Апелляционное определение № 22-436/2026 от 24 марта 2026 г.

Судья Конева В.В. 76RS0017-01-2024-001899-71 Дело №22-436


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г.Ярославль 25 марта 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Ярославского областного суда в составе: председательствующего Предко И.П.,

судей Барашкова В.В. и Тимофеева Е.Н.,

при помощнике судьи Шапошниковой Е.В.,

с участием прокурора Погуляева И.В.,

осужденного ФИО35, его защитника Строиловой Е.А.,

представителя потерпевшего НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ1 ФИО1,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя и апелляционную жалобу защитника Строиловой Е.А. на приговор Ярославского районного суда Ярославской области от 15 декабря 2025 года, которым

ФИО35, ПЕРСОНАЛЬНЫЕ ДАННЫЕ, несудимый,

осужден по ч. 4 ст. 159 УК РФ к 5 годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Постановлено избрать в отношении ФИО35 меру пресечения в виде заключения под стражу, взяв его под стражу в зале суда.

Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу. Постановлено в него зачесть время содержания ФИО35 под стражей с 13 по 14 июня 2023 года, а также с 15 декабря 2025 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Постановлено сохранить меру процессуального принуждения по постановлению Ярославского районного суда Ярославской области от 22 июня 2023 года - арест на имущество, принадлежащее ФИО35: денежные средства в сумме 550 200 рублей; 2 170 Евро; мобильный телефон марки «IPhone» IMEI/MEID:....

Решена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Тимофеева Е.Н., прокурора и представителя потерпевшего в поддержание представления, а также осужденного и его защитника в поддержание доводов жалобы, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО35 осужден за мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере. Преступление совершено в Ярославской области в период 2019 – 2020 годов при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

При рассмотрении дела судом первой инстанции ФИО35 вину не признал.

Государственный обвинитель в апелляционном представлении просит приговор отменить, вынести по делу новый обвинительный приговор с усилением наказания. Ссылаясь на ст.ст. 46, 60 УК РФ и ст. 297 УПК РФ автор указал, что «ссылка суда об учете мотивов совершенного преступления... не соответствует приведенной формулировке критериев», а кроме того, суд не указал, что «принимает во внимание наличие правильно установленных» смягчающих обстоятельств. Установив должностное положение и функции ФИО35, суд не назначил ему ни один из видов дополнительных наказаний, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ. При этом, наказание в виде штрафа применяется за преступления, в основе которых прослеживается очевидный корыстный либо имущественный интерес, а финансовое положение ФИО35 и его семьи с учетом арестованного имущества не исключает возможность исполнения наказания в виде штрафа. Неблагоприятные матариальные последствия для осужденного представляются прокурору справедливой дополнительной мерой ответственности за деяние, совершенное в целях личного обогащения. В противном случае сохранение ареста имущества в отсутствие оснований для конфискации и исковых требований противоречит процессуальным требованиям.

Автор настаивает, что и лишение права заниматься определенной деятельностью также является эффективным наказанием за использование лицом своего служебного положения, поскольку он таковым пользовался в процессе завладения имуществом НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ1, а отсутствие соответствующих полномочий исключило бы возможность такого обогащения.

С учетом изложенного, автор предлагает лишить ФИО35 права заниматься деятельностью, связанной с осуществлением в коммерческих организациях организационно – распорядительных и административно – хозяйственных полномочий, что предупредит совершение им новых преступлений после освобождения.

Защитником принесены возражения на апелляционное представление, в которых указано на отсутствие оснований для его удовлетворения.

Защитник Строилова Е.А. в апелляционной жалобе просит приговор и принятые промежуточные решения отменить, вынести в отношении ФИО35 оправдательный приговор, отменив избранную в отношении него меру пресечения.

Цитируя установленные обстоятельства содеянного и позицию осужденного об отсутствии события преступления, ссылаясь на положения Конституции РФ, УПК РФ и иных нормативно – правовых актов, выдержки из постановлений Пленумов ВС РФ, автор заявляет о следующих нарушениях, приведших к судебной ошибке при вынесении обвинительного приговора.

Несмотря на содержащиеся в приговоре выводы об обратном, он вынесен судом, которому рассматриваемое дело не подсудно. Так, денежные средства по договору поставки станции очистки были перечислены на расчетный счет её поставщика в Самаре, а способ завладения и распоряжения ими ФИО35 не описан, имеется лишь ссылка о дальнейшем перчсилении НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ2 своим контрагентам с того же расчетного счета денежных сумм, кратно превышающих похищенное. Автор делает вывод, что поскольку мошенничество признается оконченным с момента, когда ФИО35 получил возможность пользоваться и распоряжаться похищенными денежными средствами, поступившими на расчетный счет в банке, открытый в ... районе г. Самары, то дело подсудно именно соответствующему суду. Ходатайства об изменении подсудности заявлялись как в предварительном слушании, так и в судебном заседании. Однако, в их удовлетворении отказано со ссылкой на определение подсудности постановлением Ярославского областного суда от 30 января 2025 года об отмене решения о возвращении уголовного дела прокурору, но, по мнению автора жалобы, вопрос о подсудности дела указанным судом не разрешался. Не согласна автор и с решением заместителя прокурора области о направлении уголовного дела именно в Ярославский районный суд, т.к. исходя из доводов апелляционного представления, он был осведомлен о подсудности дела именно в Самаре.

