Решение № 2-1586/2018 от 20 ноября 2018 г. по делу № 2-1586/2018

Дело № 2-1586/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 ноября 2018 года г.Саратов

Фрунзенский районный суд города Саратова в составе:

председательствующего судьи Рословой О.В.,

при секретаре судебного заседания Юдиной Д.М.,

с участием помощника прокурора Фрунзенского района г. Саратова Мишина А.Н., представителя истца ФИО1, ответчика ФИО2, третьего лица ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 ФИО12 к ФИО2 ФИО13 о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО4 обратились в суд с иском к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование исковых требований истец указала, что 27.01.2018 года примерно в 10 час. 55 мин. водитель ФИО3, управляя автомобилем Фольксваген Джетта, регистрационный номер <данные изъяты>, принадлежащем на праве собственности ФИО2, двигался по малой проезжей части дороги по ул. Шехурдина, со стороны ул. 2-я Прокатная в направлении пр-та Строителей. В пути следования напротив <...> допустил наезд на пешехода ФИО5 пересекавшего проезжую часть справа на лево по ходу движения автомобиля со стороны остановки общественного транспорта. В результате дорожно-транспортного происшествия ФИО5 был причинен тяжкий вред здоровью не совместимый с жизнью. Согласно акту судебно-медицинского исследования трупа № от 13.02.2018 года смерть ФИО5 наступила в результате сочетанной тупой травмы тела с множественными двусторонними переломами ребер, переломами правой и левой лопаток, переломами левых мало- и большеберцовой костей. Согласно заключению эксперта № от 03.04.2018 года у водителя автомобиля Фольксваген Джетта, регистрационный номер <данные изъяты> отсутствовала техническая возможность предотвратить наезд на пешехода путем торможения. 25.04.2018 года было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по факту причинения в дорожно-транспортном происшествии 27.01.2018 года тяжкого вреда здоровью ФИО5, повлекшего по неосторожности его смерть, в отношении ФИО3, то есть в совершении им преступления, предусмотренного <данные изъяты> по основанию, предусмотренному <данные изъяты> в связи с отсутствием в его деянии состава преступления. В ходе проведения проверки в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ ФИО5 пояснил, что 27.01.2018 года около 15 час. 55 мин. он вышел из автобуса на остановке общественного транспорта у д.44 по ул. Шехурдина. Подошел к маленькой дороге, посмотрел налево потом направо и, убедившись в безопасности, сделал шаг на проезжую часть. После этого слева появилась машина, которую он не заметил, и сбила его. В ходе проведения проверки в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ ФИО3 пояснил, что автомобиль Фольксваген Джетта, регистрационный номер <данные изъяты> принадлежит на праве собственности матери его жены ФИО2 и находится в постоянном пользовании его жены ФИО6, машина застрахована по договору ОСАГО, а в полис страхования он не вписан, однако иногда пользуется данным автомобилем. По данному факту сотрудниками ГИБДД в отношении ФИО3 было вынесено постановлении об административном правонарушении за нарушение п. 2.1.1 Правил дорожного движения РФ и в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 12.37 КоАП РФ. С указанными правонарушениями ФИО3 согласился. На момент совершения дорожно-транспортного происшествия ФИО3 не имел законных оснований владеть транспортным средством. Истец ФИО4 является дочерью погибшего ФИО5 и в результате гибели отца она претерпела глубокую психологическую моральную травму, связанную с потерей близкого и любимого человека. Для истца утрата отца, является тяжелейшим событием в жизни неоспоримо причинившим нравственные страдания, усугубленные тем, что мать истца ФИО7 скончалась в 1997 году, когда ей было 12 лет и в последующие годы жизни отец был для нее единственным родителем, который растил и воспитывал ее, всегда находился рядом, поддерживал и во всем помогал. В результате данной трагедии истец в течение длительного периода времени испытывает глубокие нравственные страдания, испытывает душевные переживания о случившемся, неизгладимой является боль утраты близкого человека, которую невозможно восполнить. Свои нравственные страдания истец оценивают в размере 1 000 000 рублей.

На основании изложенного, истец просил суд взыскать с ФИО2 в свою пользу в счет компенсации морального вреда 1 000 000 рублей.

