Апелляционное определение № 33-2412/2026 от 27 апреля 2026 г.

УИД: 56RS0018-01-2022-000280-08

Дело № 33-2412/2026

(2-6360/2025)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Оренбург 28 апреля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Оренбургского областного суда в составе:

председательствующего судьи Сенякина И.И.,

судей Данилевского Р.А. и Ярыгиной Е.Н.,

при секретаре Колбановой А.К.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Ленинского районного суда г. Оренбурга от 25 августа 2025 года по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании денежных средств, заслушав доклад судьи Сенякина И.И., оценив доводы апелляционной жалобы, рассмотрев материалы дела в пределах этих доводов,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с указанным выше иском к ФИО2 по тем основаниям, что между ним и ответчиком заключен договор уступки прав (цессии) от (дата), в соответствии с которым ФИО1 принимает в полном объеме права требования, возникшие в результате повреждения автомобиля ***, государственный регистрационный знак № в дорожно-транспортном происшествии от (дата), за уступаемые права требования им переданы по договору денежные средства в сумме ***.

Решением суда от 14 августа 2020 года исковые требования ФИО2 к администрации г. Оренбурга о возмещении ущерба удовлетворены частично, поскольку не все заявленные повреждения соответствуют обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия, указывал, что данное обстоятельство по условиям договора от (дата) является основанием для возврата уплаченных денежных средств, с учетом уточненных исковых требований, просил взыскать с ФИО2 129 031,24 рублей, неустойку в размере 3% в день от суммы 129 031,24 рублей с (дата) по день фактического исполнения.

Заочным решением Ленинского районного суда г. Оренбурга от (дата) исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании денежных средств удовлетворены.

Определением Ленинского районного суда г. Оренбурга от (дата) удовлетворено заявление ФИО1 о взыскании судебных расходов по настоящему делу.

Определением Ленинского районного суда г. Оренбурга от (дата) заочное решение суда отменено, рассмотрение дела по существу возобновлено.

Решением Ленинского районного суда г. Оренбурга от (дата) в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о взыскании денежных средств отказано.

Не согласившись с решением суда, ФИО1 подал на него апелляционную жалобу, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, перейти к рассмотрению настоящего гражданского по правилам производства в суде первой инстанции. В обосновании жалобы указывает, что он не был надлежащим образом извещен о времени и месте судебного заседания. Полагает, что судом не была дана оценка недобросовестности ответчика, при этом в своих исковых требованиях в качестве оснований для признания договора цессии недействительным он ссылался на положения ст. ст. 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. Считает, что оспариваемый договор уступки прав требования был заключен им под влиянием обмана со стороны ответчика, который действовал недобросовестно, поскольку многие указанные повреждения, как потом было установлено судом, не соответствуют заявленным обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия. Кроме того, полагает, что ответчик неосновательного обогатился на сумму ***, присужденную Центральным районным судом г. Оренбурга.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции ФИО1, ФИО2 не явились, судебная коллегия в соответствие со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определила рассмотреть дело в отсутствие указанных лиц.

В соответствии со ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Проверив материалы дела, заслушав в судебном заседании объяснения представителя ФИО2 - М.В.А., который против удовлетворения апелляционной жалобы возражал, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия оснований для ее удовлетворения не находит.

Судом установлено и из материалов дела следует, что (дата) между ФИО1 и ФИО2 заключен договор уступки прав (цессии) в соответствии с которым истец принимает в полном объеме права требования, возникшие в результате повреждения автомобиля ***, государственный регистрационный знак № в дорожнотранспортном происшествии от (дата).

За уступаемые права требования истцом переданы по договору денежные средства в сумме ***, что подтверждается актом приемапередачи, содержащим подписи сторон.

Пунктом 2.4 договора предусмотрено, что в случае отказа в выплате ответчиком суммы восстановительного ремонта и услуг оценки ввиду несоответствия заявленных повреждений данным обстоятельствам дорожнотранспортного происшествия, произошедшего (дата) в 00:40 ч. по адресу: (адрес), транспортному средству ***, VIN № г/н №, в том числе по решению суда, также в случае отказа судом во взыскании с ответчика суммы восстановительного ремонта и услуг оценки в связи с тем, что цедент сам нарушил правила дорожного движения, или не справился с управлением транспортного средства в момент дорожнотранспортного происшествия и дорожнотранспортное происшествие произошло по вине цедента, цедент обязуется в течение 10 календарных дней с момента, когда ему станет об этом известно, возвратить цессионарию уплаченную ему сумму полностью либо частично, в зависимости от решения суда о взыскании или выплате восстановительного ремонта, понесенные убытки пропорционально удовлетворенным требованиям. Цедент обязуется возвратить цессионарию денежные средства в зависимости от удовлетворенных и не удовлетворенных требований пропорционально. В том случае, если цедент не получил от цессионария уведомление по почте, цедент все равно считается извещенным. В случае несвоевременного возврата цессионарию денежных средств цедент обязуется уплачивать цессионарию пеню в размере 3 % в день от суммы долга до дня фактического исполнения.

Согласно п. 3.1 договора общая сумма долга ***. За уступаемое право требования цессионарий уплачивает, передает цеденту 90 % от суммы восстановительного ремонта ***, *** в момент подписания данного договора, подтверждением передачи денег цеденту является подпись в данном договоре цедента. Данная стоимость не является окончательной и в случае частичного удовлетворения или отказа в выплате восстановительного ремонта *** и услуг оценки в размере ***, сумма подлежит изменению 90% от окончательной суммы восстановительного ремонта, согласно решению ответчика о выплате суммы восстановительного ремонта или решения судом.

Пунктом 4.2 договора предусмотрено, что цедент несет ответственность за достоверность передаваемых в соответствии с настоящим договором документов и гарантирует наличие и передачу всех уступленных цессионарию требований.

В соответствии с п. 4.5 договора цедент гарантирует, что все данные повреждения, указанные в экспертном заключении № от (дата), (в акте осмотра №), получены от дорожно-транспортного происшествия (дата) в 00:40 по адресу: (адрес), транспортному средству ***, VIN № г/н № г/н №, принадлежащему ФИО2

Согласно п. 5.1 договор вступает в силу с момента его подписания сторонами и действует до момента получения цессионарием возмещения ущерба, указанного в пункте 1.2 настоящего договора.

За уступаемое право ФИО2 получил от ФИО1 сумму в размере ***, что следует из п. 3.1 договора и подтверждается актом приема-передачи денег.

Решением Центрального районного суда от 14 августа 2020 года исковые требования ФИО2 к администрации г. Оренбурга о возмещении ущерба удовлетворены частично.

Судом постановлено, в том числе: «Взыскать с администрации г. Оренбурга в пользу ФИО2 в возмещение ущерба ***, в возмещение расходов на оценку ***, в возмещение расходов по оплате государственной пошлины ***».

Апелляционным определением Оренбургского областного суда от 03 декабря 2020 года решение суда оставлено без изменения.

В соответствии с п. 2 ст. 385 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор, уступивший требование другому лицу, обязан передать ему документы, удостоверяющие право требования, и сообщить сведения, имеющие значение для осуществления требования.

В силу ст. 390 Гражданского кодекса Российской Федерации цедент отвечает перед цессионарием за недействительность переданного ему требования, но не отвечает за неисполнение этого требования должником, за исключением случая, если цедент принял на себя поручительство за должника перед цессионарием.

При уступке цедентом должно быть соблюдено, в том числе условие, согласно которому уступаемое требование существует в момент уступки, если только это требование не является будущим требованием.

При нарушении цедентом правил, предусмотренных пунктами 1 и 2 ст. 390 Гражданского кодекса Российской Федерации, цессионарий вправе потребовать от цедента возврата всего переданного по соглашению об уступке, а также возмещения причиненных убытков.

Исходя из положений приведенных выше норм, кредитор может передать другому лицу только существующее право требования. При этом передача недействительного требования, под которым понимается, в том числе и отсутствующее у первоначального кредитора право, влечет ответственность передающей стороны на основании ст. 390 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Действительность требования, за которую отвечает цедент, означает, что данное требование должно перейти к цессионарию в результате исполнения договора, на основании которого производится уступка.

В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» разъяснено, что договором, на основании которого производится уступка, может выступать договор продажи имущественного права (п. 4 ст. 454 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В таком случае следует учитывать правила гражданского законодательства об этом договоре, в частности п. 1 ст. 460 Гражданского кодекса Российской Федерации, по смыслу которого в случае неисполнения продавцом (цедентом) обязанности передать требование свободным от прав третьих лиц покупатель (цессионарий) вправе требовать уменьшения цены либо расторжения договора, если не будет доказано, что он знал или должен был знать об этих правах (п. 1 ст. 307.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из разъяснений, содержащихся в п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от (дата) № «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», следует, что по смыслу статей 390 и 396 Гражданского кодекса Российской Федерации невозможность перехода требования, например, по причине его принадлежности иному лицу или его прекращения сама по себе не приводит к недействительности договора, на основании которого должна была производиться такая уступка, и не освобождает цедента от ответственности за неисполнение обязательств, возникших из этого договора. Например, если стороны договора продажи имущественного права исходили из того, что названное право принадлежит продавцу, однако в действительности оно принадлежало иному лицу, покупатель вправе потребовать возмещения причиненных убытков (пункты 2 и 3 ст. 390, ст. 393, п. 4 ст. 454, статьи 460 и 461 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также применения иных предусмотренных законом или договором мер гражданско-правовой ответственности.

Если объектом уступки является ничтожное (несуществующее) на момент цессии право, это означает отсутствие какого-либо распорядительного эффекта цессии. При этом действительность обязательственных последствий самого договора, на основании которого осуществляется уступка, не ставится под сомнение.

Соответственно, по общему правилу цедент должен по требованию цессионария возместить ему убытки за нарушение договора и вернуть цену, полученную за уступку, если вопреки условиям договора требование к цессионарию не перешло.

При этом по смыслу норм, регулирующих сходные отношения, когда право собственности на товар не переходит к покупателю или переходит с обременением, продавец освобождается от ответственности, если докажет, что покупатель знал или должен был знать об основаниях для изъятия товара третьим лицом или о правах третьих лиц на товар (статьи 460 и 461 Гражданского кодекса Российской Федерации). Во всяком случае продавец, умышленно скрывший от покупателя названные обстоятельства, не может в обоснование освобождения себя от ответственности ссылаться на то, что покупатель являлся неосмотрительным и сам их не выявил (п. 4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Указанные правила применимы при привлечении цедента к ответственности на основании ст. 390 Гражданского кодекса Российской Федерации не только в случаях, когда уступаемое право не принадлежало цеденту или было обременено правами третьего лица, но и когда оно не существовало или прекратилось до заключения договора цессии (п. 1 ст. 6 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Данная правовая позиция сформирована судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в определении от 26 апреля 2022 года № 48-КГ22-9-К7.

Кроме того, в п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» разъяснено, что возможность уступки требования не ставится в зависимость от того, является ли уступаемое требование бесспорным, обусловлена ли возможность его реализации встречным исполнением цедентом своих обязательств перед должником.

По смыслу правовых норм возможность переуступать спорное право означает добросовестное предположение лица, его переуступающего о его наличии, при том, что приобретающий его осведомлен о его спорности.

Соответственно, по общему правилу цедент должен по требованию цессионария возместить ему убытки за нарушение договора и вернуть цену, полученную за уступку, если вопреки условиям договора требование к цессионарию не перешло, договор цессии является недействительным.

В рассматриваемом случае ФИО1, подписав договор уступки права требования и передав денежные средства цеденту, согласился принять права в том объёме, в котором они существовали на момент совершения указанной сделки, при этом исходя из принципа свободы договоров, истец не был лишён возможности проверить (в том числе и путем трассологического исследования) несоответствия заявленных повреждений обстоятельствам дорожнотранспортного происшествия на момент заключения договора цессии, что им сделано не было, доказательств злоупотребления правом ответчиком, а также отсутствие в действительности уступленного им истцу права требования, в материалы дела не представлено.

Принимая во внимание, что в материалы дела не было представлено доказательств, свидетельствующих об утрате истцом возможности реализовать полученное по договору право требования возмещения ущерба, о недействительности уступленного права требования, о совершении цедентом каких-либо действий, являющихся основанием для возражений должника против уступленного требования, на момент заключения договора уступки права требования (цессии) уступленное право требования существовало, никому не было передано, а также о нарушении существенных условий договора, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения требований истца.

Вместе с тем, у судебной коллегии отсутствуют правовые основания для оценки доводов апелляционной жалобы о недействительности рассматриваемого договора цессии и о получении ответчиком неосновательного обогащения, поскольку, вопреки доводам апелляционной жалобы, соответствующие требования ФИО1 заявлены не были, судом первой инстанции не рассматривались.

Одновременно с этим, судебной коллегией отклоняются доводы апеллянта о его ненадлежащем извещении о времени и месте судебного заседания.

Так, согласно исковому заявлению, в качестве адреса своего места жительства ФИО1 указан адрес: (адрес).

Согласно абз. 1, 2 п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по смыслу п. 1 ст. 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, должно быть направлено по адресу его регистрации по месту жительства или пребывания либо по адресу, который гражданин указал сам, либо его представителю (ч. 1 ст. 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С учетом положения п. 2 ст. 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, осуществляющему предпринимательскую деятельность в качестве индивидуального предпринимателя, или юридическому лицу, направляется по адресу, указанному соответственно в едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей или в едином государственном реестре юридических лиц либо по адресу, указанному самим индивидуальным предпринимателем или юридическим лицом.

При этом необходимо учитывать, что гражданин, индивидуальный предприниматель или юридическое лицо несут риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по адресам, перечисленным в абзацах первом и втором настоящего пункта, а также риск отсутствия по указанным адресам своего представителя. Гражданин, сообщивший кредиторам, а также другим лицам сведения об ином месте своего жительства, несет риск вызванных этим последствий (п. 1 ст. 20 Гражданского кодекса Российской Федерации). Сообщения, доставленные по названным адресам, считаются полученными, даже если соответствующее лицо фактически не проживает (не находится) по указанному адресу.

Как разъяснено в п. 68 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, ст. 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит применению также к судебным извещениям и вызовам, если гражданским процессуальным или арбитражным процессуальным законодательством не предусмотрено иное.

Вместе с тем, в силу ст. 118 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, обязаны сообщить суду о перемене своего адреса во время производства по делу. При отсутствии такого сообщения судебная повестка или иное судебное извещение посылаются по последнему известному суду месту жительства или адресу адресата и считаются доставленными, хотя бы адресат по этому адресу более не проживает или не находится.

Согласно ч. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно ч. 2 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае несоблюдения требований, предусмотренных п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при оценке действий сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Из материалов дела следует, что ФИО1 ходатайств о направлении ему судебной корреспонденции по иному адресу, отличному от того, который был указан в исковом заявлении, не заявлялось, каких-либо документов, подтверждающих смену регистрации по месту жительства истца суду представлено не было.

При этом судебная коллегия учитывает, что поскольку ФИО1 в суд первой инстанции были представлены возражения на заявление об отмене заочного решения суда, истец знал о поступлении в суд данного заявления ответчика, и при проявлении должной осмотрительности мог исполнить обязанность, возложенную на него положениями ст. 118 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, уведомив суд первой инстанции о смене регистрации по месту жительства с приложением соответствующих доказательств.

Кроме того, судебная коллегия отмечает, что сведения о назначении судебного заседания, состоявшегося 25 августа 2025 года, были опубликованы на официальном сайте Ленинского районного суда г. Оренбурга 22 июля 2025 года, при этом, из доводов апелляционной жалобы следует, что истец знал об отмене заочного решения и о назначении следующего судебного заседания, в котором и было постановлено обжалованное решение.

Судебная коллегия также отмечает, что истец не присутствовал ни на одном судебном заседании ни в суде первой, ни в суде апелляционной инстанции.

При таких обстоятельствах, учитывая, что действующее гражданское законодательство не допускает недобросовестного осуществления гражданских прав, суд апелляционной инстанции признает довод апелляционной жалобы в указанной части несостоятельным.

Таким образом, учитывая требования закона и установленные судом обстоятельства, суд правильно разрешил возникший спор, а изложенные в апелляционной жалобе доводы, являются необоснованными, направленными на иное толкование норм действующего законодательства, переоценку собранных по делу доказательств и не могут служить основанием для отмены решения суда, поскольку не опровергают выводов суда, были предметом исследования и оценки судом первой инстанции, необоснованность их отражена в судебном решении с изложением соответствующих мотивов, нарушений норм процессуального законодательства, влекущих отмену решения, по делу не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Ленинского районного суда г. Оренбурга от 25 августа 2025 года оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение составлено 08 мая 2026 года.