Решение № 2А-228/2018 2А-228/2018~М-226/2018 М-226/2018 от 17 октября 2018 г. по делу № 2А-228/2018

Дело № 2а-228/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 октября 2018 года с. Староалейское

Третьяковский районный суд Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Масанкиной А. А.,

при секретаре Раченковой О. В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к судебному приставу-исполнителю ОСП Третьяковского и Локтевского районов УФССП России по Алтайскому краю ФИО2 Н,Н. о признании бездействия судебного пристава-исполнителя незаконным, возложении обязанности устранить нарушения законодательства об исполнительном производстве,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным административным исковым заявлением, ссылаясь на следующие обстоятельства.

На основании решения Ленинского районного суда г. Кемерово 13 апреля 2018 г. был выдан исполнительный лист о взыскании с ФИО10. в пользу ФИО1 компенсации морального вреда, утраченного заработка в общей сумме 462 336 руб.

25 апреля 2018 г. ФИО1 в ОСП Третьяковского и Локтевского районов направлено заявление о возбуждении исполнительного производства, описи и наложении ареста на имущество должника с приложением всех необходимых документов. Согласно информации по отслеживанию почтового отправления, письмо было получено адресатом 04 мая 2018 г., таким образом с 05 мая 2018 г. начал течь срок на возбуждение исполнительного производства, а с учетом положений п. п. 7, 8 ст. 30 ФЗ «Об исполнительном производстве» крайней датой вынесения постановления о возбуждении исполнительного производства являлось 11 мая 2018 г. До настоящего времени в адрес взыскателя постановление судебного пристава-исполнителя о возбуждении исполнительного производства не направлено. Согласно информации с официального сайта УФССП России по <адрес> на основании вышеназванного исполнительного листа судебным приставом-исполнителем ФИО2 было возбуждено исполнительное производство №-ИП лишь 07 июня 2018 г., т. е. с нарушением установленного законом срока.

Данное бездействие судебного пристава-исполнителя считает незаконным и нарушающим его законные права как взыскателя по исполнительному производству, т. к. только с момента возбуждения исполнительного производства возможно совершение исполнительных действий и применение мер принудительного исполнения. Нарушение срока возбуждения исполнительного производства могло привести к сокрытию должником имущества, на которое можно было бы обратить взыскание, поскольку ему было известно о вынесенном судебном решении и необходимости его исполнения.

В заявлении о возбуждении исполнительного производства ФИО1 в рамках права, предоставленного п. 2 ст. 30 ФЗ «Об исполнительном производстве», было заявлено ходатайство о наложении ареста на имущество должника. В соответствии со ст. 64.1, п. п. 1, 2 ст. 80 ФЗ «Об исполнительном производстве» судебный пристав-исполнитель ФИО2, как должностное лицо, обязана была рассмотреть данное ходатайство и не позднее дня, следующего за днем его подачи, вынести постановление об его удовлетворении либо об отказе в удовлетворении. Ввиду того, что требование, содержащееся в исполнительном листе, является требованием имущественного характера и превышает сумму в 10 000 руб., у судебного пристава-исполнителя отсутствовали законные основания для отказа в удовлетворении указанного ходатайства. Тем не менее, судебным приставом-исполнителем ФИО2 требования закона в данной части были проигнорированы, заявление рассмотрено не было, никаких процессуальных актов по результатам рассмотрения заявления не вынесено, что вновь нарушило требования закона, создало ситуацию, позволяющую должнику скрыть имущество от обращения взыскания на него.

По информации взыскателя у должника имелось имущество: автомобиль КАМАЗ №, г/н № 1987 г. в., объект капитального строительства по адресу: <адрес>, земельный участок по адресу: <адрес>. 14 июля 2018 г. ФИО1 в адрес судебного пристава-исполнителя ФИО2 было подано заявление о проверке наличия за должником данного имущества и наложения на него ареста. Однако, как стало известно взыскателю, никаких арестов имущества должника в рамках исполнительного производства №-ИП не производилось, в связи с чем, были поданы заявления в адрес прокурора Алтайского края, а также руководителя УФССП России по Алтайскому краю. Результатом рассмотрения данных заявлений стал ответ из УФССП России по Алтайскому краю, поступивший в адрес ФИО1 10 сентября 2018 г., согласно которому Управление установило со стороны судебных приставов-исполнителей нарушение законодательства об исполнительном производстве, выразившееся в непринятии своевременных мер в ходе исполнения решения суда. Тем не менее, из данного ответа невозможно понять, какие именно нарушения со стороны судебного пристава-исполнителя установлены и как это может повлиять на защиту нарушенных прав и интересов взыскателя.

Просил признать незаконным бездействие судебного пристава-исполнителя ФИО2 в рамках исполнительного производства №-ИП, выразившееся в невынесении постановления о возбуждении исполнительного производства в установленный законом срок, в невынесении постановления о наложении ареста на имущество должника, в отказе от осуществления розыска должника и его имущества, в несовершении иных исполнительных действий и неприменении иных мер принудительного исполнения, предусмотренных действующим законодательством в отношении ФИО6 и его имущества.

Определением суда от 01 октября 2018 г. к участию в деле в качестве административного соответчика привлечен ОСП Третьяковского и Локтевского районов УФССП России по Алтайскому краю.

Определением суда от 09 октября 2018 г. к участию в деле в качестве административного ответчика привлечено УФССП России по Алтайскому краю.

В судебном заседании административный истец ФИО1 требования в части признания незаконным бездействия судебного пристава-исполнителя ФИО2, выразившегося в несовершении иных исполнительных действий и неприменении иных мер принудительного исполнения, предусмотренных действующим законодательством в отношении ФИО6 и его имущества, не поддержал. В остальной части как административный истец, так и его представитель ФИО7 на заявленных требованиях настаивали по основаниям, изложенным в иске. Также представитель административного истца пояснил, что требования о признании незаконным бездействия судебного пристава-исполнителя, выразившегося в отказе от осуществления розыска должника и его имущества, основаны на том, что судебным приставом не приняты меры по заявлению ФИО1 о розыске должника и его имущества и в осуществлении розыска отказано, хотя в силу закона с учетом характера требований, по которым выдан исполнительный документ, судебный пристав-исполнитель обязана была объявить розыск самостоятельно без каких-либо ходатайств со стороны взыскателя; в отношении требований о признании незаконным бездействия судебного пристава-исполнителя, выразившегося в невынесении постановления о наложении ареста на имущество должника в качестве основания иска подразумевается, в т. ч. несвоевременность вынесения постановления о наложении ареста на имущество должника, который произведен спустя практически полгода после возбуждения исполнительного производства, судебный пристав видел автомобиль, который принадлежит должнику, от отца получил информацию о наличии в доме имущества должника, однако никаких мер по аресту имущества не предпринял.

Административный ответчик судебный пристав-исполнитель ОСП Третьяковского и Локтевского районов УФССП России по Алтайскому краю ФИО2 исковые требования не признала, ссылаясь на то, что исполнительное производство было возбуждено в день передачи ей исполнительного документа - 07 июня 2018 г., в тот же день направлены запросы в регистрирующие органы; ходатайство взыскателя о наложении ареста на имущество должника было рассмотрено в установленный законом срок и удовлетворено; должник ФИО6 длительное время отсутствовал по месту жительства в связи с нахождением на заработках, после его возвращения имущественное положение проверено, составлен акт описи и ареста имущества должника; в удовлетворении ходатайства взыскателя об объявлении розыска должника и его имущества было отказано, т. к. осуществлялась проверка имущественного положения должника и розыск был нецелесообразен, оснований для его проведения не имелось.

