Решение № 2-699/2025 2-699/2025~М-464/2025 М-464/2025 от 23 октября 2025 г. по делу № 2-699/2025

УИД: 03RS0009-01-2025-000800-07


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации



Дело № 2-699/2025
20 октября 2025 г.
г. Белебей
Белебеевский городской суд Республики Башкортостан в составе:

председательствующего судьи Хасановой Р.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ряховой М.К.,

с участием стершего помощника Белебеевского межрайонного прокурора Нагаевой Г.Г.,

представителя истца ФИО3,

представителя ответчика ГБУЗ РБ Раевская центральная районная больница ФИО4, ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО6 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Республики Башкортостан Раевская центральная районная больница, Министерству здравоохранения Республики Башкортостан о компенсации морального вреда при оказании ненадлежащей медицинской помощи,

УСТАНОВИЛ:

ФИО6 обратилась в суд с исковым заявлением, в котором просит взыскать с ответчика ГБУЗ РБ Раевская ЦРБ в пользу истца ФИО6 компенсацию морального вреда в размере 5 000 000 руб.

Мотивирует требования тем, что она является родной дочерью ФИО1, умершей ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ мама обратилась за медицинской помощью в скорую медицинскую помощь, которая экстренно доставила в ее в ГБУЗ РБ «Раевская центральная районная больница» в терапевтическое отделение, за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ при поступлении были жалобы на боли <данные изъяты>. Матери провели исследования: ДД.ММ.ГГГГ – ультразвуковое исследование органов брюшной полости (комплексное) – были установлены нарушения <данные изъяты>; ДД.ММ.ГГГГ – ультразвуковое исследование органов малого таза комплексное (трансвагинальное и трансабдоминальное) показало, что присутствует <данные изъяты>. Не исключается <данные изъяты>; ДД.ММ.ГГГГ при осмотре на ФГДС выявлены – <данные изъяты>. Ответчик на основании вышеперечисленных исследований врачебную комиссию с участием врача – хирурга, врача-онколога не созвали, согласно протоколу лечения (МКБ) данные жалобы инструментально не исследованы, под действием сильнодействующих обезболивающих лекарств картина локации болей в <данные изъяты> была скрыта, на основании чего не был установлен правильный диагноз, тактика лечения соответственно из-за неквалифицированного оказания медицинской помощи, усугубило общее состояние здоровья, в связи с чем, маме становилось хуже, по территории отделения стала передвигаться только в инвалидном кресле.

ДД.ММ.ГГГГ истец потребовала от терапевта направления в ГБУЗ РКБ им. Г.Г.Куватова г.Уфа, было выдано направление на консультацию к онкологу, гастроэнтерологу, кардиологу на разные дни приема, вместо экстренной госпитализации в ГБУЗ РКБ им.Г.Г. Куватова путем СМП.

ДД.ММ.ГГГГ с заключительным диагнозом – <данные изъяты>.

ДД.ММ.ГГГГ в ГБУЗ РКБ им.Г.Г. Куватова, через приемный покой маму в тяжелом состоянии экстренно госпитализировали в отделение гастроэнтерологии, в этот же день дежурный врач экстренно врач перевел в хирургическое отделение №1 с диагнозом: <данные изъяты>, где провели экстренную операцию: лапаротомию, наложение анастомоза тонкой кишки в толстую кишку, устранили <данные изъяты>, провели дренирование брюшной полости, ДД.ММ.ГГГГ – выписали под наблюдение хирурга, онколога по месту жительства.

ДД.ММ.ГГГГ по данным нарушениям о ненадлежащем оказании медицинской помощи, приведшей к мучительной скоропостижной смерти, обратились с жалобами в надзорные органы: Прокуратуру Республики Башкортостан, Министерство здравоохранения Республики Башкортостан, Территориальный орган Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения Республики Башкортостан, Территориальный фонд обязательного медицинского страхования по Республики Башкортостан, которые направили жалобу для установления и выявления нарушений при оказании медицинской помощи, в том числе оценки своевременного ее оказания, правильности выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, степени достижения запланированного результата, в ООО «Альфа-Страхование – ОМС» филиал «Башкортостан».

В рамках мультидисциплинарной экспертизы качества оказания медицинской помощи, проведенной ООО «Альфа-Страхование – ОМС» филиал «Башкортостан» в ГАУЗ РОД МЗ РБ, ГБУЗ РБ ССМП г.Стерлитамак, нарушений не выявлено. В ГБУЗ РБ Раевская ЦРБ экспертом выявлены нарушения, которые в соответствии с п.п. 154-155 Правил ОМС стали основаниями для применения финансовых санкций к ГБУЗ РБ Раевская ЦРБ. Выявлены дефекты оказания медицинской помощи, оформлением медицинской документации: не определены факторы риска, оцениваемые для профилактики венозных тромбоэмболических осложнений (ВТЭО), кровотечений для пациентов онкологического профиля (практические рекомендации по профилактике и лечению тромбоэмболических осложнений (ТЭО) у онкологических больных, 2021). Не определены факторы риска, оцениваемые для профилактики ВТЭО, кровотечений для хирургического профиля (Российские клинические рекомендации по диагностике и лечению и профилактике ВТЭО, ГОСТ Р 56377-2015). Ненадлежащее обоснование клинического диагноза без указания имеющихся сопутствующих заболеваний. Отсутствие анамнеза об онкопатологии, длительности заболевания, проведенных методах лечения. Пациентка не была дообследована: не проведена консультация врача-онколога, указанная в плане обследования, учитывая наличие асцита, онкоанамнеза, определения дальнейшей тактики. Пациентка не была дообследована: отсутствие электролитов (лабораторные признаки почечной недостаточности; в лечении препараты «Верошпирон», «Фуросемид», изменения на Электрокардиографии ЭКГ). Пациентка не была проконсультирована врачом-хирургом, учитывая наличие длительного абдоминального синдрома, инструментальных данных Международной классификации болезней (МКД). Не проведена Фиброколоноскопия (ФКС) (онкопоиск). Не проведена эхокардиография сердца (ЭХОКГ), указанная в плане обследования. Пациентка не была осмотрена повторно врачом-гинекологом после дообследования для уточнения диагноза определения дальнейшей тактики. В выписном эпикризе отсутствуют сведения о проведенных консультациях с указанием выставленных диагнозов, рекомендованном обследовании, лечении. Пациентка выписана ДД.ММ.ГГГГ в 10:00 с сохраняющимися жалобами.

Таким образом, истец считает, что именно в период нахождения в ГБУЗ РБ Раевская ЦРБ маме, не установив правильный диагноз, не назначив правильного лечения, не направив экстренно в РКБ им Г.Г. Куватова, потеряно время, которое привело к фатальному нарушению жизненно важных функций всего организма. И в последующем к необратимым осложнениям.

Будучи медицинским работником, все процедуры по уходу за мамой истец выполняла сама, находилась всегда с ней рядом за весь период лечения, и до конца смерти, видела страдания и боль матери, утрата мамы невосполнима, осознание того, что близкого истцу человека можно было спасти своевременно надлежащей медицинской помощью до настоящего времени не дают ей покоя. В связи с чем, полагает, что ответчик обязан возместить компенсацию орального вреда в размере 5 000 000 руб.

Определением суда от 05.05.2025 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечены ФИО7, ФИО8, ФИО9

Определением суда от 26.05.2025 к участию в деле в качестве соответчика привлечено Министерство здравоохранения Республики Башкортостан.

Истец ФИО6 в судебное заседание не явилась, извещена своевременно и надлежащим образом о дате, времени и месте судебного заседания согласно смс-извещению, о причинах неявки суду не сообщила, в материалах дела имеется заявление о рассмотрении дела без ее участия.

Представитель истца ФИО3 в судебном заседании исковые требования поддержала, просила удовлетворить по доводам, изложенным в иске, пояснила, что истец является родной дочерью умершей ФИО1, просят компенсировать моральный вред причиненный ненадлежащим оказанием медицинской помощи на этапе стационарного лечения. Экспертиза, проведенная страховой организацией, определила недостатки оказания медицинской помощи матери истца. Судебной экспертизой также были установлены дефекты оказания медицинской помощи на амбулаторном этапе.