Истец ФИО4 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, представила заявление о рассмотрении дела в свое отсутствие. Ранее в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, изложила обстоятельства, указанные в иске.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 исковые требования поддержал в полном объеме, просил их удовлетворить по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала, указав о своем тяжелом материальном положении, а также о том, что вины ФИО3 в указанном дорожно-транспортном происшествии не имеется, просила суд в удовлетворении исковых требований ФИО4 отказать.

Представитель ответчика ФИО8 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, причины неявки в суд не сообщил.

Привлеченный к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющий самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3 в судебном заседании просил суд отказать в удовлетворении исковых требований ФИО4, ссылаясь на отсутствие своей вины в совершении дорожно-транспортного происшествия.

Суд, руководствуясь положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее ГПК РФ), определил рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, выслушав заключение прокурора, полагавшего удовлетворить заявленные исковые требования в полном объеме, суд находит исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, по следующим основаниям.

В силу положений, закрепленных ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) восстановлению подлежит нарушенное право, в том числе, путем возмещения убытков, иными способами, предусмотренными законом.

В соответствии со ст.ст. 12, 56 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений. Согласно ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ жизнь и здоровье отнесено к личным нематериальным благам гражданина.

В соответствии со ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

На основании ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данным в постановлении от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и тому подобное), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Размер компенсации зависит от характера и объёма причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Статьёй 1100 ГК РФ предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Способ и размеры компенсации морального вреда определены в статье 1101 ГК РФ, согласно которой компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 32 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

В ходе судебного заседания установлено, что 27.01.2018 года около 11 часов водитель ФИО3, управляя автомобилем Фольксваген Джетта, с государственным регистрационным знаком <данные изъяты> регион, принадлежащим ФИО2, двигаясь по ул. Шехурдина допустил наезд на пешехода ФИО5, пересекавшего проезжую часть дороги. В результате наезда ФИО5 причинены телесные повреждения, от которых он впоследствии скончался.

В соответствии со свидетельством о смерти III-РУ № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 умер 11.02.2018 года (л.д.25).

Согласно акту судебно-медицинского исследования трупа № от 13.02.2018 года смерть ФИО5 наступила в результате сочетанной тупой травмы тела с множественными двусторонними переломами ребер, переломами правой и левой лопаток, переломами левых мало и большеберцовой костей (л.д.15-24).

В соответствии с заключением эксперта по материалу проверки по факту ДТП (КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ) № от 03.04.2018 года у водителя автомобиля Фольксваген Джетта, регистрационный знак <данные изъяты> отсутствовала техническая возможность предотвратить наезд на пешехода путем торможения (л.д.26-31).

По данному факту ГСУ ГУ МВД России по Саратовской области 09.10.2018 года было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 264 УК РФ, в отношении водителя ФИО3, на основании п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ – в связи с отсутствием в его деянии состава преступления.

Истец ФИО4 является дочерью погибшего в результате дорожно-транспортного происшествия ФИО5, что подтверждается свидетельством о рождении II-ДВ № от 08.05.2018 года и справкой о заключении брака № (л.д.38-39), соответственно, и факт родственных отношений в ходе судебного разбирательства не оспаривался.

Собственником автомобиля Фольксваген Джетта, с государственным регистрационным знаком <данные изъяты> регион, является ответчик ФИО2, что подтверждается материалами дела и не оспаривалось в ходе судебного разбирательства.

Положениями п. 1 и п. 2 ст. 1079 ГК РФ установлено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 указанного Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

Таким образом, по смыслу приведенной правовой нормы ответственность за причиненный источником повышенной опасности вред несет его собственник, если не докажет, что право владения источником передано им иному лицу в установленном законом порядке.

Согласно п. 1 ст. 4 Федерального закона 25 апреля 2002 года №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

Обязанность по страхованию гражданской ответственности распространяется на владельцев всех используемых на территории Российской Федерации транспортных средств, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 3 и 4 настоящей статьи.

В соответствии с п. 6 ст. 4 Федерального закона 25 апреля 2002 года N 40-ФЗ владельцы транспортных средств, риск ответственности которых не застрахован в форме обязательного и (или) добровольного страхования, возмещают вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в соответствии с гражданским законодательством.

Лица, нарушившие установленные настоящим Федеральным законом требования об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств, несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Как установлено в ходе судебного разбирательства, гражданская ответственность ФИО3 при управлении транспортным средством Фольксваген Джетта, с государственным регистрационным знаком <данные изъяты> регион, в момент дорожно-транспортного происшествия 27.01.2018 года застрахована не была.

