Решение № 2-990/2019 2-990/2019~М-65/2019 М-65/2019 от 10 февраля 2019 г. по делу № 2-990/2019

Дело № 2-990/2019


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

«11» февраля 2019 года г. Челябинск

Калининский районный суд г. Челябинска в составе:

председательствующего судьи Максимовой Н.А.,

с участием прокурора Пряловой Д.Н.,

при секретаре Лежневой М.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «Челябинский электрометаллургический комбинат» о компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с иском к акционерному обществу «Челябинский электрометаллургический комбинат» (далее по тексту АО «ЧЭМК») о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 250 000 рублей (л.д. 3-4).

В обоснование заявленных требований истец указал, что в период с 06 сентября 1968 года по 29 декабря 1984 года и с 01 мая 1995 года по 06 июня 2014 года работал на Челябинском электрометаллургическом комбинате (в настоящее время АО «ЧЭМК»). 23 июня 2010 года ему был установлен диагноз профессионального заболевания ***, а впоследствии утрата профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием в размере 50 % и *** группа инвалидности. Актом расследования профессионального заболевания от 25 июня 2010 года установлено, что профессиональное заболевание возникло в результате длительного воздействия на организм человека вредных производственных факторов, вины истца в профессиональном заболевании не выявлено. В результате полученного заболевания истцу причинен моральный вред, поскольку он испытал и испытывает в настоящее время физические страдания, выражающиеся в постоянных загрудинных болях, кашле, повышенной потливости, быстрой утомляемости. Также истец испытывает нравственные страдания, выражающиеся в страхе за свою жизнь, переживаниях из-за невозможности вести прежний образ жизни, недосыпаниях из-за приступов удушья, переживаниях из-за необходимости постоянного использования ингалятора для восстановления дыхания, страхе забыть дома ингалятор или потерять его, истец вынужден ограничивать себя в общении с другими людьми.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО2, допущенный к участию в деле по устному ходатайству истца, заявленные требования поддержали в объеме и по основаниям, указанным в иске.

Представитель ответчика АО «ЧЭМК» ФИО3, действующая на основании доверенности от (дата), исковые требования признала частично, представила письменные пояснения по делу, в которых факт причинения ФИО1 морального вреда действиями ответчика не оспаривала, однако полагала сумму компенсации морального вреда завышенной. Указывала на то, что истцу было известно о вредном характере его работы. Ссылалась на отсутствие у ответчика умысла на причинение вреда здоровью истца. Кроме того, утверждала, что моральный вред причинен не только ответчиком, но и иными предприятиями, на которых истец также работал во вредных условиях труда (л.д. 44-45).

Суд, выслушав стороны, заслушав заключение прокурора, полагавшего требования истца подлежащими частичному удовлетворению, исследовав письменные материалы дела, оценив и проанализировав их по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, находит иск подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства.

Согласно ч. 1, 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. Каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В силу положений ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации, введенного в действие с 01 февраля 2002 года, обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить, в том числе: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; приобретение и выдачу за счет собственных средств специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты, смывающих и обезвреживающих средств, прошедших обязательную сертификацию или декларирование соответствия в установленном законодательством Российской Федерации о техническом регулировании порядке, в соответствии с установленными нормами работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, а также на работах, выполняемых в особых температурных условиях или связанных с загрязнением; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты; проведение аттестации рабочих мест по условиям труда с последующей сертификацией организации работ по охране труда; информирование работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о риске повреждения здоровья и полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты; расследование и учет в установленном настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации порядке несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии с п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному лицу морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Как установлено судом, в периоды с 06 сентября 1968 года по 31 мая 1969 года истец ФИО1 работал на Челябинском Ордена Ленина электрометаллургическом комбинате (в настоящее время АО «ЧЭМК») в качестве ученика слесаря в учебно-производственном участке, с 01 июня 19659 года по 04 ноября 1969 года – дежурным электрослесарем в цехе КИПиА, с 03 января 1972 года по 29 декабря 1984 года – в качестве электрослесаря силового и печного оборудования, электромонтера силового и печного оборудования, электромонтера по ремонту кранового оборудования в ферросплавном цехе №.

