Решение № 2-1103/2017 2-1103/2017~М-1025/2017 М-1025/2017 от 14 декабря 2017 г. по делу № 2-1103/2017

Дело № 2-1103-2017г. ****


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Александров «15» декабря 2017 года

Александровский городской суд Владимирской области в составе:

председательствующего судьи Капрановой Л.Е.,

при секретаре Корневой Е.В.,

с участием адвоката Безвербной О.К.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Александрове Владимирской области гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2, действующей в интересах несовершеннолетней ****, к ФИО3, ФИО4 о признании прекратившими право пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учета, несовершеннолетнему ****, в интересах которого действует ФИО4, о признании не приобретшим право пользования жилым помещением и снятии с регистрационного учета и по встречному иску ФИО4 к ФИО1, несовершеннолетней ****, в интересах которой действует ФИО2, о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки, восстановлении права собственности и обязании не чинить препятствий в пользовании жилым помещением,

У с т а н о в и л :

ФИО1, ФИО2, действующая в интересах несовершеннолетней ****, обратились в суд с иском к ФИО3, ФИО4 о признании прекратившими право пользования квартирой **** и снятии их с регистрационного учета, и с учетом уточнений, просили также признать несовершеннолетнего ****, в интересах которого действует ФИО4, не приобретшим право пользования вышеуказанным жилым помещением.

В обоснование исковых требований указали, что ФИО2 и ФИО4 состояли в зарегистрированном браке, от совместной жизни у них имеется дочь – ****.

Квартира № **** в доме № **** пл. **** в г. **** принадлежит на праве общей долевой собственности ФИО1 и несовершеннолетней ****, по **** доле каждой. В указанной квартире также значатся зарегистрированными мать несовершеннолетней **** – ФИО2, ее сын ****, бывший супруг ФИО4 и его отец ФИО3

На момент приватизации спорной квартиры в **** году, в ней были зарегистрированы: ФИО3, его дочь ****, сын – ФИО4, ****, а также дочь ФИО4 и ФИО2 – ****.

ФИО3 в указанной квартире в период приватизации не проживал, поскольку более **** лет назад расторг брак со своей супругой и добровольно выехал из квартиры, создав другую семью, однако остался в ней зарегистрированным. От участия в приватизации он добровольно отказался, в связи с чем спорное жилое помещение было приватизировано на четырех человек: ФИО4, ****, **** и ****, по **** доле каждому.

**** года ФИО1 – мать ФИО2, купила у **** и ****, принадлежащие последним по **** доли квартиры и стала собственником **** доли в праве общей долевой собственности спорной квартиры.

**** года ФИО4 подарил принадлежащую ему **** долю квартиры своей дочери ****, в связи с чем последняя стала собственником **** доли квартиры.

**** года брак между ФИО4 и ФИО2 был расторгнут, однако еще до расторжения брак ФИО4 добровольно выехал из спорной квартиры, взяв свои вещи, и создал другую семью. Добровольно сняться с регистрационного учета ФИО4 отказался, а **** года зарегистрировал в квартире своего сына от другого брака – ****, который в квартиру не вселялся и в ней не проживает.

Не согласившись с иском ФИО1 и ФИО2, действующей в интересах несовершеннолетней ****, ФИО4 предъявил встречный иск, принятый судом к производству.

В обоснование встречного иска, с учетом уточнений, ФИО4 указал, что договор дарения доли квартиры был им заключен с условием, что он и его отец ФИО3 останутся пожизненно зарегистрированными в спорной квартире, иного жилья они не имеют. Фактически договор дарения заключен не **** года, а **** года в простой письменной форме, у нотариуса договор не удостоверялся, поэтому последствия сделки ему не разъяснялись. В момент заключения договора он находился в подавленном моральном состоянии. Полагает, что сделка совершена им под влиянием обмана со стороны ФИО2, которая намеренно обманула его в отношении условий заключения договора и его последствий, вследствие чего сделку необходимо признать недействительной на основании ст. 179 ГК РФ. Указал, что до **** года истцы в спорной квартире не проживали, а проживали в квартире № **** в этом же доме, которая также принадлежит им на праве собственности. Спорной квартирой он продолжал пользоваться до **** года, пока ФИО2 не сменила замки, лишив его доступа в жилое помещение.

