Определение № 33-6657/2026 от 22 апреля 2026 г.

Дело № 33-6657/2026

(№ 2-87/2026)

УИД: 66RS0033-01-2025-002105-35

Мотивированное
определение составлено 23.04.2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 09.04.2026

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего судьи Некрасовой А.С.,

судей Мехонцевой Е.М.,

Тяжовой Т.А.,

при помощнике ФИО2, рассмотрела в открытом судебном заседании посредством видеоконференц-связи гражданское дело

по иску ФИО3 к ФИО4, ФИО5 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки,

по апелляционной жалобе ответчика ФИО5 на решение Краснотурьинского городского суда Свердловской области от 23.01.2026.

Заслушав доклад судьи Тяжовой Т.А., объяснения представителя ответчика ФИО5 – ФИО6 (доверенность от 01.04.2026 сроком на 3 года), поддержавшей доводы жалобы, представителя истца ФИО7 (доверенность от 26.09.2025 сроком на 3 года), возражавшей против доводов жалобы, судебная коллегия

установила:

ФИО3 обратилась с иском к ФИО4, ФИО5 о признании недействительным договора купли-продажи жилого помещения с кадастровым <№>, расположенного по адресу: <адрес>, заключенного между ответчиками; признании недействительным договора купли-продажи нежилого здания (гаража) с кадастровым <№>, расположенного по адресу: <адрес>, заключенного между ответчиками; применении последствий недействительности сделок путем аннулирования записи в ЕГРН о переходе прав на недвижимость к ФИО5

В обоснование заявленного иска истец указала, что 07.11.2022 постановлением судебного пристава-исполнителя возбуждено исполнительное производство № 134502/22/66034-ИП о взыскании в пользу ФИО3 задолженности по алиментам с должника ФИО4 на содержание ФИО 05.06.2025 судебным приставом-исполнителем возбуждено исполнительное производство № 63423/25/66034-ИП в отношении ФИО4 о взыскании неустойки за несвоевременную выплату алиментов в размере 1 951 379 рублей 17 копеек. На момент возбуждения исполнительных производств в собственности должника имелось недвижимое имущество: жилое помещение с кадастровым <№>, расположенное по адресу: <адрес>, и гаражный бокс <№> с кадастровым <№>, расположенный по адресу: <адрес>.

Должник ФИО4, с целью сокрытия имущества, 07.07.2025 оформил сделки купли-продажи вышеуказанной квартиры и гаража со своей матерью ФИО5 Полагает, что сделки купли-продажи совершены с противоправной целью, имеет место злоупотребление правом со стороны должника. Основанием для признания сделки недействительной указывает положения ст. ст. 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку сделки совершены с целью уклонения от уплаты задолженности, нарушая права взыскателя.

Определениями суда от 21.10.2025, 12.11.2025 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Управление Росреестра по Свердловской области, судебный пристав-исполнитель Краснотурьинского РОСП ГУФССП России по Свердловской области ФИО8

В судебном заседании суда первой инстанции представитель истца ФИО7 на иске настаивала, полагала, что единственной целью продажи имущества является его сокрытие от обращения взыскания в рамках исполнительного производства. По ее мнению, фактически ФИО4 имущество своей матери не передавал, денежные средства за него не получал, до настоящего времени пользуется данным имуществом.

Ответчик ФИО5 против удовлетворения иска возражала, пояснила, что у нее имеется сын ФИО4 В 2023 году она продала принадлежащее ей имущество и приобрела сыну квартиру по <адрес>, а также купила на имя сына гараж, поскольку он является инвалидом, она хотела обеспечить его жильем. После приобретения квартиры в ней проживал сын, она жила отдельно. Гараж использовался для хранения ее автомобиля, которым управляет сын, а также для хранения овощей, которые она выращивает на садовом участке. На данное имущество был наложен арест в связи с долгами сына по алиментам. При обращении в службу судебных приставов им сообщили, что если они погасят долг по алиментам в сумме около 300 000 рублей, то арест с имущества будет снят и они смогут распоряжаться имуществом. Она сняла со счета принадлежащие ей денежные средства в сумме около 300 000 рублей и внесла на депозит судебных приставов, погасив долг сына алиментам. Арест с имущества был снят и они, зная о том, что у сына также имеется задолженность по неустойке в сумме около 2 000 000 рублей, решили оформить договор купли-продажи квартиры и гаража с целью избежания наложения ареста на данное имущество. В срочном порядке они обратились в МФЦ, где был составлен договор купли-продажи гаража и квартиры, стоимость имущества была указана произвольно, денежные средства она сыну не отдавала, поскольку фактически имущество было куплено изначально на ее деньги. Квартирой до настоящего времени пользуется сын, а гараж используется ими совместно. Полагает, что путем заключения договора купли-продажи между ней и сыном она фактически возвратила в свое обладание принадлежащее ей имущество.

Решением суда от 23.01.2026 исковые требования удовлетворены.

Не согласившись с постановленным решением, ответчик ФИО5 подала на него апелляционную жалобу, в которой просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении иска. В жалобе ответчик ссылается на нарушение своих прав собственника. Настаивает на том, что спорное имущество приобретено на денежные средства ФИО5 и ее супруга, денежные средства ФИО4 в приобретение имущества не вкладывал; в подтверждение платежеспособности представляет выписки по счету. Указывает на несогласие с определенной оценщиком стоимостью имущества, полагая ее завышенной.

В письменных возражениях истец просила в удовлетворении апелляционной жалобы отказать.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика ФИО5 – ФИО6 доводы жалобы поддержала; представитель истца ФИО7 против доводов жалобы возражала.

Истец, ответчики, третьи лица в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещены надлежащим образом путем телефонограмм, посредством направления извещений ГЭПС, почтой), в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном интернет-сайте Свердловского областного суда, в соответствии с ч. 2.1 ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

С учетом изложенного, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определила рассмотреть дело при установленной явке.

Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, 07.11.2022 постановлением судебного пристава-исполнителя возбуждено исполнительное производство № 134502/22/66034-ИП о взыскании в пользу ФИО3 задолженности по алиментам с должника ФИО4 на содержание ФИО в размере 439624 рубля 72 копейки.

27.06.2025 исполнительное производство № 134502/22/66034-ИП окончено в святи с частичным исполнением требований исполнительного документа; неосновной долг выделен в отдельное исполнительное производство.

05.06.2025 судебным приставом-исполнителем также возбуждено исполнительное производство № 63423/25/66034-ИП в отношении ФИО4 о взыскании неустойки за несвоевременную выплату алиментов в размере 1 951 379 рублей 17 копеек.

28.11.2025 по ходатайству взыскателя судебным приставом-исполнителем рассчитана задолженность по исполнительному производству № 63423/25/66034-ИП в размере 1950 145 рублей 18 копеек, погашенная сумма составляет 1 233 рубля 99 копеек.

На дату возбуждения исполнительного производства № 63423/25/66034-ИП от 05.06.2025 в собственности должника ФИО4 находилось следующее недвижимое имущество: жилое помещение с кадастровым <№>, расположенное по адресу: <адрес>, и гаражный бокс <№> с кадастровым <№>, расположенный по адресу: <адрес> (л.д. 35-37).

Указанные объекты недвижимого имущества были реализованы ФИО4 своей матери ФИО5 по договору купли-продажи от 03.07.2025. Стоимость имущества определена сторонами сделки - 250 000 рублей, из которых стоимость гаража - 50 000 рублей, стоимость квартиры - 200 000 рублей. Как указано в договоре, денежные средства переданы в полном объеме покупателем продавцу до подписания договора. Имущество передано покупателю без составления акта приема-передачи, претензий не имеется (л.д. 55, 117-118).

Иного недвижимого имущества и транспортных средств в собственности должника ФИО9 не имеется, что подтверждается данными исполнительного производства, а также сведениями Росреестра (л.д. 138).

Полагая указанную сделку недействительной, взыскатель по исполнительному производству ФИО3 обратилась в суд с настоящим иском, считая, что ее права нарушены.

Согласно информации оценщика ФИО1 рыночная стоимость гаражного бокса по адресу: <адрес>, здание <№>, составляет 600 000 рублей, стоимость квартиры <№>, расположенной по <адрес> – 1 800 000 рублей (л.д. 125-132).

Установив фактические обстоятельства по делу, оценив имеющиеся в материалах дела доказательства в соответствии с требованиями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуюсь ст. ст. 10, 166, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», суд пришел к выводу о мнимости договора купли-продажи, заключенного 03.07.2025 между ответчиками ФИО4 и ФИО5, возвратив стороны в первоначальное положение, а также о злоупотреблении правом со стороны ФИО4 при отчуждении недвижимого имущества, указанного истцом, поскольку целью заключения данной сделки являлся вывод имущества ФИО4 и создание препятствий для исполнения судебного решения о взыскании неустойки за несвоевременную выплату алиментов в пользу ФИО3

Судебная коллегия с выводами суда о ничтожности совершенной сделки, наличии оснований для применения последствий ее недействительности, соглашается.

Частью 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Данному конституционному положению корреспондирует ч. 3 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу ч. 4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В пункте 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

По смыслу приведенных выше законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Абзацам 5 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 1).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2).

Согласно разъяснениям п. 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных выше положений злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем такая сделка должна быть признана недействительной в соответствии со ст. ст. 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации как нарушающая требования закона.

Кроме того, в п. 8 указанного выше постановления Пленума Верховного Суда РФ также разъяснено, что к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений ст. 10 и п. 1 или 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Так, в силу ч. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

По смыслу приведенной правовой нормы мнимой является та сделка, все стороны которой не намерены создать соответствующие ей правовые последствия.

Согласно разъяснениям, данным в п. 86 названного выше постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 при разрешении спора о мнимости сделки следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Исходя из смысла приведенной нормы, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Как верно установлено судом, доводы ФИО5 о том, что изначально в 2023 году спорное имущество (гараж и жилое помещение) было приобретено на имя сына за счет ее денежных средств, юридического значения по делу не имеют, поскольку на момент заключения оспариваемого истцом договора купли-продажи от 03.07.2025 собственником указанных объектов недвижимого имущества являлся ФИО4, что следует из сведений ЕГРН, материалов реестрового дела, имеющихся в деле. Источник средств, на которые ФИО4 были приобретены данные объекты, не влияет на объем правомочий собственника и возможность обращения на имущество взыскания по долгам собственника.

Материалами дела подтверждено заключение спорного договора между близкими родственниками матерью и сыном при наличии у должника значительных денежных обязательств по исполнительному производству, при этом за цену значительно ниже рыночной стоимости квартиры и гаражного бокса.

Из реестрового дела усматривается, что ФИО4 спорный гаражный бокс <№> приобретен 28.03.2023 за 150000 рублей (л.д. 62), квартира 09.06.2023 – за 970000 рублей (л.д. 79).

03.07.2025 ФИО4 своей матери ФИО5 указанные объекты недвижимого имущества реализованы общей стоимостью 250 000 рублей, за гараж - 50 000 рублей, квартиру - 200 000 рублей.

Согласно информации оценщика ФИО1 рыночная стоимость гаражного бокса по адресу: <адрес>, здание <№>, составляет 600 000 рублей, стоимость квартиры <№>, расположенной по <адрес> – 1 800 000 рублей (л.д. 125-132).

Выражая несогласие относительно стоимости объектов, полагая ее завышенной, ответчиком каких-либо доказательств обратного также не представлено.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда о том, что оспариваемая сделка совершена ответчиками лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

После совершения оспариваемой сделки каких-либо распорядительных действий, в том числе, в отношении квартиры стороной ответчика совершено не было, ответчик ФИО5 не стала проживать в спорной квартире, не зарегистрирована в ней по месту жительства, не разместила свои вещи, что также следует и ее пояснений, что в спорной квартире проживает ФИО4

В рассматриваемом случае подлинная воля сторон не была направлена на установление правоотношений купли-продажи и реальную передачу имущества. Данные обстоятельства говорят о явных совместных недобросовестных действиях ответчиков, направленных на увод имущества ФИО4 от возможности наложения на него ареста и обращения взыскания.

Утверждения заявителя о наличии у ФИО5 денежных средств для приобретения имущества основанием для отмены постановленного решения суда не являются, не подтверждают выводов о мнимости сделки, совершенной с целью возможного обращения взыскания на имущество должника. Напротив, данные ответчиком пояснения об обстоятельствах совершения сделки указывают на ее цели.

Данные обстоятельства в аспекте ст. ст. 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации являются достаточным основанием для признания сделки недействительной, правовое последствие которого заключается в виде возврата сторон в первоначальное положение, предшествующее заключению сделки (ст. ст. 166, 167 Гражданского кодекса Российской Федерации), а именно, изменения данных ЕГРН о собственнике имущества.

Доводы жалоб о добросовестности сторон договора купли-продажи признаются судебной коллегией несостоятельными, поскольку опровергаются установленными судом первой инстанции при подробном анализе доказательств обстоятельствами.

В целом, доводы апелляционной жалобы не содержат обстоятельств, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта, влияли на обоснованность и законность постановленного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, по существу сводятся к несогласию с той оценкой исследованных доказательств, которая дана судом первой инстанции, а также к иному толкованию норм материального права.

Безусловных оснований для отмены судебного постановления суда первой инстанции, предусмотренных ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, по делу не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Краснотурьинского городского суда Свердловской области от 23.01.2026 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий А.С. Некрасова

Судьи Е.М. Мехонцева

Т.А. Тяжова