Указала автор и на то, что постановление Ярославского областного суда от 8 октября 2024 года об отмене постановления о направлении дела в суд Ленинского района г.Ярославля от 8 июля 2024 года также не определяет его территориальную подсудность, поскольку дело было лишь возвращено на новое разбирательство со стадии подготовки к судебному заседанию. Далее по результатам предварительного слушания 22 ноября 2024 года и было принято решение о возвращении дела прокурору, в котором не были отражены решения по заявленным ходатайствам о необходимости рассмотрения дела в Самаре и, как указано выше, при его отмене суд апелляционной инстанции также не рассматривал данный вопрос. Автор делает вывод, что разрешение дела судом, которому оно не подсудно, является безусловным основанием для отмены приговора.

Далее излагая собственную оценку рассматриваемых событий, защитник полагает, что имеют место гражданско – правовые отношения между поставщиком станции очистки фильтрата полигона ТКО НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ2 и НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ1 в виде спора относительно причин некорректной работы установленного оборудования стоимостью 82 300 000 рублей, что закончилось решением Арбитражного суда от 12 декабря 2022 года, которым определено возвратить станцию поставщику и взыскать с него в пользу заказчика указанную денежную сумму и иные расходы. Суд сослался и на возможность заявления НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ2 иска к ФИО35, поскольку якобы в соответствии с его указаниями производились перечисления на им же контролируемые расчетные счета иных лиц, с чем защитник не согласна. Ссылаясь на справку № о движении денежных средств по расчетному счету НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ2 после поступления оплаты от НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ1, цитируя её содержание в части поступления и перечисления различных сумм между разными субъектами хозяйственной деятельности, автор просит учесть, что данный документ не содержит сведений о хищении денежных средств ФИО35, поскольку отражает лишь расчеты между различными хозяйствующими субъектами и суд не мог ссылаться на справку как на доказательство вины. При этом, суд предпринимал попытку вернуть дело прокурору, поскольку не установлены место, время и способ распоряжения ФИО35 похищенными денежными средствами, т.е. окончание мошеннических действий, однако, соответствующее решение было отменено и далее отказано в удовлетворении ходатайства о возвращении дела, с чем защитник не согласна. Не установлены никакие обстоятельства, связанные со счетами, якобы контролируемыми осужденным, т.е. не известен даже размер денежных средств, похищенных им.

Защитой как в период расследования дела, так и в судебном заседании неоднократно заявлялись ходатайства об изъятии необходимых и перечисленных в жалобе документов, связанных с деятельностью НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ1, НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ2, их контрагентов и назначении по делу комплексной судебной финансово – экономической и бухгалтерской экспертизы с указанными в жалобе вопросами. Однако, в назначении таковой необоснованно отказано со ссылкой лишь на недопустимое затягивание процесса.

Далее автор цитирует изложенные в приговоре показания главного бухгалтера НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ2 ФИО2 о дальнейшем направлении денежных средств, поступивших на расчетный счет от НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ1 в соответствии с указаниями ФИО3, о существовании «черной кассы», признаках «обналичивания» в т.ч. в пользу осужденного. Указывает, что очная ставка с ФИО35 не проводилась и такие показания ФИО2 опровергаются показаниями учредителя общества ФИО3, генерального директора ФИО4, главного инженера ФИО5, директора НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ3 ФИО6 о том, что они вовсе не знаком с ФИО35 и не передавали ему денежные средства, а расчетные счета контролировала ФИО2 и именно она занималась исполнением договора с НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ1. Отсутствуют и документы, которые могли бы быть отнесены к альтернативной бухгалтерии. Выявленные противоречия судом не устранены, как и обстоятельства принятия на работу ФИО7. Представители еще пяти организаций, через которые якобы выведены денежные средства, не допрошены, их документы не исследованы, не допрошен и технический директор НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ2 ФИО7 и не выявлен источник осведомленности ФИО2 в том, что именно ФИО7 передавал деньги ФИО35. Первичные кассовые документы НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ2 и иных организаций также не исследованы и сведения о получателях наличных денег отсутствуют. Автор находит ничем не подтвержденными показания ФИО2 о возможности получения денег ФИО35 после обналичивания денежных средств через 6 организаций – контрагентов НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ2.

Поскольку фактическая стоимость некачественного оборудования - поставленной станции очистки фильтрата никем не установлена, то нельзя говорить об ущербе применительно к мошенничеству, отношения носят гражданско – правовой характер, поскольку никакими документами не подтвержден факт присвоения ФИО35 уплаченной за неё суммы.

Оспаривает защитник и вывод об осведомленности осужденного в том, что узел АСУ ТП и узел учета очищенных вод никем не поставлены и не установлены, а станция не сможет функционировать по назначению. Так, комиссия в составе ФИО35, ФИО8 и ФИО9 29 мая 2020 года приняла поставленное по договору оборудование в отсутствие фиксируемых претензий, за исключением отметки о неполной комплектации указанных узлов и обязанности устранения поставщиком такого недостатка до 21 июня 2020 года. Автор ссылается на показания ФИО8 и ФИО9 о достоверности таких сведений, об отсутствии давления со стороны ФИО35 и на факт подписания акта представителем поставщика ФИО7. 5 июля 2020 года последний и ФИО35 подписали документы о приемке выполненных работ в отсутствие недостатков. Автор ссылается, что поставка указанных выше узлов, а также системы видеонаблюдения среди прочего подтверждается договором между НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ4 и НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ2, счетами – фактурами. Факт установки системы видеонаблюдения подтверждается показаниями свидетелей ФИО8, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13 и автор делает вывод, что до апреля 2022 года система исчезла со станции, иначе было бы возможно подтвердить факт установки к 5 июля 2020 года полного комплекта узлов АСУ ТП и учета очищенных вод. Далее защитник ссылается на показания ФИО35 о том, что к 5 июля 2020 года станция была полностью доукомплектована и документально это не фиксировалось, поскольку все предусмотрено договором и актом о недостатках от 29 мая 2020 года. Станция не была подключена к общей базе данных, поскольку не было информации о способе такого подключения, что подтвердил ФИО12. Однако, смонтированные узлы исчезли при неустановленных обстоятельствах к апрелю 2022 года вместе с системой видеонаблюдения. ФИО13 указал об установке иных узлов, а сам осужденный узнал об этом лишь в ходе расследования дела и такой довод ничем не опровергнут.

После запуска станции в эксплуатацию стали возникать различные недостатки в её работе, которые фиксировались в журнале, устранялись силами сотрудников НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ4, однако, ввиду неправильной эксплуатации возникали вновь. После 5 июля 2020 года – истечения срока действия доверенности ФИО35 не был допущен руководителем к вопросам, связанным с работой станции. Далее анализируя п.п. 6.1 и 6.4 договора поставки, показания ФИО12, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО13, ссылаясь на документы, автор делает вывод об эксплуатации станции в отсутствие указанных выше узлов, которые имеют лишь вспомогательные функции и их отсутствие было выявлено экспертами лишь в апреле 2022 года. Автор находит недоказанным вывод о невозможности эксплуатации станции в такой комплектации и о виновности ФИО35 в возникновении различных неисправностей, в невозможности функционирования станции по назначению. При этом, лишь частично удовлетворены ходатайства об истребовании документов, касающихся компетенции сотрудников, допущенных к эксплуатации станции, с целью проверки версии о её неправильной эксплуатации. Были установлены операторы, но не допрошены по причине их увольнения, что нарушает право на защиту. Необоснованно осталось без удовлетворения и ходатайство о проведении судебной инженерно – технической экспертизы по вопросам, связанным с эксплуатацией станции, возможного демонтажа установленного оборудования. Не выяснено даже то, в чем именно выражалась неполная комплектация вышеуказанных двух узлов при том, что затем всё было установлено, что отражено в акте приемки, как и система видеонаблюдения, о чем указал инженер НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ4 ФИО16.

При осмотре станции следователем 25 мая 2023 года оба узла, как и видеонаблюдение, отсутствовали. Несмотря на её признание вещественным доказательством с передачей на ответственное хранение, она была демонтирована в целях недопущения выявления следов, свидетельствующих о непричастности ФИО35 к недопоставке узлов.

Далее ссылаясь на заключение эксперта ФИО20 № в рамках арбитражного процесса и его показания, защитник находит их недопустимыми, поскольку он сам указал на допущенные им нарушения, как и на то, что вопрос о возможности эксплуатации станции в отсутствие указанных выше двух узлов, перед ним не ставился, а соответствующий вывод является его личным мнением в отсутствие какого – либо исследования. Экспертом станция в работу не запускалась вовсе при том, что выводы эксперта противоречат показаниям свидетелей о запуске станции в эксплуатацию и вспомогательном значении отсутствующих узлов. Ходатайство о недопустимости заключения и показаний эксперта оставлено без удовлетворения при том, что ФИО20 является сотрудником коммерческой организации, которая не может быть допущена к проведению экспертиз в уголовном процессе. При этом, следователь ему права и ответственность не разъяснял, а эксперт дал соответствующую подписку не до, а после проведения экспертизы. Кроме того, эксперт в работе ссылался на Постановление Правительства РФ в редакции от 30 ноября 2021 года при том, что все события имели место в 2020 году. Далее цитируя конкретные пункты заключения, защитник отмечает его неполноту и необъективность, поскольку станция не запускалась, со слов эксперта законсервирована некорректно, ретроспективный анализ наличия либо отсутствия указанных выше узлов не проведен, эксперт высказал лишь собственные догадки о том, что выявил бы большее число недостатков в случае оценки работы станции. Эксперт вовсе не ответил на вопрос о возможности нормальной работы станции при имеющемся состоянии фильтрационных стоков. Аналогично к недопустимым доказательствам защитник относит и показания эксперта ФИО20, который в числе прочего без исследования вышел за пределы полномочий и заявил, что станция в отсутствие узлов АСУ ТП и учета очищенных вод должным образом функционировать не может, что в соответствии с действующим нормативным регулированием является грубым нарушением, но такой вывод был принят в основу приговора. Однако, суд не дал оценку соответствующим доводам защиты и при его вынесении.

Далее автор ссылается на заключение эксперта ФИО21 № от 14 июня 2022 года, данное в рамках того же арбитражного дела о том, что установка находилась в исправном состоянии, но значительное время не запускалась, а её эксплуатация возможна в автоматическом режиме в отсутствие АСУ ТП. Делает вывод о наличии лишь предположений о причинах некорректной работы станции, об отсутствии доказанности недопоставки узлов, как и причастности ФИО35 к хищению при возможности функционирования станции в выявленной комплектации.

Защитник указывает и об отсутствии доказанности признаков обмана либо злоупотребления доверием ФИО14 либо иных сотрудников НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ1 со стороны ФИО35, поскольку никто о таких действиях не сообщил. Установлено, что источником средств для приобретения станции являлись бюджетные средства Правительства региона, не принадлежащие НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ1. ФИО14 либо ФИО22 как представители общества с заявлением в отношении ФИО35 не обращались, а Правительство либо казначейство к участию в деле не привлекались вовсе, т.е. субъект, которому был бы причинен вред в ходе исполнения договора, об обстоятельствах его исполнения не высказывался, а в отсутствие сведений о кредиторской задолженности денежные средства у НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ1 не похищались.

Защитник заявляет о наличии неотмененного постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, вынесенного в 2022 году, как основания для его прекращения в соответствии с п. 5 ч. 1 ст. 27 УПК РФ. В удовлетворении ходатайств о приобщении материалов проверки сообщений о преступлениях в отношении НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ1, как и всех промежуточных решений, принятых органом дознания в 2022 году, необоснованно отказано как следствием, так и судом, в т.ч. о приобщении постановления судьи от 9 сентября 2022 года о разрешении проведения ОРМ. Автор настаивает на недопустимости всех перечисленных в жалобе материалов проверки, проведенной с 27 января по 27 декабря 2022 года, а также результатов ОРД в виде информации с технических каналов связи – электронной почты, поскольку они были добыты в рамках сокрытого от учета материала в отсутствие зарегистрированного сообщения о преступлении. При таких обстоятельствах автор находит незаконными постановления о возбуждении уголовных дел. Если материал регистрировался, то в указанный период 2022 года по нему должны были быть приняты процессуальные решения, которые по запросам представителей защиты так и не представлены. В их числе не могло не быть неотмененных постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела. Так, согласно имеющимся данным, дело возбуждено 27 февраля 2023 года на основании материалов, зарегистрированных в КУСП под № от 27 января 2023 года. Однако, в указанный период проверочные мероприятия не проводились, а использованы незарегистрированные материалы, собранные в 2022 году. В подтверждение своей версии автор ссылается на конкретные письма оперативных сотрудников о направлении материалов, собранных в 2022 году, следователю, а также на записку от 27 января 2021 года о необходимости регистрации материалов и проведении процессуальной проверки. Доказательством того, что выносилось постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, автор видит письмо из следственного управления в адрес оперативного подразделения от 5 июля 2022 года о результатах изучения материала и данных рекомендациях. Указанные выше результаты ОРД, полученные до регистрации сообщения о преступлении, автор находит недопустимыми именно по такому основанию, что следует из письма заместителя начальника оперативного подразделения. Причем прилагается не оригинал постановления о разрешении проведения ОРМ, а лишь выписка из него. Приведенные доводы вовсе остались без оценки со стороны суда первой инстанции, в т.ч. в приговоре.

Далее автор жалобы критикует доказательственное значение протокола предъявления для опознания ФИО7, котрого ФИО35 представлял как ФИО4, по фотографии от 13 декабря 2023 года свидетелем ФИО15, Так, способ получения фотографии не установлен, а ФИО15 спустя четыре с половиной года мог ошибиться. Иной свидетель – ФИО23, контактировавшая с ФИО7, не смогла узнать его по фотографии, хотя он и приезжал лично в офисное помещение НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ1. Однако, суд отказал в приобщении фотографии и её предъявлении иным свидетелям.

В итоге защитник заявляет, что ни одно её ходатайство не было удовлетворено судом, а представленное доказательство – письменная консультация от 18 октября 2023 года признано недопустимым в доказывании, поскольку подменяет заключение эксперта. Автор настаивает, что исследолванными доказательствами доказано лишь то, что НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ2 выиграло конкурс на поставку станции очистки, которая была смонтирована и запущена, а недостатки в её работе, имевшие быть по причине неправильной эксплуатации, устранялись за счет средств поставщика. Дальнейший спор между сторонами договора разрешен Арбитражным судом путем возврата как денег, так и станции, что стало невозможным для исполнения ввиду противоправных действий покупателя по её демонтажу с бетонного основания вопреки решению следователя об ответственном хранении, что сделало невозможным как её дальнейшую эксплуатацию, так и исследование, в т.ч. на предмет определения фактической стоимости. При этом, гражданский иск к ФИО35 никем не заявлен. Отказом в защите законными способами было нарушено право осужденного на её использование. Автор критикует хозяйственную деятельность руководителей НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ1, которые оказались в незаслуженно выгодном положении. При этом, ФИО35 полномочтиями не злоупотреблял, а все вопросы, связанные с поставкой станции, разрешали иные лица.

Государственным обвинителем принесены возражения на апелляционную жалобу защитника, в которых указано на отсутствие оснований для её удовлетворения.

Проверив доводы представления и жалобы, изучив материалы дела, выслушав явившихся лиц и обсудив возражения, судебная коллегия находит приговор законным, обоснованным и справедливым.

Выводы суда о виновности осужденного основаны на проверенных в судебном заседании и подробно изложенных в приговоре доказательствах, которым в совокупности дана верная оценка. Все доказательства, представленные сторонами, судом исследованы и оценены в соответствии с требованиями закона – ст. 88 УПК РФ.

Действия ФИО35 верно квалифицированы по ч. 4 ст. 159 УК РФ как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, совершенное с использованием служебного положения, в особо крупном размере.

Стороны не оспаривают те факты, что именно ФИО35, обладая в НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ1 организационно – распорядительными и административно – хозяйственными функциями, лично выполнил все процедуры, связанные с выбором поставщика и 4 декабря 2019 года заключил с НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ2 договор, в соответствии с которым, указанным обществом должна быть поставлена, установлена и запущена в работу станция очистки фильтрата полигона хранения отходов. Далее ФИО35 же 5 июля 2020 года лично и в отсутствие замечаний принял результат работ, вследствие чего, по договору в адрес НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ2 была произведена оплата в размере 82 300 000 рублей различными платежами. Такие обстоятельства подтверждаются всей совокупностью доказательств по делу, изложенных в приговоре, их никто не отрицает.

Вопреки доводам защиты, достоверно установлены и те факты, что ФИО35 лично предпринимал активные и целенаправленные действия к тому, чтобы договор был заключен именно с аффилированной с ним организацией - НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ2, а мало того, именно он подобрал реального поставщика оборудования – НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ4 и организовал заключение договорных отношений между указанной организацией и НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ2, достоверно зная о том, что истинная стоимость работ по поставке и монтажу станции очистки фильтрата составляет 25 873 140 рублей.

В подтверждение именно таких сведений и в основу обвинительного приговора верно приняты показания представителя потерпевшего НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ1 - ФИО22, а также показания свидетелей: ФИО2, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО16, ФИО10, ФИО12, ФИО15, ФИО24, ФИО9, ФИО14, ФИО8, ФИО25, ФИО20, ФИО26, ФИО27, ФИО28, ФИО29, ФИО6, ФИО13, ФИО30, ФИО3, ФИО31, ФИО5, ФИО32., ФИО33, ФИО4, ФИО11, а показания осужденного лишь в части, не противоречащей иным доказательствам, а в остальном верно отнесенные к способу защиты.

Кроме того, исходя из показаний указанных выше представителей НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ4, в процессе обсуждения деталей поставки оборудования ФИО35 было достоверно известно, что узел АСУ ТП и узел учета очищенной воды не будут поставлены в необходимой комплектации, а ФИО9 и ФИО8 в составе комиссии с ФИО35 29.05.2020 подписали акт приемки оборудования с указанием именно таких недостатков. Затем, зная, что указанное недостающее оборудование так и не поставлено, ФИО35 уже лично 05.07.2020 принял работы по монтажу и пуско-наладочные работы, подписав соответствующий акт, на основании которого произведена полная оплата по договору поставки. При этом, со стороны НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ2 акт подписал максимально аффилированный с осужденным ФИО7, т.е. на данном этапе вовсе отсутствовали лица, которые не были бы заинтересованы в необходимом осужденному результате. Довод представителей защиты о том, что недостающие узлы были поставлены дополнительно суд верно отверг, поскольку к моменту произведенных осмотров станции они отсутствовали, представители НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ4 заявили о том, что именно по указанию ФИО35 узлы не были поставлены и установлены, а последним подтверждающих документов о их приобретении у иного поставщика не представлено.

Суд верно указал, что исходя из показаний свидетеля ФИО11 - генерального директора НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ5 о событиях 2020 года, связанных с якобы поставкой, монтажом и настройкой оборудования на станции очистки, документов в отношении которого не сохранилось, ни в чём не подтверждается установка недостающих узлов, поскольку сам же свидетель указал о том, что автоматизированной системы учета работы станции они установить не могли и на момент начала их работы ни узла контроля параметров сточных вод, ни узла АСУ ТП не было. Какие именно работы выполняла указанная организация, имели ли они место в реальности, не понятно.

Таким образом, осужденный пытается воспользоваться прошедшим до момента осмотра станции временем, заявляя о том, что узлы присутствовали, но бесследно исчезли вместе с системой видеонаблюдения, однако, судьба последней системы для рассматриваемых вопросов не имеет никакого доказательственного значения, а исходя из показаний перечисленных свидетелей и существа договорных отношений, узлы АСУ ТП и учета очищенной воды никем так и не были поставлены. Причины, по которым ФИО35 отказался от их установки, могут быть совершенно различны, но в любом случае такие действия вели удешевление станции, что и являлось его корыстной целью. Могла либо нет станция функционировать в их отсутствие, также существенного значения не имеет, поскольку, исходя из показаний всех допрошенных технических специалистов, отсутствие перечисленных узлов существенно и негативно сказывалось на возможностях станции, т.е. её планируемый функционал был существенно нарушен. Даже если умыслом ФИО35 и не охватывалась цель в виде полной непригодности станции к использованию, именно он предпринял всю совокупность действий по подмене предмета поставки по договору иным, значительно менее ценным и с явно усеченными возможностями. Именно такие действия повлекли в конченом итоге необходимость расторжения договора, что и состоялось в соответствии с решением Арбитражного суда.

Исходя из показаний допрошенных сотрудников НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ1, материалов переписки с ФИО2, ФИО7, ФИО15, ФИО35 лично контактировал и был хорошо знаком с лицами, представляющими НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ2, одновременно он же исключал контакты с ними других работников НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ1. Таким образом, исходя из существа активных действий ФИО35 по поиску максимально дешевого оборудования, разницы в стоимости поставленного НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ4 оборудования в адрес НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ2, а затем его же в адрес НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ1, осужденный имел явную корыстную цель, которая заключается в изъятии денежных средств НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ1 и их последующую передачу в распоряжение НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ2, глубоко аффилированного с ним. На этом, т.е. с момента передачи похищенного указанному третьему лицу, преступление является оконченным и не имеет значение, как именно, кто и посредством каких юридических лиц осуществлял вывод денежных средств из законного оборота и их обналичивание, как и то, какую именно часть денег получил осужденный лично, поскольку такие события относятся к способу распоряжения похищенным, что реально произошло, но обстоятельства которого не являются предметом доказывания по делам о мошенничестве. В связи с этим, обстоятельства содеянного подлежат уточнению указанием на хищение в пользу третьего лица и с исключением суждений о контроле ФИО35 расчетных счетов контрагентов НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ2.

По указанным выше причинам показания свидетеля ФИО2 имеют косвенное доказательственное значение тех обстоятельств, что действительно был заключен договор между НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ2 и НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ1 на поставку и монтаж очистной станции по результатам конкурса. От имени НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ2 договор подписан ФИО7 - хорошим знакомым ФИО35, которого он же привел в НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ2 для реализации данной сделки и передачи денежных средств. ФИО35 бывал в их офисе несколько раз, был знаком с ФИО4 и ФИО3 Вопреки мнению защитника, не имеет никакого значения, как именно и кто в дальнейшем распоряжался денежными средствами, поступившими от НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ1, поскольку доказано, что осужденный имел умысел и корыстный мотив для направления денежных средств в адрес третьего лица - НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ2, а дальнейшие действия пребывают за пределами предмета доказывания. Не имеет значения и то, с кем именно наиболее тесно взаимодействовал ФИО35 среди сотрудников данной организации в процессе планирования преступления – с ФИО2 или иными руководящими лицами, поскольку все факты, связанные с заключением договорных отношений и последовавшей оплатой станции полностью подтверждены документально и никем не оспариваются. По той же причине доказательственное значение протокола предъявления для опознания ФИО7, которого ФИО35 представлял как ФИО4, по фотографии от 13 декабря 2023 года свидетелем ФИО15 сомнения не вызывает, поскольку осужденный и иные лица подтверждают участие именно ФИО7 в договорных отношениях, а то, что он не найден и не допрошен, не свидетельствует в пользу каких – либо выводов защиты. По какой причине иной свидетель – ФИО23, контактировавшая с ФИО7, не смогла узнать его по фотографии, значения не имеет и в предъявлении его фотографии иным свидетелям нет необходимости, поскольку, как указано выше, не имеет никакого значения, с кем именно из работников НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ2 в большей степени контактировал ФИО35.

Вопреки доводам жалобы, признаки обмана и злоупотребления доверием одновременно присутствуют в действиях ФИО35, поскольку он, пользуясь доверием непосредственного руководителя и иных работников НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ1, а также представителей региональных органов исполнительной власти, поручивших ему исполнение важного для экологии задания, организовал поставку станции в негодной комплектации в сравнении с тем, как это отражено в договоре между НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ2 и НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ1, а также по стоимости, троекратно завышенной в сравнении с ценой, определенной её реальным поставщиком. Таким образом, в рассматриваемом случае установлены и доказаны оба способа мошенничества, они не являются взаимоисключающими, поскольку ФИО35 использовал как доверительные отношения с участниками договорных отношений со стороны заказчика, так и сообщил заведомо ложные, не соответствующие действительности сведения об истинном поставщике оборудования и реальной его стоимости, умолчав об истинных фактах, касающихся его намерений.

Как указано выше, ФИО35 занимал должность заместителя генерального директора НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ1 по развитию, выполнял в указанной коммерческой организации организационно - распорядительные и административно-хозяйственные функции, т.е. использовал свое служебное положение и деяние верно квалифицировано по соответствующему признаку. Причиненный ущерб является особо крупным.

Несмотря на иное мнение защитника, следует отметить и то обстоятельство, что в соответствии со сложившейся судебной практикой, нет необходимости исследовать затраты лица, совершившего мошенничество, на реализацию способа преступной деятельности. При этом, установлена явная несоразмерность стоимости поставленного негодного оборудования объему денежных средств, направленных ФИО35 на эти цели. Именно такое соотношение изъятых и потраченных денежных средств обоснованно позволило прийти к выводу об имитации деятельности, а не о реальном её осуществлении. Таким образом, выводы суда о размере причиненного ущерба соответствуют разъяснениям, содержащимся в п. 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 48 от 30.11.2017 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», согласно которым, при установлении размера похищенного в результате мошенничества судам надлежит иметь ввиду, что хищение имущества с одновременной заменой его менее ценным квалифицируется как хищение в размере стоимости изъятого имущества. По смыслу, приданному правоприменительной практикой, понятие «менее ценного имущества» определяется заведомой непригодностью его использования по назначению и явным несоответствием стоимости возведенных объектов размеру якобы затраченных на них денежных средств.

Как указано выше, в соответствии со сложившейся практикой, в рассматриваемом случае и аналогичных ему, в связи со спецификой финансовых отношений в строительной отрасли, достоверно установить выведенные суммы не представляется возможным. При этом, установленное соотношение изъятых денежных средств и реально направленных на объект, прямо указывает на то, что вывод денежных средств имел место и доказан. Наличие либо отсутствие доступа ФИО35 к денежным средствам, поступившим в НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ2, значения не имеет, поскольку изъятие имущества имело место в пользу подконтрольного ему юридического лица, что полностью доказано.

Потерпевшее лицо по делу – НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ1 определено верно, поскольку именно данное общество вступило в договорные отношения и произвело оплату по договору, оно же должно было использовать поставленное оборудование, но в результате преступных действий ФИО35 это не произошло. При этом, предшествовавший способ финансирования данного общества со стороны государственных органов, а также нюансы бухгалтерского учета, на которые указывает защитник, правового значения не имеют.

Существенные процессуальные нарушения при расследовании дела и его рассмотрении судом также не выявлены. Описание содеянного как в обвинительном заключении, так и в приговоре, приведено достаточно полно и понятно, способ изложения ни в чем не нарушает право на защиту.

Вопреки доводам жалобы, ФИО20 был привлечен к участию в уголовном деле не как эксперт, а в качестве свидетеля и дал показания о производстве экспертизы, назначенной Арбитражным судом Ярославской области в отношении станции очистки фильтрата полигона ТКО НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ1. Он отметил, что установка не была предназначена для очистки свалочного фильтрата, в составе комиссии он выезжал на полигон, где станцию запустить не удалось и был произведен визуальный её осмотр, в ходе которого установлено отсутствие автоматизированной системы управления, возможность контроля её работы, в т.ч. количественных показателей концентрации загрязняющих веществ в очищенной воде. Свидетель отметил, что на счетчике жидкости на входе в станцию очистки фильтрата были показатели - 370 м3, что говорит о том, что станция проработала в рабочем режиме очень мало времени - порядка 37 часов. Свидетелем сделан вывод о том, что станция очистки фильтрата полигона ... без наличия двух узлов, а именно АСУ ТП и узла учета очищенных вод должным образом функционировать не могла. Кроме показаний ФИО20 невозможность использования станции по назначению подтверждена всеми свидетелями – работниками НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ1, а также вступившим в законную силу решением Арбитражного суда. При таких обстоятельствах не требуется никаких из предложенных защитником дополнительных исследований, а доводы о ненадлежащем хранении станции значения не имеют.

Ссылка на заключением эксперта № от 15.04.2022 в мотивировочной части приговора также допустима - как на иной документ в совокупности с решением Арбитражного суда, а не как на самостоятельное доказательство по рассматриваемому уголовному делу. Исходя из перечня принятых во внимание доказательств, суд подобным образом заключение не воспринимал и совокупность доводов о нарушениях при производстве экспертизы значения не имеет. Вывод о невозможности нормального функционирования станции в соответствии с техническим паспортом при любом состоянии фильтрационных стоков, в связи с наличием у станции многочисленных недостатков, содержится не только в указанном выше документе, но и подтвержден вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Ярославской области от 12.12.2022 по делу №, которым установлен имеющий силу преюдиции в соответствии со ст. 90 УПК РФ факт поставки НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ2 товара ненадлежащего качества, а также наличие в поставленном и смонтированном оборудовании недостатков, препятствующих его нормальной работе. Таким образом, в совокупности с указанными выше свидетельскими показаниями факт непригодности поставленной станции к эксплуатации полностью подтвержден, а проведение каких – либо из предложенных защитником дополнительных мероприятий не требуется.

Тот факт, что суд не принял в качестве доказательства предоставленную стороной защиты письменную консультацию эксперта ФИО34, о нарушении права на защиту не свидетельствует, как и решения об отказе в удовлетворении иных ходатайств защитника, по которым приняты обоснованные решения, а их удовлетворение не привело бы суд к выявлению фактических обстоятельств, имеющих значение для дела. Верно отмечено, что указанное защитником лицо лишь оценивает уже представленные доказательства по уголовному делу, что является исключительной компетенцией суда.

Исходя из протокола судебного заседания и текста приговора, заявленным в ходатайствах доводам дана верная и исчерпывающая оценка. Вопреки мнению защитника, в приговоре может быть не указано, какие именно ходатайства защиты рассмотрены судом, не приводится их перечень и принятые по ним решения. Однако, содержащиеся в таких ходатайствах доводы были рассмотрены и разрешены в описательно – мотивировочной части приговора, им всем дана надлежащая оценка, включая доводы о недопустимости доказательств. Судом приведен всесторонний анализ и мотивы, по которым он отверг конкретные доказательства, на которые ссылались представители защиты.

Судом первой инстанции также верно отмечено и то, что результаты ОРД на трех дисках являются допустимым доказательством, а выписка из судебного решения о контроле технических каналов связи соответствует требованиям инструкции о порядке предоставления таких материалов. Нарушений Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» в ходе судебного следствия не установлено, материалы оперативно-розыскной деятельности отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам УПК РФ, поскольку они были получены и представлены органу предварительного следствия в соответствии с ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности». Защитник глубоко заблуждается относительно наличия неотменного постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО35, якобы вынесенного органом дознания в 2022 году. Верно отмечено, что исходя из времени регистрации сообщения о преступлении в 2023 году, о чем указано и в тексте жалобы, доследственная проверка ранее не проводилась, в связи с чем, процессуальные решения не принимались и не отменялись. При этом, проведение комплекса ОРМ не только допустимо в отсутствие зарегистрированного сообщения о преступлении, но и является общепринятой практикой. Проведение перечисленных стороной защиты оперативно-розыскных мероприятий до первоначальной регистрации сообщения об обнаружении признаков преступления в КУСП не влечет признание незаконными как самих проведенных мероприятий, так и полученных результатов, поскольку такие мероприятия осуществлены на основании и в соответствии с требованиями Закона «Об оперативно-розыскной деятельности».

Верно отмечено в приговоре и о несостоятельности довода стороны защиты о неподсудности уголовного дела в отношении ФИО35 Ярославскому районному суду. Помимо того, что суждения о подсудности прямо следуют из апелляционного постановления Ярославского областного суда от 08.10.2024 г., все значимые действия по организации поставки и приёмке негодного оборудования, формировании признаков преступления в виде обмана и злоупотребления доверием ФИО35 совершил именно на территории полигона «...» в Ярославском районе. Именно такие суждения о подсудности содержатся и в руководящих разъяснениях, данных Верховным Судом России.

При назначении наказания суд учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности ФИО35, влиянии назначенного наказания на его исправление и на условия жизни семьи осужденного.

Обстоятельств, отягчающих наказание, не установлено. Смягчающие обстоятельства, перечень которых стороны не оспаривают, как и иные положительные сведения о личности осужденного, указаны в приговоре, реально повлияли на наказание, как и сведения о состоянии здоровья его самого и близких родственников. Принято во внимание, что ФИО35 не судим, характеризуется удовлетворительно. Учтено наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка в период совершения преступления.

В отсутствие доводов защитника о несправедливости приговора в части наказания следует отметить, что судом приняты во внимание все известные сведения о личности и деятельности ФИО35, а иные доводы жалобы на наказание не влияют. Таким образом, все имеющие значение обстоятельства учтены судом и уже повлияли на размер наказания, далеко не приближенный к верхней границе санкции.

Осужденным совершено тяжкое преступление и, при отсутствии оснований для изменения его категории, применения ст. 64 УК РФ, суд подробно указал на причины, по которым наказание определено в виде лишения свободы и не может быть признано условным. Исходя из обстоятельств содеянного, сведений о личности ФИО35, конкретных обстоятельств содеянного, сделан верный вывод о невозможности его исправления без реального лишения свободы. При этом, совокупность смягчающих обстоятельств исключительной не является.

Формальный подход со стороны суда к наказанию не допущен, все необходимые мотивы приведены и назначенное наказание снижению не подлежит, т.к. является справедливым. В соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ ФИО35 верно направлен в исправительную колонию общего режима с зачетом времени пребывания под стражей в льготном исчислении.

Вопреки мнению прокурора, раздел приговора о наказании изложен в понятных выражениях, не допускающих разночтения. Принятые во внимание мотивы осужденного относятся к характеру и степени общественной опасности содеянного, подлежащим учету в соответствии со ст. 60 УК РФ и соответствующее указание не подлежит исключению. Дополнительные виды наказания в виде штрафа и ограничения свободы, к обязательным не относящиеся, к ФИО35 обоснованно не применены, поскольку значительного срока реального лишения свободы вполне достаточно для исправления с учетом сведений о его личности, а дополнительный штраф не будет способствовать восстановлению социальной справедливости, поскольку в этих целях и при наличии необходимости к осужденному могут быть заявлены исковые требования о возмещении вреда. Характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного не свидетельствуют и в пользу невозможным сохранения за ним права занимать какие – либо должности или заниматься определенной деятельностью в соответствии с ч. 3 ст. 47 УК РФ после отбытия достаточно длительного лишения свободы, а наличие судимости само по себе накладывает существенные ограничения после освобождения.

Процессуальных нарушений, влекущих отмену приговора, при рассмотрении дела судом первой инстанции допущено не было.

Решение об определении судьбы вещественных доказательств сторонами не обжаловано, за исключением довода представления об отсутствии оснований для сохранения ареста имущества осужденного, наложенного постановлением Ярославского районного суда от 22 июня 2023 года - денежных средств и мобильного телефона. Поскольку сведений о гражданском иске никем не представлено, штраф либо конфискация имущества не применены, то арест лишен законных оснований и его необходимо снять.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

Приговор Ярославского районного суда Ярославской области от 15 декабря 2025 года в отношении ФИО35 изменить.

В описательно – мотивировочной части приговора уточнить, что ФИО35 похитил и распорядился по своему усмотрению денежными средствами в общей сумме 82 300 000 рублей, причинив НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ1 ущерб в особо крупном размере на указанную сумму, путем организации их перечисления в пользу третьих лиц. Исключить суждения о том, что ФИО35 обеспечил дальнейшее перечисление денежных средств на им же контролируемые расчетные счета, поступивших в распоряжение НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ2 и оставшихся после оплаты услуг НАИМЕНОВАНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ4 по договору от 10.12.2019 № на сумму 25 873 140 рублей.

В резолютивной части приговора исключить решение о сохранении меры процессуального принуждения по постановлению Ярославского районного суда Ярославской области от 22 июня 2023 года - ареста на имущество, принадлежащее ФИО35: денежные средства в сумме 550 200 рублей; 2 170 Евро; мобильный телефон марки «IPhone» IMEI/MEID:.... Выдать перечисленное имущество ФИО35 либо его представителям.

В остальной части приговор оставить без изменения, а апелляционное представление и апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, путём подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления его в законную силу, а для осуждённого, содержащегося под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного определения и приговора, вступивших в законную силу, а в случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении – путём подачи кассационной жалобы непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осуждённый вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи: