Решение № 2-283/2025 2-283/2025~М-143/2025 М-143/2025 от 15 сентября 2025 г. по делу № 2-283/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

12.08.2025 город Саянск

Саянский городской суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Курдыбана В.В., при секретаре Максименко А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-283/2025 по иску ФИО1 к Банку ВТБ (ПАО) о признании договора о предоставлении и использовании банковских карт незаключенным, взыскании убытков,

установил:

ФИО1 обратилась в суд к Банку ВТБ (ПАО) с иском о признании договора о предоставлении и использовании банковских карт незаключенным, взыскании убытков, в обоснование которого указала, что она является клиентом банка ВТБ (ПАО), имеет зарплатную карту, в связи с чем в банке ВТБ (ПАО) имеются ее паспортные данные. 25.09.2024 она находилась дома по адресу: <адрес изъят>; ей не поступали звонки из банка, иные подозрительные звонки. В 16 часов 16 минут по местному времени на номер ее телефона <номер изъят> поступило СМС - сообщение с номера ВТБ, которое она не увидела и не прочитала. Около 23 часов по местному времени она прочитала в телефоне сообщение следующего содержания: «код для входа в ВТБ-онлайн: <номер изъят>. Никому не сообщайте его!». Она не поняла, что это за сообщение, однако обратила внимание, что пришел 6-значный код, однако, когда она пользуется приложением ВТБ-онлайн, то осуществляет вход по 4-значному номеру, поэтому данное сообщение ей показалось подозрительным. Она закрыла сообщение, кодов не отправляла, на СМС - сообщение не отвечала. После этого, через 1-2 минуты пришло новое сообщение с текстом: «Подтвердите электронные документы: Единая форма согласия. Код подтверждения: 079490. Никому не сообщайте этот код, даже сотруднику банка ВТБ». С интервалом в 1-2 минуты стали приходить подобные СМС - сообщения с различными кодами в количестве четырех штук. Она не успела отреагировать, связаться с банком, выяснить, что происходит, так как сообщения поступали одно за другим. После сообщений с кодами пришло СМС-сообщение с текстом: «Перевод ВТБ-онлайн на номер <номер изъят>, получатель Н.М. на сумму 60000 RUB. Никому не сообщайте код», следом сообщение с текстом: «Перевод ВТБ-онлайн на номер <номер изъят>, получатель К.Х. на сумму 39000 RUB. Никому не сообщайте код». Она решила зайти в приложение «ВТБ-Онлайн», проверить, что происходит со счетом, однако при входе в приложение банк попросил ввести 6-значный номер, вместо сохраненного 4-значного, она поняла, что ее счет «взломали», в отношении нее совершаются мошеннические действия.

После этого, в 23 часа 05 минут ей пришло СМС-сообщение об оплате за пользование приложением в размере 40 рублей, был указан баланс ее счета - 1206,83 руб., из чего она поняла, что с ее счета были списаны ее личные денежные средства в размере 13000 руб. Она вновь предприняла попытку войти в приложение «ВТБ-Онлайн», однако также банк потребовал ввести 6-значный код, после чего она удалила приложение. После этого она решила проверить свой банковский счет через браузер, то есть без использования приложения. Она вошла на сайт банка, а затем после получения кода на телефон - в личный кабинет, она увидела информацию о задолженности по кредитной карте - 99000 руб. Она позвонила на горячую линию банка ВТБ, ей сообщили, что 25.09.2024 на ее имя была оформлена кредитная карта на сумму 100000 рублей, данная сумма была переведена двум физическим лицам двумя операциями - 60000 руб. и 39000 руб., также на горячей линии было подтверждено, что совершен перевод ее личных денежных средств в размере 13000 руб. физическому лицу. С помощью оператора банка она заблокировала все счета и карты в банке ВТБ, включая оформленную на ее имя кредитную карту 25.09.2024. В дальнейшем она обратилась в отделение банка ВТБ, расположенное в г. Саянске Иркутской области, где ей были выданы документы по оформлению кредитной карты, а именно: договор о предоставлении и использовании банковских карт Банка ВТБ (ПАО) от 25.09.2024 г. № КК-7779454098905, согласие на взаимодействие с третьими лицами и передачу данных третьим лицам при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности от 25.09.2024, анкета-заявление на выпуск и получение банковской карты, где данные о ее личности не совпадают с настоящими данными. Все документы подписаны простой электронной подписью «Шарипова Елена Николаевна», которую она не оформляла. Она также получила выписки по счету о переводе денежных средств. С данными документами она обратилась в МО МВД России «Зиминский» с заявлением о возбуждении уголовного дела. Постановлением следователя отделения по обслуживанию г. Саянска (дислокация г. Саянск) П.А. от 26.09.2024 было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, по которому она признана потерпевшей. Постановлением от 26.11.2024 предварительное следствие по уголовному делу приостановлено в связи с не установлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого, в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 208 УПК РФ.

С момента возбуждения уголовного дела она не получала сообщений из банка, однако, проверив счета, увидела, что оставшиеся на счете денежные средства в сумме 1206,83 руб. были списаны с ее личного счета. Банком произведены удержания ее личных денежных средств в размере 14206,83 руб. (13000 + 1206,83). Считает, что удержанная с нее денежная сумма в размере 14206,83 руб. является убытками, подлежащими взысканию с ответчика.

11.10.2024 она обратилась в Банк ВТБ (ПАО) с претензией с требованием о признании кредитного договора незаключенным, претензия оставлена ответчиком без ответа.

Считает, что поскольку кредитный договор от 25.09.2024 ею с ответчиком не заключался, то договор подлежит признанию незаключенным. Она не оформляла документы на получение кредита, не писала заявление на получение кредита, не подписывала анкету и иные документы, в том числе электронной подписью, которой у нет и никогда не было. Считает, что в отношении нее была применена мошенническая схема, о чем свидетельствует возбуждение уголовного дела, по которому она признана потерпевшей.

Обращаясь в суд с иском, ссылаясь на указанные обстоятельства, истец просит признать договор о предоставлении и использовании банковских карт Банка ВТБ (ПАО) от 25.09.2024 № КК-7779454098905 между ФИО1 и Банком ВТБ (ПАО) незаключенным; взыскать с Банка ВТБ (ПАО) убытки в размере 14206,83 руб., расходы по составлению искового заявления в размере 7000 руб.

После объявления в судебном заседании перерыва истец ФИО1 и ее представитель Ситникова А.А. по ордеру 12.08.2025 в суд не явились. Ранее в судебном заседании ФИО1 и представитель Ситникова А.А. исковые требования поддержали по доводам и основаниям, изложенным в иске.

После объявления в судебном заседании перерыва представитель Банка ВТБ (ПАО) - ФИО2 12.08.2025 в суд не явилась. Ранее в судебном заседании представитель ФИО2 исковые требования ФИО1 не признала, поддержала доводы, изложенные в возражениях, дополнительных возражениях Банка ВТБ (ПАО) на исковое заявление, которые приобщены к материалам дела.

Представитель третьего лица ООО «Т2 Мобайл» - ФИО3 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, представила в материалы дела письменные пояснения, в которых указано, что между ООО «Т2 Мобайл» и ФИО1 заключен договор оказания услуг связи № 3334217 от 09.04.2011, с выделением абонентского номера <номер изъят>. Детализацией подтверждается, что в течение всего дня 25.09.2024 абонент <номер изъят> пользовался услугами связи, зафиксированы звонки, интернет-трафик, в том числе использование мессенджеров, соцсетей, а также входящие сообщения от отправителя - Банка ВТБ (ПАО) (14-10, 14-30, 16-16, 16-35, 16-38, 16-40, 16-42, 16-45, 17-13, 17-22, 23-05 (время местное). Указанные смс-сообщения могли содержать коды доступа в личный кабинет «ВТБ - Онлайн» и/или коды подтверждения каких-либо действий клиента банка в личном кабинете в приложении или на сайте.

Представитель третьего лица ПАО «Ростелеком» в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.

Суд определил рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Суд, выслушав участников процесса, изучив материалы дела, находит исковые требования ФИО1 обоснованными, подлежащими удовлетворению. Выводы суда основаны на следующем.

Судом установлено, что 25.12.2019 между Банком ВТБ (ПАО) и ФИО1 заключен договор комплексного обслуживания путем присоединения к Правилам комплексного обслуживания физических лиц в Банке ВТБ (ПАО), ФИО1 также предоставлен доступ к ВТБ24-Онлайн и обеспечена возможность его использования в соответствии с условиями Правил предоставления ВТБ24-Онлайн физическими лицами к ПАО «Банк ВТБ».

25.09.2024 между сторонами заключен договор о предоставлении и использовании банковских карт Банка ВТБ (ПАО), подписанный от имени ФИО1 простой электронной подписью.

При совершении этих действий Банк ВТБ (ПАО) на телефон ФИО1 были направлены коды для: подтверждения электронных документов (согласие клиента); на подписание кредитного договора по карте, на вход в ВТБ, на перечисления денежных средств.

По заявлению ФИО1 26.09.2024 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п. «г» ч. 3 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, по которому ФИО1 признана потерпевшей.

Обращаясь в суд с иском, ФИО1, оспаривая факт заключения договора о предоставлении и использовании банковских карт Банка ВТБ (ПАО) от 25.09.2024 № КК-7779454098905, ссылалась на то, что заявление -анкету на выпуск и получение банковской карты в банк не подавала, не подписывала, индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа), заявление о заранее данном акцепте на исполнение распоряжений ВТБ (ПАО), согласие на взаимодействие с третьими лицами и передачу данных третьим лицам при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности не подписывала. Согласно заявлению, адрес электронной почты истца: <данные изъяты> адрес проживания истца: <адрес изъят> совпадает с адресом регистрации, у нее не имеется детей в возрасте до 18 лет, она работает по основному месту работы в МКУ «ЦБ», ее ИНН - <номер изъят>, стаж ее работы на текущем месте составляет 6-12 месяцев, что не соответствует действительности. Адрес ее электронной почты иной; в заявлении указан адрес ее регистрации по прежнему месту жительства, с 24.11.2021 она зарегистрирована по новому месту жительства по адресу: <адрес изъят>, она имеет двоих несовершеннолетних детей, с 23.05.2018 по настоящее время работает в МДОУ «Детский сад комбинированного вида № 10 «Дюймовочка», при этом стаж ее работы составляет около 7 лет, имеет иной ИНН. Кредитные средства в сумме 99000 рублей были зачислены на ее банковский счет, однако, она ими не распоряжалась и не пользовалась. С гражданами М.Н., Х.К., П.В. она не знакома, никаких обязательств (долгов) перед ними не имеет, распоряжений банку на перевод средств на их счета не выдавала. Оформить кредит на свое имя она никого не просила, право подписи не передавала, все действия по оформлению кредита и переводу средств с ее счетов осуществлялись неизвестным лицом. Таким образом, между истцом и ответчиком не было достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора, заемщиком ФИО1 себя не считает, кредитный договор не исполняет и действительность этой сделки не признает.

Из обстоятельств дела следует, что 25.09.2024 неизвестное лицо, находясь в неустановленном месте, путем незаконного входа в личный кабинет ФИО1 банка ВТБ, оформило договор о предоставлении и использовании банковских карт банка ВТБ (ПАО) № КК-7779454098905 на имя ФИО1 с лимитом кредитования 100000 руб. После чего, с банковского счета <номер изъят>, открытого в Банке ВТБ (ПАО) на имя ФИО1, похитило денежные средства в сумме - 99000 руб. Кроме того, в этот же день неизвестное лицо с банковского счета <номер изъят>, открытого в Банке ВТБ (ПАО) на имя ФИО1, похитило 13000 руб.

21.10.2024 банк списал со счета истца сумму в размере 1206,83 руб. в погашение задолженности по кредитному договору перед Банком ВТБ (ПАО).

Согласно ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель данных действий свидетельствует о том, что они являются актом волеизъявления соответствующего лица.

В ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной.

В силу п. 1 ст. 435 указанного кодекса офертой признается адресованное одному или нескольким конкретным лицам предложение, которое достаточно определенно и выражает намерение лица, сделавшего предложение, считать себя заключившим договор с адресатом, которым будет принято предложение. Оферта должна содержать существенные условия договора.

В соответствии со ст. 820 данного кодекса кредитный договор должен быть заключен в письменной форме.

Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным.

Согласно п. 1 ст. 160 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

Письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю.

В силу п. 1 ст. 8 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-I "О защите прав потребителей" потребитель вправе потребовать предоставления необходимой и достоверной информации об изготовителе (исполнителе, продавце), режиме его работы и реализуемых им товарах (работах, услугах).

В ст. 10 этого закона предусмотрена обязанность исполнителя своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию об услугах, обеспечивающую возможность их правильного выбора.

В ст. 5 Федерального закона от 21 декабря 2013 г. N 353-ФЗ "О потребительском кредите" (далее - Закон о потребительском кредите, в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений) подробно указана информация, которая должна быть доведена кредитором до сведения заемщика при заключении договора, при этом индивидуальные условия договора потребительского кредита в соответствии с п. 9 этой статьи согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально.

В п. 14 ст. 7 Закона о потребительском кредите установлено, что документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с указанной статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети "Интернет". При каждом ознакомлении в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" с индивидуальными условиями договора потребительского кредита (займа) заемщик должен получать уведомление о сроке, в течение которого на таких условиях с заемщиком может быть заключен договор потребительского кредита (займа) и который определяется в соответствии с этим федеральным законом (п. 14 ст. 7 Закона о потребительском кредите).

В ч. 2 ст. 5 Федерального закона от 6 апреля 2011 г. N 63-ФЗ "Об электронной подписи" определено, что простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом.

В ч. 2 ст. 6 указанного закона закреплено, что информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью или неквалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами, принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами, нормативными актами Центрального банка Российской Федерации или соглашением между участниками электронного взаимодействия, в том числе правилами платежных систем. Нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных неквалифицированной электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны предусматривать порядок проверки электронной подписи. Нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных простой электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны соответствовать требованиям ст. 9 данного закона.

Электронный документ согласно ст. 9 названного закона считается подписанным простой электронной подписью при выполнении в том числе одного из следующих условий:

1) простая электронная подпись содержится в самом электронном документе;

2) ключ простой электронной подписи применяется в соответствии с правилами, установленными оператором информационной системы, с использованием которой осуществляются создание и (или) отправка электронного документа, и в созданном и (или) отправленном электронном документе содержится информация, указывающая на лицо, от имени которого был создан и (или) отправлен электронный документ.

В ч. 2 этой же статьи указано, что нормативные правовые акты и (или) соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных простой электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны предусматривать, в частности:

1) правила определения лица, подписывающего электронный документ, по его простой электронной подписи;

2) обязанность лица, создающего и (или) использующего ключ простой электронной подписи, соблюдать его конфиденциальность.

Как разъяснено Конституционным Судом Российской Федерации в определении от 13 октября 2022 г. N 2669-О, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительной выдачи банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

Таким образом, при заключении договора потребительского кредита, а также при предложении дополнительных услуг, оказываемых кредитором и (или) третьими лицами, включая страхование жизни и (или) здоровья заемщика в пользу кредитора, а также иного страхового интереса заемщика, в том числе с помощью электронных либо иных технических средств кредитором до сведения заемщика должна быть своевременно доведена необходимая и достоверная информация об услугах, обеспечивающая возможность их правильного выбора, при этом индивидуальные условия договора потребительского кредита должны быть в обязательном порядке согласованы кредитором и заемщиком индивидуально.

В случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств его письменная форма считается соблюденной, если эти средства позволяют воспроизвести на материальном носителе содержание договора в неизменном виде (в частности, при распечатывании).

Информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами или соглашением между участниками электронного взаимодействия, которые должны предусматривать в том числе правила определения лица, подписывающего электронный документ, по его простой электронной подписи.

Соответственно, для обеспечения документа, подписанного простой электронной подписью, юридической силой необходимо идентифицировать лицо, которое использует простую электронную подпись, понятие которой в законе определено не только через наличие присущих ей технических признаков - использование кодов, паролей или иных средств, но и через ее функциональные характеристики - необходимость подтверждения факта формирования электронной подписи определенным лицом.

Учитывая изложенное, легитимность электронного документа с простой электронной подписью, содержащего условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение, подтверждается наличием указания в нем лица, от имени которого составлен и отправлен электронный документ.

Как установлено судом, все действия по оформлению заявки, заключению договора потребительского кредита и переводу денежных средств со счетов истца в Банке ВТБ (ПАО) в другой банк со стороны заемщика выполнены путем набора цифрового кода-подтверждения.

С учетом изложенного обстоятельствами, подлежащими установлению по настоящему делу, является то, кем именно была принята публичная оферта банка на заключение кредитного договора, было ли волеизъявление лица, от имени которого с банком заключен кредитный договор, или данное лицо совершало лишь технические действия, позволившие третьему лицу реализовать свое волеизъявление, в пользу кого банком произведено исполнение обязательств по сделке.

Между тем, в материалах дела отсутствуют доказательства, отвечающие требованиям ст. ст. 59, 60 ГПК РФ, свидетельствующие совершенные действия как проставление простой электронной подписи от имени заемщика, и что она является аналогом его собственноручной подписи в соответствии с требованиями Закона об электронной подписи.

Согласно позиции Банка России, изложенной в информационном письме от 3 февраля 2022 г. N ИН-02-59/6 "О порядке согласования с заемщиками индивидуальных условий договора потребительского кредита (займа)", индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) подлежат отражению в табличной форме и подписанию заемщиком. При этом ч. 14 ст. 7 Закона о потребительском кредите установлена возможность подписания заемщиком индивидуальных условий договора потребительского кредита (займа) также с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность заемщику в соответствии с требованиями федеральных законов.

Банком России выявлено использование кредиторами практик заключения договора потребительского кредита (займа), при которых согласие заемщика выражается посредством совершения действий, свидетельствующих о его согласии с предлагаемыми кредитором индивидуальными условиями (конклюдентные действия), либо телефонного звонка в адрес кредитора с информированием последнего о согласии на получение потребительского кредита (займа) на предложенных индивидуальных условиях. Как в первом, так и во втором случае, по мнению Банка России, устанавливающего правила проведения банковских операций, заемщиком индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) не подписываются ни собственноручной подписью, ни ее аналогом.

Таким образом, по мнению Банка России, подобные практики не могут быть признаны надлежащими и соответствующими требованиям Закона о потребительском кредите.

Суд принимает во внимание позицию Банка России, исходит из того, что в данном случае согласие заемщика с кредитным договором было выражено посредством совершения конклюдентных действий, что следует из протокола операции цифрового подписания ВТБ, представленного в материалы дела ответчиком.

Так, 25.09.2024 в 11:38:26 клиент вошел на страницу с оформляемой операцией в канале подписания с доступностью просмотра электронного документа, в 11:38:50 проставил отметку об ознакомлении и согласии с электронными документами (заявлением - анкетой, кредитным договором), в 11:38:55 активировал кнопку «подписать» в канале подписания на оба документа, в 11:39:01 ввел код подтверждения на оба документа (заявление - анкету и кредитный договор), дата и время формирования ПЭП 25.09.2024 в 11:39:01.

Суд считает необходимым отметить, что время ознакомления заемщика с заявлением - анкетой, кредитным договором составило всего 24 секунды, что явно недостаточно для их внимательного прочтения, после чего через 11 секунд ввел код подтверждения на оба документа.

При таком положении невозможно определить, какой из указанных документов был подписан клиентом проставлением простой электронной подписи от имени заемщика.

В ходе судебного разбирательства представитель Банка ВТБ (ПАО) - ФИО2 утверждала, что электронной подписью ФИО1 подписала сразу все документы, содержащиеся в одном файле, направленном ей банком, а именно:

- индивидуальные условия договора о предоставлении и использовании банковских карт Банка ВТБ (ПАО) от 25.09.2024 № КК-7779454098905;

- заявление - анкета на выпуск и получение банковской карты;

- заявление о заранее данном акцепте на исполнение распоряжений ВТБ (ПАО), предъявляемых по договору о т 25.09.2024 № № КК-7779454098905;

- согласие на взаимодействие с третьими лицами и передачу данных третьим лицам при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности.

При таком положении доводы представителя ФИО2 о согласии истца с условиями кредитного договора обоснованы его конклюдентными действиями: активирование кнопки «подписать», ввод кода подтверждения сразу на все документы.

В материалах дела отсутствуют доказательства, отвечающие требованиям ст. ст. 59, 60 ГПК РФ, подтверждающие, что проставлением простой электронной подписи от имени заемщика ФИО1 был подписан именно договор о предоставлении и использовании банковских карт банка ВТБ (ПАО) № КК-7779454098905 на имя ФИО1, а не другие перечисленные выше документы.

Установленные судом обстоятельства свидетельствуют, что непосредственно ФИО1 свою волю на заключение договора не выражала, никаких действий по заключению договора не совершала, а документы, представленные Банком ВТБ (ПАО), свидетельствуют о наличии в заявке и анкете на предоставление кредита от имени ФИО1 недостоверных сведений.

Ссылаясь на то, что договор кредита является заключенным и действительным, вопреки бремени доказывания и ст. 56 ГПК РФ, ответчик не доказал, что при заключении оспариваемого договора Банком именно с заемщиком ФИО1 согласованы индивидуальные условия кредитного договора.

Напротив, из обстоятельств дела следует, что лично ФИО1 с индивидуальными условиями перед заключением кредитного договора не знакомилась, индивидуальные условия договора не согласовывала, денежными средствами не распоряжалась, а, следовательно, не выражала и не могла выразить волю как на согласование индивидуальных условий, так и на его заключение.

Отсутствие намерений ФИО1 на заключение кредитного договора подтверждается сведениями об обращении ФИО1 на следующий день после оформления кредита в МО МВД России «Зиминский» о хищении денежных средств со счета, 10.12.2024 - в Банк по вопросу его не заключения, что не оспаривалось представителем Банка.

Банк, ссылаясь на надлежащее оказание банковских услуг, не опроверг позицию ФИО1, согласно которой она не сообщала третьим лицам никакую информацию, позволяющую распорядиться принадлежащими ей денежными средствами, и заключить от ей имени кредитный договор.

Исходя из вышеизложенных норм права, бремя доказывания того обстоятельства, что операция, совершенная без согласия клиента, произведена вследствие нарушения клиентом порядка использования средств платежа, возлагается на оператора по переводу денежных средств, то есть в данном случае, на Банк.

При рассмотрении заявленного спора Банком не представлено доказательств того, что потребителем допущены нарушения требований законодательства и условий договора ДБО, повлекшие совершение операций по перечислению денежных средств со счета ФИО1 без ее согласия, тогда как в силу вышеприведенных положений Федерального закона от 27.06.2011 № 161-ФЗ «О национальной платежной системе», бремя доказывания указанных обстоятельств возлагается на банк.

В соответствии с пунктом 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

В пункте 1 постановления Пленума № 25 разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2022 г. N 2669-О указано, что в большинстве случаев телефонного мошенничества сделки оспариваются как совершенные под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом. При рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков. В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительная выдача банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

В соответствии с пунктом 3 Признаков осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, утвержденных приказом Банка России от 27 сентября 2018 г. N ОД-2525, к таким признакам относится несоответствие характера, и (или) параметров, и (или) объема проводимой операции (время (дни) осуществления операции, место осуществления операции, устройство, с использованием которого осуществляется операция и параметры его использования, сумма осуществления операции, периодичность (частота) осуществления операций, получатель средств) операциям, обычно совершаемым клиентом оператора по переводу денежных средств (осуществляемой клиентом деятельности).

Оценивая установленные по делу обстоятельства с учетом выше указанных требований закона, разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, суд приходит к выводу, что Банк, являющийся профессиональным участником данных правоотношений, должен был с точки зрения добросовестности, разумности и осмотрительности до перечисления денежных средств, подвергнуть сомнению спорные операции, и, соответственно, приостановить их с целью дополнительной проверки воли истца на перечисление денежных средств, однако соответствующих действий банком не произведено.

Как следует из материалов дела, ни перечисление денежных средств со счетов ФИО1 на иные счета, назначение этих счетов, ни размер сумм переводов, являющихся достаточно крупными, ни перечисление денежных средств сразу после оформления кредитного договора, не учтены банком в качестве критериев осуществления переводов без согласия клиента.

Суд не может согласиться с доводами ответчика, что смс-коды-подтверждения направлены с телефонного номера, принадлежащего ФИО1, со ссылкой на те обстоятельства, что сессия по оформлению кредитного договора с заемщиком проходила по IP-адресу 176.48.138.131, выделенному ПАО «Ростелеком» Ш.Р. (супругу истца) в рамках договора оказания услуг связи <номер изъят> от 23.08.2019 по месту жительства истца, при использовании модели устройства JSN-L21, которое используется истцом.

В ходе судебного разбирательства, оспаривая заключение кредитного договора, ФИО1 пояснила, что неизвестное лицо получило незаконный доступ в ее личный кабинет банка ВТБ при использовании вредоносных программ.

Согласно справке технического обследования б/н от 08.08.2025 ИП Д.М., технический осмотр телефона истца марки «Honor 8X», модель JSN-L21, номер сборки JSN-L21 8.2.0.102 (С10), IMEI <номер изъят>, IMEI <номер изъят>, номер телефона <номер изъят> показал, что в период с 08.08.2024 по 08.08.2025 обнаружены следы вредоносных программ «Fireball», «Appearch» в безопасном режиме, в загрузках «мои файлы».

Дано заключение, что телефон истца содержит в программном обеспечении вредоносные программы.

Согласно ч.1 ст.55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Справка технического обследования б/н от 08.08.2025 ИП Д.М. исследована в судебном заседании, содержащиеся в ней сведения, не противоречат установленным по делу обстоятельствам, письменным материалам дела и другим доказательствам, в связи с чем суд принимает данный документ как допустимое и достоверное доказательство.

При таком положении данные доводы с учетом фактических обстоятельств дела не опровергают имеющиеся доказательства заключения неустановленным лицом договора в отсутствие воли истца, а также последующем завладении третьими лицами денежными средствами, перечисленными Банком, также в отсутствие воли ФИО1

Вопреки доводам представителя ответчика, доказательства взаимного волеизъявления сторон в части согласия по всем условиям кредитного договора, которые считаются существенными применительно к их договору, отсутствуют, ответчиком не доказано, действительно ли сама истец осуществила набор кода, смс-подтверждения, что ФИО1 сама осознанно поставила свою подпись, следовательно, данный договор не может быть признан заключенным.

Банк, предоставляя кредит, должен был убедиться в воле заемщика на его заключение, а, следовательно, и обезопасить риски его возврата и неправомерного использования.

Оценивая представленные в материалы дела доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, доводы и возражения сторон, с учетом установленных фактических обстоятельств дела, суд руководствуется вышеуказанными нормами материального права, приходит к выводу о признании незаключенным договора о предоставлении и использовании банковских карт Банка ВТБ (ПАО) от 25.09.2024 № КК-7779454098905, между ПАО ВТБ и ФИО1

Судом отклоняются как необоснованные доводы представителя ответчика, что сама истец скомпрометировала свои данные, что привело к негативным последствиям, свидетельствует об отсутствии причинно-следственной связи между причинением ущерба и виновными действиями/бездействиями Банка, ее недоказаностью, а также, что оспариваемые операции по карте совершались самим истцом или с согласия истца, либо истец не обеспечил недоступность для третьих лиц (невозможность несанкционированного использования) принадлежащих ему средств подтверждения, а именно SМS/РUSН-кодов, полученных им на его номер мобильного телефона, чем нарушил порядок использования электронного средства платежа (п. 15 ст. 9 Закона N 161-ФЗ), поскольку данные доводы не подтверждают наличие воли истца на заключение кредитного договора с ответчиком.

Суд удовлетворяет исковые требования ФИО1 о признании незаключенным договора о предоставлении и использовании банковских карт Банка ВТБ (ПАО) от 25.09.2024 № КК-7779454098905, между ПАО ВТБ и ФИО1, взыскивает с Банка ВТБ (ПАО) в пользу ФИО1 причиненные убытки в размере 14206,83 руб.

В силу статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, к которым согласно статье 94 ГПК РФ относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителей.

Согласно ст. 100 Гражданского процессуального кодекса РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. Тот факт, что истец понес расходы на оплату услуг юриста за составление искового заявления, подтвержден в судебном заседании представленной квитанцией к приходному кассовому ордеру адвоката Ситниковой А.А. от 28.02.2025 о получении данной суммы.

При определении размера взыскиваемых расходов на оплату услуг юриста за составление искового заявления, суд учитывает объем оказанной юридической помощи, объем представленных доказательств, объем документов. С учетом указанных критериев, а также учитывая, что исковые требования истца удовлетворены, суд полагает возможным взыскать в его пользу расходы на оплату услуг юриста за составление искового заявления в сумме 7000 рублей, полагая эту сумму разумным пределом.

В соответствии со ст.103 ГПК РФ, с ответчика в доход соответствующего бюджета подлежит взысканию госпошлина в размере 7000 руб. (3000 руб. по требованию о признании договора незаключенным и 4000 руб. по требованию о взыскании суммы убытков.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

иск ФИО1 к Банку ВТБ (ПАО) о признании договора о предоставлении и использовании банковских карт незаключенным, взыскании убытков удовлетворить.

Признать договор о предоставлении и использовании банковских карт Банка ВТБ (ПАО) от 25.09.2024 № КК-7779454098905 между ФИО1 и Банком ВТБ (ПАО) незаключенным.

Взыскать с Банка ВТБ (ПАО) (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт <номер изъят>) убытки в размере 14206,83 руб., а также судебные расходы по составлению искового заявления в размере 7000 руб.

Взыскать с Банка ВТБ (ПАО) (ИНН <***>, ОГРН <***>) в соответствующий бюджет государственную пошлину в размере 7000 руб.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Саянский городской суд в течение одного месяца со дня со дня изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение будет изготовлено в течение 10 рабочих дней.

Судья В.В.Курдыбан

Мотивированное решение изготовлено судом 16.09.2025.