Определение № 33-742/2026 от 30 марта 2026 г.

Гражданское дело № 2-3009/2025

УИД 89RS0004-01-2025-003917-23

Судья Подкорытова Т.В.

Апелл.дело № 33-742/2026

СУД ЯМАЛО-НЕНЕЦКОГО АВТОНОМНОГО ОКРУГА

АПЕЛЛЯЦИННОЕ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Салехард 31 марта 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам суда Ямало-Ненецкого автономного округа в составе:

председательствующего судьи Шошиной А.Н.,

судей коллегии Кайгородовой И.В., Савельевой Е.Н.,

при секретаре судебного заседания Камбур А.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании материального ущерба, убытков, компенсации морального вреда, судебных расходов,

по апелляционной жалобе истца ФИО1 на решение Новоуренгойского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 20 октября 2025 г.

Заслушав доклад судьи суда Ямало-Ненецкого автономного округа Савельевой Е.Н., судебная коллегия по гражданским делам суда Ямало-Ненецкого автономного округа

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о взыскании материального ущерба, убытков, компенсацию морального вреда, судебных расходов.

В обоснование заявленных требований указано, что 3 августа 2024 г. около 14 час. 10 мин. на 314 км автодороги Тюмень-Ханты-Мансийск Уватского района Тюменской области произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Chevrolet Klan, государственный регистрационный знак №, принадлежащего истцу ФИО1, под её управлением, автомобиля марки Mазда-3, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО3, и автомобиля Volkswagen Polo, государственный регистрационный знак № под управлением ФИО2

В результате указанного дорожно-транспортного происшествия автомобиль истца получил механические повреждения. Виновным в ДТП признан ФИО2

ФИО1 обратилась в АО «ГСК «Югория» по вопросу прямого возмещения ущерба. Признав случай страховым, АО ГСК «Югория» выплатило сумму страхового возмещения в размере 400000 руб.

Согласно экспертному заключению от 16 июня 2025 г. № 394-Э/2025 стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца составляет 834524 руб. Эксперт определил нецелесообразность восстановительного ремонта транспортного средства Chevrolet Klan, г.н.№. Общий ущерб составляет разницу между рыночной стоимостью транспортного средства Chevrolet Klan, г.н.№ за вычетом годных остатков 600139 руб. (737580 руб. -137441 руб.).

Считает, что разницу между реальным материальным ущербом и страховой выплатой должен произвести виновник (собственник) транспортного средства при использовании которого нанесен вред, которым является ответчик ФИО2

Кроме этого в результате дорожно-транспортного происшествия истцу были причинены телесные повреждения, которые оцениваются заключением эксперта № 230, как вред здоровью средней тяжести.

АО ГСК «Югория» произвело выплату истцу в счет возмещения вреда здоровью в размере 120000 руб.

Действиями ответчика истцу причинены физические страдания, которые подтверждаются медицинскими документами, в связи с чем ответчик должен компенсировать моральный вред, который она оценивает в размере 500000 руб.

С учетом изложенного, истец просила суд взыскать с ответчика ФИО2 материальный ущерб в размере 200139 руб. (600139 руб. (общий материальный ущерб) - 400000 руб. (страховая выплата), убытки по оплате эвакуатора в размере 118750 руб., убытки за хранение и регистрацию транспортного средства на специализированной стоянке в размере 8470 руб., расходы по оплате услуг эксперта в размере 25000 руб., компенсацию морального вреда в размере 500000 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 75000 руб., расходы по оплате госпошлины в размере 11309 руб.

Решением Новоуренгойского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 20 октября 2025 г. исковые требования ФИО1 удовлетворены частично.

С ФИО2 в пользу ФИО1 взысканы материальный ущерб в размере 200139 руб., убытки в размере 127220 руб., компенсация морального вреда в размере 250000 руб., судебные издержки в размере 50000 руб.

С ФИО2 в пользу муниципального образования г. Новый Уренгой взыскана госпошлина в размере 13684 руб.

С решением не согласна истец ФИО1 В апелляционной жалобе заявитель просит его отменить и принять по делу новое решение об удовлетворении требований в полном объеме.

В возражениях на апелляционную жалобу ответчик ФИО2 просит решение суда отменить и принять по делу новое решение, которым оставить исковое заявление ФИО1 без рассмотрения, ссылается на то, что 5 ноября 2025 г. Арбитражным судом Ханты-Мансийского автономного округа-Югры по делу А75-21538/2025 ответчик ФИО2 был признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина. Полагает, что ФИО1, будучи заинтересованной в рассмотрении дела, имела возможность в соответствии с требованиями Закона о банкротстве обратиться в Арбитражный суд с заявлением о включении ее требований в реестр требований кредиторов. Кроме того, учитывая, что материальное положение ФИО2 изменилось, он признан банкротом, то размер ущерба подлежит снижению в силу п. 3 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещённые о времени и месте рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции, в судебное заседание не явились, в связи с чем, судебная коллегия по гражданским делам суда Ямало-Ненецкого автономного округа находит возможным рассмотрение дела в отсутствие не явившихся лиц на основании ст. ст. 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Принимая во внимание, что неявка участвующих в деле лиц не является препятствием к апелляционному рассмотрению дела, судебная коллегия на основании ст. ст. 167, 327 Гражданского процессуального кодекса приходит к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие неявившихся лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

На основании абз. 1 ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на неё, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 3 августа 2024 около 14-10 час. на 314 км автодороги Тюмень-Ханты-Мансийск Уватского района Тюменской области произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Chevrolet Klan, государственный регистрационный знак №, принадлежащего истцу ФИО1 и под её управлением, автомобиля марки Mазда-3, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО3 и принадлежащего ему на праве собственности, и автомобиля Volkswagen Polo, государственный регистрационный знак № под управлением ФИО2, принадлежащего на праве собственности ФИО4

Указанное дорожно-транспортное происшествие произошло по вине ответчика ФИО2, который управляя транспортным средствомVolkswagen Polo, г.н. №, в сцепке с прицепом с г.н.№, при выполнении маневра обгон, в нарушение пп.1.5, 10.1, 11.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. № 1090 (далее - Правила дорожного движения), не убедился в том, что полоса движения на которую он выехал свободна на достаточном для обгона расстоянии, создал помеху для движения автомобилю, движущемуся во встречном направлении Chevrolet Klan, г.н.№ под управлением ФИО1, которая избегая столкновения совершила съезд на обочину, потеряла контроль над движением транспортного средства, выехала на дорогу, предназначенную для встречного движения, в результате чего произошло столкновение с автомобилем Мазда-3, № под управлением ФИО3, который двигался во встречном направлении.

Постановлением судьи Уватского районного суда Тюменской области от 3 февраля 2025 г. ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст. 12.24 КоАП РФ, ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 15000 руб.

Постановление вступило в законную силу 25 февраля 2025г.

Согласно карточке учета транспортного средства, представленной ОМВД России по г.Новому Уренгою, собственником транспортного средства Volkswagen Polo, г.н. № является ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р.

Гражданская ответственность истца ФИО1 на момент дорожно-транспортного происшествия была застрахована в АО «ГСК «Югория» (страховой полис от 17 мая 2024 г. №).

Гражданская ответственность владельца автомобиля Мазда-3 ФИО3 застрахована ООО СК «Сбербанк страхование».

Из страхового полиса АО ГСК «Югория» от 31 октября 2023 г. № следует, что гражданская ответственность собственника транспортного средства Volkswagen Polo, государственный регистрационный знак №, ФИО4 застрахована на период с 3 ноября 2023г. по 2 ноября 2024 г. В перечне лиц, допущенных к управлению транспортным средством указан ответчик ФИО2.

Ответчиком ФИО2 предоставлена также доверенность от 1 октября 2023 г., выданная ФИО4, которой она наделила доверенное лицо ФИО2 на владение и пользование автомобилем Volkswagen Polo, г.н. №, в том числе: управлять, ремонтировать, совершать регистрационные действия с автомобилем.

В результате указанного дорожно-транспортного происшествия автомобиль истца ФИО1 Chevrolet Klan, г.н.№ получил механические повреждения.

После дорожно-транспортного происшествия истец ФИО1 обратилась в АО «ГСК «Югория» с целью получения страхового возмещения.

28 апреля 2025 г. АО «ГСК «Югория» выплатило страховое возмещение ФИО1 в размере 400000 руб., что подтверждается платежным поручением от 28 апреля 2025 г. № 136407.

Истцом было организовано проведение независимой технической экспертизы для определения стоимости восстановительного ремонта.

В соответствии с заключением от 16 июня 2025 г. № 394-Э/2025 стоимость восстановительного ремонта принадлежащего истцу транспортного средства Chevrolet Klan, г.н.№ после ДТП от 3 августа 2024 г. по среднерыночным ценам без учета износа составляет 737580 руб.

Рыночная стоимость транспортного средства Chevrolet Klan, г.н.№, в исправном техническом состоянии на дату ДТП от 3 августа 2024 г. составляет 737580 руб.

При этом, эксперт определил нецелесообразность восстановительного ремонта транспортного средства ChevroletKlan, г.н.№, указав, что восстановительный ремонт нецелесообразен с экономической точки зрения, т.к. стоимость восстановительного ремонта превышает рыночную стоимость транспортного средства в исправном техническом состоянии, размер ущерба составляет 600139 руб. (737580 руб. - 137441 руб.). Стоимость годных остатков транспортного средства ChevroletKlan, г.н.№ на дату ДТП от 3 августа 2024 г. составляет 137441 руб.

Ущерб составляет разницу между рыночной стоимостью транспортного средства Chevrolet Klan, г.н.№ за вычетом годных остатков 600139 руб. (737580 руб. - 137441 руб.).

Разницу в размере выплаченного страхового возмещения и подлежащего взысканию материального ущерба истец просила взыскать с ФИО2, то есть с непосредственного причинителя вреда.

Из материалов дела также следует, что в результате дорожно-транспортного происшествия истцом ФИО5 получены различные телесные повреждения.

Согласно экспертному заключению ГБУ ГБУЗ Тюменской области «Областное бюро судебно-медицинской экспертизы» Уватского районного отделения № 230 при дорожно-транспортном происшествии ФИО5, ДД.ММ.ГГГГДД.ММ.ГГГГ.р., причинен внутрисуставной оскольчатый перелом левой большеберцовой кости, оскольчатый перелом головки левой малоберцовой кости, причинен вред здоровью средней тяжести по признаку длительного расстройства здоровья.

Из данного экспертного заключения, а также из истории болезни ФИО1, предоставленной ГБУЗ ЯНАО «Новоуренгойская центральная городская больница», листов осмотров врачом хирургом, терапевтом, травматологом следует, что после ДТП от 3 августа 2024г., в связи с получением телесных повреждений ФИО1 находилась на стационарном лечении с 3 августа 2024 г. по 12 августа 2024 г., с 2 сентября 2024 г. по 6 сентября 2024 г., с 19 декабря 2024 г. по 24 декабря 2024 г., на амбулаторном лечении с 9 сентября 2024 г. по 13 декабря 2024 г., с 18 декабря 2024 г. по 10 февраля 2024 г. Также обращалась за медицинской помощью в период с января по июль 2025 года, в связи с травмой, полученной в ДТП.

В связи с тем, что размер причиненного вреда превышает страховое возмещение, выплаченное в соответствии с законодательством об обязательном страховании гражданской ответственности, а также в связи с причинением вреда здоровью, истец обратилась в суд с настоящим иском.

Разрешая исковые требования, руководствуясь положениями ст. 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», ст.ст. 15, 1064, 1072, 150, 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснениями, изложенными в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», суд первой инстанции исходил из установленных в ходе судебного разбирательства обстоятельств, и пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных истцом ФИО1 требований к ФИО2, взыскав разницу между выплаченным страховым возмещением и реальным ущербом в размере 200139 руб., из расчета: 600139 руб. (разница между общим материальным ущербом за вычетом годных остатков) - 400000 руб. (размер выплаченного страхового возмещения), поскольку размер причиненного ущерба имуществу истца превышает размер выплаченного страхового возмещения ущерба страховщиком и убытки в общем размере 127220 руб., из расчета: 118750 руб. (услуги эвакуатора) и 8470 руб. (хранение и регистрация транспортного средства на специализированной стоянке). Также суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для частичного удовлетворения требований истца о взыскании с ответчика ФИО2 компенсации морального вреда, в связи с причинением вреда здоровью, определив сумму такой компенсации в размере 250000 руб., и взыскании судебных расходов в размере 50000 руб., признав данный размер расходов разумным и соразмерным объему оказанных услуг, снизив их размер с 75000 руб.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для частичного удовлетворения заявленных истцом требований о взыскании с ответчика ФИО2 в пользу истца ФИО1, поскольку они являются правильными, подтверждаются исследованными в судебном заседании доказательствами, которым дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, основаны на правильном применении норм материального права.

