Решение № 2-174/2018 2-174/2018 (2-5584/2017;) ~ М-4698/2017 2-5584/2017 М-4698/2017 от 25 июня 2018 г. по делу № 2-174/2018

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

Дело № 2-174/2018 26 июня 2018 года

Октябрьский районный суд города Архангельска в составе председательствующего судьи Акишиной Е.В.,

при секретаре Хлопиной О.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к акционерному обществу «Согаз», Российскому союзу автостраховщиков о взыскании страхового возмещения, убытков, судебных расходов,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к акционерному обществу «Согаз», Российскому союзу автостраховщиков о взыскании страхового возмещения с учетом определения степени вины участников ДТП в общем размере 69 554 руб., расходов по экспертизе в размере 4 200 руб., расходов на оплату услуг представителя в размере 15 000 руб. В обоснование заявленных требований указала, что ДД.ММ.ГГГГ в результате дорожно-транспортного происшествия принадлежащему ей автомобилю причинены механические повреждения. Виновными в ДТП являются водители ФИО2, гражданская ответственность которого застрахована в ОАО «РСТК», и ФИО3, гражданская ответственность которого застрахована в АО «СОГАЗ». Истец обратилась к ответчикам с заявлениями о выплате страхового возмещения, предоставив необходимый пакет документов, однако, выплата не была произведена. Ссылаясь на заключение независимого эксперта, указывает, что стоимость восстановительного ремонта автомобиля с учетом износа определена в размере 69 554 руб., на оценку ущерба понесены расходы в размере 4 200 руб.

В судебное заседание истец не явилась, извещена о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом. Ее представитель ФИО4 в судебном заседании на удовлетворении требований настаивал.

Представитель ответчика АО «Согаз» в судебное заседание не явился, представили письменные возражения на исковое заявление, с требованиями истца не согласны, просят в удовлетворении требований отказать.

Представитель ответчика Российского союза автостраховщиков извещен о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в судебное заседание не явился, возражений не представил, ходатайств не заявлял.

Третьи лица ФИО2, ФИО3 и ФИО5 в судебное заседание не явились, извещены о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом.

Представитель третьего лица ФИО2 – ФИО6 в судебном заседании полагал, что вины ФИО2 в произошедшем ДД.ММ.ГГГГ ДТП не имеется.

Представитель третьих лиц ФИО3 и ФИО5 – ФИО7 в судебном заседании полагал, что виновным в ДТП является водитель ФИО2

По определению суда дело рассмотрено при данной явке.

Заслушав лиц, участвующих в деле, оценив заключение эксперта, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что истец является собственником автомобиля <данные изъяты>, госномер №.

Как следует из имеющихся в деле материалов, ДД.ММ.ГГГГ в г. Архангельске на перекрестке пр-да ФИО8 и ул. Розинга произошло столкновение автомобилей <данные изъяты>, госномер № под управлением водителя ФИО2, <данные изъяты>, госномер № под управлением водителя ФИО3 (собственник ФИО5), и <данные изъяты>, госномер № под управлением ФИО1

В результате дорожно-транспортного происшествия автомобили получили механические повреждения.

Гражданская ответственность водителя ФИО2 на дату происшествия была застрахована в ОАО «РСТК», водителя ФИО3 – в АО «СОГАЗ».

ДД.ММ.ГГГГ истец направила заявление о выплате страхового возмещения с пакетом документов в Российской Союз Автостраховщиков; ДД.ММ.ГГГГ – обратилась в АО «Согаз».

Выплаты от ответчиков не последовали.

По заданию истца проведена оценка ущерба, согласно заключению ООО «Биниса» от ДД.ММ.ГГГГ № стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца с учетом износа определена в размере 69 554 руб., расходы истца на оценку составили – 4 200 руб.

Стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца в соответствии с положениями ст. 56 ГПК РФ сторонами не оспаривалась.

В ходе рассмотрения дела по ходатайству ФИО2 судом была назначена судебная экспертиза по обстоятельствам ДТП.

Согласно заключению эксперта федерального бюджетного учреждения Архангельская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, 1151/2-2 из видеозаписи ДТП и из фотоснимков, выполненных на месте ДТП, следует, что автомобиль <данные изъяты> в момент столкновения с автомобилями <данные изъяты> и <данные изъяты> полностью находился на стороне встречного движения проезжей части ул. Розинга, при этом с пересечения проезжих частей ул. Розинга и пр-да ФИО8 он не выехал.

Из объяснения водителя автомобиля <данные изъяты> ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что он выехал на сторону встречного движения для того, чтобы затем повернуть налево с ул. Розинга на пр-д ФИО8.

Поскольку автомобиль <данные изъяты> с пересечения проезжих частей ул. Розинга и пр-да ФИО8 не выехал, то в данной дорожно-транспортной ситуации, с технической точки зрения, в действиях водителя автомобиля <данные изъяты> не усматривается несоответствие требованию п. 8.6 (абз. 1) Правил дорожного движения Российской Федерации: «Поворот должен осуществляться таким образом, чтобы при выезде с пересечения проезжих частей транспортное средство не оказалось на стороне встречного движения». Но в его действиях усматривается несоответствие требованию п. 8.5 (абз. 1) Правил дорожного движения Российской Федерации, которым он должен был руководствоваться: «Перед поворотом … налево.. . водитель обязан заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении...». То есть водителю автомобиля <данные изъяты> перед поворотом налево следовало занять крайнее левое положение на правой стороне проезжей части ул. Розинга, а не выезжать на сторону встречного движения.

Из видеозаписи ДТП следует, что с момента включения заднего левого указателя поворота на автомобиле <данные изъяты> и до момента столкновения прошло не более 2 секунд. А с момента начала выезда автомобиля <данные изъяты> при повороте налево на сторону встречного движения ул. Розинга и с момента начала выезда автомобиля <данные изъяты> на проезжую часть ул. Розинга до момента столкновения прошло еще меньше времени, около 1 секунды. За это время у водителя автомобиля <данные изъяты> явно отсутствовала техническая возможность перестроиться на правую сторону проезжей части ул. Розинга и отсутствовала техническая возможность избежать столкновения с автомобилем <данные изъяты> путем торможения. Но водитель автомобиля <данные изъяты> имел техническую возможность предотвратить столкновение с автомобилем <данные изъяты> при условии соблюдения требования п. 8.5 (абз. 1) Правил дорожного движения Российской Федерации, поскольку если бы он заранее, намереваясь поворачивать налево, двигался не по стороне встречного движения ул. Розинга, а по своей правой стороне проезжей части, то и столкновения с автомобилем <данные изъяты> не было бы. А в этом случае не было бы и столкновения автомобиля <данные изъяты> с автомобилем <данные изъяты>.

Из видеозаписи ДТП следует, что водитель автомобиля <данные изъяты> не заблаговременно подал сигнал указателем левого поворота и перед выполнением маневра поворота налево он не убедился в его безопасности. Об этом свидетельствует то, что с момента включения заднего левого указателя поворота на автомобиле <данные изъяты> и до момента начала поворота налево прошло не более 1 секунды, а до момента столкновения прошло не более 2 секунд. И к моменту включения заднего левого указателя поворота на автомобиле <данные изъяты> автомобиль <данные изъяты> уже не менее 4 секунд двигался по стороне встречного движения, сближаясь с автомобилем <данные изъяты>. Поэтому в данной дорожно-транспортной ситуации, с технической точки зрения, в действиях водителя автомобиля <данные изъяты> усматривается несоответствие следующим требованиям п. 8.1 (абз. 1) и 8.2 (абз. 1 и 2) Правил дорожного движения Российской Федерации, которыми он должен был руководствоваться: При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения; Подача сигнала указателями поворота... должна производиться заблаговременно до начала выполнения маневра; Подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер осторожности.

Водитель автомобиля <данные изъяты> имел техническую возможность предотвратить столкновение с автомобилем <данные изъяты> при условии соблюдения приведенных выше требований Правил.

В данной дорожно-транспортной ситуации, с технической точки зрения, водитель автомобиля <данные изъяты> должен был руководствоваться требованием дорожного знака 2.4 «Уступите дорогу» и следующими требованиями п. 8.1 (абз. 1), 13.9 Правил дорожного движения Российской Федерации: При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения; На перекрестке неравнозначных дорог водитель транспортного средства, движущегося по второстепенной дороге, должен уступить дорогу транспортным средствам, приближающимся по главной, независимо от направления их дальнейшего движения.

Из объяснения водителя автомобиля <данные изъяты> ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что, завершая маневр правого поворота, он неожиданно для себя заметил автомобиль <данные изъяты>. Из видеозаписи ДТП следует, что к моменту начала выезда автомобиля <данные изъяты> на проезжую часть ул. Розинга автомобиль <данные изъяты> уже около 5 секунд двигался по стороне встречного движения ул. Розинга, сблизившись с автомобилем <данные изъяты>. В тот момент, когда автомобиль <данные изъяты> стал выезжать на проезжую часть ул. Розинга, автомобиль <данные изъяты> начал смещаться влево, после того, как автомобиль <данные изъяты> тоже стал смещаться влево к середине проезжей части, выполняя поворот налево. При смещении автомобиля <данные изъяты> влево скорость его движения снижалась вплоть до момента столкновения с автомобилем <данные изъяты>, и смещение автомобиля <данные изъяты> влево тоже происходило вплоть до момента столкновения. И в результате столкновения с автомобилем <данные изъяты> автомобиль <данные изъяты><данные изъяты> своей передней частью еще дополнительно сместился влево. На какое расстояние при этом суммарно сместился в поперечном направлении автомобиль <данные изъяты>, по видеозаписи не определить. Но очевидно, что если бы водитель автомобиля <данные изъяты> воздержался от выполнения маневра поворота налево, поскольку он не был безопасен, то в этом случае водителю автомобиля <данные изъяты> не пришлось бы снижать скорость и маневрировать влево, и столкновения автомобиля <данные изъяты> с автомобилем <данные изъяты> не произошло бы. В этом случае, к моменту достижения автомобилем <данные изъяты> фактического места столкновения с автомобилем <данные изъяты>, автомобиль <данные изъяты> занимал бы относительно этого места и относительно своего фактического расположения в момент столкновения совсем другое положение, он был бы правее его и дальше его. Но на каком расстоянии правее и на каком расстоянии дальше, определить по видеозаписи ДТП не представляется возможным, поскольку по видеозаписи не определить, с какой скоростью двигался автомобиль <данные изъяты> перед столкновением, и с какой скоростью двигался автомобиль <данные изъяты> перед торможением и на какую величину снизилась скорость его движения к моменту столкновения, На основании вышеизложенного не представляется возможным определить произошло бы в этом случае столкновение автомобилей <данные изъяты> и <данные изъяты>, или они бы безопасно разъехались друг с другом.

Таким образом, для данной дорожно-транспортной ситуации не представляется возможным определить, усматривается ли в действиях водителя автомобиля <данные изъяты> несоответствие требованию дорожного знака 2.4 «Уступите дорогу» и приведенным выше требованиям п. 8.1 (абз. 1), 13.9 Правил дорожного движения Российской Федерации, и имел ли водитель автомобиля <данные изъяты> техническую возможность предотвратить столкновение с автомобилем <данные изъяты>.

На видеозаписи ДТП и на фотоснимках, выполненных на месте ДТП, видна (различима) дорожная разметка в районе середины проезжей части ул. Розинга перед перекрестком ул. Розинга - пр-д ФИО8 в виде горизонтальных линий 1.6 и 1.1. Сначала автомобили <данные изъяты> и <данные изъяты> двигались вдоль линии 1.6 «(линия приближения - прерывистая линия, у которой длина штрихов в 3 раза превышает промежутки между ними) — предупреждает о приближении к разметке 1.1 или 1.11, которая разделяет транспортные потоки противоположных или попутных направлений». А затем они двигались вдоль линии 1.1, которая разделяла транспортные потоки противоположных направлений.

Соответствовали ли на момент ДТП размеры и светотехнические параметры линий горизонтальной разметки 1.6 и 1.1 требованиям ГОСТ Р 50597-93, ГОСТ Р 51256-99 (ГОСТ Р 51256-2011), определить не представляется возможным, поскольку для этого необходимо проводить замеры на местности соответствующими измерительными инструментами и приборами. Но очевидно, что по прошествии длительного промежутка времени после данного ДТП эти замеры уже не произвести.

Несмотря на вышеизложенное, в данной дорожно-транспортной ситуации, с технической точки зрения, состояние линий горизонтальной разметки 1.6 и 1.1 на момент ДТП не находится в причинной связи с данным ДТП, потому что независимо от их состояния, от их наличия или отсутствия водитель автомобиля <данные изъяты>, намереваясь поворачивать налево на пр-д ФИО8, не должен был перед этим выезжать на сторону встречного движения ул. Розинга.

В соответствии с ч. 1 ст. 67, ч. 3 ст. 86 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст. 67 ГПК РФ.

Проанализировав заключение судебной экспертизы по правилам ст. 56 ГПК РФ, суд считает его допустимым доказательством по делу. Заключение выполнено компетентным и квалифицированным лицом, имеющим необходимое высшее образование и длительный стаж работы, в том числе экспертной работы, предупрежденным об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ.

Заключение содержит подробную исследовательскую часть, основывается на источниках информации и методиках, на которые имеются ссылки в заключении, выводы в заключении судебной экспертизы отвечают требованиям достоверности и научной обоснованности.

Согласно п. 1.4 ПДД РФ на дорогах установлено правостороннее движение транспортных средств.

В соответствии с п. 9.1 ПДД РФ количество полос движения для безрельсовых транспортных средств определяется разметкой и (или) знаками 5.15.1, 5.15.2, 5.15.7, 5.15.8, а если их нет, то самими водителями с учетом ширины проезжей части, габаритов транспортных средств и необходимых интервалов между ними. При этом стороной, предназначенной для встречного движения на дорогах с двусторонним движением без разделительной полосы, считается половина ширины проезжей части, расположенная слева, не считая местных уширений проезжей части (переходно-скоростные полосы, дополнительные полосы на подъем, заездные карманы мест остановок маршрутных транспортных средств).

Если проезжая часть разделена на полосы линиями разметки, движение транспортных средств должно осуществляться строго по обозначенным полосам. Наезжать на прерывистые линии разметки разрешается лишь при перестроении (п. 9.7 ПДД РФ).

Согласно п. 10.1 ПДД РФ водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

В населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч, а в жилых зонах и на дворовых территориях не более 20 км/ч (п. 10.2 ПДД РФ).

Участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах представленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами (п.1.3 ПДД РФ).

Положения п. 1 Приложения 2 к ПДД РФ содержат описание видов горизонтальной разметки (линий, стрел, надписей и других обозначений на проезжей части), которая устанавливает определенные режимы и порядок движения либо содержит иную информацию для участников дорожного движения.

Согласно Приложению 2 горизонтальная разметка 1.1 разделяет транспортные потоки противоположных направлений и обозначает границы полос движения в опасных местах на дорогах; обозначает границы проезжей части, на которые въезд запрещен; обозначает границы стояночных мест транспортных средств; 1.6 – предупреждает о приближении к разметке 1.1 или 1.11, которая разделяет транспортные потоки противоположных или попутных направлений.

Линии 1.1, 1.2 и 1.3 пересекать запрещается.

Из материалов дела следует, что на середине проезжей части в районе места происшествия нанесена горизонтальная дорожная разметка 1.1 Приложения 2 к ПДД РФ, а перед указанной дорожной разметкой по ходу движения автомобилей <данные изъяты>, госномер № <данные изъяты>, госномер №, нанесена дорожная разметка 1.6. Из представленных фотоматериалов следует, что указанные линии дорожной разметки видимы на проезжей части достаточно хорошо, определяются и различаются четко.

Сторонами не оспаривается, а экспертным путем подтверждено, что автомобиль под управлением ФИО2 при выполнении маневра обгона впереди двигавшегося автомобиля <данные изъяты>, госномер № пересек линию разметки 1.1, которую в соответствии с ПДД РФ пересекать запрещено.

При управлении автомобилем водитель обязан руководствоваться как дорожными знаками, так и дорожной разметкой, в том числе, запрещающей обгон транспортных средств.

Суд приходит к выводу, что водитель ФИО2 располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем <данные изъяты>, госномер № а впоследствии с <данные изъяты>, госномер №, для чего ему необходимо и достаточно было в полной мере выполнить требования п. 8.5 ПДД РФ, при этом в действиях водителя автомобиля <данные изъяты>, госномер № отсутствуют противоречия требованиям ПДД РФ.

Согласно п. 8.1 ПДД РФ перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Согласно п. 8.3 ПДД РФ при выезде на дорогу с прилегающей территории водитель должен уступить дорогу транспортным средствам и пешеходам, движущимся по ней, а при съезде с дороги - пешеходам и велосипедистам, путь движения которых он пересекает.

Перед поворотом направо, налево или разворотом водитель обязан заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении, кроме случаев, когда совершается поворот при въезде на перекресток, где организовано круговое движение (п. 8.5 ПДД РФ).

В соответствии с п. 8.8 ПДД РФ при повороте налево или развороте вне перекрестка водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу встречным транспортным средствам и трамваю попутного направления.

Поскольку водитель автомобиля <данные изъяты>, госномер № перед началом маневра поворота налево подал сигнал световым указателем поворота соответствующего направления, нарушений в части расположения автомобиля на проезжей части не выявлено, во встречном направлении транспортные средства отсутствовали, нарушений в его действиях, повлекших ДТП, суд не усматривает.

Обязанности уступать дорогу автомобилю попутного направления, совершающего обгон в нарушение ПДД РФ, у водителя автомобиля <данные изъяты>, госномер № не возникло, соответствующие доводы ФИО2 ничем не подтверждены.

Более того, суд принимает во внимание и то, что согласно выводам судебного эксперта в данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля <данные изъяты>, намереваясь поворачивать налево на пр-д ФИО8, не должен был перед этим выезжать на сторону встречного движения ул. Розинга.

Именно водитель автомобиля ФИО2 должен был действовать в соответствии с требованиями ПДД РФ, имел возможность предотвратить создание на дороге опасной обстановки.

Таким образом, действия водителя ФИО2, нарушившего требования ПДД РФ (при возникновении опасности для движения должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, выезд на полосу встречного движения в пределах действия дорожной разметки 1.1), находятся в прямой причинно-следственной связи с вредом, возникшим вследствие дорожно-транспортного происшествия, в связи с чем оснований для возложения вины на иное лицо суд не усматривает.

При этом доводы сторон о наличии вины также и в действиях водителя <данные изъяты>, госномер № подлежат отклонению как необоснованные.

Так, решением Октябрьского районного суда г. Архангельска от 13 мая 2016 года установлено, что водитель ФИО2 при подъезде к перекрестку заблаговременно был информирован об изменении дорожной разметки; тем не менее, не принимая мер к снижению скорости и перестроению в правую полосу, ФИО2 продолжил обгон автомобиля <данные изъяты> и допустил выезд на нерегулируемый перекресток неравнозначных дорог по полосе, предназначенной для встречного движения. У ФИО3 отсутствовала обязанность пропускать транспортное средство, допустившее выезд на нерегулируемый перекресток неравнозначных дорог по полосе, предназначенной для встречного движения, в нарушение требований дорожной разметки 1.1.

Согласно ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Оценивая собранные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что дорожно-транспортное происшествие произошло по вине ФИО2, гражданская ответственность которого была застрахована в ОАО «РСТК», в связи с чем оснований для удовлетворения исковых требований истца к АО «Согаз» о взыскании страхового возмещения, а также требований, производных от основных, о взыскании убытков, возмещении судебных расходов, у суда не имеется.

В соответствии со ст. 1 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств страховщик обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить потерпевшим причиненный вследствие этого события вред их жизни, здоровью или имуществу (осуществить страховую выплату) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Согласно ст. 3 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» основным принципом обязательного страхования является, в том числе, гарантия возмещения вреда, причиненного жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в пределах, установленных настоящим Федеральным законом.

В силу подп. «б» п. 2 ст. 18 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ компенсационная выплата в счет возмещения вреда, причиненного имуществу потерпевшего, осуществляется в случаях, если страховая выплата по обязательному страхованию не может быть осуществлена вследствие отзыва у страховщика лицензии на осуществление страховой деятельности.

На основании ст. 19 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ по требованиям потерпевших компенсационные выплаты осуществляются профессиональным объединением страховщиков, действующим на основании учредительных документов и в соответствии с настоящим Федеральным законом.

Рассмотрение требований потерпевших о компенсационных выплатах, осуществление компенсационных выплат и реализацию прав требования, предусмотренных ст. 20 настоящего Федерального закона, могут проводить страховщики, действующие за счет профессионального объединения на основании заключенных с ним договоров.

На территории Российской Федерации профессиональным объединением страховщиков является Российский Союз Автостраховщиков.

К отношениям между потерпевшим и профессиональным объединением страховщиков по поводу компенсационных выплат по аналогии применяются правила, установленные законодательством Российской Федерации для отношений между выгодоприобретателем и страховщиком по договору обязательного страхования. Соответствующие положения применяются постольку, поскольку иное не предусмотрено федеральным законом и не вытекает из существа таких отношений.

Пунктом 5 ст. 32.8 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» установлено, что до истечения шести месяцев после вступления в силу решения органа страхового надзора об отзыве лицензии субъект страхового дела обязан исполнить обязательства, возникающие из договоров страхования (перестрахования), в том числе произвести страховые выплаты по наступившим страховым случаям.

Из указанных норм следует, что профессиональное объединение страховщиков в силу возложенного на него законом уполномочия, то есть публичной обязанности (подп. «в» п. 1 ст. 25 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ), осуществляет компенсационные выплаты в возмещение вреда, причиненного жизни, здоровью или имуществу потерпевших, вместо страховщика, являющегося перед потерпевшим обязанным лицом.

Приказом Банка России от 30 декабря 2014 года № ОД-3768 в отношении ОАО «РСТК» назначена временная администрация и приостановлены полномочия исполнительных органов данной страховой организации.

Приказом Банка России от 20 мая 2015 года № ОД-1117 отозваны лицензии на осуществление страхования и перестрахования ОАО «РСТК».

Следовательно, требования истца о компенсационной выплате подлежат удовлетворению к Российскому Союзу Автостраховщиков в размере 69 554 руб., указанный размер допустимыми доказательствами не оспорен.

Принимая во внимание, что страховой случай наступил позднее 01 сентября 2014 года, то на основании ст. 16.1 Федерального закона «Об ОСАГО» при удовлетворении судом требований потерпевшего – физического лица об осуществлении страховой выплаты суд взыскивает со страховщика за неисполнение в добровольном порядке требований потерпевшего штраф в размере пятидесяти процентов от разницы между совокупным размером страховой выплаты, определенной судом, и размером страховой выплаты, осуществленной страховщиком в добровольном порядке, т.е. в размере 34 777 руб. (69 554 руб. х 50%).

Кроме того, с РСА на основании ст. 12 Федерального закона «Об ОСАГО» подлежат взысканию расходы истца по оплате услуг независимого оценщика по определению стоимости восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства в размере 4 200 руб.

В силу п. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Согласно ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истец просит взыскать с ответчика понесенные им расходы на оплату услуг представителя в размере 15 000 руб.

Согласно представленной в материалы дела квитанции от 09 августа 2017 года № 096126 указанные расходы истцом понесены на написание иска – 3 000 руб.; представительство в суде – 12 000 руб.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание категорию и сложность рассмотренного спора, объем выполненной представителем истца работы, время, затраченное на их оказание, отсутствие возражений ответчика, степень участия представителя истца в ходе рассмотрения дела, сложившуюся в регионе стоимость оплаты юридических услуг, учитывая принципы разумности понесенных истцом расходов и соразмерности их размера объему оказанной помощи, суд полагает возможным взыскать в пользу истца расходы на оплату услуг представителя в размере 15 000 руб.; указанные расходы при сложившемся споре завышенными не являются.

В соответствии с положениями ст. 98, ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, подп. 1 п. 1 ст. 333.19 НК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в размере 1 306 руб. 10 коп. и в доход местного бюджета в размере 1 106 руб. 52 коп.

Поскольку расходы на проведение судебной экспертизы не оплачены, расходы на ее проведение подлежат взысканию с ФИО2 с учетом положений ст. 98 ГПК РФ.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «Согаз», Российскому союзу автостраховщиков о взыскании страхового возмещения, убытков, судебных расходов – удовлетворить частично.

Взыскать с Российского Союза Автостраховщиков в пользу ФИО1 компенсационную выплату в размере 69 554 руб., штраф в размере 34 777 руб., расходы на оценку в размере 4 200 руб., в возврат уплаченной госпошлины 1 306 руб. 10 коп., расходы на оплату услуг представителя в размере 15 000 руб., всего 124 837 руб. 10 коп.

В удовлетворении требований ФИО1 к акционерному обществу «Согаз» о взыскании страхового возмещения, убытков, судебных расходов – отказать.

Взыскать с Российского Союза Автостраховщиков в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 1 106 руб. 52 коп.

Взыскать с ФИО2 ича в пользу федерального бюджетного учреждения Архангельская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации расходы за производство судебной экспертизы согласно выставленному счету от ДД.ММ.ГГГГ № в размере 17 600 руб.

Решение суда может быть обжаловано в Архангельский областной суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд города Архангельска.

Мотивированное решение изготовлено 02 июля 2018 года.

Председательствующий Е.В. Акишина