Апелляционное определение № 22-579/2026 от 24 февраля 2026 г.

судья Федоров А.А. дело № 22-579/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

25 февраля 2026 года г. Волгоград

Волгоградский областной суд в составе:

председательствующего судьи Ченегиной С.А.,

судей Ананских Е.С., Волковой М.Е.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Гринько В.М.,

с участием:

прокурора Банарь А.А.,

осужденной ФИО1,

адвоката Карандашова В.Ф.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению и дополнениям к нему заместителя прокурора Светлоярского района Волгоградской области Забродина А.П., апелляционной жалобе осужденной ФИО1 на приговор Светлоярского районного суда Волгоградской области от 6 ноября 2025 года, по которому

ФИО1, родившаяся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданка РФ, судимая: 29 ноября 2024 года по ч. 4 ст. 159 УК РФ к наказанию в виде 3 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима,

осуждена по ч. 4 ст. 159 УК РФ к 3 годам лишения свободы.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием по приговору Светлоярского районного суда Волгоградской области от 29 ноября 2024 года назначено окончательное наказание в виде 3 лет 7 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

В приговоре приняты решения об исчислении срока отбывания наказания, зачете времени содержания под стражей, отбытого наказания по приговору от 29 ноября 2024 года, о мере пресечения, о судьбе вещественных доказательств и о сохранении ареста на имущество.

Постановлено взыскать с ФИО1 в пользу субъекта Российской Федерации – Волгоградской области в лице Комитета образования и науки Волгоградской области материальный ущерб в размере 9170540, 43 рублей.

Заслушав доклад судьи Ченегиной С.А., изложившей обстоятельства дела, доводы апелляционного представления и дополнений к нему, доводы апелляционной жалобы, возражений на представление, выслушав мнение прокурора Банарь А.А., поддержавшую доводы апелляционного представления и дополнения к нему, осужденную ФИО1 в режиме видеоконференц-связи, адвоката Карандашова В.Ф., поддержавших доводы апелляционной жалобы и просивших об отмене приговора, суд

установил:

по приговору суда ФИО1 признана виновной и осуждена за мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, совершенное лицом, с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере.

Преступление совершено в <адрес> в период времени и при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступления не признала.

В апелляционном представлении и дополнениях к нему заместитель прокурора Светлоярского района Волгоградской области Забродин А.П. выражает несогласие с приговором, считает его незаконным, вынесенным с существенными нарушениями уголовного закона. Полагает, что назначенное ФИО1 наказание является чрезмерно мягким, так как не отвечает характеру и степени общественной опасности совершенного преступления и личности виновной. Отмечает, что несмотря на то, что ФИО1, занимая должность бухгалтера-кассира, совершила преступление, повлекшее причинение особо крупного ущерба Комитету образования, науки и молодежной политики Волгоградской области, нарушившее нормальный порядок функционирования финансовой отчетности, судом дополнительное наказание в соответствии с ч. 3 ст. 47 УК РФ в виде лишения права заниматься деятельностью в сфере бухгалтерского учета, не назначено. Обращает внимание, что из фактически установленных обстоятельств и материалов дела следует, что ФИО1 совершила мошенничество путем обмана, при совершении преступления она вводила в заблуждение путем подделки документов сотрудников ГАПОУ «ВМЭТ» и работников банковских учреждений. Указывает, что ФИО1 подписывала платежные документы содержащие заведомо ложные сведения электронными подписями директора ГАПОУ «ВМЭТ» С.6, главного бухгалтера С.7, а также главного бухгалтера С.4 Обращает внимание, что из показаний С.6 следует, что свою электронную цифровую подпись ФИО1 он не отдавал, полномочия по ее использованию ей не делегировал. Указывает, что никаких управленческих функций, связанных с осуществлением организационно-распорядительных или административно-хозяйственных обязанностей, ФИО1, занимая должность бухгалтера-кассира, не выполняла. Отмечает, что признавая ФИО1 виновной в совершении мошенничества с использованием своего служебного положения, судом не учтен п. 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 ноября 2017 года № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате». Полагает, что осуждение ФИО1 за совершение преступления путем злоупотребления доверием с использованием служебного положения не основано на законе, указанные квалифицирующие признаки излишне вменены и подлежат исключению из объема предъявленного обвинения и приговора. Указывает, что суд произвел неверный зачет в срок лишения свободы фактическое время содержания ФИО1 под стражей, не учел, что осужденная находилась под стражей по приговору Светлоярского районного суда Волгоградской области от 29 ноября 2024 года. Считает, что исключение излишне вмененных квалифицирующих признаков, не является основанием для смягчения назначенного ФИО1 наказания. Просит приговор изменить: исключить из осуждения квалифицирующие признаки «с использованием служебного положения», «путем злоупотребления доверием»; назначить ФИО1 по ч. 4 ст. 159 УК РФ наказание в виде лишения свободы сроком на 4 года с отбыванием в исправительной колонии общего режима; на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ окончательно назначить наказание в виде 5 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима; назначить дополнительное наказание на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ в виде лишения права заниматься деятельностью в сфере бухгалтерского учета на срок 2 года; зачесть в срок отбытия наказания в виде лишения свободы время содержания ФИО1 под стражей с момента взятия ее под стражу 29 ноября 2024 года до вступления приговора Светлоярского районного суда Волгоградской области от 29 ноября 2024 года в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима; зачесть в срок отбытия ФИО1 наказания в виде лишения свободы с момента вступления приговора Светлоярского районного суда Волгоградской области от 29 ноября 2024 года в законную силу до вынесения приговора Светлоярского районного суда Волгоградской области по настоящему делу от 6 ноября 2025 года из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

