Апелляционное определение № 33-1630/2026 от 10 марта 2026 г.

Судья (ФИО)5 (номер) ((номер))

УИД 86RS0(номер)-97


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Ханты-Мансийск 11 марта 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа-Югры в составе:

председательствующего-судьи Клюпы Ю.Н.,

судей Сокоревой А.А., Шанаурова К.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Муратовой З.О.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску (ФИО)3 к (ФИО)4 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки,

по апелляционной жалобе (ФИО)3 на решение Няганского городского суда от (дата).

Заслушав доклад судьи Клюпы Ю.Н. об обстоятельствах дела, доводах апелляционной жалобы, объяснения представителя истца (ФИО)18, поддержавшей доводы жалобы, судебная коллегия

установила:

(ФИО)3 обратилась в суд с иском к (ФИО)4 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности.

В обоснование требований указала, что (дата) между истцом и ответчиком был заключён договор дарения объекта незавершённого строительства, по условиям которого истец (даритель) безвозмездно передала в собственность ответчика (одаряемый) объект незавершённого строительства площадью 152 кв. метра, расположенный по адресу: (адрес), кадастровый (номер). Переход права собственности был зарегистрирован (дата).

По мнению истца, данная сделка является мнимой, поскольку объект недвижимости из владения истца и членов ее семьи не выбывал, ответчику не передавался, все расходы, связанные с содержанием спорного объекта как несла так и продолжает нести только истец и члены ее семьи, договор дарения был совершен лишь с той целью, чтобы ответчик, являвшийся на момент совершения сделки сожителем дочери истца, смог заключить договор лизинга.

Решением Няганского городского суда от (дата) в удовлетворении исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе истец просит решение суда первой инстанции отменить и принять новое об удовлетворении требований. Выражает несогласие с выводом суда о том, что спорный объект недвижимости никогда не передавался истцу, и у нее не возникло право собственности, поскольку из материалов дела следует, что на момент заключения спорного договора, в государственном реестре недвижимости в качестве правообладателя указана истец. Также настаивает на том, что фактическая передача имущества от дарителя к одаряемому не состоялась, в связи с чем, ссылаясь на положения ст.181 ГК РФ, указывает на ошибочное применение срока исковой давности ввиду отсутствия момента начала исполнения сделки. Обращает внимание, что заключение договора дарения было направлено на создание формального права собственности ответчика.

В возражениях на апелляционную жалобу ответчик просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения, считает голословными утверждения истца о том, что ответчик якобы должен был вернуть подаренный объект недвижимости. Полагает, что доводы истца о том, что договор дарения был заключен лишь с целью последующего заключения ответчиком договора лизинга, подлежат отклонению, поскольку договор лизинга был заключен спустя год после заключения договора дарения. Настаивает на том, что фактически принял помещение и эксплуатировал его по назначению, занимаясь продажей товаров, при этом по просьбе истца, являющейся пенсионером, предоставил ей возможность осуществлять в данном помещении торговлю одеждой, так как это являлось источником ее дохода. В ноябре 2025 года направил в адрес истца претензию об освобождении спорного помещения, которая оставлена без удовлетворения, в связи с чем направил иск в Няганский городской суд.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца (ФИО)18 на удовлетворении жалобы настаивала по доводам, в ней изложенным.

Лица, участвующие в деле, в суд апелляционной инстанции не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, ходатайств, заявлений об отложении рассмотрения дела, документов, подтверждающих уважительность причин своей неявки, в судебную коллегию не представили. Информация о движении дела размещена на официальном сайте суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры. На основании ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы, как установлено частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и обсудив их, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Судом первой инстанции при принятии решения по спору установлено и подтверждается материалами дела, что (дата) между Департаментом имущественных и земельных отношений (ФИО)9 (сыном истца) был заключен договор аренды земельного участка, расположенного по адресу (адрес) под строительство магазина. Срок договора аренды с (дата) по (дата) Площадь земельного участка 800 кв.м.