Кроме того, ФИО3 был привлечен к административной ответственности по ч. 2 ст. 12.37 КоАП РФ (неисполнение владельцем транспортного средства установленной федеральным законом обязанности по страхованию своей гражданской ответственности, а равно управление транспортным средством, если такое обязательное страхование заведомо отсутствует).

Вместе с тем, ответчик ФИО2 как собственник автомобиля не представила доказательств в подтверждение того обстоятельства, что автомобиль Фольксваген Джетта, с государственным регистрационным знаком <данные изъяты> регион, был передан в законное управление ФИО3, а также доказательств того, что данное транспортное средство выбыло из ее обладания в результате противоправных действий других лиц.

Следовательно, ФИО2 как законный владелец источника повышенной опасности – транспортного средства Фольксваген Джетта, с государственным регистрационным знаком <данные изъяты> регион, передавшая полномочия по управлению этим транспортным средством ФИО3 без законных на то оснований и оформления договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств и включения в него указанного лица как допущенного к управлению транспортным средством, в случае причинения вреда в результате использования транспортного средства таким лицом, должна нести ответственность.

Кроме того, вступившем в законную силу решением Ленинского районного суда г.Саратова от 30.08.2018 года по гражданскому делу № по иску ФИО4 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, иск ФИО4 оставлен без удовлетворения.

В соответствии со ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Как следует из решения суда от 30.08.2018 года, судом установлено, что ФИО3 не был допущен собственником транспортного средства к его управлению, данное право было передано ФИО6, без предоставления права передоверия.

При рассмотрении дела суд пришел к выводу, что обязанность по возмещению вреда причиненного дорожно-транспортным происшествием, в том числе и компенсации морального вреда, причиненного в результате гибели близкого родственника истца, лежит на владельце транспортного средства, которым ответчик ФИО3 в момент дорожно-транспортного происшествия не являлся, а следовательно заявленные истцом требования удовлетворению не подлежат.

В соответствии с требованиями ч. 4 ст. 61 ГПК РФ, исходя из обстоятельств, установленных вступившим в законную силу решением суда от 30.08.2018 года, указанное решение обязательно для суда, рассматривающего настоящий гражданско-правовой спор. Установленные решением суда обстоятельства в данном случае переоценке не подлежат.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что ФИО2, являясь собственником автомобиля Фольксваген Джетта, с государственным регистрационным знаком <данные изъяты> регион, должна нести обязанность по возмещению истцу компенсации морального вреда.

Таким образом, на ответчика как на владельца источника повышенной опасности возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности.

При этом как указано выше, в соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Суд учитывает, что гибель близкого человека –отца, сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, подобная утрата, безусловно, является для истца, тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания.

Определяя размер денежной компенсации морального вреда, суд принимает во внимание также обстоятельства, при которых погиб ФИО5, а также степень нравственных и физических страданий истца, связанных с гибелью близкого человека.

Судом также приняты во внимание характер причиненных истцу нравственных страданий, связанных с потерей близкого человека, последствия такой потери.

Оценив установленные по делу фактические обстоятельства, представленные в дело доказательства, суд приходит к выводу о том, что истец ФИО4, являясь дочерью погибшего ФИО5, вправе требовать взыскания с ответчика ФИО2 компенсации морального вреда, поскольку вред здоровью, повлекший смерть отца, был причинен источником повышенной опасности.

Вместе с тем, суд учитывает, что компенсация морального вреда не должна являться источником обогащения потерпевших, а при определении размера морального вреда – установленные законом требования разумности и справедливости, в связи с чем, суд находит требования истца о взыскании морального вреда подлежащим частичному удовлетворению в размере 300 000 рублей.

В соответствии с п. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Таким образом, с ответчика ФИО2 в пользу муниципального бюджета муниципального образования «Город Саратов» подлежит взысканию государственная пошлина, исчисленная в соответствии с требованиями ст. 333.19 НК РФ, в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО4 ФИО14 к ФИО2 ФИО15 о взыскании компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 ФИО16 в пользу ФИО4 ФИО17 компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований - отказать.

Взыскать с ФИО2 ФИО18 государственную пошлину в доход бюджета муниципального образования «Город Саратов» в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Саратовский областной суд через Фрунзенский районный суд г. Саратова в течение месяца со дня составления мотивированного решения, то есть 26 ноября 2018 года.

Судья О.В. Рослова