Решение № 2А-53/2020 2А-53/2020~М-75/2020 М-75/2020 от 21 октября 2020 г. по делу № 2А-53/2020

<данные изъяты>


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

22 октября 2020 г. г. Чебаркуль

Магнитогорский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего Сучкова Д.Ю. при секретаре судебного заседания Кривинчук Е.В., с участием административного истца ФИО1, представителя административного истца – адвоката Довбыша А.А., административных ответчиков: начальника штаба войсковой части № полковника ФИО2 и временно исполняющего обязанности начальника артиллерии войсковой части № подполковника ФИО3, представителей административных ответчиков: войсковой части № и ее командира ФИО4, начальника штаба войсковой части № ФИО5, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда административное дело № 2а-53/2020 по административному иску военнослужащего по контракту войсковой части № капитана ФИО1 о признании незаконными решений командира, начальника штаба и начальника артиллерии войсковой части №, связанных с привлечением административного истца к дисциплинарной ответственности,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 19 августа 2020 г. обратился в Магнитогорский гарнизонный военный суд с административным иском, в котором с учетом уточнений просит признать незаконными: решения о привлечении его к дисциплинарной ответственности, изложенные в приказах командира войсковой части № от 15 мая 2020 г.№, от 1 июня 2020 г. №, от 13 августа 2020 г. №, а также объявленные устно: командиром войсковой части № – 12 мая, и три взыскания 15 мая 2020 г.; начальником штаба войсковой части № - 14 и 29 мая 2020 г., временно исполняющим обязанности начальника артиллерии войсковой части № – 19 и 25 мая 2020 г.

В качестве основания для отмены указанных приказов административный истец указывает на то, что дисциплинарных проступков он не совершал. В свою очередь должностными лицами нарушен порядок применения взысканий, не установлена его вина в их совершении, а применение взысканий является предвзятым отношением к нему со стороны командира войсковой части №.

В судебном заседании административный истец ФИО1 показал, что дисциплинарный проступок 12 мая 2020 г. в виде нарушения формы одежды он не совершал. 14 мая 2020 г. ему необоснованно объявлено начальником штаба дивизии взыскание, так как за организацию пропускного режима в штаб отвечал на тот период времени наряд по штабу, а он в период исполнения обязанности помощника дежурного по части не пропускал в штаб военнослужащего военной полиции. Кроме того, 15 мая 2020 г. все необходимые планы работ он представил командиру дивизии, а на построении не смог должным образом выйти из строя, так как у него болела нога, о чем им было доложено командиру дивизии. 12 мая 2020 г. телефон с расширенными мультимедийными функциями ему передал сын в тот момент, когда он находился в здании военной полиции. 19 мая 2020 г. он в строй не опаздывал, 25 мая 2020 г. к строевому смотру он был подготовлен, а о том, какими должны быть бирки, ему никто не доводил. 29 мая 2020 г. на построение, проводимое начальником штаба дивизии, он не опаздывал, 30 мая 2020 г. на совещании нарушений уставных правил воинской вежливости не допускал, о построении, проводимом 10 августа 2020 г. ему никто не доводил. Кроме того, административный истец полагает, что должностными лицами войсковой части № нарушен порядок привлечения к дисциплинарной ответственности: разбирательства, предшествующие применению дисциплинарных взысканий устно, а также дисциплинарному взысканию от 1 июня 2020 г. № не проводились. О примененных дисциплинарных взысканиях ему стало известно не ранее 19 мая 2020 г., то есть не ранее ознакомления со служебной карточкой.

Представитель административного истца – адвокат Довбыш А.А. просил удовлетворить заявленные административные исковые требования, так как должностными лицами войсковой части № нарушен порядок привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности: разбирательства, предшествующие применению дисциплинарных взысканий устно, а также дисциплинарному взысканию от 1 июня 2020 г. №, не проводились, а по остальным дисциплинарным проступкам не установлена вина ФИО1. В части признания незаконным приказа командира войсковой части № от 15 мая 2020 г. № представитель административного истца полагал, что должностными лицами грубо нарушен порядок проведения разбирательства, органами военной полиции не составлен протокол изъятия телефона, не проверен довод ФИО1 о том, что данный телефон ему передал сын в тот период, когда административный истец находился в военной комендатуре, сам телефон был обнаружен только в 20 часов 45 минут 12 мая 2020 г., то есть за пределами служебного времени, а также не установлена частота работы телефона. Адвокат Довбыш А.А. также полагал, что административным истцом срок обращения в суд с административным иском не пропущен.

Административные ответчик – командир войсковой части №, надлежащим образом извещенный о дате, месте и времени судебного заседания, в суд не прибыл, направил своего представителя, в направленных в суд письменных возражениях просил отказать ФИО1 в удовлетворении заявленных требований по существу. В отношении дисциплинарных взысканий, объявленных в приказах от 15 мая 2020 г.№, а также объявленных устно командиром и начальником штаба войсковой части №: строгий выговор от 12 мая 2020 г. за неудовлетворительный внешний вид, выговор от 14 мая 2020 г. за слабую организацию пропускного режима штаба дивизии, строгий выговор от 15 мая 2020 г. за ненадлежащее оформление и представление плана личной работы, строгий выговор от 15 мая 2020 г. за неудовлетворительную строевую выучку, строгий выговор от 15 мая 2020 г. за попытку обмана командира, строгий выговор, изложенный в приказе от 15 мая 2020 г. №, просил отказать в удовлетворении по причине пропуска срока на обращение в суд.

Административный ответчик – начальник штаба войсковой части № полковник ФИО2 в представленных в суд письменных возражениях просил отказать ФИО1 в удовлетворении заявленных требований по существу, а в отношении дисциплинарных взысканий, объявленных в приказе от 15 мая 2020 г. №, а также объявленных устно командиром и начальником штаба войсковой части №: строгий выговор от 12 мая 2020 г. за неудовлетворительный внешний вид, выговор от 14 мая 2020 г. за слабую организацию пропускного режима штаба дивизии, строгий выговор от 15 мая 2020 г. за ненадлежащее оформление и представление плана личной работы, строгий выговор от 15 мая 2020 г. за неудовлетворительную строевую выучку, строгий выговор от 15 мая 2020 г. за попытку обмана командира, – отказать в удовлетворении по причине пропуска срока на обращение в суд. В судебном заседании ФИО2 поддержал позицию, изложенную в возражениях, а также показал, что 14 мая 2020 г. за беспрепятственный пропуск в штаб дивизии сотрудника военной полиции исполнявшему в то время обязанности помощника дежурного по войсковой части № капитану ФИО1 им в устной форме объявлен выговор. Кроме того, 29 мая 2020 г. капитан ФИО1 опоздал на проводимое им в 16 часов построение, в связи с чем административному истцу в устной форме объявлен выговор.

Административный ответчик – временно исполняющий обязанности начальника артиллерии войсковой части № подполковник ФИО3 в представленных в суд письменных возражениях просил отказать ФИО1 в удовлетворении заявленных требований по существу, а в отношении дисциплинарных взысканий, объявленных в приказе от 15 мая 2020 г. №, а также объявленных устно командиром и начальником штаба войсковой части №: строгий выговор от 12 мая 2020 г. за неудовлетворительный внешний вид, выговор от 14 мая 2020 г. за слабую организацию пропускного режима штаба дивизии, строгий выговор от 15 мая 2020 г. за ненадлежащее оформление и представление плана личной работы, строгий выговор от 15 мая 2020 г. за неудовлетворительную строевую выучку, строгий выговор от 15 мая 2020 г. за попытку обмана командира, – отказать в удовлетворении по причине пропуска срока на обращение в суд. В судебном заседании ФИО3 поддержал позицию, изложенную в возражениях, а также показал, что 19 мая 2020 г. опоздание на построение, а 25 мая 2020 г. за ненадлежащую подготовку к строевому смотру им капитану ФИО1 в устной форме объявлены взыскания в виде выговора. Также ФИО3 показал, что 15 мая 2020 г. ФИО1 были представлены командиру дивизии личные планы работы, которые не соответствуют предъявляемым требованиям, а после обеда в указанный день во время построения офицеров управления дивизии ФИО1 не четко выполнил строевые приемы, за что был привлечен командиром дивизии к дисциплинарной ответственности. При этом, в свое оправдание ФИО1 пояснил, что не мог выполнить четко строевые приемы ввиду болевого синдрома. Для подтверждения сказанного ФИО1 после построения предоставлял кому-то из медицинских работников медицинскую книжку. При этом, своего подчиненного ФИО3 охарактеризовал с положительной стороны.

Представитель командира войсковой части № ФИО4, а также представитель начальника штаба войсковой части № ФИО5 просили отказать по существу в удовлетворении административного иска, так как, по их мнению, привлечение ФИО1 к дисциплинарной ответственности обжалуемыми приказами произведено в соответствии с требованиями Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации. Кроме того, в отношении дисциплинарных взысканий, объявленных в приказе от 15 мая 2020 г. №, а также объявленных устно командиром и начальником штаба войсковой части №: строгий выговор от 12 мая 2020 г. за неудовлетворительный внешний вид, выговор от 14 мая 2020 г. за слабую организацию пропускного режима штаба дивизии, строгий выговор от 15 мая 2020 г. за ненадлежащее оформление и представление плана личной работы, строгий выговор от 15 мая 2020 г. за неудовлетворительную строевую выучку, строгий выговор от 15 мая 2020 г. за попытку обмана командира, строгий выговор, изложенный в приказе от 15 мая 2020 г. №, – отказать в удовлетворении по причине пропуска срока на обращение в суд.

Свидетель – начальник связи войсковой части № подполковник ФИО22 показал, что в мае 2020 г. на построении командир дивизии заметил, что капитан ФИО1 якобы использует смартфон, в связи с чем он вызвал административного истца из строя и потребовал от него достать все содержимое из карманов. В связи с тем, что ФИО1 не выполнил приказ командира, были вызваны сотрудники военной полиции для осуществления личного досмотра. По факту наличия у ФИО1 мобильного телефона с расширенными мультимедийными функциями он проводил разбирательство, по итогам которого 15 мая 2020 г. составил протокол о грубом дисциплинарном проступке, предусмотренном п. 1.3 ст. 7 Федерального закона «О статусе военнослужащих». При этом, в графе «время совершения..» им ошибочно указано 20 часов 45 минут 12 мая 2020 г., так как следовало указать время обнаружения командиром дивизии данного телефона у ФИО1.

Свидетель – начальник отделения кадров войсковой части № майор ФИО20 показал, что 15 мая 2020 г. на построении офицеров управления командир дивизии объявил ФИО1 два строгих выговора – за неудовлетворительную строевую выучку, а также за попытку обмана командира, которая выразилась в том, что административный истец в качестве основания нарушения строевых приемов указал на боль в ноге, а начальник медицинской службы соединения доложил командиру дивизии, что ФИО1 не обращался к нему с такими жалобами.

Кроме того, свидетель ФИО20 показал, что 30 мая 2020 г. на служебном совещании ФИО1 на вопрос командира дивизии ответил с нарушением воинского этикета. При этом, ФИО1 отказался от дачи объяснений по поводу нетактичного поведения на совещании. За данный проступок ФИО1 приказом командира войсковой части № от 1 июня 2020 г. № объявлен выговор.

Помимо этого, ФИО20 показал, что ФИО1 не прибыл на построение, проводимое в 19 часов 10 августа 2020 г. командиром дивизии, и не принял участия в проверках подразделений подчиненных воинских частей на предмет готовности к участию в учениях, за что ему было объявлено взыскание в виде выговора приказом от 13 августа 2020 г. №.

Свидетель – начальник отделения комплектования войсковой части № майор ФИО10 показал, что ФИО1 29 мая 2020 г. опоздал на построение, которое проводилось в 16 часов указанного дня. Кроме того, он показал, что ФИО1 с 1 июня 2020 г. выполнял внештатные обязанности командира роты молодого пополнения.

Свидетель – начальник службы защиты государственной тайны войсковой части № подполковник ФИО11 показал, что в 18 часов 30 минут 12 мая 2020 г. на построении перед штабом у командира дивизии возникло подозрение в использовании ФИО1 мобильного телефона с расширенными мультимедийными функциями. ФИО1 не выполнил приказ командира войсковой части № достать все содержимое из карманов, в связи с чем были вызваны сотрудники военной полиции. Он на разрешенную к использованию видеокамеру осуществлял съемку личного досмотра ФИО1, проводимого в военной комендатуре Чебаркульского гарнизона, в ходе которого был обнаружен телефон с расширенными мультимедийными функциями.

Свидетель – начальник службы РАВ войсковой части № подполковник ФИО12 показал, что на построении, проводимом командиром дивизии в 16 часов 12 мая 2020 г., у ФИО1 был неопрятный внешний вид, в связи с чем ему на данном построении было объявлено дисциплинарное взыскание в виде выговора устно.

Свидетель – старший помощник начальника отделения кадров войсковой части № майор ФИО13 показал, что капитан ФИО1 опоздал на построение, проводимое в 16 часов 29 мая 2020 г., в связи с чем начальником штаба ему был объявлен выговор устно.

