Решение № 2-216/2024 2-216/2024(2-2374/2023;)~М-2497/2023 2-2374/2023 М-2497/2023 от 11 октября 2024 г. по делу № 2-216/2024

Дело №2-216/2024

УИД: 91RS0009-01-2023-003472-41


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

11 октября 2024 года г. Евпатория

Евпаторийский городской суд в составе:

председательствующего – судьи Слободюка Е.В.,

при секретаре – Полиш Д.Д.,

при участии:

истца – ФИО6,

представителя истца – адвоката Лычкова Р.В.,

представителя ответчика – ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО6 к ФИО15, о взыскании материального ущерба, причиненного в результате ДТП, -

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 (далее - истец) обратилась в суд к ФИО5 (далее – ответчик) с исковыми требованиям, в которых, просила:

1. Взыскать с ФИО5 в счет возмещения материального ущерба 768 193 (семьсот шестьдесят восемь тысяч сто девяносто три) рубля 99 копеек;

2. Взыскать с ФИО5 расходы по оценке стоимости восстановительного ремонта в размере 10 000 (десять тысяч) рублей;

3. Взыскать с ФИО5 расходы по уплате государственной пошлины в размере 10 882 (десять тысяч восемьсот восемьдесят два) рубля;

4. Взыскать с ФИО5 компенсацию морального вреда в размере 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей.

Исковые требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ примерно в 11 часов 20 минут, ФИО5, управляя транспортным средством марки <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты> регион, двигаясь по <адрес> Республики Крым, возле <адрес>, не выбрал безопасную скорость движения, не учел дорожную обстановку, особенности и состояние транспортного средства, не предпринял возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, в нарушение требований дорожной разметки 1.3 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных постановлением ФИО3 РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, допустил выезд на полосу встречного движения, где совершил столкновение с транспортным средством марки <данные изъяты>5, государственный регистрационный знак <данные изъяты> регион, под управлением истца. Как утверждает истец, ответчик ФИО5 нарушил требования пункта 1.3, 9.1.1, 9.7 и 10.1 ПДД РФ, в результате чего автомобилю истца причинены механические повреждения. Постановлением ФИО4 России по <адрес> ФИО8 № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ, назначено наказание в виде административного штрафа в размере 5 000 рублей. Решением Евпаторийского городского суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ по делу № постановление ФИО4 России по <адрес> ФИО8 № от ДД.ММ.ГГГГ оставлено без изменения, а жалоба ФИО5, - без удовлетворения. Решением Верховного Суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ по делу № решение Евпаторийского городского суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ по делу №, а также постановление ФИО4 России по <адрес> ФИО8 № от ДД.ММ.ГГГГ оставлены без изменения, а жалоба ФИО5, - без удовлетворения. Таким образом, нарушение ответчиком ФИО5 ПДД РФ находится в прямой причинной связи с наступившими последствиями - дорожно-транспортным происшествием, повлекшими повреждение автомобиля истца. Поскольку вина ответчика в дорожно-транспортном происшествии установлена полностью, на момент дорожно-транспортного происшествия гражданская ответственность ответчика не была застрахована, то лицом, ответственным за возмещение вреда, причиненного имуществу истца, является ФИО5

ДД.ММ.ГГГГ от представителя ответчика в материалы дела поступили письменные пояснения, в которых ответчик указывает на то, что исковые требования мотивированы, что Постановлением ФИО4 по <адрес> майором полиции ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ №, ФИО5 привлечен к административной ответственности предусмотренной ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ с назначением административного наказания в виде административного штрафа в размере 5 000 (пять тысяч) рублей. Также старшим инспектором ДПС ФИО4 <адрес> капитаном полиции ФИО9 вынесено Определение от ДД.ММ.ГГГГ серии 820В № и возбуждено дело об административном правонарушении и проведении административного расследования в отношении ФИО2 по ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ, в связи с нарушением последней п. 8.4 ПДД РФ, а именно управляя транспортный средством МАЗДА г.р.з., <***> при перестроении для поворота на лево не убедилась в безопасности маневра, не приняла меры предосторожности, не предоставила преимущественное право в движении автомобиля ВАЗ г.р.з. А608ХР82 под управлением ФИО5, которое двигалось прямолинейно в попутном направлении. Однако, в последствии проведя административное расследование в отношении ФИО2, привлекли к административной ответственности именно ФИО5, в отношении последнего административное расследование не проводилось. Кроме того, ответчик отмечает, что постановлением от ДД.ММ.ГГГГ инспектором ИАЗ ФИО4 России по <адрес> старшего лейтенанта полиции ФИО10 производство по делу об административном правонарушении <адрес> по ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ в отношении гражданки ФИО2 прекращено, на основании п. 2 ч. 1. ст. 24.5 КоАП РФ. Как отмечает ответчик, на основании Постановления от ДД.ММ.ГГГГ административное производство в отношении ФИО2 прекращено, и на основании данного Постановления, старшим инспектором ДПС ФИО4 <адрес> капитаном полиции ФИО9 составлен протокол об административном правонарушении серии <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО5 После чего постановлением ФИО4 по <адрес> майором полиции ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ №, ФИО5 привлечен к административной ответственности предусмотренной ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ. По мнению ответчика, постановление ФИО4 по <адрес> майором полиции ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ № основано на протоколе от ДД.ММ.ГГГГ, который в свою очередь составлен на основе постановления от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении в отношении ФИО2 административного производства. В тоже время, постановление о прекращении производства по делу от ДД.ММ.ГГГГ вынесенное инспектором ИАЗ ФИО4 России по <адрес> ФИО11, было признано незаконным решением Верховного суда Республики Крым дело № от ДД.ММ.ГГГГ, которым установлено, что должностным лицом не установлены и не исследованы имеющие значение для рассмотрения дела обстоятельства касательно того, создавалась ли ФИО2 опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения, выполняло ли транспортное средство под управлением ФИО2 поворот с соблюдением пункта 8.5 Правил дорожного движения либо отступало от них при условии обеспечения безопасности движения, создавало ли это помехи другим транспортным средствам, имело ли в данной дорожной ситуации транспортное средство под управлением ФИО5 преимущественное право проезда по отношению к транспортному средству под управлением ФИО2, тогда как эти обстоятельства имели существенное значение для разрешения настоящего дела. Кроме того, в резолютивной части постановления должностного лица от ДД.ММ.ГГГГ содержатся выводы о нарушении ФИО5 требований дорожной разметки 1.3, пунктов 9.1.1, 10.1 Правил дорожного движения, в то время как производство по настоящему делу в отношении ФИО5 не осуществлялось. Допущенные по настоящему делу нарушения требований, предусмотренных Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях, являются существенными, повлияли на всесторонность и полноту рассмотрения дела, а также законность принятых по делу решений. Также, согласно экспертного заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, в момент остановки под углом к краю проезжей части перед возобновлением движения налево, транспортное средство Мазда располагалось таким образом, что между автомобилем Мазда и двойной сплошной линей дорожной разметки 1.3, оставалось расстояние достаточное для безопасного проезда автомобиля ВАЗ и соответственно водитель автомобиля МАЗДА ФИО2 при развороте от правого края проезжей части, не убедилась в безопасности своего маневра, не уступила дорогу движущемуся в попутном направлении автомобилю ВАЗ под управлением ФИО5, чем создала опасность для движения, и в ее действиях усматриваются несоответствия требованиям п. 8.1, 8.7, 8.8 ПДД РФ. Кроме того, экспертом в заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, обоснована не состоятельность выводов содержащихся в заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО14 Так, в материалах настоящего гражданского дела судом приобщен акт экспертного исследования № проведенной Федеральным бюджетным учреждением «Севастопольская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации» экспертом ФИО4 отдела судебных автотехнических экспертиз ФИО12 Согласно заключения вышеуказанной экспертизы установлено, что водитель ФИО5 с технической точки зрения, в данных дорожных условиях, не располагал технической возможностью предотвратить ДТП и в действиях ФИО5 несоответствия требованиям ПДД РФ, которые, с технической точки зрения, состояли в причинной связи с ДТП, не усматриваются. На основании изложенного, просит в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме

В судебном заседании, представителем истца было заявлено ходатайство о вызове в судебное заедание в качестве свидетелей сотрудников ФИО4 России по <адрес>.

Рассмотрев заявленное ходатайство, суд полагает, что данное ходатайство не подлежит удовлетворению, поскольку, истребование судом материалы административных дел №, № содержат достаточное количество доказательств, необходимых для разрешения настоящего дела, ввиду чего с учетом принципа определенного ст. 6.1 ГПК РФ, опрос указанных свидетелей может затягивать сроки рассмотрения настоящего дела.

В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ истец и его представитель поддержали исковые требования, по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика относительно удовлетворения исковых требований возражал, по основаниям, изложенным в письменных пояснениях.

Ответчик, будучи извещенным судом надлежащим образом о времени и месте судебного заседания в суд не явился, об уважительных причинах своей неявки не сообщил.

Изучив доводы искового заявления, исследовав материалы гражданского дела, исследовав материалы административных дел №, №, выслушав доводы, сторон, заслушав пояснения эксперта, исследовав и оценив имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с п. 1 ст. 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Согласно п. 1 ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Согласно ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

Согласно ч. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.

Согласно ч. 2 ст. 1064 ГК РФ лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т. п.; осуществление строительной и иной связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ примерно в 11 часов 20 минут, на автодороге по <адрес> Республики Крым, возле <адрес>, произошло дорожно-транспортное происшествие с участием двух транспортных средств, автомобилем: <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты> регион, принадлежащего ФИО2, под ее управлением и транспортным средством марки <данные изъяты>, государственный регистрационный знак А <данные изъяты> регион, принадлежащего ФИО5 и под его управлением.

В результате произошедшего дорожно-транспортного происшествия, указанным транспортным средствам причинены механические повреждения.

Постановлением ФИО4 России по <адрес> ФИО8 № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ, назначено наказание в виде административного штрафа в размере 5 000 рублей.

Согласно указанного постановления, водитель ФИО5, управляя транспортным средством марки ВАЗ 21120, государственный регистрационный знак <данные изъяты> 82 регион, двигаясь по <адрес> Республики Крым, возле <адрес>, не выбрал безопасную скорость движения, не учел дорожную обстановку, особенности и состояние транспортного средства, не предпринял возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, в нарушение требований дорожной разметки 1.3 Правил дорожного движения Российской Федерации, допустил выезд на полосу встречного движения, в результате чего произошло дорожно-транспортное происшествие, чем нарушил требования пункта 1.3, 9.1.1, 9.7 и 10.1 ПДД РФ.

Не согласившись с указанным постановлением, ФИО5 подал на него жалобу в Евпаторийский городской суд Республики Крым.

Решением Евпаторийского городского суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ по делу № постановление ФИО4 России по <адрес> ФИО8 № от ДД.ММ.ГГГГ оставлено без изменения, а жалоба ФИО5 - без удовлетворения.

Указанное решение обжаловано ФИО5 в Верховный Суд Республики Крым.

Решением Верховного Суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ по делу № решение Евпаторийского городского суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ по делу №, а также постановление ФИО4 России по <адрес> ФИО8 № от ДД.ММ.ГГГГ оставлены без изменения, а жалоба ФИО5 - без удовлетворения.

Постановлением Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ, решение Евпаторийского городского суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ и решение Верховного Суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ оставлены без изменения.

Как следует из материалов административного дела №, старшим инспектором ДПС ФИО4 <адрес> капитаном полиции ФИО9 вынесено определение от ДД.ММ.ГГГГ серии 820В № и возбуждено дело об административном правонарушении и проведении административного расследования в отношении ФИО2 по ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ, в связи с нарушением последний п. 8.4 ПДД РФ.

Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ инспектором ИАЗ ФИО4 России по <адрес> ФИО10 производство по делу об административном правонарушении <адрес> по ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ в отношении гражданки ФИО2 - прекращено, на основании п. 2 ч. 1. ст. 24.5 КоАП РФ.

Указанным постановлением также постановлено: по факту совершенного ДД.ММ.ГГГГ деяния гражданкой ФИО2 отказать в возбуждении дела об административном правонарушении на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ. За совершения, нарушений требований дорожной разметки 1,3, п. 9.1.1 и п.10.1 ПДД привлечь гражданина ФИО5 к административной ответственности предусмотренной ч.4 ст. 12.15 КоАП РФ.

В последующем, на основании Постановления от ДД.ММ.ГГГГ административное производство в отношении ФИО2 прекращено, а на основании данного постановления, старшим инспектором ДПС ФИО4 <адрес> капитаном полиции ФИО9 составлен протокол об административном правонарушении серии <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО5, вследствие чего постановлением ФИО4 России по <адрес> ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО5 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ.

Таким образом, по мнению истца, вина ответчика в совершенном дорожно-транспортном происшествии является доказанной, ввиду чего в отсутствие страхового полиса, ответчик несет гражданскую ответственность за причиненный истцу материальный ущерб. Поскольку ответчик добровольно отказался возместить причиненный ущерб, истец обратился настоящим иском в суд.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ); отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ); по общему правилу, лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ); бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Как следует из материалов административного дела №, ФИО5 не согласившись с постановлением инспектора ИАЗ ФИО4 России по <адрес> старшего лейтенанта полиции ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ, подал на него жалобу в суд, в которой просит постановление отменить, дело об административном правонарушении возвратить на новое рассмотрение в ФИО4 России по <адрес>.

Решением Евпаторийского городского суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ по делу №, постановление инспектора ИАЗ ФИО4 России по <адрес> ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ оставлено без изменения, а жалоба ФИО5, - без удовлетворения.

Из указанного решения следует, учитывая, что постановлением инспектора ИАЗ ФИО4 России по <адрес> ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ производство по делу об административном правонарушении в отношении ФИО2 прекращено на основании п.2 ч.1 ст.24.5 КоАП РФ, в связи с отсутствием состава административного правонарушения, предусмотренного ч.3 ст.12.14 КоАП РФ, а поскольку срок давности привлечения ФИО2 к административной ответственности на момент рассмотрения настоящей жалобы истек, то возможность возобновления производства по делу и правовой оценки действий названного лица на предмет доказанности вменяемого состава административного правонарушения утрачена.

Не согласившись, с указанным решением, ФИО5 обратился в Верховный Суд Республики Крым с жалобой, в которой просил решение судьи Евпаторийского городского суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ отменить, производство по делу прекратить на основании пункта 6 части 1 статьи 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Решением Верховного Суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ, жалоба ФИО5 удовлетворена частично. Постановление инспектора ИАЗ ФИО4 России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и решение судьи Евпаторийского городского суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 3 статьи 12.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении ФИО2, отменены. Производство по делу об административном правонарушении на основании пункта 6 части 1 статьи 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях прекращено.

Из указанного решения также следует, что с учетом всех доказательств, имеющихся в материалах настоящего дела, должностным лицом не установлены и не исследованы имеющие значение для рассмотрения дела обстоятельства касательно того, создавалась ли ФИО2 опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения, выполняло ли транспортное средство под управлением ФИО2 поворот с соблюдением пункта 8.5 Правил дорожного движения либо отступало от них при условии обеспечения безопасности движения, создавало ли это помехи другим транспортным средствам, имело ли в данной дорожной ситуации транспортное средство под управлением ФИО5 преимущественное право проезда по отношению к транспортному средству под управлением ФИО2, тогда как эти обстоятельства имели существенное значение для разрешения настоящего дела.

Кроме того, в резолютивной части постановления должностного лица от ДД.ММ.ГГГГ содержатся выводы о нарушении ФИО5 требований дорожной разметки 1.3, пунктов 9.1.1, 10.1 Правил дорожного движения, в то время как производство по настоящему делу в отношении ФИО5 не осуществлялось.

По смыслу статей 25.1, 26.1 и 29.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях при рассмотрении дела об административном правонарушении судья решает вопрос о наличии вины в совершении административного правонарушения исключительно в отношении лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, в связи с чем постановление по делу об административном правонарушении не может содержать выводов о виновности иных лиц, производство по делу в отношении которых не осуществлялось.

В нарушение указанных норм приведенный выше вывод в отношении ФИО5 сделан должностным лицом при рассмотрении дела об административном правонарушении в отношении другого участника дорожно-транспортного происшествия ФИО2

Допущенные по настоящему делу нарушения требований, предусмотренных Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях, являются существенными, повлияли на всесторонность и полноту рассмотрения дела, а также законность принятых по делу решений.

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ с целью установления всех обстоятельств произошедшего должностным лицом ФИО4 п <адрес> вынесено определение, о проведении автотехнической экспертизы. Для проведения автотехнической экспертизы административный материал №<адрес> направлен ЭКЦ МВД по <адрес>.

По результатам проведенной экспертизы составлено заключение № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 102-116).

Согласно материалов указанной экспертизы, на отрезке автодороги в месте ДТП движение осуществляется в обоих направлениях, имеется четыре полосы для движения, по две полосе в каждом направлении, в наличии дорожная разметка 1.3 и в месте разворота 1.11, ширина проезжей части составляет 13,92 м. из которых 6.41 ширина обеих полос в направлении движения <данные изъяты>; ДТП произошло в зоне действия дорожной разметки 1.3 ПДД РФ и момент разворота дорожной разметки 1.11; тормозной путь автомобиля <данные изъяты> отсутствует; промежуток времени, который проходит с момента возобновления движения автомобиля <данные изъяты> до момента столкновения с автомобилем <данные изъяты> соответствует времени 1,77 секунд; расстояние от края проезжей части до расположения <данные изъяты>-5 по траектории составляет 3,66 метра согласно видео и выполнение маневра водителя мазды, со слов представителя так как он видит видео замер составляет 2,36 м; расстояние от дорожной разметки 1.11 ПДД до места удара 1,28м. из расположения водителя Мазды СХ-5 при выполнении маневра транспортным средством <данные изъяты>5, со слов представителя водителя <данные изъяты> расстояние от разметки 1.11 до места удара составляет 0,21 м. встречной полосы.

Водитель автомобиля <данные изъяты>5 регистрационный знак <данные изъяты>, ФИО2, выполняла маневр разворота после остановки во втором ряду проезжей части, в предусмотренном месте, определяемом наличием дорожной разметки 1.11 ПДД РФ, прерывистая линия которой располагалась со стороны движения автомобиля <данные изъяты>5, что наглядно видно на схеме места совершения административного правонарушения (см. ниже иллюстрацию 1).

До момента остановки во втором ряду проезжей части перед последующим маневром разворота, автомобиль <данные изъяты>5 регистрационный знак <данные изъяты>, под управлением водителя ФИО2, начал движение с первого ряда проезжей части. При этом место начала движения автомобиля <данные изъяты> регистрационный знак <данные изъяты>, с первого ряда проезжей части в продольном направлении находилось в непосредственной близости перед местом разворота. В связи с этим к моменту остановки во втором ряду проезжей части водитель автомобиля <данные изъяты> регистрационный знак <данные изъяты>, ФИО2, не смогла полностью выполнить маневр заблаговременного перестроения во второй ряд. Вследствие этого автомобиль <данные изъяты> регистрационный знак <данные изъяты>, остановился во втором ряду, располагаясь под углом влево по ходу своего движения.

Процесс движения автомобиля <данные изъяты> регистрационный знак <данные изъяты>, с первого ряда до места его остановки во втором ряду и последующие события совершения данного ДТП зафиксированы на видеозаписи места происшествия.

При этом эксперт отмечает, что сведения о расположении автомобиля <данные изъяты> регистрационный знак <данные изъяты>, в месте его остановки во втором ряду проезжей части в определении о назначении экспертизы заданы следующим образом: «расстояние от края проезжей части до расположения <данные изъяты> по траектории составляет 3,66 метра согласно видео и выполнение маневра водителя мазды, со слов представителя так как он видит видео замер составляет 2,36 м». Более детально смысловое значение этих заданных сведений, с учетом указанных размерных данных, определяющих расположение автомобиля <данные изъяты>5, зафиксировано на схеме расположения транспортного средства <данные изъяты> р.знак <данные изъяты> на проезжей части согласно видеозаписи момента ДТП, имевшего место ДД.ММ.ГГГГ (иллюстрация 2).

С учетом зарисованных на указанной схеме размерных линий, заданные цифровые значения 3,66 и 2,36 м, определяют расположение оси заднего левого колеса автомобиля <данные изъяты> относительно правого края проезжей части по ходу его движения в месте остановки последнего перед начала разворота (иллюстрация 2).

При этом, по смысловому значению вышеприведенного текста заданных сведений, первая цифра – 3,66 м., определяет расположение автомобиля Мазда СХ-5, по мнению инициатора назначения экспертизы, а вторая цифра – 2,36 м. - со слов представителя водителя ФИО5

Сопоставляя данные размерные параметры, определяющие расположение автомобиля <данные изъяты>, с заданной величиной общей ширины двух полосной правой стороны проезжей части по ходу движения данного автомобиля, равной 6,41 м (сведения о размерных данных, определяющие ширину каждой полосы в представленных материалах ДТП отсутствуют), следует считать, что при условии заданного по мнению инициатора назначения экспертизы, расположения автомобиля <данные изъяты>5, на расстоянии 3,66 м от правого края проезжей части, данный автомобиль к моменту начала маневра разворота, либо полностью, либо большей своей частью находился на второй полосе проезжей части. Если учитывать мнение представителя водителя ФИО5, о расположении автомобиля <данные изъяты>5, на расстоянии - 2,36 м. от правого края проезжей части, то в этом случае данный автомобиль к моменту начала маневра разворота, остановился в положении, при котором он полностью не перестроился во второй ряд и частично, своей задней частью, находился в первом ряду проезжей части.

Кроме того, согласно заключения, в результате проведенных расчетов установлено, что величины расстояний определяются равными, соответственно, 46,7 и 32,6 м, поскольку величина удаления (Sa = 46.7 м), на котором автомобиль <данные изъяты> регистрационный знак <данные изъяты>, находился от места столкновения в момент остановки автомобиля <данные изъяты> регистрационный знак <данные изъяты>, во втором ряду проезжей больше остановочного пути (So = 32.6 м) автомобиля <данные изъяты> регистрационный знак <данные изъяты>, следует сделать вывод о том, что в объеме заданных исходных данных, водитель автомобиля <данные изъяты> регистрационный знак <данные изъяты> ФИО5, располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем <данные изъяты>5 под управлением гражданки ФИО2, путем экстренного торможения с остановкой автомобиля Ваз-21120 регистрационный знак <данные изъяты>, до места столкновения в пределах второй полосы проезжей части.

Согласно выводов эксперта ЭКЦ МВД по <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ, в данной дорожной обстановке с целью обеспечения безопасности дорожного движения водитель автомобиля <данные изъяты> регистрационный знак <данные изъяты> ФИО2, должна была действовать в соответствии с требованиями п.8.1 (абз.1), п.8.2, п.8.5 и п.8.7 Правил дорожного движения Российской Федерации.

Водитель автомобиля <данные изъяты>-5 регистрационный знак <данные изъяты>, ФИО2, располагала технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем Ваз-21120 под управлением гражданина ФИО5 Эта возможность заключалась в выполнении водителем ФИО2, вышеприведенных требований п.8.1 (абз.1) и п.8.7 ПДД РФ, обязывающих водителя при выполнении маневра не создавать опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

В данной дорожной обстановке с целью обеспечения безопасности дорожного движения водитель автомобиля <данные изъяты> регистрационный знак <данные изъяты>, ФИО5, двигаясь на участке дороги, проезжая часть которой разделена двойной сплошной линией дорожной разметки 1.3 ПДД РФ, должен был двигаться в пределах правой стороны проезжей части в соответствии с требованиями указанной дорожной разметки 1.3, п.9.11, п.9.7 ПДД РФ.

С момента обнаружения действий водителя автомобиля <данные изъяты> регистрационный знак <данные изъяты>, связанных с прекращением им движения и остановкой, при которой последний перекрывал второй ряд проезжей части, по которому двигался автомобиль Ваз-21120 регистрационный знак <данные изъяты>, водитель последнего, ФИО5, должен был принимать меры к снижению скорости своего движения в соответствии с требованиями п.10.1 (абз.2) ПДД РФ.

В объеме заданных исходных данных, водитель автомобиля Ваз-21120 регистрационный знак <данные изъяты>, ФИО5, располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем <данные изъяты> под управлением гражданки ФИО2 Эта возможность заключалась в комплексном выполнении водителем ФИО5, вышеприведенных требований дорожной разметки 1.3, п.9.11 и п.10.1 (абз.2) ПДД РФ, что исключало столкновение, произошедшее на встречной полосе проезжей части, а также исключало столкновение во втором ряду проезжей части, по которому перед происшествием двигался автомобиль <данные изъяты> регистрационный знак <данные изъяты>, под управлением водителя, ФИО5

В силу пункта 4 ст. 22 Федерального закона от 10 декабря 1995 г. N 196-ФЗ "О безопасности дорожного движения" единый порядок дорожного движения на всей территории Российской Федерации устанавливается Правилами дорожного движения, утверждаемыми Правительством Российской Федерации.

Пунктом 1.2 ПДД, утв. Постановлением Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 N 1090, установлено, что дорожное движение - это совокупность общественных отношений, возникающих в процессе перемещения людей и грузов с помощью транспортных средств или без таковых в пределах дорог. Данная совокупность включает в себя собственно само движение транспортного средства, а также его остановку, высадку, и посадку людей, передвижение пешеходов, права и обязанности водителей, пассажиров и пешеходов.

Преимущественным признается право на первоочередное движение транспортного средства в намеченном направлении по отношению к другим участникам дорожного движения, которые не должны начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить участников движения, имеющих по отношению к ним преимущество, изменить направление движения или скорость (пункт 1.2 Правил дорожного движения).

В соответствии с п.8.1 (абз.1) ПДД, перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Согласно п.8.2 ПДД, подача сигнала указателями поворота или рукой должна производиться заблаговременно до начала выполнения маневра и прекращаться немедленно после его завершения (подача сигнала рукой может быть закончена непосредственно перед выполнением маневра). При этом сигнал не должен вводить в заблуждение других участников движения.

Подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности.

В соответствии с п. 8.4 ПДД, при перестроении водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, движущимся попутно без изменения направления движения. При одновременном перестроении транспортных средств, движущихся попутно, водитель должен уступить дорогу транспортному средству, находящемуся справа.

Пунктом 8.5 ПДД определено, что перед поворотом направо, налево или разворотом водитель обязан заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении, кроме случаев, когда совершается поворот при въезде на перекресток, где организовано круговое движение.

Если транспортное средство из-за своих габаритов или по другим причинам не может выполнить поворот с соблюдением требований пункта 8.5 Правил, допускается отступать от них при условии обеспечения безопасности движения, и если это не создаст помех другим транспортным средствам (п.8.7 ПДД).

Согласно п. 8.8 ПДД, если при развороте вне перекрестка ширина проезжей части недостаточна для выполнения маневра из крайнего левого положения, его допускается производить от правого края проезжей части (с правой обочины). При этом водитель должен уступить дорогу попутным и встречным транспортным средствам.

В соответствии с указанными Правилами, линия дорожной разметки 1.3. линии 1.1, 1.2 и 1.3 пересекать запрещается.

Согласно п.9.11 ПДД, на любых дорогах с двусторонним движением запрещается движение по полосе, предназначенной для встречного движения, если она отделена трамвайными путями, разделительной полосой, разметкой 1.1, 1.3 или разметкой 1.11 прерывистая линия которой расположена слева.

Кроме того, п.9.7 ПДД определено, что если проезжая часть разделена на полосы линиями разметки, движение транспортных средств должно осуществляться строго по обозначенным полосам. Наезжать на прерывистые линии разметки разрешается лишь при перестроении.

В силу п.10.1 (абз.2) ПДД, при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Поскольку при поведении административного расследования, а также рассмотрения административных дел, должностным лицом не установлены и не исследованы имеющие значение для рассмотрения дела обстоятельства, касательно того, создавалась ли ФИО2 опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения, а также с целью определения технической возможности избежать столкновения участниками ДТП, причинно-следственной связи между действиями двух водителей, и определения размера ущерба, определением суда от ДД.ММ.ГГГГ была назначена судебная автотехническая экспертиза.

В соответствии с заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, экспертом события произошедшего ДТП обозначены тремя этапами.

Автомобиль <данные изъяты> белого цвета выезжает с дворовой территории и поворачивает направо на <адрес> (см. изображение 4).

Проехав некоторое расстояние, автомобиль <данные изъяты> останавливается в правой полосе проезжей части (см. изображение 5).

Простояв в неподвижном состоянии около 10 секунд, с этого положения, автомобиль <данные изъяты> начинает движение влево, на разворот, однако, не завершив маневра, снова останавливается, расположившись под углом к краю проезжей части (см. изображение 6-8).

Так, на 1-ом этапе своего движения автомобиль <данные изъяты> с правой полосы начал движение влево, и двигаясь 2,5 секунды, остановился под углом к краю проезжей части.

На 2-ом этапе своего движения автомобиль <данные изъяты> остановился на проезжей части под углом к краю проезжей части (см. изображение 8) и простояв в таком положении 1,93 секунды, возобновляет движение налево. Автомобиль <данные изъяты> в это время движется позади и левее автомобиля <данные изъяты> (см. изображение 9)

На 3-ем этапе своего движения автомобиль Мазда возобновил движение налево в сторону полосы встречного движения, осуществляя разворот, где через 1,8 секунды произошло столкновение с автомобилем <данные изъяты> (см. изображение 10).

С учетом проведенного анализа и исследования видеозаписи в целом определяется, что показания водителя ФИО2 данные ею в объяснении относительно того, что: «...выехав из дворовой территории сначала двигалась в правой полосе, затем заблаговременно включив сигнал левого поворота начала перестраиваться влево, убедившись что отсутствует попутный транспорт, постояв приблизительно 5 секунд в левой полосе, убедившись, что по встречной полосе отсутствуют транспортные средства, начала выполнять маневр разворота - не состоятельны с технической точки зрения и противоречат имеющейся видеозаписи, на которой видно, что автомобиль <данные изъяты> не совершала маневр «перестроения», который согласно терминологии ПДД РФ, подразумевает под собой выезд из занимаемой полосы с сохранением первоначального направления движения. В данном же случае видно, что автомобиль <данные изъяты> из неподвижного состояния начала совершать маневр поворота налево, т.е. выезд из занимаемой полосы происходил без сохранения первоначального направления движения. Также покадровым исследованием видеозаписи установлено, что автомобиль <данные изъяты> не стоял в левой полосе 5 секунд. Сначала автомобиль <данные изъяты> находился на правой полосе параллельно правому краю проезжей части, затем в течение 2,5 секунд совершал маневр поворота налево и остановился под углом к краю проезжей части (1-й этап). Простояв в таком положении 1,93 секунды (2-й этап), автомобиль <данные изъяты> возобновил движение налево, и через 1,8 секунды произошло столкновение (3-й этап). Также обращает на себя внимание, что в момент возобновления движения (3-й этап) и в попутном с автомобилем <данные изъяты> направлении и во встречном направлении двигались автомобили (см. изображение 13), т.е. водитель ФИО2 не убедилась, что в попутном и во встречном направлении отсутствуют транспортные средства, что противоречит её объяснению.

Из анализа и исследования событий, отображенных на видеозаписи, определяется, что автомобиль Мазда в начале 2-го этапа стоит под углом к краю проезжей части, при этом, сравнивая начальное положение автомобиля в момент, когда он находился еще параллельно краю проезжей части с положением в момент, когда он уже остановился под углом к краю проезжей части, визуально определяется, что смещение заднего правого колеса в поперечном направлении было относительно невелико, т.е. можно говорить о том, что задняя часть автомобиля наиболее вероятно находилась на правой полосе движения (см. изображение 14, 15).

Как указал эксперт, в случае, если предположить (и как было принято в экспертизе № от ДД.ММ.ГГГГ), что данные расстояния указывают на расположение автомобиля <данные изъяты> в момент его остановки под углом к краю проезжей части и дальнейшего возобновления им движения налево, то с обоими указанными значениями (2,36 м и 3,66 м) нельзя согласиться поскольку они противоречат видеозаписи происшествия.

Из изображений 20-22 однозначно определяется, что заднее правое колесо автомобиля <данные изъяты> в момент его остановки под углом к краю проезжей части и дальнейшего возобновления им движения налево, располагается значительно ближе к правому краю проезжей части (по ходу движения автомобиля <данные изъяты> чем указанные в заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, расстояния 3,66 и 2,36 м. Так, при ширине каждой из полос одного направления около 3,2 метров, для того, чтобы заднее правое колесо автомобиля <данные изъяты> располагалось на расстоянии 3,66 м от правого края проезжей части, оно должно было визуально располагаться на кадрах видеозаписи примерно в месте расположения правой боковой части двигающегося по левой полосе минивэна белого цвета, представленного на изображениях 18, 20, а для того, чтобы заднее правое колесо автомобиля <данные изъяты> располагалось на расстоянии 2,36 м от правого края проезжей части, оно должно было визуально располагаться на кадрах видеозаписи примерно в месте расположения левой боковой части автомобиля <данные изъяты>, представленного на изображениях 18, 20 либо между автомобилем <данные изъяты> и белым минивэном, двигающимся по левой полосе.

Также, в случае если бы между правым краем проезжей части и задним правым колесом автомобиля <данные изъяты> в момент его остановки под углом к краю проезжей части, действительно было бы расстояние 2,36 или 3,66 метров, то между автомобилем Мазда и правым краем проезжей части определялось бы расстояние, которое позволяло бы проехать там практически любому легковому автомобилю имеющим в среднем ширину 1,7-1,9 м. В данном же случае даже визуально сопоставляя ширину автомобиля <данные изъяты> (1,84 м согласно тех. характеристикам) на изображении 18, 20 с расстоянием между автомобилем <данные изъяты> и правым краем проезжей части на изображении 19, 21, определяется, что данного расстояния недостаточно для проезда любого легкового автомобиля.

Таким образом, из проведенного выше исследования следует сделать вывод о том, что автомобиль Мазда в момент его остановки под углом к краю проезжей части и дальнейшего возобновления им движения налево располагался в большей степени на правой полосе движения и в меньшей степени на левой.

Установить точное его расположение в рамках настоящего заключения не представляется возможным в связи с удаленностью автомобиля Мазда от точки съемки и ракурса съемки (под продольным углом).

Указанные сторонами по делу расстояния 2,36 и 3,66 м, и зафиксированные сотрудниками ФИО4 России по <адрес> ДД.ММ.ГГГГ при дополнительном выезде, противоречат имеющейся видеозаписи и являются технически несостоятельными, следовательно, не могут быть использованы экспертом при проведении настоящего исследования.

Поскольку установить данные о точном расположении автомобиля Мазда на 2-ом этапе, т.е. в момент остановки под углом к краю проезжей части перед возобновлением движения налево, в рамках настоящего исследования не представилось возможным, то дальнейшее исследование было проведено по двум вариантам.

В судебном заседании, при опросе эксперта, последний также пояснил, что установить данные о точном расположении автомобиля Мазда на 2-ом этапе, т.е. в момент остановки под углом к краю проезжей части перед возобновлением движения налево, в рамках настоящего исследования не представилось возможным, поскольку по видеозаписи это невозможно.

Между тем, в ходе опроса эксперт указал, что указанные по делу расстояния 2,36 и 3,66 м, и зафиксированные сотрудниками ФИО4 России по <адрес>, противоречат имеющейся видеозаписи, поскольку если бы действительно было бы расстояние 2,36 или 3,66 метров, то между автомобилем <данные изъяты> и правым краем проезжей части определялось бы расстояние, которое позволяло бы проехать там практически любому легковому автомобилю, однако в данном же случае даже визуально сопоставляя ширину автомобиля <данные изъяты> с расстоянием между автомобилем и правым краем проезжей части, данного расстояния недостаточно для проезда любого легкового автомобиля.

Таким образом, иследовав видеозапись в судебном заседании, суд также полагает, что при визуальном определении расстояния между автомобилем и правым краем проезжей части, зафиксированные сотрудниками ФИО4 России по <адрес> ДД.ММ.ГГГГ при дополнительном выезде расстояния 2,36 и 3,66 м противоречат имеющейся видеозаписи и являются технически несостоятельными.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что автомобиль <данные изъяты> в момент его остановки под углом к краю проезжей части и дальнейшего возобновления им движения налево (на 2-ом этапе своего движения), имеющего ключевое значение для разрешения настоящего дела, располагался в большей степени на правой полосе движения и в меньшей степени на левой.

При таких обстоятельствах, суд полагает, что в данном случае, дорожной обстановке будет соответствовать определенный экспертом 1-й вариант.

Согласно которого, в момент остановки под углом к краю проезжей части перед возобновлением движения налево, автомобиль <данные изъяты> располагался таким образом, что между автомобилем <данные изъяты> и двойной сплошной линией дорожной разметки 1.3 ПДД оставалось расстояние достаточное для безопасного проезда автомобиля ВАЗ.

В этом случае, водитель автомобиля ВАЗ ФИО5, двигаясь по левой полосе прямо, без изменения направления движения имел преимущество перед совершающим маневр разворота автомобилем <данные изъяты>. Также водитель автомобиля <данные изъяты> ФИО5 имел право рассчитывать на то, что водитель автомобиля Мазда ФИО2 перед возобновлением движения налево, уступит ему дорогу, т.е. опасность для движения для водителя автомобиля ВАЗ ФИО5 возникала только с момента возобновления движения автомобиля <данные изъяты> влево.

С этого момента водитель автомобиля ВАЗ ФИО5 должен был действовать в соответствии с требованиями п. 10.1. ч.2, п. 9.1(1) ПДД РФ, дорожной разметки 1.3 ПДД РФ.

Техническая возможность для водителя ФИО5 предотвратить столкновение определяется путем сравнения величины удаления <данные изъяты>, на котором находился автомобиль <данные изъяты> от места столкновения в момент возобновления движения автомобилем <данные изъяты> влево и расстояния остановочного пути <данные изъяты>, которое необходимо водителю ФИО5 для полной остановки своего автомобиля <данные изъяты> при движении в условиях места происшествия.

Согласно расчетов эксперта, величина удаления Sa автомобиля <данные изъяты> от места столкновения в момент возобновления движения автомобиля Мазда влево, определяется равной 24-30 м.

Величина остановочного пути So, которая необходима водителю для полной остановки автомобиля в данных условиях, определяется равной 32,6-45 м.

Таким образом, сравнивая значения удаления автомобиля ВАЗ от места столкновения в момент возникновения опасности для движения (Sa) с расстоянием, необходимым для полной остановки автомобиля <данные изъяты> (So) (24-30 < 32,6-45 м), установлено, что с момента возобновления движения автомобиля <данные изъяты> влево, водитель ФИО5 не располагал технической возможностью предотвратить столкновение своими односторонними действиями, а, следовательно, и выполнить требования п. 10.1 ч.2 ПДД РФ.

При таких обстоятельствах, в действиях водителя ФИО5 не усматриваются несоответствия требованиям п. 10.1 ч.2 ПДД РФ.

Выезд автомобиля <данные изъяты> на полосу встречного движения и пересечение линии 1.3 ПДД РФ, т.е. несоответствие требованиям п. 9.1(1) ПДД РФ и дорожной разметки 1.3 ПДД РФ, не будет состоять в причинной связи с происшествием, поскольку, как видно из приведенных выше расчетов, водитель ФИО5 и при сохранении прямолинейного движения, без выезда на полосу встречного движения, не располагал технической возможностью предотвратить ДТП.

Следовательно, при данном варианте исследования в действиях водителя ФИО5 не усматриваются несоответствия требованиям ПДД РФ, которые с технической точки зрения состояли бы в причинной связи с ДТП.

Водитель автомобиля <данные изъяты> ФИО2 после выезда с дворовой территории должна была перестроиться в левую полосу для движения и, подъехав к месту разворота, убедиться, что её маневр не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения и развернуться, т.е. должна была действовать в соответствии с требованиями п. 8.1, 8.5 ПДД РФ.

Также в случае, если по каким-либо причинам водитель автомобиля <данные изъяты> ФИО2 решила совершить маневр разворота с правой полосы, что не запрещается Правилами, то она также должна была руководствоваться требованиями п. 8.7, 8.8 ПДД РФ.

Как видно из проведенного выше исследования видеозаписи, водитель автомобиля Мазда ФИО2 заблаговременно не заняла соответствующее левое положение на проезжей части, а начала производить маневр разворота от правого края проезжей части, следовательно, она должна была действовать в соответствии с требованиями: п. 8.1 ПДД РФ, п. 8.7 ПДД РФ и п. 8.8 ПДД РФ.

Поскольку, как следует из проведенного выше исследования видеозаписи, водитель автомобиля <данные изъяты> ФИО2 при развороте от правого края проезжей части, не убедилась в безопасности своего маневра, не уступила дорогу движущемуся в попутном направлении автомобилю <данные изъяты> под управлением ФИО5, чем создала ему опасность для движения, то в её действиях усматриваются несоответствия требованиям п. п. 8.1 ПДД РФ, п. 8.7 ПДД РФ и п. 8.8 ПДД РФ.

При этом, техническая возможность для водителя автомобиля Мазда ФИО2 заключалась в выполнении ею требований п. 8.1 ПДД РФ, п. 8.7 ПДД РФ и п. 8.8 ПДД РФ, для чего помех технического характера по материалам дела не усматривается.

При данном варианте исследования, с технической точки зрения, действия водителя автомобиля Мазда ФИО2, несоответствующие требованиям п. 8.1 ПДД РФ, п. 8.7 ПДД РФ и п. 8.8 ПДД РФ, состоят в причинной связи с ДТП.

Кроме того, как указал эксперт, независимо от варианта исследования действиями водителя автомобиля <данные изъяты> ФИО13, несоответствующими требованиям п. 8.1 ПДД РФ, п. 8.7 ПДД РФ и п. 8.8 ПДД РФ, создавалась опасность для движения другим участникам дорожного движения и в частности водителю ФИО5

Согласно терминологии ПДД - "Опасность для движения" - ситуация, возникшая в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения дорожно-транспортного происшествия. При обоих вариантах исследования продолжение движения автомобиля ВАЗ под управлением ФИО5 в том же направлении и с той же скоростью создавала угрозу возникновения дорожно-транспортного происшествия.

Согласно выводов представленного заключения:

По вопросу 1. «Создавалась ли ФИО6 опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения при осуществлении маневра поворота налево?»

Действиями водителя автомобиля Мазда ФИО6, несоответствующими требованиям п. 8.1 ПДД РФ, п. 8.7 ПДД РФ и п. 8.8 ПДД РФ, создавалась опасность для движения другим участникам дорожного движения и в частности водителю ФИО15 Согласно терминологии ПДД - "Опасность для движения" - ситуация, возникшая в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения дорожно-транспортного происшествия. Продолжение движения автомобиля ВАЗ под управлением ФИО15 в том же направлении и с той же скоростью создавало угрозу возникновения дорожно-транспортного происшествия.

По вопросу 2. «Осуществлялось ли перестроение транспортного средства под управлением ФИО6, при осуществлении маневра поворота налево с соблюдением пункта 8.4 Правил дорожного движения, создавало ли это помехи другим транспортным средствам?»

Согласно проведенному исследованию видеозаписи автомобиль Мазда не совершал маневр «перестроения», который согласно терминологии ПДД РФ, подразумевает под собой выезд из занимаемой полосы с сохранением первоначального направления движения. В данном случае видно, что автомобиль Мазда из неподвижного состояния начал совершать маневр поворота налево, т.е. выезд из занимаемой полосы происходил без сохранения первоначального направления движения и, соответственно, маневра перестроения, как такового, не было.

По вопросу 3. «Выполняло ли транспортное средство под управлением ФИО6 поворот с соблюдением пунктов 8.5 Правил дорожного движения либо отступало от них при условии обеспечения безопасности движения?»

Из проведенного выше исследования видеозаписи следует, что водитель ФИО6 заблаговременно не занимала соответствующую левую полосу для осуществления разворота, соответственно, маневр разворота выполнялся ею без соблюдения требований п. 8.5 ПДД РФ. ПДД (п. 8.7) разрешают отступать от требований п. 8.5 ПДД РФ, при условии обеспечения безопасности движения, и если это не создаст помех другим транспортным средствам. Как видно из проведенного выше исследования, водитель ФИО6 отступала от требований п. 8.5 ПДД РФ, и при этом ею не были соблюдены условия обеспечения безопасности движения - её действия не соответствовали требованиям п. 8.1 ПДД РФ, п. 8.7 ПДД РФ и п. 8.8 ПДД РФ.

По вопросу 4, «Имело ли в данной дорожной ситуации транспортное средство под управлением ФИО15 преимущественное право проезда по отношению к транспортному средству под управлением ФИО6 ?»

Поскольку автомобиль ВАЗ под управлением водителя ФИО15 двигался по левой полосе прямо, без изменения направления движения, то в данной дорожной ситуации у водителя ФИО15 по отношению к водителю ФИО6, которая совершала маневр разворота из крайней правой полосы, было преимущество в движении. Данное преимущество обуславливается также отсутствием в ПДД РФ требований, в соответствии с которыми водитель ФИО15 должен был в данной дорожной ситуации уступать дорогу водителю ФИО6 а, напротив, у водителя ФИО6, совершающей маневр была обязанность, регламентированная требованиями ПДД РФ (п. 8.1 ПДД РФ, п. 8.7 ПДД РФ и п. 8.8 ПДД РФ) предоставить преимущество в движении водителю ФИО15

По вопросу 5. «Имеются ли в действиях водителя ФИО6 несоответствия требованиям Правил дорожного движения, которые с технической точки зрения состоят в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием ДД.ММ.ГГГГ?»

При исследовании происшествия с учетом того, что в момент остановки под углом к краю проезжей части перед возобновлением движения налево, автомобиль Мазда располагался таким образом, что между автомобилем Мазда и двойной сплошной линией дорожной разметки 1.3 оставалось расстояние достаточное для безопасного проезда автомобиля ВАЗ, то с технической точки зрения, действия водителя автомобиля Мазда ФИО6, несоответствующие требованиям п. 8.1 ПДД РФ, п. 8.7 ПДД РФ и п. 8.8 ПДД РФ, состоят в причинной связи с ДТП.

По вопросу 6. «Имеются ли в действиях водителя ФИО15 несоответствия требованиям Правил дорожного движения, которые с технической точки зрения состоят в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием ДД.ММ.ГГГГ?»

При исследовании происшествия с учетом того, что в момент остановки под углом к краю проезжей части перед возобновлением движения налево, автомобиль Мазда располагался таким образом, что между автомобилем Мазда и двойной сплошной линией дорожной разметки 1.3 оставалось расстояние достаточное для безопасного проезда автомобиля <данные изъяты>, то в действиях водителя ФИО5 не усматриваются несоответствия требованиям ПДД РФ, которые с технической точки зрения состояли бы в причинной связи с ДТП.

По вопросу 7. «Какова стоимость восстановительного ремонта транспортного средства <данные изъяты> года выпуска, государственный регистрационный знак <данные изъяты> регион, поврежденного в дорожно-транспортном происшествии ДД.ММ.ГГГГ?»

Стоимость восстановительного ремонта транспортного средства <данные изъяты> года выпуска, государственный регистрационный знак <***> регион, поврежденного в дорожно-транспортном происшествии ДД.ММ.ГГГГ, составляет: 687 581,00 руб. (шестьсот восемьдесят семь тысяч пятьсот восемьдесят один рублей).

По вопросу 8. «Какова стоимость утраты товарной стоимости транспортного средства <данные изъяты> года выпуска, государственный регистрационный знак <данные изъяты> регион, поврежденного в дорожно-транспортном происшествии ДД.ММ.ГГГГ?»

Величина утраты товарной стоимости автомобиля <данные изъяты>5 регистрационный знак <данные изъяты> составляет: 40 256,00 руб. (сорок тысяч двести пятьдесят шесть рублей).

Заключение эксперта, проверено и оценено судом в совокупности с другими доказательствами, не вызывает у суда сомнений, поскольку оно составлено лицом, имеющим специальное профессиональное образование, произведено по установленной методике, в соответствии с общепринятыми стандартами, собранной информации, этапов проведения исследования и сделанных выводов.

Кроме того, из материалов дела усматривается, что ответчиком к материалам дела приобщен Акт экспертного исследования № от ДД.ММ.ГГГГ, проведенного федеральным бюджетным учреждением «Севастопольская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции ФИО1» (л.д. 126-133), согласно выводов которого водитель ФИО2, в данных дорожных условиях, располагала технической возможностью предотвратить ДТП. в случае выполнения ею требований п.п. 1.5 (абз. 1), 8.1 (абз.1), 8.4 (абз.1), 8.7 и 8.8 ПДД РФ для чего помех технического характера, не усматривается.

Водитель ФИО5, с технической точки зрения, в данных дорожных условиях, не располагал технической возможностью предотвратить ДТП.

В действиях водителя ФИО2 усматриваются несоответствия требованиям п.п. 1.5 (абз. 1), 8.1 (абз.1). 8.4 (абз.1), 8.7 и 8.8 ПДД РФ, которые, с технической точки зрения, состоят в причинной связи с ДТП.

В действиях водителя ФИО5 несоответствия требованиям ПДД РФ, которые, с технической точки зрения, состояли бы в причинной связи с ДТП не усматриваются.

По мнению суда, данное доказательство соответствует требованиям ст. 59, 60 ГПК РФ, ввиду чего принимается судом во внимание как относимое и допустимое доказательство.

Между тем, заключение эксперта ЭКЦ МВД по <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ не может быть принято судом во внимание, ввиду следующего.

Из анализа видеозаписи усматривается, что расположение автомобиля <данные изъяты> на проезжей части, со слов водителя ФИО2, которое зафиксировано согласно схемы от ДД.ММ.ГГГГ на расстоянии 3,66 м от правого края проезжей части, на которую ссылается эксперт ФИО14, существенно не совпадает с положением автомобиля «<данные изъяты> в момент остановки, на момент развития ДТП (2-го этапа). Соответственно принимать данные о том, что автомобиль <данные изъяты> в момент остановки перед возобновлением движения, находился на расстоянии 3,66 м от правою края проезжей части, с технической точки зрения, не допустимо, поскольку указанные данные противоречат видеозаписи от ДД.ММ.ГГГГ, с запечатленным механизмом развития ДТП и соответственно, указанные данные, с технической точки зрения, не состоятельны.

Кроме того, при исследовании как должен был действовать водитель автомобиля «<данные изъяты>5» ФИО2, эксперт ЭКЦ МВД не указывает требования п.п. 8.4 (абз.1) и 8.8 ПДД РФ.

Так же экспертом в заключении не указано, что осуществляя маневр разворота, частично из правой полосы для движения, водитель автомобиля <данные изъяты> должен был руководствоваться требованиями п. 8.8 ПДД РФ, поскольку он регламентирует маневр разворота не из крайнего левого положения на проезжей части, что так же указывает на то, что что эксперт проводит исследование не в полном объеме, не всесторонне.

Гражданский кодекс Российской Федерации в целях обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты как одного из основных начал гражданского законодательства (пункт 1 статьи 1) закрепляет в статье 15 в качестве общего принципа правило о возмещении убытков, причиненных лицу, право которого нарушено, в полном объеме. Обязательства, возникающие из причинения вреда, регламентируются главой 59 данного кодекса, предусматривающей в пункте 1 статьи 1064, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 18.11.2019 N 36-П).

Предусмотренная Гражданским кодексом Российской Федерации обязанность возместить причиненный вред - мера гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между этим поведением и наступлением вреда, а также его вину (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 15.07.2009 N 13-П, от 07.04.2015 N 7-П и от 08.12.2017 N 39-П; определения от 04.10.2012 N 1833-О, от 15.01.2016 N 4-О).

По смыслу указанных выше норм, для наступления ответственности за причинение вреда необходимо наличие трех условий: установленного факта причинения вреда и его размера, противоправности поведения причинителя вреда, наличия причинной связи между противоправным поведением и наступлением вреда. В случае отсутствия одного из трех условий ответственность не наступает.

Как указала в своих пояснениях в судебном заседании 11.10.2024 ФИО6, при совершении маневра, она убедилась в безопасности маневра путем обзора в зеркало заднего вида, а также боковые зеркала, после того как убедилась в отсутствие транспортных средств на полосе встречного движения.

Между тем, по мнению суда, находясь на проезжей части под углом, обзор боковых зеркал, а также зеркала заднего вида без поворота головы налево и осуществления визуального обзора, не дают в полной мере того обзора, необходимого для того, чтобы полностью убедится в отсутствии транспортных средств движущихся по левой полосе в попутном направлении.

Однако исходя из пояснений истца, визуальным способом ФИО6 не убедилась в отсутствии транспортных средств, движущихся по левой полосе в попутном направлении, что также указывает на наличие установленных ранее нарушений ПДД.

С учетом изложенного, исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу, что поскольку действиями водителя автомобиля Мазда ФИО6, создавалась опасность для движения другим участникам дорожного движения и в частности водителю ФИО15, не предоставив преимущество в движении водителю, принимая во внимание, что перед возобновлением движения налево, автомобиль <данные изъяты> располагался таким образом, что между автомобилем Мазда и двойной сплошной линией дорожной разметки 1.3 оставалось расстояние достаточное для безопасного проезда автомобиля <данные изъяты>, и водителем ФИО6 не были соблюдены условия обеспечения безопасности движения, указанные действия состоят в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием, ввиду чего указанные виновные действия также являются причиной причиненного ущерба.

В свою очередь, обстоятельства, на которые ФИО15 ссылалась в ходе производства по делу, объективно подтверждены видеозаписью, исследованной в рамках рассмотрения дела, из содержания которой следует, что на полосу, предназначенную для встречного движения ФИО15 выехал, пытаясь избежать столкновения с названным выше автомобилем.

При таких обстоятельствах, действиях водителя ФИО15 не усматриваются несоответствия требованиям ПДД РФ, которые с технической точки зрения состояли бы в причинной связи с ДТП.

В рассматриваемом случае, по мнению суда, выезжая на полосу, предназначенную для встречного движения, ФИО15 действовал в целях предотвращения столкновения с автомобилем Мазда, то есть в состоянии крайней необходимости.

С учетом положений ч. 4 ст. 61 ГПК РФ привлечение ФИО15 к административной ответственности как должностными лицами органов ГИБДД, так и судом не исключает возможность определения степени вины участников ДТП в порядке гражданского судопроизводства.

Кроме того, по мнению, суда при вынесении постановления от 24 апреля 2023 года о прекращении производства в отношении ФИО6, в котором содержатся выводы о нарушении ФИО15 требований дорожной разметки 1.3, пунктов 9.1.1, 10.1 Правил дорожного движения, вынесено с нарушением норм законодательства, поскольку в отношении ФИО15 административное расследование не осуществлялось, что влечен недействительность данного постановления.

В соответствии с ч. 1 ст. 55 ГПК РФ, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

В соответствии с пунктом 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

В силу положений статьи 59 ГПК РФ, суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела.

Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами (ст. 60 ГПК РФ).

Частью 1 статьи 67 ГПК РФ определено, что суд оценивает доказательства по непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

При таких обстоятельствах, с учетом вышеизложенного, исследовав обстоятельства дела, проверив их доказательствами, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, исходя из принципов разумности и справедливости, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований о возмещении причиненного ущерба.

Поскольку судом не установлено оснований для взыскания с ФИО15 возмещения материального ущерба, то исковые требования о взыскании расходов по оценке стоимости восстановительного ремонта, компенсации морального вреда, расходов по уплате государственной пошлины также не подлежат удовлетворению, поскольку являются производными от основных требований.

В соответствии с п. 1 ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Между тем, поскольку в удовлетворении искового заявления отказано суд полагает, что понесенные по делу расходы относятся на истца, ввиду чего не подлежат возмещению.

руководствуясь ст.ст. 194-199, 320, 321 ГПК РФ, суд,-

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО6 к ФИО15, о взыскании материального ущерба, причиненного в результате ДТП – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Крым через Евпаторийский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение в окончательной форме составлено ДД.ММ.ГГГГ

Судья Е.В. Слободюк