Определение № 33-1699/2026 от 31 марта 2026 г.

Судья Четина В.С.

Дело № 33-1699/2026

УИД № 59RS0017-01-2025-001473-44

Мотивированное
определение изготовлено 01.04.2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Пермь 18.03.2026

Судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда в составе председательствующего судьи Казакова М.В.,

судей Бабиновой Н.А., Букатиной Ю.П.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Штейниковой Н.С.,

с участием прокурора Рычковой А.Б.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-788/2025 по иску ФИО1 к Кировскому районному суду г. Перми, ОРПОТ Кировского района СУ Управления МВД России по г. Перми, ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Пермскому краю, Министерству внутренних дел Российской Федерации, Управлению судебного департамента в Пермском крае, Федеральной службе исполнения наказаний России, Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации о возмещении ущерба, компенсации морального вреда в связи с незаконным содержанием под стражей.

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Губахинского городского суда Пермского от 24.11.2025.

Заслушав доклад судьи Бабиновой Н.А., пояснения представителей ответчиков ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Пермскому краю - ФИО2, Минфин России - ФИО3, третьего лица УМВД России - И., заключение прокурора Рычковой А.Б., изучив материалы дела, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к ОРПОТ Кировского района СУ Управления МВД России по г. Перми, Кировскому районному суду г. Перми, ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Пермскому краю о взыскании ущерба, компенсации морального вреда.

В обоснование требований указано, что 02.11.2021 истец был задержан сотрудниками полиции в соответствии со статьями 91, 92 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

03.11.2021 в отношении истца возбуждено уголовное дело по подозрению в преступлении, предусмотренном частью 3 статьи 30, п. «г» части 4 статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации.

05.11.2021 постановлением Кировского районного суда г. Перми в отношении истца избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. Срок содержания под стражей неоднократно продлевался, однако, по истечении восьми месяцев содержания под стражей, постановлением Кировского районного суда г. Перми от 30.06.2022 истец был освобожден из-под стражи.

01.07.2022 в отношении истца была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

16.11.2022 истец задержан сотрудниками полиции.

17.11.2022 в отношении истца возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 3 статьи 30, п. «г» части 4 статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, задержан в порядке статей 91, 92 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Постановлением Свердловского районного суда г. Перми от 18.11.2022 в отношении истца избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. Срок содержания под стражей неоднократно продлевался.

05.12.2022 руководителем следственного органа уголовное дело было изъято из производства следователя ОРПОТ Свердловского района СУ УМВД России по г. Перми и передано в ОРПОТ Кировского района СУ УМВД России по г. Перми для производства предварительного следствия.

28.07.2023 руководителем следственного органа – начальником ОРПОТ Кировского района СУ УМВД России по г. Перми уголовные дела № 12101570053001782 и № 12201570057003904 были объединены в одно производство, присвоен номер 12101570053001782.

26.09.2023 постановлением Кировского районного суда г. Перми срок содержания под стражей в отношении истца продлен на 24 суток, всего до 11 месяцев 7 суток.

Таким образом, срок содержания под стражей на момент судебного заседания 26.09.2023 уже превышал 18 месяцев по одному уголовному делу.

Уголовные дела были объединены в одно производство только спустя 8 месяцев с момента пребывания истца под стражей, что, по мнению истца, является явным нарушением со стороны органов следствия.

Постановление о продлении срока содержания под стражей, также не соответствовало положениям части 3 статьи 31 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Обвинительное заключение в установленные сроки получено истцом не было, а с материалами дела был ознакомлен 25.09.2023 – за сутки до судебного заседания, на 19-ый месяц содержания под стражей по данному уголовному делу.

Против удовлетворения ходатайства следователя в судебном заседании Кировского районного суда г. Перми возражали истец с защитником и прокурор.

В судебном заседании истцом были представлены постановления прокурора Кировского района г. Перми, свидетельствующие о выявлении волокиты по данному уголовному делу, о допущенных нарушениях при проведении расследования в части разумности сроков уголовного судопроизводства, о неэффективности организации проведения по уголовному делу предварительного расследования, что судом учтено не было.

03.10.2023 по жалобам истца и его защитника судом апелляционной инстанции Пермского краевого суда вынесено постановление об освобождении истца из-под стражи, в отношении истца была применена мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

После освобождения из-под стражи 03.10.2023 срок предварительного следствия продлен не был, приостанавливалось расследование по уголовному делу и без основательных причин не возобновлялось вплоть до 28.07.2023.

Полагает, что сотрудники следственного органа намеренно затягивали процесс, используя его в своих интересах. Следственные действия велись в отношении истца порядка 3 лет. Даже после возобновления предварительного следствия по делу допустимый срок 12 месяцев уже был превышен, в дальнейшем надлежащим образом продлен срок не был.

За все время производства следственных действий истец не был уведомлен о продлении срока предварительного расследования. Следственные действия, по мнению истца, не могли продолжаться в связи с изложенными нарушениями уголовно-процессуального законодательства.

Расследование по делу не представляло особую сложность, исключительными случаями не могут служить волокита со стороны органов следствия и неэффективность организации проведения по уголовному делу предварительного расследования.

Учитывая то, что время, проведенное истцом под стражей, превысило предельный срок содержания под стражей, установленный нормами Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, истец считает свои права нарушенными. Истец незаконно был ограничен в передвижении, нарушен принцип неприкосновенности личности, гарантируемый статьей 27 Конституции Российской Федерации.

С учетом уточнения указал, что, поскольку истец содержался под стражей с 02.11.2021 по 30.06.2022 (7 месяцев 29 дней), а также с 16.11.2022 по 03.10.2023 (10 месяцев 18 дней), итого 18 месяцев 17 дней, из которых 17 дней – незаконно, определив к возмещению вреда сумму в размере 240000 руб., компенсации морального вреда: стресс, тревогу, беззащитность, боязнь за жизнь, подавленность, опустошение, безысходность, потеря веры в правосудие, напряженность, нервное состояние, возбудимость, нарушение распорядка дня и ночи и т.п., с учетом стоимости 1 дня незаконного содержания под стражей в размере 15 000 руб. - 240 000 руб., общая сумма 480 000 руб.

В дополнениях к иску указал на то, что вся ответственность за нарушения, изложенные в иске, лежит на ответчиках ОПРОТ Кировского района СУ УМВД России по г. Перми и Кировском районном суде г. Перми.

На усмотрение суда оставил вопрос о привлечении ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Пермскому краю не как ответчика по иску, а как свидетеля изложенных в иске нарушений.

Определением от 20.10.2025 привлечены к участию в деле в качестве соответчика Министерство финансов Российской Федерации, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика Управление Министерства внутренних дел России по г. Перми.

Решением Губахинского городского суда Пермского края от 06.05.2024 постановлено производство по делу в части требований ФИО1 к Кировскому районному суду города Перми, ОРПОТ Кировского района СУ Управления МВД России по городу Перми, ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Пермскому краю, Министерству внутренних дел Российской Федерации, Управлению судебного департамента в Пермском крае, Федеральной службе исполнения наказаний России, Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации о возмещении ущерба в размере 240000 руб. прекратить; исковые требования ФИО1 к Кировскому районному суду города Перми, ОРПОТ Кировского района СУ Управления МВД России по городу Перми, ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Пермскому краю, Министерству внутренних дел Российской Федерации, Управлению судебного департамента в Пермском крае, Федеральной службе исполнения наказаний России, Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда в связи с незаконным содержанием под стражей оставить без удовлетворения.

С постановленным решением не согласен истец. В апелляционной жалобе указывает на то, что приговором Свердловского районного суда г. Перми был осужден к отбыванию наказания, и все время, проведенное им под стражей, зачтено в срок отбывания наказания, в связи с чем, при указанных обстоятельствах, суд не вправе делать вывод о том, что в течение 17 дней, истец незаконно содержался под стражей. Данные обстоятельства нашли свое подтверждение в апелляционном определении Пермского краевого суда от 03.10.2023, где указано, что истец содержался под стражей свыше предельного срока содержания под стражей, установленного законодательством Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Тот факт, что в срок отбывания наказания зачтено все время проведенное истцом под стражей, не отменяет ранее нарушенных норм законодательства, повлекших ущемление прав. Полагает, что суд первой инстанции подошел к рассмотрению гражданского дела формально, а не объективно, о чем сам указал в своем решении. Суд считает недопустимым взыскание компенсации морального вреда за счет казны, лишь по формальным обстоятельствам.