Кроме того, в период с 07 января 1985 года по 28 апреля 1995 года ФИО1 работал на в Челябинском специализированном строительно-монтажном управлении № треста «Уралметаллургремонт» (в последствии переименованном в Челябинскую специализированную ремонтно-строительную фирму № акционерного общества «Уралметаллургремонт») в качестве постоянно занятого электромонтера по ремонту и обслуживанию металлургического оборудования, электромонтера по ремонту электрооборудования, неосвобожденным бригадиром на участке № ферросплавного производства.

В период с 01 мая 1995 года по 31 мая 1996 года ФИО1 работал в ТОО «Альт» в качестве постоянно занятого электромонтера по ремонту и обслуживанию металлургического оборудования ферросплавного производства.

Также в период с 04 июня 1996 года по 06 июня 2014 года ФИО1 работал в ОАО «ЧЭМК» (в настоящее время АО «ЧЭМК») в качестве электромонтера по ремонту оборудования печей в плавильном цехе № ферросплавного производства.

В период с 01 апреля 1997 года по 31 марта 1999 года ФИО1 работал в ООО Торговый дом «Центр пищевой индустрии» в арендуемом у ОАО «ЧЭМК» плавильном цехе № ферросплавного производства в качестве электромонтера по ремонту электрооборудования печей.

С 01 апреля 1999 года по 06 июня 2014 года истец ФИО1 работал в ОАО «ЧЭМК» (в настоящее время АО «ЧЭМК») в качестве электромонтера по ремонту электрооборудования печей, электромонтера по ремонту и обслуживанию электрооборудования в плавильном цехе № ферросплавного производства.

Указанные выше обстоятельства подтверждаются копией трудовой книжки (л.д. 7-9), копией личной карточки, заявлениями ФИО1, трудовым договором (л.д. 52-62), сторонами по делу не оспаривались.

В период работы истца ФИО1 на ОАО «ЧЭМК» (в настоящее время АО «ЧЭМК»), 25 июня 2010 года, актом о случае профессионального заболевания установлено, что ФИО1 работал в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, при работе в плавильном цехе ферросплавного производства.

Плавильный цех № является самостоятельным структурным подразделением АО «ЧЭМК» по выплавке ферросплавов (феррохрома различных марок) с непрерывным циклом работы. В обязанности электромонтера по ремонту печного силового оборудования и автоматики входит проведение профилактических ремонтов электрооборудования (печного, силового, электромостовых кранов), участие совместно с подрядными организациями в проведении капитальных ремонтов, оборудования. В обязанности электромонтера по ремонту и обслуживанию электрооборудования на горячих участках работ входит оперативное техническое обслуживание электрооборудования печей, кранов печного пролетов, разливочного пролетов в условиях действующего производства. На электромонтера воздействуют высоко-опасные АПДФ, канцерогены, аллергены, производственный шум, инфразвук, неионизирующие поля, излучение, неблагоприятный производственный микроклимат и световая среда. Длительность воздействия вредных профессиональных факторов до 90%.

Из акта следует, что при медицинском осмотре ФИО1 установлен диагноз профессионального заболевания ***, которое возникло в результате длительного воздействия на организм человека вредных производственных факторов.

Этим же актом установлено, что условия труда, в которых осуществлял свои трудовые функции ФИО1, с учетом комбинированного и сочетанного воздействия всех вредных факторов производственной среды и трудового процесса, относятся к вредному классу четвертой степени.

Лицами, допустившими нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и нормативных актов, являются должностные лица ОАО «ЧЭМК», вины работника в ходе проверки не установлено (л.д. 11).

По сообщению ФКУ «ГБ МСЭ по Челябинской области» Минтруда России (л.д. 37), 29 июля 2010 года ФИО1 впервые было установлено 20 % утраты профессиональной трудоспособности по профессиональному заболеванию *** сроком на один год.

