской Федерации, поскольку данном случае перераспределение касается земельного участка, находящегося в государственной собственности, и земельного участка для индивидуального жилищного строительства, при этом площадь земельного участка истцов увеличивается в результате этого перераспределения не более чем до установленных предельных максимальных размеров земельных участков.

Учитывая, что ТУ Росимущества в Калининградской области ранее уже отказало административным истцам в утверждении схемы расположения земельного участка на кадастровом плане территории и заключении соглашения о перераспределении земельных участков и при повторно рассмотрении заявления не привело оснований для отказа в утверждении схемы и заключения соглашения, суд счел необходимым возложить на административного ответчика обязанность восстановить нарушенные права административных истцов путем утверждения схемы и заключения соглашения.

Судебная коллегия с выводами суда первой инстанции соглашается, поскольку они основаны на правильном применении норм материального и процессуального права и представленных сторонами доказательствах, которые исследованы судом и которым судом в решении дана надлежащая правовая оценка.

В п. 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 17.07.2019) разъяснено, что при решении вопроса о правомерности перераспределения земельных участков из земель, государственная собственность на которые не разграничена, необходимо установить наличие оснований для перераспределения, указанных в п. 1 ст. 39.28 Земельного кодекса Российской Федерации, а также отсутствие оснований для отказа в заключении соглашения о перераспределении земельных участков, перечисленных в п. 9 ст. 39.29 Земельного кодекса Российской Федерации.

При подаче заявления об утверждении схемы земельного участка с целью его перераспределения истцы ссылались на положения подп. 3 п. 1 ст. 39.28 Земельного кодекса Российской Федерации, согласно которым допускается перераспределение земель и (или) земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, и земельных участков, находящихся в собственности граждан и предназначенных для ведения личного подсобного хозяйства, огородничества, садоводства, индивидуального жилищного строительства, при условии, что площадь земельных участков, находящихся в собственности граждан, увеличивается в результате этого перераспределения не более чем до установленных предельных максимальных размеров земельных участков.

Как установлено судом, условия подп. 3 п. 1 ст. 39.28 Земельного кодекса Российской Федерации соблюдены, оснований для отказа в заключении соглашения о перераспределении земельных участков, перечисленных в п. 9 ст. 39.29 Земельного кодекса Российской Федерации, административным ответчиком не приведено, в связи с чем суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о незаконности оспариваемого решения, а поскольку заявление рассматривалось повторно после судебного спора, судом обоснованно с целью устранения допущенных нарушений прав административных истцов возложена на административного ответчика обязанность утвердить схему и заключить соглашение.

Суд первой инстанции правильно определил обстоятельства, имеющие значение для разрешения спорных правоотношений, представленным сторонами доказательствам дал надлежащую оценку, спор разрешил в соответствии с материальным и процессуальным законом.

Доводы апелляционной жалобы были предметом рассмотрения суда первой инстанции, им дана надлежащая оценка, подробно изложенная в решении суда, с которой соглашается судебная коллегия. Они не опровергают выводы суда первой инстанции, в жалобе не содержатся обстоятельства, которые нуждались бы в дополнительной проверке.

Несогласие подателя жалобы с выводами суда, иное толкование положений законодательства, не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Каких-либо доводов, которые могли бы повлиять на правильность принятого судом решения, апелляционная жалоба не содержит.

Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом первой инстанции не допущено, в связи с чем оснований для отмены или изменения состоявшегося судебного акта не имеется.

При таком положении судебная коллегия приходит к выводу, что решение суда первой инстанции подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

Руководствуясь ст.ст. 309, 311 КАС РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Светлогорского городского суда Калининградской области от 29 января 2026 года оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Кассационная жалоба может быть подана в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного определения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 23 апреля 2026 года.

Председательствующий

Судьи