Свидетель – начальник инженерной службы войсковой части № майор ФИО14 показал, что 15 мая 2020 г. на построении, проводимом в 16 часов, капитан ФИО1 подошел к командиру дивизии не строевым шагом, ссылаясь на боль в колене, за что ему было объявлен выговор.

Свидетель – старший помощник начальника штаба отделения артиллерии войсковой части № майор ФИО15 показал, что 14 мая 2020 г. он исполнял обязанности дежурного по войсковой части №, а ФИО1 являлся его помощником. После того, как он прибыл в помещение дежурного после контроля мероприятий распорядка дня, ФИО1 доложил ему, что начальник штаба войсковой части № объявил ФИО1 выговор за то, что в штаб без разрешения прошел военнослужащий военной полиции. Также ФИО15 показал, что за допуск в штаб в указанный период времени отвечал наряд по штабу. При этом, свидетель уточнил, что в период того, когда военнослужащий военной полиции проходил в штаб, он сам был непосредственно на месте несения службы, а когда начальник штаба начал устное разбирательство по данному факту он в штабе отсутствовал, а на месте дежурного был только ФИО1.

Свидетель – командир войсковой части № подполковник медицинской службы ФИО16 показал, что 15 мая 2020 г. после построения к нему обращался ФИО1 и представлял свою медицинскую книжку, а также сообщал о болезненности нижней конечности. Затем он доложил командиру войсковой части №, что у ФИО1 имеется неудаленная металлоконструкция.

Свидетель – начальник отделения службы войск и безопасности военной службы войсковой части № подполковник ФИО17 показал, что за осуществление допуска в штаб дивизии в период мая 2020 г. отвечал наряд по штабу.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства, суд полагает установленными следующие обстоятельства.

На основании приказа командующего войсками Центрального военного округа от 16 августа 2016 г. № капитан ФИО1 назначен на должность помощника начальника штаба отделения артиллерии войсковой части №.

Согласно приказу командира войсковой части № от 12 октября 2016 г. № ФИО1 зачислен в списки личного состава части и поставлен на все виды обеспечения.

Из служебной карточки ФИО1 следует, что ему объявлены дисциплинарные взыскания:

- 12 мая 2020 г. за неудовлетворительный вид строгий выговор командиром дивизии устно;

- 14 мая 2020 г. за слабую организацию пропускного режима в штабе дивизии в ходе несения службы помощником дежурного по дивизии выговор начальником штаба войсковой части № устно;

- 15 мая 2020 г. за ненадлежащее оформление и представление личного плана работы строгий выговор командиром дивизии устно;

- 15 мая 2020 г. за неудовлетворительную строевую выучку строгий выговор командиром дивизии устно;

- 15 мая 2020 г. за попытку обмана командира дивизии строгий выговор командиром дивизии устно;

- 19 мая 2020 г. за опоздание в строй (отсутствие на построении) выговор врио начальником артиллерии устно;

- 15 мая 2020 г. за нарушение п. 1.3 ст. 7 ФЗ «О статусе военнослужащих» командиром дивизии предупрежден о неполном служебном соответствии приказом №;

- 25 мая 2020 г. за ненадлежащую подготовку к строевому смотру начальником артиллерии войсковой части № выговор устно;

- 29 мая 2020 г. за опоздание в строй и пререкание с начальником штаба войсковой части № выговор устно;

- 1 июня 2020 г. за нарушение ст. 19 Устава внутренней службы ВС РФ командиром дивизии выговор приказом №;

- 13 июня 2020 г. за нарушение ст.ст. 16, 43 Устава внутренней службы ВС РФ командиром дивизии выговор приказом №.

При рассмотрении заявлений административных ответчиков и их представителейо пропуске административным истцом срока на обращение в суд по обжалованию дисциплинарных взысканий, объявленных в приказе от 15 мая 2020 г. №, а также объявленных устно командиром и начальником штаба войсковой части №: строгий выговор от 12 мая 2020 г. за неудовлетворительный внешний вид, выговор от 14 мая 2020 г. за слабую организацию пропускного режима штаба дивизии, строгий выговор от 15 мая 2020 г. за ненадлежащее оформление и представление плана личной работы, строгий выговор от 15 мая 2020 г. за неудовлетворительную строевую выучку, строгий выговор от 15 мая 2020 г. за попытку обмана командира суд исходит из следующего.

Согласно взаимосвязанных положений ст.ст. 83, 91 и 92 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации дисциплинарные взыскания – выговор, строгий выговор, объявляются офицерам лично или на совещании.

Из служебной карточки ФИО1 следует, что взыскания, объявленные ему командиром и начальником штаба войсковой части № устно 12, 14 и три взыскания от 15 мая 2020 г. последовательно занесены в соответствующие графы карточки. При этом датами применения дисциплинарных взысканий в карточке отражены - 12, 14 и 15 мая 2020 г., соответственно.

Как первоначально показал в судебном заседании ФИО1, данные взыскания объявлены ему непосредственно в указанные даты без проведения служебных разбирательств, то есть после обнаружения должностными лицами в его действиях признаков дисциплинарных проступков. При этом, со служебной карточкой он был ознакомлен только 19 мая 2020 г. Впоследствии административный истец изменил свои показания, сообщив, что ему ни командир части, ни начальник штаба не доводили, что ему объявлены дисциплинарные взыскания. При этом, в отношении взысканий от 12 мая и трех взысканий от 15 мая 2020 г. ФИО1 показал, что командиром дивизии ставилась задача начальнику отделения кадров записать взыскания в служебную карточку.

Указанные показания административного истца опровергаются показаниями свидетелей ФИО12, ФИО15, ФИО20 и ФИО14 о том, что командиром дивизии были объявлены устно взыскания ФИО1 в указанные дни, в связи с чем, как полагает суд, даны ФИО1 с целью избежания применения пропуска срока для обжалования вышеуказанных дисциплинарных взысканий, приняты быть не могут, и отвергаются судом.

В соответствии с ч. 1 ст. 219 КАС РФ административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

Как видно из оттиска почтового штампа с рассматриваемым административным исковым заявлением ФИО1 первоначально обратился почтой в Магнитогорский гарнизонный военный суд 19 августа 2020 г. До указанного момента ФИО1 в суд не обращался. Объективных причин, препятствующих обращению в суд до 19 августа 2020 г. административным истцом не приведено. Вместе с тем, по мнению административного истца начало срока давности на обращение в суд следует исчислять с момента его ознакомления со служебной карточкой, то есть с 19 мая 2020 г.

Учитывая изложенное, следует прийти к выводу, что довод административного истца о том, что им соблюден срок обращения в суд по обжалованию взысканий, объявленных командиром и начальником штаба войсковой части № устно 12, 14 и три взыскания от 15 мая 2020 г., не подтвержден материалами дела, в связи с чем является надуманным.

Таким образом, суд полагает невозможным признание этих обстоятельств в качестве уважительной причины пропуска предусмотренного ч. 1 ст. 219 КАС РФ трехмесячного срока для обжалования вышеуказанных взысканий. Не представлено административным истцом сведений и о том, что имелись какие-либо иные обстоятельства, объективно исключавшие возможность его своевременного обращения в суд.

Установив факт пропуска без уважительных причин указанного срока, суд исходя из положений ч. 5 ст. 180 и ч. 8 ст. 219 КАС РФ отказывает в удовлетворении заявленных требований в судебном заседании, указав в мотивировочной части решения только на выявление судом данного обстоятельства.

Поскольку ФИО1 пропущен установленный ст. 219 КАС РФ срок на обжалование взысканий, объявленных командиром и начальником штаба войсковой части № устно 12, 14 и три взыскания от 15 мая 2020 г., а каких-либо причин, объективно исключавших возможность своевременного обращения в суд административным истцом не приведено, заявленные им требования удовлетворению не подлежат.

Также из служебной карточки ФИО1 следует, что сведения о применении дисциплинарном взыскании, объявленном в приказе от 15 мая 2020 г. №, внесены в документ не в хронологическом порядке, а после взыскания, объявленного ему 19 мая 2020 г. устно временно исполняющим обязанности начальника артиллерии войсковой части №. Данных об ознакомлении административного истца с данным приказом до 19 мая 2020 г. административными ответчиками не представлено.

Таким образом, вопреки позиции административных ответчиков, срок для обращения в суд по обжалованию дисциплинарного взыскания, объявленного в приказе от 15 мая 2020 г. №, административным истцом соблюден.

При рассмотрении требований об обжаловании дисциплинарных взысканий:

- от 19 мая 2020 г. за опоздание в строй временно исполняющим обязанности начальника артиллерии войсковой части № (устно);

- от 15 мая 2020 г. №, за нарушение п. 1.3 ст. 7 ФЗ «О статусе военнослужащих» командиром дивизии предупрежден о неполном служебном соответствии приказом №;

- 25 мая 2020 г. за ненадлежащую подготовку к строевому смотру начальником артиллерии войсковой части № выговор устно;

- 29 мая 2020 г. за опоздание в строй и пререкание с начальником штаба войсковой части № выговор устно;

- 1 июня 2020 г. за нарушение ст. 19 Устава внутренней службы ВС РФ командиром дивизии выговор приказом №;

- 13 августа 2020 г. за нарушение ст.ст. 16, 43 Устава внутренней службы ВС РФ командиром дивизии выговор приказом № суд исходит из следующего.

В соответствии со ст. 28.2 Федерального закона «О статусе военнослужащих» военнослужащий привлекается к дисциплинарной ответственности за дисциплинарный проступок, то есть за противоправное, виновное действие (бездействие), выражающееся в нарушении воинской дисциплины, которое в соответствии с законодательством Российской Федерации не влечет за собой уголовной или административной ответственности.

Военнослужащий привлекается к дисциплинарной ответственности только за тот дисциплинарный проступок, в отношении которого установлена его вина, он не обязан доказывать свою невиновность, а неустранимые сомнения в виновности военнослужащего, привлекаемого к дисциплинарной ответственности, толкуются в его пользу.

Положениями статьи 28.6 названного закона установлено, что выяснению подлежат, в том числе, событие дисциплинарного проступка, вина военнослужащего, форма вины, мотивы совершения проступка и другие обстоятельства, имеющие значения для правильного решения вопроса о привлечении военнослужащего к дисциплинарной ответственности.

Согласно ст. 28.8 того же Федерального закона по каждому факту совершения военнослужащим дисциплинарного проступка проводится разбирательство.

Порядок проведения разбирательства, полномочия командира, определяются общевоинскими уставами в соответствии с названным Федеральным законом.

В соответствии со ст. 50 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 10 ноября 2007 г. № 1495 (далее - Дисциплинарный устав), при привлечении военнослужащего к дисциплинарной ответственности выясняются обстоятельства совершения им дисциплинарного проступка и осуществляется сбор доказательств.

Согласно ст. 81 Дисциплинарного устава, принятию командиром (начальником) решения о применении к подчиненному военнослужащему дисциплинарного взыскания предшествует разбирательство, которое проводится в целях установления виновных лиц, выявления причин и условий, способствовавших совершению дисциплинарного проступка, как правило, проводится без оформления письменных материалов, за исключением случаев, когда командир (начальник) потребовал представить материалы разбирательства в письменном виде. В ходе разбирательства, помимо прочего, должно быть установлено: событие дисциплинарного проступка (время, место, способ и другие обстоятельства его совершения); лицо, совершившее дисциплинарный проступок; вина военнослужащего в совершении дисциплинарного проступка, форма вины и мотивы совершения дисциплинарного проступка.

В соответствии со ст. 16 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации (далее по тексту – УВС ВС РФ) военнослужащий в служебной деятельности обязан руководствоваться Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами, федеральными законами, общевоинскими уставами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно ст.ст. 17 и 19 УВС ВС РФ военнослужащий должен быть честным, соблюдать правила воинской вежливости, поведения, ношения военной формы одежды.

Как следует из ст. 39 УВС ВС РФ приказ командира может быть издан в письменном виде, устно или по техническим средствам, а его обсуждение недопустимо.

В соответствии с п. 1.3 ст. 7 Федерального закона от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» военнослужащему при исполнении обязанностей военной службы запрещается иметь при себе электронные изделия (приборы, технические средства) бытового назначения, в которых могут храниться или которые позволяют с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» распространять или предоставлять аудио-, фото-, видеоматериалы и данные геолокации.

Как следует из приказа командира войсковой части № от 15 мая 2020 г. № административный истец за нарушение п. 1.3 ст. 7 Федерального закона от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих», выразившееся в использовании в 18 часов

30 минут 12 мая 2020 г. телефона с расширенными мультимедийными функциями (<данные изъяты>) предупрежден о неполном служебном соответствии.

Из материалов служебного разбирательства, предшествовавшего применению данного дисциплинарного взыскания, проведенного подполковником ФИО22, следует, что 12 мая 2020 г. ФИО1 в 18 часов 30 минут использовал на территории войсковой части № смартфон с расширенными мультимедийными возможностями. Событие грубого дисциплинарного проступка подтверждены в материалах разбирательства объяснениями военнослужащих – очевидцев подполковников ФИО28, ФИО29, старшего лейтенанта ФИО30, протоколами о применении мер обеспечения при производстве по материалам о грубом дисциплинарном проступке. При этом, указание в протоколе о грубом дисциплинарном проступке времени его совершения 20 часов 45 минут 12 мая 2020 г. суд признает технической ошибкой, обусловленной временем завершения личного досмотра и обнаружения у ФИО1 смартфона с расширенными мультимедийными функциями. Доводы административного истца и его представителя о том, что данный телефон получен ФИО1 от сына в ходе его пребывания в военной комендатуре опровергается показаниями свидетеля ФИО11, письменными объяснениями ФИО28, ФИО29, ФИО30, из которых следует, что ФИО1 при следовании от штаба войсковой части № в военную комендатуру и при нахождении в ней ни с кем не общался, в связи с чем являются надуманными. Доводы представителя административного истца – адвоката Довбыша А.А. о том, что в ходе разбирательства не установлены пределы частот, на которых работает телефон, изъятый у ФИО1, также являются надуманными, так как изложенные выше положения п. 1.3 статьи 7 Федерального закона «О статусе военнослужащих» не содержат ссылки на то, что запрещенные к использованию электронные изделия бытового назначения должны соответствовать определенным требованиям по частоте работы.

Вопреки позиции представителя административного истца отсутствие протокола изъятия телефона не исключает события вышеуказанного грубого дисциплинарного проступка, совершенного ФИО1, и его виновности в совершении указанного грубого дисциплинарного проступка.

Помимо материалов служебного разбирательства из исследованной в судебном заседании видеозаписи следует, что должностными лицами военной полиции проводился личный досмотр ФИО1. При этом во внутреннем кармане форменного обмундирования был изъят телефон, имеющий большой экран, а также видеокамеру.

Согласно комиссионному заключению должностных лиц войсковой части № мобильный телефон <данные изъяты> EMEI1: № не содержал сведений, составляющих охраняемую законом тайну, однако, на телефоне имелись фотографии и документы.

В судебном заседании ФИО1 показал, что его телефон при наличии сим-карты может быть подключен к сети «Интернет».

Таким образом, по мнению суда, изъятый 12 мая 2020 г. у ФИО1 мобильный телефон относится к электронным изделиям бытового назначения, в которых могут храниться или которые позволяют с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» передавать фотоматериалы.

Поскольку ФИО1 в 18 часов 30 минут 12 мая 2020 г. в ходе построения, проводимого командиром войсковой части 86274 имел при себе электронное изделие бытового назначения - смартфон с расширенными мультимедийными возможностями, то есть совершил грубый дисциплинарный проступок, суд признает законным и обоснованным приказ командира войсковой части № от 15 мая 2020 г. № о привлечении административного истца за это к дисциплинарной ответственности.

В соответствии с приказом командира войсковой части № от 1 июня 2020 г.№ ФИО1 за нарушение ст. 19 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, выразившихся в том, что 30 мая 2020 г. на подведении итогов за неделю с управлением соединения и командирами подчиненных воинских частей при ответах на вопросы командира дивизии отвечал не по установленной форме, вызывающе и крайне нетактично, нарушая воинский этикет, привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора.

Как следует из акта об отказе от дачи объяснений, административный истец 1 июня 2020 г. отказался давать объяснения по поводу нетактичного поведения на совещании, проводимом 30 мая 2020 г. командиром войсковой части. Событие дисциплинарного проступка, а также виновность административного истца в его совершении подтверждена свидетелем ФИО6. Оценивая показания указанного свидетеля, предупрежденного в установленном порядке об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, суд находит их достоверными.

Поскольку ФИО1 30 мая 2020 г. в ходе служебного совещания нарушил требования ст. 19 УВС ВС РФ при ответе на вопросы командира войсковой части №, суд признает законным и обоснованным приказ командира войсковой части № от 1 июня 2020 г. № о привлечении административного истца за это к дисциплинарной ответственности.

Согласно приказу командира войсковой части № от 13 августа 2020 г. № ФИО1 за нарушение ст.ст. 16 и 43 Устава внутренней службы Вооруженных сил Российской Федерации, выразившееся в нарушении воинской дисциплины, невыполнении приказа командира воинской части о прибытии 10 августа 2020 г. на строевой смотр, проводимый согласно Плану подготовки управления, подразделений войсковой части № к дивизионному тактическому учению привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора.

Из материалов служебного разбирательства, проведенного начальником отделения кадров войсковой части № майором ФИО20, следует, что на построении, проводимом в 16 часов 10 августа 2020 г. до должностных лиц войсковой части № было доведено, что в 19 часов указанного дня будут проводиться смотры готовности подразделений воинских частей соединения к подготовке к проведению учений. При этом, административным истцом данные требования проигнорированы, в связи с чем в 19 часов указанного дня он на построении не присутствовал. Довод административного истца о том, что он не знал о том, что на вечернем построении будут определены дополнительные задачи по проверке готовности подразделений воинских частей соединения к учениям, суд признает надуманными, данными с целью освобождения от дисциплинарной ответственности. Событие дисциплинарного проступка, а также виновность административного истца в его совершении подтверждена свидетелем ФИО6. Оценивая показания указанного свидетеля, предупрежденного в установленном порядке об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, суд находит их достоверными.

Поскольку ФИО1 в 19 часов 10 августа 2020 г. не прибыл на построение и не участвовал в проверке готовности подразделений воинских частей соединения к учениям, суд признает законным и обоснованным приказ командира войсковой части № от 13 августа 2020 г. № о привлечении административного истца за это к дисциплинарной ответственности.

Событие дисциплинарных проступков ФИО1, выразившихся в опоздании19 мая 2020 г. на построение и неподготовленности к строевому смотру 25 мая 2020 г., а также его виновность в их совершении подтверждены административным ответчиком – временно исполняющим обязанности начальника артиллерии войсковой части № подполковником ФИО3, который также показал, что перед применением дисциплинарных взысканий им в устной форме уточнены причины допущенных нарушений подчиненным. Кроме того, ФИО3 показал, что за ненадлежащую подготовку к строевому смотру 25 мая 2020 г. ему самому заместителем командира войсковой части № объявлено дисциплинарное взыскание. Таким образом, поскольку ФИО1 опоздал на построение 19 мая 2020 г., а также не был готов к строевому смотру 25 мая 2020 г., то есть ненадлежащим образом исполнял свои должностные обязанности, суд признает законным и обоснованным решение временно исполняющего обязанности начальника артиллерии войсковой части № о привлечении административного истца за это к дисциплинарной ответственности.

Как следует из показаний свидетелей ФИО10 и ФИО13, административный истец 29 мая 2020 г. опоздал на построение, за что был привлечен к дисциплинарной ответственности. Оценивая показания указанных свидетелей, предупрежденных в установленном порядке об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, суд находит их достоверными. Таким образом, поскольку ФИО1 опоздал на построение 29 мая 2020 г., то есть ненадлежащим образом исполнял свои должностные обязанности, суд признает законным и обоснованным решение временно исполняющего обязанности начальника артиллерии войсковой части № о привлечении административного истца за это к дисциплинарной ответственности.

Вышеприведенные требования Федерального закона «О статусе военнослужащих» и Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации при привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности соблюдены в полной мере.

В свою очередь должностные лица, объявившие административному истцу дисциплинарные взыскания, обладали соответствующими полномочиями по привлечению его к дисциплинарной ответственности.

При этом суд также приходит к выводу о том, что наложенные командиром, начальником штаба и временно исполняющим обязанности начальника артиллерии войсковой части на административного истца дисциплинарные взыскания соизмеримы с совершенными им дисциплинарными проступками, обстоятельствами их совершения, как это предусмотрено ст. 28.5, 28.6 Федерального закона и ст. 82 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации.

Руководствуясь ст.ст. 175 - 180, 219, 227 КАС РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленных требований ФИО1 о признании незаконными решений о привлечении его к дисциплинарной ответственности, объявленных устно: командиром войсковой части № – 12 мая, три взыскания 15 мая 2020 г., начальником штаба войсковой части № – 14 мая 2020 г., отказать в связи с пропуском срока обращения с административным исковым заявлением в суд.

В удовлетворении заявленных требований ФИО1 о признании незаконными решений о привлечении его к дисциплинарной ответственности, объявленных в приказах командира войсковой части № от 15 мая 2020 г. №, от 1 июня 2020 г. №, от 13 августа 2020 г. №, а также устно: начальником штаба войсковой части № – 29 мая 2020 г., временно исполняющим обязанности начальника артиллерии войсковой части № – 19 и 25 мая 2020 г., отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Центральный окружной военный суд через Магнитогорский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья <данные изъяты> Д.Ю. Сучков

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>