Постановление № 44Г-36/2019 4Г-803/2019 от 10 января 2019 г. по делу № 13-1591/2018

44Г- 35,36,39

Жалобы поступили: 11 января 2019 года;

21 февраля 2019 года;

26 февраля 2019 года

Судья Нестерова А.В.


Постановление

город Новосибирск 20 марта 2019 года

Президиум Новосибирского областного суда в составе:

председательствующего Пилипенко Е.А.,

членов президиума Сажневой С.В., Козеевой Е.В.,

ФИО1, ФИО2

при секретаре Макаркиной А.А.

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационные жалобы представителя НСКБ «Левобережный» (ПАО) ФИО3, ОАО «Банк Российский кредит» в лице конкурсного управляющего ГК «Агентство по страхованию вкладов», а также временного управляющего ООО «ВОЛНА» (<данные изъяты>) ФИО4 на определение Ленинского районного суда г. Новосибирска от 21 августа 2018 года о выдаче исполнительного листа по решению третейского суда по спору между ФИО5 и ФИО6, ФИО7, ООО «ВОЛНА» и ООО «СТРОЙТЕХ» о взыскании долга по договору займа.

Заслушав доклад судьи Слядневой И.В., объяснения представителя НСКБ «Левобережный» ФИО3, возражения представителя ФИО5-ФИО8, президиум

У С Т А Н О В И Л:

ФИО5 25.07.2018 обратился в Ленинский районный суд г.Новосибирска с заявлением о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда при АНО «Новосибирская третейская коллегия» от 15.05.2018.

В обоснование заявленных требований указал, что данным решением с основного должника ФИО6 и его поручителей ФИО7, ООО«ВОЛНА»(ОГРН <данные изъяты>)и ООО«СТРОЙТЕХ» (<данные изъяты>) солидарно взыскана задолженность по договору займа от 01.09.2014 в сумме <данные изъяты> руб. (эквивалент <данные изъяты> долларов США). Решение третейского суда является окончательным, вступило в силу немедленно, однако должниками добровольно не исполнено.

В связи с этим заявитель просил суд выдать исполнительный лист на принудительное исполнение решения третейского суда.

Определением Ленинского районного суда г.Новосибирска от 21 августа 2018 года при отсутствии возражений должников заявление ФИО5 удовлетворено, выдан исполнительный лист на принудительное исполнение решения третейского суда.

До вступления данного определения в законную силу взыскатель 23.08.2018 обратился в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением о признании ООО «ВОЛНА» банкротом.

Определениями Арбитражного суда Новосибирской области от 22.11.2018, 20.11.2018 и 10.12.2018 в отношении ООО «ВОЛНА», ООО «СТРОЙТЕХ» и ФИО6 начаты процедуры банкротства.

В кассационных жалобах представители конкурсных кредиторов ООО «ВОЛНА», ООО «СТРОЙТЕХ» и ФИО6 - НСКБ «Левобережный» (ПАО) и ОАО «Банк Российский кредит» в лице его конкурсного управляющего - ГК «Агентство по страхованию вкладов», а также временный управляющий ООО «ВОЛНА» ФИО4 просят отменить указанное судебное постановление, ссылаясь на существенное нарушение судом норм материального и процессуального права.

Указывают, что при вынесении определения судом не было надлежащим образом проверено наличие или отсутствие оснований, предусмотренных ст. 426 ГПК РФ, для отказа в выдаче исполнительного листа. Тогда как приведение в исполнение решения третейского суда будет противоречить публичному порядку Российской Федерации, поскольку договор займа заявители полагают мнимой сделкой, реальное исполнение которой не подтверждено доказательствами, обладающими свойством публичной достоверности. Вынесение решения третейского суда на основании данного договора при отсутствии какого-либо спора между участниками третейского разбирательства, с целью получения исполнительного листа на его принудительное исполнение, направлено, по мнению заявителей, на включение необоснованной значительной задолженности в реестр требований кредиторов должников с целью влияния на ход дел о их банкротстве и иное распределение конкурсной массы между действительными добросовестными кредиторами.