Представители ответчика ГБУЗ РБ Раевская центральная районная больница ФИО4, ФИО5 в судебном заседании исковые требования не признали, просили в удовлетворении отказать, пояснили, что пациент была их сотрудником, проходила длительное лечение. Пациента никто не бросал, оказывалось повышенное внимание. В ноябре 2023 года было проведено УЗИ брюшной полости, матки. Рецидива болезни установлено не было. Пациент регулярно проходила диспансеризацию. 01.10.2024 было выдано направление на госпитализацию, пациент устно отказалась. Согласно результатам судебной экспертизы выявленные дефекты оказания медицинской помощи не повлияли на течение болезни и исход. Онкозаболевание является коварной болезнью, может развиваться молниеносно, всё, что могли, они обследовали. В настоящее время не существует механизма заставить пациента письменно отказаться от предложенной медицинской помощи, если пациент устно отказывается, то это никак не зафиксировать. В данном случае компенсация морального вреда могла быть выплачена самому пациенту, а не его родственникам. Установленные дефекты не повлияли на результат лечения, причинно-следственная связь между дефектами оказания медицинской помощи и смертью пациента не установлена. Диагноз при госпитализации в Республиканскую больницу был тот же, прогрессирования онкозаболевания не было. Пациент после госпитализации в Республиканскую больницу не был экстренно прооперирован, а планово, прогрессирование онкозаболевания было выявлено в рамках хирургического вмешательства.

Представитель ответчика Министерства здравоохранения Республики Башкортостан в судебное заседание не явился, извещены своевременно и надлежащим образом о дате, времени и месте судебного заседания согласно уведомлению о вручении судебной корреспонденции, о причинах неявки суду не сообщили, ходатайств и заявлений суду не представили.

Третьи лица ФИО8, ФИО9, ФИО7 в судебное заседание не явился, извещены своевременно и надлежащим образом о дате, времени и месте судебного заседания, представили суду заявления о рассмотрении дела без их участия, в которых просили в удовлетворении исковых требований отказать.

Представитель третьего лица ООО «АльфаСтрахование-ОМС» в судебное заседание не явился, извещены своевременно и надлежащим образом о дате, времени и месте судебного заседания, о причинах неявки суду не сообщили, ходатайств и заявлений суду не представили.

В судебном заседании старший помощник Белебеевского межрайонного прокурора Нагаева Г.Г. дала заключение, в котором просила требования истца удовлетворить с учетом требований разумности и справедливости.

Руководствуясь ст.116, ч.2 ст.117, ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд с учетом обстоятельств дела считает возможным рассмотреть поданное исковое заявление в отсутствие надлежаще извещенных не явившихся сторон.

Суд, выслушав представителей сторон, заключение прокурора, исследовав материалы дела и оценив доказательства в их совокупности, приходит к следующему.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее также - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В статье 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, следует, что право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе, как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).

В пунктах 1, 14 постановления Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" (далее по тексту - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33) разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под нравственными страданиями понимаются страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Нормативные положения, регулирующие отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Согласно пункта 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

Судом установлено, материалами дела подтверждено, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умерла ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о смерти № №, выданным ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 9).

Согласно свидетельству о рождении № № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 родилась ДД.ММ.ГГГГ, отцом указан ФИО2, матерью ФИО1 (т.1 л.д. 8).

Согласно выписному эпикризу от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 проходила стационарное лечение в ГБУЗ РБ Раевская ЦПБ с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 13-14).

Согласно представленному по запросу суда ООО «АльфаСтрахование-ОМС» от ДД.ММ.ГГГГ заключению по результатам экспертизы качества медицинской помощи от ДД.ММ.ГГГГ №с ГБУЗ РБ Раевская ЦРБ (стационар) в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, не оценены факторы риска, оцениваемые для профилактики ВТЭО, кровотечений для пациентов онкологического профиля (практические рекомендации по профилактике и лечению ТЭО у онкологических больных, 2021). Применен код дефекта: 3.2.1. Не определены факторы риска, оцениваемые для профилактики ВТЭО, кровотечений для пациентов нехирургического профиля (Российские клинические рекомендации по диагностике, лечению и профилактике ВТЭО, ГОСТ Р 56377-2015). Применен код дефекта: 3.2.1. Ненадлежащее обоснование клинического диагноза без указания имеющихся сопутствующих заболеваний. Отсутствие анамнеза об онкопатологии, длительность заболевания, проведенные методы лечения. Не дообследована: не проведена консультация онколога, указанная в плане обследования, учитывая наличия асцита, окноанамнеза, определения дальнейшее тактики. Применен код дефекта: 3.2.2. Не дообследована: отсутствие электролитов (лабораторные признаки) почечной недостаточности; в лечении верошпирон, фуросемид; изменения на ЭКГ). Применен код дефекта: 3.2.2. Не консультирована хирургом, учитывая наличие длительного абдоминального синдрома, инструментальных данных МКБ. Применен код дефекта: 3.2.2. Не проведена ФКС (окнопоиск). Применен код дефекта: 3.2.1. Не проведена ЭХОКГ, указанная в плане обследования. Применен код дефекта: 3.2.1. Не осмотрена повторно гинекологом после дообследования для уточнения диагноза, определения дальнейшей тактики. Применен код дефекта: 3.2.2. В выписном эпикризе отсутствие сведений о проведенных консультациях с указанием выставленных диагнозов, рекомендованном обследовании, лечении. Применен код дефекта: 3.11 (т.1 л.д. 86).

Согласно представленной истцом копии трудовой книжке последний раз истец была трудоустроена по ДД.ММ.ГГГГ, трудовой договор расторгнут по соглашению сторон (т.1 л.д. 193-196).

Согласно представленной истцом справке филиала ГКУ Республиканский центр занятости населения по Белебеевскому району № от ДД.ММ.ГГГГ в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец на учете в качестве безработной, ищущей работу не состояла, пособие по безработице не получала (т.1 л.д. 197).

Согласно представленной по запросу суда характеристике на ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, зарегистрированную по адресу: <адрес>, воспитала 3 детей. Последнее место работы фельдшерско-акушерский пункт <адрес>, фельдшер. ФИО1 к своей работе относилась добросовестно и ответственно, умела расположить к себе людей, обладала способностью проявлять уважение к личности, её правилам и достоинству. За время работы в данной должности зарекомендовала себя как грамотный специалист, чуткий и глубоко порядочный человек, добросовестный работник. Пользовалась авторитетом у коллег и односельчан. Всегда отзывалась на просьбы о помощи. На момент смерти проживала с супругом ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ г.р. Отношения в семье были уважительные, доверительные. С соседями отношения были хорошие (т.2 л.д. 5).

ГБУЗ РБ Раевская ЦРБ ДД.ММ.ГГГГ проведено заседание внутреннего контроля качества и безопасности медицинской деятельности, оформленное протоколом №, согласно которому повесткой дня указано рассмотрение искового заявления ФИО6 о компенсации морального вреда, причиненного оказанием некачественной медицинской помощи её матери ФИО1 Согласно выводам нарушений при оказании медицинской помощи не выявлено. Медицинская помощь оказана в соответствии со стандартами и порядком оказания медицинской помощи, согласно клинических рекомендаций медицинская помощь оказана согласно Приказу от 17.02.2022 №86 н Об утверждении стандарта медицинской помощи взрослым при хроническом панкреатите (диагностика и лечение). Принятое решение: 1. Строгое соблюдение и выполнение требований при оказании медицинской помощи согласно Порядку и Стандарту оказания медицинской помощи, в соответствии с клиническими рекомендациями. Срок – постоянно. 2. Проведение занятий с последующей сдачей зачета по клиническим рекомендациям. Срок – 2 раза в год (т.1 л.д. 235-239).

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по ходатайству ответчика ГБУЗ РБ Раевская ЦРБ назначена судебная медицинская экспертиза, производство которой поручено ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Министерства здравоохранения Республики Башкортостан.

Согласно представленному заключению №-П от ДД.ММ.ГГГГ судебно-медицинская экспертная комиссия пришла к следующим выводам: На момент госпитализации в ГБУЗ Раевская ЦРБ ДД.ММ.ГГГГ у пациентки ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., согласно изученной медицинской документации, имелись заболевания:

1<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

При оказании медицинской помощи ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения в ГБУЗ РБ Раевская ЦРБ (в период амбулаторного и стационарного лечения) имели место недостатки (дефекты):

На амбулаторном этапе:

1) 17.01.2024г. и 18.01.2024г. при осмотре врача-онколога ФИО9 Р.P/P.А. пациентка предъявляла жалобы на <данные изъяты>. <данные изъяты>. Рекомендовано динамическое наблюдение.

2) при обращениях в поликлинику 14.11.2024г., 22.11.2024г., 29.11.2024г., 03.12.2024г. - врачами поликлиники не были истребованы письменные отказы ФИО1 от госпитализации в хирургическое отделение; примечание: Согласно медицинской документации прогрессия онкологического заболевания была заподозрена только ДД.ММ.ГГГГ, когда появились жалобы у пациентки на периодические боли в животе.

На стационарном этапе:

1) пациентка госпитализирована в экстренном порядке с помощью СМП (скорая медицинская помощь), однако, при госпитализации её в медицинской карте указано, что поступила «планово» («по направлению»);

2) ненадлежащее обоснование клинического диагноза без указания имеющихся сопутствующих заболеваний. Отсутствие анамнеза об онкопатологии, длительности заболевания, проведенных методах лечения. Пациентка не была дообследована: не проведена консультация врача-онколога, указанная в плане обследования, учитывая наличие асцита, онкоанамнеза, определения дальнейшей тактики;

3) пациентка не была дообследована; отсутствие электролитов (лабораторные признаки почечной недостаточности; в лечении «Верошпирон», «Фуросемид»; изменения на электрокардиографии (ЭКГ));

4) не проведена эхокардиография сердца (ЭХОКГ), указанная в плане обследования;

5) пациентка не была осмотрена повторно врачом-гинекологом после дообследования для уточнения диагноза, определения дальнейшей тактики;

6) не были учтены результаты анализа на D-димер от 24.09.2024г., назначенные врачом поликлиники ФИО8 - 6,228 мг/л (при норме 0-0,44), что является критическим (учитывая результаты этого анализа необходимо было назначение повторных анализов и проведение антитромботической терапии).

7) в выписном эпикризе в Заключительном клиническом диагнозе не указана патология: <данные изъяты>

Примечание: В представленной медицинской документации состояние при выписке указано как «удовлетворительное». Учитывая сроки между выпиской из Раевской ЦРБ (ДД.ММ.ГГГГ) и госпитализацией в РКБ им.Г.Г. Куватова ДД.ММ.ГГГГ и оперативного лечения от ДД.ММ.ГГГГ наличие имеющейся острой хирургической патологии в Раевской ЦРБ требующей активной хирургической тактики - исключено. На момент госпитализации в Раевскую ИРБ имеющиеся и проведенные исследования (УЗИ, МРТ) не выявили данных за прогрессию онкологического заболевания, что могло быть обусловлено индивидуальными особенностями печения заболевания, а также соматическим фоном - <данные изъяты>

По имеющимся судебно-медицинским данным невозможно достоверно установить прямую причинно-следственную связь между наступившим неблагоприятным исходом в виде смерти ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершей ДД.ММ.ГГГГ, и допущенными дефектами или недостатками медицинской помощи в связи с отсутствием данных вскрытия трупа (аутопсии) (имеется письменный отказ от вскрытия трупа по религиозным соображениям), так как в данном случае невозможно установить непосредственную причину смерти на дому. Пациентка умерла через 21 день после выписки из РКБ и практически 2 месяца после выписки из Раевской ЦРБ.

Выявленные экспертной комиссией недостатки (дефекты) при оказании медицинской помощи ФИО1, указанные в ответе на вопрос № – не могли повлиять на развитие неблагоприятного исхода у ФИО1 ввиду прогрессирования самого <данные изъяты>.

Даже своевременное, квалифицированное, специализированное оказание медицинской помощи ФИО1 не исключило бы наступление летального исхода (учитывая терминальную стадию <данные изъяты> процесса с множественными метастазами, прорастанием опухоли во внутренние органы).

Примечание: В исковом заявлении имеется несоответствие данным документации. Истец указывает, что пациентка поступила в РКБ экстренно ДД.ММ.ГГГГ с явлениями <данные изъяты>, однако согласно документации – поступила гастроэнтерологическое отделение ДД.ММ.ГГГГ с предварительным диагнозом (<данные изъяты><данные изъяты> где проводилось дообследование и диагностический поиск, что косвенно свидетельствует о постепенном прогрессировании заболевания и сложностях диагностики. И только ДД.ММ.ГГГГ в процессе хирургического вмешательства выявлена прогрессия <данные изъяты>, послужившая причиной <данные изъяты>, которая была устранена наложением анастомоза. При этом пациентка выписана из РКБ им.Г.Г. Куватова в удовлетворительном состоянии под наблюдение хирурга, онколога по месту жительства.

Суд принимает в качестве достоверного и надлежащего доказательства по делу указанное заключение экспертов, поскольку заключение судебно-медицинской экспертизы соответствует требованиям части 2 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 8 Федерального закона от 31 мая 2001 года N 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», экспертиза проведена с учетом материалов дела и медицинской документации, дана экспертами, имеющими необходимый практический стаж работы и квалификацию, предупрежденными об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения, в связи с чем, оснований усомниться в их компетентности не имеется, выводы комиссии экспертов представляются ясными и понятными. Сторонами заключение судебно-медицинской экспертизы не оспаривалось.

Из разъяснений, изложенных в п. 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33 следует, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу, что материалами дела достоверно установлены недостатки оказания медицинской помощи больной ФИО1 на стационарном этапе лечения в ГБУЗ РБ Раевская ЦРБ, а именно дефекты диагностических мероприятий, дефекты лечебных мероприятий.

Отсутствие прямой причинно-следственной связи между допущенными дефектами оказания медицинской помощи и смертью ФИО1 не является основанием для отказа в иске. При рассмотрении настоящего спора юридическое значение имеет не только прямая причинная связь, но и косвенная (опосредованная) причинная связь между противоправным поведением и наступившим вредом, если дефекты (недостатки) оказания работниками лечебного учреждения медицинской помощи могли способствовать ухудшению состояния здоровья или привести к неблагоприятному исходу болезни. ГБУЗ РБ Раевская ЦРБ не представлено достаточных и допустимых доказательств, позволяющих освободить учреждение от ответственности за допущенные нарушения при оказании медицинской помощи ФИО1

Поскольку ответчиком не предприняты все необходимые меры для своевременного и квалифицированного обследования и оказания медицинской помощи пациенту, суд не находит оснований для отказа истцу ФИО6 в компенсации морального вреда.

Ответчик не исполнил свою обязанность по своевременному и полному оказанию медицинских услуг, что установлено заключением судебной экспертизы.

Таким образом, стандарты медицинской помощи, оказанной ФИО1, не были соблюдены ответчиком в полном объеме. ГБУЗ РБ Раевская ЦРБ допущены лечебно-диагностические ошибки, что само по себе является основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда истцу ФИО6 в связи с некачественным оказанием ФИО1 медицинских услуг, не состоявших в причинно-следственной связи с её смертью.

Согласно разъяснений, изложенных в п. 49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33, следует, что требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

В силу ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Из изложенного следует, что размер компенсации морального вреда в каждом деле носит индивидуальный характер и зависит от совокупности конкретных обстоятельств, подлежащих исследованию и оценке судом. При определении размера компенсации морального вреда членам семьи потерпевшего в случае его смерти необходимо в совокупности оценить конкретные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных именно этим лицам физических и нравственных страданий. Присуждение несоразмерно малой суммы компенсации, не отвечающей требованиям справедливости, не может восстановить права истцов, обратившихся за судебной защитой.

Согласно копии паспорта истца с ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО6 зарегистрирована по адресу: <адрес>.

Судом установлено, материалами дела подтверждено, что умершая ФИО1 проживала отдельно от дочери – истца ФИО6, согласно представленным фотографиям истец и мать между собой имели доверительные, близкие отношения, поддерживали отношения друг с другом. Нравственные страдания истца выразились в переживаниях относительно состояния здоровья близкого человека. В связи со смертью ФИО1 истец испытал чувство горя, страдания в виде эмоциональных переживаний, стресса в связи с невосполнимой потерей.

Определяя сумму компенсации морального вреда, суд принимает во внимание, близкие родственные отношения между истцом и умершей, которые между собой являются матерью и дочерью, степень привязанности истца к умершей и приходит к выводу о том, что истец, безусловно, испытал глубокие нравственные и физические страдания в связи со смертью матери ФИО1 Нравственные страдания истца носят длительный характер и сохраняются по настоящее время, возможно их проявление в виде отрицательных переживаний, затрагивающих личность истца, его психику, здоровье, самочувствие, настроение; заявленное требование согласуется с основополагающим представлением о человеческой природе, характеризующейся любовью и привязанностью к близким; возникновение нравственных страданий в связи со смертью близкого человека, которая является наиболее тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, сомнений не вызывает.

Учитывая вышеизложенное, а также с учетом положений ст. 1101 ГК РФ, характер причиненных ФИО6 физических и нравственных страданий в результате смерти матери, с учетом разумности и справедливости, учитывая объем и характер допущенных ГБУЗ РБ Раевская ЦРБ дефектов оказания медицинской помощи, суд считает, необходимым взыскать с ответчика ГБУЗ РБ Раевская ЦРБ в пользу истца ФИО1 в счет компенсации морального вреда, причиненного смертью матери, 100 000 руб.

Согласно пункту 5 статьи 123.22 Гражданского кодекса Российской Федерации бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, в том числе приобретенным за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности, за исключением особо ценного движимого имущества, закрепленного за бюджетным учреждением собственником этого имущества или приобретенного бюджетным учреждением за счет средств, выделенных собственником его имущества, а также недвижимого имущества независимо от того, по каким основаниям оно поступило в оперативное управление бюджетного учреждения и за счет каких средств оно приобретено.

По обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым настоящего пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения.

Федеральный закон от 12 января 1996 года N 7-ФЗ "О некоммерческих организациях" регламентирует особенности правового статуса бюджетного учреждения, имеющего специальную правоспособность, обладающего имущественными правами для решения задач, которые ставит перед ними учредитель - публичный собственник, участвуют в гражданском обороте в очерченных законом границах и сообразно целям своей деятельности, выступая в гражданских правоотношениях от своего имени и неся, по общему правилу, самостоятельную имущественную ответственность по своим обязательствам.

В соответствии с пунктом 3 части 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации главный распорядитель средств федерального бюджета (государственного внебюджетного фонда Российской Федерации), бюджета субъекта Российской Федерации (территориального государственного внебюджетного фонда), бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию: по иным искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию, по которым в соответствии с федеральным законом интересы соответствующего публично-правового образования представляет орган, осуществляющий в соответствии с бюджетным законодательством Российской Федерации полномочия главного распорядителя средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1, учитывая субсидиарный характер ответственности собственников имущества унитарных предприятий и учреждений (когда такая ответственность предусмотрена законом), судам следует привлекать таких собственников к участию в деле в качестве соответчиков в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 40 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

При этом необходимо учитывать, что в соответствии с подпунктом 3 части 3 статьи 15, частью 4 статьи 242.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации и разъяснениями, данными в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 мая 2019 года N 13 "О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетной системы Российской Федерации", к участию в деле необходимо привлекать также главного распорядителя бюджетных средств по ведомственной принадлежности.

Следовательно, наделенным в данном случае объемом полномочий по решению вопросов о возмещении гражданам вреда, причиненным бюджетным учреждением здравоохранения - ГБУЗ РБ Раевская Центральная районная больница, при недостаточности у ответчика собственных средств, является Министерство здравоохранения Республики Башкортостан, которое в системном толковании приведенных положений Гражданского, Бюджетного кодексов Российской Федерации, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению с п. 1.1, 3.5, 3.24 Положения о Министерстве здравоохранения Республики Башкортостан, утвержденного Постановлением Правительства Республики Башкортостан от 9 июля 2014 г. N 310, является исполнительным орган, в ведении которого находится соответствующее бюджетное учреждение, которое в силу пункта 12.1 части 1 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации отвечает от имени Республики Башкортостан по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств.

Учитывая, что законодателем предусмотрена возможность привлечения к субсидиарной ответственности собственника имущества бюджетного учреждения по обязательствам, связанным с причинением вреда гражданам, при установленных по делу обстоятельствах с учетом приведенных норм права разрешении заявленного иска Министерство здравоохранения Республики Башкортостан подлежит привлечению к ответственности перед истцами в качестве соответчика с возложением субсидиарной ответственности по обязательствам ГБУЗ РБ Раевская Центральная районная больница, возникшим на основании настоящего судебного акта.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО6 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Республики Башкортостан Раевская центральная районная больница, Министерству здравоохранения Республики Башкортостан о компенсации морального вреда при оказании ненадлежащей медицинской помощи – удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Башкортостан Раевская центральная районная больница (ИНН <***>) в пользу ФИО6 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 100 000 (сто тысяч) рублей.

При недостаточности денежных средств у ответчика Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Башкортостан Раевская центральная районная больница (ИНН <***>) субсидиарную ответственность по данному обязательству возложить на Министерство здравоохранения Республики Башкортостан (ИНН <***>).

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Башкортостан через Белебеевский городской суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме

Судья Р.В. Хасанова

Мотивированное решение составлено 24 октября 2025 года.