Решение № 2-365/2024 2-6/2025 2-6/2025(2-365/2024;)~М-1|2010315/2024 М-1|2010315/2024 от 27 января 2025 г. по делу № 2-365/2024

гражданское дело № 2-6/2025 (2-365/2024)

УИД: 26RS0006-01-2024-000558-10


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

28 января 2025 года с. Арзгир

Арзгирский районный суд Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи Марусич А.И.,

с участием истца ФИО3

при секретаре Давыденко И.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к администрации Арзгирского муниципального округа Ставропольского края и ФИО4 о признании права собственности на недвижимое имущество в силу приобретательной давности,

установил:

ФИО3 обратилась в суд с исковым заявлением к администрации Арзгирского муниципального округа Ставропольского края о признании права собственности на недвижимое имущество в силу приобретательной давности, просила признать за ней право собственности на земельный участок категория земель: земли населенных пунктов, вид разрешенного использования, для ведения личного подсобного хозяйства, кадастровый номер № общей площадью 3300 кв. м., расположенный по адресу: <адрес>, и жилой дом общей площадью 79,0 кв. м., жилая площадь 49,8 кв. м., площадь жилого дома в пределах внутренних поверхностей наружных стен 90,5 кв.м., расположенный по адресу: <адрес>, в силу приобретательной давности.

Определением Арзгирского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 привлечена к участию в деле в качестве соответчика.

Истец ФИО3 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, просила их удовлетворить. Также пояснила, что в данном домовладении проживает более двадцати лет.

Представители ответчика администрации Арзгирского муниципального округа Ставропольского края в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, ходатайствовали о рассмотрении дела в отсутствие представителей.

Соответчик ФИО4 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом, ходатайств не представила.

Представители третьих лиц Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ставропольскому краю, Арзгирский отдел Управления Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по СК в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, ходатайств не представлено.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ, суд рассмотрел дело в отсутствие не явившихся участников процесса.

Исследовав письменные доказательства в их совокупности, выслушав доводы истца, а также принимая во внимание отсутствие мотивированных возражений у представителей ответчика и третьих лиц, суд находит исковые требования ФИО3 подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Из искового заявления следует, что с 2002 года и по настоящее время ФИО3 является собственником земельного участка категория земель: земли населенных пунктов, вид разрешенного использования, для ведения личного подсобного хозяйства, кадастровый номер № общей площадью 3300 кв.м., и жилого дома общей площадью 79,0 кв. м., жилая площадь 49,8 кв. м., площадь жилого дома в пределах внутренних поверхностей наружных стен 90,5 кв. м. расположенных по адресу: <адрес>.

Как установлено в судебном заседании, ФИО3 вышеуказанную недвижимость купила в 2002 году у ФИО1.

По договору ФИО3 полностью выплатила денежные средства. Со своей стороны, ФИО3 полностью выполнила все свои обязательства, предусмотренные Договором.

Продажа домовладения и земельного участка не была оспорена сторонами, не опротестована прокурором и являлась действительной правовой сделкой, в настоящее время договор купли-продажи был утерян.

Судом установлено, что согласно записи акта о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения умер ДД.ММ.ГГГГ году (л.д. 43).

Как следует из наследственного дела после смерти ФИО1, в наследство вступила его внучка ФИО4 (л.д. 46-62).

Согласно выписки из похозяйственной книги о наличии у гражданина права на земельный участок от ДД.ММ.ГГГГ, и.о. начальника, ведущим специалистом территориального отдела администрации Арзгирского муниципального округа <адрес> в <адрес> ФИО2, следует, что умершему гражданину ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, принадлежит на праве собственности земельный участок, предоставленный для ведения личного подсобного хозяйства, общей площадью 3300 кв. м., расположенный по адресу: <адрес>, о чем в похозяйственной книге №, лицевой счет № номер земельного участка 2ДД.ММ.ГГГГ-1996 г.г. территориальным отделом администрации Арзгирского муниципального округа <адрес> в <адрес> 07.10.2024г. сделана запись на основании постановления главы <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № (л.д. 18).

