Приговор № 1-37/2020 1-434/2019 от 15 января 2020 г. по делу № 1-37/2020

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Чита 16 января 2020 года

Ингодинский районный суд г. Читы в составе:

Председательствующего судьи Быковой Л.В.,

при секретаре Омельченко П.Ю.,

с участием государственного обвинителя – помощника прокурора Ингодинского района г. Читы Карчевской О.В.,

потерпевшего КАС.,

его представителя – адвоката Доржижаповой И.В., представившей удостоверение №72 и ордер №200538 от 31 августа 2018 года,

потерпевшей КЕВ,

подсудимого ФИО1,

его защитника – адвоката Макарова А.В., представившего удостоверение № 506 и ордер № 230597 от 14 августа 2019 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении ФИО1, <данные изъяты><данные изъяты>, осужденного:

- 08 августа 2018 года мировым судьей судебного участка № 33 Читинского судебного района Забайкальского края по ч.1 ст.157 УК РФ к 8 месяцам исправительных работ с удержанием 10% заработка в доход государства, на основании ст.73 УК РФ условно, с испытательным сроком 8 месяцев.

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Подсудимый ФИО1, управляя автомобилем, совершил нарушение правил дорожного движения, повлекшее, по неосторожности, причинение тяжкого вреда здоровью человека в г. Чита при следующих обстоятельствах.

В период времени с 02 до 02 часов 40 минут 29 июля 2018 года, водитель ФИО1, управляя технически исправным автомобилем марки «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак <данные изъяты>, двигался по <адрес> в направлении от <адрес> в сторону <адрес>. В указанное время в районе пересечения <адрес>, ФИО1, проявив преступную небрежность, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий в виде причинения тяжкого вреда здоровью КАС и КЕВ, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, в нарушение требований пунктов 1.3, 1.5, 8.2, 9.4, 10.5 Правил дорожного движения РФ, управляя указанным автомобилем, при движении прямо по крайней левой полосе <адрес>, не подавая соответствующих сигналов световыми указателями поворота, выполнил маневр смены полосы движения на среднюю и остановился перед регулируемым перекрестком <адрес> на разрешающий зеленый сигнал светофора, тем самым создав опасность для движения двигающемуся в попутном направлении прямо по средней полосе <адрес> в направлении от <адрес> в сторону <адрес> мотоциклу марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты> под управлением КАС с пассажиром КЕВ и допустил столкновение с мотоциклом марки «<данные изъяты>», водитель которого КАС нарушил пункт 1.5, 2.1.2, 2.7, 10.1, 10.2 ПДД РФ.

В результате возникшего по вине ФИО1 и КАС дорожно-транспортного происшествия водителю указанного мотоцикла КАС причинены следующие телесные повреждения:

- травмы, квалифицирующиеся как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью.

В результате возникшего по вине ФИО1 и КАС дорожно-транспортного происшествия пассажиру указанного мотоцикла КЕВ причинены: травмы, квалифицирующиеся как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью.

Нарушение ФИО1 требований пунктов 1.3, 1.5, 6.2, 8.1, 8.2, 9.4, 10.5 Правил дорожного движения РФ находится в прямой причинной связи с дорожно-транспортным происшествием и причинением по неосторожности тяжкого вреда здоровья КАСи КЕВ

Постановлением Ингодинского районного суда г. Читы от 14 августа 2019 года уголовное дело в отношении КАС, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.264 УК РФ прекращено по основаниям, предусмотренным ст.76 УК РФ и ст.25 УПК РФ.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину в инкриминируемом преступлении не признал, суду пояснил, что 29 июля 2018 года около 02 часов на автомобиле марки Тойота ФИО2 двигался по <адрес> по крайней левой полосе, решил перестроиться в средний ряд, убедившись, что не создает никому помех, не включив сигнал поворота при перестроении. Однако в момент перестроения, услышал нарастающий рев, восприняв его как опасность, не посмотрев на сигнал светофора, начал притормаживать, почувствовал удар в заднюю часть своего автомобиля, произошло ДТП с участием мотоцикла под управлением КАС.

