Решение № 2-2224/2019 2-2224/2019~М-1876/2019 М-1876/2019 от 5 мая 2019 г. по делу № 2-2224/2019

Дело № 2-2224/2019


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

06 мая 2019 г. г. Белгород

Октябрьский районный суд г. Белгорода в составе:

председательствующего судьи: Погореловой С.С.

при секретаре: Новиковой А.П.,

с участием прокурора Михайловой М.И.,

истца ФИО1, его представителя - адвоката Уколова А.М. (по ордеру и доверенности), представителей ответчика УМВД России по Белгородской области - ФИО2 и ФИО3 (по доверенностям), представителя ответчика УМВД России по г. Белгороду - ФИО4 (по доверенности),

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к УМВД России по Белгородской области, УМВД России по г. Белгороду об оспаривании приказа об увольнении и заключения служебной проверки в части, восстановлении на службе, взыскании денежного довольствия за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 проходил службу в органах внутренних дел с декабря 1999 г., в должности начальника отдела уголовного розыска УМВД России по г. Белгороду - с декабря 2018 г.

Приказом УМВД России по Белгородской области от 01 марта 2019 г. <номер> он уволен со службы в органах внутренних дел по пункту 6 части 2 статьи 82 Федерального закона 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в связи с грубым нарушением служебной дисциплины.

Основанием для увольнения ФИО1 послужили результаты служебной проверки по факту неправомерных действий должностных лиц УМВД России по г. Белгороду в отношении С.Д.В.., которой установлено, что начальник ОУР УМВД России по г. Белгороду подполковник полиции ФИО1, занимая руководящую должность, являясь должностным лицом, постоянно осуществлявшим функции представителя власти и выполняющим организационно-распорядительные функции в государственном органе, своими действиями, выразившимися в необоснованном применении насилия в автомобиле и специальных средств в служебном кабинете ОУР УМВД России по г. Белгороду в отношении С.Д.В.., даче незаконного указания о необоснованном привлечении его к административной ответственности, нарушил права и свободы С.Д.В.., как человека и гражданина, а также, являясь руководителем, не обеспечил контроль за соблюдением принципов деятельности полиции (статьи 5 - 7 Федерального закона от 07 февраля 2011 г. № 3-ФЗ «О полиции») при осуществлении оперативно-розыскной деятельности подчиненным подразделением, что повлекло применение необоснованного насилия к С.Д.В.., причинивших ему физические страдания, тем самым грубо нарушил требования пунктов 1, 2, 5 части 1 статьи 2, частей 1 - 3 статьи 5, частей 1, 5 статьи 6, частей 1, 4 статьи 7, статьи 20, пункта 3 части 2 статьи 21 Федерального закона от 07 февраля 2011 г. № 3-ФЗ «О полиции», пункта 1 части 1 статьи 12, пунктов 1 - 3, 7 части 1 статьи 13 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-Ф3 «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», пунктов «а», «в» статьи 5, пункта «к» статьи 7, статей 15, 16 Дисциплинарного устава органов внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 14 октября 2012 г. № 1377 и пунктов 15 - 17, 20 должностного регламента (должностной инструкции), то есть совершил грубое нарушение служебной дисциплины.

Дело инициировано иском ФИО1, который, с учетом уточнения заявленных требований в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), просит признать незаконными: заключение служебной проверки от 22 февраля 2019 г. в отношении него, приказ врио начальника УМВД России по Белгородской области от 01 марта 2019 г. <номер> о расторжении контракта и увольнении его со службы в органах внутренних дел за грубое нарушение служебной дисциплины, факты расторжения контракта и увольнении его со службы в органах внутренних дел по пункту 6 части 2 статьи 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 343-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (за грубое нарушение служебной дисциплины); восстановить его на службе в органах внутренних дел в должности начальника ОУР УМВД России по г. Белгороду в специальном звании подполковника полиции с 02 марта 2019 г.; обязать УМВД России по г. Белгороду выплатить ему средний заработок за все время вынужденного прогула в размере 120540 руб. 95 коп., а также взыскать с УМВД России по Белгородской области в счет компенсации морального вреда 50 000 руб.

В обоснование заявленных требований ссылается на то, что установленные и описанные в приказе об увольнении и в заключении служебной проверки от 22 февраля 2019 г. его действия (необоснованное применение при исполнении служебных обязанностей насилия и специальных средств к С.Д.В.., дача незаконного указания о привлечении его административной ответственности) подпадают под признаки преступления, предусмотренного пунктами «а», «б» части 3 статьи 286 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее - УК РФ) - превышение должностных полномочий, то есть совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства, совершенное с применением насилия и специальных средств. Ни Федеральный закон «О полиции», ни Федеральный закон «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», регламентируя основания и цели проведения служебной проверки, не предусматривают возможность ее проведения для установления обстоятельств совершения сотрудником органов внутренних дел преступления. Однако оспариваемым заключением служебной проверки и приказом об увольнении установлены факты и обстоятельства, которые компетентны устанавливать только суд и следственный орган в порядке, предусмотренном Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации (далее - УПК РФ).

Кроме того, ссылается на то, что в отношении него по факту неправомерного применения к С.Д.В. физической силы и специальных средств проведено две служебные проверки и по их итогам подготовлено два заключения, что противоречит положениям статьи 52 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-Ф3 и Порядка проведения служебной проверки в органах, организациях и подразделениях МВД России, утвержденного приказом МВД России от 26 марта 2013 г. № 161. Ввиду проведения с 06 по 18 января 2019 г. по тому же самому факту первой служебной проверки и составления по ее результатам заключения от 18 января 2019 г., назначение 13 февраля 2019 г. и проведение последующей проверки является незаконным, равно как незаконным является и повторное заключение служебной проверки от 22 февраля 2019 г., оспариваемое в настоящее время и положенное в основу приказа об увольнении.

Также ФИО1 ссылается на нарушение сроков назначения служебной проверки, полагая, что, назначая 06 января 2019 г. первую служебную проверку по факту неправомерного применения им физической силы и специальных средств к С.Д.В.., уполномоченный руководитель имел информацию, являвшуюся основанием для проведения такой служебной проверки. 18 января 2019 г., утверждая указанное заключение первой служебной проверки, уполномоченный руководитель ознакомился с сообщенными С.Д.В. сведениями о неправомерном применении к нему физической силы и специальных средств в автомобиле и служебном кабинете. Однако вторая служебная проверка, оспариваемая истцом, назначена 13 февраля 2019 г., то есть значительно позднее двух недель как от 06 января 2019 г., так и от 18 января 2019 г. Соответственно, нарушен срок привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности, так как дисциплинарное взыскание в виде увольнения из органов внутренних дел на истца наложено приказом от 01 марта 2019 г., то есть позднее чем через один месяц со дня утверждения заключения по результатам служебной проверки (18 января 2019 г.), что недопустимо.

Помимо изложенного истец в обоснование заявленных требований ссылается на недоказанность применения им физической силы и специальных средств к С.Д.В.., а также незаконного распоряжения о привлечении его к административной ответственности. Выводы о том, что ФИО1 не обеспечил контроль за соблюдением принципов деятельности полиции, что повлекло применение необоснованного насилия к С.Д.В. являются не конкретизированными и не соответствуют требованиям, установленным частью 1 статьи 52 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», так как закон требует установления характера и обстоятельств дисциплинарного проступка, а примененная формулировка означает, что таковые не установлены, так как из нее непонятно, какие в этой части действия или бездействие совершил ФИО1

В судебном заседании истец ФИО1, его представитель - адвокат Уколов А.М. (по ордеру и доверенности) заявленные требования с учетом уточнений поддержали в полном объеме.

Представители ответчиков УМВД России по Белгородской области - ФИО2 и ФИО3 (по доверенностям), УМВД России по г. Белгороду - ФИО4 (по доверенности) исковые требования не признали, возражали против их удовлетворения, ссылаясь на наличие законных оснований для увольнения ФИО1 в связи с грубым нарушением им служебной дисциплины, соблюдение установленного порядка увольнения из органов внутренних дел.

Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным сторонами доказательствам, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего, что иск ФИО1 не подлежит удовлетворению, суд приходит к следующему.

Согласно части 1 статьи 3 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», регулирование правоотношений, связанных со службой в органах внутренних дел, осуществляется в соответствии с Конституцией Российской Федерации, названным федеральным законом, Федеральным законом от 07 февраля 2011 г. № 3-ФЗ «О полиции» и другими федеральными законами, регламентирующими правоотношения, связанные со службой в органах внутренних дел, нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации, нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации, нормативными правовыми актами федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел.

В случаях, не урегулированных нормативными правовыми актами Российской Федерации, указанными в части 1 названной статьи, к правоотношениям, связанным со службой в органах внутренних дел, применяются нормы трудового законодательства (часть 2 статьи 3 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ).

Порядок и условия прохождения службы в органах внутренних дел урегулированы Федеральным законом от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ.

Частью 1 статьи 47 вышеуказанного Федерального закона предусмотрено, что служебная дисциплина - соблюдение сотрудником органов внутренних дел установленных законодательством Российской Федерации, Присягой сотрудника органов внутренних дел Российской Федерации, дисциплинарным уставом органов внутренних дел Российской Федерации, контрактом, приказами и распоряжениями руководителя федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, приказами и распоряжениями прямых и непосредственных руководителей (начальников) порядка и правил выполнения служебных обязанностей и реализации предоставленных прав.

В силу части 1 статьи 49 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ нарушением служебной дисциплины (дисциплинарным проступком) признается виновное действие (бездействие), выразившееся в нарушении сотрудником органов внутренних дел законодательства Российской Федерации, дисциплинарного устава органов внутренних дел Российской Федерации, должностного регламента (должностной инструкции), правил внутреннего служебного распорядка федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориального органа или подразделения, либо в несоблюдении запретов и ограничений, связанных со службой в органах внутренних дел, и требований к служебному поведению, либо в неисполнении (ненадлежащем исполнении) обязательств, предусмотренных контрактом служебных обязанностей, приказов и распоряжений прямых руководителей (начальников) и непосредственного руководителя (начальника) при выполнении основных обязанностей и реализации предоставленных прав.

В соответствии с пунктом 4 части 2 статьи 49 Закона грубым нарушением служебной дисциплины сотрудником органов внутренних дел является совершение сотрудником виновного действия (бездействия), повлекшего за собой нарушение прав и свобод человека и гражданина, возникновение угрозы жизни и (или) здоровью людей, создание помех в работе или приостановление деятельности федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориального органа, подразделения либо причинение иного существенного вреда гражданам и организациям, если это не влечет за собой уголовную ответственность.

Исходя из положений данной правовой нормы, для увольнения истца со службы по указанному основанию необходимо подтверждение не только факта совершения виновного действия (бездействия), но и то, что указанные действия (бездействие) повлекли за собой последствия, указанные в пункте 4 части 2 статьи 49 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ.

На основании пункта 6 части 1 статьи 50 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» увольнение со службы в органах внутренних дел является одним из видов дисциплинарного взыскания, которое налагается на сотрудника органов внутренних дел в случае нарушения им служебной дисциплины.

Согласно пункту 6 части 2 статьи 82 указанного Федерального закона, сотрудник органов внутренних дел может быть уволен со службы в органах внутренних дел в связи с грубым нарушением служебной дисциплины.

Судом установлено, что основанием для расторжения контракта и увольнения истца со службы в органах внутренних дел послужили результаты служебной проверки, в ходе которой были установлены следующие обстоятельства.

05 января 2019 г. следователем отдела № СУ УМВД России по г. Белгороду старшим лейтенантом юстиции В.А.Ю. возбуждено уголовное дело <номер> по признакам состава преступления, предусмотренного <ст.> УК РФ по факту хищения денежных средств в сумме 60 000 руб., принадлежащих ФИО5

В ходе проведенных оперативно-розыскных мероприятий установлено, что в совершении данного преступления подозревается С.Д.В.

05 января 2019 г. около 19 час. 06 мин. сотрудниками ОУР УМВД России по г. Белгороду (начальником ОУР подполковником полиции ФИО1, начальником отделения ОУР майором полиции Т.А.К.., оперуполномоченными ОУР старшим лейтенантом полиции А.С.А,.. и капитаном полиции А.Д.И. совместно со следователем В.А.Ю. и старшим следователем Ч.М.В.. на автостоянке ТЦ «Европа» (по адресу: <адрес>) С.Д.В. был задержан.

По прибытию в УМВД России по г. Белгороду, в соответствии с Федеральным законом от 07 февраля 2011 г. № 3-ФЗ «О полиции», начальником ОУР УМВД России по г. Белгороду подполковником полиции ФИО1 составлен рапорт от 05 января 2019 г. на имя начальника УМВД России по г. Белгороду полковника полиции К.А.Н. о применении в отношении С.Д.В.. физической силы и специальных средств при задержании, который был зарегистрирован в КУСП за <номер> от 06 января 2019 г.

После прибытия в УМВД России по г. Белгороду С.Д.В. был доставлен в служебный кабинет ОУР <номер>, где оперуполномоченный ФИО6 А,. посадил его на стул и снял с него наручники, после чего на протяжении некоторого времени сотрудники ФИО6 А,.., Т.А.К.., А.Д.И.. и ФИО1 по очереди и совместно общались со С.Д.В.., выясняя его причастность к совершенному преступлению.

Опрошенный в ходе настоящей комиссионной служебной проверки С.Д.В.. сообщил, что в период следования от места его задержания в УМВД России по г. Белгороду в салоне автомобиля кто-то из сотрудников нанес ему несколько ударов по голове, но кто это был, он не видел, так как было темно. Также С.Д.В.. подтвердил, что затем в одном из кабинетов на верхних этажах здания УМВД России по г. Белгороду сотрудники полиции ему сняли наручники, стали спрашивать о краже денег, после чего один из двух присутствовавших сотрудников сказал ему лечь на пол лицом вниз, положить руки за спину, что он и сделал, и надел ему на руки наручники. Далее этот сотрудник стал тянуть его руки вверх и требовал признаться в краже, на что свою причастность он отрицал. Тогда сотрудник стал тянуть еще сильнее и надавил коленом или ногой в обуви на его ребра с правой стороны, сказав «лежи, не вертись». От этого он почувствовал сильную боль в ребрах, стало тяжело дышать и разговаривать. Затем его подняли, перестегнули наручники вперед и посадили на стул. Кто из сотрудников это делал, он не видел, и сколько человек было в кабинете, он не помнит, так как находился в состоянии шока. После этого сотрудники уехали к нему домой для обыска, а он остался с каким-то сотрудником, которому пожаловался на боли в боку.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы (по медицинской документации) <номер> от 14 февраля 2019 г. у С.Д.В. имели место следующие телесные повреждения, образовавшиеся от действия тупых твердых предметов в срок, который может соответствовать 05 - 06 января 2019 г.: <данные изъяты>, причинившие средней тяжести вред здоровью, для образования которых достаточно однократного прямого травматического воздействия; <данные изъяты>, не причинившие вреда здоровью, количество травматических воздействий, от которых они образовались, определить не представляется возможным. При этом диагноз «<данные изъяты><данные изъяты> при оценке тяжести вреда здоровью во внимание не принимался ввиду отсутствия описания симптоматики в медицинской документации. Также определить вид повреждения («<данные изъяты>), вид травмирующего предмета и тяжесть причиненного вреда здоровью не представляется возможным.

Согласно позиции УМВД России по Белгородской области, ФИО1 в качестве грубого нарушения служебной дисциплины вменяется три действия (замахивание и нанесение ударов в служебном автомобиле, необоснованное применение специальных средств - наручников, дача незаконного указания о составлении административного материала в отношении С.Д.В.. своему подчиненному А.С.А,. и участковому уполномоченному полиции Р.А.Н..), а также бездействие, выраженное в отсутствии контроля за соблюдением принципов деятельности полиции (статьи 5 - 7 Федерального закона от 07 февраля 2011 г. № 3-ФЗ «О полиции») при осуществлении оперативно-розыскной деятельности подчиненным подразделением, что повлекло применение необоснованного насилия к С.Д.В. причинивших ему физические страдания.

По мнению представителя ответчика УМВД России по Белгородской области, каждое из этих действий и бездействие образует самостоятельное грубое нарушение служебной дисциплины, поскольку нарушает права С.Д.В.. как человека и гражданина.

В судебном заседании установлено, что 15 февраля 2019 г. СО по г. Белгороду СУ СК России по Белгородской области возбуждено уголовное дело <номер> по признакам состава преступления, предусмотренного <номер> УК РФ по факту незаконного применения в период с 19 час. 05 мин. 05 января 2019 г. до 01 час. 06 января 2019 г. в служебном автомобиле «Газель», а затем в помещении УМВД России по г. Белгороду неустановленным сотрудником УМВД России по г. Белгороду насилия к С.Д.В.., причинив ему телесные повреждения в виде <данные изъяты>, причинившие средней тяжести вред здоровью, и иных телесных повреждений <данные изъяты>), не причинивших вреда его здоровью.

Постановлением старшего следователя СО по г. Белгороду СУ СК России по Белгородской области от 15 апреля 2019 г. ФИО1 привлечен в качестве обвиняемого по данному уголовному делу, ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного <номер> УК РФ (совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства, совершенные с применением насилия или с угрозой его применения, с применением оружия или специальных средств).

В данном постановлении указано, что в период времени с 19 час. 05 мин. по 19 час. 15 мин. 05 января 2019 г. сотрудники отдела уголовного розыска УМВД России по г. Белгород ФИО7 А,. А.Д.И.., Т.А.К.. посадили С.Д.В. в салон служебного автомобиля марки «Газель» с государственным регистрационным знаком <номер> регион, предварительно применив к нему специальное средство - наручники, которые удерживали руки потерпевшего за его спиной. 05 января 2019 г., находясь в указанном автомобиле в указанный период времени, ФИО1, достоверно зная о том, что С.Д.В.., обездвижен, не представляет для него какой-либо угрозы, а его руки скованны наручниками, умышленно, с целью демонстрации своего мнимого превосходства, из ложно понятых интересов службы, осознавая, что действует за пределами своих полномочий, при отсутствии оснований применения физической силы применил к С.Д.В.. насилие - физическую силу, а именно: <данные изъяты>, причинив ему телесное повреждение в виде <данные изъяты>, которое не причинило вреда его здоровью, так как не повлекло за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности согласно пункту 9 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (приложение к приказу Минздравсоцразвития России от 24 апреля 2008 г. № 194 н). Затем, 05 января 2019 г. в период времени с 19 час. 30 мин. по 21 час. 15 мин. ФИО1, находясь при исполнении своих должностных обязанностей в здании УМВД России по г. Белгороду, которое располагается по адресу: <...> «ж», в служебном кабинета <номер>, достоверно зная о том, что С.Д.В. обездвижен, не представляет для него какой-либо угрозы, а его руки скованны наручниками за спиной, умышленно, с целью демонстрации своего мнимого превосходства, из ложно понятых интересов службы, осознавая, что действует за пределами своих полномочий, при отсутствии оснований применения физической силы и специальных средств ограничения подвижности, поскольку такие действия могут быть совершены только при наличии особых обстоятельств, указанных в статьях 18, 19, 20, 21 Федерального закона от 07 февраля 2011 г. № 3-ФЗ «О полиции», применил к С.Д.В.. насилие - физическую силу, а именно: совершил по отношении к потерпевшему загиб рук сзади к верху, отчего С.Д.В.. лег передней поверхностью тела на живот, а затем нанес не менее одного удара коленом своей ноги в область ребер последнего справа, причинив ему телесное повреждение в виде <данные изъяты>, которое квалифицируется как причинившее средней тяжести вред его здоровью по признаку длительности расстройства здоровья, сроком свыше 21 дня согласно пункту 7.1. Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (приложение к приказу Минздравсоцразвития России от 24 апреля 2008 г. № 194 н). В процессе совершения указанных преступных действий находившимся при исполнении своих служебных обязанностей ФИО1 были совершены действия, явно выходящие за пределы его должностных полномочий, которые могут быть совершены только при наличии особых обстоятельств, указанных в статьях 18, 19, 20, 21 Федерального закона от 07 февраля 2011 г. № 3-ФЗ «О полиции», что повлекло существенное нарушение прав и законных интересов С.Д.В.., гарантированных Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами, - права на достоинство личности и личную неприкосновенность.

Представители ответчиков ссылаются на то, что вышеуказанные действия не вменялись ФИО1 при привлечении его к дисциплинарной ответственности за грубое нарушение служебной дисциплины.

Однако с данными доводами не может согласиться суд по следующим основаниям.

Материалы второй служебной проверки содержат информацию только о двух ударах, нанесенных ФИО1 С.Д.В.. ладонью по голове в служебном автомобиле, что в настоящее время и составляет существо предъявленного истцу обвинения по <ст.> УК РФ.

Из приказа об увольнении ФИО1, а также из заключения служебной проверки от 22 февраля 2019 г. следует, что ответчик установил в действиях истца грубое нарушение служебной дисциплины, выразившееся в том, что ФИО1 необоснованно, в нарушение Федерального закона «О полиции», применил к С.Д.В. наручники в служебном кабинете. Именно за личное применение наручников ФИО1 уволен.

Согласно пункту 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 октября 2009 г. № 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий» умышленное необоснованное применение специальных средств - наручников образует состав преступления - превышение должностных полномочий.

В настоящее время факт применения ФИО1 наручников в кабинете также составляет существо предъявленного ему обвинения по части 3 статьи 286 УК РФ.

При этом ни в приказе об увольнении, ни в заключении служебной проверки от 22 февраля 2019 г. не сделано вывода о наличии в действиях ФИО1 дисциплинарного проступка в виде дачи им согласия на применение наручников к С.Д.В. в тот момент, когда он был оставлен один с О.А.А.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что установленные и описанные в приказе об увольнении и в заключении служебной проверки от 22 февраля 2019 г. действия ФИО1 (необоснованное применение при исполнении служебных обязанностей насилия в служебном автомобиле и специальных средств - наручников в служебном кабинете к С.Д.В..) подпадают под признаки преступления, предусмотренного <ст.> УК РФ. Согласно постановлению старшего следователя СО по г. Белгороду СУ СК России по Белгородской области от 15 апреля 2019 г. данные обстоятельства составляют существо предъявленного ему обвинения по <ст.> УК РФ, в связи с чем не могли являться предметом служебной проверки и основанием для увольнения истца со службы в органах внутренних дел, так как в противном случае будут проигнорированы положения статьи 49 Конституции Российской Федерации, в силу которой каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда.

При этом суд соглашается с доводами представителей ответчиков о том, что истцом было допущено грубое нарушение служебной дисциплины, выразившееся в даче незаконного указания о составлении административного материала в отношении С.Д.В.. своему подчиненному А.С.А,. и участковому уполномоченному полиции Р.А.Н.

Так, в своем объяснении оперуполномоченный ОУР УМВД России по г. Белгороду старший лейтенант полиции А.С.А,. указал, что 25 января 2019 г. от ФИО1 ему поступило указание выехать по месту жительства С.Д.В. и оформить в отношении него административный протокол за неповиновение, оказанное при задержании 05 января 2019 г., на что А.С.А,.. ответил отказом, так как прошли сроки, и в ответ ФИО1 угрожал ему увольнением в случае неисполнения данного им указания. Тогда по указанию ФИО1 А.С.А,. связался с участковым уполномоченным полиции Р.А.Н.. и, несмотря на незаконность указания ФИО1, считая, что к ним руководством могут быть применены различные меры за неисполнение указания, они прибыли домой к С.Д.В.., где в отношении него Р.А.Н.. составил административный протокол.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля А.С.А,.. подтвердил достоверность своих объяснений, данных им в ходе служебной проверки.

У суда нет оснований не доверять показаниям данного свидетеля, предупрежденного об уголовной ответственности по статьям 307, 308 УК РФ, о чем у него отобрана подписка, приобщенная к материалам дела.

В судебном заседании истец отрицал указанные обстоятельства, пояснив, что он обсуждал этот вопрос с руководителями Р.А.Н. - С. и Щ, являющимися выше его по должности.

При изучении должностной инструкции начальника ОУР УМВД России по г. Белгороду подполковника полиции ФИО1 установлено, что он не наделен полномочиями (правами и обязанностями) руководить участковыми уполномоченными полиции, а также отдавать приказы, указания, поручения по сбору материалов и составлению дел об административных правонарушениях.

Вместе с тем, как установлено в ходе комиссионной служебной проверки, 25 января 2019 г. участковым уполномоченным полиции ОУУП и ПДН УМВД России по г. Белгороду старшим лейтенантом полиции Р.А.Н. собран материал об административном правонарушении в отношении С.Д.В. по статье <ст.> Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ), состоящий из копий ранее подготовленных (в период с 05 по 16 января 2019 г.) документов (рапорт и объяснения сотрудников ОУР, справки, информации, карты, выписки и т.д.).

Также 25 января 2019 г. Р.А.Н. получено объяснение от С.Д.В. и расписка с обязательством о его явке в суд, а также в отношении последнего незаконно (спустя 20 суток с момента совершения правонарушения) составлен протокол об административном правонарушении без указания даты его составления.

25 января 2019 г. от имени начальника УМВД России по г. Белгороду полковника полиции К.А.Н. вынесено определение о передаче данного дела об административном правонарушении в отношении С.Д.В.. по статье <ст.> КоАП РФ по подведомственности в суд, которое необоснованно (ввиду имеющихся в материале нарушений) подписано его заместителем - полковником внутренней службы С.

В соответствии с определением Октябрьского районного суда г. Белгорода от 31 января 2019 г. административный материал в отношении С.Д.В. возвращен в УМВД России по г. Белгороду для устранения выявленных недостатков, так как протокол не соответствует установленным требованиям, а в материале отсутствует ряд процессуальных документов. До настоящего времени недостатки не устранены, и материал в суд повторно не направлен.

Из объяснений участкового уполномоченного полиции ОУУП и ПДН УМВД России по г. Белгороду старшего лейтенанта полиции Р.А.Н. следует, что, находясь на суточном дежурстве 05 января 2019 г., ему около 23 час. позвонил начальник ОУР ФИО1, который попросил прибыть в ОУР и составить административный протокол в отношении гражданина (как оказалось впоследствии им являлся С.Д.В. за неповиновение сотрудникам полиции при его задержании.

Прибыв в один из служебных кабинетов ОУР, Р.А.Н. увидел одного из сотрудников ОУР и сидевшего на стуле в наручниках С.Д.В. Позже приехали сотрудники ОУР, сняли со С.Д.В. наручники и предложили Р.А.Н.. составить в отношении задержанного административный протокол, но позже (после его опроса и доставления в травмпункт). Однако Р.А.Н. это не сделал, так как уехал на вызов, а позже ему стало известно, что у С.Д.В.. сломано ребро, и он был отпущен домой. Каких-либо материалов (рапорта, протоколы) о совершении С.Д.В. правонарушения сотрудники ОУР Р.А.Н. не передавали.

25 января 2019 г. по указанию руководства УМВД России по г. Белгороду (кого именно Р.А.Н. указать отказался) он прибыл по месту жительства С.Д.В.. и в присутствии сотрудника ФИО6 А,.. составил административный протокол, несмотря на то, что его составление было незаконным (так как истекли сроки), о чем он говорил руководителю, давшему ему такое указание. Впоследствии (28 января 2019 г.) данный материал был направлен в суд, но был возвращен из суда в связи с наличием множества нарушений.

Вопреки доводам стороны истца, незаконность указания ФИО1 о привлечении С.Д.В. к административной ответственности подтверждается тем, что в соответствии со статьей <ст.> КоАП РФ протокол об административном правонарушении составляется немедленно после выявления совершения административного правонарушения. В случае, если требуется дополнительное выяснение обстоятельств дела либо данных о физическом лице или сведений о юридическом лице, в отношении которых возбуждается дело об административном правонарушении, протокол об административном правонарушении составляется в течение двух суток с момента выявления административного правонарушения. Кроме того, отсутствовали надлежащим образом оформленные протоколы доставления и задержания С.Д.В.. ФИО1 не наделен полномочиями (правами и обязанностями) руководить участковыми уполномоченными полиции, а также отдавать приказы, указания, поручения по сбору материалов и составлению дел об административных правонарушениях.

Согласно статье 15 Дисциплинарного устава органов внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 14 октября 2012 г. № 1377, отдавая приказ, руководитель (начальник) не должен допускать злоупотребления должностными полномочиями или их превышения.

В силу статьи 16 указанного Дисциплинарного устава органов внутренних дел Российской Федерации руководителю (начальнику) запрещается отдавать приказ, не имеющий отношения к выполнению подчиненными служебных обязанностей или направленный на нарушение законодательства Российской Федерации.

Таким образом, начальник ОУР УМВД России по г. Белгороду подполковник полиции ФИО1, занимая руководящую должность, являясь должностным лицом, постоянно осуществлявшим функции представителя власти и выполняющим организационно-распорядительные функции в государственном органе, своими действиями, выразившимися в даче незаконного указания о необоснованном привлечении С.Д.В.. к административной ответственности, нарушил права и свободы последнего, как человека и гражданина, а также, являясь руководителем, не обеспечил контроль за соблюдением принципов деятельности полиции, предусмотренными статьями 5 - 7 Федерального закона от 07 февраля 2011 г. № 3-ФЗ «О полиции» (соблюдение и уважение прав и свобод человека и гражданина, законность, беспристрастность) при осуществлении оперативно-розыскной деятельности подчиненным подразделением, что повлекло применение необоснованного насилия к С.Д.В.., причинившего ему физические страдания.

Статьей 40 Дисциплинарного устава органов внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 14 октября 2012 г. № 1377 «О Дисциплинарном уставе органов внутренних дел Российской Федерации», предусмотрено, что дисциплинарное взыскание должно соответствовать тяжести совершенного проступка и степени вины. При определении вида дисциплинарного взыскания принимаются во внимание: характер проступка, обстоятельства, при которых он был совершен, прежнее поведение сотрудника, совершившего проступок, признание им своей вины, его отношение к службе, знание правил ее несения и другие обстоятельства. При малозначительности совершенного дисциплинарного проступка руководитель (начальник) может освободить сотрудника от дисциплинарной ответственности и ограничиться устным предупреждением.

Из приведенных нормативных положений следует, что грубое нарушение сотрудником органов внутренних дел служебной дисциплины не влечет его безусловное увольнение. Сотрудник может быть уволен со службы в органах внутренних дел, однако его действия, послужившие поводом для такого решения, подлежат оценке с точки зрения их характера, наступивших последствий, значимости для интересов службы, условий их совершения, прежнего отношения сотрудника к исполнению служебных обязанностей и других обстоятельств.

Положение пункта 6 части 2 статьи 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ не предполагает возможности его произвольного применения, поскольку презюмирует, что принятию решения об увольнении сотрудника органов внутренних дел со службы предшествует объективная оценка совершенного им деяния в рамках установленной процедуры привлечения сотрудника к дисциплинарной ответственности и предоставление гарантий его защиты от произвольного увольнения, а обоснованность увольнения со службы может быть предметом судебной проверки.

В соответствии с пунктом 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а, следовательно, и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм. В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть 5 статьи 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Суд, учитывая тяжесть совершенного истцом проступка и его последствия, а также наличие действующего дисциплинарного взыскания в виде замечания, наложенного на него на основании приказа УМВД России по Белгородской области от 25 января 2019 г. <номер>, соглашается с приказом УМВД России по Белгородской области от 01 марта 2019 г. <номер> об увольнении ФИО1 со службы в органах внутренних дел по пункту 6 части 2 статьи 82 Федерального закона 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в связи с грубым нарушением служебной дисциплины, и не находит оснований для признания его незаконным.

Кроме того, суд признает необоснованными доводы стороны истца о нарушении порядка проведения служебной проверки в отношении ФИО1

Порядок наложения на сотрудников органов внутренних дел дисциплинарных взысканий установлен статьей 51 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ.

В частности, дисциплинарное взыскание должно быть наложено не позднее чем через две недели со дня, когда прямому руководителю (начальнику) или непосредственному руководителю (начальнику) стало известно о совершении сотрудником органов внутренних дел дисциплинарного проступка, а в случае проведения служебной проверки или возбуждения уголовного дела - не позднее чем через один месяц со дня утверждения заключения по результатам служебной проверки или вынесения окончательного решения по уголовному делу. В указанные сроки не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника, нахождения его в отпуске или в командировке (часть 6 статьи 51 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ).

Дисциплинарное взыскание не может быть наложено на сотрудника органов внутренних дел по истечении шести месяцев со дня совершения дисциплинарного проступка, а по результатам ревизии или проверки финансово-хозяйственной деятельности - по истечении двух лет со дня совершения дисциплинарного проступка. В указанные сроки не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника, нахождения его в отпуске или в командировке, а также время производства по уголовному делу (часть 7 статьи 51 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ).

До наложения дисциплинарного взыскания от сотрудника органов внутренних дел, привлекаемого к ответственности, должно быть затребовано объяснение в письменной форме. В случае отказа сотрудника дать такое объяснение составляется соответствующий акт. Перед наложением дисциплинарного взыскания по решению руководителя федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченного руководителя в соответствии со статьей 52 данного Закона может быть проведена служебная проверка (часть 8 статьи 51 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ).

Таким образом, законом установлены порядок и сроки привлечения сотрудника органов внутренних дел к дисциплинарной ответственности. По общему правилу дисциплинарные взыскания на сотрудника органов внутренних дел налагаются прямыми руководителями (начальниками) в пределах прав, предоставленных им руководителем федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел. Дисциплинарное взыскание должно быть наложено не позднее чем через две недели со дня, когда прямому руководителю (начальнику) или непосредственному руководителю (начальнику) стало известно о совершении сотрудником органов внутренних дел дисциплинарного проступка, а в случае проведения служебной проверки - не позднее чем через один месяц со дня утверждения заключения служебной проверки. Дисциплинарное взыскание не может быть наложено на сотрудника органов внутренних дел по истечении шести месяцев со дня совершения дисциплинарного проступка. В указанные сроки не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника, нахождения его в отпуске или в командировке. До наложения дисциплинарного взыскания от сотрудника органов внутренних дел, привлекаемого к ответственности, должно быть затребовано объяснение в письменной форме. При этом законом также предусмотрено, что перед наложением дисциплинарного взыскания по решению руководителя федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел может быть проведена служебная проверка. Несоблюдение названных условий является основанием для признания приказа о привлечении сотрудника органов внутренних дел к дисциплинарной ответственности незаконным, а в случае увольнения такого сотрудника - восстановления его на службе в органах внутренних дел.

Основания и порядок проведения служебной проверки регламентированы статьей 52 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ.

Согласно части 3 статьи 52 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ при проведении служебной проверки в отношении сотрудника органов внутренних дел должны быть приняты меры по объективному и всестороннему установлению: 1) фактов и обстоятельств совершения сотрудником дисциплинарного проступка; 2) вины сотрудника; 3) причин и условий, способствовавших совершению сотрудником дисциплинарного проступка; 4) характера и размера вреда, причиненного сотрудником в результате совершения дисциплинарного проступка; 5) наличия или отсутствия обстоятельств, препятствующих прохождению сотрудником службы в органах внутренних дел.

Служебная проверка проводится в течение тридцати дней со дня принятия решения о ее проведении. Срок проведения служебной проверки по решению руководителя федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченного руководителя может быть продлен, но не более чем на тридцать дней. В срок проведения служебной проверки не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника органов внутренних дел, в отношении которого проводится служебная проверка, нахождения его в отпуске или в командировке, а также время отсутствия сотрудника на службе по иным уважительным причинам (часть 4 статьи 52 Федерального закона от 30 ноября 2011 г.).

Результаты служебной проверки представляются руководителю федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченному руководителю, принявшим решение о проведении служебной проверки, в письменной форме в виде заключения не позднее чем через три дня со дня завершения проверки. Указанное заключение утверждается руководителем федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченным руководителем, принявшими решение о проведении служебной проверки, не позднее чем через пять дней со дня представления заключения (часть 5 статьи 52 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ).

Сотрудник органов внутренних дел, в отношении которого проводится служебная проверка, обязан давать объяснения в письменной форме по обстоятельствам проведения служебной проверки, если это не связано со свидетельствованием против самого себя, а также имеет право представлять заявления, ходатайства и иные документы, обжаловать решения и действия (бездействие) сотрудников, проводящих служебную проверку, руководителю федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченному руководителю, принявшим решение о проведении служебной проверки, знакомиться с заключением по результатам служебной проверки, если это не противоречит требованиям неразглашения сведений, составляющих государственную и иную охраняемую законом тайну, потребовать провести проверку своих объяснений с помощью психофизиологических исследований (обследований) (часть 6 статьи 52 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ).

В заключении по результатам служебной проверки указываются установленные факты и обстоятельства, предложения, касающиеся наложения на сотрудника органов внутренних дел дисциплинарного взыскания (часть 7 статьи 52 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ).

Заключение по результатам служебной проверки подписывается лицами, ее проводившими, и утверждается руководителем федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченным руководителем, принявшими решение о проведении служебной проверки (часть 8 статьи 52 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ).

Согласно части 9 статьи 52 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ порядок проведения служебной проверки устанавливается федеральным органом исполнительной власти в сфере внутренних дел.

Приказом МВД России от 26 марта 2013 г. № 161 утвержден Порядок проведения служебной проверки в органах, организациях и подразделениях Министерства внутренних дел Российской Федерации (далее - Порядок).

В соответствии с пунктом 14 Порядка поручение сотруднику о проведении служебной проверки оформляется в виде резолюции на свободном от текста месте документа, содержащего сведения о наличии основания для ее проведения. Допускается оформление резолюции на отдельном листе или на специальном бланке с указанием регистрационного номера и даты документа, к которому она относится.

Решение о проведении служебной проверки должно быть принято не позднее двух недель с момента получения соответствующим руководителем (начальником) информации, являющейся основанием для ее проведения (пункт 15 Порядка).

В соответствии с частью 4 статьи 52 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ служебная проверка проводится в течение тридцати дней со дня принятия решения о ее проведении. Срок проведения служебной проверки по решению Министра внутренних дел Российской Федерации или руководителя (начальника), принявшего решение о проведении служебной проверки, может быть продлен, но не более чем на тридцать дней (пункт 16 Порядка).

В срок проведения служебной проверки не включатся период временной нетрудоспособности сотрудника, в отношении которого проводится служебная проверка, нахождения его в отпуске или в командировке, а также время отсутствия сотрудника на службе по иным уважительным причинам, подтвержденные соответствующей справкой кадрового подразделения органа, организации или подразделения МВД России (пункт 17 Порядка).

Приведенными выше нормативными положениями определены основания и регламентирован порядок проведения служебной проверки, по результатам которой составляется соответствующее заключение. Сотрудник, в отношении которого проводилась служебная проверка, вправе обжаловать заключение по результатам служебной проверки вышестоящему руководителю (начальнику) либо в суд. При этом законом установлен ряд норм, касающихся порядка проведения служебной проверки, несоблюдение которых может служить основанием для признания недействительным (незаконным) заключения по результатам служебной проверки. К таким нормам, в частности, отнесены нормы о круге лиц, имеющих право назначать и проводить служебную проверку, а также лиц, имеющих право утверждать ее результаты, нормы о сроках проведения служебной проверки, о получении объяснений от лица, в отношении которого проводится служебная проверка.

Судом установлено, что служебная проверка (заключение от 18 января 2019 г.) проводилась по информации о неправомерных действиях должностных лиц УМВД России по г. Белгороду, связанных с применением к С.Д.В. при задержании физической силы и специальных средств (наручников), не принятия мер к документированию факта противоправных действий С.Д.В.., связанных с неповиновением законным требованиям сотрудника полиции, а также нарушения порядка ведения книги учета лиц, доставленных в дежурную часть УМВД России по г. Белгороду в части не внесения сведений о доставлении С.Д.В.

Оспариваемая проверка назначена на основании рапорта начальника ОРЧ СБ УМВД России по Белгородской области о получении информации от оперуполномоченного ОУР УМВД России по г. Белгороду о применении ФИО1 к С.Д.В. после задержания и в период нахождения его в служебном кабинете физической силы и специальных средств - наручников.

Таким образом, вышеуказанные проверки имели разные основания назначения и проводились по разным фактам.

По мнению суда, процедура увольнения ФИО1 со службы в органах внутренних дел была строго соблюдена. Так, оспариваемая служебная проверка была назначена 13 февраля 2019 г. уполномоченным должностным лицом, окончена в установленные статьей 52 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ и приказом МВД России от 26 марта 2013 г. № 161 сроки - 22 февраля 2019 г.

В ходе служебной проверки ФИО1 давал письменные объяснения, в которых расписался об ознакомлении со своими правами, предусмотренными частью 6 статьи 52 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ. В сроки, установленные статьей 51 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-Ф3, был издан приказ об увольнении ФИО1, с которым он был ознакомлен под роспись. Перед изданием приказа об увольнении в соответствии с Порядком организации прохождения службы в органах внутренних дел Российской Федерации, утвержденным приказом МВД России от 01 февраля 2018 г. № 50, с ФИО1 была проведена беседа, результаты которой отражены в соответствующем листе беседы. Также, согласно пункту 340 указанного Порядка, было подготовлено представление к увольнению, которое доведено ФИО1 под роспись.

С учетом вышеизложенного увольнение ФИО1 со службы в органах внутренних дел является законным и обоснованным, поскольку имелись достаточные основания для его увольнения, при этом процедура и сроки увольнения были строго соблюдены. Данные обстоятельства являются основанием для отказа в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Руководствуясь статьями 194 - 199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

исковые требования ФИО1 к УМВД России по Белгородской области, УМВД России по г. Белгороду об оспаривании приказа об увольнении и заключения служебной проверки в части, восстановлении на службе, взыскании денежного довольствия за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда признать необоснованными и в их удовлетворении отказать.

Решение может быть обжаловано в Белгородский областной суд в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения суда путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Белгорода.

Судья

Мотивированное решение суда изготовлено 13 мая 2019 г.