Апелляционное определение № 33-17388/2025 от 3 декабря 2025 г.

УИД 16RS0049-01-2025-008041-89

Дело № 2-4028/2025 ~ М-3064/2025

Судья Ягудина Р.Р. 33-17388/2025

Учет № 219г


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

4 декабря 2025 года город Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе председательствующего Гиниатуллиной Ф.И.,

судей Новосельцева С.В., Сахиповой Г.А.,

при ведении протокола помощником судьи Суфиевой А.Р.,

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Гиниатуллиной Ф.И. гражданское дело по апелляционной жалобе представителя ФИО5 – ФИО6 на решение Ново-Савиновского районного суда города Казани от 27 августа 2025 года, которым исковые требования ФИО7 к ФИО8 о взыскании денежных средств оставлены без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения ФИО8, возражавшей доводам жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО5 обратился в суд с иском к ФИО8 о взыскании денежных средств. В обоснование ФИО5 указал, что 1 июня 2003 года умерла его мама ФИО1 19 апреля 2006 года нотариус <данные изъяты> ФИО2 выдала свидетельство о праве на наследство по закону, согласно которому истец являлся собственников 1/9 доли в квартире, расположенной по адресу: <адрес>. По 1/3 доли в указанной квартире сохранилось за ответчиком и ФИО3 С 11 января 2006 года ФИО5 содержался под стражей по обвинению в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, был осужден приговором <данные изъяты> по части 1 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации к 10 годам лишения свободы. Будучи в ходе предварительного следствия в подавленном, растерянном и угнетенном состоянии, в силу сложившейся тяжелой жизненной ситуации 13 января 2006 года выдал доверенность ответчику по делу на ведение наследственного дела после смерти матери, с правом получения свидетельства о праве на наследство по закону, получения денежного вклада и с последующей продажей доли квартиры .... расположенной в <адрес> без права передоверия сроком на три года. 16 июня 2006 года истец написал заявление в нотариальную контору об отмене доверенности, выданной ответчику. 28 июня 2006 года доверенность была отменена. С 11 января 2006 года по 31 декабря 2015 года истец находился в местах лишения свободы. После освобождение приехал в <адрес>, где в отношении истца был установлен административный надзор, 4 раза в месяц он должен был отмечаться в надзирающем органе. В 2025 году истец решил связаться с ответчиком и решить вопрос с наследственной долей в квартире. С этой целью приехал в <адрес> и узнал, что ответчик продала квартиру, выехала из города. С большим трудом ему удалось установить место нахождения ответчика в <адрес>. От ответчика истцу стало известно, что его доля в квартире была продана в 2006 года, до отмены доверенности ответчик сначала продала квартиру постороннему человеку, а потом выкупила её для себя. Истца об этом в известность не поставила, деньги не передавала. Полностью квартиру ответчик продала 23 сентября 2016 года и уехала из <адрес>. О том, что нарушено его право на получение денежных средств от продажи квартиры он узнал лишь в 2025 году, поэтому считает, что срок исковой давности не пропущен. Истец просил ответчика выплатить ему причитающуюся 1/9 долю с учетом понесенных им убытков, то есть по цене, действующей на сегодняшний день, то есть 444 444 рубля (стоимость квартиры в настоящее время 4 000 000 рублей). Ответчик с данной суммой не согласился. На основании изложенного, просил взыскать с ответчика в свою пользу денежные средства в размере 444 444 рублей, в возврат государственной пошлины 13 611 рублей.

В суде первой инстанции представитель истца исковые требования поддержала, просила удовлетворить их.

ФИО8 исковые требования не признала, просила отказать в удовлетворении исковых требований, предоставила суду письменные возражения на иск, указав, что указанная доля в праве собственности на квартиру была реализована ответчиком с согласия истца и на основании выданной истцом действующей генеральной доверенности путем заключения с покупателем ФИО4 договора купли-продажи доли квартиры от <дата>, который был зарегистрирован <данные изъяты> 30 мая 2006 года за ..... Также истцом не представлены какие-либо относимые и допустимые доказательства, подтверждающие основной довод истца о юридически значимом обстоятельстве того, что истец не знал в период времени, начиная с 31 декабря 2015 года (со дня освобождения из мест лишения свободы) о заключенном ответчиком договоре купли-продажи доли квартиры от <дата>, а также о невозможности приезда в течение длительного времени в <адрес>. При этом ходатайство о восстановлении срока исковой давности истцом не заявлено, сведений об уважительности причин пропуска срока исковой давности не представлено. Полагает, что истцом пропущен срок исковой давности.

Судом принято решение в приведённой выше формулировке.

В апелляционной жалобе представитель ФИО5 – ФИО6 просит решение суда отменить и принять новое решение об удовлетворении исковых требований. В обоснование излагая доводы иска, указывает, что ответчик признала свой долг в сумме 90 000 рублей, обещая перечислить их истцу добровольно. Поскольку ответчик признал долг в июне 2025 года, считает, что течение срока исковой давности было прервано в силу статьи 203 Гражданского кодекса Российской Федерации. Также считает, что срок исковой давности истом не пропущен, поскольку о продаже квартиры он узнал лишь в 2025 году.

ФИО5 в суд апелляционной инстанции не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, в том числе посредством размещения соответствующей информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в соответствии с частью 2.1 статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, о причинах неявки не сообщил.

Судебная коллегия на основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося лица.

Выслушав объяснения ответчика, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного решения по правилам части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу пункта 1 статьи 185 Гражданского кодекса Российской Федерации доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу для представительства перед третьими лицами.

Из пункта 1 статьи 182 названного же кодекса следует, что сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.

Статьей 187 этого же кодекса предусмотрено, что лицо, которому выдана доверенность, должно лично совершать те действия, на которые оно уполномочено. Оно может передоверить их совершение другому лицу, если уполномочено на это доверенностью, а также если вынуждено к этому силою обстоятельств для охраны интересов выдавшего доверенность лица и доверенность не запрещает передоверие (пункт 1).

В соответствии с пунктом 1 статьи 971 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору поручения одна сторона (поверенный) обязуется совершить от имени и за счет другой стороны (доверителя) определенные юридические действия. Права и обязанности по сделке, совершенной поверенным, возникают непосредственно у доверителя.

Согласно пункту 3 статьи 974 названного кодекса поверенный обязан передавать доверителю без промедления все полученное по сделкам, совершенным во исполнение поручения.

Пунктом 1 статьи 976 этого же кодекса установлено, что поверенный вправе передать исполнение поручения другому лицу (заместителю) лишь в случаях и на условиях, предусмотренных статьей 187 данного кодекса.

Из приведенных положений закона следует, что в случае получения платы от покупателя у представителя продавца возникает обязанность передать ее доверителю во исполнение поручения.

В силу статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного Кодекса (пункт 1).

Правила, предусмотренные главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, необходимыми условиями возникновения обязательства из неосновательного обогащения являются приобретение и сбережение имущества, отсутствие правовых оснований, то есть если приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого не основано на законе, иных правовых актах, сделке.

Судом установлено, что ФИО5 принято наследство после смерти матери ФИО1, нотариусом <данные изъяты> выдано свидетельство о праве на наследство по закону от <дата> в виде 1/9 доли квартиры, расположенной по адресу: <адрес> (л.д.10).

13 января 2006 года ФИО5 уполномочил ФИО8 нотариально оформленной генеральной доверенностью на право управления и распоряжения всем его движимым и недвижимым имуществом, заключать все разрешенные законом сделки по управлению и распоряжению имуществом (купля-продажа, обмен), производить расчеты по заключенным сделкам без права передоверия сроком на три года (л.д.11).

На основании данной генеральной доверенности ФИО8 от имени ФИО5 заключила договор купли-продажи доли квартиры от <дата>, по которому была продана 1/9 доля в квартире, расположенной по адресу: <адрес>, ФИО4 (л.д.13-14).

Согласно данному договору купли-продажи 1/9 доля в квартире была продана за 50 000 рублей, денежные средства были получены ответчиком до подписания договора купли-продажи доли квартиры от <дата>.

Денежные средства в размере 50 000 рублей от продажи вышеназванной 1/9 доли в квартире ответчик истцу не передавал.

Между тем ФИО8 заявила о пропуске истцом срока исковой давности.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований по основанию пропуска ФИО5 срока исковой давности, суд первой инстанции исходил из отсутствия уважительных причин, по которым срок исковой давности мог быть восстановлен, поскольку каких-либо надлежащих доказательств, свидетельствующих о невозможности подачи искового заявления в пределах трехлетнего срока с момента освобождения из мест лишения свободы истец не представил.

Доводы стороны истца о том, что он узнал о нарушенном праве только в 2025 году, судом первой инстанции отклонены, поскольку у истца имелась возможность после освобождения в 2015 году обратиться в соответствующий регистрирующий орган для выяснения обстоятельств по совершенной сделки купли-продажи, принадлежащей ему доли в квартире.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, исходя из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В силу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно разъяснениям абзаца второго пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

К искам о взыскании неосновательного обогащения применяется общий трехгодичный срок исковой давности, установленный статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как указано истцом в исковом заявлении, о сделке по продаже принадлежащей истцу 1/9 доли квартиры, расположенной по адресу: <адрес> ему стало известно в 2025 году, то есть после заключения договора купли-продажи доли квартиры от <дата>.

При этом истец уполномочил ответчика нотариально оформленной генеральной доверенностью от <дата> управлять и распоряжаться всем его движимым и недвижимым имуществом, заключать все разрешенные законом сделки по управлению и распоряжению имуществом (купля-продажа, обмен), производить расчеты по заключенным сделкам без права передоверия сроком на три года.

28 июня 2006 года нотариус <данные изъяты> на основании заявления истца от <дата> отменил генеральную доверенность от <дата>.

В силу положений статьи 210 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник несет бремя содержания, принадлежащего ему имущества, а потому для осуществления данной обязанности должен интересоваться судьбой данного имущества.

Исходя из иска следует, что истцу был известен адрес квартиры, следовательно, при должной степени заботливости и осмотрительности, какая требовалась в целях сохранности имущества, истец, в том числе после обращения с заявлением от <дата> об отмене генеральной доверенности от <дата>, не лишен был возможности заказать выписку из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним (после 1 января 2017 года – ЕГРН) в отношении квартиры .... по адресу: <адрес>, и получить все интересующие его сведения в отношении данного объекта недвижимости, в частности, о том, что собственником его доли в указанной квартире с 30 мая 2006 года (дата государственной регистрации права) является ФИО4, а в последующем с 14 сентября 2006 года (дата государственной регистрации права) – ФИО8, и, соответственно, о нарушении своего права.

Следовательно, установленный законом трехлетний срок исковой давности по данному иску подлежит исчислению с даты регистрации за покупателем ФИО4 права собственности на 1/9 доли квартиры – с 30 мая 2006 года.

С учетом изложенного, срок исковой давности по требованию о взыскании неосновательного обогащения истек 30 мая 2009 года, при этом иск подан истцом 10 июля 2025 года, то есть по истечении срока исковой давности.

Факт того, что истец отбывал наказание в виде лишения свободы с 11 января 2006 года по 31 декабря 2015 года, не является уважительной причины пропуска срока исковой давности, поскольку в данный период истец оформил генеральную доверенность на ответчика, отменил данную доверенность, подав соответствующее заявление, соответственно, он мог выяснить обстоятельства исполнения ответчиком его поручения по продаже доли квартиры, узнать судьбу принадлежащего ему имущества. Кроме того, после освобождения из мест лишения свободы истец более 10 лет не интересовался судьбой, принадлежащей ему 1/9 доли квартиры.

Судебная коллегия критически оценивает доводы апелляционной жалобы о неосведомленности истца до 2025 года о том, что его доля квартиры продана, в том числе и потому, что истец, полагая, что 1/9 доля квартиры по адресу: <адрес>, принадлежит ему, в течение 19 лет не нес расходы по его содержанию, не уплачивал коммунальные платежи, налоги на имущество.

Доводы апелляционной жалобы об имевшем месте перерыве срока исковой давности в связи с тем, что в июне 2025 года ответчик признал свой долг в сумме 90 000 рублей, обещая перечислить их истцу добровольно, судебной коллегией отклоняются.

В силу части 2 статьи 206 Гражданского кодекса Российской Федерации если по истечении срока исковой давности должник или иное обязанное лицо признает в письменной форме свой долг, течение исковой давности начинается заново.

Истцом не доказано, что ответчик признал долг по заявленному требованию в письменной форме, судом установлено лишь получение ответчиком денежных средств в размере 50 000 рублей от продажи 1/9 доли квартиры.

Кроме того, к действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом (пункт 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

Доказательств признания долга ответчиком в письменном виде истец суду не представил.

К апелляционной жалобе истцом приложен скриншот, между тем, как следует из материалов дела, в суде апелляционной инстанции истцом ходатайств о приобщении новых доказательств в виде скриншота не заявлялось, в апелляционной жалобе такое ходатайство также не содержится.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в пункте 15 Постановления от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Учитывая, что ответчиком заявлено об истечении срока исковой давности, суд первой инстанции правомерно исходил из пропуска истцом срока исковой давности для предъявления требований о взыскании денежных средств, полученных ответчиком как представителем истца при заключении договора купли-продажи доли квартиры, при этом принимая во внимание, что вопрос о восстановлении срока истцом перед судом не ставился.

Поскольку в удовлетворении основных исковых требований судом отказано, суд первой инстанции правильно пришел к выводу, что судебные расходы истца возмещению ответчиком также не подлежат.

С учетом изложенных обстоятельств, учитывая, что неправильного применения норм материального права или нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебного акта, не установлено, оснований для отмены обжалуемого решения не имеется.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Ново-Савиновского районного суда города Казани от 27 августа 2025 года по данному делу оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ФИО5 – ФИО6 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок не превышающий трех месяцев в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (город Самара) через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 12 декабря 2025 года.

Председательствующий

Судьи