Но, несмотря на показания подсудимого, его вина в предъявленном ему обвинении, при обстоятельствах, установленных судом, доказана следующими собранными по делу и исследованными в судебном заседании доказательствами.

Так, потерпевший КАС суду пояснил, что с мая 2018 года в его собственности находился мотоцикл марки Ямаха. 29 июля 2018 года в ночное время увидев на улице девушку, которой оказалась КЕВ, предложил ее подвезти на вышеуказанном мотоцикле, при этом в связи с отсутствием крепления, государственный номер не был закреплен на мотоцикле, а находился при себе в рюкзаке. Двигаясь по <адрес> со скоростью около 75 км/ч по средней полосе, подъезжая к перекрестку с <адрес>, за 50 метров перед собой увидел автомобиль подсудимого, который неожиданно перестроился с крайней левой полосы на среднюю полосу движения без включения сигнала поворота и остановился перед перекрестком на разрешающий сигнал светофора. С целью избежать столкновения, попытался затормозить и объехать автомобиль, но не смог, врезавшись в автомобиль, очнулся только в реанимации на следующий день, перенес 5 операций, здоровье в полном объеме так и не восстановилось. Не отрицал, что находился в состоянии алкогольного опьянения, превысил скорость, и пассажир была без шлема. При этом на его мотоцикле двигатель работал стандартно, дополнительно усилителем звука не снабжен.

Потерпевшая КЕВ суду пояснила, что в ночь с 28 на 29 июля 2018 года вышла из дома по <адрес>, дошла до угла дома и больше ничего не помнит, ни как села на мотоцикл, ни ДТП, очнулась только в больнице.

Свидетель МИА, явившийся очевидцем данного ДТП, суду пояснил, что двигался на автомобиле по <адрес> в сторону <адрес> по крайней левой полосе. В районе рынка Витен на пешеходном переходе его обогнал мотоцикл, двигавшийся со скоростью 70-80 км/ч, и врезался в остановившийся на перекрестке с <адрес> на красный сигнал светофора автомобиль белого цвета, который двигался по средней полосе и не перестраивался. При этом, звук от двигателя мотоцикла был обычный. После просмотра в судебном заседании видеозаписи с места ДТП свидетель МИА не смог пояснить причину противоречий своих показаний.

Виновность ФИО1 в совершении инкриминируемого ему в вину деяния также подтверждается и письменными материалами уголовного дела, исследованными в судебном заседании.

Так, из телефонного сообщения, поступившего в УМВД России по г. Чите 29 июля 2018 года в 3 часа 12 минут установлено, что 29 июля 2018 года в 2 часа 40 минут по ССМП в ККБ доставлены КАС с травмы; КЕВ с травмы (л.д.№).

При проведении 29 июля 2018 года осмотра проезжей части по <адрес> установлено, что проезжая часть <адрес> имеет асфальтированную поверхность, без дефектов, на момент осмотра сухая, освещена фонарями. Имеет две полосы для движения в противоположных направлениях, с разделительной полосой. Одно направление имеет три полосы для движения. На средней полосе движения <адрес> перед горизонтальной разметкой 1.12 (стоп линия) располагается автомобиль марки <данные изъяты>, государственный номер <данные изъяты>. Расстояние от оси переднего правого колеса до правого края проезжей части составляет 5,7 м., расстояние от оси заднего правого колеса автомобиля до этого же края проезжей части – 5,8 м. Расстоянии от линии пересечений <адрес> до оси переднего правого колеса автомобиля – 10,7 м. На расстоянии 10,2 м. от левого края проезжей части <адрес> до оси заднего колеса располагается мотоцикл синего цвета, без государственного номера, расстояние от оси переднего колеса мотоцикла до левого края проезжей части составило 9,5 м. Расстояние от оси переднего колеса до линии пересечения <адрес> - 7,9 м. Место столкновения располагается на расстоянии 14,3 м. от линии пересечения <адрес> и на расстоянии 7,1 м. от правого края проезжей части <адрес> относительно направления осмотра. Перекресток Бабушкина-Верхоленская регулируемый, светофоры в рабочем состоянии, изъяты автомобиль марки «<данные изъяты>», мотоцикл «<данные изъяты>» (л.д.№).

В ходе дополнительного осмотра места происшествия с участием экспертов ТМН, СЮВ - перекрестка <адрес> установлено, что согласно схеме ДТП от 29 июля 2018 года место столкновения находится на расстоянии 14,3 м от границы перекрестка <адрес> и 7,1 м. от бордюрного камня <адрес> от места столкновения до бордюрного камня, огибающего люк колодца, П-образной формы составило 17,5 м. (л.д.№).

Заключением специалиста № установлено наличие в крови КАС этилового спирта в размере 1,12% (л.д.№).

В ходе следствия в ЦАФАП УГИБДД УМВД России по Забайкальскому краю изъяты видеозаписи с камер наблюдения (л.д.№), в результате осмотра которых как в ходе предварительного следствия, так и в зале суда установлено, что в ночное время 29 июля 2018 года к пересечению улиц Бабушкина – Верхоленская двигаются три транспортных средства с включенными передними фарами, впереди идущая легковая автомашина белого цвета двигающаяся по средней полосе перестраивается на левую крайнюю полосу и продолжает движение, через 5 секунд начинает перестраиваться с крайней левой полосы на среднюю, без включения соответствующего сигнала поворота, через 2 секунды полностью занимает среднюю полосу и еще через секунду полностью останавливается на разрешающий сигнал светофора, следующий за данным автомобилем мотоцикл с включенной передней фарой через секунду сталкивается с автомобилем, при этом, удар пришелся в заднюю левую часть автомобиля (л.д.№), диск с данными видеозаписями признан вещественным доказательством по делу (л.д.№).

В результате выемки у ФИО1 изъят автомобиль марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>,в ходе его осмотра установлено наличие повреждений в виде деформации задней крышки багажника, заднего левого крыла, заднего бампера, разбиты заднее стекло, задняя левая форточка, задний левый указатель поворота, задняя левая фара, который признан вещественным доказательством по делу (л.д.№).

В ходе выемки у КАС изъят мотоцикл марки «<данные изъяты>», без государственного регистрационного знака, в ходе его осмотра установлено наличие повреждений в виде деформации руля, топливного бака, переднего крыла, разбиты приборная панель, передняя фара, облицовка передней части, который признан вещественным доказательств по делу (л.д.№).

Из заключения судебно-медицинской экспертизы следует, что у КАС имелись следующие телесные повреждения: травмы, квалифицируются как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью. Между полученными телесными повреждениями у КАС и ДТП имеется причинно-следственная связь (л.д.№).

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы у КЕВ имелись следующие телесные повреждения: травмы, квалифицируются как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью (л.д.№).

Из заключения видеотехнической экспертизы следует, что средняя скорость мотоцикла «<данные изъяты>» в данной дорожно-транспортной ситуации составляла 77,4 км/ч. Время движения мотоцикла «<данные изъяты>» с момента начала выполнения маневра (смены полосы движения) автомобилем «<данные изъяты><данные изъяты>» составляло 3,31 с. Расстояние, на котором находился мотоцикл «<данные изъяты>» от места столкновения с автомобилем «<данные изъяты>» при смене полосы движения автомобиля «<данные изъяты>» составляло 67,3 м. (л.д.№).

Заключением первичной автотехнической экспертизы №4/3-1 от 31 января 2019 года, проведенным экспертом ФБУ «Читинская ЛСЭ Минюста России» ЧЭЦ, установлено, что в данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля «<данные изъяты>» должен был руководствоваться требованиями п.1.5, п.8.1, п.9.4, п.10.5 ПДД РФ. Водитель мотоцикла «<данные изъяты>» в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации должен был руководствоваться требованиями п.10.1, п.10.2 ПДД РФ. В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации в действиях водителя автомобиля «<данные изъяты>» усматривается несоответствие требованиям п.1.5, п.8.1, п.9.4, п.10.5 ПДД РФ, выразившееся в создании опасности для движения водителю мотоцикла «<данные изъяты>» путем перемещения с полосы на полосу движения и применении торможения на регулируемом перекрестке на разрешающем сигнале светофора и столкновении с мотоциклом. Данные несоответствия действий водителя автомобиля «<данные изъяты>» требованиям п.1.5, п.8.1, п.10.5 ПДД РФ находятся в причинной связи с данным столкновением с мотоциклом «<данные изъяты>».

Водитель мотоцикла «<данные изъяты>» при движении с максимально разрешенной на данном участке дороги скоростью располагал технической возможностью для предотвращения столкновения с автомобилем «<данные изъяты>» путем применения экстренного торможения. В действиях водителя мотоцикла «<данные изъяты>» усматривается несоответствие требованиям п.10.1, п.10.2 ПДД РФ, выразившееся в движении со скоростью, превышающей установленное ограничение, несвоевременное принятие мер к остановке ТС и столкновении с автомобилем «<данные изъяты>». Данные несоответствия действий водителя мотоцикла «Ямаха» требованиям п.10.1, 10.2 ПДД РФ находятся в причинной связи со столкновением с автомобилем «<данные изъяты>». В данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля «<данные изъяты>» выполняя маневр смены полосы движения, не подав сигнал световыми указателями поворота, и начав останавливаться на регулируемом перекресте при «зеленом» разрешающем движение в намеченном направлении сигнале светофора, создал опасность для движения водителю мотоцикла «<данные изъяты>». При выполнении требований п.п. 1.5, п.8.1, п.10.5 ПДД РФ, то есть при движении прямо без выполнения маневра смены полосы, и не останавливаясь на «зеленый» сигнал светофора, водитель автомобиля «<данные изъяты>» располагал технической возможностью предотвратить возникновение опасной обстановки на средней полосе движения для данного направления (л.д.№).

Согласно заключению комиссионной автотехнической экспертизы №165/3-1 от 08 мая 2019 года, проведенной экспертом ФБУ «Читинская ЛСЭ Минюста России» ЧЭЦ и старшим экспертом ЭКЦ УМВД России по Забайкальскому краю ЯЮА, в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации водитель мотоцикла марки «<данные изъяты>» должен был руководствоваться требованиями п.10.1, п.10.2 ПДД РФ; водитель автомобиля «<данные изъяты>» должен был руководствоваться требованиями п.1.3, п.1.5, п.6.2, п.8.1, п.9.4, п.10.5 ПДД РФ. В действиях водителя автомобиля «<данные изъяты>» усматривается несоответствие требованиям п.1.5, п.8.1, п.9.4, п.10.5 ПДД РФ, выразившиеся в создании опасности для движения водителю мотоцикла «<данные изъяты>» путем перемещения с полосы на полосу движения и применении торможения на регулируемом перекрестке на разрешающем сигнале светофора и столкновении с мотоциклом. Данные несоответствия действий водителя автомобиля «<данные изъяты>» требованиям п.1.5, п.8.1, п.10.5 ПДД РФ находятся в причинной связи с данным столкновением с мотоциклом «<данные изъяты>».

В действиях водителя мотоцикла «<данные изъяты>» усматривается несоответствие требованиям п.10.1, 10.2 ПДД РФ, выразившиеся в движении со скоростью, превышающей установленное ограничение, несвоевременное принятие мер к остановке ТС и столкновении с автомобилем «<данные изъяты>», которые также находятся в причинной связи с данным столкновением с автомобилем «<данные изъяты>».

При выполнении требований п.1.5, п.8.1, п.10.5 ПДД РФ, то есть при движении прямо без выполнения маневра смены полосы, и не останавливаясь на «зеленый» сигнал светофора водитель автомобиля «<данные изъяты>» располагал технической возможностью предотвратить возникновение опасной обстановки на средней полосе движения для данного направления. Водитель мотоцикла «<данные изъяты>» также располагал технической возможностью для предотвращения столкновения с автомобилем «<данные изъяты>» путем применения экстренного торможения (л.д.№).

Допрошенные в зале суда эксперты ЧЭЦ и ЯЮА каждый в отдельности подтвердили данное ими заключение, при этом ЧЭЦ дополнил, что им, совместно с экспертом ЯЮА, на основании постановления следования была проведена комиссионная экспертиза, которая не является повторной, поскольку сомнений в первичной экспертизе в постановлении о назначении комиссионной экспертизы не содержалось. Для остановки на зеленый сигнал светофора у водителя должны быть веские причины, которых у ФИО1 они не установили, поскольку он выполнил маневр, изменил полосу движения один раз, а потом перед перекрестком изменил второй раз, пересек сплошную линию и остановился. С технической точки зрения он создал этим опасность. Если бы водитель двигался по своей полосе и не менял полосу, то траектория движения автомобиля и мотоцикла не пересеклась бы. В случае возникновения опасности, водитель должен принять меры к снижению скорости, вплоть до остановки, однако в правилах не указано, что он должен менять полосу движения. В случае возникновения опасности для движения водитель должен был, не меняя полосу, применить торможение, снизить скорость и при необходимости остановиться.

Эксперт ЯЮА кроме того пояснил, что вопрос об оправданности действий водителя ФИО1, который начал снижать скорость перед перекрестком, так как услышал нарастающий, громкий гул двигателя и расценил его как опасность для движения выходит за рамки автотехнической экспертизы, поскольку определение данного факта является психофизическими качествами водителя.

У суда не имеется оснований сомневаться в достоверности выводов комиссионной автотехнической экспертизы №165/3 от 08 мая 2019 года, выполненных высококвалифицированными специалистами с соответствующим стажем экспертной работы, являющимися экспертами одной специальности, имеющими для своего заключения все необходимые материалы, поэтому суд считает, что своим полным и объективным исследованием дорожно-транспортного происшествия, комиссия экспертов пришла к обоснованному выводу о наличии в действиях как подсудимого ФИО1, так и потерпевшего КАС несоответствия требованиям Правил дорожного движения РФ, находящихся в причинной связи с ДТП.

Кроме того, вопреки доводам стороны защиты, в судебном заседании установлено, что вышеуказанная комиссионная экспертиза не является повторной, поскольку эксперт ЧЭЦ, проводивший первоначальное исследование, на основании постановления следователя принял участие совместно с экспертом ЯЮА в проведении комиссионного исследования, при этом, каких-либо сомнений в обоснованности первоначального заключения эксперта ЧЭЦ или наличие противоречий в выводах эксперта по тем же вопросам, как в ходе предварительного следствия, так и в зале суда, установлено не было.

Помимо этого, не нарушают права подсудимого и ознакомление с постановлением о назначении указанной выше экспертизы уже после ее производства, поскольку ФИО1 равно как и его защитник не были лишены возможности ходатайствовать о назначении дополнительной экспертизы при наличии к тому оснований, либо о проведении повторной экспертизы в случае недоверия эксперту или экспертному учреждению, где проводились указанные экспертизы, что они и сделали. Кроме того, имели возможность задать вопросы экспертам, давшим указанное заключение. При этом, новых вопросов экспертам, не отраженных в заключении комиссионной экспертизы, стороной защиты не представлено.

При таких обстоятельствах суд признаёт выводы экспертизы в совокупности с другими доказательствами, собранными по делу, за доказательство вины подсудимого ФИО1 в нарушении им, управлявшим автомобилем, правил дорожного движения, повлекших по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

К показаниям свидетеля МИА в части движения автомобиля марки «<данные изъяты>» до столкновения по средней полосе движения без изменения траектории движения и его остановке на запрещающий сигнал светофора, суд относится критически, поскольку они опровергаются показаниями как ФИО1, так и КАС, а также видеозаписью.

В обоснование своих доводов стороной защиты представлено заключение специалиста №49/2-2 от 20 марта 2019 года, выполненное на основании адвокатского запроса, экспертом ООО «Забайкальский центр судебной экспертизы» СЮВ, о том, что мотоцикл <данные изъяты> под управлением КАС в момент начала совершения поворота на соседнюю полосу водителем автомобиля марки «<данные изъяты>» был удален более чем на 70м., что превышает расстояние остановочного пути мотоцикла при экстренном торможении в 1,7 раза и соответствует примерно расстоянию остановочного пути мотоцикла при служебном торможении. Если бы водитель мотоцикла КАС просто снизил скорость движения путем применения служебного торможения у него была бы возможность, пусть не остановиться до места столкновения с попутным ТС, но хотя бы объехать препятствие справа или слева с соблюдением безопасного бокового интервала, однако превышение скорости и бездействия водителя мотоцикла привели к столкновению транспортных средств. При этом, как видно из видеозаписи остановка автомобиля не была полностью осуществлена; говорить о резком торможении нельзя, независимо от того, автомобиль остановился или двигался с той же скоростью дальше исключить возможность столкновения мотоцикла и автомобиля невозможно, так как скорость мотоцикла намного превышала скорость автомобиля. Полагает, что с технической точки зрения действия водителя автомобиля «<данные изъяты>» ФИО1 некорректно рассматривать как действия, не соответствующие требованиям п.8.1 абз.1 и 10.5 абз.4 ПДД РФ, и связывать с причиной столкновения (л.д.№).

Допрошенный в зале суда специалист СЮВ подтвердив выводы проведенного им исследования, суду пояснил, что оценка наличия причинно-следственной связи является больше правовой стороной, а не технической.

Также представлено автотехническое исследование, проведенное специалистом автотехником САА, согласно выводам которого водитель мотоцикла «<данные изъяты>» в данной ДТС должен был руководствоваться требованиями п.10.1 ПДД РФ; водитель автомобиля марки «<данные изъяты>» должен был руководствоваться требованиями п.1.5 абз.1 и 8.4 ПДД РФ. Действия водителя мотоцикла «<данные изъяты>» не соответствовали требованиям п. 10.1 ПДД РФ (в части превышения допустимой скорости движения и несвоевременного применения режима торможения). Действия водителя автомобиля «<данные изъяты>» не соответствовали требованиям п.8.4 ПДД РФ. Несоответствие действий водителя мотоцикла «<данные изъяты>» в данной ДТС требованиям п. 10.1 ПДД РФ находится в причинной связи с наступившими последствиями – ДТП с технической точки зрения. Несоответствие действий водителя автомобиля «<данные изъяты>» в данной ДТС требованиям п.8.4 ПДД РФ не являются причиной данного ДТП с технической точки зрения (л.д.№).

Допрошенный в зале суда специалист САА подтвердил проведенное им исследование.

Однако, суд не принимает во внимание заключения и исследовании вышеуказанных специалистов и их показания, поскольку заключения специалистов, оценивших действия водителей ФИО1 и КАС в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации противоречат совокупности доказательств, исследованных в судебном заседании, в том числе заключению комиссионной автотехнической экспертизы, которое суд полагает необходимым принять за основу приговора, поскольку свои выводы эксперты ЧЭЦ и ЯЮА сделали на основании всей совокупности представленных доказательств, установив несоответствие требованиям ПДД РФ как водителем ФИО1, так и водителем КАС, тогда как выводы специалистов СЮВ и САА носят односторонний, больше вероятностный характер. При этом, специалистами СЮВ и САА проведено рецензирование проведенных по делу автотехнических экспертиз с точки зрения обоснованности выводов, соответствия примененных методик предъявленным требованиям, полноты исследований, правильности выводов экспертов, что выходит за рамки уголовно-процессуального законодательства, проведено с нарушением процедуры производства судебной экспертизы, предусмотренного главой 27 УПК РФ.

При этом, вопреки доводам стороны защиты, в судебном заседании не нашел своего подтверждения факт наличия опасности для движения автомобиля под управлением ФИО1 в указанной дорожно-транспортной ситуации, как со стороны водителя мотоцикла КАС, так и иной, выразившаяся по их мнению, в услышанном подсудимым нарастающем гуле, и в связи с этим остановившемся перед перекрестком на разрешающий зеленый сигнал светофора. Так, что потерпевший КАС, также как и очевидец произошедшего - свидетель МИА показали, что звук работы двигателя мотоцикла под управления КАС являлся стандартным для мотоцикла, не имел специальных приспособлений для увеличения громкости работы двигателя.

При этом, доводы ФИО1 об отсутствии в его действиях состава преступления опровергаются приведенными выше доказательствами, и поэтому суд находит их надуманными и сделанными с одной целью – смягчить свою ответственность за содеянное и свидетельствует лишь о свободе выбора им позиции защиты по делу.

На основании вышеизложенного, оценив каждое из доказательств с точки зрения допустимости и достоверности, а все эти доказательства в совокупности, признавая их достаточными для разрешения уголовного дела, суд считает, что они в совокупности позволяют сделать вывод о доказанности вины ФИО1 в совершении инкриминируемого ему деяния.

Из приведенных доказательств в судебном заседании установлено, что 29 июля 2018 года в период времени с 02 до 02 часов 40 минут ФИО1, управляя технически исправным автомобилем марки «<данные изъяты>», двигаясь на по <адрес> в сторону <адрес>, в районе пересечения улиц Бабушкина и Верхоленская, при движении прямо по крайней левой полосе <адрес>, не подавая соответствующих сигналов световыми указателями поворота, выполнил маневр смены полосы движения на среднюю и остановился перед регулируемым перекрестком <адрес> на разрешающий зеленый сигнал светофора, создав этим опасность для движения двигающемуся в попутном направлении прямо по средней полосе <адрес> мотоциклу «<данные изъяты>» под управлением КАС с пассажиром КЕВ, и допустил столкновение с названным мотоциклом, в результате причинил по неосторожности КАС и КЕВ тяжкий вред здоровью.

О нарушении ФИО1 правил дорожного движения РФ свидетельствует следующие обстоятельства.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 нарушил следующие требования ПДД:

- п. 1.3, согласно которому участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами;.

- п.1.5, согласно которому участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасность для движения и не причинять вреда;

- п. 6.2, которым установлено, что зеленый сигнал светофора разрешает движение;

- п. 8.1, согласно которому перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создавать опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения;

- п.8.2, из которого следует, что подача сигнала указателями поворота или рукой должна производиться заблаговременно до начала выполнения маневра и прекращаться немедленно после его завершения. При этом сигнал не должен вводить в заблуждение других участников движения.

- п.9.4, которым установлено, что на любых дорогах, имеющих для движения в данном направлении три полосы и более, занимать крайнюю левую полосу разрешается только при интенсивном движении, когда заняты другие полосы, а также для поворота налево или разворота;

- п.10.5, согласно которому водителю запрещается резко тормозить, если это не требуется для предотвращения дорожно-транспортного происшествия.

Следовательно, совокупность нарушений ПДД РФ, допущенных водителем ФИО1, находится в прямой причинной связи с наступившими последствиями – совершением дорожно-транспортного происшествия с причинением тяжкого вреда здоровью КАС и КЕВ

При таких обстоятельствах, указанные действия ФИО1 суд квалифицирует по ч.1 ст.264 УК РФ как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, являющегося неосторожным, конкретные обстоятельства дела, а также данные, характеризующие его личность, влияние назначенного наказания на исправление подсудимого, условия его жизни и жизни его семьи.

Совершенное ФИО1 преступление относится к категории небольшой тяжести, имеет направленность против безопасности движения и эксплуатации транспорта.

Подсудимый ФИО1 ранее не судим, однако осужден после совершения данного преступления за совершение преступления небольшой тяжести к условной мере наказания, испытательный срок по которому в настоящее время истек. Подсудимый имеет на иждивении троих малолетних детей, по месту жительства соседями, знакомыми, участковым уполномоченным полиции характеризуется положительно, также как и по месту работы, на учетах в психоневрологическом и наркологическом диспансерах не состоит.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого, на основании ч.ч.1, 2 ст.61 УК РФ суд признает наличие на иждивении троих малолетних детей, принесении извинений потерпевшей КЕВ, положительные характеристики.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого, судом не установлено.

Принимая во внимание смягчающие наказание обстоятельства подсудимого, влияние наказания на условия его жизни, фактические обстоятельства совершенного преступления, также тот факт, что потерпевший КАС в момент дорожно-транспортного происшествия допустил нарушения ПДД РФ, а также потерпевшая КЕВ передвигалась на мотоцикле без мотошлема, суд считает, что исправление ФИО1 возможно без изоляции от общества, и считает возможным назначить ему наказание в виде ограничения свободы, поскольку он впервые совершил преступление небольшой тяжести и имеет постоянное место жительства на территории РФ.

Именно такое наказание, по мнению суда, будет соответствовать целям исправления подсудимого и предупреждению совершения им новых преступлений, восстановлению социальной справедливости.

При этом оснований для назначения дополнительного наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, с учетом личности подсудимого и обстоятельств совершенного им преступления, суд не усматривает.

В судебном заседании рассмотрен гражданский иск, заявленный потерпевшим КАС к подсудимому о компенсации морального вреда, причиненного в результате совершенного преступления в сумме <данные изъяты> рублей.

Рассматривая иск КАС о компенсации морального вреда, исходя из положений ст.ст. 150, 151 ГК РФ, суд приходит к выводу о необходимости его удовлетворения в полном объеме, поскольку обязанность денежной компенсации морального вреда может быть возложена только на нарушителя.

В судебном заседании установлено, что действиями подсудимого потерпевшему КАС причинены физические и нравственные страдания, причинен тяжкий вред здоровью, он длительное время находился на лечении, которое продолжает получать и в настоящее время, перенес ряд операций, ограничен в возможности передвигаться, в связи с чем, не может продолжать активную деятельность.

При определении размера компенсации морального вреда, суд принимает во внимание как степень вины подсудимого, материальное положение его и его семьи, также как и степень вины самого потерпевшего КАС, кроме того степень нравственных страданий потерпевшего, который в результате действий подсудимого перенес тяжелые нравственные страдания, и, по мнению суда, эти страдания невозможно компенсировать меньшей суммой, а также исходя из принципов соразмерности и разумности.

При принятии решения о судьбе вещественных доказательств суд полагает необходимым автомобиль марки «Тойота ФИО2» и мотоцикл марки «Ямаха», разрешить к использованию законными владельцами, а диск с видеозаписями надлежит хранить при уголовном деле.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 299, 304, 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 264 УК РФ и назначить ему наказание в виде 2 лет ограничения свободы, установив следующие ограничения: не изменять место жительства или пребывания и не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осужденный будет проживать или пребывать, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, в который он должен встать на учет.

Возложить на ФИО1 обязанность не реже 2 раз в месяц являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, для регистрации.

Меру пресечения в отношении ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора суда в законную силу оставить без изменения, после - отменить.

Гражданский иск потерпевшего КАС о компенсации морального вреда удовлетворить. Взыскать с осужденного ФИО1 в пользу КАС <данные изъяты>) рублей.

Вещественные доказательства по уголовному делу, после вступления приговора в законную силу: диск с видеозаписями, хранящиеся при уголовном деле, хранить при деле; автомобиль марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, разрешить к использованию законным владельцем; мотоцикл марки «<данные изъяты>», без государственного регистрационного знака, разрешить к использованию законным владельцем.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Забайкальского краевого суда в течение 10 суток со дня провозглашения. В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный в тот же срок вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, о чем ему следует указать в своей апелляционной жалобе, а также в течение трех суток вправе подать заявление об ознакомлении с протоколом судебного заседания.

Председательствующий:

Приговор не вступил в законную силу.

Подлинник документа находится в уголовном деле № Ингодинского районного суда г. Читы

УИД №