Незаконные действия должностных лиц автоматически затронули личные неимущественные права истца, выражающиеся в ущемлении и нарушении Конституционных прав истца. Губахинский городской суд своим решением обесценил права истца. Ввиду незаконного содержания под стражей в течение 17 дней, личные неимущественные права истца были нарушены, привели к испытанию нравственных страданий, истец испытал стресс, тревогу, беззащитностью потерю веры в правосудие.

Факт того, что указанные 17 дней незаконного содержания были зачтены в срок отбытия наказания, не отменяет нравственные страдания истца, в связи с чем просил решение отменить.

От ответчика Управления Судебного департамента в Пермском крае поступили возражения, просит оставить решение без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представители ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Пермскому краю ФИО2, Минфин России – ФИО3, третьего лица УМВД России И., указали на то, что решение суда обоснованно, просили оставить его без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Прокурор Пермской краевой прокуратуры Рычкова А.Б., в судебном заседании суда апелляционной инстанции указала на то, что решение по доводам апелляционной жалобы изменению не подлежит. Суд принял во внимание факт нахождения истца под стражей свыше срока, вместе с тем, срок содержания под стражей зачтен ему в срок лишения свободы по приговору суда. Просила решение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены, ходатайств об отложении дела не заявляли.

Обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе, проверив законность и обоснованность состоявшегося решения в порядке, установленном главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом пункта 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы, возражениях, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Пунктами 1 и 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 ГК РФ).

Согласно статье 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 настоящего Кодекса. Вред, причиненный при осуществлении правосудия, возмещается в случае, если вина судьи установлена приговором суда, вступившим в законную силу.

В статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В пунктах 25, 27 приведенного выше постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 отмечено, что при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда принимаются во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред; характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда, а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда; последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

В пунктах 37 - 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 также разъяснено, что моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц, подлежит компенсации, если оспоренные действия (бездействие) повлекли последствия в виде нарушения личных неимущественных прав граждан. Моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста или исправительных работ, в силу пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит компенсации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

Нормами статей 1069 и 1070, абзацев третьего и пятого статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, рассматриваемыми в системном единстве со статьей 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, определяющей основания возникновения права на возмещение государством вреда, причиненного гражданину в результате незаконного и необоснованного уголовного преследования, возможность взыскания компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием, не обусловлена наличием именно оправдательного приговора, вынесенного в отношении гражданина, или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям либо решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого. Поэтому не исключается принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и на основании принципов справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина (например, при отмене меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного на менее тяжкое обвинение, по которому данная мера пресечения применяться не могла, и др.).

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, постановлением судьи Кировского районного суда г. Перми № 3/1-84/2021 от 05.11.2021 было удовлетворено ходатайство следователя отдела по РПОТ Кировского района СУ Управления МВД России по городу Перми К. в рамках уголовного дела, возбужденного по части 3 статьи 30 и пункта «г» части 4 статьи 228? Уголовного кодекса Российской Федерации 03.11.2021, избрана в отношении подозреваемого ФИО1 мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 2 месяца, то есть до 03.01.2022. Постановление вступило в законную силу 10.11.2021 (л.д. 9).

Постановлением судьи Кировского районного суда г. Перми № 3/2-90/2022 от 30.06.2022 в удовлетворении ходатайства начальника отделения отдела по расследованию преступлений на обслуживаемой территории Кировского района СУ Управления МВД России по городу Перми Б. в рамках уголовного дела, возбужденного по части 3 статьи 30 и пункта «г» части 4 статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации 03.11.2021, о продлении в отношении ФИО1 срока содержания под стражей отказано. ФИО1 освобожден из-под стражи немедленно (л.д. 10).

Постановлением судьи Свердловского районного суда г. Перми № 3/1-166/2022 от 18.11.2022 удовлетворено ходатайство следователя об избрании меры пресечения в виде заключения под стражей в рамках уголовного дела, возбужденного по части 3 статьи 30 пункта «г» части 4 статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации 03.11.2021, избрана ФИО1 мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 2 месяца, то есть до 16.01.2023 (л.д. 11-12).

Как следует из постановления прокурора Кировского района г. Перми от 03.04.2023, ФИО1 обращался в прокуратуру с жалобой о несогласии с действиями (бездействием) следователя по уголовному делу № 12101570053001782, возбужденному 03.11.2021, указывая о длительном расследовании данного уголовного дела, допущенной по уголовному делу волоките, а также об оказанном следователем давлении, под которым вынужден был дать показания в отношении А., незаконном объявлении его в розыск. В удовлетворении жалобы ФИО1 от 22.03.2023 отказано. При этом прокурором установлено, что доводы жалобы ФИО1 в части оказания давления следователем и о незаконном объявлении ФИО1 в розыск не подтверждены. В части длительного расследования уголовного дела № 12101570053001782 доводы жалобы нашли подтверждение, в связи с чем прокуратурой 28.02.2023 и 20.03.2023 в адрес начальника ОРПОТ по Кировскому району г. Перми внесены представления об устранении нарушений уголовно-процессуального законодательства (л.д. 13).

Как следует из постановления прокурора Кировского района г. Перми от 27.04.2023, ФИО1 17.04.2023 обращался в прокуратуру с жалобой на допущенную по уголовному делу в отношении него должностными лицами ОРПОТ Кировского района СУ УМВД России по г. Перми волокиту, в удовлетворении жалобы ФИО1 от 17.04.2023 отказано (л.д. 14-15).

Также согласно постановлению и.о. прокурора Кировского района г. Перми от 17.08.2023 ФИО1 07.08.2023 и 09.08.2023 обращался с жалобой на волокиту и нарушение требований статьи 6.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации о разумном сроке уголовного судопроизводства при расследовании в отношении него должностными лицами ОРПОТ Кировского района СУ УМВД России по г. Перми уголовных дел № 12101570053001782 и № 12201570057003904, на необоснованность объявления его в розыск. В удовлетворении указанных жалоб отказано (л.д. 16-17).

Постановлением судьи Кировского районного суда г. Перми № 3/2-145/2023 от 26.09.2023 (л.д. 18-19) удовлетворено ходатайство старшего следователя ОРПОТ Кировского района СУ Управления МВД России по городу Перми Л. в рамках уголовного дела, возбужденного по части 3 статьи 30 пункта «г» части 4 статьи 228? Уголовного кодекса Российской Федерации 03.11.2021, продлена обвиняемому ФИО1 срок содержания под стражей на 24 суток, а всего до 11 месяцев 7 суток, то есть по 22.10.2023.

Апелляционным постановлением судьи Пермского краевого суда № 22К-6574/2023 от 03.10.2023 (л.д. 20-23) указанное постановление судьи Кировского районного суда г. Перми от 26.09.2023 о продлении срока содержания под стражей ФИО1 отменено, ходатайство старшего следователя отдела по расследованию преступлений на обслуживаемой территории Кировского района СУ Управления МВД России по городу Перми Л. о продлении меры пресечения в виде содержания под стражей в отношении обвиняемого ФИО1 оставлено без удовлетворения. ФИО1 освобожден из-под стражи немедленно.

Приговором Свердловского районного суда г. Перми № 1-201/2024 от 29.03.2024 (л.д. 90-93) установлено, что ФИО1, имея умысел на незаконное обогащение и получение постоянного незаконного источника доходов за счет средств, добытых преступным путем, в группе лиц по предварительному сговору, с неустановленным лицом, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), в период времени с июня 2021 года по 20 час. 49 мин. 22.09.2021, совершил покушение на незаконный сбыт вещества, содержащего в своем составе наркотическое средство – производное N-метилэфедрона, общей массой не менее 48,131 г., в крупном размере. 02.11.2021 около 17 час. 20 мин. у дома № ** по ул. **** г. Перми ФИО1 задержан сотрудниками полиции и доставлен в отдел полиции № 3 (дислокация Кировский район) УМВД России по г. Перми, в результате чего не смог довести до конца свои действия, непосредственно направленные на незаконный сбыт вещества, содержащего в своем составе наркотическое средство – производное N-метилэфедрона, общей массой не менее 48,131 г. ФИО1 признан виновным в совершении двух преступлений, предусмотренных частью 3 статьи 30 пункта «г» статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, ему назначено наказание за каждое из двух преступлений в виде лишения свободы на срок 5 лет со штрафом в размере 20 000 руб. В соответствии с частью 2 статьи 69 Уголовного кодекса Российской Федерации, по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно назначено ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок 6 лет со штрафом в размере 30 000 руб., с отбыванием наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима. Срок наказания ФИО1 постановлено исчислять с даты вступления приговора в законную силу. Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменить на заключение под стражу, взяв под стражу в зале суда. В соответствии с частью 3.2 статьи 72 Уголовного кодекса Российской Федерации зачтено ФИО1 в срок лишения свободы время его содержания под стражей со 02.11.2021 по 30.06.2022, с 16.11.2022 по 03.10.2023 и с 27.12.2023 по 29.12.2023 из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Апелляционным определением Пермского краевого суда от 28.05.2024 приговор Свердловского районного суда г. Перми от 29.03.2024 в отношении ФИО1 изменен, в том числе, исключено назначение ФИО1 дополнительного наказания в виде штрафа по каждому из двух преступлений, предусмотренных частью 3 статьи 30 пункта «г» статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, в размере 20 000 руб., а также на основании части 2 статьи 69 Уголовного кодекса Российской Федерации в размере 30 000 руб., также зачтен в срок лишения свободы день фактического задержания ФИО1 – 26.12.2023, а также время содержания его под стражей с 29.03.2024 по 28.05.2024 из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строго режима.

Отказывая в удовлетворении исковых требований о компенсации морального вреда, суд первой инстанции, установив, что при продлении срока содержания ФИО1 под стражей были допущены нарушения уголовно-процессуального закона, а именно: ФИО1 в рамках одного уголовного дела содержался под стражей с нарушением предельного срока содержания обвиняемого под стражей, что подтверждено апелляционным постановлением судьи Пермского краевого суда от 03.10.2023, а, как следует из приговора Свердловского районного суда г. Перми № 1-201/2024, постановленного 29.03.2024 в рамках указанного уголовного дела в отношении ФИО1, данный срок содержания под стражей в полном объеме зачтен ФИО1 в срок лишения свободы, между тем ФИО1 не представлено каких-либо пояснений о том, как его личные неимущественные права были нарушены, учитывая, что фактически в рамках указанного уголовного дела он был осужден к отбыванию наказания и всё время, проведенное им под стражей, зачтено в срок отбывания наказания, в связи с чем при указанных обстоятельствах (наличии вступившего в законную силу приговора суда), исходил из того, что оснований для удовлетворения требований не имеется.

Разрешая требование о возмещении вреда, суд первой инстанции, руководствуясь частями 1, 5 статьи 135 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, части 1 статьи 220 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о прекращении производства по данным требованиям, в связи с необходимостью их рассмотрением в рамках уголовного судопроизводства.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.

Доводы апеллянта о наличии оснований для взыскания в его пользу денежных средств в качестве возмещения ущерба, получили надлежащую правовую оценку суда первой инстанции и в дополнительной аргументации суда апелляционной инстанции не нуждаются.

Судебная коллегия отмечает, что истцом не доказано наличие в действиях ответчиков совокупности элементов для привлечения к гражданско-правовой ответственности, поскольку истцом не представлено доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями должностных лиц ответчиков и наступлением последствий в виде причинения истцу убытков, компенсации морального вреда, что является основанием для отказа в иске.

Отказывая в части требований о взыскании компенсации морального вреда, суд первой инстанции, проанализировав мотивы обращения истца в суд, а именно тот факт, что ФИО1 связывает причинение ему морального вреда с избранием в отношении него меры пресечения свыше срока, установленного уголовно-процессуальным законодательством, пришел к выводу об отсутствии доказательств, подтверждающих незаконность действий ответчиков.

Перечень личных неимущественных прав и нематериальных благ перечислен в статье 150 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункте первом постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда».

Истец, указывая на то обстоятельство, что в связи с избранием в отношении него меры пресечения свыше срока, установленного уголовно-процессуальным законодательством, что повлекло причинение ему морального вреда как следствие нервному напряжению и переживаниям, не указал какие конкретно личные неимущественные права и нематериальные блага были нарушены в результате действия ответчиков.

Каких-либо иных бесспорных доказательств, подтверждающих нравственные страдания истца в связи с вышеописанными событиями, либо ухудшение состояния его здоровья, связанное с действиями ответчиков в материалах дела не имеется и на таковые истец не ссылался.

Иные доводы апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, основаны на неверном толковании норм материального права, аналогичны позиции апеллянта в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции, сводятся, по сути, к переоценке исследованных судом доказательств и оспариванию обоснованности выводов суда об установленных ими по делу фактических обстоятельствах и не влекут отмену оспариваемого судебного акта. Несогласие стороны с приведенной судом оценкой не свидетельствует о нарушении или неправильном применении судом норм права.

Руководствуясь статьями 199, 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Губахинского районного суда Пермского от 24.11.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи