Приговор № 1-112/2018 от 11 июля 2018 г. по делу № 1-112/2018

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

12 июля 2018 года г.Тула

Пролетарский районный суд г.Тулы в составе:

председательствующего судьи Пугаевой И.И.,

при ведении протокола секретарем Печниковым А.М.,

с участием

государственного обвинителя помощника прокурора Пролетарского района г.Тулы Болякиной К.Ю.,

подсудимой ФИО19,

защитника адвоката Чижонковой Е.Н., представившей удостоверение № от ДД.ММ.ГГГГ и ордер № от 4.06.2018,

потерпевшего ФИО20,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда уголовное дело в отношении подсудимой

ФИО19, <данные изъяты>, содержащейся под стражей с 7 сентября 2017 года,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ,

установил:

ФИО19 совершила убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, при следующих обстоятельствах.

В период с 11 часов 30 минут 16 июля 2017 года до 14 часов 18 минут 18 июля 2017 года между находившимися в квартире <адрес> ФИО19 и её сожителем ФИО1, произошла ссора, в ходе которой у ФИО19 на почве внезапно возникшей личной неприязни к ФИО1 возник преступный умысел на совершение убийства последнего.

В период с 11 часов 30 минут 16 июля 2017 года до 14 часов 18 минут 18 июля 2017 года ФИО19, находясь в зале квартиры <адрес>, реализуя свой преступный умысел, направленный на убийство ФИО1, осознавая общественно опасный и противоправный характер своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде смерти ФИО1 и желая их наступления, подошла к лежавшему на диване ФИО1, и стала производить его удушение, с силой сжав обеими руками правую переднюю и левую переднюю поверхность шеи последнего, перекрыв тем самым доступ воздуха в легкие, и сжимала шею ФИО1 до тех пор, пока последний не перестал подавать признаки жизни, в результате чего, ФИО1 скончался на месте происшествия.

Своими умышленными преступными действиями ФИО19 причинила ФИО1 механическую асфиксию от сдавления органов шеи руками (удавления руками).

Механическая асфиксия вследствие сдавления органов шеи руками, явилась непосредственной причиной смерти ФИО1, а повреждения на его шее (кровоподтек правой половины шеи и кровоизлияния в мягкие ткани), являвшиеся морфологическими проявлениями механической асфиксии, находятся в прямой причинно-следственной связи с наступлением его смерти.

Механическая асфиксия вследствие сдавления органов шеи руками, явившаяся причиной смерти ФИО1, являлась опасной для жизни и поэтому, расценивается как причинившая тяжкий вред здоровью человека.

Смерть ФИО1 наступила на месте происшествия, от механической асфиксии вследствие сдавления органов шеи руками (удавления руками).

В судебном заседании подсудимая ФИО19 вину в совершении преступления при указанных выше обстоятельствах не признала и пояснила, что с 2010 года он сожительствовала с ФИО1 В ДД.ММ.ГГГГ у них родилась дочь ФИО18. ФИО1 употреблял спиртные напитки, уходил в запой. Она пила вместе с ним. За время совместного проживания у них с ФИО1 происходили ссоры на бытовой почве. До драки дело не доходило. Друг друга они никогда не били. С мая 2017 они вместе с ФИО1 находились в запое. Пили они водку каждый день. 17.07.2017 утром они проснулись с ФИО1 и решили прекратить употреблять алкогольные напитки, так как состояние здоровью уже не позволяло делать этого. Так как у них оставалось с предыдущего дня около 100 грамм водки, то они ее допили, каждый по 50 грамм и на этом решили остановиться. Весь день они находились вдвоем дома, лежали на диване, смотрели телевизор, периодически засыпали. ФИО1 с дивана при ней, когда она не спала, не вставал, ссылаясь на плохое самочувствие и говорил, что если встанет, то умрет. ФИО1 пил воду, ел гречневую кашу, которую она ему приносила. Из дома она в этот день не выходила. 17.07.2017 или же уже 18.07.2017 ночью ФИО1 сказал, что хочет пойти в туалет. Она смотрела телевизор и сказала ему, чтобы он сходил в туалет в таз, который находился в их комнате, так как он до туалета не дойдет. ФИО1 ее не послушал, и когда перелезал через нее, то упал с дивана на пол. Чем он при этом ударился, она не видела. После этого, он встал и пошел в туалет. Через некоторое время она услышала, как он смыл воду в унитазе, и тут же она слышала звук падения. Она подумала, что ФИО1 упал в туалете. После этого ФИО1 вышел из туалета, так как она услышала, что он закрыл дверь туалета, и упал в коридоре запнувшись, за детский металлический велосипед. Так как звук падения был очень сильный, то она встала с дивана и пошла посмотреть, что там происходит. Зайдя в коридор, она увидела там лежащего на полу на животе лицом вниз ФИО1 Она поняла, что он споткнулся о детский металлический велосипед, так как тот находился не на своем месте. Она перевернула ФИО1 на правый бок. ФИО1 лежал, ничего не говорил, глаза были открыты, на ее вопросы о том, что произошло, он не отвечал. Она увидела, что у него из носа течет кровь. Кровь попала на ковер. Она взяла ФИО1 под руку, помогла встать на ноги и повела в зал на диван. Когда они подошли к дивану, то он лег на него, а она села рядом. Через несколько минут ФИО1 начало тошнить. Она пододвинула к дивану таз и его в него вырвало. При этом он с дивана не вставал, просто свесил голову. После этого он переместился на середину дивана и лег на правый бок. Через несколько минут у ФИО1 начался эпилептический припадок. Она начала оказывать ему помощь, а именно удерживала голову двумя руками в районе ушей, взяла металлическую ложку и вставила ее ему в рот для того, чтобы разжать ему зубы, чтобы он не прикусил себе язык. Когда ФИО1 пришел в себя, она спросила, как он себя чувствует и не нужно ли ему вызвать скорую помощь. Он сказал, что ему плохо, но скорую вызывать не нужно. После этого он заснул. Она легла рядом и тоже уснула. 18.07.2017 она проснулась и увидела, что ФИО1 не сопит, лежит на животе вниз лицом, уткнувшись в подушку. Когда она до него дотронулась, то почувствовала, что он холодный. Она попыталась его перевернуть на бок и когда перевернула его на правый бок, то увидела, что изо рта и носа потекла кровь. Она поняла, что он мертв. Она позвонила в скорую помощь и вызвала доктора. По приезду они констатировали его смерть. Каких-либо телесных повреждений она ФИО1 не причиняла. Почему причиной смерти ФИО1 является механическая асфиксия от сдавления органов шеи она не знает, она его не душила, за его шею и горло своими руками не брала. Входная дверь в их квартиру всегда закрыта на замок, даже когда они дома. Ключей у посторонних людей от входной двери их квартиры нет. Дома они были одни, никто из посторонних к ним не заходил.

