Решение № 2-278/2017 2-278/2017~М-279/2017 М-279/2017 от 13 декабря 2017 г. по делу № 2-278/2017

дело № 2-278/2017


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

с. Петропавловское. 14 декабря 2017 года

Петропавловский районный суд Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Л.И.Глущенко,

при секретаре Л.Ю.Заздравных,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к МВД России о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, отбывающий наказание в ФКУ ИК-3 УФСИН России по Алтайскому краю, обратился в районный суд с иском к МВД России о взыскании компенсации морального вреда, в котором просит взыскать с ответчика за счет средств казны Российской Федерации в свою пользу 500 000 рублей за ненадлежащие условия содержания в ИВС Быстроистокского района, куда он был этапирован в период с июня по ноябрь 1994 года, с октября 2002 года по июль 2003 года.

В обоснование своих требований истец указывает, что с июня по ноябрь 1994 года и с октября 2002 года по июль 2003 года он неоднократно содержался в ИВС по Быстроистокскому району в рамках уголовных дел № 1-123/1994 с приговором от ДД.ММ.ГГГГ, № с приговором от ДД.ММ.ГГГГ Быстроистокского районного суда Алтайского края.

Истец считает, что содержался в ИВС в условиях, противоречащих нормам закона, что причиняло нравственные страдания и переживания, оскорбляло и унижало человеческое достоинство, вызывало чувства страха за жизнь и здоровье, вызывало чувство жгучего стыда.

В частности, нарушена санитарная норма на 1 человека 4 кв.м, а в камерах площадью 3-5 кв.м содержался не один, а до семи человек. В камере стояли сплошные нары, на которых спали по очереди, что лишало личного пространства. В камере стояла двухъярусная кровать, и оставался промежуток от кровати до двери не более 40 см, не было нормального освещения, свет был тусклый, лампочка находилась в нише под дверью в глубине, закрыта металлическим листом, в котором были просверлены дыры. Отсутствовала вентиляция, сидели грязные, от тела исходил неприятный запах. Так же отсутствовали туалет и водопровод, вместо туалета стоял бак под отходы, куда приходилось справлять естественные нужды организма на глазах других лиц, стоял неприятный запах, что лишало возможности нормально питаться и жить. Не было в камерах других принадлежностей и удобств (холодильника, телевизора, библиотеки и др.), полноценных прогулок, питание было один раз в сутки, питание было некачественное и некалорийное, оно было холодным и не соответствовало нормам, установленным законом. Нарушались установленные законом сроки содержания в ИВС (не более 10 суток в месяц), однако истец содержался неоднократно в ИВС более 10 суток. Все вышеперечисленное вызывало у истца чувство жгучего стыда, унижало и оскорбляло человеческое достоинство, вызывало страх за жизнь и здоровье, причинило моральный вред (нравственные страдания и переживания), которые он оценивает в 500 000 рублей.

В судебное заседание стороны не явились, письменно известили о рассмотрении дела в их отсутствие, извещены надлежаще. На основании ст.167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствии неявившихся лиц.

Истец на требованиях настаивает по доводам в иске, просит взыскать компенсацию морального вреда с МВД РФ за счет казны РФ в свою пользу в размере 500 000 рублей.

Представитель ответчика МВД РФ иск не признал, просил в иске отказать в полном объеме.

В письменных возражениях указывает, что в данном случае требование истца о взыскании компенсации морального вреда вытекает из требований об оспаривании действий должностных лиц ИВС (орган внутренних дел, который является государственным органом исполнительной власти) по несоблюдению прав подозреваемых и обвиняемых на ненадлежащие условия содержания в учреждении в 1994, 2002-2003 г.г., которое осуществляет по нормам КАС РФ. Однако истец обратился в суд только в 2017 году, то есть с пропуском трехмесячного срока установленного для оспаривания действий (бездействия) органа государственной власти и должностных лиц. При этом доказательств в подтверждение уважительности причин пропуска установленного для обращения в суд срока истцом не представлено. Истец в исковом заявлении указывает на то, что в период его содержания в ИВС в результате ненадлежащих условий содержания ему был причинён моральный вред. При этом каких-либо доказательств, в обоснование своих доводов, истцом представлено не было. Книги покамерной рассадки лиц, содержащихся в ИВС, не велись ввиду того, что нормативными актами ведение таких книг не было предусмотрено. Достоверно установить в какой из камер содержался истец, и отвечала ли она установленным нормам, не представляется возможным, поскольку истец обратился в суд через продолжительный период времени после указанных событий, т.е. по истечении срока хранения первичной документации. Обратившись же в суд, с настоящим иском, спустя продолжительный промежуток времени, истец лишил себя права ссылаться на допустимые доказательства (журналы, списки, акты и т.д.), которые могли бы подтвердить обоснованность его требований.

Кроме того, действовавшими в спорный период (1994, 2002, 2003 годы) Правилами внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных приказом МВД России от 26.01.1996 №41, не предусматривалось, что камеры ИВС оборудуются санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности.

Оборудование камер ИВС с соблюдением таких требований предусмотрено лишь с 2005 года, с утверждением приказом МВД России от 22.11.2005 №950 новых Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел.

Таким образом, отсутствие в камерах ограждений санитарных узлов, создающих требования приватности в 1994, 2002, 2003 годах не нарушало действовавшее в спорный период законодательство, в связи с чем, доводы истца о нарушении его права данными обстоятельствами, являются необоснованными.

Кроме того, в материалах дела отсутствуют сведения о совместном содержании с истцом в камере иных подозреваемых и обвиняемых лиц, а также исковое заявление не содержит сведений об обращении истца в период его содержания в ИВС в уполномоченные органы по поводу нарушения его законных прав и интересов.

Представитель ответчика обращает внимание суда на то, что истец содержался в ИВС в связи с тем, что подозревался (обвинялся) в совершении преступления, и если он и испытывал нравственные страдания, то нелогично было бы думать, что они были вызваны ни фактом привлечения его к уголовной ответственности и лишением свободы, а тем, что со слов истца, в камере были ненадлежащие условия содержания. Более того, истец содержался в ИВС в 1994 году, 2002-2003 годах, при этом с иском обратился в суд только в 2017 году, спустя 23 года, что вызывает сомнение в причинении ему морального вреда именно ненадлежащими условиями во время содержания в ИВС, к тому же им не представлены доказательства наличия препятствий для своевременной защиты своих нарушенных прав. Заявленная истцом сумма морального вреда в размере 500 000 рублей является необоснованно завышенной и несоразмерной степени его нравственных страданий.

Представитель МО МВД России «Петропавловский» (третье лицо) в возражениях просит в иске отказать, мотивируя тем, что условия содержания подозреваемых (обвиняемых) были регламентированы Правилами внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденные приказом МВД РФ от 26.01.1996 № 41. Согласно п. 6.2. Правил - проводить уборку камер и других помещений в ИВС в порядке очередности являлось обязанностью содержащихся в камере подозреваемых и обвиняемых лиц, а также выносить и мыть бачек для оправки естественных надобностей.

Кроме того, указанными Правилами от 26.01.1996 №41 предусмотрено, что дежурный по камере обязан следить за чистотой в камере, подметать и мыть пол, соблюдать правила гигиены и санитарии. Следовательно, антисанитарное состояние камер, в случае указанных фактов могло явиться лишь следствием ненадлежащего выполнения своих обязанностей по уборке помещений камер, нравственные страдания в связи с антисанитарным состоянием камеры, а также наличием неприятных запахов, основанием для компенсации вреда не являются, поскольку не являются следствием невыполнения или ненадлежащего выполнения обязанностей, возложенных на сотрудников ИВС.

Также в действующих на тот момент нормативно-правовых актах, регламентирующих деятельность ИВС в камерах не предусматривалось наличие зон приватности. Данное требование стало обязательным только с ДД.ММ.ГГГГ с момента вступления в силу приказа МВД России от 22.11.2005 №950. Санузел в камере отсутствовал, так, как постройка здания ИВС 1961 года, санузел не был предусмотрен по плану строения, вины в этом МО и ПП по Быстроистокскому району нет.

Порядок материально-бытового обеспечения подозреваемых и обвиняемых, содержащихся в ИВС предусмотрены Федеральным законом от 15.07.1995 №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» и Правилами от 26.01.1996 №41.

Доводы истца об отсутствии вентиляции ничем не подтверждаются, как и доводы о том, что отсутствовала полноценная прогулка. Все камеры оборудованы приточной системой вентиляции, которая находилась в исправном состоянии и обеспечивала достаточный приток и отток воздуха в камерах. В недействующем в данное время ИВС ПП по Быстроистокскому району помещения бывших камер после реконструкции переоборудованы под нужды ПП. Прогулки подозреваемым и обвиняемым предоставлялись в соответствии с законодательством, но некоторые из них отказывались от нее. Продолжительность прогулки была не менее 1 часа, лица заводились в камеру раньше указанного срока только по их личной просьбе.

Доводы истца о невозможности умыться, являются необоснованными, в каждой камере имелись бачки для умывания, отсутствие в камерах раковин не является нарушением действовавшего в спорный период законодательства.

Истцом не приведены доказательства отсутствия в камере бачка с водой, что норма санитарной площади в камере на 1 человека не соответствовала установленным требованиям.

В связи с уничтожением документов по истечении срока хранения, подтвердить период содержания истца в ИВС при ОВД по Быстроистокскому району, а также номер камеры, площадь и список лиц, содержащихся в ней, не представляется возможным.

В соответствии с приказом МВД России №615 от 1996 года - срок хранения некоторых документов, регламентирующих деятельность ИВС, в том числе книг учета лиц, содержащихся в ИВС за 1994 г., 2002-2003 г., санитарных журналов, актов обследования ИВС, технических паспортов, составляет 5 лет, подтвердить документально материально-бытовое состояние камер в 1994 году, 2002-2003г., предоставить в суд в качестве доказательств не представляется возможным. Акты об уничтожении данных документов были утеряны вследствие паводковой ситуации, сложившейся в Быстроистокском районе в мае 2014года. Обращает внимание суда, что истец содержался в ИВС в период с июня по ноябрь 1994 года, с октября 2002 по июль 2003 года, а обратился в суд в октябре 2017 года, то есть спустя длительное время после нахождения в ИВС, что вызывает сомнения в том, что он действительно испытывал нравственные страдания от условий содержания в ИВС, и, что факты содержания истца в ИВС, в заявленные им периоды, и причинение ему морального вреда не нашли своего подтверждения.

Исследовав письменные материалы дела, возражения представителя ответчика, третьего лица, суд находит требования истца подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст.ст.22, 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность. Каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно ст. 1069 ГК РФ, вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению.

Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В силу ч. 1 ст. 1070 ГК РФ, вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Частью 2 данной статьи предусмотрено, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены ст.1069 ГК РФ. В этих случаях от имени казны Российской Федерации выступает соответствующий финансовый орган, ст.1071 ГК РФ.

Судом установлено, и подтверждено материалами дела, что осужденный ФИО1 в настоящее время отбывает наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-3 УФСИН России по Алтайскому краю.

Согласно ст.4 ФЗ от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей. Подозреваемые и обвиняемые имеют право, в том числе, на материально-бытовое и медико-санитарное обеспечение, ст.17 ФЗ от 15.07.1995 № 103-ФЗ.

Содержащиеся в следственных изоляторах подозреваемые (обвиняемые) могут переводиться в изоляторы временного содержания в случаях, когда это необходимо для выполнения следственных действий, судебного рассмотрения дел за пределами населенных пунктов, где находятся следственные изоляторы, из которых ежедневная доставка их невозможна, на время выполнения указанных действий и судебного процесса, но не более чем на десять суток в течение месяца (ст.13 Закона).

Исходя из положений данного Закона установлено, что подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности, предоставляется индивидуальное спальное место, выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага, а также по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств индивидуальные средства гигиены (как минимум мыло, зубная щетка, зубная паста (зубной порошок), одноразовая бритва (для мужчин), средства личной гигиены (для женщин). Все камеры обеспечиваются средствами радиовещания, а по возможности телевизорами, холодильниками и вентиляционным оборудованием. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

Согласно ст.3 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

В соответствии со ст.21 Конституции Российской Федерации, достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

В период содержания истца под стражей в ИВС Быстроистокского ОВД порядок деятельности изоляторов временного содержания ОВД регламентировался Федеральным законом «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» от 15.07.1995 № 103-ФЗ и Правилами внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденные приказом МВД РФ от 26.01.1996 № 41. Согласно данным нормам установлено, что подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются для индивидуального пользования спальным местом, постельными принадлежностями, которое выдается бесплатно во временное пользование. Для общего пользования в камеры, в расчете на количество содержащихся в них лиц, выдается мыло хозяйственное и бумага для гигиенических целей. Камеры ИВС оборудуются: индивидуальными нарами или кроватями; столом и скамейками по лимиту мест в камере; светильниками дневного и ночного освещения закрытого типа; приточной и/или вытяжной вентиляцией (п.42,45 Правил).

По сведениям ФКУ СИЗО №22\2 УФСИН России г.Бийска следует, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, когда истец находился под стражей по постановлению Быстроистокского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ, он был этапирован из ФКУ СИЗО № в ИВС Быстроистокского района для рассмотрения уголовного дела, находящегося в производстве районного суда (л.д.53-54). В отношении ФИО1 по данному уголовному делу вынесен приговор Быстроистокского районного суда Алтайского края от ДД.ММ.ГГГГ, по которому истец был осужден по ч.2 ст.144 УК РФ (окончательно по совокупности приговоров) к 4 годам 6 мес. лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, при этом ему зачтено в срок отбытия наказания - срок нахождения под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д.16-21).

Истец с иском о взыскании компенсации морального вреда за период содержание его в ненадлежащих условиях в ИВС Быстроистокского района за период с октября 2002 года по июль 2003 года уже обращался в районный суд. Петропавловским районным судом было вынесено решение от ДД.ММ.ГГГГ, которым истцу в требованиях о взыскании компенсации морального вреда за ненадлежащих условиях в ИВС Быстроистокского района в период с октября 2002 года по июль 2003 года, в иске отказано (решение вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ).

Согласно ч. ст.61 ГПК РФ - обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Исходя из вышеназванной нормы, требование истца о взыскании компенсации морального вреда за содержание его в ненадлежащих условиях в ИВС Быстроистокского района в период с октября 2002 года по июль 2003 года не подлежит рассмотрению и разрешению в настоящем деле, поскольку имеется по данным требованиям вступившее в законную силу решение суда, что согласуется с нормами ст.222 ГПК РФ.

Допустимых доказательств содержания истца в ИВС Быстроистокского района в иной период времени, истцом не представлено и судом не добыто.

Доводы истца, что он содержался в камерах с другими осужденными, подозреваемыми и обвиняемыми, в условиях противоречащих нормам закона; в камерах отсутствовала система приватности, нарушена санитарная норма на 1 человека 4 кв.м, не было нормального освещения, отсутствовала вентиляция, туалет и водопровод, частично нашли свое подтверждения в судебном заседании, и ответчиком не опровергнуты.

Положениям ст.23 ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ № 103-ФЗ установлено, что подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Камеры ИВС оборудуются, в том числе санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности (п.3.2 Правил).

Все документы по ИВС Быстроистокского района были утеряны вследствие паводковой ситуации, сложившейся в мае 2014 года, а иные, имеющие небольшие сроки хранения (от 3-х до 5 лет), были уничтожены согласно приказа МВД России от 19.11.1996 № 615 «Об утверждении Перечня документов, образующихся в деятельности подразделений Министерства, органов внутренних дел, учреждений, предприятий и организаций системы Министерства внутренних дел Российской Федерации, с указанием сроков хранения».

Достоверных и допустимых доказательств, подтверждения причинения истцу вреда здоровью в результате действий (бездействий) сотрудников следственного изолятора, суду не предоставлено, претензий в адрес сотрудников ИВС от истца не поступало. В заявленный период, прокурору района обращений истца по вопросу ненадлежащих условий содержания под стражей, не поступало.

Истец, обратившись в суд с настоящим иском, спустя продолжительный период времени, лишил себя права ссылаться на доказательства (журналы, списки, акты и.т.д.), которое могли бы подтвердить обоснованность его требований в данной части. Каких-либо доказательств предоставления ответчиком недостоверных данных, ложной информации, истцом не представлено.

Суд учитывает, что в соответствии со ст.3 Конвенции и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемого под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. Унижающими достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения.

Так же суд принимает во внимание, что «Европейский Суд по правам человека своим Постановлением от 08.11.2005 по делу «Худоёров против России» признал нарушением ст. 3 Конвенции тот факт, что «заявитель был вынужден жить, спать и ходить в туалет в одной и той же камере, и счел этот факт достаточным для того, чтобы причинить душевные страдания и переживания, превышающие неизбежный уровень страданий, причиняемых помещением под стражу, и вызвать у него чувства беспокойства и неполноценности, способные унизить и оскорбить его».

Исходя из положений ст.ст. 17-21 Конституции Российской Федерации и ст. 9-10 УПК РФ, суд приходит к выводу, что установленные выше обстоятельства свидетельствуют о нарушении ст. 3 Конвенции о защите прав и основных свобод граждан, в связи с нарушением требований и правил, и, это могло вызывать у истца тревогу за своё здоровье и причинить ему нравственные страдания.

Поскольку факт нарушения вышеуказанных требований закона нашел свое подтверждение, исковые требования истца подлежат частичному удовлетворению.

Согласно требований ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 ст. 125 ГК РФ эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина. Вред, нанесенный истцу, надлежит взысканию с казны Российской Федерации в лице МВД России.

Ссылка представителя ответчика на пропуск истцом 3-х месячного срока для обращения в суд с заявленными требованиями, является ошибочной, т.к. в силу п.1 ст.208 ГК РФ исковая давность не распространяется на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ, что соответствует п.7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 "О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда".

Определяя размер денежной компенсации морального вреда истцу, суд исходит из требований ст.ст.150, 151, 1101 ГК РФ.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает степень перенесенных истцом нравственных страданий в связи с унижающими его достоинство условиями содержания под стражей. В данном случае юридически значимым и достаточным обстоятельством является сам факт содержания истца в ИВС с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в условиях, не соответствующих установленным нормам, что влечет нарушение его прав, гарантированных законом, и само по себе является достаточным для того, чтобы причинить страдания и переживания в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий ограничению свободы, что, в соответствии с упомянутыми выше правовыми нормами, является основанием для удовлетворения исковых требований о взыскании компенсации морального вреда. При этом суд учитывает, что истцом не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что не обеспечение надлежащих условий содержания повлекло какие-либо тяжкие последствия или причинило вред его здоровью.

ФИО1 в иске заявил размер компенсации морального вреда в сумме 500 000 рублей. На основании ст.1101 ГК РФ суд, при определении размера компенсации, учитывает требование разумности и справедливости, фактические обстоятельства происшедшего, и полагает возможным уменьшить заявленный в иске размер морального вреда и определить денежную компенсацию морального вреда к взысканию в сумме 3500 рублей в пользу истца.

Руководствуясь ст.ст.194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, районный суд,

Р Е Ш И Л:

Исковое заявление ФИО1 к МВД России о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице МВД России за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 денежную компенсацию в счет возмещения компенсации морального вреда в сумме 3 500 (Три тысячи пятьсот) рублей,

в остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Алтайский краевой суд через Петропавловский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Окончательное решение суда составлено 19 декабря 2017 года.

Председательствующий