Постановлением администрации Арзгирского муниципального округа <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ адрес объекта недвижимости: земельный участок площадью 3300 кв. м., с кадастровым номером № ранее имевший адрес: <адрес>, земельный участок № изменен на новый адрес в административном делении: Российская Федерация, <адрес>, Арзгирский муниципальный округ, <адрес>, земельный участок № (л.д. 33).

Также из ответа от ДД.ММ.ГГГГ администрации Арзгирского муниципального округа <адрес>, следует, что объекты недвижимости жилой дом и земельный участок с кадастровым номером №, расположенные по адресу: <адрес> реестре муниципальной собственности Арзгирского муниципального округа <адрес> не числятся. Право собственности, в том числе и как выморочное на данные объекты недвижимости не регистрировалось (л.д. 63).

С 2002 года ФИО3 владеет имуществом открыто, не скрывает свои права на него, владение осуществляется ею непрерывно, имущество из её владения никогда не выбывало, и добросовестно, так как она предполагала, что владеет имуществом как собственник.

Судом установлено, что ФИО3 с момента приобретения недвижимости в собственность по адресу: <адрес> являлся добросовестным приобретателем недвижимости.

В п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что ответчиком по иску о признании права собственности в силу приобретательной давности является прежний собственник имущества.

В соответствии со ст. 8 ГК РФ, гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В течение более 22 лет ФИО3 являлась правообладателем недвижимости, расположенной по адресу: <адрес>, добросовестно, открыто и непрерывно владеет всей недвижимостью как собственным. Все это время, она несет бремя его содержания, т.е. владеет и пользуется как своим собственным имуществом.

Коммунальные услуги, поставляемые в данное домовладение, оплачивает ФИО3, что подтверждается копиями квитанций (л.д. 11-14).

Истцом за счет личных денежных средств в межрайонном отделе № Арзгирская группа ГБУ СК «Ставкрайимущество» была изготовлена техническая документация на недвижимое имущество, расположенное по адресу: <адрес> (л.д. 19-31).

Согласно Перечня выявленных препятствий при обращении за государственной регистрацией права собственности на объект недвижимого имущества, следует, что при обращении за государственной регистрацией права собственности на объект недвижимого имущества ФИО3 не представлены документы на вышеуказанный объект недвижимого имущества, необходимые для регистрации права, поэтому право собственности на вышеуказанную недвижимость возможно зарегистрировать на основании решения суда, вступившего в законную силу (л.д. 35).

Согласно сообщению из администрации Арзгирского муниципального округа <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что объекты недвижимости жилой дом и земельный участок расположенные по адресу: <адрес> реестре муниципальной собственности не числятся. Право собственности Арзгирского муниципального округа Ставропольского края, в том числе и как выморочное на данные объекты недвижимости не регистрировались (л.д. 63).

Статьей 234 ГК РФ установлено, что граждане, которые владеют недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет добросовестно, открыто и непрерывно, как своим собственным приобретают право собственности на это имущество. К указанному периоду времени можно присоединить все то время, в течение которого этим имуществом владел тот, чьим правопреемником это лицо является. При разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной, давности, необходимо учитывать следующее: давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности; давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности.

По смыслу положений ст. 234 ГК РФ право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено и в том случае, если владение началось по соглашению с собственником или иным лицом о передаче права собственности на данное имущество, однако по каким либо причинам такая сделка в надлежащей форме и установленном законом порядке не была заключена и переход права собственности не состоялся (лицо, намеренное передать вещь, не имеет соответствующих полномочий, не соблюдена форма сделки, не соблюдены требования о регистрации сделки

или перехода права собственности и т.п.).

Отсутствие надлежащего оформления сделки и прав на имущество применительно к положениям ст. 234 ГК РФ само по себе не означает недобросовестности давностного владельца. Напротив, данной нормой предусмотрена возможность легализации прав на имущество и возвращение его в гражданский оборот в тех случаях, когда переход права собственности от собственника, который фактически отказался от вещи или утратил к ней интерес. По каким либо причинам не состоялся. Но при условии длительного, открытого, непрерывного и добросовестного владения.

Гражданский кодекс Российской Федерации не содержит запрета на приобретение права собственности в силу приобретательной давности, если такое владение началось на основании соглашения с собственником или иным лицом о последующей передаче права собственности, но по каким-либо причинам сделка не была заключена и переход права собственности не состоялся (лицо, намеренное передать вещь, не имеет соответствующих полномочий, не соблюдена форма сделки, не соблюдены требования о регистрации сделки или перехода права собственности и иное).

Иной подход ограничивал бы применение положений статьи 234 ГК РФ, правовой основой которого является исключительно добросовестное, открытое и непрерывное владение вещью как своей собственной.

Признание права, как способ защиты гражданских прав (ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации), в своей основе предполагает правомерность возникновения соответствующего права, в связи с чем, признание судом принадлежности права конкретному лицу как один из способов защиты гражданских прав предполагает исключение возникающих сомнений в наличии у него субъективного права, предотвращение возможных споров в отношении объекта правопритязаний, а также служит основанием для оформления вещных прав на объект правопритязаний.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 15 и 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда от 29.04.2010 № 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", при разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, судам необходимо учитывать следующее:

- давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности;

- давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества;

- давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности. Не наступает перерыв давностного владения также в том случае, если новый владелец имущества является сингулярным или универсальным правопреемником предыдущего владельца (пункт 3 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации);

- владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору.

Течение срока приобретательной давности в отношении вещей, находящихся у лица, из владения которого они могли быть истребованы в соответствии со статьями 301 и 305 настоящего Кодекса, начинается со дня поступления вещи в открытое владение добросовестного приобретателя, а в случае, если было зарегистрировано право собственности добросовестного приобретателя недвижимой вещи, которой он владеет открыто, - не позднее момента государственной регистрации права собственности такого приобретателя (п. 4 в ред. Федерального закона от 16.12.2019 № 430-ФЗ).

Статья 234 ГК РФ о приобретении права собственности по давности владения закрепляет, что лицо, не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет, если иные срок и условия приобретения не предусмотрены данной статьей, приобретает право собственности на это имущество (абзац первый пункта 1).

Таким образом, в системе действующего правового регулирования добросовестность выступает одним из условий приобретения права собственности по давности владения имуществом. Принцип добросовестности относится к основным началам гражданского законодательства и означает, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3 статьи 1 ГК Российской Федерации). Оценивая сложившуюся практику применения статьи 234 ГК Российской Федерации, Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 26 ноября 2020 года № 48-П отмечал, что добросовестность давностного владельца применительно к конкретным обстоятельствам соответствующих судебных дел предполагает, что его вступление во владение не было противоправным, было совершено внешне правомерными действиями (Определение Конституционного Суда РФ от 11.02.2021 г. № 186-О).

По смыслу абзаца второго пункта 1 статьи 234 ГК РФ отсутствие государственной регистрации права собственности на недвижимое имущество не является препятствием для признания права собственности на это имущество по истечении срока приобретательной давности.

По смыслу статей 225 и 234 ГК РФ право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество. Судебный акт об удовлетворении иска о признании права собственности в силу приобретательной давности является основанием для регистрации права собственности в ЕГРП.

Указанной недвижимостью истец добросовестно, открыто и непрерывно владеет как своим собственным с 2002 года, и на момент подачи иска владение как собственностью составляет 22 года, что в соответствии с указанными положениями ст. 234 ГК РФ позволяет признать истца собственником.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда (статья 35, часть 3). При этом раскрывая конституционно-правовой смысл понятия «имущество», использованного в данной статье, Конституционный Суд Российской Федерации пришел к выводу, что им охватываются не только право собственности, но и иные вещные права (постановления от 16.05.2000 № 8-П и от 3.07.2001 № 10-П).

Конституционный Суд РФ в Постановлении от 26.11.2020 № 48-П отметил, что под действие указанных конституционных гарантий подпадают и имущественные интересы давностного владельца, поскольку только наличие подобных гарантий может обеспечить выполнение конституционно значимой цели института приобретательной давности, которой является возвращение имущества в гражданский оборот, включая его надлежащее содержание, безопасное состояние, уплату налогов и т.п. (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 20.03.2018 № 5-КГ18-3). При этом Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что поддержание правовой определенности и стабильности, предсказуемости и надежности гражданского оборота, эффективной судебной защиты прав и законных интересов его участников является конституционной гарантией (постановления от 21.04.2003 № 6-П, от 16.11.2018 № 43-П и др.).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» указано, что давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности (абзац третий пункта 15).

В случае же с приобретательной давностью добросовестность владельца выступает лишь в качестве одного из условий, необходимых прежде всего для возвращения вещи в гражданский оборот, преодоления неопределенности ее принадлежности в силу владения вещью на протяжении длительного срока (определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 28.07.2015 № 41-КГ15-16, от 20.03.2018 № 5-КГ18-3, от 15.05.2018 № 117-КГ18-25 и от 17.09.2019 № 78-КГ19-29).

Для приобретательной давности правообразующее значение имеет прежде всего не отдельное событие, состоявшееся однажды (как завладение вещью), а добросовестное длительное открытое владение, когда владелец вещи ведет себя как собственник, при отсутствии возражений со стороны других лиц. В этом случае утративший владение вещью собственник, в отличие от виндикационных споров, как правило, не занимает активную позицию в споре о праве на вещь.

Разъяснение содержания понятия добросовестности в контексте ст. 234 ГК РФ дано в п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", согласно которому судам рекомендовано при разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, учитывать, что давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания у него права собственности. С учетом п. 18 того же постановления, посвященного п. 4 ст. 234 ГК РФ в прежней редакции, приведенное понимание добросовестности не препятствовало при определенных обстоятельствах приобретению по давности владения имущества и тем лицом, которое могло знать об отсутствии у него оснований приобретения права собственности по сделке. Таким образом, изложенный в п. 15 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации критерий добросовестности отражает сложность добросовестности как оценочного понятия, допускающего ее различные проявления применительно к различным категориям дел.

Так, практика Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации не исключает приобретения права собственности в силу приобретательной давности и в тех случаях, когда давностный владелец должен был быть осведомлен об отсутствии оснований возникновения у него права собственности (определения от 27.01.2015 № 127-КГ14-9, от 20.03.2018 № 5-КГ18-3, от 17.09.2019 № 78-КГ19-29, от 22.10.2019 № 4-КГ19-55, от 2.06.2020 № 4-КГ20-16 и др.).

В рамках института приобретательной давности защищаемый законом баланс интересов определяется, в частности, и с учетом возможной утраты собственником имущества (в том числе публичным) интереса в сохранении своего права. Так, судами отмечается, что для приобретения права собственности в силу приобретательной давности не является обязательным, чтобы собственник, в отличие от положений ст. 236 ГК РФ, совершил активные действия, свидетельствующие об отказе от собственности, или объявил об этом. Достаточным является то, что титульный собственник в течение длительного времени устранился от владения вещью, не проявляет к ней интереса, не исполняет обязанностей по ее содержанию, вследствие чего вещь является фактически брошенной собственником (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 22.10.2019 № 4-КГ19-55 и др.).

Таким образом, понимание добросовестности давностного владения, подразумевающее, что лицо при получении владения должно полагать себя собственником имущества, лишает лицо, длительное время владеющее имуществом как своим, заботящееся об этом имуществе, несущее расходы на его содержание и не нарушающее при этом прав иных лиц, возможности легализовать такое владение, вступает в противоречие с целями, заложенными в ст. 234 ГК РФ.

Кроме того, с учетом необходимости возвращения имущества в гражданский оборот нельзя не принять во внимание практически неизбежный при давностном владении пропуск собственником имущества для истребования вещи у давностного владельца срока исковой давности, который, как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, имеет целью упорядочить гражданский оборот, создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц; а применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав (Постановление от 15.02.2016 № 3-П).

Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 26.11.2020 № 48-П также отмечено, что не может с учетом сказанного опровергать добросовестность давностного владельца и сама по себе презумпция государственной собственности на землю (п. 2 ст. 214 ГК РФ), поскольку ограничение для приобретения земельных участков, находящихся в государственной (муниципальной) собственности, по давности владения ставит частных лиц в заведомо невыгодное положение по отношению к публично-правовым образованиям, что нарушает принцип равенства субъектов гражданского права (п. 1 ст. 2 и п. 4 ст. 212 ГК РФ) и вступает в противоречие со статьями 8 (часть 2) и 19 (часть 1) Конституции Российской Федерации.

Исходя из фактических обстоятельств дела и приведенных норм закона, суд находит требования истца о признании права собственности на недвижимое имущество обоснованными, доказанными, относимыми, допустимыми и достаточными в их совокупности, поскольку истец открыто и непрерывно владеет и пользуется вышеуказанным имуществом как свои собственным с 2002 года, и на момент подачи иска владение как собственностью составляет 22 года, то в силу положений ст. 234 ГК РФ позволяет признать истца собственником недвижимого имущества по адресу: <адрес>.

Принимая во внимание, что по правилам ст. 12 ГК РФ, защита гражданских прав осуществляется путем пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, прекращения или изменения правоотношения; иными способами, предусмотренными законом, суд находит требования подлежащими удовлетворению, поскольку иным образом восстановить права ФИО3 невозможно.

В соответствии с абз. 2 ч. 1 ст. 234 ГК РФ, право собственности на недвижимое и иное имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает у лица, приобретшего это имущество в силу приобретательной давности, с момента такой регистрации.

Кроме того, от ответчика – администрация Арзгирского муниципального округа Ставропольского края и соответчика ФИО4 возражений по исковым требованиям не представлено.

Также от ответчика ФИО4 возражения относительно исковых требований не поступили.

В соответствии со ст. 131 ГК РФ право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

Согласно п. 5 ч. 2 ст. 14 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», основаниям для осуществления государственного кадастрового учета и (или) государственной регистрации прав является вступившие в законную силу судебные акты.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд,

решил:

Исковые требования ФИО3 к администрации Арзгирского муниципального округа Ставропольского края и ФИО4 о признании права собственности на недвижимое имущество в силу приобретательной давности, удовлетворить.

Признать за ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения право собственности на земельный участок категория земель: земли населенных пунктов, вид разрешенного использования, для ведения личного подсобного хозяйства, кадастровый номер № общей площадью 3300 кв.м., расположенный по адресу: <адрес>.

Признать за ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения право собственности на жилой дом общей площадью 79,0 кв. м., жилая площадь 49,8 кв. м., площадь жилого дома в пределах внутренних поверхностей наружных стен 90,5 кв. м., расположенный по адресу: <адрес>.

Решение является основанием для регистрации права собственности за ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения на недвижимое имущество: жилой дом общей площадью 79,0 кв. м., жилая площадь 49,8 кв.м., площадь жилого дома в пределах внутренних поверхностей наружных стен 90,5 кв. м., расположенные по адресу: <адрес>, в органах государственной регистрации прав на недвижимое имущество, постановки на учет в Государственном кадастре недвижимости, внесения записи, изменения записи Государственного кадастрового учета.

Решение может быть обжаловано в Ставропольский краевой суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Арзгирский районный суд Ставропольского края.

Мотивированное решение составлено 28.01.2025 года.

<данные изъяты>