Данный процент утраты трудоспособности сохранялся до 2012 года.

При очередном переосвидетельствовании 01 августа 2012 году, процент утраты трудоспособности увеличен до 40 %.

Данный процент утраты трудоспособности сохранялся до 2015 года.

При освидетельствовании 21 июля 2015 года установлено 50 % утраты профессиональной трудоспособности, и указанный процент утраты трудоспособности сохраняется до настоящего времени.

Кроме того, истцу установлена *** группа инвалидности в связи с профессиональным заболеванием бессрочно.

Указанные обстоятельства подтверждаются соответствующими справками (л.д. 13), программой реабилитации (л.д. 12), выкопировкой из медицинской карты истца (л.д. 40-43), сторонами по делу не оспаривалось.

Совокупность указанных выше доказательств, позволяет суду придти к выводу о том, что производство, в том числе в цехах АО «ЧЭМК», где осуществлял свои трудовые функции истец, связано с повышенной опасностью для окружающих, является источником повышенной опасности; исходя из выводов, изложенных в акте расследования профессионального заболевания, возникновение вреда не связано с непреодолимой силой или умыслом потерпевшего, а потому обязанность возместить вред, причиненный истцу, возникает у ответчика независимо от наличия либо отсутствия вины работника.

Учитывая, что профессиональное заболевание у ФИО1 возникло в связи с длительным воздействием на организм вредных производственных веществ, истец длительное время проработал, в том числе во вредных условиях труда на АО «ЧЭМК», при этом представитель ответчика не оспаривал факт возникновения у истца профессионального заболевания в связи с работой на АО «ЧЭМК» и вредный характер условий труда, в которых работал истец, суд приходит к выводу о доказанности причинно-следственной связи между трудовой деятельностью истца на АО «ЧЭМК» и наступившими неблагоприятными последствиями – профессиональным заболеванием.

Доводы представителя ответчика о грубой неосторожности истца, повлекшей усугубление вреда его здоровью, суд находит несостоятельными, поскольку, продолжая работать после установления профессионального заболевания, он реализовывал конституционное право на труд, при этом законодательством – ранее действующим Кодексом законов о труде РСФСР (ст. 139) и ныне действующим Трудовым кодексом Российской Федерации (ст. 212) – обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда в организации возлагаются на работодателя.

Согласно ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

С учетом установленных обстоятельств суд полагает доказанным факт причинения ФИО1 в результате воздействия вредных производственных факторов физических и нравственных страданий, связанных с развитием и течением у него профессионального заболевания, которые нарушают личные неимущественные права истца.

В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает характер и степень причиненных истцу физических и нравственных страданий, фактические обстоятельства причинения вреда – наличие профессионального заболевания, продолжительность периода, отработанного в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных факторов на АО «ЧЭМК», степень вины ответчика, возраст истца и степень утраты им трудоспособности (50 %), наличие группы инвалидности в связи с профессиональным заболеванием, прогрессирование заболевания, невозможность полного устранения последствий воздействия неблагоприятных факторов на здоровье истца, продолжительность работы во вредных условиях труда на других предприятиях, требования разумности и справедливости, и считает возможным взыскать в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 140 000 рублей.

Оснований для удовлетворения требований истца в заявленном размере 250 000 рублей суд не находит.

Учитывая положение ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации о взыскании с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, государственной пошлины, от уплаты которых истец был освобожден, с АО «ЧЭМК» также подлежит взысканию в доход муниципального бюджета государственная пошлина в размере 300 рублей, исчисленная в соответствии с подп.3 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 12, 103, 193, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «Челябинский электрометаллургический комбинат» о компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Челябинский электрометаллургический комбинат» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, 140 000 рублей, в остальной части в иске отказать.

Взыскать с акционерного общества «Челябинский электрометаллургический комбинат» в доход муниципального бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Челябинский областной суд через Калининский районный суд г. Челябинска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Н.А. Максимова