Истцы по первоначальному иску, ответчики по встречному иску ФИО1, ФИО2, действующая в интересах несовершеннолетней ****, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания, в суд не явились.

Их представитель – адвокат Безвербная О.К., требования поддержала по основаниям, изложенным в иске, возражала в удовлетворении встречных исковых требований. Дополнительно пояснила, что законных оснований для признания договора дарения недействительным не имеется.

Ответчик по первоначальному иску, истец по встречному иску ФИО4 и его представитель адвокат Власова Н.В., надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания, в суд не явились.

Ранее, участвуя в судебных заседаниях, ФИО4 иск ФИО1, ФИО2 не признал, настаивал на удовлетворении своих уточненных исковых требований, просил признать договор дарения доли квартиры недействительным на основании ст. 179 ГК РФ, применить последствия недействительности сделки, восстановить его право собственности на **** долю спорной квартиры и обязать ФИО1 и ФИО2 не чинить ему препятствий в пользовании жилым помещением путем передачи ключей. Дополнительно пояснил, что ранее проживал в спорной квартире вместе с родителями. Более **** лет назад его отец - ФИО3 ушел из семьи, но периодически приходил в квартиру, помогал матери в ремонтных работах, иногда оставался на несколько дней. Пока он проходил службу в Вооруженных Силах РФ, умерла его мать, и в квартире остались проживать его сестра **** с ребенком. Вернувшись из армии, он вскоре зарегистрировал брак с ФИО2, и они стали проживать в спорной квартире, а затем переехали жить в квартиру № ****, расположенную в том же доме, где и спорная квартира № ****. В **** году встал вопрос о приватизации квартиры № ****, и ФИО2 уговорила его отца – ФИО3 отказаться от участия в приватизации. Затем мать ФИО2 - ФИО1 купила у его сестры и ее сына доли в квартире и стала собственником **** доли квартиры № ****. Он с ФИО2 продолжал проживать в квартире № ****, а в квартире № **** они начали делать ремонт, в ней никто не жил. После расторжения брака с ФИО2 в **** года, последняя уговорила его подарить принадлежащую ему долю квартиры дочери ****, пообещав, что он останется в ней зарегистрированным. Доверяя бывшей супруге и полагая, что данные условия включены в договор дарения, он не читая договор, подписал его. **** года он выехал из квартиры № **** и с вещами переехал в квартиру № ****. Через некоторое время он познакомился с другой женщиной, и стал у нее проживать, однако периодически приходил в спорную квартиру, где оставались его вещи.

Его представитель - адвокат Власова Н.В., ранее участвуя в судебных заседаниях, поддержала позицию своего доверителя по основаниям, изложенным в уточненных исковых требованиях. Дополнительно пояснила, что ФИО2 оказывала давление на ФИО4 с целью заключения оспариваемого договора дарения. Полагала, что в действиях ФИО2 усматривается злоупотребление правом, поскольку в спорной квартире истцы стали проживать только с **** года, и имея также в собственности квартиру № ****, зарегистрировались в квартире № **** с целью предъявления вышеуказанного иска в суд.

Ответчик ФИО3, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного заседания, в суд не явился.

Его представитель ФИО5, действующая на основании доверенности, возражала в удовлетворении исковых требований ФИО1, ФИО2, пояснив, что, действительно, ФИО3 около **** лет назад ушел из спорной квартиры, создав другую семью. Однако семейная жизнь у него не сложилась, он стал употреблять спиртное. Сейчас ему **** лет, иного жилья он не имеет. В настоящее время ФИО3 иногда ночует в подъездах. В спорную квартиру он периодически приходил, переодевался, помогал делать ремонт. От участия в приватизации его отговорила ФИО2, пообещав, что не будет снимать его с регистрационного учета. Он готов производить оплату за спорное жилое помещение, ранее производил платежи по решению суда. Полагала, что в силу закона, отказавшись от участия в приватизации, ФИО3 имеет право пожизненно проживать в спорном жилом помещении и быть в нем зарегистрированным.

