Решение № 2-5425/2018 2-606/2019 2-606/2019(2-5425/2018;)~М-5696/2018 М-5696/2018 от 10 февраля 2019 г. по делу № 2-5425/2018

Дело №2-606/2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 февраля 2019 года город Барнаул

Индустриальный районный суд города Барнаула Алтайского края в составе:

председательствующего судьи

при секретаре

при участии прокурора

ФИО1,

ФИО2,

Д.Б. Головановой,

с участием истца ФИО3, представителя ответчика ООО «Розница К-1» - ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью «Розница К-1» о возмещении расходов на лечение, компенсации морального вреда, причиненного в результате вреда здоровью,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в суд с названным иском, ссылаясь на то, что 25 марта 2016 года произошло массовое пищевое отравление работников в магазине «Мария-Ра» по улице <адрес>. Питание работников организовывалась работодателем ООО «Розница К-1» (в иске ошибочно указано ООО «Розница 1К»). По материалам проверки Роспотребнадзора стало известно, что причиной отравления является нарушение санитарных норм, в связи с чем на ответчика наложен штраф. В результате отравления здоровью истца причинен значительный вред, для восстановления которого потребовалось продолжительное лечение, в связи с чем понесены расходы на лекарства в сумме 20 000 рублей. Неоднократные обращения к руководству ООО «Розница К-1» о возмещении расходов на оплату лечения оставлены без удовлетворения.

На основании изложенного, ФИО3 просит взыскать с ООО «Розница К-1» расходы на лечение и восстановление трудоспособности в сумме 20 000 рублей и компенсацию морального вреда в сумме 100 000 рублей.

В судебном заседании истец на заявленных требованиях настаивала в полном объеме, пояснила суду, что работала в магазине «Мария-Ра» в общей сложности 3,5 года. Еду для работников готовила техничка из продуктов, которые ей выделялись. 26 марта 2016 года в магазине она поела в 17-00 часов, затем почувствовала себя плохо, но смену доработала. Поехала домой, у нее открылась сильная рвота, не спала всю ночь и утром позвонила директору. Директор сказала, что нужно вызывать скорую, но она решила отлежаться, еще один день оставалась дома. 28 марта 2016 года ее увезли на скорой с диагнозом «****». В стационаре лежала один раз в марте - апреле 2016 года, затем продолжала лечиться, но на больничный не ходила, ее поставили на учет по заболеванию. Квитанций и/или чеков о покупке лекарств, не имеется; назначения врача указаны в выписках из истории болезни, которые она представила. Наличие морального вреда подтверждается тем, что ее поставили на учет с заболеванием, при этом раньше проблем с почками у нее не имелось. Медицинский работник со скорой помощи сказал, что если бы она еще день не вызвала скорую, то мог бы быть летальный исход. О том, что еще люди отравились, она узнала позже.

Представитель ответчика ООО «Розница К-1» - ФИО4 возражала против удовлетворения иска по доводам, указанным в письменных возражениях. Пояснила суду, что ответчик не занимался организацией питания сотрудников магазина, не собирал и не выделял денежные средства. Материалами дела подтверждается, что сотрудники магазина самостоятельно организовали питание за счет собственных средств. Истец обратилась за медицинской помощью только через три дня, чем усугубила свое состояние. При обращении к работодателю с заявлением о возмещении расходов на лечение истцу предложено представить документы, подтверждающие назначение и покупку лекарственных средств, что она сделать не смогла. Денежные средства за питание ФИО3 работодателю не платила, соответственно, услуг по организации питания работодатель не оказывал. Работодатель обязан предоставить комнату для приема пищи, такая комната была оборудована. Однако работникам не запрещали приносить с собой продукты питания. Нормы Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года №2300-1 «О защите прав потребителей» к спорным правоотношениям не применяются, подлежат применению нормы Трудового кодекса Российской Федерации, при этом трехмесячный срок, в течение которого работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, истек.

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, консультацию специалиста, исследовав письменные материалы дела, выслушав заключение прокурора Головановой Д.Б., указавшей на отсутствие оснований для удовлетворения исковых требований, суд приходит к следующему.

В пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 года №11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» разъяснено, что при определении закона и иного нормативного правового акта, которым следует руководствоваться при разрешении дела, и установлении правоотношений сторон следует иметь в виду, что они должны определяться исходя из совокупности данных: предмета и основания иска, возражений ответчика относительно иска, иных обстоятельств, имеющих юридическое значение для правильного разрешения дела.

Поскольку основанием иска являются фактические обстоятельства, то указание истцом конкретной правовой нормы в обоснование иска не является определяющим при решении судьей вопроса о том, каким законом следует руководствоваться при разрешении дела.

Таким образом, по смыслу приведенных выше разъяснений, определение нормы права, подлежащей применению к спорным правоотношениям, является юридической квалификацией. Наличие или отсутствие в исковом заявлении указания на конкретную норму права, подлежащую применению, само по себе не определяет основание иска, равно как и применение судом нормы права, не названной в исковом заявлении.

Как установлено судом и следует из материалов дела, по состоянию на 26 марта 2016 года ФИО3 состояла в трудовых отношениях с ООО «Розница К-1» в должности кассира-операциониста на основании трудового договора от 24 апреля 2013 года №С0001360 (с учетом дополнительного соглашения к нему от 11 марта 2015 года), и осуществляла трудовую деятельность в магазине «Мария-Ра» (*** по <адрес>.

Истец, обращаясь в суд с требованием о компенсации морального вреда, ссылается на то, что моральный вред причинен ответчиком в результате отравления, которое последовало после приема пищи во время рабочей смены 25 марта 2016 года. Стороны спора состояли в трудовых отношениях, ответчик при этом не оказывал истцу какой-либо услуги, что свидетельствует о том, что нормы Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года №2300-1 «О защите прав потребителей» к спорным правоотношениям применению не подлежат.

Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7); каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37 Конституции Российской Федерации), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41 Конституции Российской Федерации), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права (абзацы 1 и 2 части 1 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права (часть 2 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовым кодексом Российской Федерации установлено право работника на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом, иными федеральными законами (абзац 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Ввиду отсутствия в Трудовом кодексе Российской Федерации норм, регламентирующих иные основания возмещения работнику морального вреда, помимо неправомерных действий или бездействия работодателя, к отношениям по возмещению работнику морального вреда применяются нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующие обязательства вследствие причинения вреда. В этой связи суд не усматривает оснований для применения статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, устанавливающей срок обращения за разрешением индивидуального трудового спора, поскольку исковые требования направлены на применение норм не только трудового законодательства, следовательно, заявленный спор не подпадает под определениепонятия индивидуального трудового спора, содержащегося в статье 381 Трудового кодекса Российской Федерации.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (статья 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда

Пунктами 1 и 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

В пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Из приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что по общему правилу необходимыми условиями для возложения на работодателя обязанности по компенсации морального вреда работнику являются: наступление вреда, противоправность деяния причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

Следовательно, обязанность по компенсации морального вреда может быть возложена на работодателя при наличии его вины в причинении вреда. Если не представляется возможным установить непосредственного причинителя вреда, а также его вину, то основания для компенсации морального вреда по правилам норм главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствуют.

В соответствии с частью 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. Суд вправе предложить им представить дополнительные доказательства. В случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств (часть 1 статьи 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 2 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел.

Материалами дела подтверждается, что ООО «Розница К-1» (ИНН ***, ОГРН ***) является действующим юридическим лицом, на основании договора аренды нежилого помещения №47А/12 от 3 мая 2012 года во временном владении и пользовании имеет часть нежилого помещения - магазина, общей площадью 628,8кв.м по <адрес>, предоставленного арендодателем для размещения магазина розничной торговли продуктами питания, алкогольной продукцией и дополнительным ассортиментом товаров народного потребления.

ФИО5, допрошенная в судебном заседании 16 января 2019 года в качестве свидетеля, показала суду, что ее дочь ФИО3 26 марта 2016 года пришла с работы, сказала, что поела на работе лапшу с яйцом; пока шла домой ей несколько раз стало плохо, выпила активированный уголь, легла спать, около 5-ти часов утра ей стало плохо. Вызвали врача из поликлиники, до прихода которого лечили полисорбом. Врач пришла только вечером, назначенные лекарства не помогли. Утром 28 числа ФИО3 уже не могла самостоятельно подниматься, у нее начались судороги. Вызвали скорую, врач спросил почему так долго не вызывали, поставили капельницу, в скорой - пока везли - еще одну; они не знали, что может быть летальный исход, боялись ложиться в инфекционную больницу. Пока истец работала у ответчика - дома никогда не ела, потому что там такой порядок; им это было удобно.

Согласно выписке из истории болезни №*** ФИО3 поступила в инфекционное отделение №1 КГБУЗ «Городская больница №5» 28 марта 2016 года с диагнозом ****, выписана 8 апреля 2016 года с рекомендациями: соблюдение диеты с исключением раздражающей пищи и алкоголя; **** - 14 дней; **** у терапевта амбулаторно, **** через 7 дней.

Из составленной КГБУЗ «Городская поликлиника №9, г.Барнаул» по просьбе истца выписки из медицинской карты следует, что ФИО3 обращалась в поликлинику 28 марта 2016 года, терапевтом поставлен диагноз ****, при этом пациент отказалась от госпитализации, выдан лист нетрудоспособности. Затем в апреле, мае, августе, ноябре 2016 года обращалась к терапевту, в апреле 2016 года направлялась к **** с подозрением на ****; 27 ноября 2017 года терапевтом выдано направление на консультацию к ****

Сведений о назначении лекарственных препаратов, указанных истцом при расчете цены иска (**** на общую сумму 20 177 рублей), за исключением указанного выше бифиформа, представленные истцами выписки не содержат, факт их приобретения никакими доказательствами не подтвержден. В судебных заседаниях истец неоднократно поясняла, что чеков, квитанций на приобретение лекарственных средств у нее не имеется.

Из истребованного судом материала об административном правонарушении в отношении ООО «Розница К-1» следует, что распоряжением главного государственного санитарного врача Управления Роспотребнадзора по Алтайскому краю от 29 марта 2016 года №03-р на основании экстренных извещений на случаи заболевания **** от 26 марта 2016 года на ДАННЫЕ ИЗЪЯТЫ11 от 28 марта 2016 года на ФИО3, связывающих свое заболевание с употреблением в пищу блюд в предприятии ООО «Розница К-1» по улице <адрес> главному специалисту-эксперту отдела надзора за гигиеной питания ФИО6 поручено провести расследование причин возникновения инфекционных заболеваний, в рамках которого в магазине ответчика проведено взятие проб и образцов с объектов внешней среды и смывы, назначена лабораторная экспертиза.

По заключению эксперта ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Алтайском крае» от 6 апреля 2016 года №05/1529 вода питьевая в комнате приема и приготовления пищи соответствует требованиям СанПиН 2.1.4.1074-01; смывы с объектов внешней среды не соответствуют требованиям МУ 2657-82 «Методические указания по санитарно-бактериологическому контролю на предприятиях общественного питания и торговли пищевыми продуктами» (далее - МУ 2657-82), поскольку в смывах с ножа «мясо» обнаружены БГКП (бактерии группы кишечная палочка) и УПМФ (условно-патогенная микрофлора) гигиенический норматив - не допускаются. При этом смывы с объектов внешней среды на БГКП, УПМФ, стафилококк соответствуют требованиям МУ 2657-82, смывы на патогенные, в том числе ****, соответствуют требованиям МУ 4.2.2723-10 «Лабораторная диагностика сальмонеллезов, обнаружение сальмонелл в пищевых продуктах и объектах окружающей среды».

Согласно акту проверки Управлением Роспотребнадзора по Алтайскому краю ООО «Розница К-1» от 29 марта 2016 года у ответчика помимо обнаружения вышеуказанных БГКП и УПМФ выявлены нарушения обязательных требований СП 2.3.3.1079-01 «Санитарно-эпидемиологические требования к организациям общественного питания, изготовлению и оборотоспособности в них пищевых продуктов и продовольственного сырья», в частности, указано, что объемно-планировочные и конструкторские решения помещений не предусматривают последовательность (поточность) технологических процессов (имеется только один вход, предназначенный для персонала, сырья и готовой продукции); для мытья столовой посуды ручным способом не предусмотрена трехсекционная ванна, мытье посуды осуществляется в двухсекционной ванне; чистые столовые приборы хранятся ручками вниз; по мере необходимости не производится текущий ремонт: побелка устарела, местами отбита напольная и настенная плитка.

20 апреля 2016 года по результатам выявленных нарушений Управлением Роспотребнадзора по Алтайскому краю составлены протоколы №08/21 о временном запрете деятельности комнаты приема пищи для персонала магазина «Мария-Ра» ООО «Розница К-1» и №05/22 об административном правонарушении, ответственность за которое для юридического лица предусмотрена статьей 6.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. При этом указано, что выявленные нарушения могут послужить причиной острых кишечных инфекций и других массовых инфекционных и неинфекционных заболеваний (отравлений) людей, заболеваний центральной нервной системы, то есть создают угрозу жизни и здоровья населения.

Вместе с тем, допрошенная судом в качестве специалиста ФИО6 - главный специалист-эксперт отдела надзора за гигиеной детей и подростков и гигиены питания Управления Роспотребнадзора по Алтайскому краю, предупрежденная об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения, в порядке статьи 188 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации исходя из профессиональных знаний дала суду устную консультацию о том, что в марте 2016 года у нескольких работников ООО «Розница К-1» обнаружен ****. При взятии смывов с поверхностей комнаты для приема и приготовления пищи обнаружены бактерии и условно-патогенная микрофлора, указанные в заключении экспертизы, которые не связаны с отравлением истца и не могли явиться причиной его возникновения. Путем исследования смывов невозможно определить наличие ****, так как они передаются только через некачественную или некачественно приготовленную пищу, в том числе яйца, мясо; персонал магазина не мог заразиться друг от друга **** отравление происходит только в результате приема пищи. Установить причинно-следственную связь между приемом пищи ФИО3 на рабочем месте и ее заболеванием невозможно, поскольку всего три человека обратились за помощью, однако если бы имело место массовое употребление некачественной пищи, то **** обязательно имелись бы у каждого, кто питался в этот день. Тогда это было бы массовое отравление. Иными медицинскими документами также не может быть подтверждено данное обстоятельство, истец могла употребить пищу в ином другом месте, в связи с чем в целом на сегодняшний день невозможно определить причину отравления и установить причинно-следственную связь.

Свидетель ФИО7 в судебном заседании 11 февраля 2019 года, показала суду, что 26 марта 2016 года работала с истцом в одну смену, однако ее рабочий день закончился раньше. Работники, которые отравились, в том числе истец, съели несвежую еду, которая осталась со вчерашнего дня. Обед им готовила техничка по устной договоренности; на приготовление обедов они сдавали по 100 рублей на 3 дня, из которых покупались продукты. Готовили пищу из хороших продуктов, просрочкой не питались; посуду мыл каждый за собой. Запрета на то, чтобы приносить с собой еду из дома не было. Ее диагноз о наличии сальмонеллеза, в результате которого она была отстранена от работы, при пересдаче анализа не подтвердился, лекарственные средства для его лечения она не принимала.

Оценивая представленные по делу доказательства в их совокупности в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о недоказанности доводов истца о причинении ей морального вреда действиями или бездействием работодателя. Материалами дела не подтверждается и невозможно установить причинно-следственную связь между действиями работодателя и наступившими у истца последствиями. Согласно штатному расписанию, представленному представителем ответчика, в штате ООО «Розница К-1» на момент рассматриваемых событий отсутствует должность, которая предполагала бы обязанность по приготовлению пищи сотрудникам; истец не отрицала, что не видела приказа, которым на кого-либо была возложена обязанность готовить обед сотрудникам магазина. Питание работодателем для работников не предоставлялось, сам по себе факт оборудования комнаты для приема и приготовления пищи о нарушении прав истца не свидетельствует. Отравление произошло в результате самостоятельного приема истцом несвежей пищи, что не может служить основанием для установления вины ответчика в наступивших для истца последствиях.

Кроме того, материалами дела подтверждается, что и обращение ФИО3 в скорую помощь, и обращение в поликлинику по месту жительства имело место только 28 марта 2016 года, при этом на предложение терапевта о госпитализации истец ответила отказом. ФИО3, свидетель ФИО5 не отрицали, что состояние здоровья истца с момента обнаружения отравления (почувствовала себя плохо) до момента обращения за медицинской помощью ухудшилось настолько, что истец без посторонней помощи не смогла спуститься в машину скорой помощи, что свидетельствует о том, что истец своими действиями усугубила свое состояние и вред, причиненный ее здоровью.

Доводы истца о том, что работодатель запрещал приносить с собой обед, или питаться отдельно, опровергаются иными материалами дела, в том числе показаниями свидетелей. Поскольку судом не установлены ни факт причинения истцу морального вреда, ни причинно-следственная связь между действиями ответчика и наступившими у истца в результате отравления последствиями, ни вина работодателя, ни размер убытков, постольку оснований для удовлетворения иска у суда не имеется.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью «Розница К-1» о возмещении расходов на лечение, компенсации морального вреда, причиненного в результате вреда здоровью, оставить без удовлетворения в полном объеме.

Решение в апелляционном порядке может быть обжаловано лицами, участвующими в деле, путем подачи апелляционной жалобы в Алтайский краевой суд через Индустриальный районный суд города Барнаула Алтайского края в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме с учетом положений части 2 статьи 108 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации принято 18 февраля 2019 года.

Судья

ФИО1

Верно, судья

ФИО1

Секретарь судебного заседания

ФИО2

По состоянию на 18.02.2019

решение суда в законную силу не вступило,

секретарь судебного заседания

ФИО2

Подлинный документ находится в гражданском деле №2-606/2019

Индустриального районного суда города Барнаула Алтайского края