Решение № 2-899/2019 2-899/2019~М-892/2019 М-892/2019 от 24 сентября 2019 г. по делу № 2-899/2019

Дело № 2-899/2019

УИД13RS0019-01-2019-001257-88


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г.Рузаевка 25 сентября 2019 г.

Рузаевский районный суд Республики Мордовия в составе

судьи Апариной Л.О.,

при секретаре Масленцевой В.В.,

с участием:

представителя истца ФИО1 – ФИО2 действующего на основании доверенности от 29.12.2017г.,

представителя ответчика ФИО3, действующей на основании доверенности от 29.08.2019 г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Государственному казенному учреждению «Социальная защита населения по Рузаевскому району Республики Мордовия» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к Государственному казенному учреждению «Социальная защита населения по Рузаевскому району Республики Мордовия» (далее ГКУ «Социальная защита населения по Рузаевскому району Республики Мордовия») о взыскании компенсации морального вреда, указав, что решением Рузаевского районного суда Республики Мордовия от 28 января 2019 г., вступившим в законную силу 21 мая 2019 г., было признано незаконным решение ГКУ «Социальная защита населения по Рузаевскому району Республики Мордовия» от 24 сентября 2018 г. и возложена обязанность предоставить истцу ФИО1 субсидию на оплату жилого помещения и коммунальных услуг с 01 декабря 2017 г.. Считает, что данным решением, установлено нарушение действиями ответчика прав истца на предоставление субсидий. Неоднократными незаконными отказами ответчиком в назначении субсидий, ему был причинен моральный вред, выразившийся в нравственных страданиях. Нравственные страдания обусловлены тем, что жизненная позиция истца заключалась в безусловном доверии решениям принятым представителями органа соцзащиты, однако истец испытывал чувство возмущения от некомпетентности и непрофессионализма специалистов, руководителей ответчика, чувство моральной подавленности ввиду неисполнения органом социальной соцзащиты возложенных на него задач. Вместо того, чтобы заниматься своими делами, работой, поддержанием здоровья, из-за переживаний у него обострилась гипертоническая болезнь, которая отрицательно повлияла и на основное заболевание, по которому истец был признан инвалидом. В семьи истца возникла напряженная и нервная обстановка, чувство отчаянности, подавленности, безысходности и незащищенности. Просит взыскать с ответчика ГКУ «Социальная защита населения по Рузаевскому району Республики Мордовия» в его пользу компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб.

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, извещен своевременно и надлежащим образом, предоставил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие, с участием представителя ФИО2 (л.д. 116, 188).

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании, исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям изложенным в исковом заявлении, просил их удовлетворить.

Представитель ответчика ГКУ «Социальная защита населения по Рузаевскому району Республики Мордовия» ФИО3 исковые требования не признала, поскольку считает, что истец не представил доказательств ухудшения состояния здоровья истца от действий ответчика, причинение ему нравственных страданий действиями сотрудников социального органа. В удовлетворении исковых требований просила отказать.

Рузаевский межрайонный прокурор Республики Мордовия, извещенный своевременно и надлежащим образом, в судебное заседание своего представителя не направил (л.д. 186).

Заслушав лиц участвующих по делу, показания свидетеля, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что решением Рузаевского районного суда Республики Мордовия от 28 января 2019 г., вступившим в законную силу 21 мая 2019 г., было признано незаконным решение ГКУ «Социальная защита населения по Рузаевскому району Республики Мордовия» от 24 сентября 2018 г. об отказе ФИО1 в назначении меры социальной поддержки – субсидии на оплату жилого помещения и коммунальных услуг. На ГКУ «Социальная защита населения по Рузаевскому району Республики Мордовия» возложена обязанность предоставить ФИО1 субсидию на оплату жилого помещения и коммунальных услуг с 1 декабря 2017 г. (л.д.17-25).

Как установлено указанным решением Рузаевского районного суда Республики Мордовия от 28 января 2019 г. ФИО1 и его сын ФИО2 пользуются жилым помещением государственного жилищного фонда, право собственности на которое зарегистрировано за Российской Федерацией, право оперативного управления жилым помещением закреплено за ФГКУ «Приволжско-Уральское ТУИО» Минобороны России, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости.

5 декабря 2017 г. ФИО1 представил в ГКУ «Соцзащита населения по Рузаевскому району РМ» заявление о предоставлении государственной услуги по назначению и выплате субсидии на оплату жилого помещения и коммунальных услуг с указанием членов семьи и степени родства.

Решением ГКУ «Соцзащита населения по Рузаевскому району РМ» от 15 декабря 2017 г. ФИО1 отказано в назначении меры социальной поддержки – предоставлении субсидии на оплату жилого помещения и коммунальных услуг.

Впоследствии, после обращения истца в суд, решением ГКУ «Соцзащита населения по Рузаевскому району РМ» от 20 апреля 2018 г. решение ответчика от 15 декабря 2017 г. отменено для повторного рассмотрения заявления ФИО1 от 5 декабря 2017 г.

7 сентября 2018 г. ФИО1 вновь представил в ГКУ «Соцзащита населения по Рузаевскому району РМ» заявление с указанием членов семьи и степени родства, с приложением надлежащих документов.

Решением ГКУ «Соцзащита населения по Рузаевскому району РМ» от 24 сентября 2018 г. ФИО1 было отказано в назначении меры социальной поддержки – предоставлении субсидии на оплату жилого помещения и коммунальных услуг на основании пунктов 3, 8, 14 постановления Правительства Российской Федерации от 14 декабря 2005 г. № 761 «О предоставлении субсидии на оплату жилого помещения и коммунальных услуг».

Установлено, что при рассмотрении заявления ФИО1, обратившего за предоставлением субсидии, ГКУ «Соцзащита населения по Рузаевскому району РМ» располагало необходимыми документами для предоставления истцу субсидий, и отказ ответчика в их предоставлении на основании пунктов 3, 8, 14 постановления Правительства Российской Федерации от 14 декабря 2005 г. № 761 «О предоставлении субсидии на оплату жилого помещения и коммунальных услуг», нарушил его право как лица относящегося к числу лиц, имеющих право на получение субсидии.

Гражданское законодательство среди основных начал предусматривает обеспечение восстановления нарушенных прав (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации) с использованием для этого предусмотренных статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации различных способов защиты, в качестве одного из которых выступает возможность стороны, неимущественные права которой нарушены, требовать компенсации морального вреда.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (часть 2 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с невозможностью продолжать активную общественную жизнь, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др. (абзац второй пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

В силу пункта 2 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абзац третий пункта 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему от рождения или в силу закона нематериальные блага. В статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплены общие правила по компенсации морального вреда без указания случаев, когда допускается такая компенсация. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на личные неимущественные права гражданина и другие нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

Согласно статье 22 Всеобщей декларации прав человека (принята Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 г.) каждый человек, как член общества, имеет право на социальное обеспечение и на осуществление необходимых для поддержания его достоинства и для свободного развития его личности прав в экономической, социальной и культурной областях через посредство национальных усилий и международного сотрудничества и в соответствии со структурой и ресурсами каждого государства.

В соответствии с частью 1 статьи 25 Всеобщей декларации прав человека каждый человек имеет право на такой жизненный уровень, включая пищу, одежду, жилище, медицинский уход и необходимое социальное обслуживание, который необходим для поддержания здоровья и благосостояния его самого и его семьи, и право на обеспечение на случай безработицы, болезни, инвалидности, вдовства, наступления старости или иного случая утраты средств к существованию по не зависящим от него обстоятельствам.

Статьей 7 Конституции Российской Федерации установлено, что Российская Федерация - социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. В Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развивается система социальных служб, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты.

Статья 39 Конституции Российской Федерации гарантирует каждому право на социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом.

Исходя из предназначения социального государства механизм социальной защиты, предусмотренный законодательством, должен позволять наиболее уязвимым категориям граждан получать поддержку, включая материальную, со стороны государства и общества и обеспечивать благоприятные, не ущемляющие охраняемое государством достоинство личности условия для реализации ими своих прав. Несоблюдение государственными органами нормативных предписаний при реализации гражданами права на социальное обеспечение, осуществляемое в том числе в виде денежных выплат (пособий, субсидий, компенсаций и т.д.), может порождать право таких граждан на компенсацию морального вреда в связи с тем, что социальное обеспечение граждан неразрывно связано с их нематериальными благами и личными неимущественными правами.

Субсидия на оплату жилых помещений и коммунальных услуг, предусмотренная статьей 159 Жилищного кодекса Российской Федерации, постановлением Правительства Российской Федерации от 14 декабря 2005 г. № 761 «О предоставлении субсидий на оплату жилого помещения и коммунальных услуг», относится к числу мер социальной поддержки ряда граждан, в том числе малоимущих пенсионеров, и, учитывая уровень пенсионного обеспечения этих граждан, не позволяющий им в полной мере нести расходы на оплату жилищно-коммунальных услуг, направлена на обеспечение определенного жизненного уровня этих граждан, необходимого для поддержания их здоровья и благосостояния. Произвольное, то есть в отсутствие установленных нормами права оснований, лишение гражданина уполномоченным органом права на эти меры социальной поддержки нарушает не только непосредственно его имущественные права, но и влечет нарушение нематериальных благ и личных неимущественных прав такого гражданина, в числе которых здоровье гражданина, честь, доброе имя и достоинство его личности.

С учетом приведенных обстоятельств право определенных категорий граждан на такую меру социальной поддержки, как субсидия на оплату жилого помещения и коммунальных услуг носит, не только имущественный характер, но и тесно связано с личными неимущественными правами гражданина и другими нематериальными благами, соответственно, действия, нарушающие это право, лишают гражданина не только возможности поддерживать необходимый жизненный уровень, но и, в свою очередь, отрицательно сказываются на его здоровье, эмоциональном состоянии, затрагивают достоинство личности, то есть одновременно нарушают личные неимущественные права гражданина и другие нематериальные блага, причиняя ему тем самым моральный вред (физические и нравственные страдания).

Принимая во внимание, что компенсация морального вреда, о взыскании которой заявлено ФИО1 в связи с неправомерными действиями ГКУ «Социальная защита населения по Рузаевскому району Республики Мордовия», является одним из видов гражданско-правовой ответственности, то нормы Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 1064, 1069), устанавливающие основания ответственности в случае причинения вреда в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, применимы как к возмещению имущественного, так и морального вреда, причиненного государственными органами и их должностными лицами.

Анализируя вышеизложенное, суд считает, что с учетом приведенных обстоятельств, право ФИО1 на такую меру социальной поддержки как субсидия на оплату жилого помещения и коммунальных услуг, носит не только имущественный характер, но и тесно связана с его личными неимущественными правами и другими нематериальными благами, соответственно действия, нарушающие это право лишили ФИО1 не только возможности поддерживать необходимый жизненный уровень, но и в свою очередь, отрицательно сказались на его нравственном и эмоциональном состоянии, затронули достоинство личности, вызвав чувство отчаянности и разочарования, угнетения, и как следствие отразились на его здоровье.

Таким образом, неправомерными действиями ответчика, были нарушены неимущественные права и нематериальные блага ФИО1 причинившие ему, моральный вред (нравственные страдания).

На состояние здоровья ФИО1, могли повлиять волнения и переживания, связанные с отказом в назначении субсидии, с учетом его возраста, наличием у него гипертонической болезни, и привести к ухудшению состояния здоровья (повышение артериального давления), что следует из показаний свидетеля М, врача терапевта ГБУЗ РМ «Рузаевская межрайонная больница», наблюдавшей истца.

Часть вторая статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При определении размера компенсации морального вреда, суд исходит из характера причиненных ФИО1 нравственных страданий, как лицу определенной категории граждан имеющей право на социальную поддержку необходимого жизненного уровня, учитывает принцип разумности и справедливости, принимая во внимание степень вины ответчика, и определяет размер компенсации морального вреда в размере 5 000 руб., что, по мнению суда, будет наиболее полно соответствовать принципу разумности и справедливости при возмещении компенсации морального вреда.

Довод представителя ответчика об ухудшении состояния здоровья истца, связанного с повышением артериального давления вследствие передачи денежных средств сыну, представлявшему его интересы в суде, не принимается во внимание, поскольку не опровергает указанных перенесенных нравственных страданий, вызванных длительной стрессовой ситуацией по отказу в предоставлении субсидии. Кроме того, как установлено в судебном заседании передача денежных средств была позже обстоятельств, являющихся основанием компенсации морально вреда.

С учетом положений статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 3 части 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины, в размере 300 руб. (л.д. 1-2).

На основании изложенного, и руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к Государственному казенному учреждению «Социальная защита населения по Рузаевскому району Республики Мордовия» о взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного казенного учреждения «Социальная защита населения по Рузаевскому району Республики Мордовия» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей, и расходы по оплате государственной пошлины 300 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Государственному казенному учреждению «Социальная защита населения по Рузаевскому району Республики Мордовия» о взыскании компенсации морального вреда в размере 15 000 рублей, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме, путем подачи жалобы через Рузаевский районный суд Республики Мордовия.

Судья Рузаевского районного суда

Республики Мордовии Л.О.Апарина

Решение принято в окончательной форме 30 сентября 2019 года.