В апелляционной жалобе осужденная ФИО1 выражает несогласие с приговором, в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, существенным нарушением уголовно-процессуального закона. Далее автор жалобы цитирует, установленные судом в приговоре обстоятельства относительно ее обвинения. Указывает, что стороной обвинения не представлено, а в приговоре не приведено достаточных доказательств, которые бы подтвердили ее причастность к хищению бюджетных средств. Не представлено доказательств наличия у нее корыстной цели, направленной на обращение, перечисленных на счета ее детей денежных средств, и распоряжения ими по своему усмотрению. Отмечает, что отсутствуют обязательные признаки объективной стороны ст. 159 УК РФ. Отмечает, что установлен лишь факт внесения ею недостоверных сведений в финансовые документы, незаконного внесения в реестры данных своих детей С.8 и С.9, не являющихся студентами и работниками техникума, а также перечисления денег, предназначенных для выплат студентам на их расчетные счета. Обращает внимание, что она признает вину в незаконном внесении в реестры на выплату стипендий и пособий данных своих детей С.8 и С.9, в перечислении бюджетных денег на их счета, чем ею нарушен порядок финансовой дисциплины. Однако корыстный мотив она не преследовала, бюджетными средствами в личных целях либо целях других лиц не распоряжалась. Указывает, что перечисляла денежные средства на счета своих детей с целью своевременной выплаты стипендий и пособий студентам, которые по какой-то причине не имели банковских карт, либо утеряли их. О данном способе перевода главному бухгалтеру С.4 и директору С.6 было известно. Указывает, что после перечисления денег, они были выплачены по назначению студентам в виде стипендий и пособий сиротам согласно ведомостям, которые хранятся в техникуме. Отмечает, что банковские счета С.8 и С.9 она использовала в работе, не ставя в известность детей, и свои банковские карточки они передали ей по ее просьбе. Обращает внимание на то, что стипендии и пособия учащимся выплачивались в полном объеме и ущерб Комитету образования, науки и молодежной политики Волгоградской области причинен не был, что подтверждается исследованными в суде доказательствами. Далее приводит показания представителя потерпевшего П., свидетелей С.5, С.1, С.7, С.4, С.2, С.11, С.12, С.13, С.15., а также исследованные судом первой инстанции материалы дела. Считает, что ее версия о том, что все перечисленные деньги на счета С.8 и С.9 были выплачены студентам, судом не опровергнута. Указывает, что сотрудниками УБЭП фактически проигнорировано выполнение отдельного поручения следователя от ДД.ММ.ГГГГ поскольку были установлены только три студента, которые подтвердили, что стипендии и иные выплаты производились в срок, а остальные учащиеся не опрашивались, хотя их адреса известны. Отмечает, что перечисленные на счета С.8 и С.9 бюджетные средства суммировались с внебюджетными средствами, что не влияло на выплату стипендий и пособий студентам, так как они выплачивались своевременно и в том размере, который был перечислен из бюджета для этих целей. Обращает внимание, что за хищение внебюджетных средств, которые суммировались с бюджетными средствами на счетах С.8 и С.9, она уже была осуждена. Указывает, что стороной обвинения не представлено, а в приговоре отсутствуют данные о том, каким студентам должна быть выплачена стипендия или пособия, как они выплачивались, каким студентам произведена недоплата либо вообще выплаты не производились. Обращает внимание, что данные студенты не устанавливались и не допрашивались, чтобы подтвердить либо опровергнуть ее версию. Считает, что ссылка в приговоре на результаты ОРМ в качестве доказательств несостоятельна, так как прокурор в судебном заседании лишь огласил листы дела, на которых они представлены, и перечислил документы, не раскрывая суть их доказательственного значения, что является недопустимым. Отмечает, что результаты ОРМ установили только факт перечисления денег на счета ее детей, однако не подтвердили вывод о том, что стипендии и пособия студентам не выплачивались. Указывает, что стороной обвинения не представлены в качестве доказательств акты сверок о расходовании выделенных бюджетных средств между Комитетом образования, науки и молодежной политики и ГАПОУ «ВМЭТ». Ссылается на то, что если исходить из сумм, которые выделялись на стипендии и пособия, то невыплата их студентам, была бы обнаружена сразу же. Считает, что в её действиях по внесению в платежные документы недостоверных сведений усматривается состав преступления, предусмотренный ст. 327 УК РФ, а не ст. 159 УК РФ. Указывает, что из предъявленного ей обвинения усматривается только факт перечисления бюджетных денег на счета своих детей. Вместе с тем, не установлено каким образом они в дальнейшем использовались, кому из студентов не была выплачена стипендия либо пособие, либо выплачены в меньшем размере, вносились ли в реестры на выплату стипендий и пособий данные студентов, которые были отчислены и им выплата не полагалась, а также кому причинен ущерб - бюджету Волгоградской области или ГАПОУ «ВМЭТ». Считает, что данные обстоятельства может подтвердить только проведение судебной бухгалтерской экспертизы. Обращает внимание на то, что судом сохранен арест на домовладение по адресу: <адрес> земельный участок, на котором расположен дом. Отмечает, что данное домовладение принадлежит ей на праве собственности, является единственным жильем для членов ее семьи, приобретено до ДД.ММ.ГГГГ на законных основаниях. Отмечает, что при составлении обвинительного заключения нарушены требования п. 1 ч. 4 ст. 47, ст. 73, 171, 220 УПК РФ. Полагает, что предъявленное обвинение и составленное обвинительное заключение носят не конкретный характер в части указания способа совершения преступления, его последствий, определения размера причиненного ущерба. Обращает внимание, что устранить допущенные органами предварительною следствия нарушения требований ст. 171 и ст. 220 УПК РФ в судебном заседании невозможно, так как формирование обвинения не входит в компетенцию суда. Считает, что наличие противоречий в описании обстоятельств преступления, изложенное в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого, в обвинительном заключении, нарушает ее право на защиту от предъявленного обвинения. Обращает внимание, что выявленные по настоящему уголовному делу нарушения требований УПК РФ являются существенными, неустранимы в судебном заседании и исключают возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, в связи с чем, уголовное дело подлежит возвращению прокурору Волгоградской области. Просит приговор отменить, снять арест с домовладения по адресу: <адрес>, земельного участка, на котором расположен дом. Возвратить уголовное дело в порядке ст. 237 УПК РФ прокурору Волгоградской области для устранения препятствий его рассмотрения судом. Апелляционное представление прокурора от 21 ноября 2025 года оставить без удовлетворения.

В письменных возражениях на апелляционное представление адвокат Карандашов В.Ф. полагает, что представление является необоснованным, противоречит исследованным доказательствам. Отмечает, что приговор подлежит отмене, уголовное дело возвращению прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

Выслушав участников процесса, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления и дополнений к нему, доводы апелляционной жалобы, возражений на представление, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Рассмотрение уголовного дела проведено судом в соответствии с положениями гл. 36 УПК РФ, определяющей общие условия судебного разбирательства, а также гл. 37 - 39 УПК РФ, определяющих процедуру рассмотрения уголовного дела.

Ни в ходе проведения предварительного следствия, ни в ходе судебного разбирательства дела нарушений требований законодательства, влекущих отмену приговора, не допущено. Выводы суда мотивированы и основаны на всесторонне, полно и объективно проверенных доказательствах, собранных с соблюдением процессуальных норм и не вызывающих сомнений.

Так, виновность ФИО1 в совершении инкриминируемого ей преступления, за которое она осуждена, подтверждается совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании, подробный анализ которых приведен в приговоре, а именно: показаниями представителя потерпевшего П., свидетелей С.4, С.5, С.6, С.1, С.7, С.8, С.9, С.3, С.10, С.2 С.11, С.12 С.15 С.13, С.14, которые согласуются между собой и объективно подтверждаются письменными доказательствами, в том числе: приказами о приеме на работу, о переводе, трудовым договором и приложением к нему, должностной инструкцией бухгалтера-кассира, приказами о назначении ответственным за работу на автоматизированном рабочем месте обмена электронного документооборота, результатами оперативно-розыскной деятельности, заявками на кассовый расход, платежными поручениями, протоколами осмотра предметов, протоколами осмотра документов, ответом ПАО «Сбербанк», заключением экспертизы.

Суд первой инстанции, исследовав и оценив все собранные доказательства в совокупности, дал им надлежащую оценку в соответствии со ст. 17, 88 УПК РФ и привел мотивы, по которым признал положенные в основу обвинительного приговора доказательства достоверными, соответствующими установленным фактическим обстоятельствам дела, а также указал мотивы, по которым он принимает одни доказательства и отвергает другие. В соответствии с требованиями закона каждое из доказательств оценено с точки зрения относимости и допустимости, а совокупность доказательств с точки зрения достаточности для разрешения уголовного дела, при этом относимость, достоверность и допустимость положенных в основу приговора доказательств сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает, поскольку они собраны по делу с соблюдением требований ст. ст. 74, 84 и 86 УПК РФ.

Вопреки доводам жалобы, выводы суда о виновности осужденной в совершении преступления основаны не на предположениях, а на оценке совокупности исследованных в судебном заседании и изложенных в приговоре показаний представителя потерпевшего, свидетелей, заключения эксперта, протоколов следственных действий, других объективных доказательств, анализ которых подробно приведен в приговоре.

Положенные в основу приговора показания представителя потерпевшего и свидетелей обвинения, данные ими как в ходе предварительного расследования, так и в судебном заседании, не содержат существенных противоречий, способных повлиять на вывод суда о виновности осужденной. Причин для оговора осужденной представителем потерпевшего и свидетелями обвинения в судебном заседании не установлено, какая-либо заинтересованность в исходе дела, искусственном создании доказательств обвинения в отношении осужденной со стороны представителя потерпевшего отсутствует. Отдельные противоречия в показаниях представителя потерпевшего П. и свидетелей С.4, С.6, устранены судом путем оглашения их показаний, полученных на предварительном следствии.

Достоверность и объективность показаний представителя потерпевшего, свидетелей и других доказательств сомнений не вызывают, поскольку получены они с соблюдением требований уголовно-процессуального закона и согласуются между собой.

Кроме того, при оценке правдивости показаний судом апелляционной инстанции принимается во внимание тот факт, что свидетели и представитель потерпевшего неприязненных отношений к осужденной не испытывали, вследствие чего причин для её оговора у них не имелось.

Показания осужденной ФИО1, данные в суде, несмотря на доводы апелляционной жалобы, получили правильную оценку в приговоре, в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ. Суд расценил их как недостоверные, поскольку они опровергаются положенными в основу приговора доказательствами.

Достоверность, правильность и объективность протоколов следственных действий - осмотров предметов и документов, у суда первой инстанции обоснованно не вызывало сомнений, так как они соответствуют требованиям ст. 166, 176, 183 УПК РФ, подробны и согласуются между собой, ими бесспорно установлена виновность ФИО1 в совершении инкриминируемого ей преступления. Этот вывод суд апелляционной инстанции признает законным.

Нарушений требований Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» от 12.08.1995 года (в редакции от 22.12.2022 года) и уголовно-процессуального закона при проведении сотрудниками полиции по данному уголовному делу оперативно-розыскном мероприятии суд первой инстанции не усмотрел.

Суд исследовал, проверил и дал надлежащую оценку приобщенным к уголовному делу в соответствии с требованиями УПК РФ документам о результатах оперативно-розыскной деятельности, пришел к правильному выводу о соответствии их положениям Федерального закона от 12.08.1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» (в редакции 22.12.2022 года), обоснованности проведения сотрудниками полиции оперативно-розыскного мероприятия. Оперативно-розыскные мероприятия проведены в соответствии с требованиями закона, надлежащими должностными лицами, результаты оперативно-розыскной деятельности в установленном законом порядке представлены в следственный орган, полученные сведения в отношении осужденной о совершении ею преступления нашли свое полное подтверждение исследованными в судебном заседании доказательствами, в связи с чем у суда не было оснований для признания их недопустимыми доказательствами.

Кроме того, изложенные в переданных в соответствии с требованиями закона органу следствия документах оперативно-розыскной деятельности сведения имели значение для правильного установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по настоящему уголовному делу и обосновано приняты судом как доказательства вины осужденной в деянии наряду с другими, исследованными в судебном заседании доказательствами.

Доводы апелляционной жалобы о неполном оглашении государственным обвинителем при исследовании доказательств результатов оперативно-розыскной деятельности опровергаются протоколом судебного заседания, о подобных обстоятельствах заявлений от подсудимой и защитника не поступало. Кроме того, положения ч. 1 ст. 285 УПК РФ, регламентирующие порядок оглашения протоколов следственных действий, заключения эксперта и документов, не содержат требования об их полном оглашении, а предусматривают возможность частичного оглашения в той части, в которой это имеет значение.

Все доказательства по делу оценены судом по внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся доказательств, как это предусмотрено ст. 17 УПК РФ. Вопреки доводам жалобы, суд мотивировал в приговоре, почему отдает предпочтение тем или иным доказательствам и отвергает другие.

Все доводы, которые выдвигались подсудимой в свою защиту, в том числе, связанные с отрицанием вины, нарушением уголовно-процессуальных норм, проверялись судом первой инстанции и не подтвердились, поэтому обоснованно были признаны несостоятельными по мотивам, указанным в приговоре, не согласиться с которыми нет оснований.

Судом достоверно установлено и подтверждено совокупностью приведенных в приговоре доказательств, что бухгалтер-кассир ГАПОУ «ВМЭТ»ПотафееваИ.А.в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в нарушение возложенных на нее должностными инструкциями служебных обязанностей, умышленно, из корыстных побуждений, путем обмана, используя служебное положение, путем создания фиктивных платежных поручений и проставления электронных подписей директора и главного бухгалтера, а также путем внесения заведомо ложных сведений о назначении платежа и получателях в заявки на кассовый расход, перевела с расчетного счета ГАПОУ «ВМЭТ» на банковские счета фактически не обучающихся в ГАПОУ «ВМЭТ» С.8 денежные средства в виде стипендии, пособия сиротам на общую сумму 2 285402, 93 рублей, С.9 денежные средства в виде стипендии, пособия сиротам, компенсации сиротам на общую сумму 6885137, 50 рублей.

Всего ФИО1 указанным выше способом осуществлен перевод на подконтрольные ей расчетные счета бюджетных денежных средств на общую сумму – 9 170540, 43 рублей, которыми последняя получила возможность распорядиться по своему усмотрению, тем самым похитила их, обратив в свою пользу.

Вместе с тем, с целью отведения от себя подозрения при хищении бюджетных денежных средств, ФИО1, в указанный период времени, составляла реестры на выплату с расчетного счета ГАПОУ «ВМЭТ» № <...>, не предназначенного для исполнения бюджета Волгоградской области, учащимся ГАПОУ «ВМЭТ» денежных средств в качестве стипендий, пособий сиротам и компенсации сиротам, которые направляла в ПАО «Сбербанк», тем самым осуществляла оплату положенных выплат для учащихся.

В дальнейшем, похищенными обманным путем бюджетными денежными средствами Комитета образования и науки Волгоградской области ФИО1 распорядилась по собственному усмотрению.

Таким образом, преступными действиями ФИО1, Комитету образования и науки Волгоградской области был причинен материальный ущерб в особо крупном размере на сумму – 9 170540, 43 рублей.

Вопреки утверждению автора жалобы, установленные по делу фактические обстоятельства в своей совокупности, свидетельствуют о прямом умысле ФИО1 на хищение чужого имущества. Как достоверно установлено судом, действия осужденной ФИО1 выражены в противоправном, безвозмездном завладении путем обмана чужим имуществом в свою пользу с целью незаконного обогащения для удовлетворения своих потребностей, что указывает о способе и о корыстном мотиве совершенного преступления. При этом ФИО1 при хищении имущества использовала имеющиеся у нее полномочия бухгалтера-кассира для создания условий, при которых становится возможным изъятие этого имущества либо облегчается такое изъятие.

Размер причиненного преступлением ущерба 9 170540, 43 рублей, судом установлен правильно, на основании оценки совокупности исследованных доказательств, в том числе заключения судебно-бухгалтерской экспертизы № <...> от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно заключению судебно-бухгалтерской экспертизы № <...> от ДД.ММ.ГГГГ за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на счет С.8 № <...>, открытый в ПАО «Сбербанк» поступили денежные средства: 1) 926 132,20 рублей в виде стипендии; 2) 1 359 270,73 рублей в виде пособия сиротам со счета № <...> УФК по Волгоградской области (ГАПОУ «ВМЭТ»). Общая сумма – 2 285402,93 рублей; за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на счета С.9 - №№ <...>, № <...>, открытые в ПАО «Сбербанк» поступили денежные средства: 1) 3 593 586,44 рублей в виде стипендии; 2) 2 883 490,29 рублей в виде пособия сиротам; 3) 408 060, 77 рублей в виде компенсации сиротам со счета № <...> УФК по Волгоградской области (ГАПОУ «ВМЭТ»). Общая сумма – 6 885 137,50 рублей. Общая сумма – 9 170 540,43 рублей.

Суд первой инстанции обоснованно принял за основу заключение судебно-бухгалтерской экспертизы, проведенной в соответствии со ст. 195, 199 УПК РФ, отвечающее требованиям ст. 204 УПК РФ, выводы которой надлежащим образом мотивированы, и полностью согласуются с показаниями представителя потерпевшего.

Суд правомерно использовал в качестве доказательств заключение судебной бухгалтерской экспертизы№ <...> от ДД.ММ.ГГГГ, проверив его на предмет допустимости, достоверности и относимости, учитывал при этом полноту проведенных исследований, логичность и непротиворечивость сделанных выводов во взаимосвязи с другими доказательствами по делу, руководствуясь также положениями ч. 2 ст. 17 УПК РФ.

Полнота предоставленных для исследования документов явилась достаточной для производства экспертизы. Каких либо сведений о том, что экспертом для разрешения экспертизы были запрошены дополнительные документы, материалы уголовного дела не содержат. Нарушений требований уголовно-процессуального закона и ограничений правФИО1 при назначении экспертизы, ее проведении, оформлении результатов экспертного исследования, которые могли бы повлиять на законность и обоснованность состоявшегося судебного решения, судом апелляционной инстанции не установлено. Вопреки доводам апелляционной жалобы заключение эксперта соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, согласуется с другими исследованными в судебном заседании доказательствами, оснований не доверять изложенным в них выводам у суда не имелось.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что предусмотренных ст. 207 УПК РФ оснований для назначения дополнительных либо повторных экспертиз в связи с недостаточной ясностью или неполнотой заключения, по инициативе стороны защиты, на что указано и в апелляционной жалобе, судом обоснованно не установлено, не усматривает их и суд апелляционной инстанции.

При этом, доводы осужденной о том, что перечисленные на счета её детей бюджетные средства были выплачены по назначению студентам в виде стипендий и пособий сиротам в полном объеме, в данном случае, не влияют на выводы суда о причинении в результате действий осужденной ущерба Комитету образования и науки Волгоградской области, поскольку, преступление является оконченным с момента выбытия денежных средств со счета их законного владельца, и последующее распоряжение ими виновным лицом, на размер причиненного ущерба потерпевшей стороне не влияет. В данном случае, уголовное дело поступило в суд, и было рассмотрено с учетом положений ст. 252 УПК РФ, соответственно, судом разрешался вопрос исключительно о размере ущерба, причиненного в результате преступных действий ФИО1

Судом тщательно, посредством анализа фактических обстоятельств и представленных сторонами доказательств, проверялись доводы о невиновности осужденной. Своего объективного подтверждения по материалам дела они не нашли, и суд первой инстанции, оценив все исследованные доказательства в совокупности, пришел к обоснованному выводу о доказанности вины ФИО1

Доводы осужденной о её невиновности, о том, что в данной ситуации имело место только нарушение финансовой дисциплины, судом были проверены, им обоснованно дана критическая оценка, о чем суд первой инстанции сделал мотивированные выводы, для опровержения которых у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

Доводы осужденной о неполноте предварительного следствия, по мнению суда апелляционной инстанции, являются несостоятельными. В силу ст. 38 УПК РФ следователь, являясь процессуально независимым лицом, полномочен самостоятельно определять ход расследования, версии, подлежащие проверке, объем следственных и процессуальных действий, достаточный для составления обвинительного заключения и направления уголовного дела в суд.

Данных о том, что в действиях осужденной имеются признаки иного, чем установлено судом первой инстанции, состава преступления, как о том ставится вопрос в апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Согласно ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство по уголовному делу проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению, в связи с чем суд не вправе рассматривать вопрос о виновности в преступлении лица, не привлеченного по делу в качестве обвиняемого, в силу чего доводы осужденной о ненадлежащем исследовании судом вопроса о причастности к преступлению иных лиц, не могут служить основанием для отмены приговора. Версии же стороны защиты о наличии в действиях иных лиц состава уголовно-наказуемого деяния, носят только предположительный характер и объективно ничем не подтверждены.

С доводом осужденной о том, что она уже была осуждена за хищение бюджетных средств и не может быть осуждена за те же деяния дважды, согласиться нельзя, поскольку каждое хищение чужого имущества носило самостоятельный характер. В материалах дела отсутствуют доказательства наличия единого умысла на хищение денежных средств, предназначенных для выплат стипендий и пособий сиротам с хищением денежных средств из бюджетных средств по иным выплатам.

От продолжаемого хищения, состоящего из ряда тождественных преступных действий, совершаемых путем изъятия чужого имущества из одного и того же источника, объединенных единым умыслом и составляющих в своей совокупности единое преступление, следует отличать совокупность преступлений, на совершение каждого из которых у виновного формируется самостоятельный умысел. Поскольку судом не установлен единый умысел ФИО1, направленный на хищение денежных средств, то действия осужденной нельзя признать продолжаемым мошенничеством, совершенным в особо крупном размере. Вместе с тем, использование одного и того же способа, единая корыстная цель совершаемых преступлений, не могут быть основанием для квалификации содеянного как единого продолжаемого преступления.

При рассмотрении дела суд убедился в том, что обвинительное заключение соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ, каких-либо оснований, предусмотренных ст. 237 УПК РФ, что явилось бы препятствием к рассмотрению дела, не установлено.

Каких-либо оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, по доводам, изложенным в жалобе осужденной, суд апелляционной инстанции не усматривает. Обвинительное заключение содержит все необходимые сведения, соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ и утверждено надлежащим лицом, не имеет таких недостатков, которые исключали возможность отправления на его основе судопроизводства по делу и постановления приговора. В обвинительном заключении указаны место, время совершения вмененного в вину ФИО1 преступления, способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного дела, приведен перечень доказательств, на которые ссылаются сторона обвинения и защиты. Формулировка предъявленного обвинения соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, в ней указаны обстоятельства, подлежащие доказыванию, предусмотренные ст. 73 УПК РФ.

Вопреки доводам апелляционного представления, квалификация действий виновной по ч. 4 ст. 159 УК РФ - по признаку с использованием своего служебного положения, является правильной.

Суд правильно установил наличие признака в действиях «с использованием своего служебного положения», учитывая разъяснения содержащиеся в п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.11.2017 г. № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» о том, что под лицами, использующими свое служебное положение при совершении мошенничества, присвоения или растраты, следует понимать должностных лиц, обладающих признаками, предусмотренными п. 1 примечаний к ст. 285 УК РФ, государственных или муниципальных служащих, не являющихся должностными лицами, а также иных лиц, отвечающих требованиям, предусмотренным пунктом 1 примечаний к статье 201 УК РФ (например, лицо, которое использует для совершения хищения чужого имущества свои служебные полномочия, включающие организационно-распорядительные или административно-хозяйственные обязанности в коммерческой организации).

Данный признак нашел свое подтверждение в исследованных судом доказательствах, свидетельствующих о занимаемой ФИО1 должности в ГАПОУ «ВМЭТ» и обязанностях по отношению к ней. При этом, судом обоснованно признано наличие в содеянном необходимых для хищения с использованием служебного положения признаков: круг и характер служебных прав и обязанностей должностного лица ФИО1, нормативные акты, их регламентирующие, мотив, цель и фактические обстоятельства совершенного хищения денежных средств, вверенных виновной, безвозмездность изъятия денежных средств и обращение в свою пользу предмета преступления в виде денег, а также наличие причинной связи между деянием и наступившими последствиями.

В судебном заседании было обеспечено равенство прав сторон, которым суд, сохраняя объективность и беспристрастность, создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела, конституционные права осужденной, положения ст. 14 - 17 УПК РФ соблюдены, что подтверждается материалами дела и протоколом судебного заседания, который соответствует требованиям ст. 259 УПК РФ. Нарушений требований ст. 244 УПК РФ судом не допущено. Объективные данные, свидетельствующие о рассмотрении дела с обвинительным уклоном, в протоколе судебного заседания отсутствуют.

Все ходатайства, заявленные сторонами в ходе судебного разбирательства, судом разрешены в соответствии с требованиями закона, по ним приняты мотивированные решения. Необоснованных отказов стороне защиты в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников процесса, повлиявших на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено.

Фактов, свидетельствующих об изложении судом содержания доказательств таким образом, чтобы это искажало их суть и позволяло им дать иную оценку, чем та, которая содержится в приговоре, не установлено.

Отсутствуют данные о том, что какие-либо важные для исхода дела доказательства были безосновательно отвергнуты судом, либо суд незаконным образом воспрепятствовал их представлению сторонами для исследования.

По материалам уголовного дела не усматривается каких-либо обстоятельств, по которым допустимость и достоверность вышеназванных доказательств вызывали бы у суда апелляционной инстанции оправданные сомнения.

Доводы жалобы об обратном, связанные с анализом представленных суду доказательств, иным толкованием фактических обстоятельств, являются несостоятельными, обусловлены предпочтительной интерпретацией стороной защиты действующего законодательства и фактических обстоятельств в контексте занятой осужденной позиции.

При этом правильные по существу выводы суда оспариваются автором жалобы исключительно путем переоценки в выгодную для осужденной сторону тех же доказательств, которые положены в основу приговора, однако не приводится каких-либо существенных обстоятельств, не учтенных или оставленных без внимания судом.

Тот факт, что данная судами оценка собранных по делу доказательств не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований ст. 88 УПК РФ и не является основанием для отмены приговора.

Иные доводы, приведенные осужденной в апелляционной жалобе, суть которых сводится к переоценке исследованных в суде доказательств, преимуществе одних из них над другими, были предметом рассмотрения в суде первой инстанции и получили всестороннюю и правильную оценку в вынесенном приговоре.

Действия осужденной ФИО1, судом первой инстанции квалифицированы по ч. 4 ст. 159 УК РФ, как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, совершенное с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции считает излишне вмененным признак совершения преступления «путем злоупотребления доверием», поскольку материалы дела не содержат сведений о том, в чем заключалось злоупотребление доверием потерпевшей стороны и каким образом оно отразилось на достижении преступных целей ФИО1

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что из осуждения ФИО1 подлежит исключению признак «путем злоупотребления доверием», как излишне вмененный и не нашедший своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст. 6, 43, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, обстоятельств дела, данных о личности виновной, смягчающих наказание обстоятельств, каковыми признаны - удовлетворительные характеристики по месту жительства, регистрации, тот факт, что на момент осуждения на ее иждивении находится несовершеннолетний ребенок, воспитанием которого она занимается, состояние её здоровья, наличие заболеваний, в том числе хронических, отсутствия отягчающих наказание обстоятельства, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденной и на условия жизни её семьи.

Суд мотивировал свое решение о необходимости назначения наказания ФИО1 в виде реального лишения свободы, и обоснованно не усмотрел оснований для применения положений ст. 64, 73 УК РФ, а также для изменения категории преступления в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ. Выводы суда об этом в приговоре в достаточной степени мотивированы, причин не согласиться с ними не имеется.

Доводы апелляционного представления о несправедливости приговора вследствие чрезмерной мягкости назначенного наказания суд апелляционной инстанции находит несостоятельными. Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции при назначении наказания ФИО1 суд апелляционной инстанции не усматривает.

Назначенное ФИО1 наказание, как по своему виду, так и по размеру, является справедливым и соразмерным содеянному.

Вместе с тем, в связи с вносимыми в приговор изменениями, а именно исключение способа хищения «путем злоупотребления доверием», суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что данное обстоятельство не влечет снижение наказания, поскольку оно не повлияло на законность и обосновать назначенного наказания.

Вид исправительного учреждения судом определен правильно и в соответствии с требованиями ст. 58 УК РФ.

Рассматривая доводы апелляционного представления в части необходимости назначения ФИО1 дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью в сфере бухгалтерского учета, суд апелляционной инстанции считает, что положения ч. 3 ст. 47 УК РФ применяются исключительно по усмотрению суда, при этом в описательно-мотивировочной части приговора не требуется указаний, почему суд не применил данную норму закона.

Бухгалтерская деятельность многогранна и включает в себя ведение бухгалтерского учета и составление бухгалтерской отчетности, составление смет и декларации о доходах, формирование учетной политики организации, анализ отчетных данных, калькулирование себестоимости продукции, консультирование по вопросам бухгалтерского учета и налогообложения и т.д. Обстоятельства совершенного ФИО1 преступления, связанного с выполнением функций бухгалтера-кассира, не обуславливают необходимость установления для нее запрета заниматься всеми видами бухгалтерской деятельности.

Суд апелляционной инстанции, исходя из принципа соразмерности назначения наказания за содеянное ФИО1, тоже не находит оснований для назначения ей дополнительного вида наказания в соответствии с ч. 3 ст. 47 УК РФ, в виде запрета заниматься деятельностью в сфере бухгалтерского учета.

Вместе с тем приговор подлежит изменению по доводам апелляционного представления, в части зачета срока содержания осужденной под стражей в срок отбытия наказания.

Из материалов уголовного дела следует, что, принимая решение о зачете срока содержания ФИО1 под стражей суд произвел неверный зачет в срок лишения свободы фактическое время содержания ФИО1 под стражей, не учел, что осужденная находилась под стражей по приговору Светлоярского районного суда Волгоградской области от 29 ноября 2024 года.

Приговор подлежит изменению, в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ следует зачесть в срок наказания время содержания ФИО1 под стражей период с 29 ноября 2024 года до дня вступления приговора Светлоярского районного суда Волгоградской области от 29 ноября 2024 года в законную силу, то есть до 19 марта 2025 года, период её содержания под стражей по настоящему уголовному делу с 6 ноября 2025 года до дня вступления приговора в законную силу приговора, то есть до 25 февраля 2026 года, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, а также зачесть в срок отбытия ФИО1 наказания в виде лишения свободы отбытое наказание по приговору Светлоярского районного суда Волгоградской области от 29 ноября 2024 года с 20 марта 2025 года по 5 ноября 2025 года из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Решение суда о необходимости сохранения обеспечительных мер, наложенных постановлениями Центрального районного суда г. Волгограда от 28 марта 2025 года и от 3 апреля 2025 года на объекты недвижимости и транспортное средство ФИО1, до исполнения приговора в части гражданского иска мотивировано и соответствует требованиям п. 11 ч. 1 ст. 299 УПК РФ, ст. 115 УПК РФ, а также позиции Верховного Суда РФ, изложенной в п. 29 постановления Пленума от 13 ноября 2020 года № 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу».

Гражданский иск Комитета образования, науки и молодежной политики Волгоградской области разрешен судом в полном соответствии с требованиями ст. 1064 ГК РФ, с чем также соглашается суд апелляционной инстанции. Сумма причиненного преступлением вреда подтверждена исследованными в судебном заседании доказательствами, в связи с чем суд обоснованно пришел к выводу о том, что сПотафеевойИ.А.в пользу Комитета образования, науки и молодежной политики Волгоградской области подлежат взысканию денежные средства в сумме 9170540, 43 рублей, в счет возмещения материального вреда по заявленному гражданскому иску.

Каких-либо иных нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену или изменение приговора, при рассмотрении уголовного дела судом не допущено.

Руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

ОПРЕДЕЛИЛ:

приговор Светлоярского районного суда Волгоградской области от 6 ноября 2025 года в отношении ФИО1 изменить:

- исключить из осуждения ФИО1 по ч. 4 ст. 159 УК РФ признак «путем злоупотребления доверием»;

- в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть в срок наказания время содержания ФИО1 под стражей период с 29 ноября 2024 года до дня вступления приговора Светлоярского районного суда Волгоградской области от 29 ноября 2024 года в законную силу, то есть до 19 марта 2025 года, период её содержания под стражей по настоящему уголовному делу с 6 ноября 2025 года до дня вступления приговора в законную силу приговора, то есть до 25 февраля 2026 года, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима;

- зачесть в срок отбытия ФИО1 наказания в виде лишения свободы отбытое наказание по приговору Светлоярского районного суда Волгоградской области от 29 ноября 2024 года с 20 марта 2025 года по 5 ноября 2025 года, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционное представление удовлетворить частично, апелляционную жалобу осужденной оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции в порядке сплошной кассации, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня его вынесения, через суд первой инстанции, а осужденной, содержащейся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ей копии апелляционного определения. В случае пропуска шестимесячного срока для обжалования судебного решения в порядке сплошной кассации, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, или отказа в его восстановлении, кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции и рассматриваются в порядке выборочной кассации, предусмотренном статьями 401.10 – 401.12 УПК РФ.

Осужденная вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: Ченегина С.А.

Судьи: Ананских Е.С.

Волкова М.Е.