Вина подсудимой ФИО19 подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами:

показаниями потерпевшего ФИО1, пояснившего суду, что у него был родной брат ФИО1, который проживал в г. Туле. Около пяти лет тому назад брат переехал в г. Тулу, где познакомился с ФИО19, с которой и начал проживать в квартире ее родственницы по адресу: <адрес>. От совместного проживания у брата с Беловой родилась совместная дочь ФИО18. У брата была проблема с употреблением алкоголя. Каждый выходной и праздник он употреблял спиртное. Когда брат стал сожительствовать с Беловой, то начал уходить в запои. Пили они вместе, начинали с пива, потом переходили на водку. Последний раз он встречался с братом и ФИО19 в октябре 2016 года, когда они приезжали в <адрес>. В конце марта 2017 он позвонил брату на мобильный телефон. Когда брат ему ответил, то по голосу он понял, что тот находится в состоянии алкогольного опьянения. Он сказал брату, чтобы тот прекращал пить, на что брат ему пообещал завязать. Последние три месяца перед смертью ни брат, ни ФИО21 не отвечали на телефонные звонки, когда он им звонил. 18.07.2017, когда он находился на работе в <адрес>, то ему позвонила мама и сообщила о том, что его брат ФИО1 умер. Он отпросился с работы и утром 19.07.2017 приехал в <адрес>. Им выдали медицинское свидетельство о смерти брата, в котором указано, что причиной смерти является механическая асфиксия. Также на лице брата, когда он его забирал из морга, видел, как ему показалось синяки. Брат ему не рассказывал о том, что пил алкоголь с кем-либо кроме Беловой, и что к ним когда – либо кто-то приходил в гости. Посторонние люди к ним не ходили, пил брат и ФИО21 всегда только вдвоем. Его брат неврологическими или психическими заболеваниями, в том числе эпилепсией не страдал. Судорожных припадков, в том числе на фоне алкогольного опьянения насколько ему известно, у брата никогда не было, тот ему об этом никогда не рассказывал. Так как всю жизнь брат управлял транспортными средствами, то при наличии подобных заболеваний, тот не прошел бы медицинскую комиссию и не получил бы водительское удостоверение.

Показаниями свидетелей ФИО10, ФИО6, пояснивших суду, что по соседству с ними в <адрес>, которая располагается над их квартирой, проживала семья из трех человек: мужчина по имени ФИО1, женщина по имени Светлана и их малолетняя дочь. Видели они их не часто. Иногда видели, как ФИО1 ходил в магазин за спиртным. Так как слышимость в квартирах хорошая, то они слышал, как иногда ФИО1 скандалит со своими домочадцами. В основном всегда ФИО1 кричал на Светлану или на свою дочку. Светлана редко отвечала ему во время ругани. Скандалы у них бывали не продолжительные, в основном под утро или ночью. Соседи вели замкнутый образ жизни, с жильцами подъезда не общались. Также они никогда не видели, чтобы к ним кто – либо приходил, и не слышали этого, так как если бы у соседей собирались компании, или приходил кто - либо, то это было бы слышно. Возможно, перед смертью ФИО1 ночью они слышали, как соседи скандалили, но точной даты не запомнили.

Показаниями свидетеля ФИО11, пояснившей суду, что ФИО19 ее племянница. ФИО19 вместе со своим сожителем ФИО1 и их общим ребенком ФИО18 проживали в квартире, которая принадлежит ей на праве собственности. Жили они в данной квартире с ее разрешения. ФИО21 раньше работала в <данные изъяты>. Она никогда не вдела, чтобы Светлана приходила на работу в состоянии алкогольного опьянения. С ФИО22 ФИО21 начала сожительствовать с 2010 года. Она всегда была против их совместного проживания, так как считала, что ФИО1 плохо влияет на Светлану. Светлана стала плохо выглядеть, после того как начала жить с ФИО1, начала злоупотреблять алкогольными напитками. Она неоднократно видела, когда приходила к ним домой, что те в состоянии алкогольного опьянения. Кроме этого, она замечала, что на доступных взгляду участках тела Светланы иногда виднелись синяки. Когда она спрашивала у Светланы откуда у нее синяки, то Светлана отвечала, что ударилась, либо же ее укусила дочь. Синяки были на ногах и на руках. О том, чтобы у Светланы были какие-либо конфликты с ФИО1, ФИО21 ей не рассказывала. ФИО1 был замкнутым, малообщительным человеком. Когда она приходила к ним в квартиру, то никогда посторонних людей у них не было. Последний раз она виделась с ФИО1 и Светланой ДД.ММ.ГГГГ. Ключей в этот день от квартиры у нее с собой не было. Она позвонила в домофон, но дверь ей не открыли. Она решила подождать племянницу. Через некоторое время пришел ФИО1 и они поднялись к квартире. ФИО1 попросил Светлану открыть дверь, но Светлана по разговору поняла, что она находится вместе с ФИО1 и сказала, что не будет открывать дверь, что ей стыдно. Через некоторое время Светлана все равно открыла дверь, и она зашла в квартиру. В квартире был беспорядок, не убрано. Было понятно, что Светлана и ФИО1 находятся в запое, и им было не до уборки. По внешнему виду было понятно, что они давно пьют, но находятся в состоянии выхода из запоя. Кроме этого она заметила, что у ФИО1 иногда тряслись ноги, когда он стоял вместе с ней в подъезде. Лицо у него было запойного человека в каких-то пятнах. Она сказала Светлане, что больше они жить в ее квартире не будут, так как ее не устраивает их поведение и образ жизни. Светлана и ФИО1 попросили дать им неделю, чтобы прийти в себя, после чего они уедут в <адрес> ухаживать за матерью ФИО1. Она разрешила им это, после чего ушла. Каких-либо телесных повреждений ни на Светлане, ни на ФИО1 она не заметила. ДД.ММ.ГГГГ ей на телефон позвонила мама Светланы, ФИО36 и сообщила, что ФИО1 умер. Она поехала в квартиру по адресу: <адрес>, где проживали Светлана и ФИО1. Приехав на место, она зашла в квартиру. Она спросила у Светланы, что случилась, от чего умер ФИО1. Светлана пояснила, что у ФИО1 ночью начались припадки, он начал размахивать руками, биться в конвульсиях, Светлана его успокаивала своими руками, укладывала на диван, после чего он заснул. Светлана легла спать с ним рядом. Также она заметила, что у Светланы синяки на лице, когда она спросила, откуда они, то Светлана ответила, что когда ФИО1 бился в припадке и махал руками, то попадал ей по лицу. Также она обратила внимание, что у Светланы нет голоса. Светлана сказала, что простыла.

Показаниями свидетелей ФИО15, ФИО14, пояснивших суду, что в соседнем подъезде №, за стеной их комнат – зала и спальни, находится <адрес>. с жильцами данной квартиры они близко не знакома, иногда видели мужчину из данной квартиры. Он работал таксистом на легковой машине. О жизни своих соседей из <адрес> они знают только по тем звукам, которые доносятся через смежные стены. У соседей есть маленький ребенок, так как они периодически слышали детский плач за стеной. Весной, в июле и первой половине июня они часто преимущественно в вечернее и ночное время, до часа – двух ночи, слышали как соседи из <адрес> скандалили, во время скандалов периодически плакал ребенок. Во время скандалов всегда было только два голоса – мужской и женский, одни и те же голоса. Мужчина ругался очень громко, выражался нецензурной бранью, обращался к женщине, с которой он скандалил, оскорблял ее. По голосу женщины было понятно, что та боится своего мужчину. По голосу мужчины было понятно, что тот находится в состоянии алкогольного опьянения, по женскому голосу это было не понятно. Каких-либо звуков борьбы, драки, ударов, звуков падающей мебели они не слышала.