Представитель административного ответчика ОСП Третьяковского и Локтевского районов УФССП России по Алтайскому краю начальник отдела- старший судебный пристав ФИО4, действующий на основании доверенности также в интересах УФССП России по Алтайскому краю, административный иск не признал по доводам, изложенным в письменных возражениях (т. 1 л. д. 86-90).

Заинтересованное лицо должник ФИО6 административный иск полагал не подлежащим удовлетворению.

Выслушав явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, материалы исполнительного производства №-ИП, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 2 Федерального закона от 02 октября 2007 г. № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее - Закон об исполнительном производстве) задачами исполнительного производства являются правильное и своевременное исполнение судебных актов, актов других органов и должностных лиц, а в предусмотренных законодательством Российской Федерации случаях исполнение иных документов в целях защиты нарушенных прав, свобод и законных интересов граждан и организаций.

Согласно ст. 12 Федерального закона от 21 июля 1997 г. № 118-ФЗ «О судебных приставах» в процессе принудительного исполнения судебных актов и актов других органов, предусмотренных федеральным законом об исполнительном производстве, судебный пристав-исполнитель принимает меры по своевременному, полному и правильному исполнению исполнительных документов.

Исполнительными действиями являются совершаемые судебным приставом-исполнителем в соответствии с Федеральным законом «Об исполнительном производстве» действия, направленные на создание условий для применения мер принудительного исполнения, а равно на понуждение должника к полному, правильному и своевременному исполнению требований, содержащихся в исполнительном документе (ч. 1 ст. 64 Закона об исполнительном производстве).

В силу ч. ч. 1, 7, 8 ст. 30 Закона об исполнительном производстве судебный пристав-исполнитель возбуждает исполнительное производство на основании исполнительного документа по заявлению взыскателя, если иное не установлено настоящим Федеральным законом. Заявление взыскателя и исполнительный документ передаются судебному приставу-исполнителю в трехдневный срок со дня их поступления в подразделение судебных приставов. Судебный пристав-исполнитель в трехдневный срок со дня поступления к нему исполнительного документа выносит постановление о возбуждении исполнительного производства либо об отказе в возбуждении исполнительного производства.

Судом установлено, что решением Ленинского районного суда г. Кемерово, с учетом апелляционного определения Кемеровского областного суда от 03 апреля 2018 г., с ФИО6 в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 350 000 руб., утраченный заработок за период с 23 января 2014 г. по 31 августа 2017 г. единовременно в размере 112 336 руб., с 01 сентября 2017 г. – ежемесячно по 3 527,81 руб. с последующей индексацией в установленном законом порядке (т. 2 л. д. 5-21).

На основании указанного решения 13 апреля 2018 г. судом выдан исполнительный лист серии ФС №, который административный истец 25 апреля 2018 г. с заявлением о возбуждении исполнительного производства направил в ОСП Третьяковского и Локтевского районов УФССП России по Алтайскому краю заказным письмом (номер почтового идентификатора 65000220034684) (т. 1 л. <...>).

Согласно отчета об отслеживании отправления с почтовым идентификатором 65000220034684, письмо получено адресатом 04 мая 2018 г. (т. 1 л. д. 222).

По представленной по запросу суда информации Рубцовского почтамта УФПС Алтайского края – филиал «ФГУП «Почта России» почтовое отправление № вручено 03 мая 2018 г. При этом на оборотной стороне извещения о вручении указаны паспортные данные и номер удостоверения получателя, которые соответствуют паспорту и служебному удостоверению начальника ОСП Третьяковского и Локтевского районов ФИО4 (т. 2 л. <...>).

Доводы представителя административного ответчика ФИО4 о том, что исполнительный лист по данным АИС ФССП России поступил в отдел судебных приставов 07 июня 2018 г. опровергаются приведенными доказательствами, а потому не принимаются судом во внимание.

Как следует из резолюции начальника отдела судебных приставов от ДД.ММ.ГГГГ на заявлении взыскателя, возбудить исполнительное производство поручено ФИО2 (т. 1 л. д. 92).

07 июня 2018 г. судебным приставом-исполнителем ФИО2 на основании исполнительного листа ФС № от 13 апреля 2018 г. возбуждено исполнительное производство №-ИП о взыскании с должника ФИО6 в пользу взыскателя ФИО1 присужденных денежных сумм (т. 1 л. д. 98).

Таким образом, из материалов дела установлено, что заявление взыскателя, поступившее в отдел судебных приставов 03 мая 2018 г., получено начальником отдела ФИО4 и 07 июня 2018 г. передано им для исполнения судебному приставу – исполнителю ФИО2, которой исполнительное производство возбуждено в день передачи ей исполнительного документа, тем самым, нарушений срока, установленного ч. 8 ст. 30 Закона об исполнительном производстве, судебным приставом-исполнителем не допущено.

Доказательств передачи судебному приставу-исполнителю ФИО2 исполнительного документа ранее 07 июня 2018 г. в деле не имеется и суду не представлено, а потому бездействие в части невозбуждении в установленный срок исполнительного производства со стороны должностного лица, к которому предъявлен иск, вопреки доводов истца, в данном случае отсутствует. Действия иных должностных лиц по несвоевременной передаче исполнительного документа судебному приставу-исполнителю ФИО2 истцом в рамках настоящего дела не оспариваются.

Не могут быть признаны обоснованными и ссылки стороны истца на ненаправление судебным приставом-исполнителем взыскателю копии постановления о возбуждении исполнительного производства. Из представленных ответчиками суду сведений базы АИС ФССП усматривается, что 07 июня 2018 г. взыскателю ФИО1 по адресу проживания, указанному в исполнительном документе, направлена корреспонденция за исходящим №. Данный номер соответствует номеру постановления о возбуждении исполнительного производства от 07 июня 2018 г., проставленному в правом верхнем углу документа. Приведенные обстоятельства ничем не опровергнуты. При этом ни ч. 17 ст. 30 Закона об исполнительном производстве, ни Инструкция по делопроизводству в Федеральной службе судебных приставов, утв. Приказом ФССП России от 10 декабря 2010 г. №, не содержат обязанности судебного пристава-исполнителя направлять постановление о возбуждении исполнительного производства взыскателю регистрируемым почтовым отправлением с уведомлением о вручении адресату (на что обращал внимание представитель административного истца). Такое правило установлено только для случаев направления постановления должнику.

Кроме того, суд полагает, что административным истцом пропущен срок на обращение в суд с требованиями об оспаривании бездействия судебного пристава в части невозбуждения в установленный срок исполнительного производства.

В соответствии с ч. 3 ст. 219 Кодекса административного судопроизводства РФ административное исковое заявление о признании незаконными решений, действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя может быть подано в суд в течение десяти дней со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

Причины пропуска срока обращения в суд выясняются в предварительном судебном заседании или судебном заседании. Пропущенный по указанной в части 6 настоящей статьи или иной уважительной причине срок подачи административного искового заявления может быть восстановлен судом, за исключением случаев, если его восстановление не предусмотрено настоящим Кодексом. Пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении административного иска (ч. ч. 5, 7, 8 ст. 219 Кодекса административного судопроизводства РФ).

Обязанность доказывания соблюдения срока на обращение в суд возлагается на лицо, обратившееся в суд (ч. 11 ст. 226 Кодекса административного судопроизводства РФ).

Административный истец в судебном заседании пояснил, что регулярно отслеживал на сайте службы судебных приставов информацию по направленному им заявлению и приблизительно 10 июля 2018 г. узнал о возбужденном исполнительном производстве. В заявлении от 11 июля 2018 г. о розыске должника, направленном ФИО1 в отдел судебных приставов через портал «Госуслуги», им указана дата возбуждения и номер исполнительного производства (т. 1 л. д. 116).

При таких обстоятельствах, следует вывод о том, что о возбуждении исполнительного производства спустя более месяца после получения отделом судебных приставов исполнительного документа, ФИО1 стало известно не позднее 11 июля 2018 г., а потому десятидневный срок на обращение в суд подлежит исчислению именно с этой даты и истек 21 июля 2018 г.

С административным иском ФИО1 обратился в суд 19 сентября 2018 г., т. е. с пропуском установленного законом срока более чем на месяц, при этом ходатайство о восстановлении пропущенного срока им не заявлено.

Ссылки стороны истца на необходимость исчисления срока на обращение в суд с даты получения ФИО1 ответа на жалобу в УФССП России по Алтайскому краю (10 сентября 2018 г.), поскольку ранее сроки возбуждения исполнительного производства ему не были известны и о нарушении своего права он не знал, являются несостоятельными. После 11 июля 2018 г. административный истец не лишен был возможности обратиться за юридической помощью, кроме того, уже в жалобах прокурору Алтайского края и в УФССП России по Алтайскому краю от 25 июля 2018 г. административный истец указывал на нарушение сроков возбуждения исполнительного производства (т. 1 л. д. 13-18).

Оценивая доводы истца и его представителя о невынесении (несвоевременном вынесении) судебным приставом-исполнителем постановления о наложении ареста на имущество должника, что нарушило права взыскателя, суд не может признать их обоснованными.

В соответствии с ч. 2 ст. 30 Закона об исполнительном производстве в заявлении взыскателя может содержаться ходатайство о наложении ареста на имущество должника в целях обеспечения исполнения содержащихся в исполнительном документе требований об имущественных взысканиях.

По заявлению взыскателя о наложении ареста на имущество должника судебный пристав-исполнитель принимает решение об удовлетворении указанного заявления или об отказе в его удовлетворении не позднее дня, следующего за днем подачи такого заявления (ч. 2 ст. 80 Закона об исполнительном производстве).

Исходя из положений п. 7 ч. 1 ст. 64, ст. 80 Закона об исполнительном производстве наложение ареста на имущество, в т. ч. денежные средства, в целях обеспечения исполнения исполнительного документа, отнесено к числу исполнительных действий, которые вправе совершать судебный пристав – исполнитель.

Арест на имущество должника применяется, в т. ч. для обеспечения сохранности имущества, которое подлежит передаче взыскателю или реализации. Арест имущества должника включает запрет распоряжаться имуществом, а при необходимости - ограничение права пользования имуществом или изъятие имущества.

Арест имущества должника производится судебным приставом-исполнителем с участием понятых с составлением акта о наложении ареста (описи имущества), в котором должны быть указаны сведения, перечисленные в ч. 5 ст. 80 Закона об исполнительном производстве.

Сроки совершения судебным приставом-исполнителем исполнительных действий по наложению ареста на имущество должника приведенными нормами не установлены.

В абз. 4 п. 42 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 ноября 2015 г. № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» разъяснено, что после обнаружения фактического местонахождения имущества и возникновения возможности его осмотра и описи в целях обращения взыскания на него судебный пристав-исполнитель обязан совершить все необходимые действия по наложению ареста на указанное имущество должника по правилам, предусмотренным ст. 80 Закона об исполнительном производстве.

Из материалов исполнительного производства установлено, что в заявлении взыскателя о возбуждении исполнительного производства, среди прочих, содержалась просьба при отсутствии у должника денежных средств, достаточных для погашения задолженности, обратить взыскание на имущество должника путем производства описи и наложения ареста (т. 1 л. д. 92-93).

Постановлением судебного пристава-исполнителя от 14 июня 2018 г. ходатайство ФИО1 удовлетворено, постановлено провести полный комплекс мероприятий, направленный на установление всех счетов и вкладов должника в банках и других кредитных учреждениях, направить необходимые запросы в регистрационные органы и получить ответы на предмет зарегистрированного за должником движимого и недвижимого имущества, осуществить проверку имущественного положения должника по месту его жительства (т. 1 л. д. 103).

После возбуждения исполнительного производства, с целью проверки имущественного положения должника, судебным приставом-исполнителем ФИО2 направлены запросы в различные кредитные организации, пенсионный орган, ГИБДД, Росреестр (т. 1 л. <...>, 177-182), установлено наличие 4 счетов должника, открытых в ПАО Сбербанк, на которые обращено взыскание (т. 1 л. д. 120-121); неоднократно (в июне, июле, августе, сентябре 2018 г.) осуществлялись выезды по месту жительства должника, о чем составлены акты, опрашивался его отец, в результате чего установлено, что ФИО6 проживает в доме своего отца, принадлежащее ему имущество по месту жительства не представилось возможным проверить в связи с отсутствием должника, находящегося на временных заработках (т. 1 л. <...>, 125, 126, 128, 129, 131, 132). 01 октября 2018 г. у должника отобрано письменное объяснение, в котором он перечислил принадлежащее ему имущество, находящееся в доме отца (т. 1 л. д. 133-134), после чего в тот же день судебным приставом –исполнителем составлен акт о наложении ареста (описи имущества) на указанное ФИО6 имущество (9 наименований – т. 1 л. д. 135-137).

12 октября 2018 г. судебным приставом-исполнителем ФИО2 вынесено постановление об оценке арестованного имущества должника на общую сумму 10 900 руб. (т. 2 л. д. 95-97). В связи с поступившим от должника в порядке ч. 1 ст. 87.1 Закона об исполнительном производстве ходатайства о самостоятельной реализации имущества (т. 2 л. д. 98), меры принудительного исполнения судебным приставом-исполнителем отложены (т. 2 л. д. 99-101). 15 октября 2018 г. денежные средства, вырученные от реализации ФИО6 арестованного имущества в размере 10 900 руб., перечислены должником на депозитный счет подразделения судебных приставов (т. 2 л. д. 102), которым, в свою очередь, указанная денежная сумма перечислена 18 октября 2018 г. на счет взыскателя (т. 2 л. д. 104-105).

Приведенными доказательствами опровергаются доводы административного истца, изложенные в иске, а также высказанные в судебном заседании, о том, что судебным приставом не было рассмотрено ходатайство взыскателя о наложении ареста на имущество должника и никаких процессуальных актов по результатам его рассмотрения не вынесено, арест на имущество ФИО6 не наложен.

Арест имущества произведен непосредственно после его выявления, доказательств того, что имущество выбыло из владения должника по причине бездействия судебного пристава-исполнителя, не представлено. Тот факт, что данное исполнительное действие совершено только 01 октября 2018 г. не повлек утрату имущества должника, напротив, ФИО6 приняты меры к его добровольной реализации, денежные средства от которой взыскателю перечислены.

Принадлежность должнику объектов недвижимости, указанных административным истцом в иске, в рамках исполнительного производства не подтверждена, из Управления Росреестра ответ на запрос судебного пристава-исполнителя до настоящего времени не поступил. В то же время, из ответа на запрос суда, полученного из Управления Росреестра при рассмотрении настоящего дела, следует, что за ФИО6 не зарегистрировано никаких объектов недвижимого имущества (т. 1 л. д. 216). Соответственно судебным приставом-исполнителем не мог быть наложен арест на объект капитального строительства и земельный участок, упомянутые административным истцом.

Что касается автомобиля КАМАЗ №, г/н №, то согласно ответа ГУ МВД России по Алтайскому краю на запрос суда, данное транспортное средство действительно зарегистрировано на имя должника ФИО6 (т. 2 л. д. 67-69). Между тем, на аналогичные запросы судебного пристава-исполнителя, направленные в форме электронного документа, органом ГИБДД предоставлена информация об отсутствии сведений о зарегистрированном автотранспорте за должником (т. 1 л. д. 122, т. 2 л. д. 85). При таких обстоятельствах, судебным приставом-исполнителем не мог быть наложен арест на транспортное средство должника, ввиду отсутствия сведений о таковом.

Согласно разъяснений, содержащихся в абз. 3 п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 ноября 2015 г. № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» бездействие судебного пристава-исполнителя может быть признано незаконным, если он имел возможность совершить необходимые исполнительные действия и применить необходимые меры принудительного исполнения, направленные на полное, правильное и своевременное исполнение требований исполнительного документа в установленный законом срок, однако не сделал этого, чем нарушил права и законные интересы стороны исполнительного производства.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания бездействия судебного пристава-исполнителя в части наложения ареста на имущество должника незаконными, нарушающими права и законные интересы административного истца.

Подлежат отклонению и утверждения административного истца, его представителя о непринятии судебным приставом-исполнителем мер по заявлению ФИО1 о розыске должника, его имущества и необоснованном отказе в осуществлении розыска.

С заявлением о розыске должника и (или) его имущества ФИО1 обратился в ОСП Третьяковского и Локтевского районов 11 июля 2018 г. (т. 1 л. д. 116).

Постановлением судебного пристава-исполнителя ФИО2 от 17 июля 2018 г. в объявлении исполнительного розыска отказано в связи с тем, что проводится проверка имущественного положения должника, а потому розыск нецелесообразен (т. 1 л. д. 117).

В соответствии с ч. 1 ст. 65 Закона об исполнительном производстве в случаях, установленных настоящей статьей, судебный пристав-исполнитель в ходе исполнительного производства объявляет исполнительный розыск должника, его имущества при условии, что совершенные им иные исполнительные действия, предусмотренные настоящим Федеральным законом, не позволили установить местонахождение должника, его имущества или местонахождение ребенка.

Из материалов дела следует, что на момент вынесения судебным приставом-исполнителем постановления от 17 июля 2018 г. место нахождения должника ФИО6 было известно, он не скрывался, от явки на прием к судебному приставу не уклонялся, исполнительное производство велось немногим более месяца, в течение которого осуществлялись исполнительные действия на предмет проверки имущественного положения должника и завершены не были.

Таким образом, предусмотренных вышеупомянутой нормой права оснований для объявления исполнительного розыска должника и его имущества у судебного пристава-исполнителя не имелось.

Вопреки доводов представителя истца, характер требований, содержащихся в исполнительном документе, сам по себе не является безусловным основанием для объявления исполнительного розыска, в т. ч. по инициативе судебного пристава без заявления взыскателя, поскольку по смыслу ч. ч. 1, 3 ст. 65 Закона об исполнительном производстве для этого также должно быть соблюдено условие, указанное в ч. 1 ст. 65 Закона.

Кроме этого, по данному требованию административным истцом также пропущен срок на обращение с иском в суд, поскольку постановление судебного пристава-исполнителя от 17 июля 2018 г. в тот же день в рамках портала «Госуслуги», через который поступило заявление взыскателя, было направлено в ФИО1, что административным истцом не оспаривалось. Соответственно, установленный ч. 3 ст. 219 Кодекса административного судопроизводства РФ срок истек 27 июля 2018 г., тогда как с иском, как указывалось выше, административный истец обратился в суд 19 сентября 2018 г. Ходатайства о восстановлении срока обращения в суд не заявлено.

С учетом изложенного, административный иск подлежит оставлению без удовлетворения в полном объеме.

Руководствуясь ст. ст. 175-180, 227 Кодекса административного судопроизводства РФ,

р е ш и л:

В удовлетворении требований ФИО1 к судебному приставу-исполнителю ОСП Третьяковского и Локтевского районов УФССП России по Алтайскому краю ФИО2 Н,Н. о признании бездействия судебного пристава-исполнителя незаконным, возложении обязанности устранить нарушения законодательства об исполнительном производстве отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Третьяковский районный суд Алтайского края в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья А. А. Масанкина

Решение принято в окончательной форме 23 октября 2018 г.

Судья А. А. Масанкина