В соответствии со статьей 1 Закона об ОСАГО под договором обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств понимается договор страхования, по которому страховщик обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить потерпевшим причиненный вследствие этого события вред их жизни, здоровью или имуществу (осуществить страховое возмещение в форме страховой выплаты или путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

В соответствии со статьей 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причинённые неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Согласно пункту 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии с пунктом 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

Если иное не предусмотрено законом, иными правовым актами или договором, при определении убытков принимаются во внимание цены, существовавшие в том месте, где обязательство должно было быть исполнено, в день добровольного удовлетворения должником требования кредитора, а сели требование добровольно удовлетворено не было, -в день предъявления иска. Исходя из обстоятельстве, суд может удовлетворить требование о возмещение убытков, принимая во внимание цены, существующие в день вынесения решения.

Как разъяснено в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 г. № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072, пункт 1 статьи 1079, статья 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации). К правоотношениям, возникающим между причинителем вреда, застраховавшим свою гражданскую ответственность в соответствии с Законом об ОСАГО, и потерпевшим в связи с причинением вреда жизни, здоровью или имуществу последнего в результате дорожно-транспортного происшествия, положения Закона об ОСАГО, а также Единой методики не применяются.

Согласно пункту 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 ст. 1064 того же Кодекса установлено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Совокупность приведенных условий является необходимым основанием для установления причинителя вреда и возложения внедоговорной ответственности на данное лицо.

Частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлена процессуальная обязанность каждой стороны гражданского процесса доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Таким образом, при определении обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения заявленного спора, необходимо учитывать положения статей 15 и 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым для наступления гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков истцу необходимо доказать наличие следующих (обязательных) условий: совершение противоправных действий конкретным лицом, то есть установить лицо, совершившее действие (бездействие), размер заявленных убытков и причинно-следственную связь между противоправными действиями и наступившим вредом. При этом вина ответчика в причинении вреда в силу вышеуказанных нормативных предписаний предполагается, и именно на нем лежит обязанность доказать отсутствие его вины в причинении указанного в иске имущественного вреда.

В пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

В соответствии в пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно положениям статьи 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст. 931, п. 1 ст. 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

В силу подп. «б» статьи 7 Закона об ОСАГО гражданской ответственности владельцев транспортных средств» страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет в части возмещения вреда, причиненного имуществу потерпевшего, 400 тысяч рублей.

Статьёй 12 Закона об ОСАГО также предусмотрено, что с лица, причинившего вред, может быть взыскана сумма в размере части требования, оставшейся неудовлетворенной в соответствии с данным федеральным законом (абзац второй пункта 23).

Давая оценку положениям Закона об ОСАГО во взаимосвязи с положениями гл. 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 31 мая 2005 г. № 6-П указал, что требование потерпевшего (выгодоприобретателя) к страховщику о выплате страхового возмещения в рамках договора обязательного страхования является самостоятельным и отличается от требований, вытекающих из обязательств вследствие причинения вреда. Различия между страховым обязательством, где страховщику надлежит осуществить именно страховое возмещение по договору, и деликтным обязательством непосредственно между потерпевшим и причинителем вреда обусловливают разницу в самом их назначении и, соответственно, в условиях возмещения вреда. Смешение различных обязательств и их элементов, одним из которых является порядок реализации потерпевшим своего права, может иметь неблагоприятные последствия с ущемлением прав и свобод стороны, в интересах которой установлен соответствующий гражданско-правовой институт, в данном случае для потерпевшего. И поскольку обязательное страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств не может подменять собой и тем более отменить институт деликтных обязательств, как определяют его правила гл. 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, применение правил указанного страхования не может приводить к безосновательному снижению размера возмещения, которое потерпевший вправе требовать от причинителя вреда.

Согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2017 г. № 6-П Закон об ОСАГО как специальный нормативный правовой акт не исключает распространение на отношения между потерпевшим и лицом, причинившим вред, общих норм Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах вследствие причинения вреда.

Следовательно, потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему фактического ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб, путем предъявления к нему соответствующего требования. В противном случае - вопреки направленности правового регулирования деликтных обязательств - ограничивалось бы право граждан на возмещение вреда, причиненного им при использовании иными лицами транспортных средств.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 10 марта 2017 г. № 6-П «По делу о проверке конституционности статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан А.С. Аринушенко, Б. и других», в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено, то есть ему должны быть возмещены расходы на полное восстановление эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства.

Как следует из п.п. 12, 13 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (п. 2 ст. 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинён не по его вине (п. 2 ст. 405 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Как указано выше, автомобиль, принадлежащий ФИО1, получил механические повреждения в результате рассматриваемого ДТП.

Вина ответчика ФИО2 в совершении ДТП, в результате которого повреждено принадлежащее истцу транспортное средство, подтверждается вступившим в законную силу постановлением и другими материалами дела об административном правонарушении.

Обстоятельства ДТП и виновность ФИО2 в причинении вреда автомобилю истца сторонами при рассмотрении дела не оспаривались.

Объём причинённого ФИО1 ущерба суд первой инстанции правильно определил на основании заключения от 16 июня 2025 г. № 394-Э/2025, подготовленного экспертом-техником ООО «Межрегиональный консалтинговый союз» - ФИО6 (т. 2л.д. 58-104)

Суд первой инстанции с учетом обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, пришел к правильному выводу о том, что водитель ФИО2, как виновник дорожно-транспортного происшествия, ответственность которого застрахована в порядке обязательного страхования, в силу положений ст. ст. 15, 965, 1064, 1072, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации обязан возместить истцу причиненный вред в размере разницы между выплаченным страховым возмещением и фактическим размером ущерба, а также понесённые убытки в виде несения расходов по оплате эвакуатора и хранение транспортного средства на специализированной стоянке.

Разрешая требования о взыскании с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсации морального вреда, суд первой инстанции руководствовался статьями 151, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, постановлением Пленума Верховного суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина" и исходил из того, что в результате виновных действий ответчика ФИО2, повлекших причинение вреда здоровью средней тяжести ФИО1, последней были причинены физические страдания, в связи с чем на стороне ответчика, как на причинителя вреда, непосредственно управлявшим транспортным средством в момент ДТП, лежит обязанность компенсировать истцу моральный вред.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанций о наличии оснований для возложения на ФИО2 обязанности по компенсации морального вреда, в силу следующего.

Компенсация морального вреда в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации является одним из способов защиты гражданских прав и позволяет рассматривать ее как гарантированную государством меру, направленную на восстановление нарушенных прав и возмещение нематериального ущерба, причиненного вследствие их нарушения.

По общему правилу ответственность за причинение морального вреда возлагается на лицо, причинившее вред (пункт 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда.

Обязанность доказать отсутствие вины лежит на ответчике как причинителе вреда.

Закрепляя в части первой статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации общий принцип компенсации морального вреда, причиненного действиями, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага, законодатель не установил каких-либо ограничений в отношении действий, которые могут рассматриваться как основание для такой компенсации (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 26.10.2021 № 45-П).

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (абзац первый п. 1 ст. 1064 ГК РФ). Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (абзац второй п. 1 ст. 1064 ГК РФ).

Ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, регламентируется нормами ст.1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно разъяснениям, приведенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27).

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28).

Разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать). Тяжелое имущественное положение ответчика не может служить основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда (пункт 29).

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункт 30).

Из указанных положений следует, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При этом характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. Оценка разумности и справедливости размера компенсации морального вреда относится к компетенции суда. Тяжелое имущественное положение ответчика также должно учитываться судом при наличии достаточных доказательств того, что оно обусловлено объективными причинами, при этом само по себе тяжелое материальное положение ответчика не может служить основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда в сумме 250000 руб., вопреки доводам жалобы, суд первой инстанции учел все обстоятельства произошедшего, применил принцип разумности, соразмерности, справедливости, в полной мере учел характер полученных ФИО1 травм, квалифицированных экспертом как вред здоровью средней тяжести, степень физических и нравственных страданий истца, после получения телесных повреждений, испытывавшей физическую боль, наступившее частичное ограничение в ее способности передвигаться, длительность лечения, индивидуальные особенности истца, пожилой возраст.

Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда и его оценкой исследованных доказательств. При разрешении спора суд правильно определил характер спорных правоотношений, закон, которым следует руководствоваться при разрешении спора, и обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда мотивированы, соответствуют требованиям материального закона и установленным обстоятельствам дела.

Оснований для определения компенсации морального вреда в ином размере, исходя из доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия не усматривает, так как, определяя по настоящему делу размер компенсации морального вреда, в полной мере учел имевшие место фактические обстоятельства дела, индивидуальные особенности истца, степень нравственных и физических страданий, вызванных причинением вреда её здоровью, и с учетом требований разумности и справедливости уменьшил заявленный истцом размер компенсации морального вреда до 250000 руб.

Моральный вред, являясь оценочной категорией, включающей в себя оценку совокупности всех обстоятельств, по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и не поддается точному денежному подсчету, вместе с тем при рассмотрении настоящего дела судом первой инстанции установлены обстоятельства причинения истцу нравственных страданий, учтены критерии определения размера компенсации морального вреда, указанные в ст.ст. 151, 1101, 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как указано в п. 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Данная категория дел носит оценочный характер и суды вправе при определении размера компенсации морального вреда, учитывая вышеуказанные нормы материального права, с учетом степени вины причинителя вреда и индивидуальных особенностей потерпевшего определить размер денежной компенсации морального вреда по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела.

В связи с чем иная, чем у суда, оценка степени физических, нравственных страданий и переживаний истца, критериев разумности и справедливости не указывает на то, что выводы суда являются ошибочными, размер компенсации морального вреда в каждом деле носит индивидуальный характер и зависит от совокупности конкретных обстоятельств дела, подлежащих исследованию и оценке судом.

Установление подобного рода обстоятельств является прерогативой суда, который в силу присущих ему дискреционных полномочий, необходимых для осуществления правосудия и вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, разрешает дело на основе установления и исследования всех его обстоятельств.

Основания и мотивы, по которым суд первой инстанции пришел к таким выводам, а также доказательства, принятые судом во внимание, их оценка приведены в решении суда, размер компенсации морального вреда правильно определен судом первой инстанции по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела, применяя общее правовое предписание к конкретным обстоятельствам дела, суд определил компенсацию морального вреда в пределах предоставленной законом свободы усмотрения.

Ответчик настаивает на применении в сложившихся правоотношениях положений пункта 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Кроме того, как разъяснено в п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", размер возмещения вреда в силу п. 3 ст. 1083 ГК РФ может быть уменьшен судом с учетом имущественного положения причинителя вреда - гражданина, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

ФИО2 в обоснование своей позиции ссылается на факт признания его несостоятельным (банкротом) по решению Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа от 5 ноября 2025 г., полагает, что, исходя из его имущественного положения, он не сможет возместить причинный ущерб ФИО1, как материальный, так и моральный.

Вместе с тем, судебная коллегия учитывает, что решение подлежит проверке на момент его принятия.

Доводов о тяжелом материальном положении ответчика, в том числе о признании его несостоятельным (банкротом) ответчик ФИО2 в ходе рассмотрения настоящего дела не приводил, каких-либо доказательств в подтверждение таких доводов не представлял, указанные обстоятельства судом первой инстанции не исследовались.

Судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, закрепленного частью 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьей 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел, однако, безусловно, сохраняет независимость, объективность и беспристрастность (часть 2 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В свою очередь лица, участвующие в деле, также должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами и в то же время при неисполнении (игнорировании) своих процессуальных обязанностей быть готовыми к наступлению последствий, предусмотренных законодательством о гражданском судопроизводстве, как это следует из частей 1 и 2 статьи 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В пункте 42 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 22 июня 2021 г. № 16 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции" разъяснено, что в соответствии с абзацем вторым части 1 статьи 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции принимает дополнительные (новые) доказательства, если признает причины невозможности представления таких доказательств в суд первой инстанции уважительными.

К таким причинам относятся, в частности, необоснованное отклонение судом первой инстанции ходатайств лиц, участвующих в деле, об истребовании, о приобщении к делу, об исследовании дополнительных (новых) письменных доказательств либо ходатайств о вызове свидетелей, о назначении экспертизы, о направлении поручения; принятие судом решения об отказе в удовлетворении иска (заявления) по причине пропуска срока исковой давности или пропуска установленного федеральным законом срока обращения в суд без исследования иных фактических обстоятельств дела.

Обязанность доказать наличие обстоятельств, препятствовавших лицу, ссылающемуся на дополнительные (новые) доказательства, представить их в суд первой инстанции возлагается на это лицо (статья 12, часть 1 статьи 56 ГПК РФ).

Дополнительные (новые) доказательства не могут быть приняты судом апелляционной инстанции, если будет установлено, что лицо, ссылающееся на них, не представило эти доказательства в суд первой инстанции, поскольку вело себя недобросовестно или злоупотребляло своими процессуальными правами.

В рассматриваемом деле суд первой инстанции в полной мере исполнил возложенные на него процессуальным законодательством обязанности по созданию условий для установления фактических обстоятельств и оказанию содействия сторонам в реализации их прав, не нарушив принцип равноправия и состязательности сторон спора.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу, что ответчик не доказал в порядке ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации наличие у него тяжелого материального положения на момент принятия обжалуемого судебного акта (20 октября 2025 г.), в то время как с заявлением о признании банкротом ФИО2 обратился в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа еще 1 октября 2025 г., следовательно, имел объективную возможность заявить соответствующее ходатайство и приложит документы в обоснование своих доводов.

Также судебная коллегия не находит оснований для изменения решения суда в части взысканных в пользу истца судебных расходов на представителя, находя определенный судом размер расходов путем уменьшения с 75000 руб. до 50000 руб. обоснованным и соответствующим требованиям разумных пределов.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Правила, изложенные в ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, относятся также к распределению судебных расходов, понесенных сторонами в связи с ведением дела в апелляционной, кассационной и надзорной инстанциях (ч. 2 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу ч. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе расходы на оплату услуг представителей; связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами; другие признанные судом необходимыми расходы.

В соответствии с ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

На основании ст. 48 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей. Личное участие в деле гражданина не лишает его права иметь по этому делу представителя.

Согласно разъяснениям, данным в п. 11 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 3, 45 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, статьи 2, 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

В п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» указано, что расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 112 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, часть 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статьи 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 111, 112 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, статья 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, данным в п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Таким образом, основным критерием определения размера оплаты труда представителя является разумность суммы оплаты, которая предполагает, что размер возмещения стороне расходов должен быть соотносим с объемом защищаемого права.

Вопреки доводам жалобы, определяя подлежащую возмещению сумму судебных издержек на оплату юридических услуг по настоящему делу в 50000 руб. обоснованной и соответствующей требованиям разумных пределов, суд первой инстанции должным образом оценил документы, представленные ответчиком в подтверждение заявленного требования, учел характер спора, сложность дела, а также соотнес заявленную к взысканию и фактически определенную в оспариваемом определении сумму расходов с объемом оказанных представителем услуг и принципом разумности, приняв во внимание также информацию о средней стоимости юридических услуг и услуг адвокатов в Ямало-Ненецком автономном округе, опубликованной на официальном сайте адвокатской палаты ЯНАО.

С учетом указанных обстоятельств дела определенная судом к компенсации сумма судебных расходов на оплату услуг представителя в размере 50000 руб., вопреки позиции заявителя, обеспечивает баланс прав и законных интересов сторон. Выводы суда в данной части являются мотивированными, обоснованными, оснований для их переоценки не имеется.

Оценочная категория разумности, лишенная четких критериев определенности в тексте закона, тем самым позволяет суду по собственному усмотрению установить баланс между гарантированным правом лица на компенсацию имущественных потерь, связанных с правовой защитой нарушенного права или охраняемого законом интереса, с одной стороны, и необоснованным завышением размера такой компенсации вследствие принципа свободы договора, предусмотренного гражданским законодательством Российской Федерации с другой.

Приведенная в решении суда первой инстанции в части разрешения требований о взыскании компенсации морального вреда оценка собранных по делу доказательств в их совокупности полностью соответствует правилу статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, оснований не согласиться с которой у суда апелляционной инстанции не имеется. Выводы суда соответствуют обстоятельствам дела и подлежащим применению к правоотношениям сторон нормам материального права. Оснований для иной оценки собранных по делу доказательств у суда апелляционной инстанции не имеется. Решение суда в указанной части является законным и обоснованным, отмене либо изменению по доводам апелляционной жалобы не подлежит.

Вместе с тем, суд первой инстанции, руководствуясь статьей 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, признав расходы по оплате услуг эксперта ООО «Межрегиональный консалтинговый союз» за составление экспертного заключения от 16 июня 2025 г. № 394-Э/2025 в размере 25000 руб., необходимыми расходами понесенными истцом и как следствие подлежащим взысканию с ответчика, в резолютивной части решения в удовлетворении данных требований отказал.

Судебная коллегия не может согласиться с указанными выводами суда.

Принимая во внимание, что заявленные истцом требования в ходе рассмотрения дела судом апелляционной инстанции удовлетворены на 100%, в соответствии со ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия полагает подлежащими взысканию с ответчика ФИО7 в пользу истца ФИО8 в счет компенсации судебных расходов за проведение независимой оценки ущерба в размере 12000 руб., по оплате услуг представителя в размере 60000 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины, в размере 11974 руб.

Согласно статье 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам.

Согласно абзацу второму пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу (например, решение суда первой инстанции, определение о прекращении производства по делу или об оставлении заявления без рассмотрения, судебный акт суда апелляционной, кассационной, надзорной инстанции, которым завершено производство по делу на соответствующей стадии процесса).

Приведёнными статьями процессуального закона и акта их толкования предусмотрена возможность компенсации издержек, связанных с рассмотрением дела стороне в чью пользу состоялось решение суда за счёт другой стороны.

При этом, гражданское процессуальное законодательство исходит из того, что критерием присуждения судебных расходов, в том числе сумм, подлежащих выплате экспертам, при вынесении решения является вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного истцом требования.

Суммы, подлежащие выплате экспертам, относятся к издержкам, связанным с рассмотрением дела, которые, в свою очередь, входят в состав судебных расходов, подлежащих возмещению проигравшей в судебном споре стороной. Соответственно, в случае удовлетворения исковых требований неоплаченные или не полностью оплаченные расходы на проведение экспертизы также возлагаются на сторону, проигравшую спор.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 11 июля 2017 г. № 20-П, признание права на присуждение судебных расходов за лицом (стороной), в пользу которого состоялось судебное решение, соответствует принципу полноты судебной защиты, поскольку призвано восполнить лицу, чьи права нарушены, вновь возникшие и не обусловленные деятельностью самого этого лица потери, которые оно должно было понести для восстановления своих прав в связи с необходимостью совершения действий, сопряженных с возбуждением судебного разбирательства и участием в нем.

Таким образом, в силу приведённых выше требований процессуального законодательства и обстоятельств дела, и поскольку решение суда состоялось в пользу истца, суд апелляционной инстанции находит требования истца о взыскании с ответчика судебных издержек по проведению судебной экспертизы правомерными и обоснованными.

Несение истом расходов на проведение экспертизы подтверждены квитанцией ООО «Межрегиональный консалтинговый союз» от 11 июня 2025 г. № 1633 об оплате на сумму 25000 руб. Соответственно, оснований для отказа во взыскании судебных расходов на экспертизу у суда первой инстанции не имелось.

Решение в указанной части подлежит отмене с вынесение нового решения об удовлетворении данных требования.

Доводы ответчика в апелляционной жалобе об оставлении искового заявления без рассмотрения судебная коллегия отклоняет в силу следующего.

На основании статьи 32 Федерального закона от 26 октября 2002 г. №127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом и отнесены к специальной подведомственности арбитражных судов статьей 27 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 2 статьи 213.11 Закона о банкротстве с даты вынесения арбитражным судом определения о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом и введении реструктуризации его долгов наступают следующие последствия: требования кредиторов по денежным обязательствам, об уплате обязательных платежей, за исключением текущих платежей, требования о признании права собственности, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о признании недействительными сделок и о применении последствий недействительности ничтожных сделок могут быть предъявлены только в порядке, установленном настоящим Федеральным законом. Исковые заявления, которые предъявлены не в рамках дела о банкротстве гражданина и не рассмотрены судом до даты введения реструктуризации долгов гражданина, подлежат после этой даты оставлению судом без рассмотрения.

Как следует из материалов дела, общедоступной информации в системе "Картотека арбитражных дел" заявление ФИО2 о признании его несостоятельным (банкротом), поступившее в арбитражный суд 1 октября 2025 г., принято к производству определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа от 8 октября 2025 г., решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа от 5 ноября 2025 г. по делу № А75-21538 ФИО2 признан банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина сроком на 6 месяцев, то есть до 24 апреля 2026 г., утвержден финансовый управляющий имуществом должника.

Таким образом, на момент принятия Новоуренгойским городским судом Ямало-Ненецкого автономного округа решения от 20 октября 2025 г. обстоятельства, предусмотренные абзацем 3 пункта 2 статьи 213.11 Закона о банкротстве, не наступили, препятствий для рассмотрения настоящего дела судом общей юрисдикции не имелось.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Новоуренгойского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 20 октября 2025 г. отменить в части отказа во взыскании расходов по оплате услуг специалиста по оценке, принять в данной части новое решение об удовлетворении требования.

Взыскать с ФИО2 (паспорт серия №) в пользу ФИО1 (паспорт серия №) судебные расходы по оплате услуг специалиста по оценке ущерба в размере 25000 руб.

В остальной части решение Новоуренгойского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 20 октября 2025 г. оставить без изменения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение трех месяцев с даты принятия мотивированного апелляционного определения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 14 апреля 2026 г.

Председательствующий

Судьи