Решение № 2-2947/2019 2-2947/2019~М-2047/2019 М-2047/2019 от 23 сентября 2019 г. по делу № 2-2947/2019

№2-2947/2019

25RS0001 -01 -2019-002613-69


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

23.09.2019 г. г. Владивосток

Ленинский районный суд г. Владивостока Приморского края

в составе:

председательствующего: судьи Лушер Т.А.

с участием представителя истца ФИО1, представителя Минфина РФ ФИО2, представителя Прокуратуры Приморского края Романовой О.Н.

при секретаре: Новоселовой Д.И.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к Министерству финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства РФ по ПК, СК РФ, Прокуратуре Приморского края о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

истец обратился в суд с названным иском к ответчику, указав в обоснование заявленных требований, что 20 марта 2017 года следственным отделом по Ленинскому району г.Владивостока СУ СК РФ по Приморскому краю было возбуждено уголовное дело № по ч.4 ст.111 УК РФ по факту умышленного причинения ФИО16. тяжкого вреда здоровью, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего.

Под воздействием психотравмирующей ситуации и под давлением реального виновника совершенного преступления - ФИО15 ей были даны показания о свей причастности к совершению указанного преступления. 21 марта 2017 года истица была задержана по подозрению в совершении преступления в порядке ст.91, 92 УПК РФ, в этот же день предъявлено обвинение по ч.4 ст. 111 УК РФ.

23 марта 2017 года по ходатайству следователя Ленинским районным судом г.Владивостока была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 2 месяца - до 20 мая 2017 года.

27 марта 2017 года истцом совместно с адвокатом Жидковой И.А. в адрес следователя СО по Ленинскому району г.Владивостока СУ СК РФ по Приморскому краю было подано ходатайство о дополнительном допросе в связи ложностью ранее зафиксированных показаний, в ходе которого истица желала сообщить о своей непричастности к совершению преступления и дать показания о действительном виновнике в его совершении. Однако следователем в удовлетворении ходатайства было отказано.

17 мая 2017 года Ленинским районным судом г.Владивостока срок содержания под стражей был продлен до 20 июня 2017 года. В течение мая - июня 2017 года она была дополнительно допрошена, а также была проведена очная ставка с ФИО13 В ходе указанных следственных действий следователю сообщено о непричастности к совершению преступления и даны показания в отношении преступных действий ФИО14 Несмотря на подробные показания, следствие продолжало считать виновной в смерти ФИО12 именно ФИО3

16 июня 2017 года по ходатайству следователя Ленинским районным судом г.Владивостока срок содержания под стражей был продлен до 20 августа 2017г. За период с июня по август 2017 года адвокатом Жидковой И.А. было подано множество жалоб на действия и бездействия следователя, а также ходатайств о проведении следственных действий. Однако в их удовлетворении было отказано.

17 августа 2017 года Ленинским районным судом г.Владивостока срок содержания под стражей был продлен до 20 сентября 2017 года. 15 сентября 2017 года срок содержания под стражей был продлен Ленинским районным судом г.Владивостока до 20 ноября 2017 года.

Постановлением следователя СУ СК РФ по Приморскому краю от 29 сентября 2017 года уголовное преследование в отношении нее было прекращено в связи с непричастностью к совершению преступления, мера пресечения отменена. Этим же постановлением за ней было признано право на реабилитацию в соответствии со ст.134 УПК РФ. Таким образом, истец имел статус обвиняемой и находилась под стражей в период с 21 марта по 29 сентября 2017 года, то есть всего 193 дня или 6 месяцев 9 дней.

Просит суд взыскать с Министерства финансов РФ за счет казны Российской Федерации 2000000 рублей в пользу ФИО3 в качестве возмещения морального ущерба, причиненного незаконным уголовным преследованием по уголовному делу №.

Истец в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, ходатайствовал о рассмотрении дела в её отсутствие.

В судебном заседании представитель истца исковые требования поддержал по доводам и основаниям, изложенным в иске. Дополнительно пояснил, что в ходе предварительного следствия было подано множество жалоб на действия и бездействия следователя, а также ходатайств о проведении следственных действий, которые были оставлены без удовлетворения. Помимо этого указал, что в период нахождения в СИЗО истец был лишен возможности свиданий с родителями, а вследствие сильнейшей депрессии, была поставлена на учет, как лицо склонное к суициду.

Представитель ответчика Министерству финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства РФ по ПК в судебном заседании исковые требования не признала по доводам и основаниям, изложенным письменном отзыве. Полагает, что суммы заявленные истцом завышены, доказательств, обосновывающих соразмерность заявленных требований не представлено.

Представитель СК РФ в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, о причинах неявки суду не сообщил, ходатайств об отложении не заявлено.

Представитель прокуратуры Приморского края в судебном заседании полагал исковые требования заявленными законно и обоснованно, подлежащими удовлетворению в части с учетом снижения компенсации морального вреда, в связи с непредставлением доказательств, обосновывающих соразмерность заявленных требований.

Суд, выслушав стороны, исследовав материалы дела, исследовав и оценив представленные доказательства в их совокупности, находит исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению в части, в силу следующего.

Как установлено в судебном заседании 20 марта 2017 года следственным отделом по Ленинскому району г.Владивостока СУ СК РФ по Приморскому краю было возбуждено уголовное дело № № по ч.4 ст.111 УК РФ по факту умышленного причинения ФИО11 тяжкого вреда здоровью, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего. 21 марта 2017 года истица была задержана по подозрению в совершении преступления в порядке ст.91, 92 УПК РФ, в этот же день предъявлено обвинение по ч.4 ст. 111 УК РФ. 23 марта 2017 года Ленинским районным судом г.Владивостока была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 2 месяца - до 20 мая 2017 года. 18 мая 2017 года Ленинским районным судом г.Владивостока срок содержания под стражей был продлен до 20 июня 2017 года. 18 июня 2017 года Ленинским районным судом г.Владивостока срок содержания под стражей был продлен до 20 августа 2017г. 18 августа 2017 года Ленинским районным судом г.Владивостока срок содержания под стражей был продлен до 20 сентября 2017 года. 15 сентября 2017 года срок содержания под стражей был продлен Ленинским районным судом г.Владивостока до 20 ноября 2017 года. Постановлением следователя СУ СК РФ по Приморскому краю от 29 сентября 2017 года уголовное преследование в отношении прекращено в связи с непричастностью к совершению преступления, мера пресечения отменена, признано право на реабилитацию в соответствии со ст.134 УПК РФ.

Таким образом, истец находился в статусе обвиняемой и содержался под стражей в период с 21 марта по 29 сентября 2017 года, всего 193 дня или 6 месяцев 9 дней.

Право на реабилитацию признается за лицом, за которым дознавателем, следователем, прокурором, судом, признавшими незаконным или необоснованным его уголовное преследование (принявшими решение о его оправдании либо прекращении в отношении его уголовного дела полностью или частично) по основаниям, перечисленным в части 2 статьи 133 УПК РФ, о чем в соответствии с требованиями статьи 134 УПК РФ они должны указать в резолютивной части приговора, определения, постановления.

В соответствии с ч. 1 и 2 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

При этом, в соответствии со ст.136 УПК РФ, иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются и рассматриваются в порядке гражданского судопроизводства.

Статьей 53 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно абзацу 3 статьи 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Пунктом 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (с последующими изменениями и дополнениями) разъяснено, что размер компенсации морального вреда зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований.

Кроме того, необходимо учитывать, что Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод (заключена в г. Риме 4 ноября 1950 г., с изменениями от 13 мая 2004 г.) признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации.

Из положений статьи 46 Конвенции, статьи 1 Федерального закона от 30 марта 1998 г. N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней" следует, что правовые позиции Европейского Суда по правам человека, которые содержатся в его окончательных постановлениях, принятых в отношении Российской Федерации, являются обязательными для судов.

Как разъяснено в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 г. N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации", применение судами Конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей, как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками. Понятие "семейная жизнь" не относится исключительно к основанным на браке отношениям и может включать другие семейные связи, в том числе связь между родителями и совершеннолетними детьми.

Согласно п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения лица за перенесенные страдания.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд должен в полной мере учитывать предусмотренные ст. 1101 ГК РФ требования разумности и справедливости, позволяющие, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Согласно ст.1071 ГК РФ от имени Казны РФ должен выступать соответствующий финансовый орган, в данном случае, Министерство финансов РФ.

Согласно п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения лица за перенесенные страдания.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд должен в полной мере учитывать предусмотренные ст. 1101 ГК РФ требования разумности и справедливости, позволяющие, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Согласно ст.1071 ГК РФ от имени Казны РФ должен выступать соответствующий финансовый орган, в данном случае, Министерство финансов РФ.

Поскольку ФИО3 была подвергнута незаконному уголовному преследованию и незаконному применению к ней в качестве меры пресечения содержания под стражей, что подтверждается постановлением о привлечении в качестве обвиняемой от 21.03.2017 года, постановлениями Ленинского районного суда г.Владивостока от 23.03.2017 года, от 17.05.2017 года, от 16.06.2017 года, от 17.08.2017 года, от 15.09.2017 года, постановлением о прекращении уголовного преследования от 29.09.2017 года, с признанием ее права на реабилитацию, ответственность за причинение морального вреда в таком случае наступает независимо от вины причинителя вреда, в связи с чем, требование истца о взыскании компенсации морального вреда является законным, обоснованным и подлежащим удовлетворению в части.

При определении размера компенсации морального вреда судом установлены и приняты во внимание: личность истца, которая ранее никогда не привлекалась к уголовной ответственности, в связи с чем незаконное привлечение её к уголовной ответственности за особо тяжкое преступление и длительное нахождение под стражей явилось существенным психотравмирующим фактором, а также состояние здоровья и утрата семейных связей.

При этом допустимых доказательств того, что постановка на профилактический учет как лицо, склонное к суициду, стала следствием привлечения ее к уголовной ответственности и содержания под стражей, стороной истца суду не предоставлено.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ гражданское судопроизводство осуществляется на основании равноправия и состязательности сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которых она основывает свои требования и возражения.

Содержание ФИО3 под стражей осуществлялось в соответствии с требованиями Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации и Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», при этом сведений о нарушении в отношении <данные изъяты> принципов законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства истцом, в нарушение ст. 56 ГПК РФ, не предоставлено.

Согласно положениям ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Руководствуясь п. 2 ст. 1101 ГК РФ, Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 суд приходит к выводу о том, что компенсация морального вреда в размере 2 000 000 рублей не будет отвечать требованиям разумности и справедливости, а также положениям ст. ст. 151 и 1101 ГК РФ, и полагает разумным определить ко взысканию, денежную компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО3 к Министерству финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства РФ по ПК, СК РФ, Прокуратуре Приморского края о взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить в части.

Взыскать с Министерства финансов РФ за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО3 в счет компенсации морального вреда 200000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Приморский краевой суд через Ленинский районный суд г. Владивостока в месячный срок с момента изготовления мотивированного решения суда 01.10.2019 года.

Судья Т.А.Лушер