На основании соглашения (номер) к договору аренды, уточнен адрес земельного участка, (адрес)А.

(дата) было выдано разрешение на строительство (номер)-Ru(номер) с изменениями от (дата).

(дата) (ФИО)9 (сын истца) уступил право аренды земельного участка (ФИО)2 (дочери истца).

(дата) между Администрацией (адрес) и индивидуальным предпринимателем (ФИО)2 (дочерью истца) был заключен договор аренды земельного участка, расположенного по адресу (адрес) аренды земельного участка с (дата) по (дата). Земельный участок предоставлен в аренду для завершения строительства магазина.

(дата) было выдано разрешение на строительство (номер)-Ru(номер) с изменениями от (дата).

(дата) между Администрацией (адрес) ИП (ФИО)2 было заключено дополнительное соглашение к договору (номер) от (дата) аренды земельного участка, которым срок аренды продлен до (дата).

(дата) между (ФИО)2 (дарителем) и (ФИО)3 (одаряемой) заключен договор дарения спорного объекта незавершенного строительства.

(дата) было зарегистрировано право собственности на указанный объект за истцом (ФИО)3

(дата) между (ФИО)3 (дарителем) и (ФИО)4 (одаряемым) был заключён договор дарения объекта незавершённого строительства, по условиям которого истец (даритель) безвозмездно передала в собственность ответчика (одаряемого) объект незавершённого строительства площадью 152 кв. метра, расположенный по адресу: (адрес), кадастровый (номер). Право собственности зарегистрировано за ответчиком (дата).

(дата) между (ФИО)2 (дочерью истца) и (ФИО)4 (ответчиком) был заключен договор уступки права аренды земельного участка, обремение в виде аренды земельного участка зарегистрировано в ЕГРН (дата).

(дата) был прекращен брак между (ФИО)1 и (ФИО)2 (дочерью истца).

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 166, 170, 195, 196, 200, 572 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2016 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", исходил из того, что спорный объект незаверенного строительства истцу не передавался, земельный участок в аренде у истца не находился, спорный объект является совместно нажитым имуществом супругов (ФИО)20, при этом согласие (ФИО)1 на заключение договора дарения, по которому истец стала собственником объекта, в материалах дела не представлено. Кроме того, суд пришел к выводу о пропуске истцом срока исковой давности, поскольку договор дарения между истцом и ответчиком был заключен (дата), право собственности ответчика было зарегистрировано (дата), а иск в суд был подан только (дата).

Судебная коллегия не может согласиться с выводами суда о том, что истец не приобрела право собственности на спорный объект недвижимого имущества.

Так, согласно статье 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных законом, права, закрепляющие принадлежность объекта гражданских прав определенному лицу, ограничения таких прав и обременения имущества (права на имущество) подлежат государственной регистрации.

Государственная регистрация прав на имущество осуществляется уполномоченным в соответствии с законом органом на основе принципов проверки законности оснований регистрации, публичности и достоверности государственного реестра.

В государственном реестре должны быть указаны данные, позволяющие определенно установить объект, на который устанавливается право, управомоченное лицо, содержание права, основание его возникновения (пункт 1).

Права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом (пункт 2).

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке. Поскольку при таком оспаривании суд разрешает спор о гражданских правах на недвижимое имущество, соответствующие требования рассматриваются в порядке искового производства.

Как видно из материалов дела, право истца на спорный объект недвижимого имущества было зарегистрировано в едином государственном реестре недвижимости, основанием для его возникновения послужил договор дарения, заключенный (дата) между (ФИО)2 (даритель) и (ФИО)3 (одаряемый), переход права собственности зарегистрирован в реестре (дата) (т.1 л.д.51-52).

Кроме того, согласно удостоверенному нотариально брачному договору от (дата), заключенному между (ФИО)1 и (ФИО)2 режим совместной собственности на указанный объект недвижимости отменен, этим же договором указанный объект признан единоличной собственностью (ФИО)10 (т.1 л.д.103-104).

При таких обстоятельствах выводы суда о том, что истец не являлась собственником спорного объекта недвижимого имущества нельзя признать обоснованными.

Вместе с тем указанные выводы суда не влекут за собой отмену обжалуемого решения, а изложенные в апелляционной жалобе доводы подлежат отклонению, исходя из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 573 Гражданского кодекса Российской Федерации одаряемый вправе в любое время до передачи ему дара от него отказаться. В этом случае договор дарения считается расторгнутым. Если договор дарения заключен в письменной форме, отказ от дара должен быть совершен также в письменной форме. В случае, когда договор дарения зарегистрирован (пункт 3 статьи 574), отказ от принятия дара также подлежит государственной регистрации.

Согласно пункту 3 статьи 574 Гражданского кодекса Российской Федерации договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 названного Кодекса мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Согласно разъяснениям, данным в п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", при разрешении спора о мнимости сделки следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По смыслу приведенных норм права и разъяснений о порядке их применения, для признания договора дарения мнимой сделкой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон.

Отсутствие лишь у одной из сторон сделки намерения создать такие последствия и фактически исполнить эту сделку само по себе не может служить основанием для вывода о мнимом характере сделки.

Согласно части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Следовательно, лицо, предъявившее требование о применении последствий недействительности мнимой сделки, должно представить суду относимые и допустимые доказательства, подтверждающие, что стороны совершили эту сделку лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Между тем вопреки доводам апелляционной жалобы, судебная коллегия полагает, что таких доказательств истцом представлено не было.

Наоборот, как установлено при рассмотрении дела воля истца (ФИО)11 на дарение объекта незавершенного строительства (ФИО)4 была выражена ею при оформлении договора и последующей регистрации перехода права собственности, договор дарения от (дата) заключен в письменной форме, что соответствует требованиям статей 572, 574 Гражданского кодекса Российской Федерации и иным требованиям, предъявляемым к форме и содержанию договора, подписан сторонами, при его исполнении стороны достигли правового результата, характерного для данной сделки, а именно: (ФИО)3 по своей воле передала в дар принадлежащее ей нежилое помещение.

Как следует из текста оспариваемого договора дарения, (ФИО)4 принял объект незавершенного строительства в дар от (ФИО)3 (п.3 договора т.1 л.д.29), и впоследствии от дара не отказывался. Сведения об отказе ответчика от договора дарения в материалах дела отсутствуют.

При этом в момент заключения договора даритель (ФИО)3 гарантировала, что заключает настоящий договор при отсутствии обстоятельств, вынуждающих совершить его (п.7 договора).

Кроме того, как отмечено выше, (дата) между (ФИО)2 (дочерью истца) и (ФИО)4 (ответчиком) был заключен договор уступки права аренды земельного участка, обременение в виде аренды земельного участка зарегистрировано в ЕГРН (дата), что также указывает на фактическую передачу спорного объекта недвижимости, исполнение договора дарения и наличие у ответчика воли на совершение оспариваемой сделки.

Доказательств же, подтверждающих, что воля сторон была направлена на создание иных правовых последствий, а также, что оспариваемая сделка совершена с иной целью, в материалы дела не представлено.

В качестве обстоятельства, на котором истец основывает свои требования, приводится довод о том, что договор дарения заключен формально и не с намерением придать правовые последствия, а лишь целью обеспечения возможности заключения ответчиком договора лизинга.

Однако указанный довод относимыми и допустимыми доказательствами не подтвержден.

Как следует из материалов дела, в том числе представленного ответчиком договора лизинга от (дата), указанный договор действительно был заключен им с лизингодателем АО ВТБ Лизинг, однако он заключен в июле 2023 года, то есть спустя год после заключения оспариваемого договора дарения.

При этом договор лизинга не содержит условий, предусматривающих его заключение при наличии у лизингополучателя в собственности объектов недвижимого имущества.

Действующее законодательство таких условий также не содержит, договор залога недвижимого имущества в виде спорного объекта недвижимого имущества ни с лизингодателем, ни с кем-либо иным ответчиком не заключался.

При таких обстоятельствах доводы истца о том, что договор дарения был заключен формально и лишь для получения ответчиком автомобилей в лизинг являются несостоятельными и подлежат отклонению.

Обсудив в доводы стороны истца о том, что имущество от истца к ответчику не передавалось, он им не пользовался, и до настоящего времени имуществом пользуются только истец и ее дети, судебная коллегия обращает внимание на следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела, дочь истца и ответчик в течение длительного имели близкие отношения, оба проживали в (адрес), где находится спорный объект недвижимости, их отношения, как показала в суде первой инстанции допрошенная в качестве свидетеля (ФИО)12, продолжались вплоть до августа 2023 года.

Соответственно, в течение всего указанного периода времени, ответчик, проживая в (адрес), имел возможность пользоваться спорным объектом недвижимости, при этом как следует из представленных им возражений и доказательств, которые не были опровергнуты стороной истца, ответчик фактически принял помещение и эксплуатировал его по назначению, занимаясь продажей товаров, при этом по просьбе истца, являющейся пенсионером, предоставил ей возможность осуществлять в данном помещении торговлю одеждой, так как это являлось источником ее дохода.

Кроме того, согласно представленным ответчиком в суд апелляционной инстанции и не опровергнутым стороной истца доказательствам, (дата), то есть спустя менее, чем через месяц после регистрации права собственности, ответчик заключил договор на ремонт спорного нежилого помещения с ИП (ФИО)13, работы по которому были выполнены (дата), стоимость работ составила 230 000 рублей, а (дата), то есть после окончания ремонта ответчик заключил с ИП (ФИО)14 договор аренды, по которому передал последнему спорный объект во владение и пользование.

Из представленных же истцом доказательств следует, что осуществление предпринимательской деятельности супругом дочери истца (ФИО)15 на объекте незавершенного строительства имело место в гораздо более поздний период (не ранее 2024 года).

При таких обстоятельствах оснований не доверять представленным ответчиком доказательствам у судебной коллегии не имеется.

Кроме того, по информации, предоставленной Администрацией города Нягани, (дата) ответчик обратился в администрацию города Нягани с заявлением о предоставлении ему в собственность земельного участка, находящегося под подаренным ему объектом недвижимости без проведения торгов, а (дата) с ответчиком подписан договор аренды указанного земельного участка, срок аренды установлен по (дата).

Действительно, как следует из представленных стороной истца доказательств, дочь истца вносила плату за электроэнергию, поскольку с ней еще в 2020 году был заключен договор энергоснабжения (т.1 л.д.85-100), а сын истца вносил плату за аренду земельного участка.

Вместе с тем, само по себе внесение платы за электроэнергию, равно как и внесение арендных платежей не опровергает возражения и представленные ответчиком доказательства о том, что в момент заключения договора дарения у него имелись намерения создать соответствующие этому договору правовые последствия.

Следует также отметить, что в соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Отсутствие интереса или неиспользование имущества его собственником в течение определенного времени могут являться предметом судебного разбирательства, но по иным основаниям, чем заявлены в настоящем деле.

К тому же доводы истца о неиспользовании ответчиком имущества объясняются конфликтными отношениями между ответчиком и дочерью истца, вследствие чего их близкие отношения были прекращены.

Таким образом, внесение платежей близкими родственниками истца вместо исполнения этой обязанности собственником (арендатором) может являться основанием для предъявления регрессных требований к собственнику объекта недвижимости и арендатору земельного участка.

Учитывая, оспариваемая сделка была исполнена, оснований не согласиться с выводом об истечении срока исковой давности у судебной коллегии также не имеется.

При таких обстоятельствах основания для отмены или изменения решения суда по доводам апелляционной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Няганского городского суда от (дата) оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 13 марта 2026 года.

Председательствующий Клюпа Ю.Н.

Судьи коллегии Сокорева А.А.

Шанауров К.В.