Решение № 2-3435/2019 2-3435/2019~М-2205/2019 М-2205/2019 от 5 ноября 2019 г. по делу № 2-3435/2019

Дело № 2-3435/2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

06 ноября 2019 года г.Калининград

Центральный районный суд г.Калининграда в составе:

председательствующего судьи Тращенковой О.В.,

при секретаре Шавровой О.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с названными выше исковыми требованиями, указав, что < Дата > в ночное время суток на < адрес > ФИО2, управляя автомобилем «М», государственный регистрационный знак №, следуя со стороны < адрес > в направлении < адрес >, на прямом участке дороги не справился с управлением, допустил наезд на придорожное дерево, расположенное с правой стороны по ходу движения, после чего произошло возгорание автомобиля. В результате данного дорожно-транспортного происшествия О.И.Н., находящийся на переднем пассажирском сидении, от полученных травм скончался на месте дорожно-транспортного происшествия. < Дата > в возбуждении уголовного дела отказано в связи с отсутствием признаков преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ. В ходе проведенной проверки было установлено, что ФИО2 в момент дорожно-транспортного происшествия находился в состоянии алкогольного опьянения, его ответственность, как владельца транспортного средства, застрахована не была. Указала, что погибший в результате действий ФИО2 О.И.Н., < Дата > рождения, приходился ей сыном, который проживал с ней и был единственным кормильцем в семье в силу ее возраста и незначительной пенсии. Смертью сына ей причинен моральный вред, выразившийся в нравственных и физических страданиях. Так, она потеряла единственного сына, у нее никогда не будет возможности увидеть его живым. Ее семья состояла из них двоих – ее и сына, и в настоящее время ее надежды на благополучное будущее рядом с сыном утрачены. После произошедшего ответчик ФИО2 не интересовался ее судьбой, состоянием здоровья, не выразил соболезнования или раскаяния, не предпринял попыток загладить причиненный вред в какой-либо форме. Ссылаясь на указанные обстоятельства и на положения ГК РФ, ФИО1 просила суд взыскать в ее пользу с ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 5000000 рублей.

ФИО1 в судебное заседание не явилась по неизвестной причине, извещена надлежащим образом.

Представитель ФИО1 по доверенности ФИО3 в судебном заседании заявленные требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в иске, на их удовлетворении настаивал.

ФИО2 в судебном заседании с обоснованностью заявленных ФИО1 исковых требований согласился, возражая в то же время против размера заявленной к взысканию суммы компенсации морального вреда, полагая, что такой размер компенсации, несмотря на тяжесть причиненных ей нравственных и физических страданий, не соответствует принципам разумности. Так, единственным источником его дохода является заработная плата, среднемесячный размер которой составляет 24000 рублей, какого-либо имущества, за счет которого возможно будет выплатить компенсацию в столь значительном размере, у него не имеется. Также пояснил, что он предпринимал попытки поговорить с ФИО1, принести ей извинения, для чего пытался узнать номер ее телефона, однако положительного результата не достиг.

Выслушав представителя истца, ответчика, исследовав письменные материалы дела, обозрев материалы уголовного дела, возбужденного в отношении ФИО2 по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ, суд приходит к следующему.

В соответствии п.1.3 Правил дорожного движения участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки.

Пунктом 1.5 Правил дорожного движения предусмотрено, что участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Водителю запрещается управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного), под воздействием лекарственных препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или утомленном состоянии, ставящем под угрозу безопасность движения (п.2.7 Правил).

Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил (п.10.1).

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, < Дата > в период времени с 00 часов 05 минут до 00 часов 30 минут ФИО2, управляя автомобилем «М», государственный регистрационный знак №, следуя по автодороге < адрес > со стороны < адрес > в сторону < адрес >, на прямом участке автодороги не справился с управлением, допустил наезд на придорожное дерево справа по ходу движения автомобиля, после чего произошло возгорание автомобиля.

В результате дорожно-транспортного происшествия О.И.Н., находившийся в автомобиле в качестве пассажира, скончался на месте.

Судом установлено, что ФИО2 в момент дорожно-транспортного происшествия управлял автомобилем в состоянии алкогольного опьянения. Данное обстоятельство подтверждается актом медицинского освидетельствования и не отрицается самим ответчиком.

Гражданская ответственность ответчика, как владельца транспортного средства, на момент дорожно-транспортного происшествия застрахована не была.

По результатам проверки следователем СО ОМВД России по Гурьевскому району Калининградской области < Дата > в отношении ФИО2 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ, о чем вынесено соответствующее постановление.

Постановлением следователя от < Дата > ФИО1, которой погибший О.И.Н. приходился сыном, признана потерпевшей.

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО1 ссылалась на то, что смертью сына в дорожно-транспортном происшествии, произошедшем по вине ФИО2, ей причинен моральный вред.

Такие доводы истца являются обоснованными.

В соответствии с п.1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно ст.1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (в том числе, использование транспортных средств), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п.п.2 и 3 ст.1083 настоящего Кодекса.

Из пояснений, данных ФИО2 в ходе рассмотрения дела и в ходе его допроса в качестве подозреваемого, следует, что автомобиль «М», государственный регистрационный знак №, был приобретен им в < Дата > у Ю.М.И. на основании договора купли-продажи, однако на свое имя он данный автомобиль в органах ГИБДД не зарегистрировал, свою гражданскую ответственность, как владельца транспортного средства, он не страховал. Не оспаривал то обстоятельство, что являлся фактическим владельцем автомобиля, использовал его в своих целях, производил необходимые ремонтные работы, в то время как Ю.М.И. оставался его титульным собственником.

Оценив пояснения ответчика в совокупности с имеющимися в материалах дела доказательствами, суд приходит к выводу о том, что именно ФИО2 являлся на момент дорожно-транспортного происшествия владельцем источника повышенной опасности.

Гибель сына истицы сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психологическое благополучие, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека причиняет наиболее сильные переживания, препятствующие социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, нарушает неимущественное право на родственные связи. Утрата истицей сына в результате действий ФИО2 безусловно является тяжелым событием в ее жизни, неоспоримо причинившим ей моральный вред.

В соответствии со ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ст.1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В силу ст.1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда, в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В абз.2 п.8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», разъяснено, что степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (п.32 этого же Постановления Пленума).

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в п.8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда».

Таким образом, суд при разрешении спора о компенсации морального вреда не связан той суммой компенсации, на которой настаивает истец, а исходит из требований разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения, то есть основополагающих принципов, предполагающих баланс интересов сторон.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает конкретные обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, изложенные выше, степень физических и нравственных страданий, причиненных ФИО1 ответчиком, в результате действий которого погиб ее сын, возраст истицы, которой на момент дорожно-транспортного происшествия было 66 лет, то есть она является нетрудоспособной.

Оценив характер физических и нравственных страданий ФИО1, перенесенных ею по вине ФИО2, суд приходит к выводу о том, что с ФИО2 в пользу ФИО1 подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 850000 рублей.

По мнению суда, именно такой размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст.ст.21, 53 Конституции РФ), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, а с другой – не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

Таким образом, заявленные ФИО1 исковые требования подлежат частичному удовлетворению.

В ходе рассмотрения дела ФИО2, настаивая на снижении размера компенсации морального вреда, ссылался на небольшой размер заработной платы, в то же время доказательств, подтверждающих его действительное имущественное положение, а именно, отсутствие движимого или недвижимого имущества, счетов и вкладов в банках и иных кредитных организациях, суду ответчиком не представлено.

В соответствии со ст.103 ГПК РФ, ст.333.19 НК РФ, ст.61.2 БК РФ суд полагает необходимым взыскать с ответчика в доход местного бюджета государственную пошлину, от уплаты которой ФИО1 при подаче иска была освобождена, в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-197, 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 850000 рублей (восьмисот пятидесяти тысяч) рублей.

В остальной части заявленные ФИО1 исковые требования оставить без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 (трехсот) рублей.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Калининградский областной суд через Центральный районный суд г.Калининграда в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

В окончательной форме решение изготовлено 13 ноября 2019 года.

Судья