Апелляционное определение № 33-1056/2025 от 16 декабря 2025 г.

Судья Бембеева Н.Н. дело № 33-1056/2025

2-2214/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

17 декабря 2025 г. г. Элиста

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Калмыкия в составе:

председательствующего Басангова И.В.

судей Гонеевой Б.П.

Басангова Н.А.

при секретаре Манджиевой Е.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Калмыкия к ФИО2 о взыскании переплаты пенсии по случаю потери кормильца и федеральной социальной доплаты к пенсии по апелляционной жалобе представителя истца ФИО1 на решение Элистинского городского суда Республики Калмыкия от 18 августа 2025 г.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Республики Калмыкия Басангова Н.А., судебная коллегия

установила:

Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Калмыкия (далее – ОСФР по Республике Калмыкия, пенсионный орган) обратилось в суд с указанным иском, мотивируя свои требования следующим.

ФИО2 являлся получателем социальной пенсии по случаю потери кормильца и федеральной социальной доплаты к пенсии. С 1 сентября 2019 г. он обучался по очной форме обучения в Федеральном государственном образовательном учреждении высшего образования «Ростовский государственный медицинский университет» Министерства здравоохранения Российской Федерации. Из указанного образовательного учреждения он был отчислен 2 ноября 2021 г. О своем отчислении он не сообщил и незаконно получил пенсию по случаю потери кормильца и федеральную социальную доплату к пенсии на общую сумму 406558,7 руб. за период с 1 декабря 2021 г. по 4 марта 2025 г.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, пенсионный орган просил взыскать с ФИО2 406558,7 руб.

Решением Элистинского городского суда Республики Калмыкия от 18 августа 2025 г. исковые требования ОСФР по Республике Калмыкия оставлены без удовлетворения.

В апелляционной жалобе представитель истца ФИО1 просила решение суда отменить, исковые требований удовлетворить, ссылаясь на доводы, изложенные в исковом заявлении. Также указала, что вывод суда об отсутствии недобросовестности со стороны ответчика является неправомерным, поскольку ФИО2 был предупрежден о необходимости извещать истца о наступлении обстоятельств, влекущих прекращение выплаты пенсии.

Представитель Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Калмыкия и ответчик ФИО2 о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены своевременно и в надлежащей форме, в судебное заседание не явились.

В силу части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции счел возможным рассмотреть дело в отсутствие сторон.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, на основании заявления о выплате пенсии от 15 мая 2019 г. ФИО2 являлся получателем пенсии по случаю потери кормильца и федеральной социальной доплаты к пенсии.

ФИО2 с 1 сентября 2019 г. зачислен на 1 курс очной формы обучения лечебно-профилактического факультета Федерального государственного образовательного учреждения высшего образования «Ростовский государственный медицинский университет» Министерства здравоохранения Российской Федерации.

19 марта 2020 г. ФИО2 подано заявление о возобновлении выплаты пенсии по потере кормильца.

Приказом от ДД.ММ.ГГГГ №-ЛС ФИО2 отчислен из университета.

25 марта 2025 г. истец направил ответчику уведомление о выявлении излишне выплаченных сумм пенсии и необходимости внесении на счет пенсионного органа 406558,7 руб.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из отсутствия доказательств недобросовестности со стороны ответчика при получении пенсии.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Калмыкия соглашается с указанными выводами суда, поскольку они соответствуют требованиям материального закона и фактическим обстоятельствам дела.

Согласно пп. 3 п. 1 ст. 11 Федерального закона от 15 декабря 2001 г. № 166-ФЗ "О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации" (в редакции, действовавшей в период возникновения спорных правоотношений) (далее Федеральный закон от 15 декабря № 166-ФЗ) право на социальную пенсию в соответствии с настоящим Федеральным законом имеют постоянно проживающие в Российской Федерации дети в возрасте до 18 лет, а также старше этого возраста, обучающиеся по очной форме по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет, потерявшие одного или обоих родителей, и дети умершей одинокой матери.

Статьей 13 Федерального закона от 15 декабря № 166-ФЗ определено, что при назначении пенсии по случаю потери кормильца по государственному пенсионному обеспечению применяются нормы Федерального закона "О страховых пенсиях", регулирующие порядок и условия назначения пенсии по случаю потери кормильца семьям безвестно отсутствующих лиц, усыновленным, усыновителям, пасынкам, падчерицам, отчимам, мачехам, порядок и условия признания члена семьи состоявшим на иждивении погибшего (умершего) кормильца и иные вопросы, связанные с пенсионным обеспечением членов семей умерших, если иные нормы не установлены настоящим Федеральным законом.

Согласно ст. 10 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ "О страховых пенсиях" (в редакции, действовавшей в период возникновения спорных правоотношений) (далее – Федеральный закон от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ) право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке). Одному из родителей, супругу или другим членам семьи, указанным в пункте 2 части 2 настоящей статьи, указанная пенсия назначается независимо от того, состояли они или нет на иждивении умершего кормильца. Семья безвестно отсутствующего кормильца приравнивается к семье умершего кормильца, если безвестное отсутствие кормильца удостоверено в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца признаются дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца, не достигшие возраста 18 лет либо достигшие возраста 18 лет и завершившие обучение по основным образовательным программам основного общего или среднего общего образования в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, на период до 1 сентября года, в котором завершено указанное обучение (далее также - дети, достигшие возраста 18 лет и завершившие обучение), а также дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца, обучающиеся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, в том числе в иностранных организациях, расположенных за пределами территории Российской Федерации, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет или дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца старше этого возраста, если они до достижения возраста 18 лет стали инвалидами. При этом братья, сестры и внуки умершего кормильца признаются нетрудоспособными членами семьи при условии, что они не имеют трудоспособных родителей.

В соответствии с п. 1 ч. 3 ст. 25 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ выплата страховой пенсии прекращается в случае утраты пенсионером права на назначенную ему страховую пенсию (обнаружения обстоятельств или документов, опровергающих достоверность сведений, представленных в подтверждение права на указанную пенсию, истечения срока признания лица инвалидом, приобретения трудоспособности лицом, получающим пенсию по случаю потери кормильца, поступления на работу (возобновления иной деятельности, подлежащей включению в страховой стаж) лиц, предусмотренных пунктом 2 части 2 статьи 10 настоящего Федерального закона, и в других случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации) - с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором обнаружены указанные обстоятельства или документы, либо истек срок инвалидности, либо наступила трудоспособность соответствующего лица.

Согласно ч. 5 ст. 26 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ пенсионер обязан извещать орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии и размера повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии или прекращение (продление) их выплаты, в том числе об изменении места жительства, не позднее следующего рабочего дня после наступления соответствующих обстоятельств.

В силу частей 1 и 2 статьи 28 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ физические и юридические лица несут ответственность за достоверность сведений, содержащихся в документах, представляемых ими для установления и выплаты страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), а работодатели, кроме того, - за достоверность сведений, представляемых для ведения индивидуального (персонифицированного) учета в системах обязательного пенсионного страхования и обязательного социального страхования. В случае, если представление недостоверных сведений или несвоевременное представление сведений, предусмотренных частью 5 статьи 26 настоящего Федерального закона, повлекло за собой перерасход средств на выплату страховых пенсий, фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), виновные лица возмещают Фонду пенсионного и социального страхования Российской Федерации причиненный ущерб в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Согласно п. 1 ст. 1102 Гражданского кодекса РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного кодекса.

В силу положений пп. 3 ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки.

Добросовестность гражданина (получателя спорных денежных средств) презюмируется, следовательно, бремя доказывания недобросовестности гражданина, получившего названные в данной норме виды выплат, лежит на стороне, требующей возврата излишне выплаченных денежных сумм.

При разрешении настоящего спора судом первой инстанции учтены вышеуказанные нормы права, а также позиция Конституционного Суда РФ, изложенная в Постановлении от 26 февраля 2018 г. № 10-П, согласно которой содержащееся в главе 60 Гражданского кодекса РФ правовое регулирование обязательств вследствие неосновательного обогащения представляет собой, по существу, конкретизированное нормативное выражение лежащих в основе российского конституционного правопорядка общеправовых принципов равенства и справедливости в их взаимосвязи с получившим закрепление в Конституции Российской Федерации требованием о недопустимости осуществления прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц (часть 3 статьи 17); соответственно, данное правовое регулирование, как оно осуществлено федеральным законодателем, не исключает использование института неосновательного обогащения за пределами гражданско-правовой сферы и обеспечение с его помощью баланса публичных и частных интересов, отвечающего конституционным требованиям.

Как обоснованно указал суд, истцом не представлено допустимых и достоверных доказательств наличия в действиях ответчика недобросовестности при получении пенсии по случаю потери кормильца.

Заявление ответчика от 19 марта 2020 г. о назначении пенсии по случаю потери кормильца с указанием на обязанность сообщить в однодневный срок в пенсионный орган о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера пенсии или ее прекращение, не содержит ссылку на такое событие, влекущее прекращение выплаты пенсии, как прекращение обучения.

При таких обстоятельствах судебная коллегия оснований для отмены решения суда и удовлетворения апелляционной жалобы не находит.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Калмыкия

определила:

решение Элистинского городского суда Республики Калмыкия от 18 августа 2025 г. оставить без изменения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 19 декабря 2025 г.

Председательствующий И.В. Басангов

Судьи Б.П. Гонеева

Н.А. Басангов