Решение № 2-1543/2019 2-1543/2019~М-837/2019 М-837/2019 от 10 июня 2019 г. по делу № 2-1543/2019

Дело № 2-1543/2019

54RS0001-01-2019-001450-20


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

10 июня 2019 года г. Новосибирск

Дзержинский районный суд г. Новосибирска в составе:

Председательствующего судьи Панковой И.А.

при секретаре Казаченко С.Н.

с участием прокурора ФИО1

истца ФИО4

представителя истца ФИО2

представителя ответчика ФИО3

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к Публичному акционерному обществу «Авиационная холдинговая компания «Сухой» о возмещении морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием,

установил:

ФИО4 обратился в суд с иском к ПАО «Авиационная холдинговая компания «Сухой» о возмещении морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, указав в обоснование иска, что в апреле 2015 года на предприятии ответчика было проведено расследование случая профессионального заболевания, составлен и утвержден акт о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, устанавливающий у истца профессиональное заболевание: .... Пунктами 18 и 20 данного акта определена причина профессионального заболевания: воздействие производственного шума, превышающего ПДУ на рабочем месте. Уровень звука 115 дБ, при ПДУ-80 дБ, превышение на 20 дБ. Санитарно-гигиеническая характеристика также указывает на наличие превышений по уровню звука.

Пунктом 19 акта установлено, что вины ФИО4 в профессиональном заболевании нет. В результате наступления у истца профессионального заболевания, органами МСЭ ФИО4 установлено 20% утраты профессиональной трудоспособности. Истцу противопоказан труд в условиях воздействия шума, вибрации, переохлаждения и т.д.

Истец ссылается, что его беспокоят головные боли, слабость, упадок сил, он стал плохо слышать и с каждым годом слух ухудшается, и истец вынужден периодически пользоваться слуховым аппаратом. При обнаружении заболевания, ФИО4 было установлено заболевание ..., что подтверждается справками. Заболевание прогрессирует, становится только хуже, в связи с чем истец постоянно переживает за состояние своего здоровья, так как оно со временем только ухудшается, никакие лекарства не восстановят здоровье, а только поддерживают его. Несмотря на то, что утрата трудоспособности всего 20%, последствия заболевания достаточно серьезные и причиняют много физических и нравственных страданий, в связи с чем истец просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

В судебном заседании истец, его представитель ФИО2 доводы, изложенные в исковом заявлении, поддержали в полном объеме.

Представитель ответчика ФИО3 не согласился с предъявленными исковыми требования ФИО4 по доводам, изложенным в письменном отзыве на исковое заявление, приобщенном к материалам дела.

Прокурор ФИО1 дала заключение о том, что иск о компенсации морального вреда подлежит удовлетворению, так как в ходе рассмотрения дела было установлено, что истец получил профессиональное заболевание, о чем был составлен акт, который не был обжалован ответчиком. Вместе с тем, полагала необходимым снизить сумму, подлежащую взысканию с ответчика до 150 000 рублей.

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, принимая во внимание заключение прокурора, приходит к выводу, что исковые требования истца подлежат частичному удовлетворению, при этом суд исходит из следующего.

В силу части 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации, каждый работник имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В соответствии со статьей 212 Трудового кодекса Российской Федерации, обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Статьей 22 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрена обязанность работодателя возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Из положений статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Пунктом 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» предусмотрено, что суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В соответствии с абзацем 2 части 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2000 года № 967 утверждено Положение о расследовании и учете профессиональных заболеваний, согласно пункту 30 которого, акт о случае профессионального заболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве.

Судом установлено, что ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ был принят в Новосибирский авиационный завод им. В.П. Чкалова в порядке перевода радиолакаторщиком 4 разряда; ДД.ММ.ГГГГ переведен авиатехником по приборам 5 разряда на новые условия оплаты труда; ДД.ММ.ГГГГ переведен авиационным техником по приборам 5 разряда цех 21; ДД.ММ.ГГГГ переведен слесарем-ремонтником цех 21; ДД.ММ.ГГГГ переведен авиационных техником по приборам и электрооборудованию 2 класса (5 разряда), цех 21; ДД.ММ.ГГГГ уволен в связи с расторжением трудового договора по инициативе работника, достижение пенсионного возраста, статья 77 часть первая пункт 3 Трудового кодекса Российской Федерации (л.д. 26-32).

Актом о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ установлен диагноз ФИО4 – .... Заболевание профессиональное (л.д. 9-11).

В соответствии с пунктом 15 акта от ДД.ММ.ГГГГ у ФИО4 ранее профессиональное заболевание не устанавливалось.

Согласно пункту 17 данного акта основными неблагоприятными производственными факторами, воздействующими на авиационного техника по приборам и электрооборудованию является шум. В данном пункте также указано: при выполнении технологических операций авиационные техники по приборам и электрооборудованию подвергаются воздействию шума, работают в вынужденной рабочей позе, выполнял следующие технические операции: проверка, настройка, устранение неисправностей самолетного электрооборудования. Уровни шума превышают предельно-допустимые. Средствами индивидуальной защиты от шума пользовался

Пунктами 18 и 20 данного акта определена причина профессионального заболевания: воздействие производственного шума, превышающего ПДУ на рабочем месте. Уровень звука 115 дБ, при ПДУ-85 дБ, превышение на 20 дБ. Класс – 3,2. Санитарно-гигиеническая характеристика также указывает на наличие превышений по уровню звука.

Причиной профессионального заболевания или отравления послужило: длительное воздействие на организм работника повышенных уровней звука на рабочем месте. Из пункта 19 акта усматривается, что вина работника отсутствует.

На основании результатов расследования установлено, что настоящее заболевание (отравление) является профессиональным и возникло в результате длительного стажа работы в условиях воздействия уровней локальной вибрации, превышающих гигиенические нормативы. Непосредственной причиной заболевания послужило воздействие уровней шума превышающих ПДУ.

Как следует из заключений врачебной комиссии ... от ДД.ММ.ГГГГ, ... от ДД.ММ.ГГГГ, диагноз профессионального заболевания подтвержден, поставлен заключительный клинический диагноз: .... Заболевание профессиональное (л.д. 20-23).

Из заключения врачебной комиссии ... от ДД.ММ.ГГГГ, диагноз профессионального заболевания подтвержден, поставлен заключительный клинический диагноз: .... Заболевание профессиональное (л.д. 24-25).

Из справки МСЭ-2017 ... от ДД.ММ.ГГГГ, выданной ФКУ «...» Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации, следует, что ФИО4 установлено 20% степени утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием от ДД.ММ.ГГГГ, акт о профессиональном заболевании ... от ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 19-20).

Таким образом, в период работы у ответчика у истца возникло профессиональное заболевание, находящееся в причинно-следственной связи с воздействием вредных производственных факторов в процессе выполнения последним трудовых обязанностей.

Довод ответчика о том, что их вины в возникновении профессионального заболевания нет, является несостоятельным, так как актом о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что вины истца в возникновении профессионального заболевания нет, указанный акт ответчиком не обжаловался.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно части 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как указано в разъяснениях, содержащихся в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 от 20 декабря 1994 года «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», размер компенсации зависит от характера и объема, причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 26 января 2010 года «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1000 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При этом суд отмечает, что в ходе рассмотрения дела, нашел подтверждение тот факт, что истец получил профессиональное заболевание в период работы у ответчика, следовательно, то обстоятельство, что фондом социального страхования истцу предоставляются социальные гарантии, предусмотренные государством, не может освободить ответчика от выплаты истцу компенсации морального вреда.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства и принимая во внимание, что установлен факт причинения вреда здоровью истца профессиональным заболеванием с утратой профессиональной трудоспособности в размере 20% бессрочно, который наступил вследствие воздействия на организм вредных производственных факторов во время работы, суд с учетом требований разумности и справедливости приходит к убеждению, что с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 180 000 рублей.

На основании статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей, от уплаты которой истец освобождена на основании статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО4 к Публичному акционерному обществу «Авиационная холдинговая компания «Сухой» о возмещении морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием – удовлетворить частично.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Авиационная холдинговая компания «Сухой» в пользу ФИО4 в счет возмещения морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием – 180 000 (сто восемьдесят тысяч) рублей.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Авиационная холдинговая компания «Сухой» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей.

Решение суда может быть обжаловано в Новосибирский областной суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме через Дзержинский районный суд г. Новосибирска.

Судья И.А. Панкова

Мотивированное решение изготовлено 17 июня 2019 года