Апелляционное определение № 33-7414/2026 от 6 мая 2026 г.

УИД 66RS0001-01-2025-004492-02

Дело № 33-7414/2026

(№ 2-167/2026 (2-5769/2025))

Мотивированное
апелляционное определение изготовлено 07.05.2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

23 апреля 2026 года г. Екатеринбург

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего судьи Локтина А.А.,

судей Булгаковой М.В., Мартыновой Я.Н.

с участием прокурора Чернова В.С.

при ведении протокола с использованием средств аудиозаписи помощником судьи Шалудько Ю.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ( / / )18 в лице законного представителя ФИО2 о возмещении ущерба, компенсации морального вреда

по апелляционной жалобе ФИО1, апелляционному представлению прокурора Верх-Исетского района г. Екатеринбурга на решение Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 09 февраля 2026 года.

Заслушав доклад судьи Булгаковой М.В., объяснения ФИО1 и ее представителя ФИО3, поддержавших доводы апелляционной жалобы, возражения представителя ФИО2 ФИО4, заключение прокурора Чернова В.С., поддержавшего доводы апелляционного представления и полагавшего решение суда подлежащим отмене в части, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 и наследственному имуществу ( / / )19 о возмещении ущерба, компенсации морального вреда.

В обоснование исковых требований указала, что <дата> произошло ДТП с участием автомобиля Fiat Dukato, госномер <№>, под управлением ( / / )8 и автомобиля Hyundai Solaris, госномер <№>, под управлением ( / / )9 ДТП произошло по вине водителя ( / / )8, который нарушил правила дорожного движения. В результате ДТП оба водителя погибли на месте, автомобиль Hyundai Solaris получил механические повреждения. На момент ДТП гражданская ответственность ( / / )8 была застрахована в установленном законом порядке. В счет страхового возмещения за поврежденный автомобиль было выплачено 400 000 руб. Вместе с тем, на момент ДТП рыночная стоимость автомобиля Hyundai Solaris составляла 1 000 000 руб. С учетом выплаченного страхового возмещения размер убытков составляет 600000 руб. В связи со смертью супруга истец перенесла моральные страдания, заключающиеся в переживаниях, невозможности вести обычный образ жизни, принятии на себя обязанностей, которые исполнял супруг в семейной жизни.

С учетом уточнения исковых требований истец просила взыскать с ответчиков солидарно убытки в размере 368 800 руб. в соответствии с результатами проведенной судебной экспертизы, компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 руб.

Решением Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 09 февраля 2026 года исковые требования ФИО1 удовлетворены частично. С ФИО2 в пользу ФИО1 взысканы ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 295 040 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 4680 рублей.

С ( / / )20 в лице законного представителя ФИО2 в пользу ФИО1 взысканы ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия в размере 73 760 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 1 170 рублей.

В удовлетворении исковых требований в оставшейся части отказано.

С решением суда не согласилась истец ФИО1, в поданной апелляционной жалобе просит решение суда отменить в части отказа в удовлетворении требования о взыскании компенсации морального вреда. Ссылаясь на Постановление Конституционного Суда РФ от 29.05.2025 N 24-П, полагает, что имеет право на взыскание с ответчиков компенсации морального вреда.

C решением суда также не согласился прокурор Верх-Исетского района г. Екатеринбурга, в поданном апелляционном представлении просит решение суда отменить в части отказа во взыскании с ответчиков в пользу истца компенсации морального вреда по основаниям, аналогичным доводам апелляционной жалобы истца.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции иные лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены, ходатайств об отложении рассмотрения дела не представили.

Кроме того, информация о дате и времени судебного заседания была заблаговременно размещена на официальном сайте Свердловского областного суда.

С учетом изложенного, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, проверив законность обжалуемого решения в соответствии с частью 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в обжалуемой части, судебная коллегия полагает решение суда в этой части подлежащим отмене.

Из материалов дела следует, что <дата> на 8 км. +900 м. автодороги <адрес> от 120 км.+ 085 автодороги <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Fiat Dukato, госномер <№>, под управлением ( / / )8 и автомобиля Hyundai Solaris, госномер <№>, под управлением ( / / )9

В результате данного ДТП оба водителя погибли.

Постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от <дата> в возбуждении уголовного дела в отношении водителя ( / / )8 отказано на основании п.4 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи со смертью подозреваемого, в отношении водителя ( / / )9 – на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии признаков преступления (л.д.14-22).

Данным постановлением установлено, что причиной ДТП явилось нарушение требований Правил дорожного движения РФ водителем ( / / )8, который управлял автомобилем с ошипованными и неошипованными шинами, двигался со скоростью, которая не обеспечила водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, не принял возможных мер к снижению скорости, допустил выезд на полосу встречного движения, в результате чего допустил столкновение с автомобилем Нundai Solaris, госномер <№>, под управлением ( / / )9

Из материалов наследственного дела после ( / / )8 видно, что наследство приняли супруга ФИО2 и дочь ( / / )21<дата> г.р.

Нотариусом выданы свидетельства о праве на наследство по закону на наследственное имущество ( / / )8 наследникам ФИО2 – в размере 4/5 долей (ввиду отказа от наследства в ее пользу иных наследников), ( / / )22 –в размере 1/5 доли.

Отказывая истцу во взыскании компенсации морального вреда, суд, сославшись на положения ст.ст.151,1112 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходил из того, что в состав наследства не входят права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя.

Поскольку смерть ( / / )9 наступила от действий ( / / )8, а не ФИО2, оснований для взыскания компенсации морального вреда суд не усмотрел.

С данными выводами суда судебная коллегия не соглашается, поскольку они основаны на неправильном применении норм материального права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Согласно части 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно статье 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Не входят в состав наследства права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя, в частности право на алименты, право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также права и обязанности, переход которых в порядке наследования не допускается настоящим Кодексом или другими законами.

Постановлением Конституционного Суда РФ от 29.05.2025 N 24-П взаимосвязанные положения части первой статьи 151, частей первой и второй статьи 1112 ГК Российской Федерации признаны не противоречащими Конституции Российской Федерации в той мере, в какой они по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования не препятствуют включению в состав наследства лица, совершившего преступление (подозреваемого или обвиняемого, уголовное преследование которого прекращено по нереабилитирующим основаниям), и возложению на его наследников обязанности компенсировать моральный вред потерпевшему от этого преступления в пределах стоимости наследственного имущества вне зависимости от наличия на момент смерти причинителя вреда вступившего в силу судебного акта, обязывающего его выплатить соответствующую компенсацию.

Конституционный суд РФ указал, что гражданско-правовое регулирование не создает сущностных препятствий для того, чтобы компенсировать моральный вред, причиненный потерпевшему в связи со смертью близкого человека, за счет наследственной массы причинителя вреда, позволяя сбалансировать на основе принципов справедливости и соразмерности имущественные интересы наследников и права потерпевших от преступления.

Поскольку в отношении ( / / )8 имеется постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по нереабилитирующему основанию, вину ( / / )8 в нарушении Правил дорожного движения, повлекших смерть ( / / )9, ответчики не оспаривали, судебная коллегия приходит к выводу о том, что отказ суда первой инстанции в удовлетворении иска о взыскании с наследников причинителя вреда компенсации морального вреда нельзя признать законным.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец ФИО1 пояснила, что с супругом они прожили 22 года, отношения были хорошими, теплыми. Супруг взял на себя основную заботу об их ребенке, являющемся инвалидом, помогал с домашними делами. Для нее смерть супруга явилась большой потерей.

Учитывая, что со смертью супруга истец утратила семейные связи, которые были у нее на протяжении длительного времени, близкие, теплые отношения между супругами, поддержку, которую оказывал истцу супруг, судебная коллегия приходит к выводу о том, что соразмерной перенесенным истцом нравственным страданиям является сумма компенсации морального вреда в размере 1000000 руб., в связи с чем, оснований для взыскания компенсации морального вреда в заявленном истцом размере не имеется.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно (статья 323).

Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.

Из материалов дела следует, что в состав наследства после смерти ( / / )8 входит 1/2 доля от 92/100 долей квартиры, 1/2 автомобиля Toyota Camri, 1/2 доля денежных вкладов в банках.

В отсутствие сведений о рыночной стоимости квартиры, доля в которой входит в состав наследства, судебная коллегия полагает возможным учесть ее кадастровую стоимость.

С учетом кадастровой стоимости 1/2 доли наследства в виде доли квартиры, составляющей 2985750 руб., стоимости 1/2 доли автомобиля, стоимость принятого наследниками наследства без учета 1/2 доли денежных вкладов составляет 3385750 руб.

За счет данной стоимости подлежит погашению взысканный с ответчиков в пользу истца имущественный ущерб в сумме 368800 руб.

Таким образом, оставшейся стоимости наследственного имущества достаточно для компенсации истцу морального вреда.

Поступившие в суд апелляционной инстанции возражения ответчика ФИО2 о тяжелом имущественном положении, распоряжении частью наследственного имущества судебной коллегией не учитываются, поскольку в данном случае обязанность по компенсации морального вреда возлагается на ответчиков как наследников ( / / )8 и подлежит исполнению наследниками в пределах стоимости перешедшего к каждому из них наследственного имущества. Отчуждение наследственного имущества юридического значения при разрешении данного спора не имеет.

С учетом изложенного, судебная коллегия приходит к выводу об отмене решения суда в части отказа в удовлетворении требования о взыскании компенсации морального вреда с принятием в этой части нового решения о частичном удовлетворении требования.

С ответчиков на основании ст.103 ГПК РФ в доход бюджета подлежит взысканию солидарно государственная пошлина в сумме 3 000 рублей, размер которой предусмотрен п.п.3 п.1 ст.333.19 Налогового кодекса Российской Федерации.

В остальной части решение суда не обжалуется, его законность судом апелляционной инстанции не проверяется.

Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга Свердловской области от 09 февраля 2026 года отменить в части отказа в удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2, ( / / )23 о взыскании компенсации морального вреда.

Принять в отмененной части новое решение.

Исковые требования ФИО1 к ФИО2, ( / / )24 о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать в пользу ФИО1 (паспорт <...>) с ФИО2 (паспорт <...>), ( / / )25 (паспорт <...>) в солидарном порядке компенсацию морального вреда в размере 1000000 рублей в пределах стоимости перешедшего к каждому из них наследственного имущества.

В удовлетворении остальной части требования отказать.

В остальной части решение суда оставить без изменения.

Взыскать с ( / / )26, ФИО2 в доход бюджета государственную пошлину 3 000 рублей солидарно.

Председательствующий А.А. Локтин

Судьи М.В. Булгакова

Я.Н. Мартынова