Показаниями свидетеля ФИО7, пояснившего суду, что он работает участковым уполномоченным в УМВД России по г. Туле и обслуживает административный участок №, в который входит <адрес>. За все время его службы каких-либо жалоб на жильцов квартиры <адрес> не поступало. С 18.07.2017 на 19.07.2017 он находился на суточном дежурстве. 18.07.2017 от оперативного дежурного поступило сообщение о том, что по адресу: <адрес> обнаружен труп ФИО1 Прибыв по указанному адресу совместно с участковым ФИО8 их в квартире встретила женщина, которая представилась ФИО19 ФИО8 отобрал объяснение у Беловой, а он стал составлять протокол осмотра места происшествия- <адрес>. При осмотре присутствовали: ФИО19, ФИО37 и ФИО2. ФИО19 сказала, что в квартире была вдвоем с ФИО1, посторонние к ним не приходили. На момент осмотра входная дверь квартиры была без повреждений. По всей квартире были разбросаны детские вещи, игрушки. По обстановке было видно, что в ней давно не убирались. Труп ФИО1 лежал в комнате на диване на правом боку. После составления протокола он выписал постановление на СМЭ. Затем он спросил у Беловой, болел ли ФИО1 какими-либо заболеваниями, на что та ответила, что не болел и ни на что не жаловался. ФИО21 находилась в состоянии алкогольного опьянения.

Показаниями свидетеля ФИО8, давшего в судебном заседании показания, аналогичные показаниям свидетеля ФИО7, пояснившего также, что он опрашивал ФИО19 по поводу произошедшего в квартире. ФИО19 пояснила, что в квартиру к ним никто не заходил.

Показаниями свидетеля ФИО12, пояснившего суду, что 18 июля 2017 года в УМВД России по г. Туле поступило сообщение о том, что по адресу: <адрес> обнаружен труп мужчины. 20.07.2017 от работников ТО БСМЭ поступила информация, о том, что по результатам вскрытия трупа ФИО1 была установлена причина смерти- он умер от асфиксии от сдавления органов шеи. Так как ранее было установлено, что ФИО1 проживал в квартире совместно с ФИО19, то та была приглашена для выяснения обстоятельств смерти ФИО1 в УМВД России по <адрес>. У Беловой им было получено от нее объяснение, в ходе которого она пояснила, что по адресу: <адрес> проживала вместе со своим сожителем ФИО1 ФИО1 на протяжении длительного времени злоупотреблял спиртными напитками. ФИО21 вместе с ФИО1 также злоупотребляла спиртным. Пили они всегда только вдвоем, посторонние к ним не приходили. С ФИО1 у Беловой были обычные семейные отношения, но тот периодические ее избивал кулаками по различным частям тела. Это ей не нравилось, и после скандалов и драк она выгоняла ФИО1 из квартиры. ФИО1 стучался в дверь, кричал, чтобы она его впустила, ей становилось стыдно, и она впускала ФИО1. ДД.ММ.ГГГГ, около 15 часов 00 минут ФИО21 пришла с работы. Дома в это время был ФИО1. Те поели и начали пить водку в зале. Как пояснила ФИО21, в этот день и ночь, посторонние к ним в квартиру не приходили, они были только вдвоем. После 00 часов 00 минут они легли спать на диване в зале. Около 06 часов 00 минут ФИО21 почувствовала, как через нее переползает ФИО1. Она спросила куда тот пополз, на что ФИО1 сказал, что в туалет. Она сказала ФИО1, чтобы тот не ходил в туалет, а справил нужду в таз, который был в зале, но тот не послушал ее и все равно пошел в туалет. После того, как ФИО21 услышала, что ФИО1 смыл воду в унитазе, и вышел из туалета, то она услышала грохот и поняла, что ФИО1 упал в коридоре. ФИО21 подошла к лежащему на спине ФИО1. Помогла ему подняться, довела до дивана и они опять легли. После этого ФИО1 стошнило, через некоторое время того начало трясти, по телу пошли судороги. Как пояснила ему ФИО21, чтобы успокоить ФИО1, чтобы того не трясло и тот не упал с дивана половиной своего тела легла на ФИО1, при этом стала придерживать рукой и ногой, за какие части тела та держала ФИО1 не пояснила. В эту ночь со слов Беловой, у ФИО1 было несколько таких приступов. ДД.ММ.ГГГГ около 11 часов та проснулась и обнаружила, что ФИО1 не подает признаков жизни.

Показаниями свидетеля ФИО9, данными в ходе предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя в порядке п.2 ч.2 ст.281 УПК РФ, согласно которым, у нее был сын ФИО1, который проживал в <адрес> около пяти лет. До этого он проживал в <адрес>. Около пяти лет тому назад он переехал в <адрес>, где познакомился с ФИО19, с которой и начал проживать в квартире ее родственницы по адресу: <адрес>. От совместного проживания у сына с Беловой родилась совместная дочь ФИО18, которой сейчас <данные изъяты>. У сына была проблема с употреблением алкоголя. Каждый выходной и праздник, когда он жил в <адрес>, он пил алкоголь. Когда он начал сожительствовать с Беловой, то начал уходить в запои. Пить сын вместе с Беловой, начинал с пива, потом переходили на водку. Ей известно, что сын в Туле работал в такси, каком именно она не знает. Последний раз она встречался с сыном и ФИО19 в октябре 2016 года, когда те приехали к ней в гости в <адрес>. Приехали они на два дня вместе с внучкой ФИО18. Сильно сын с Беловой алкогольными напитками в этот раз не злоупотребляли, немного выпили и все. Конфликтных ситуаций между сыном и Беловой в те дни при ней не было. Примерно за два месяца до своей смерти, сын и ФИО21 перестали отвечать на ее телефонные звонки. Они не поднимали трубку. При последнем разговоре она поняла, что сын находился в состоянии алкогольного опьянения.

18.07.2017 после обеда ей позвонила ФИО19 и сообщила, что ее сын ФИО1 умер. Подробностей его смерти Светлана ей не рассказала, просто сказала, что он умер. Говорила Светлана это без сожаления, как будто это был обычный случай. По голосу она поняла, что Светлана находится в состоянии алкогольного опьянения, она даже не узнала ее голоса. Светлана пояснила, чтобы она приезжала 19.07.2017 в морг, чтобы забрать тело сына. После этого она позвонила своему второму сыну Михаилу и сообщила, что ФИО1 умер. 19.07.2017 она поехала в ГУЗ «ТОБСМЭ», где родственники Беловой передали ей вещи сына. Родственники просто передали вещи, она их не о чем не расспрашивала, так как находилась в подавленном состоянии. ФИО21 она не видела и с ней после смерти сына не встречалась. Когда ей выдали медицинское свидетельство о смерти сына, то она узнал, что причиной его смерти является механическая асфиксия. Сын не рассказывал ей о том, что пил с кем-либо кроме Беловой, и что к ним когда-либо кто-то приходил в гости. Посторонние люди, насколько ей известно, к сыну и Беловой не ходили, пили те всегда только вдвоем, шумных компаний не любили, им и вдвоем было хорошо.(<данные изъяты>).

Показаниями свидетеля ФИО13, данные в ходе предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании на основании ч.1 ст. 281 УПК РФ ми с согласия сторон, согласно которым она проживает по адресу: <адрес> является старшей по указанному дому. В данном доме в <адрес> проживала семья из трех человек: муж, жена и малолетняя дочь. Видела она данную семью редко, в основном женщина гуляла с дочкой. Видела она их только втроем, посторонних людей с ними никогда не было, общались они только между собой. Данная семья была необщительной, замкнутой, но при встрече они всегда здоровались. Со слов соседей ей известно, что жилицы <адрес> иногда скандалили между собой, также мужчину из данной квартиры иногда видели в состоянии алкогольного опьянения. В июле 2017 она узнала, что мужчина из <адрес> умер. Причины и обстоятельства его смерти ей не известны.(<данные изъяты>).

Показаниями свидетеля ФИО16, данные в ходе предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании на основании ч.1 ст. 281 УПК РФ и с согласия сторон, согласно которым по соседству с ним в подъезде на третьем этаж в <адрес> проживает семья: мужчина, женщина по имени Светлана и также малолетний ребенок (девочка). Данную семью он охарактеризовал как пьющих, но не буйных. Криков в подъезде из данной квартиры он не слышал. При встрече соседи всегда здоровались. Мужчина и женщина уходили в запои, которые могли длится по несколько месяцев. Последний раз они запили в мае 2017 года. Насколько ему известно, то спиртное соседи брали в магазине. Пили соседи вдвоем, в гости к ним никогда никто не приходил, компаний в квартиру не водили. Синяков и побоев на лицах мужчины и женщины из <адрес> он не видел. В середине июля 2017 от своей супруги он узнал, что мужчина из <адрес> умер. Обстоятельства и причина его смерти тому не известны. (<данные изъяты>).

Показаниями свидетеля ФИО17, пояснившей суду, что по соседству с ней в подъезде на третьем этаж в <адрес> проживает семья из трех человек: мужчина по имени ФИО1, женщина по имени Светлана, а также их малолетняя дочь. Соседи из 59 квартиры уходили в запой. Последний раз те запили в мае 2017 года. Пили соседи одни, посторонние к ним не ходили. В середине июля она увидела, как из <адрес> выносят труп ФИО1. Обстоятельства и причина его смерти ей не известны.

Показаниями свидетеля ФИО23, пояснившей суду, что у нее есть две дочери ФИО2, ФИО19. До июля 2017 года ФИО19 сожительствовала с ФИО1 В ДД.ММ.ГГГГ у них родилась дочь ФИО18. Проживали они по адресу: <адрес>. Данная квартира принадлежит ее сестре ФИО11. Дочь работала в <данные изъяты>, разносила продукты пожилым людям, ФИО1 работал в такси. Периодически она приезжала в гости к Светлане, привозила продукты питания, проведывала внучку. Когда она приезжала к ним в гости, то те были всегда трезвы, в квартире было убрано, внучка в чистой и опрятной одежде. Когда она бывала у тех, то никаких телесных повреждений ни у Светланы, ни у ФИО1 она не видела. ФИО1 она охарактеризовала, как спокойного, пассивного человека. У него не было стремления, к тому, чтобы обеспечивать свою семью, поэтому она и привозила им продукты. Она периодически созванивалась со Светланой. Светлана никогда никаких жалоб по поводу совместной жизни с ФИО1 не высказывала, о том, что у тех происходили какие – либо конфликты и ссоры также не говорила, тем более, не жаловалась на то, что ФИО1 ее когда-либо избивал. В июне 2017 года Светлана ушла в отпуск. По началу она созванивалась со Светланой, и у тех все было хорошо. Затем Светлана перестала отвечать на телефонные звонки. Она в начале июля 2017 года решила съездить к дочери. Когда она зашла в квартиру, то увидела Светлану и ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения. Беспорядка в квартире она не обнаружила, ребенок был опрятно одет, в холодильнике были продукты. Ей не понравилось, что те находятся в таком состоянии и она забрала внучки с собой. ДД.ММ.ГГГГ днем ей позвонила Светлана и сообщала, что ФИО1 умер. Она спросила, что с ним случилось, на что та ей ответила, что он умер от сердца. Она позвонила ФИО2 и сообщила о том, что умер ФИО1. ФИО2 заехала за ней, и они на автомобиле ФИО2 поехали к Светлане. Когда они вошли в квартиру, то Светлана была взволнована, показала сотрудникам полиции труп ФИО1, который лежал на диване в зале. Она позвонила ФИО11 и сообщила, что умер ФИО1. Через некоторое время та также приехала в квартиру. Когда она спросила у Светланы про обстоятельства смерти ФИО1, та ей ответила, что ФИО1 умер из-за сердца. Более подробно она у Светланы о смерти ФИО1 не спрашивала. Сотрудник полиции записал ее и ФИО2 в качестве понятых при осмотре квартиры. Труп ФИО1 она не разглядывала, просто заглянула в комнату, когда только вошла в квартиру, потом пошла в другую комнату. Близко к трупу она не подходила. После составления протокола, она с ним ознакомилась, подписала его. По приезду в <адрес>, Светлана осталась жить в ее квартире, вместе с дочерью. О смерти ФИО1 она со Светланой не разговаривала. Светлана сказала, что на похороны не поедет, так как плохо себя чувствует. Через два дня к ним приехали сотрудники полиции и попросили Светлану проехать с ними в отдел полиции. На следующий день ФИО2 ей сказала, что Светлану положили в наркологическую больницу. После выписки Светлана снова вернулась к ней домой. Когда от сотрудников правоохранительных органов она узнала, что причиной смерти ФИО1 является асфиксия, то она спросила, у Светланы, что у них произошло, Светлана пояснила, что ФИО1 не душила. С кем дружили и общались Светлана и ФИО1, и приходил ли к ним кто-либо в гости ей не известно.

Показаниями свидетеля ФИО2, давшей в судебном заседании показания, аналогичные показаниям свидетеля ФИО23, пояснившей, что она является родной сестрой ФИО19 и об обстоятельствах смерти ФИО1 ей ничего неизвестно.

Заключением комиссии экспертов ГУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» г. Санкт-Петербурга № от 22.01.2018, согласно которому причиной смерти ФИО1 явилась механическая асфиксия вследствие сдавления органов шеи руками (удавления руками). Вывод о причине смерти подтверждается следующими характерными морфологическими признаками, выявленными при:

1.судебно-медицинском исследовании трупа ФИО1, а именно: жидкое состояние крови (в сосудах и полостях сердца) ; наличие кровоизлияний под конъюнктиву правого глаза; отек головного мозга с аксиальной дислокацией и вклинением миндалин мозжечка в большое отверстие затылочной кости (подтверждается наличием полосы вдавления, но без кровоизлияний в ее проекции); множественные мелкоочаговые прикорневые кровоизлияния под висцеральную плевру обоих легких, обширные субплевральные кровоизлияния на задней поверхности нижних долей обоих легких и мелкоточечные кровоизлияния под эпикард (пятна Тардье); наличие кровоподтека на правой переднебоковой поверхности шеи в средней трети с кровоизлияниями в подлежащую подкожную мышцу шеи и области правой боковой пластины щитовидного хряща и кровоизлияния в области левого верхнего рога и левой боковой пластины щитовидного хряща (морфологические проявления механической асфиксии вследствие удавления руками).

2. судебно-гистологическом исследовании микропрепаратов от трупа ФИО1: острая эмфизема, с разрывом межальвеолярных перегородок, мелкие очажки ателектазов; признаки фибрилляции желудочков (поля фрагментации кардиомиоцитов).

Имевшаяся у ФИО1 тяжелая закрытая черепно-мозговая травма не привела к его смерти (не явилась причиной смерти), о чем свидетельствуют: судебно-медицинские и судебно-гистологические критерии значительной переживаемости (от 6 до 12 часов) после причинения закрытой черепно-мозговой травмы (указаны выше по тексту выводов); наличием у ФИО1 механической асфиксии (причина смерти) без признаков переживаемости (отсутствие лейкоцитарной реакции в кровоизлияниях мягких тканей на шее), что подтверждает ее причинение непосредственно перед наступлением смерти.

Дать точный и достоверный ответ о давности наступления смерти ФИО1 по представленным на исследование материалам дела не представлялся возможным, поскольку не имеется сведений о регистрации трупных изменений на месте обнаружения трупа, а описание этих изменений при судебно-медицинском исследовании трупа ФИО1 скудное.

Тем не менее, на основании имеющихся данных комиссия экспертов считает, что ориентировочная давность наступления смерти ФИО1 времени исследования его трупа в морге) составляет от одних до трех суток, что подтверждается степенью выраженности ранних трупных изменений, зафиксированных при наружном осмотре трупа в морге («...труп на ощупь холодный во всех областях; трупные пятна разлитые, багрово-фиолетового цвета, на задней поверхности тела, при дозированном надавливании цвета не меняют; трупное окоченение выражено во всех группах обычно исследуемых мышц; проба Прокопа - валик не образуется...»).(<данные изъяты>).

Заключением комиссии экспертов ГУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» г.Санкт-Петербург № от 22.01.2018, согласно которому при судебно-медицинском исследовании трупа ФИО1 были выявлены следующие повреждения: механическая асфиксия от сдавления органов шеи руками (удавления руками), морфологическими проявлениями которой являлись: кровоподтек на правой переднебоковой поверхности шеи в средней трети с кровоизлияниями: в подлежащую подкожную мышцу шеи и области правой боковой пластины щитовидного хряща; кровоизлияние в области левого верхнего рога и левой боковой пластины щитовидного хряща; кровоизлияние под конъюнктиву правого глаза; множественные мелкоочаговые прикорневые кровоизлияния под висцеральную плевру обоих легких, обширные субплевральные кровоизлияния на задней поверхности нижних долей обоих легких.

Наличие у ФИО1 механической асфиксии от сдавления органов шеи руками подтверждается результатами судебно-медицинского исследования трупа ФИО1, а именно наличием: кровоподтека на правой переднебоковой поверхности шеи в средней трети с кровоизлияниями в подлежащую подкожную мышцу шеи и области правой боковой пластины щитовидного хряща ; кровоизлияния в области левого верхнего рога и левой боковой пластины щитовидного хряща; кровоизлияния под конъюнктиву правого глаза; множественных мелкоочаговых прикорневых кровоизлияний под висцеральную плевру обоих легких и обширных субплевральных кровоизлияний на задней поверхности нижних долей обоих легких и жидким состоянием крови.

Данными судебно-гистологического исследования микропрепаратов от трупа ФИО1 (острая эмфизема, с разрывом межальвеолярных перегородок, мелкие очажки ателектазов).

Кровоподтек на правой переднебоковой поверхности шеи с кровоизлияниями в подлежащую подкожную мышцу шеи и области правой боковой пластины щитовидного хряща и кровоизлияния в области левого верхнего рога и левой боковой пластины щитовидного хряща (являющиеся морфологическим проявлением механической асфиксии), были причинены ФИО1 тупым твердым предметом (предметами) с ограниченной травмирующей поверхностью, что подтверждается закрытым характером и самой морфологической сущностью повреждений (и кровоизлияния), а также их небольшими размерами и расположением в относительно труднодоступном месте (шея).

Местами приложения травмирующих сил при причинении ФИО1 кровоподтёков и кровоизлияний на шее, были правая передняя и левая передняя поверхности шеи (в проекции правой и левой пластин щитовидного хряща), что подтверждается расположением повреждений.

Видом травмирующего воздействия, причинившего ФИО1 повреждения в области шеи, было сдавление, о чем свидетельствует расположение повреждений на симметричных поверхностях шеи, центростремительный вектор травмирующего воздействия, сам вид механических повреждений (кровоподтеки и кровоизлияния), а также признаки механической асфиксии - быстро наступившей смерти (в частности, жидкое состояние крови, множественные мелкоочаговые кровоизлияния под висцеральную плевру обоих легких и обширные субплевральные кровоизлияний на задней поверхности нижних долей обоих легких, субэпикардиальные кровоизлияния).

Преимущественными направлениями травмирующих воздействий при причинении ФИО1 повреждений на шее, были спереди назад, справа налево и слева направо (соответственно), что подтверждается взаимным расположением повреждений и центростремительным вектором травмирующих воздействий.

Установленные свойства травмирующего предмета (предметов), механизм причинения повреждений на шее ФИО1, морфологические особенности и расположение этих повреждений свидетельствуют о том, что эти повреждения могли быть причинены в результате сдавления шеи ФИО1 пальцами рук человека. Наиболее выраженные повреждения (иногда единственные повреждения) при удавлении руками, обычно, располагаются в месте давления большого пальца одной руки (или больших пальцев обеих рук). При удавлении одной рукой место расположения большого пальца руки, обычно, находится на боковой поверхности шеи (правой или левой в зависимости от руки), при удавлении двумя руками - большие пальцы рук, обычно, располагаются на передней поверхности шеи (в проекции пластин щитовидного хряща). У ФИО1 повреждения на шее располагаются в проекции правой и левой пластин щитовидного хряща, иных повреждений на шее ФИО1 выявлено не было, на основании чего комиссия экспертов приходит к выводу, что места приложения травмирующей силы являются местами наибольшего давления, то есть местами расположения больших пальцев обеих рук. Следовательно, механическая асфиксия у ФИО1 характерна для удавления двумя руками с расположением больших пальцев рук в проекции пластин щитовидного хряща.

Кровоподтеки и кровоизлияния на шее у ФИО1 могли быть причинены в результате однократного сдавления двумя руками, на что указывает два места приложения травмирующих сил и расположение повреждений на симметричных поверхностях шеи, одно в проекции другого.

Кровоподтеки и кровоизлияния на шее у ФИО1 являются прижизненными, но были причинены ему непосредственно перед наступлением смерти, что подтверждается результатами: судебно-медицинского исследования трупа ФИО1: наличие бледно-синего кровоподтека на правой половине шеи; судебно-гистологического исследования микропрепаратов от трупа ФИО1 - отсутствием клеточной лейкоцитарной реакции в кровоизлияниях.

Установленная давность причинения ФИО1 закрытой черепно-мозговой травмы (от 6 до 12 часов до наступления смерти) и повреждений мягких тканей шеи свидетельствуют о том, что непосредственно перед наступлением смерти ФИО1 были причинены повреждения в области шеи, являвшиеся морфологическими проявлениями механической асфиксии. Следовательно, именно механическая асфиксия вследствие сдавления органов шеи руками, явилась непосредственной причиной смерти ФИО1, а повреждения на его шее (правой половины шеи и кровоизлияния в мягкие ткани), являвшиеся морфологическими проявлениями механической асфиксии, находятся в прямой причинно-следственной связи с наступлением его смерти. Механическая асфиксия вследствие сдавления органов шеи руками, явившаяся причиной смерти ФИО1, являлась опасной для жизни и поэтому, в соответствии с п.п. 6.2.10. «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом МЗиСР от 24 апреля 2008 года № 194н, расценивается, как, причинившая тяжкий вред здоровью человека.

С учетом установленной давности имевшихся у ФИО1 повреждений, его смерть наступила:

в промежуток времени от 6 до 12 часов после причинения закрытой черепно-мозговой травмы;

не более чем через сутки после причинения кровоподтеков в проекции верхнего края правой лопатки;

в промежуток времени от трех до пяти суток после причинения кровоподтека в правой глазничной области;

в промежуток времени от семи до десяти суток после причинения кровоподтеков на наружной поверхности верхней трети правого плеча и на левой заднебоковой поверхности груди;

-непосредственно сразу после сдавления органов шеи руками (удавления), что подтверждается отсутствием признаков переживаемости (отсутствием лейкоцитарной реакции по данным судебно-гистологического исследования).

При судебно-химическом исследовании крови и мочи от трупа ФИО1 этиловый спирт выявлен не был, следовательно, он не находился в состоянии алкогольного опьянения в момент наступления смерти.

Как было установлено, смерть ФИО1 была обусловлена механической асфиксией вследствие сдавления органов шеи руками (удавления), которая наступила непосредственно сразу после сдавления органов шеи руками (удавления). Следовательно, ФИО1 не мог совершать активные действия (передвигаться, говорить и т.д.) после развития у него механической асфиксии.

Вызвать наступление смерти в результате развития механической асфиксии вследствие самоудавления руками (сдавления органов шеи своими руками) невозможно, поскольку для наступления такой смерти необходимо сдавливать органы шеи в течение нескольких минут (от трех до пяти, по литературным данным), что невозможно при самоудавлении руками, так как при механической асфиксии быстро наступает утрата сознания и, следовательно, прекращается механическое воздействие на органы шеи. Таким образом, ФИО1 не мог «сам причинить себе повреждение - механическую асфиксию от сдавления органов шеи».

При судебно-медицинском исследовании трупа ФИО1 повреждений, причиненных после наступления его смерти (посмертных повреждений), выявлено не было.(<данные изъяты>)

Заключением эксперта № от 20.07.2017, согласно которому при осмотре ФИО19 обнаружены следующие телесные повреждения – кровоподтеки на лице, верхних и нижних конечностях, кровоизлияния в склерах правого и левого глаз, ссадины на лице и правой стопе, давностью 6-8 суток на момент осмотра, которые не причинили вреда здоровью.(<данные изъяты>).

Протоколом осмотра места происшествия от 04.09.2017, согласно которому осмотрена квартира <адрес>, в которой обнаружены пятна вещества бурого цвета. В ходе осмотра были изъяты: наволочка, фрагмент материи (вырез с ковра).(<данные изъяты>).

Протоколом выемки от 12.09.2017, согласно которому в ГУЗ ТО «БСМЭ» изъят образец крови ФИО1 на марлевом тампоне.(<данные изъяты>).

Заключением эксперта № от 02.10.2017, согласно которому: на наволочке и на фрагменте материала (вырез с ковра) обнаружена кровь ФИО1(<данные изъяты>).

Из заключения судебно-медицинского эксперта Тульского межрайонного отделения ГУЗ ТО «БСМЭ» № от 19.07.17-9.08.17 усматривается, что причиной смерти ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, явилось повреждение- механическая асфиксия от сдавления органов шеи, что подтверждают микроскопическая картина при вскрытии, результаты судебно-гистологического исследования. Механическая асфиксия от сдавления органов шеи состоит в прямой причинной связи с наступлением смерти, согласно п.6.1.5, 6.2.10 Приказа МЗиСР РФ № от 24.04.2008, относится к критериям, характеризующим квалифицирующий признак вреда опасного для жизни человека, квалифицируется как тяжкий вред здоровью. Механическая асфиксия могла возникнуть от не менее одного сдавливающего воздействия на шею тупого твердого предмета (предметов) при различных обстоятельствах. Учитывая характер и локализацию повреждений в области шеи, не исключено, что воздействие осуществлялось пальцами рук. После развития механической асфиксии смерть потерпевшего наступила в короткий промежуток времени, исчисляемый минутами. Давность смерти составляет около 1-2 суток ко времени проведения осмотра 19.07.2017 в 11-30.

Кроме того, была обнаружена закрытая черепно-мозговая травма, давность которой составляет от нескольких часов до десятков часов ко времени наступления смерти. Данная травма является прижизненной. Могла образоваться при различных обстоятельствах, в том числе не исключено при падении на плоскости.

Методы исследования: визуально-измерительный, описательный в ходе вскрытия трупа стандартными секционными разрезами и распилами с указанием авторских методик в тексте; сравнительно-аналитический с последующим синтезом выводов.(<данные изъяты>).

Из заключения комиссии экспертов ГУЗ Тульской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № от 31.10.2017 года усматривается, что смерть ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ наступила от отека головного мозга, причиной развития которого явилась закрытая черепно-мозговая травма с переломом костей черепа, кровоизлияниями над и под оболочки головного мозга, ушибом его и гипоксия, признаки которых обнаружены при исследовании трупа. Установить давность наступления смерти на момент осмотра трупа на месте происшествия 18.07.2017 года невозможно, поскольку трупные явления в протоколе не зафиксированы. Закрытая черепно-мозговая травма как опасная для жизни человека имеет медицинские критерии тяжкого вреда здоровью и состоит в прямой причинной связи с наступлением смерти, поскольку вызвала развитие отека головного мозга. Не исключена возможность причинения ЗЧМТ в результате падения.

На шее были обнаружены повреждения: кровоподтек на правой боковой поверхности; кровоизлияние в подкожную мышцу правой переднебоковой поверхности шеи; кровоизлияние в области левого верхнего рога и в области правой боковой пластины щитовидного хряща. Перечисленные повреждения указывают на механическое воздействие в области шеи тупых твердых предметов без характерных особенностей, возможно при сдавлени ее, незадолго до наступления смерти, вызвали развитие гипоксии (недостаточность кислорода), повлияли на развитие отека головного мозга и наступление смерти в связи с чем имеют с ней прямую причинную связь. В отдельности кровоподтеки и кровоизлияния на шее расцениваются как повреждения, не причинившие вреда здоровью.

На правой руке и грудной клетке: кровоподтеки на наружной поверхности правого плеча, на заднебоковой поверхности грудной клетки слева, на задней поверхности грудной клетки справа четыре. Данные повреждения как в совокупности, так и в отдельности расцениваются как повреждения, не причинившие вреда здоровью и связи с наступлением смерти не имеют.

Методы исследования: представленные материалы исследованы по общепринятым в судебной медицине и экспертной практике методикам изучения объектов путем фиксации и синтеза с позиций достоверности и достаточности для обоснования исследования.(<данные изъяты>).

В судебном заседании адвокат ФИО3 представила заключение специалиста по результатам рецензирования медицинских документов и заключение комиссии специалистов по результатам рецензирования заключения медицинской экспертизы. Основание производства рецензирования: запрос ФИО3 на проведение рецензирования медицинского исследования.

Из представленного заключения специалиста ООО «Центр по проведению судебных экспертиз и исследований» № от 19.09.2017 усматривается, что заключение эксперта № не соответствует законодательным, методическим и научным требованиям, предъявляемым к такого рода актам (в частности, объективность, достоверность, обоснованность, проверяемость полученных выводов). В нем судебно-медицинский эксперт делает вывод, что « причиной смерти ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, явилось повреждение- механическая асфиксия от сдавления органов шеи, что подтверждают макроскопическая картина при вскрытии, результаты судебно-гистологического исследования». Для решения вопроса о причине смерти в данном случае мало установить факты сдавления шеи и черепно-мозговой травмы. Необходимо применить метод танатологического анализа, разработанный в ФГБУ РЦСМЭ МЗ РФ. Применяя этот метод можно было установить, что причиной смерти явился отек мозга, осложнившийся вклинением мозжечка в большое затылочное отверстие. Следовательно, смерть ФИО1 наступила от черепно-мозговой травмы, а не от механической асфиксии.

Из заключения комиссии специалистов ООО «Центр по проведению судебных экспертиз и исследований» № от 27.04.2018 усматривается, что заключение экспертов Комитета здравоохранения Санкт-Петербурга «БСМЭ» № не соответствует законодательным, методическим и научным требованиям, предъявляемым к такого рода экспертизам и экспертным заключениям в целом (в частности, объективность, достоверность, обоснованность, проверяемость полученных выводов). Выявленные существенные нарушения ставят под сомнение достоверность выводов экспертов, обнаруживает некомпетентность проводивших его экспертов. Комиссия специалистов также полагает, что смерть ФИО1 наступила от черепно-мозговой травмы, а не от механической асфиксии.

В судебном заседании специалист ОНО «судебный эксперт» ФИО4, не имеющая квалификационной категории и имеющая стаж работы по данной специальности около 3-х лет, поддержала выводы изложенных выше заключений специалистов, утверждая, что смерть ФИО1 наступила от закрытой черепно-мозговой травмы, осложнившейся отеком мозга. Исследования проводились по запросу адвоката ФИО3 на договорной основе. На исследование были адвокатом представлены только заключения судебно-медицинских экспертиз №, 994 и 995. В представленных заключениях эксперты не использовали методы изучения танатогенеза, то есть механизма смерти, и нет в них практически ни анализа, ни синтеза.

В судебном заседании эксперт ГУЗ «БСМЭ» Санкт-Петербурга ФИО5 поддержал выводы СМЭ № и 995, пояснил, что смерть ФИО1 наступила от механической асфиксии вследствие сдавления органов шеи руками. У ФИО1 на момент наступления смерти имелась черепно-мозговая травма с давностью травмы от 6 до 12 часов и имелись повреждения, входящие в комплекс механической асфиксии. Это повреждения органов-комплекса шеи, это кровоподтеки на шее, это кровоизлияния в мягкие ткани шеи в области подъязычной кисти и щитовидного хряща без признаков переживаемости, то есть повреждения, которые были причинены непосредственно перед наступлением смерти. Также в комплекс механической асфиксии входили следующие морфологические признаки, а именно кровоизлияния под висцелярную плевру обоих легких, обширные субплевральные мелкоточечные кровоизлияния под эпикард (пятна Тардье), множественные прикорневые кровоизлияния, гистологические признаки такие как острая очаговая эмфизема с разрывом альвиалярных перегородок, что свидетельствует о том, что имело место прекращения доступа воздуха в дыхательные пути ФИО1 Данные признаки к ЧМТ не относятся. Отек головного мозга это единственный из перечисленных признаков, который относится и к механической асфиксии и к ЧМТ, а остальные признаки в виде прикорневых кровоизлияний, кровоизлияний под эпикарду в виде остро очаговой эмфиземы- это все достоверные признаки механической асфиксии, поэтому при условии наличия этих признаков, при условии отсутствия признаков переживаемости этих повреждений, по судебно-медицинским канонам решается, что при наличии двух конкурирующих причин смерти, при условии разной давности их причинения, причиной смерти считается механическая асфиксия. Самому себе такие повреждения причинить не возможно. При составлении заключений ответы на поставленные вопросы были сгруппированы исходя из смысловой нагрузки, которую они несут, чтобы избежать повторений ответов на данные вопросы. На неполноте ответов это не отразилось.

Оценивая заключения специалистов, в том числе показания специалиста, допрошенного в судебном заседании, суд пришел к следующему: как заключение, так и показания специалиста не образуют отдельного вида доказательств, не имеют самостоятельного доказательственного значения. Квалификация специалистов надлежащим образом в судебном заседании не подтверждена. На исследование им были представлены лишь заключения СМЭ №, 994,995. И только на основании изучения указанных экспертиз специалисты пришли к выводу о причине смерти ФИО1-закрытой черепно-мозговой травмы, осложнившейся отеком мозга. Других доказательств в обоснование указанных суждений специалистов в судебном заседании не добыто.

Оценивая заключения экспертиз ГУЗ ТО «БСМЭ» № от 31.10.2017 и ГУЗ «БСМЭ» Санкт-Петербурга №, 995 от 22.01.2018 суд находит, что они проведены в соответствии с действующим уголовно-процессуальным законодательством.

При проведении повторной комиссионной экспертизы № от 31.10.2017 в комиссию входили 3 эксперта: два врача судмедэксперта, имеющих высшую квалификационную категорию и стаж работы по специальности 27 и соответственно 15 лет, и врач-гистолог, имеющий первую квалификационную категорию и стаж работы по специальности 16 лет.

Вместе с тем, при производстве экспертиз в Санкт-Петербурге принимали участие 6 специалистов судебно-медицинской экспертизы: три судебно-медицинских эксперта отдела сложных экспертиз СПб ГБУЗ «БСМЭ», врач-токсиколог, врач нейрохирург, врач-гистолог, имеющие высшее медицинское образование, высшую квалификационную категорию по роду своей деятельности, кандидаты и доктора медицинских наук, стаж по специальности от 20 до 40 лет. Выводы каждого в отдельности и совокупности основаны на исследовательской части, на всестороннем и полном изучении материалов дела.

С учетом изложенного, суд признает, что заключения экспертиз № и № от 22.01.2018 проведены более квалифицированными экспертами, имеющими больший стаж работы и квалификационную категорию, были привлечены врачи других специальностей, что позволило более тщательно подойти к разрешению вопросов, поставленных перед экспертами. У суда нет оснований ставить выводы, изложенные в заключениях № и № от 22.01.2018 под сомнение, поскольку они основаны на более полном и всестороннем исследовании, не противоречат материалам уголовного дела, объективно подтверждаются другими доказательствами. И суд считает необходимым положить данные заключения в основу обвинительного приговора. Доводы зашиты о том, что указанные экспертизы планировалось провести в течение нескольких месяцев, а они были проведены в течение нескольких недель, являются несостоятельными и не основаны на законе.

Заключение СМЭ № от 9.08.2017 года также проведено без нарушения действующего уголовно-процессуального законодательства РФ, выводы основаны на исследовательской части, непосредственно при изучении трупа ФИО1, являются мотивированными, подтверждаются заключением СМЭ №,№ от 22.01.2018. У суда также нет оснований ставить выводы данной экспертизы под сомнение.

По изложенным выше обстоятельствам суд не может положить в основу обвинительного приговора заключения специалистов, подтвержденных в том числе и в судебном заседании специалистом ФИО4, и заключение ГУЗ ТО «БСМЭ» № от 31.10.2017года, поскольку они не нашли своего подтверждения в судебном заседании и опровергаются исследованными доказательствами.

Исследованные в судебном заседании доказательства добыты без нарушения действующего уголовно-процессуального законодательства РФ, являются относимыми, допустимыми, сведения в них содержащиеся, являются достоверными и суд считает необходимым положить их в основу обвинительного приговора, за исключением заключений специалистов, представленных стороной защиты, показаний специалиста и заключения СМЭ № от 31.10.2017.

У суда нет оснований не доверять показаниям потерпевшего, свидетелей, поскольку они последовательны, не противоречивы, объективно подтверждаются исследованными выше доказательствами.

К показаниям подсудимой ФИО19 суд относится критически, поскольку ее показания не нашли своего подтверждения и опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами. Занятую подсудимой позицию суд расценивает, как стремление облегчить свою участь и избежать ответственности за содеянное.

Из показаний свидетелей ФИО10, ФИО6, ФИО15, ФИО14, которые проживали в соседних с ФИО19 и ФИО1 квартирах, усматривается, что они часто слышали скандалы, происходящие в квартире ФИО19, в основном они слышали мужской голос, что позволяет суду сделать вывод о том, что это послужило причиной сложившихся неприязненных отношений между ФИО19 и ФИО1, и приведших к убийству последнего. В судебном заседании подсудимая ФИО19 пояснила, что в квартире они с ФИО1 были вдвоем, употребляли спиртное вдвоем, никого в квартиру не пускали из посторонних, дверь в квартиру была закрыта, никого из посторонних в квартире не было.

С учетом изложенного, принимая во внимание, что смерть ФИО1 наступила непосредственно сразу после сдавления органов шеи руками (удавления), в пределах нескольких минут, суд находит доказанной, что подсудимая ФИО19 совершила убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку и ее действия суд квалифицирует по ч.1 ст. 105 УК РФ.

Подсудимая ФИО19 на учете у врача-психиатра не состоит, <данные изъяты>

По заключению комиссии экспертов № от 27.09.2017 года ФИО19 хроническим психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики, которые лишали бы ее способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, в период инкриминируемого ей деяния не страдала. <данные изъяты> Как показывают анализ материалов уголовного дела и данные настоящего клинического психиатрического обследования, в период инкриминируемого ей деяния, ФИО19 также не обнаруживала и признаков какого-либо временного психического расстройства, в том числе и патологического аффекта или патологического опьянения, так как в ее психическом состоянии не было признаков расстроенного сознания, психотической симптоматики (бреда, галлюцинаций), она находилась в состоянии простого алкогольного опьянения, а ее действия носили последовательный и целенаправленный характер. Таким образом, ФИО19. могла в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими в период инкриминируемого ей деяния. В настоящее время по своему психическому состоянию ФИО19 может понимать характер и значение уголовного судопроизводства (сущность процессуальных действий и получаемых посредством их доказательств) и своего процессуального положения (содержание своих процессуальных прав и обязанностей), защищать свои права и законные интересы в уголовном судопроизводстве, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значения для уголовного дела, и давать показания. В применении принудительных мер медицинского характера ФИО19 не нуждается.

У ФИО19 не выявляется таких индивидуально - психологических особенностей, которые могли бы оказать существенное влияние в ее поведении в момент совершения инкриминируемого ей деяния. ФИО19 в момент совершения инкриминируемого ей деяния в состоянии аффекта или ином эмоциональном состоянии, которое могло оказать существенное влияние на ее сознание и поведение, не находилась. Об этом свидетельствует отсутствие типичной для аффекта трехфазной динамики возникновения и течения эмоциональной реакции с резким внезапным возникновением аффективного взрыва: отсутствуют условия для накопления выраженного эмоционального возбуждения (не усматривается противоправное поведение потерпевшего по отношению к подэкспертной: не оскорблял, не угрожал своими действиями, не оказывал сопротивления), не усматривается взрывной характер эмоций с частичным сужением сознания и нарушениями регуляции деятельности (подэкспертная помнит и последовательно воспроизводит события, ее действия были последовательные, целенаправленные), полностью отсутствует третья постаффективная фаза психической и физической астении. Вследствие выявленного у ФИО19 удовлетворительного уровня психического развития, отсутствия нарушений памяти, внимания, мышления, эмоционально-волевой сферы, вследствие сохранности критических и прогностических способностей, с учетом индивидуально-психологических и возрастных особенностей, а так же содержания исследуемой ситуации, можно сделать вывод о том, что она может в настоящее время и могла в момент совершения инкриминируемого ей деяния в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.(<данные изъяты>).

У суда нет оснований ставить выводы экспертов под сомнение, суд признает данное заключение обоснованным и достоверным.

У суда нет оснований сомневаться в психической полноценности подсудимой ФИО19 и она подлежит уголовной ответственности.

Назначая наказание подсудимой ФИО19, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного ею преступления, влияние назначаемого наказания на ее исправление и условия жизни ее семьи.

При назначении наказания суд также учитывает данные о личности подсудимой ФИО19, которая положительно характеризуется по прежнему месту работы.

Смягчающими наказание подсудимой обстоятельствами суд на основании п. «г» ч.1 ст. 61 УК РФ признает наличие малолетнего ребенка, на основании ч.2 ст. 61 УК РФ - наличие заболеваний и состояние здоровья подсудимой и близких ее родственников.

Отягчающих наказание подсудимой обстоятельств судом не установлено.

С учетом изложенного, суд не находит оснований для исправления подсудимой без изоляции от общества. Дополнительное наказание в виде ограничения свободы суд считает возможным не применять.

Принимая во внимание, что подсудимой ФИО19 назначается наказание в виде лишения свободы, суд считает необходимым до вступления приговора в законную силу оставить меру пресечения в виде содержания под стражей.

Отбывание наказания подлежит в колонии общего режима.

Судьба вещественных доказательств подлежит разрешению в соответствии со ст. 81,82 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 303, 304, 307-309 УПК РФ, суд

приговорил:

признать ФИО19 виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ и назначить ей наказание в виде лишения свободы сроком на 7 (семь) лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания исчислять с 12 июля 2018 года, засчитав в срок отбытия наказания время содержания под стражей с 7 сентября 2017 года по 11 июля 2018 года включительно.

Меру пресечения до вступления приговора в законную силу в отношении осужденной ФИО19 оставить содержание под стражей в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тульской области.

Вещественные доказательства: наволочка, фрагмент материи (вырез с ковра), фрагмент марли, частично пропитанный кровью ФИО1, находящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по Пролетарскому району г. Тула СУ СК России по Тульской области - уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Тульского областного суда в течение десяти суток со дня его провозглашения, осужденной- в тот же срок со дня получения копии приговора, путем подачи апелляционной жалобы или представления через суд Пролетарского района г.Тулы.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденная вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем ей необходимо указать в подаваемой жалобе, либо возражениях.

Председательствующий Справка. Приговор всутпил в законную силу 03.10.2018.