Решение № 2А-655/2024 2А-655/2024~М-576/2024 М-576/2024 от 23 июня 2024 г. по делу № 2А-655/2024

Дело № 2а-655/2024

УИД 51RS0009-01-2024-000876-18

Мотивированное
решение изготовлено 24 июня 2024 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

07 июня 2024 года город Кандалакша

Кандалакшский районный суд Мурманской области в составе:

судьи Каторовой И.В.,

при секретаре Шальневой Е.А.,

рассмотрев в помещении Кандалакшского районного суда посредством видеоконференц-связи с ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области в открытом судебном заседании дело по административному исковому заявлению

ФИО1 к ФКУ КП № 20 УФСИН России по Мурманской области, УФСИН России по Мурманской области, председателю ликвидационной комиссии ФКУ КП № 20 УФСИН России по Мурманской области ФИО2, ФКУЗ «Медико-санитарная часть № 51 Федеральной службы исполнения наказаний», ФСИН России о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении,

установил:

ФИО1 (далее также административный истец) с учетом уточнения требований обратился в суд с иском о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в размере 250 000 руб.

Указывает, что в период отбытия наказания в ФКУ ИК-20 УФСИН России по Мурманской области с августа 2008 года по март 2021 года в связи с отсутствием в отряде умывальной комнаты подвода горячей воды он был лишен комфортного приема пищи, не мог мыть посуду, стирать белье, соблюдать личную гигиену, по этой же причине возник чесоточный клещ, переохлаждение и как следствие ухудшилось состояние здоровья.

ФИО1 принимал участие в судебном заседании посредством видеоконференц-связи с ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области, настаивал на удовлетворении заявленных требований по указанным в иске основаниям. Просил восстановить срок на подачу иска, указав о том, что ненадлежащими условиями содержания были нарушены его права; о том, что он имеет право обратиться в суд, узнал только в апреле 2024 года и сразу обратился с иском в суд. Уточнил заявленные требования, указав на ненадлежащие условия содержания, наступление последствий в виде ухудшения состояния здоровья в связи с отсутствием горячей воды в отрядах 1 и 6 ИК-20. Дополнительно пояснил, что периодически в отрядах были перебои с напором холодной воды.

В ходе судебного разбирательства к участию в деле в качестве административных ответчиков привлечены Управление Федеральной службы исполнения наказаний по Мурманской области (далее – УФСИН России по Мурманской области), Федеральное казенное учреждение здравоохранения «Медико-санитарная часть № 51 Федеральной службы исполнения наказаний» (далее – ФКУЗ МСЧ-51), председатель ликвидационной комиссии ФКУ КП № 20 УФСИН России по Мурманской области ФИО2, в качестве заинтересованных лиц к участию в деле привлечены Министерство финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Мурманской области и ФКУ КП № 24 УФСИН России по Мурманской области.

Представитель административного ответчика ФКУ КП № 20 УФСИН России по Мурманской области, УФСИН России по Мурманской области ФИО3 в судебном заседании возражал против удовлетворения требований по доводам, изложенным в возражениях.

Председатель ликвидационной комиссии ФКУ КП № 20 УФСИН России по Мурманской области ФИО2, Министерство финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Мурманской области, ФКУ КП № 24 УФСИН России по Мурманской области будучи надлежащим образом извещенными о дате, месте и времени судебного заседания, в суд не явились, своих представителей не направили.

Административный ответчик ФСИН России, извещенный надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание своего представителя не направил, причины неявки не сообщил, возражений на иск не представил.

Представитель ФКУЗ МСЧ-51 в судебное заседание не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие, возражал против удовлетворения требований по доводам, изложенным в возражениях.

Суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся в судебное заседание лиц, поскольку их неявка, в силу статей 150-152, части 6 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, не является препятствием к разбирательству дела.

В части заявленного административным истцом ходатайства о восстановлении пропущенного срока на обращение в суд с настоящим иском суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1.1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, если настоящим Кодексом или другим федеральным законом не установлено иное, административное исковое заявление об оспаривании бездействия органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа либо организации, наделенной отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего может быть подано в суд в течение срока, в рамках которого у указанных лиц сохраняется обязанность совершить соответствующее действие, а также в течение трех месяцев со дня, когда такая обязанность прекратилась.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе право на доступ к правосудию (статья 46 Конституции Российской Федерации), право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (пункт 2), а, проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности (пункт 12).

Отказ в удовлетворении административного иска только по мотиву пропуска процессуального срока обращения в суд без установления иных обстоятельств, предусмотренных частью 9 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, может фактически повлечь отказ в защите нарушенного права без проверки законности оспариваемого бездействия.

Из приведенных законоположений следует обязанность суда первой инстанции при решении вопроса о пропуске срока обращения в суд в порядке главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации выяснять причины такого пропуска.

В силу части 7 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации пропущенный по уважительной причине срок подачи административного искового заявления может быть восстановлен судом, за исключением случаев, если его восстановление не предусмотрено настоящим Кодексом.

Кроме того, согласно пунктам 2 и 4 статьи 3 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации задачами административного судопроизводства являются защита нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, укрепление законности и предупреждение нарушений в сфере административных и иных публичных правоотношений.

Одним из принципов административного судопроизводства являются законность и справедливость при рассмотрении и разрешении административных дел, которые обеспечиваются не только соблюдением положений, предусмотренных законодательством об административном судопроизводстве, точным и соответствующим обстоятельствам административного дела правильным толкованием и применением законов и иных нормативных правовых актов, в том числе регулирующих отношения, связанные с осуществлением государственных и иных публичных полномочий, но и получением гражданами судебной защиты путем восстановления их нарушенных прав и свобод (пункт 3 статьи 6, статья 9 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Как следует из пояснений, данных административным истцом в судебном заседании, заявленные нарушения прав стали ему известны в апреле 2024 года, после чего он незамедлительно обратился с иском в суд.

Согласно сведениям ИЦ УМВД по Мурманской области о судимостях ФИО1 последний после освобождения 17 марта 2011 года неоднократно отбывал наказания в виде лишения свободы: с 21.11.2011 по 15.06.2015, с 16.11.2021 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Принимая во внимание факт нахождения ФИО1 в условиях изоляции от общества и отсутствия возможности своевременно получать информацию, в том числе, знакомиться с нормативно-правовыми актами, учитывая, что после получения информации о возможных нарушениях он незамедлительно обратился в суд с настоящим иском, суд полагает возможным в порядке, предусмотренном частью 6 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, признать причины пропуска срока уважительными и удовлетворить требование административного истца о его восстановлении.

Заслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, суд находит иск не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

В силу положений статьи 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (Рим, 4 января 1950 года) и части 2 статьи 21 Конституции Российской Федерации никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Согласно статье 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Права и свободы человека и гражданина согласно статье 18 Конституции РФ являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

Частью 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации определено, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В соответствии с частью 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном главой 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний. При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации (части 1, 2 статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

Частью 3 статьи 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации установлено, что администрация исправительных учреждений несет ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных.

В соответствии с пунктами 4, 6 Положения о Федеральной службе исполнения наказания (ФСИН России), утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 г. № 1314, одними из основных задач ФСИН России являются: обеспечение правопорядка и законности в учреждениях, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы или в виде принудительных работ (далее - учреждения, исполняющие наказания), и в следственных изоляторах, обеспечение безопасности содержащихся в них осужденных, лиц, содержащихся под стражей, а также работников уголовно-исполнительной системы Российской Федерации (далее - уголовно-исполнительная система), должностных лиц и граждан, находящихся на территориях этих учреждений и следственных изоляторов; создание осужденным и лицам, содержащимся под стражей, условий содержания, соответствующих нормам международного права, положениям международных договоров Российской Федерации и федеральных законов.

Согласно частям 1 и 2 статьи 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение. Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

В соответствии со статьей 13 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 г. № 5473-I «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» учреждения, исполняющие наказания, обязаны создавать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях, обеспечивать охрану здоровья осужденных, осуществлять деятельность по развитию своей материально-технической базы и социальной сферы.

В соответствии с пунктом 3 статьи 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации администрация исправительных учреждений несет ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных.

Основные положения материально-бытового обеспечения осужденных регламентируются статьей 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации.

Судом установлено и из материалов административного дела следует, что ФИО1 отбывал наказание в виде лишения свободы в исправительной колонии ФКУ КП № 20 УФСИН России по Мурманской области с 02 сентября 2008 года по 20 сентября 2009 года, с 23 ноября 2009 года по 17 марта 2011 года. Убывал для прохождения лечения 20 сентября 2009 года в больницу ИК-18, затем 08 ноября 2009 года – в СИЗО-1.

Согласно пояснениям ФИО1, данным в судебном заседании, он проживал до середины 2009 года в отряде № 6, далее по март 2011 года – в отряде № 1. В связи с уничтожением личного дела по истечении срока хранения, административный ответчик подтвердить или опровергнуть данные сведения суду не смог. Согласно представленной ответчиком справке отряд № 6 располагается в здании общежития № 2 по улице Магистральная, строение № 4, отряд № 1 - в здании общежития № 6/2 по улице Магистральная, строение № 2.

В период с 12 апреля 2005 года в соответствии с приказом ФСИН России от 01 апреля 2005 года № <номер> учреждение именовалось ФГУ ИК №20 УФСИН России по Мурманской области, согласно приказу ФСИН России от 28 марта 2008 года № <номер> переименовано в ФБУ ИК №20 УФСИН России по Мурманской области, в соответствии с приказом <номер> от 31 марта 2011 года – ФКУ ИК №20 УФСИН по Мурманской области, согласно приказу <номер> от 27 марта 2017 года – ФКУ КП №20 УФСИН России по Мурманской области.

Согласно копии технического паспорта, составленного по состоянию на 28 февраля 1989 года, общежитие № 2 построено в 1976 году, горячее водоснабжение централизованное. Туалетные комнаты размещены отдельно от умывальных и спальных помещений. Из представленной экспликации строения № 4 следует, что туалетная комната первого и второго этажей представляет собой отдельное помещение (изолированное дверью), со значительной удаленностью от спального помещения.

Согласно копии технического паспорта, составленного по состоянию на 04 июля 2009 года, общежитие № 2 построено в 1976 году, горячее водоснабжение отсутствует. Туалетные комнаты размещены отдельно от умывальных и спальных помещений. Из представленной экспликации строения № 4 следует, что туалетная комната первого и второго этажей представляет собой отдельное помещение (изолированное дверью), со значительной удаленностью от спального помещения

В связи с неиспользованием данного строения, в настоящее время общежитие № 2 законсервировано, имущество отряда демонтировано и сдано на склад.

Согласно копии технического паспорта, составленного по состоянию на 13 января 2009 года, здание общежития, расположенное в строении № 2 по улице Магистральная, д.95 (Лит А) в п.г.т. Зеленоборский Кандалакшского р-на, Мурманской обл., построено в 1987 году, группа капитальности I, горячее водоснабжение централизованное.

Административный истец также утверждает об отсутствии горячей воды в умывальниках отрядов № 1 и № 6, что препятствовало надлежащему проведению гигиенических процедур и привело к нарушению его прав.

Представитель административного ответчика в указанной части не оспаривал факт отсутствия коммуникаций горячего водоснабжения. Сослался на то обстоятельство, что при проектировании здания подводка горячей воды в отрядах предусматривалась, однако впоследствии в связи с ее неисправностью общежитие было отключено от централизованного горячего водоснабжения. Вместе с тем, возражая против нарушения прав истца, ответчик указал на обеспечение осужденных горячей водой в умывальниках путем нагрева воды электротитанами.

Согласно части 5 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации при рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

Согласно правовой позиции, изложенной в пунктах 2, 3, 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц.

О наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать в числе прочих и невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены.

В то же время при разрешении административных дел суды могут принимать во внимание обстоятельства, соразмерно восполняющие допущенные нарушения и улучшающие положение лишенных свобод лиц (например, незначительное отклонение от установленной законом площади помещения в расчете на одного человека может быть восполнено созданием условий для полезной деятельности вне помещений, в частности для образования, спорта и досуга, труда, профессиональной деятельности).

В силу пунктов 19.2.1 и 19.2.5 Свода Правил 308.1325800.2017 «Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования», утвержденного приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 20 октября 2017 года N 1454/пр, здания исправительных учреждений должны быть оборудованы горячим водоснабжением согласно требованиям СП 30.13330, СП 31.13330, СП 32.13330, СП 118.13330, а также действующим нормативным документам. Подводку горячей воды следует предусматривать к санитарным приборам, требующим обеспечения горячей водой (умывальникам, раковинам, мойкам (ваннам), душевым сеткам и т.п.).

Требования о подводке горячей воды к умывальникам и душевым установкам во всех зданиях были предусмотрены ранее действующей Инструкцией по проектированию исправительных учреждений и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации, утвержденной Приказом Минюста России от 2 июня 2003 года <номер>-дсп, признанной утратившей силу Приказом Минюста России от 22 октября 2018 года <номер>-дсп, а также в соответствии с требованиями СНиП 2.04.01-85, 2.04.02-84, 208.02 -89, ВСН 01-89, ВСН 15-89.

С учетом приведенных выше положений законодательства обеспечение помещений исправительных учреждений горячим водоснабжением является обязательным.

По смыслу приведенных законоположений и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации компенсаторный механизм присуждения компенсации за нарушение условий содержания, в числе прочего ввиду невозможности осужденным поддержания в удовлетворительной степени личной гигиены в связи с отсутствием горячего водоснабжения, подведенного к умывальникам в отряде в конкретный период, не безусловен, а возможен при наличии доказательств, свидетельствующих о бесчеловечном и унижающем достоинство обращении с осужденным и отсутствии доказательств соразмерно восполняющих допущенные нарушения.

Административный ответчик, возражая относительно заявленных административных требований в ходе рассмотрения настоящего дела, указывает на отсутствие нарушения прав осужденного ввиду того, что отсутствие горячего водоснабжения в учреждении обусловлено отсутствием системы централизованного горячего водоснабжения в отрядах. Вместе с тем, горячее водоснабжение в отрядах 1,6 обеспечено за счет нагрева холодной воды в накопительных бойлерах (электронагревателях), которые были установлены в соответствующем помещении и использовались для умывания осужденных. Кроме того, осужденным было обеспечено еженедельное принятие горячей бани в банно-прачечном комплексе, что также не оспаривалось административным истцом.

В подтверждение доводов ответчиком представлена суду инвентарная карточка группового учета нефинансовых активов <номер>, из которой следует, что 05.04.2006 в Учреждении введены в эксплуатацию электронагревательные приборы, в том числе в отряды № 1,6. По утверждению представителя административного ответчика, указанные электронагревательные приборы до консервации здания были установлены, в том числе в умывальной отрядов № 1, 6 ИК № 20, и обеспечивали подачу в умывальники горячей воды осужденным, содержащимся в общежитии в отрядах № 1, 6. Оснований не доверять представленному суду документу не имеется. Согласно представленной фотографии умывальной комнаты, сделанной в период функционирования отряда № 6, факт установки электротитана нашел свое подтверждение.

Инвентарная карточка — это специальный учетный документ, предназначенный для отражения поступления, движения и выбытия основных средств в бухучете, а с учетом даты событий, которые заявлены административным истцом, сроков хранения учетных документов, суд признает сведения, содержащиеся в представленной карточке, достоверными и достаточными для подтверждения позиции ответчика. Кроме того, приходя к такому выводу, суд в совокупности оценивает и представленные фотографии умывальной комнаты отряда № 6.

Оснований ставить под сомнение наличие электронагревательных приборов в заявленный административным истцом период при фактическом их наличии и принятии к учету 31.12.2004, сведений о введении в эксплуатацию у суда не имеется.

Таким образом, суд приходит к выводу о наличии достаточных доказательств, что исправительным учреждением предпринимались все необходимые меры по устранению недостатков и обеспечении административного истца горячей водой в период содержания его в исправительном учреждении в отрядах № 1, № 6.

Доводы административного истца о низком напоре воды не могут быть приняты судом во внимание, поскольку по утверждению истца указанное им нарушение не имело постоянного характера. При этом с учетом периода отбывания наказания истцом в ИК-20, уничтожения документации Учреждения, невозможности установить период пребывания истца в том или ином отряде учреждения высказаться о допущенных нарушениях не представляется возможным.

Суд критично относится к показаниям свидетелей ФИО4 и ФИО5, поддержавших позицию административного истца, поскольку данные свидетели являются заинтересованными лицами по делу, а их показания в совокупности опровергаются представленными ответчиком доказательствами. ФИО4 пояснил, что в Учреждении отбывал наказание с 2006 года по 2009 год, содержался в отряде № 4, свидетель ФИО5 отбывал наказание в ИК-20 в период с 2008 по 2010 годы, с 2006 по 2009 годы отбывал наказание в 6 отряде, с 2009 по 2010 годы – в 1 отряде. Административный истец заявляет требования о допущенных нарушениях за период с 2008 по 2011 годы в отрядах 1 и 6. При этом документального подтверждения отбывания наказания истцом именно в указанных отрядах в ходе рассмотрения дела не добыто. По указанным доводам суд не кладет в основу показания, данные свидетелями ФИО4 и ФИО5

Административный истец также указывает на допущенные ответчиком нарушения санитарно-эпидемиологических норм и правил в части распространения в исправительном учреждении чесоточного клеща.

Представитель административного ответчика, отрицая наличие клещей в помещениях колонии в спорный период, указал, что в соответствии с Приказом Минюста от 17.07.2001 № 218 «Об утверждении Положения о порядке осуществления государственного санитарно-эпидемиологического надзора на объектах уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации» на постоянной основе осуществлялся госсанэпиднадзор учреждениями санитарно-гигиенического и эпидемиологического профиля УИС Минюста РФ. Дератизация и дезинсекция в учреждении была организована не реже одного раза в год, услуги проводились специализированной организацией на возмездной основе. В настоящее время представить копии заключенных учреждением договоров за спорный период на оказание услуг по дератизации, дезинсекции, дезинфекции не представляется возможным ввиду уничтожения по сроку хранения номенклатурных дел группы коммунально-бытового интендантского и хозяйственного обеспечения «договоры, соглашения», о чем в дело представлена соответствующая справка канцелярии.

В подтверждение своей позиции ответчик предоставляет сохранившиеся сведения из журналов о заключении соответствующих договоров в 2011, 2012 годах.

Суд не находит оснований для установления факта наличия в спорный период в помещениях колонии клещей, так как объективные доказательства этому отсутствуют, а дератизация и дезинсекция в учреждении в спорный период времени была организована в соответствии с санитарно-эпидемиологическими требованиями.

Учитывая в совокупности также отсутствие жалоб по указанным обстоятельствам со стороны осужденных в спорный период, отсутствие выявленных надзирающим прокурором нарушений законодательства в жилищно-коммунальной сфере и сфере санитарно-эпидемиологического благополучия населения, суд полагает доводы истца о ненадлежащих условиях для осуществления гигиенических процедур, комфортного приема пищи, мытья посуды ввиду отсутствия горячего водоснабжения, низкого напора холодной воды и, как следствие, возникновение чесоточного клеща и переохлаждения не обоснованными.

Заявляя требование о взыскании денежной компенсации за ненадлежащие условия содержания, истец указывает на отсутствие горячей воды, вследствие чего он переохладился, что повлекло ухудшение состояния его здоровья, выразившееся в снижении иммунитета.

В соответствии с частью 6 статьи 12 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные имеют право на охрану здоровья, включая получение первичной медико-санитарной и специализированной медицинской помощи в амбулаторно-поликлинических или стационарных условиях в зависимости от медицинского заключения.

Обязанность по обеспечению охраны здоровья осужденных возложена на учреждения, исполняющие наказания (пункт 4 статьи 13 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года N 5473-I «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы»).

В силу статьи 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации в уголовно-исполнительной системе для медицинского обслуживания осужденных организуются лечебно-профилактические учреждения (больницы, специальные психиатрические и туберкулезные больницы) и медицинские части, а для содержания и амбулаторного лечения осужденных, больных открытой формой туберкулеза, алкоголизмом и наркоманией, - лечебные исправительные учреждения.

Согласно с частями 1 и 3 статьи 26 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее Закон об основах охраны здоровья граждан, Федеральный закон № 323-ФЗ) лица, задержанные, заключенные под стражу, отбывающие наказание в виде ограничения свободы, ареста, лишения свободы или административного ареста, имеют право на оказание медицинской помощи, в том числе в необходимых случаях в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения, в соответствии с законодательством Российской Федерации. При невозможности оказания медицинской помощи в учреждениях уголовно-исполнительной системы лица, заключенные под стражу или отбывающие наказание в виде лишения свободы, имеют право на оказание медицинской помощи в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения, а также на приглашение для проведения консультаций врачей-специалистов указанных медицинских организаций в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, за счет бюджетных ассигнований федерального бюджета, предусмотренных на эти цели федеральному органу исполнительной власти, осуществляющему правоприменительные функции, функции по контролю и надзору в сфере исполнения уголовных наказаний в отношении осужденных.

Положениями статьи 2 Закона об основах охраны здоровья граждан определено, что под медицинской помощью понимается комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; под лечением- комплекс медицинских вмешательств, выполняемых по назначению медицинского работника, целью которых является устранение или облегчение проявлений заболевания или заболеваний либо состояний пациента, восстановление или улучшение его здоровья, трудоспособности и качества жизни.

В пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что при рассмотрении административных дел, связанных с непредоставлением или ненадлежащим оказанием лишенному свободы лицу медицинской помощи, судам с учетом конституционного права на охрану здоровья и медицинскую помощь следует принимать во внимание законодательство об охране здоровья граждан, а также исходить из того, что качество необходимого медицинского обслуживания, предоставляемого в местах принудительного содержания, должно быть надлежащего уровня с учетом режима мест принудительного содержания и соответствовать порядкам оказания медицинской помощи, обязательным для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, и стандартам медицинской помощи.

Из материалов дела следует, что с 20 сентября 2009 года до 27 октября 2009 года ФИО1 был госпитализирован в больницу ИК-18 для прохождения лечения. То есть материалами дела подтверждено оказание ФИО1 лечения в условиях стационара, что соответствует вышеуказанным требованиям закона и принятии ответчиком мер для оказания ему медицинской помощи.

Как пояснил в судебном заседании административный истец, у него имелось хроническое заболевание <данные изъяты>, и в связи с переохлаждением, при отсутствии горячего водоснабжения, на фоне снижения иммунитета у него ухудшилось состояние здоровья.

Выражая несогласие с требованиями истца в данной части, административный ответчик ссылается на уничтожение медицинской документации (журналов), выписки из истории болезни.

Учитывая выводы суда об обеспечении осужденных горячей водой в спорный период, принятые ответчиком компенсационные меры, при наличии у административного истца тяжелого хронического заболевания – <данные изъяты>, характеризующегося, в том числе снижением иммунитета, суд не находит обоснованными доводы истца об ухудшении его состояния здоровья вследствие отсутствия горячего водоснабжения.

С учетом вышеизложенных обстоятельств, а также отсутствием жалоб со стороны осужденных лиц в спорный период, применяемых мерах ответчиком суд приходит к выводам, что существенных нарушений условий содержания Учреждением не было допущено.

Принимая решение, суд учитывает сведения, предоставленные Государственным областным казенным учреждением «Государственный архив Мурманской области», об отсутствии актов прокурорского реагирования в связи с нарушениями, заявленными административным истцом, а также представленные докладные записки надзирающей за исправительным учреждением прокуратурой об отсутствии в период с 2008 по 2011 годы нарушений прав осужденных в жилищно-коммунальной сфере, а также медицинского обеспечения по предмету судебного разбирательства.

Частью 3 статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации регламентировано, что обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения административного дела, определяются судом в соответствии с нормами материального права, подлежащими применению к спорным публичным правоотношениям, исходя из требований и возражений лиц, участвующих в деле. При этом суд не связан основаниями и доводами заявленных требований по административным делам об оспаривании нормативных правовых актов, решений, действий (бездействия), соответственно принятых или совершенных органами государственной власти, органами местного самоуправления, иными органами и организациями, наделенными отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностными лицами, государственными или муниципальными служащими, а также по административным делам о защите избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации.

В ходе рассмотрения дела обстоятельств, свидетельствующих о жестоком и бесчеловечном обращении в отношении ФИО1, нарушении его прав и свобод, включая право на уважение достоинства и личности, гарантированное статьей 21 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Конвенции о защите основных прав и свобод, не установлено.

С учетом изложенного в удовлетворении административного иска ФИО1 о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в ФКУ КП-20 УФСИН России по Мурманской области надлежит отказать.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 180, 227.1, 228 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

решил:

В удовлетворении административного иска ФИО1 к ФКУ КП № 20 УФСИН России по Мурманской области, УФСИН России по Мурманской области, председателю ликвидационной комиссии ФКУ КП № 20 УФСИН России по Мурманской области ФИО2, ФКУЗ «Медико-санитарная часть № 51 Федеральной службы исполнения наказаний», ФСИН России об оспаривании действий (бездействий), выразившихся в нарушении условий содержания в исправительном учреждении, и взыскании компенсации в сумме 250 000 рублей отказать.

Решение может быть обжаловано в Мурманском областном суде через Кандалакшский районный суд Мурманской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в течение шести месяцев со дня его вступления в законную силу при условии, что были исчерпаны иные установленные Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации способы обжалования судебного акта до дня вступления его в законную силу.

Судья: подпись И.В. Каторова

Копия верна. Судья И.В. Каторова