Третье лицо - Отдел по вопросам миграции ОМВД России по Александровскому району Владимирской области, надлежаще извещенный о времени и месте судебного заседания, в суд представителя не направил, представил ходатайство о рассмотрении дела без участия представителя.

В соответствии со ст.167 ГПК РФ суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Заслушав объяснения участвующих в деле лиц, показания свидетелей, заключение органа опеки и попечительства Управления образования администрации Александровского района ФИО6, полагавшей иск ФИО1, ФИО2 подлежащим удовлетворению и возражавшей в удовлетворении иска ФИО4, оценив доказательства, суд приходит к следующему.

Статья 9 ГК РФ устанавливает, что граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

На основании ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно договору на передачу квартир (домов) в собственность граждан от **** года, квартира № **** в доме № ****, пл. **** в г. **** передана в общую долевую собственность ФИО4, ****, ****, ****, по **** доле каждому (л.д. ****).

Из материалов дела следует и не оспаривалось сторонами, что по договору купли-продажи от **** года ****, **** продали принадлежащие им доли квартиры ФИО1, в связи с чем последняя стала собственником **** доли в праве общей долевой собственности вышеуказанной квартиры (л.д.****).

**** является дочерью ФИО4, что следует из свидетельства о рождении (л.д. ****).

По договору дарения долей в праве общей долевой собственности квартиры от **** года, ФИО4 подарил несовершеннолетней дочери ****, в интересах которой действовала ФИО2, принадлежащую ему на праве собственности **** долю в праве общей долевой собственности в квартире № **** дома № **** пл. **** в г. ****, в связи чем **** стала собственником **** доли в праве общей долевой собственности указанной квартиры.

Данный договор был зарегистрирован в установленном законом порядке **** года (л.д.****).

Свои исковые требования о признании вышеуказанного договора дарения от **** года недействительным, ФИО4 основывает на ст. 179 ГК РФ.

Как следует из положений ст. 179 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

В силу закона такая сделка является оспоримой, в связи с чем лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по указанному основанию, согласно положениям ст. 56 ГПК РФ обязано доказать наличие оснований для недействительности сделки.

Вместе с тем, ФИО4 не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что сделка совершена им под влиянием обмана, насилия или угрозы со стороны ФИО7 Договор дарения доли квартиры подписан им собственноручно, без замечаний и возражений, сторонами согласованы все существенные условия договора, четко выражены его предмет и воля сторон. Оспариваемый договор дарения не содержит неясностей и неопределенностей, а также каких-либо условий. Регистрация перехода права собственности произведена в установленном порядке. С момента регистрации договора в **** года, ФИО4 претензий к ФИО2 относительно законности указанного договора, несоответствии предполагаемым им условиям, о нарушении его прав вследствие его заключения не заявлял.

Таким образом, природа сделки дарения, ее правовые последствия в виде передачи ФИО4 **** права собственности на долю спорной квартиры, вследствие чего право собственности ФИО4 прекращается, явно следуют из договора дарения, который не допускает неоднозначного толкования.

Ссылка ФИО4 на наличие договоренности между ним и ФИО2 о том, что после заключения договора дарения доли квартиры за ним сохраниться регистрация на указанной жилой площади, что подтвердил в судебном заседании свидетель ****- сослуживец ФИО4, в отсутствие иных доказательств, не может служить бесспорным доказательством недобросовестности поведения ФИО2

Свидетель **** в судебном заседании показала, что **** года к ней обращались ФИО4 и ФИО2 с просьбой оказать правовую помощь в составлении договора дарения доли квартиры. Она разъясняла ФИО4 последствия заключения договора дарения, при этом ФИО4 никаких условий о сохранении за ним регистрации в спорной квартире и их включении в договор, не предъявлял. Договор был составлен ею и подписан сторонами в **** года. Она также по просьбе сторон присутствовала при подаче указанного договора в Александровский отдел УФСГРКК по Владимирской области для регистрации перехода права собственности **** года, при этом ФИО4 действовал самостоятельно и добровольно.

В связи с изложенным, необоснованными являются доводы ФИО4 о том, что указанная сделка совершена им под влиянием обмана, насилия или угрозы со стороны ФИО2 Злоупотребление правом со стороны ФИО1 и ФИО2 в ходе судебного разбирательства также не установлено, поскольку являясь собственниками спорной квартиры, в силу закона они вправе совершать в отношении принадлежащего им имущества любые действия, не противоречащие закону, в том числе быть зарегистрированными в принадлежащем им жилом помещении.

Суд также находит несостоятельными утверждения ФИО4 о том, что фактически договор дарения был заключен в ****, а не **** года, поскольку доказательств этому им не представлено, от назначения судебной технической экспертизы он отказался, а свидетель **** подтвердила, что оспариваемый договор был составлен и подписан сторонами в **** года. Действовавшее в период заключения договора дарения законодательство не предусматривало обязательное нотариальное удостоверение сделок по отчуждению долей в праве общей долевой собственности на недвижимое имущество.

Таким образом, суд приходит к выводу, что исковые требования ФИО4 удовлетворению не подлежат.

В силу ч. 2 ст. 292 ГК РФ переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом.

Частью 1 ст. 30 ЖК РФ предусмотрено, что собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены ЖК РФ.

Собственник жилого помещения вправе предоставить во владение и (или) в пользование принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение гражданину на основании договора найма, договора безвозмездного пользования или на ином законном основании.

Как установлено в судебном заседании, ФИО4 собственником спорной квартиры не является.

Из материалов дела следует, что в указанной квартире по состоянию на **** года зарегистрированы ФИО3, ФИО1, ФИО2, ****, **** и ФИО4 (л.д. ****).

Судом установлено, что брак между ФИО4 и ФИО2 расторгнут **** года, их несовершеннолетняя дочь **** проживает совместно с матерью ФИО2 С **** года ФИО4 с истцами, являющимися собственниками спорной квартиры, совместно не проживает, общее хозяйство не ведет, у них сложились неприязненные отношения, что подтверждается имеющимися в материалах дела материалами проверки ОМВД России по Александровскому району.

По смыслу частей 1 и 4 статьи 31 ЖК РФ, к бывшим членам семьи собственника жилого помещения относятся лица, с которыми у собственника прекращены семейные отношения. Отказ от ведения общего хозяйства с собственником жилого помещения, отсутствие с собственником общего бюджета, общих предметов быта, неоказание взаимной поддержки друг другу и т.п., а также выезд в другое место жительства могут свидетельствовать о прекращении семейных отношений с собственником жилого помещения.

Таким образом, в результате отчуждения ФИО4 права собственности на долю спорного жилого помещение путем дарения, право пользования указанным жилым помещением ФИО4 прекратилось. После расторжения брака с ФИО2, и проживая раздельно с дочерью ****, он является бывшим членом семьи собственников жилого помещения, и самостоятельных прав на жилье не имеет.

Наличие родственных отношений между сторонами по делу не означает само по себе (и это следует из смысла ч. 1 ст. 31 ЖК РФ) наличие между ними семейных правоотношений.

Доводы ФИО4 о том, что в спорной квартире находятся его личные вещи, правового значения для данного дела не имеют.

С учетом вышеизложенного, суд приходит к выводу о том, что ФИО4 не является членами семьи ФИО1, ****, а его регистрация в квартире приведет к нарушению прав истцов, как собственников спорного жилого помещения.

Какого-либо соглашения о сохранении за ФИО4 права пользования спорной квартирой не заключалось.

Таким образом, исковые требования ФИО1 и ФИО2, действующей в интересах несовершеннолетней дочери ****, о признании ФИО4 прекратившим право пользования жилым посещением являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

Из материалов дела следует, что в спорной квартире с **** года зарегистрирован ****, **** года рождения, родителями которого являются ФИО4 и ****, с которой ФИО4 заключил брак **** года (л.д. ****).

На основании пункта 2 статьи 20 ГК РФ местом жительства несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет, признается место жительства их законных представителей - родителей, усыновителей или опекунов.

По смыслу закона жилищные права несовершеннолетних производны от прав их родителей на спорное жилое помещение.

Поскольку судом установлено, что отец несовершеннолетнего **** – ФИО4 право пользования спорным жилым помещением не имеет, данная квартира не является местом его постоянного жительства, иные члены семьи несовершеннолетнего в спорной квартире не проживают и не зарегистрированы, то несовершеннолетний ****, несмотря на регистрацию в данной квартире, не приобрел право пользование указанным жилым помещением, в связи чем требования истцов о признании **** не приобретшим право пользования жилым помещением подлежат удовлетворению.

При этом суд учитывает, что мать несовершеннолетнего **** – **** имеет постоянную регистрацию в **** (л.д. л.д. ****), в период брака с ФИО4, по договору купли-продажи от **** года приобрела в собственность квартиру № **** в доме № **** по ул. **** в г. ****, что подтверждается выпиской из ЕГРН от **** года.

Как следует из материалов дела, в квартире № **** д. № ****, пл. **** в г. **** с **** года зарегистрирован ФИО3 (л.д. ****).

ФИО3 в **** году дал согласие, и не возражал против приватизации вышеуказанной квартиры, отказавшись от своего права на приватизацию.

Не соглашаясь с исковыми требованиями истцов, представитель ФИО3 – ФИО5 ссылалась на положения ст. 19 Федерального закона от 29 декабря 2004 года № 189-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации», указав также, что ФИО3 отказался от участия в приватизации под влиянием обмана со стороны ФИО2

Вместе с тем, объективных и достоверных доказательств, подтверждающих, что ФИО3 находился под влиянием обмана со стороны ФИО2, вследствие которого им было выражено волеизъявление об отказе от участия в приватизации спорной квартиры, в нарушение ст. 56 ГПК РФ, ответчиком не представлено.

Из имеющегося в материалах дела согласия ФИО3 от **** года следует, что последний отказался от права на приватизацию спорной квартиры, правовые последствия отказа ему были известны. Указанное согласие удостоверено нотариусом и подписано лично ФИО3 в присутствии нотариуса.

С учетом изложенного, принимая во внимание, что договор приватизации квартиры от **** года недействительным не признан, данные доводы представителя ФИО3 являются необоснованными.

В соответствии со ст. 19 Федерального закона от 29 декабря 2004 г. N 189-ФЗ "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации", действие положений ч. 4 ст. 31 ЖК РФ не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если иное не установлено законом или договором.

При этом из названия ст. 31 ЖК РФ следует, что ею регламентируются права и обязанности именно тех граждан, которые проживают совместно с собственником в принадлежащем ему жилом помещении.

Следовательно, в случае выезда в другое место жительства право пользования жилым помещением бывшего члена семьи собственника, в котором он проживал вместе с собственником жилого помещения, может быть прекращено независимо от того, что в момент приватизации спорного жилого помещения бывший член семьи собственника жилого помещения имел равное право пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим.

Сам по себе факт наличия у ответчика права пользования жилым помещением на момент его приватизации при последующем его добровольном отказе от этого права, не может служить безусловным основанием для сохранения за ним права пользования жилым помещением бессрочно.

Из объяснений представителя ответчика ФИО5 следует, что ФИО3 около **** лет назад создал другую семью и выехал из спорного жилого помещения в другое место жительства. Данные обстоятельства подтвердил в судебном заседании и ФИО4, указавший также, что в спорной квартире длительное время делался ремонт и в ней никто не жил.

Свидетель **** в судебном заседании подтвердила факт длительного не проживания ФИО3 в спорной квартире.

Таким образом, судом установлено, что в течение длительного времени ответчик ФИО3 в жилом помещении по адресу: **** не проживает, добровольно выехал в другое место жительства, создав новую семью. Собственником указанного жилого помещения он не является. Заинтересованность ответчика в спорном жилом посещении сводится лишь к сохранению регистрации, которая является административным актом, и сама по себе право пользования спорным жилым помещением не порождает, и не может служить основанием для ограничения прав собственников квартиры. Суду также не представлено доказательств, что ответчику чинятся препятствия в пользовании жилым помещением.

Доводы представителя ФИО5 о том, что ФИО3 периодически приходил в спорную квартиру, помогал ее ремонтировать, в ней имеются его вещи, доказательствами не подтверждены. Кроме того, данные утверждения не свидетельствуют о его постоянном проживании в квартире при установленных судом обстоятельствах.

Ссылка об оплате ФИО3 задолженности по отоплению спорной квартиры за период с **** года по **** года, взысканной решением суда, не может свидетельствовать о надлежащем исполнении им обязанностей по оплате спорного жилого помещения и коммунальных услуг и не подтверждает волеизъявление ФИО3 на пользование спорной квартирой.

В связи с вышеизложенным, к правоотношениям, возникшим между сторонами, положения ст. 19 Федерального закона от 29 декабря 2004 г. N 189-ФЗ "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации" неприменимы.

Поскольку ФИО3 является бывшим членом семьи собственников жилого помещения, в квартире не проживает длительное время, имеет другую семью, с которой постоянно проживает по другому адресу, оснований для сохранения за ним права пользования спорным жилым помещением не имеется, в связи с чем он подлежит признанию прекратившим право пользования спорной квартирой.

При этом сам по себе факт отсутствия у ФИО3 на праве собственности или на основании условий найма иного жилого помещения не является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Постановлении от 25.04.1995 года № 3-П по делу о проверке конституционности частей 1, 2 статьи 54 ЖК РСФСР и Постановлении от 02.02.1998 года № 4-П по делу о проверке конституционности пунктов 10, 12, регистрация, заменившая институт прописки, или отсутствие таковой не могут служить основанием ограничения или условием реализации прав и свобод граждан, в том числе права на жилище. Регистрация является лишь предусмотренным федеральным законом способом учета граждан в пределах Российской Федерации, носящим уведомительный характер и отражающим факт нахождения гражданина по месту пребывания или жительства. Сам по себе факт регистрации или отсутствие таковой не порождает для гражданина каких-либо прав и обязанностей.

Наличие регистрации ответчиков в спорном жилом помещении не влечет за собой возникновение права пользования жилым помещением.

По смыслу подп. «е» п. 31 Правил регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 17.07.1995 года № 713 (с последующими изменениями и дополнениями), отсутствие у гражданина права пользования жилым помещением является основанием для снятия его с регистрационного учета.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р е ш и л:

Исковые требования ФИО1, ФИО2, действующей в интересах несовершеннолетней ****, удовлетворить.

Признать ФИО3 **** года рождения, ФИО4, **** года рождения, прекратившими право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: ****.

Признать ****, **** года рождения, не приобретшим право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: ****.

Отделу по вопросам миграции ОМВД России по Александровскому району Владимирской области снять ФИО3, **** года рождения, ФИО4, **** года рождения, ****, **** года рождения с регистрационного учета по адресу: ****.

В удовлетворении исковых требований ФИО4 к ФИО1, несовершеннолетней ****, в интересах которой действует ФИО2, о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки, восстановлении права собственности и обязании не чинить препятствий в пользовании жилым помещением, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во Владимирский областной суд через Александровский городской суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий Л.Е. Капранова

****

****

****