Апелляционное определение № 33-385/2026 от 31 марта 2026 г.

Председательствующий – Туйденова Е.А. Дело № 33-385/2026

номер производства в суде первой инстанции 2-432/2025

УИД 02RS0005-01-2023-000476-20

строка статистической отчетности 2.219


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

01 апреля 2026 года г. Горно-Алтайск

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Алтай в составе:

председательствующего судьи – Чертков С.Н.,

судей – Чориной Е.Н., Шнайдер О.А.,

при секретаре – Бузурной Н.Б.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе администрации муниципального образования «Турочакский район» в Республике Алтай на решение Турочакского районного суда Республики Алтай от 26 декабря 2025 года, которым

исковые требования Управления Роспотребнадзора по Республике Алтай к администрации МО «Турочакский район», муниципальному бюджетному учреждению муниципального образования «Турочакский район» «Дорожно-хозяйственное управление» удовлетворены в части.

На администрацию МО «Турочакский район» (ИНН № ОГРН №) возложена обязанность получить положительное санитарно-эпидемиологическое заключение использования водного объекта в целях питьевого, хозяйственно-бытового водоснабжения и положительное санитарно-эпидемиологическое заключение на проект зон санитарной охраны на скважину Г5/79, расположенную по адресу: <адрес> расположенную по адресу: <адрес> в течение шести месяцев со дня вступления решения суда в законную силу.

В удовлетворении исковых требований Управления Роспотребнадзора по <адрес> к муниципальному бюджетному учреждению муниципального образования «<адрес>» «Дорожно-хозяйственное управление» отказано.

Заслушав доклад судьи Черткова С.Н., судебная коллегия,

УСТАНОВИЛА:

Управление Роспотребнадзора по Республике Алтай обратилось в суд с иском к муниципальному бюджетному учреждению муниципального образования «Турочакский район» «Дорожно-хозяйственное управление» о возложении обязанности получить санитарно-эпидемиологическое заключение на проект зон санитарной охраны и использования водопользования, мотивируя исковые требования тем, что организацией, эксплуатирующей скважины, расположенные по адресам: <адрес> допускается бездействие по получению разрешительных документов на условия водопользования. Согласно представленным документам, распоряжения МО «Турочакский район от 03.06.2016 № 267-р «О внесении в Реестр объектов муниципальной собственности, недвижимого имущества» из собственности муниципального образования «Артыбашское сельское поселение» в собственность МО «Турочакский район» в рамках разграничения муниципального имущества, скважины, расположенные по вышеуказанным адресам, переданы в хозяйственное ведение МКУ МО «Турочакский район» «ДХУ». На основании постановления МО «Турочакский район» № 405 от 10.06.2022 года МКУ МО «Турочакский район» «ДХУ» переименовано в МБУ МО «Турочакский район» «ДХУ». Согласно частям 1,2 статьи 43 Водного кодекса Российской Федерации для целей питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения должны использоваться защищенные от загрязнения и засорения поверхностные водные объекты и подземные водные объекты, пригодность которых для указанных целей определяется на основании санитарно-эпидемиологических заключений. Использование водного объекта в конкретно указанных целях допускается при наличии санитарно-эпидемиологического заключения о соответствии водного объекта санитарным правилам и условиям безопасного для здоровья населения использования водного объекта. Соответствие качества санитарно-эпидемиологическим требованиям устанавливаются документами, принятыми в соответствии с международными договорами РФ и техническими регламентами. Одним из видов таких документов является санитарно-эпидемиологическое заключение – документ, выдаваемый в установленных случаях, органами исполнительной власти, уполномоченными на осуществление федерального государственного санитарно-эпидемиологического надзора и удостоверяющий соответствие или несоответствие санитарно-эпидемиологическим и гигиеническим требованиям факторов среды обитания (ст. 1 Закона 52-ФЗ). В нарушение вышеуказанных норм законодательства ответчик осуществляет деятельность по эксплуатации вышеуказанных скважин без соответствующего санитарно-эпидемиологического заключения на условия водопользования, чем непосредственно посягает на права граждан и создает угрозу причинения вреда здоровью населения и риск распространения инфекционных и массовых неинфекционных заболеваний. На основании вышеизложенного, истец просит суд обязать муниципальное бюджетное учреждение муниципального образования «Турочакский район» «Дорожно-хозяйственное управление» до 28.02.2024 года получить положительное санитарно-эпидемиологическое заключение использования водного объекта в целях питьевого, хозяйственно-бытового водоснабжения и положительное санитарно-эпидемиологическое заключение на проект зон санитарной охраны на скважины: Г5/79, расположенную по адресу: <адрес>

Протокольным определением суда от 25 ноября 2025 года привлечена к участию в деле в качестве соответчика администрация МО «Турочакский район».

Суд вынес вышеуказанное решение, об отмене которого просит представитель администрация МО «Турочакский район» ФИО1, полагая решение суда принятым с нарушением норм материального и процессуального права, при неправильном применении закона. В апелляционной жалобе указывает, что процессуальным истцом избран ненадлежащий способ защиты права. Исковые требования мотивированы отсутствием у ответчика положительного санитарно-эпидемиологического заключения использования водного объекта в целях питьевого, хозяйственно-бытового водоснабжения и отсутствием положительного санитарно-эпидемиологического заключения на проект зон санитарной охраны водозаборных скважин, при фактическом предоставлении населению услуг по холодному водоснабжению, в связи с чем эксплуатация водозаборных скважин должна быть прекращена. Полагает, что суд, удовлетворяя заявленные исковые требования к администрации МО «Турочакский район», в нарушение ч. 3 ст. 196 ГПК РФ вышел за пределы заявленных истцом исковых требований, произвел фактическую замену ответчика в отсутствие законных оснований и без волеизъявления процессуального истца. Уточнения исковых требований процессуальным истцом не производилось, каких-либо исковых требований к администрации не заявлялось, доказательств обратного не имеется. Возложение судом обязанности на собственника в отношении переданного в полное оперативное управление имущества противоречит принципу разграничения ответственности между учредителем и учреждением. МБУ «ДХУ» создано для осуществления хозяйственной деятельности, связанной с эксплуатацией, обслуживанием, а также текущим и капитальным ремонтом водопроводных сетей. Администрация, как собственник и учредитель осуществляет только управленческие и контрольные функции, не занимаясь непосредственной хозяйственной эксплуатацией. Отсутствие в Уставе МБУ «ДХУ» положений о возможности получения санитарно-эпидемиологических заключений использования водного объекта и положительного санитарно-эпидемиологического заключения на проект зон санитарной охраны на скважины, не освобождает юридическое лицо от совершения предусмотренных законодательством действий. Указывает на нарушение судом требований ч. 2 ст. 198 ГПК РФ, выразившихся в не указании во вводной части решения всех лиц, участвующих в деле и присутствовавших в судебном заседании.

Информация о движении настоящего гражданского дела размещена на официальном сайте Верховного Суда Республики Алтай (http://vs.ralt.sudrf.ru/).

В судебном заседании представитель истца Управления Роспотребнадзора по Республике Алтай ФИО2 возражал относительно доводов апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в установленном законом порядке, в судебное заседание не явились, об отложении заседания не ходатайствовали, ходатайств об участии в судебном заседании, в том числе посредством ВКС не заявили, доказательств уважительности причин неявки не предоставили, в связи с чем, на основании ст. ст. 167, 327 ГПК РФ судебная коллегия признала возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ исходя из доводов, изложенных в жалобе, обсудив доводы жалобы, поступивших относительно нее возражений, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела согласно выписок из реестра объектов муниципальной собственности МО «Турочакский район» от 29 сентября 2025 года скважины Г5/79, расположенная по адресу: Республика Алтай, <...> и Г40/78, расположенная по адресу: Республика Алтай, <...> находятся в муниципальной собственности МО «Турочакский район».

На основании распоряжения врио главы администрации МО «Турочакский район» № 267-р от 03 июня 2016 года «О внесении в Реестр объектов муниципальной собственности, недвижимого имущества передаваемого из собственности МО «Артыбашское сельское поселение» в собственность МО «Турочакский район» в рамках разграничения муниципального имущества и передаче МКУ «ДХУ»» скважина Г5/79, расположенная по пер. Таежный, 2 Б в с. Иогач Турочакского района Республики Алтай и скважина Г40/78, расположенная по ул. Лесная, 20 «А» в с. Иогач Турочакского района Республики Алтай, переданы на праве оперативного управления МКУ «ДХУ» по акту приема-передачи, поставлены на баланс указанного учреждения.

Согласно Уставу Муниципального бюджетного учреждения муниципального образования «Турочакский район» «Дорожно-хозяйственное управление» является некоммерческой организацией, созданной для выполнения работ, оказания услуг в целях реализации предусмотренных законодательством Российской Федерации полномочий органов местного самоуправления в сфере водоснабжения и водоотведения. Предметом деятельности Учреждения является осуществление работ и оказание услуг по холодному водоснабжению, водоотведению, строительству, ремонту и содержанию дорог и других муниципальных объектов, содержание площадок для сбора ТКО, лесозаготовке, лесопереработке и других работ и услуг в соответствии с целями создания (п. 2.2 Устава).

Согласно п. 2.3.1 в сфере водоснабжения и водоотведения Учреждение осуществляет:

1) забор, водоподготовка, транспортировка, подача и реализация питьевой или технической воды абонентам с использованием централизованных или нецентрализованных систем холодного водоснабжения (холодное водоснабжение);

2) выдача технических условий (разрешений) на подключение, подключение абонентов к муниципальным сетям канализации и водоснабжения, согласование проектов водоснабжения и водоотведения;

3) обеспечение надлежащей эксплуатации и функционирования систем водоснабжения и канализации;

4) технический контроль и надзор за пользованием водой потребителями, учет количества потребленной воды;

5) строительство новых водопроводных (водоотводящих) сетей, капитальный ремонт, реконструкция действующих водопроводных (водоотводящих) сетей и других объектов водоснабжения и водоотведения;

6) ремонт и обслуживание электроустановок;

7) производство земляных работ;

8) ремонт, установка, пломбирование средств измерений.

Из ответа Управления Роспотребнадзора по Республике Алтай от 07 июня 2023 года следует, что на скважину Г5/79, расположенную по адресу: Республика Алтай, <...> и скважину Г40/78, расположенную по адресу: Республика Алтай, <...> санитарно-эпидемиологические заключения на проект организации зон санитарной охраны и условий использования в целях питьевого, хозяйственно-бытового водоснабжения не выдавались.

Указанные обстоятельства, также были подтверждены в ходе судебного разбирательства в суде первой и апелляционной инстанции.

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции, руководствуясь статьями 27, 43, 55 Водного кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», Федерального закона от 07 декабря 2011 года № 416-ФЗ «О водоснабжении и водоотведении», положениями СанПиН 2.1.4.1110-02 «Питьевая вода и водоснабжение населенных мест. Зоны санитарной охраны источников водоснабжения и водопроводов питьевого назначения. Санитарные правила и нормы», установив, что скважины, являющиеся источником питьевого и хозяйственно-бытового назначения на протяжении длительного времени используются без положительного санитарно-эпидемиологического заключения о соответствии водного объекта санитарным правилам и условиям безопасного для здоровья населения использования водными объектами, пришел к выводу, что заявленные исковые требования подлежат удовлетворению, во возложив обязанность на администрацию МО «Турочакский район» получить положительное санитарно-эпидемиологическое заключение использования водного объекта в целях питьевого, хозяйственно-бытового водоснабжения, а также санитарно-эпидемиологическое заключение на проект зон санитарной охраны на скважину Г5/79, расположенную по адресу: Республика Алтай, <...>; на скважину Г40/78, расположенную по адресу: Республика Алтай, <...> в течение шести месяцев со дня вступления решения суда в законную силу.

Возлагая такую обязанность на администрацию, суд первой инстанции, исходил из того, что обязанность по разработке проекта зоны санитарной охраны и по получению санитарно-эпидемиологических заключений на разработанный проект зоны санитарной охраны и на использование водных объектов является публичной обязанностью, возложенной законодателем на органы местного самоуправления, в собственности которого находятся скважины, на МБУ МО «Турочакский район» «Дорожно-хозяйственное управление» указанная обязанность законом не возложена.

При этом суд указал, что закрепление муниципального имущества на праве хозяйственного ведения за предприятием такую обязанность для предприятия не порождает и не освобождает администрацию муниципального образования района от выполнения обязательств по обеспечению условий для осуществления деятельности по водоснабжению, а также от обязанностей по принятию мер и организации мероприятий, направленных на выполнение требований санитарного законодательства в отношении водоснабжения на территории муниципального образования.

Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на правильно примененных нормах материального права и подтверждены имеющимися в материалах дела доказательствами.

Согласно статье 43 Водного кодекса Российской Федерации для целей питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения должны использоваться защищенные от загрязнения и засорения поверхностные водные объекты и подземные водные объекты, пригодность которых для указанных целей определяется на основании санитарно-эпидемиологических заключений.

Для водных объектов, используемых для целей питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения, устанавливаются зоны санитарной охраны в соответствии с законодательством о санитарно-эпидемиологическом благополучии населения.

Согласно части 3 статьи 43 Водного кодекса Российской Федерации, порядок использования подземных водных объектов для целей питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения устанавливается законодательством о недрах.

Согласно статье 22 Закона от 21 февраля 1992 года № 2395-1 «О недрах» пользователь недр обязан обеспечить: соблюдение утвержденных в установленном порядке стандартов (норм, правил), регламентирующих условия охраны недр, атмосферного воздуха, земель, лесов, водных объектов, а также зданий и сооружений от вредного влияния работ, связанных с пользованием недрами.

В соответствии с пунктом 1 статьи 18 Федерального закона от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» водные объекты, используемые в целях питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения, а также в лечебных, оздоровительных и рекреационных целях, в том числе водные объекты, расположенные в границах городских и сельских населенных пунктов (далее - водные объекты), не должны являться источниками биологических, химических и физических факторов вредного воздействия на человека.

В пункте 3 данной статьи установлено, что использование водного объекта в конкретно указанных целях допускается при наличии санитарно-эпидемиологического заключения о соответствии водного объекта санитарным правилам и условиям безопасного для здоровья населения использования водного объекта.

В соответствии со статьей 11 указанного Федерального закона индивидуальные предприниматели и юридические лица в соответствии с осуществляемой ими деятельностью обязаны выполнять требования санитарного законодательства, а также постановлений, предписаний осуществляющих федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор должностных лиц.

Постановлением Главного государственного врача Российской Федерации от 14 марта 2002 года № 10 утверждены Санитарно-эпидемиологические правила и нормативы «Зоны санитарной охраны источников водоснабжения и водопроводов питьевого назначения СанПиН 2.1.4.1110-02» (далее - СанПиН 2.1.4.1110-02), в соответствии с которыми на юридических лиц, осуществляющих эксплуатацию систем водоснабжения, возложена обязанность по организации и эксплуатации зоны санитарной охраны источников водоснабжения и водопроводов питьевого назначения, включающая в себя разработку проекта, составной частью которого является план мероприятий по улучшению санитарного состояния территории зоны санитарной охраны и предупреждению загрязнения источника.

Данные правила обязательны для всех субъектов водоснабжения - граждан, индивидуальных предпринимателей и юридических лиц (п. 1.3 СанПиН 2.1.4.1110-02).

Согласно пункту 1.4 СанПиН 2.1.4.1110-02 зоны санитарной охраны (ЗСО) организуются на всех водопроводах, вне зависимости от ведомственной принадлежности, подающих воду, как из поверхностных, так и из подземных источников. Основной целью создания и обеспечения режима в ЗСО является санитарная охрана от загрязнения источников водоснабжения и водопроводных сооружений, а также территорий, на которых они расположены.

В силу пункта 1.5. СанПиН 2.1.4.1110-02 ЗСО организуются в составе трех поясов: первый пояс (строгого режима) включает территорию расположения водозаборов, площадок всех водопроводных сооружений и водопроводящего канала. Его назначение - защита места водозабора и водозаборных сооружений от случайного или умышленного загрязнения и повреждения. Второй и третий пояса (пояса ограничений) включают территорию, предназначенную для предупреждения загрязнения воды источников водоснабжения.

Санитарная охрана водоводов обеспечивается санитарно-защитной полосой.

В каждом из трех поясов, а также в пределах санитарно-защитной полосы, соответственно их назначению, устанавливается специальный режим и определяется комплекс мероприятий, направленных на предупреждение ухудшения качества воды.

В силу пункта 1.15 указанных санитарных правил и норм санитарные мероприятия в пределах первого пояса ЗСО должны выполняться органами коммунального хозяйства или другими владельцами водопроводов; в пределах второго и третьего поясов - владельцами объектов, оказывающих отрицательное влияние на качество воды источников водоснабжения.

В соответствии с пунктом 1.17 СанПиН 2.1.4.1110-02 отсутствие утвержденного проекта зоны санитарной охраны не является основанием для освобождения владельцев водопровода, владельцев объектов, расположенных в границах зоны санитарной охраны, организаций, индивидуальных предпринимателей, а также граждан от выполнения требований, предъявляемых данными СанПиН.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что указанные в исковом заявлении объекты водоснабжения являются муниципальной собственностью МО «Турочакский район».

До настоящего времени спорные объекты эксплуатируются МБУ МО «Турочакский район» «Дорожно-хозяйственное управление» в целях обеспечения жителей с. Иогач питьевой водой без проектов зон санитарной охраны и без положительного санитарно-эпидемиологического заключения о соответствии указанных водных объектов требованиям санитарно-эпидемиологических правил и нормативов, что не оспаривалось сторонами в ходе судебного разбирательства.

Согласно Уставу МБУМО «Турочакский район» «Дорожно-хозяйственное управление» учредителем учреждения является муниципальное образование «Турочакский район» (пункт 1.4Устава).

Имущество учреждения закрепляется за ним на праве оперативного управления в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации. Собственником имущества учреждения является муниципальное образование «Турочакский район» (пункт 5.6 Устава).

Согласно части 1 статьи 55 Водного кодекса Российской Федерации собственники водных объектов осуществляют мероприятия по охране водных объектов, предотвращению их загрязнения, засорения и истощения вод, а также меры по ликвидации последствий указанных явлений. Охрана водных объектов, находящихся в федеральной собственности, собственности субъектов Российской Федерации, собственности муниципальных образований, осуществляется исполнительными органами государственной власти или органами местного самоуправления в пределах их полномочий в соответствии со статьями 24 - 27 настоящего Кодекса.

В силу статьи 27 Водного кодекса Российской Федерации к полномочиям органов местного самоуправления в отношении водных объектов, находящихся в собственности муниципальных образований, относятся: 1) владение, пользование, распоряжение такими водными объектами; 2) осуществление мер по предотвращению негативного воздействия вод и ликвидации его последствий; 3) осуществление мер по охране таких водных объектов; 4) установление ставок платы за пользование такими водными объектами, порядка расчета и взимания этой платы.

К полномочиям органов местного самоуправления муниципальных районов, городских округов в области водных отношений, кроме полномочий собственника, предусмотренных частью 1 статьи 27 Кодекса, относится установление правил использования водных объектов общего пользования, расположенных на территориях муниципальных образований, для личных и бытовых нужд.

В силу пункта 4 части 1, частей 3, 4 статьи 14 Федерального закона от 06 октября 2003 года № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» организация водоотведения и водоснабжения населения отнесена к полномочиям муниципального района.

Аналогичные положения были закреплены в статье 6 Устава МО «Турочакский район» Республики Алтай, принятого Решением Совета депутатов МО «Турочакский район» от 22 февраля 2017 года № 33-1, действовавшего до 11 декабря 2025 года и утратившего силу в связи с принятием Устава муниципального образования «муниципальный округ «Турочакский район» в Республике Алтай» от 11 декабря 2025 года № 24-2.

Кроме того, в силу пункта 4 части 1 статьи 16 Федерального закона от 06 октября 2003 года № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» организация в границах муниципального, городского округа электро-, тепло-, газо- и водоснабжения населения, водоотведения, снабжения населения топливом в пределах полномочий, установленных законодательством Российской Федерации отнесены к вопросам местного значения муниципального округа.

В соответствии с частями 1, 1.1 статьи 6 Федерального закона от 07 декабря 2011 года № 416-ФЗ «О водоснабжении и водоотведении» к полномочиям органов местного самоуправления муниципальных районов, муниципальных округов по организации водоснабжения и водоотведения на соответствующих территориях относится организация водоснабжения населения, в том числе принятие мер по организации водоснабжения населения и (или) водоотведения в случае невозможности исполнения организациями, осуществляющими горячее водоснабжение, холодное водоснабжение и (или) водоотведение, своих обязательств либо в случае отказа указанных организаций от исполнения своих обязательств.

В силу положений статьи 23 указанного Федерального закона организация, осуществляющая холодное водоснабжение с использованием централизованной системы холодного водоснабжения, обязана подавать абонентам питьевую воду, соответствующую установленным требованиям, с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей и частью 7 статьи 8 настоящего Федерального закона (часть 1).

Органы местного самоуправления обязаны обеспечить условия, необходимые для организации подачи организацией, осуществляющей холодное водоснабжение, питьевой воды, соответствующей установленным требованиям (часть 2).

Забор воды для холодного водоснабжения с использованием централизованных систем холодного водоснабжения должен производиться из источников, разрешенных к использованию в качестве источников питьевого водоснабжения в соответствии с законодательством Российской Федерации. При отсутствии таких источников либо в случае экономической неэффективности их использования забор воды из источника водоснабжения и подача организацией, осуществляющей холодное водоснабжение, питьевой воды абонентам осуществляется по согласованию с территориальным органом федерального органа исполнительной власти, осуществляющего федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор (часть 3).

Исходя из приведенных норм, суд апелляционный инстанции, вопреки доводам апелляционной жалобы, приходит к выводу, что обязанность по разработке проектов зон санитарной охраны источников питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения и их утверждению, получению санитарно-эпидемиологических заключений на проекты зон санитарной охраны лежит на органе местного самоуправления.

В рассматриваемом случае администрация МО «Турочакский район», как орган местного самоуправления осуществляет полномочия собственника в отношении них, независимо от того, кому переданы данные объекты и на каком основании. Администрация, являющаяся исполнительно-распорядительным органом местного самоуправления, обязанности создать надлежащие условия для организации снабжения населения питьевой водой надлежащего качества.

При таких обстоятельствах, учитывая, что указанные в иске объекты водоснабжения находятся в собственности МО «Турочакский район», суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что обязанность по разработке проектов зон санитарной охраны, получению санитарно-эпидемиологических заключений на разработанные проекты зон санитарной охраны источников водоснабжения, расположенных в зонах санитарной охраны источников питьевого водоснабжения исходя из приведенных положений законодательства охватываются полномочиями администрации МО «Турочакский район», бремя обязанности по соблюдению и выполнению СанПиН 2.1.4.1110-02 «Зоны санитарной охраны источников водоснабжения и водопроводов питьевого назначения» правомерно возложена на указанный орган местного самоуправления.

В этой связи, вопреки доводам апелляционной жалобы решение суда о возложении обязанности на администрацию МО «Турочакский район» по выполнению мероприятий в отношении объектов, переданных на праве оперативного управления МБУ МО «Турочакский район» «Дорожно-хозяйственное управление», является законным и обоснованным.

То обстоятельство, что в настоящее время администрация МО «Турочакский район» реорганизована в связи с присоединением сельских поселений, в связи с чем изменено наименование на администрацию муниципального округа «Турочакский район в Республике Алтай» основанием для иных выводов не является.

Лишены правовых оснований и доводы о ненадлежащем способе защиты нарушенного права ввиду того, что при отсутствии положительных санитарно-эпидемиологических заключений эксплуатация водозаборных скважин непосредственно посягает на права граждан и создает угрозу причинения вреда здоровью населения, риск распространения инфекционных ми массовых неинфекционных заболеваний, в связи с чем эксплуатация данных водозаборных скважин должна быть прекращена, поскольку исходя из предписаний статей 45 (часть 2) и 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации заинтересованное лицо по своему усмотрению выбирает формы и способы защиты своих прав, не запрещенные законом, в том числе посредством обращения за судебной защитой, будучи связанным, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, лишь установленным федеральным законом порядком судопроизводства (постановление от 22 апреля 2013 г. № 8-П; определения от 17 ноября 2009 г. № 1427-О-О, от 23 марта 2010 г. № 388-О-О, от 25 сентября 2014 г. № 2134-О, от 9 февраля 2016 г. № 220-О и др.).

Вопреки доводам апелляционной жалобы право суда привлекать к участию в деле по своей инициативе соответчика закреплено абз. 2 ч. 3 ст. 40 ГПК РФ в случае невозможности рассмотрения дела без участия соответчика.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 11 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17 июля 2019 г., приняв решение о привлечении лица к участию в деле в качестве соответчика в порядке абзаца второго части 3 статьи 40 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд обязан рассмотреть иск не только в отношении тех ответчиков, которые указаны истцом, но и в отношении лица, привлеченного по инициативе самого суда. В противном случае, отказывая в иске к такому соответчику по мотиву непредъявления к нему исковых требований, суд лишает истца возможности в будущем подать соответствующий иск.

В настоящем случае, суд первой инстанции исходил из того, что собственником скважин является администрация МО «Турочакский район», в связи с чем администрация подлежит привлечению к участию в дело в качестве соответчика.

Ссылку в жалобы на допущенные процессуальные нарушения в части необоснованного привлечения в качестве ответчика администрации МО «Турочакский район», в то время как истец требования к данному ответчику не заявлял, судебной коллегией полагает надуманными, лишенными правовых и фактических оснований.

Вопреки утверждениям апеллянта в материалах дела имеется уточненное заявление, предъявленное, в том числе к администрации МО «Турочакский район», которое принято судом к производству, что следует из протокола судебного заседания от 25 ноября 2025 года.

Данное уточненное исковое заявление оглашалось судом в ходе судебного заседания 26 декабря 2025 года в присутствии представителя администрации МО «Турочакский район», поддержано представителем истца, его копия вручена администрации МО «Турочакский район» 24 ноября 2025 года.

Доводы апелляционной жалобы о том, что во вводной части не указаны представители сторон, не могут являться основанием для отмены принятого решения, поскольку основания для отмены решения суда в суде апелляционной инстанции указаны в статье 330 ГПК РФ, изложенные в жалобе нарушения к таковым не относятся.

В соответствии с частью 3 статьи 330 ГПК РФ нарушение или неправильное применение норм процессуального права является основанием для изменения или отмены решения суда первой инстанции, если это нарушение привело или могло привести к принятию неправильного решения. Решение суда содержит фактические обстоятельства дела, установленные судом, выводы суда, вытекающие из установленных им обстоятельств дела, доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения, мотивы, по которым суд отклонил доводы ответчика.

Вопреки доводам апелляционной жалобы решение принято судом первой инстанции в пределах заявленных требований в порядке статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Довод подателя жалобы об отсутствии в решении суда сведений о надлежащем извещении третьих лиц не свидетельствует о наличии оснований для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку заявителем не представлено сведений о наличии полномочий действовать от указанных других лиц, на права апеллянта данный факт не влияет.

По сути, все доводы, содержащиеся в апелляционных жалобах, повторяют позицию сторон, изложенную при рассмотрении дела судом первой инстанции, основаны на неверном толковании положений законодательства, направлены на переоценку доказательств, не содержат фактов, которые не были проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали бы изложенные выводы, в связи с чем, не могут служить основанием для отмены решения суда.

Нарушений норм материального и процессуального права, повлекших вынесение незаконного решения, судебной коллегией не установлено.

При таком положении судебная коллегия полагает, что решение суда первой инстанции является законным, обоснованным, оснований для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке, предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Турочакского районного суда Республики Алтай от 26 декабря 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу администрации муниципального образования «Турочакский район» в Республике Алтай – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в срок, не превышающий трех месяцев со дня изготовления в окончательной форме судебного постановления в порядке, предусмотренном главой 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции.

Объявление в судебном заседании суда апелляционной инстанции только резолютивной части апелляционного определения и отложение составления мотивированного апелляционного определения в пределах десятидневного срока для соответствующей категории дел не изменяют дату его вступления в законную силу.

Председательствующий судья С.Н. Чертков

Судьи О.А. Шнайдер

Е.Н. Чорина

Мотивированное апелляционное определение составлено 08 апреля 2026 года.