Определением судьи Новосибирского областного суда Слядневой И.В. от 18 января 2019 года дело истребовано в Новосибирский областной суд. Определениями от 26.02.2019 и от 28.02.2019 кассационные жалобы с делом переданы для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции.

В судебное заседание президиума Новосибирского областного суда явились представители НСКБ «Левобережный» - ФИО3 и ФИО5- ФИО8, дали соответствующие пояснения.

Не явились ФИО6, ФИО7, ООО «ВОЛНА», ООО «СТРОЙТЕХ», арбитражный управляющий ФИО4, ОАО «Банк Российский кредит» в лице ГК «Агентство по страхованию вкладов», были извещены заказной корреспонденцией с уведомлением, телефонограммами.

От представителя ОАО «Банк Российский кредит» ФИО9 в электронной форме поступило ходатайство о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Остальные участники о причинах неявки не сообщили, об отложении рассмотрения дела не просили. Повестки на имя ФИО6 и ФИО7, а также ООО «ВОЛНА» и ООО «СТРОЙТЕХ», направленные по всем их известным адресам, вернулись в суд за истечением срока хранения и неявкой адресатов за получением судебной корреспонденции. Кроме того, корреспонденцию для ООО «ВОЛНА» и ООО «СТРОЙТЕХ» лично получили их арбитражные управляющие ФИО4 и ФИО10

Руководствуясь положениями ч.3 ст.167 ГПК РФ, ч.2 ст.385 ГПК РФ, а также ст.165.1 ГК РФ, президиум пришел к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие неявившихся лиц, извещение которых следует считать надлежащим.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб и поданного на них отзыва, президиум Новосибирского областного суда находит, что имеются основания для отмены определения суда 1 инстанции по следующим мотивам.

Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов (ст. 387 ГПК РФ).

Такие нарушения норм материального и процессуального права были допущены судом 1 инстанции при выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда.

Согласно ч.5 ст.427 ГПК РФ, определение суда о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке и в сроки, которые установлены настоящим Кодексом.

Из представленных материалов следует, что решение третейского суда принято на основании договора займа, составленного в простой письменной форме 01.09.2014 между ФИО5 (займодавец) и ФИО6(заемщик), по условиям которого ФИО5 обязался предоставить ФИО6 на срок до <данные изъяты> взаймы сумму, эквивалентную <данные изъяты> долларам США по курсу ЦБ РФ, под 5 % годовых. В подтверждение факта передачи денег оформлена расписка ФИО6

В тот же день между ФИО5, ФИО6, ФИО7, а также ООО «ВОЛНА» и ООО «СТРОЙТЕХ» оформлен договор поручительства, по условиям которого поручители приняли на себя обязательство отвечать за исполнение договора заемщиком в полном объеме.

Кроме того, стороны договорились о рассмотрении споров между ними, в том числе о действительности договоров, их прекращении и исполнении, в Третейском суде при АНО «Новосибирская третейская коллегия» в соответствии с его Регламентом.

Дополнительным соглашением от 01.09.2017 участники договора займа и договора поручительства пролонгировали срок действия договора до 01.02.2018.

В этот же день они заключили третейское соглашение об арбитраже и о рассмотрении их спора Третейским судом при АНО «Новосибирская третейская коллегия» как третейским судом, образованным для разрешения конкретного спора, а также о том, что их спор будет рассмотрен единолично судьей Бойковым А.А.

Из решения третейского суда при АНО «Новосибирская третейская коллегия» от 15.05.2018 усматривается, что с основного должника ФИО6 и его поручителей ФИО7, ООО «СТРОЙТЕХ» (<данные изъяты>) и ООО «ВОЛНА» <данные изъяты>) солидарно взыскана задолженность по договору займа от 01.09.2014 в сумме <данные изъяты> руб. (эквивалент <данные изъяты> долларов США). При этом ответчики в третейский суд не явились, возражений против иска не заявили. Кроме того, из выписки из ЕГРЮЛ следует, что ООО «ВОЛНА» имеет иной ОГРН-<данные изъяты>

Заявители жалоб указывают, что на основании данного решения не мог быть выдан исполнительный лист, поскольку третейский суд не проверял, имела ли место в действительности такая сделка, учитывая, что сумма займа была очень значительной, однако платежеспособность займодавца не была проверена. При этом сделка оформлена в простой письменной форме и датирована числом, которое выводит ее за период подозрительности сделок (ст.61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и исключает возможность ее оспаривания заинтересованными лицами по этим основаниям. Срок действия договора также весьма значителен, при этом у должников по сведениям бухгалтерского баланса за период после 2014 года таких долгов не значилось, но при этом имелась иная многомилионная кредитная нагрузка.

Кроме того, указывают в жалобах, что договор займа находят мнимой сделкой, реальное исполнение которой не подтверждено доказательствами, обладающими свойством публичной достоверности. Учитывая значительность суммы займа, суд должен был проверить действительное получение и расходование заемщиком такой суммы. При этом сделка оформлена в простой письменной форме и не подтверждена иными допустимыми средствами доказывания, а представленные договоры и расписка вызывают обоснованные сомнения в дате их изготовления и их действительности, что не было предметом проверки ни третейского суда, ни Ленинского районного суда г.Новосибирска при рассмотрении заявления взыскателя о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда.

Вынесение решения третейского суда на основании данного договора при отсутствии какого-либо спора между участниками третейского разбирательства, с целью получения исполнительного листа на его принудительное исполнение, направлено, по мнению заявителей, на включение необоснованной значительной задолженности в реестр требований кредиторов должника с целью влияния на ход дел о его банкротстве и иное распределение конкурсной массы между действительными добросовестными кредиторами.

В соответствии с пунктом 24 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 35 от 22.06.2012 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", если конкурсные кредиторы полагают нарушенными их права и законные интересы судебным актом, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование (в частности, если они считают, что оно является необоснованным по причине недостоверности доказательств либо ничтожности сделки), то на этом основании они, а также арбитражный управляющий вправе обжаловать в общем установленном процессуальным законодательством порядке указанный судебный акт.

Исходя из изложенного, у НСКБ «Левобережный» (ПАО) и ОАО «Банк Российский Кредит» в лице конкурсного управляющего - ГК «Агентство по страхованию вкладов», являющихся конкурсными кредиторами ООО «ВОЛНА», ООО «СТРОЙТЕХ» и ФИО6, а также у временного управляющего ООО «ВОЛНА» имеется право на обжалование определения Ленинского районного суда г.Новосибирска от 21 августа 2018 года о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда при АНО «Новосибирская третейская коллегия» от 15.05.2018, на котором, в том числе, основаны заявленные в деле о банкротстве указанного должника требования ФИО5

Порядок производства по делам о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейских судов регламентирован главой 47 ГПК РФ

В соответствии с п.2 ч.4 ст.426 ГПК РФ, суд отказывает в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, если установит, что приведение в исполнение решения третейского суда противоречит публичному порядку Российской Федерации.

Под публичным порядком в целях применения указанных норм сложившаяся судебная практика понимает фундаментальные правовые начала (принципы), которые обладают высшей императивностью, универсальностью, особой общественной и публичной значимостью, составляют основу построения экономической, политической, правовой системы государства.

Как указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, процедуры банкротства носят публично-правовой характер (Постановления от 22 июля 2002 года N 14-П, от 19 декабря 2005 года N 12-П). Публично-правовой целью института банкротства является обеспечение баланса прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, имеющих различные, зачастую диаметрально противоположные интересы. Эта цель достигается посредством соблюдения закрепленного в ч.3 ст.17 Конституции Российской Федерации принципа, в соответствии с которым осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Поэтому нарушением публичного порядка Российской Федерации является создание в преддверии банкротства видимости частноправового спора с отнесением его на рассмотрение третейского суда для получения в последующем формальных оснований для упрощенного включения необоснованной задолженности в реестр требований кредиторов должника в целях влияния на ход дела о банкротстве.

Такие действия затрагивают не только частные интересы должника и его кредитора - участника третейского разбирательства, но и всех иных кредиторов, вовлеченных в процесс банкротства, препятствуя справедливому рассмотрению дела о несостоятельности и окончательному его разрешению, как в части определения судьбы должника и его имущества, так и в части распределения конкурсной массы между добросовестными кредиторами.

В соответствии с п.1 ст.10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения этих требований суд, арбитражный суд или третейский суд, с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления, отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (п.2 ст.10 ГК РФ).

Принимая во внимание высказанные в кассационных жалобах сомнения в реальном исполнении договора займа между ФИО5 и ФИО6, а также сомнения в реальности поручительства со стороны ООО «ВОЛНА» и ООО «СТРОЙТЕХ», по документам которых данное обязательство никогда не отражалось, учитывая значительный размер взысканной решением третейского суда суммы задолженности при фактическом признании долга должниками, следует считать обоснованными доводы кассаторов о возможном создании в преддверии банкротства данных лиц видимости частноправового спора с отнесением его на рассмотрение третейского суда для получения в последующем формальных оснований для упрощенного включения необоснованной задолженности в реестр требований кредиторов должника в целях влияния на ход дела о банкротстве. Из обжалуемого кассаторами определения усматривается, что выдача исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда была осуществлена преждевременно, без исследования обстоятельств, касающихся действительности спора, разрешенного третейским судом, и отсутствия в действиях участников этого спора признаков злоупотребления правом, влекущих нарушение публичного порядка, заключающегося в равной защите интересов кредиторов.

Исходя из положений п. 5 ст.10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

По общему правилу, в соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Однако поскольку возможность конкурсного кредитора доказать необоснованность требования другого кредитора, подтвержденного решением третейского суда, объективным образом ограничена, предъявление к ним высокого стандарта доказывания привело бы к неравенству таких кредиторов. Ввиду указанного в случаях, когда конкурсным кредитором или арбитражным управляющим оспаривается сам факт наличия долга, присужденного третейским судом, бремя доказывания распределяется иным образом: конкурсному кредитору достаточно представить суду доказательства, позволяющие в самом первом проявлении подтвердить существенность сомнений в наличии долга. При этом другой стороне, настаивающей на наличии долга, присужденного третейским судом, не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно она должна обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

В противном случае на конкурсного кредитора налагалось бы бремя доказывания отрицательного факта, что недопустимо с точки зрения поддержания баланса процессуальных прав и гарантий их обеспечения.

По изложенным основаниям президиум Новосибирского областного суда находит, что допущенные судом 1-ой инстанции нарушения норм материального и процессуального права являются существенными, так как они повлияли на исход дела. В связи с этим указанное судебное постановление подлежит отмене с направлением дела на новое рассмотрение в тот же суд.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное, установить круг юридически значимых обстоятельств по делу, распределить бремя доказывания по принципу, изложенному выше, исходя из доводов и возражений конкурсных кредиторов и арбитражного управляющего, после чего, оценив представленные доказательства, постановить законное и обоснованное определение.

Руководствуясь ст. 387, 390 ГПК РФ, президиум

постановил:

определение Ленинского районного суда г. Новосибирска от 21 августа 2018 года о выдаче исполнительного листа по решению третейского суда по спору между ФИО5 и ФИО6, ФИО7, ООО «ВОЛНА» и ООО «СТРОЙТЕХ» о взыскании долга по договору займа отменить.

Направить дело на новое рассмотрение в Ленинский районный суд г.Новосибирска.

Кассационные жалобы представителя НСКБ «Левобережный» (ПАО) ФИО3, ОАО «Банк Российский кредит» в лице конкурсного управляющего ГК «Агентство по страхованию вкладов», а также временного управляющего ООО «ВОЛНА» (<данные изъяты>) ФИО4 удовлетворить.

Председательствующий: