Апелляционное определение № 33-638/2026 от 14 апреля 2026 г.

Судья: Виноградова М.В. дело № 33-638

дело № 2-15/2025 44RS0005-01-2024-000147-70


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

« 15 » апреля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Костромского областного суда в составе:

председательствующего Ивковой А.В.,

судей Дедюевой М.В., Жукова И.П.

при секретаре Агафоновой М.Н.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе представителя ФИО1 по доверенности ФИО2 на решение Буйского районного суда Костромской области от 16 декабря 2025 года, которым исковые требования ФИО3 и ФИО1 о разделе совместно нажитого имущества удовлетворены частично.

Заслушав доклад судьи Жукова И.П., объяснения представителя ответчика ФИО1 и третьих лиц ООО «Тауэр», ООО «Техно Холод» и ООО «Гастрохолл» по доверенностям ФИО2, поддержавшего апелляционную жалобу, объяснения истца ФИО3 и ее представителя по доверенности ФИО4, возражавших против удовлетворения апелляционной жалобы, судебная коллегия

установила:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО1 о разделе совместно нажитого имущества супругов, указав, что с 17 февраля 2007 года стороны состояли в зарегистрированном браке, имеют двух общих детей, однако с декабря 2023 года отношения между супругами фактически прекратились, сохранение семьи стало невозможно, в связи с чем 09 февраля 2024 года брак был расторгнут. В период брака сторонами было приобретено имущество, которое истец и просила разделить между ними.

ФИО1 предъявил встречный иск о разделе совместно нажитого имущества супругов, исходя из тех же обстоятельств.

В ходе рассмотрения дела стороны неоднократно дополняли и уточняли исковые требования, и в окончательной редакции ФИО3 просила:

1. произвести раздел общего имущества супругов: автомобили BMW Х7, VIN №; LADA KSOY5L Ларгус, VIN №; Geely Monjaro, VIN №; Lexus RX 350L, VIN №; катер Velvette 24 EUPHORIA, серийный номер №; двигатель YAMAHA P300 DET, №; нежилое помещение с кадастровым номером № площадью 131,9 кв.м по адресу: <адрес>, помещение №, комнаты №; доли в уставных капиталах ООО «Тауэр» (ОГРН <***>, ИНН <***>), ООО «Техно Холод» (ОГРН <***>, ИНН <***>), ООО «Гастрохолл» (ОГРН <***>, ИНН <***>);

2. выделить ФИО1:

- автомобиль BMW Х7, VIN №, стоимостью 7 176 000 руб.;

- автомобиль LADA KSOY5L Ларгус, VIN №, стоимостью 746 000 руб.;

- катер Velvette 24 EUPHORIA, серийный номер №, стоимостью 4 220 000 руб.;

- двигатель YAMAHA P300 DET, №, стоимостью 1 813 000 руб.;

3. взыскать с ФИО1 в пользу ФИО3 денежную компенсацию 1/2 стоимости указанного имущества в размере 6 977 500 руб.;

4. выделить ФИО3:

- автомобиль Lexus RX 350L, VIN №, стоимостью 4 683 000 руб.;

- автомобиль Geely Monjaro, VIN №, стоимостью 3 344 000 руб.;

- нежилое помещение с кадастровым номером № площадью 131,9 кв.м по адресу: <адрес>, помещение №, комнаты №, стоимостью 11 243 000 руб.;

5. взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 компенсацию 1/2 доли стоимости указанного имущества в размере 9 635 000 руб.;

6. признать за ФИО1 право собственности на 100% долей в уставном капитале ООО «Тауэр» (ОГРН <***>, ИНН <***>), взыскав с него в ее пользу компенсацию стоимости 50% долей в уставном капитале в размере 31 246 000 руб.;

7. признать за ФИО1 право собственности на 100% долей в уставном капитале ООО «Техно Холод» (ОГРН <***>, ИНН <***>), взыскав с него в ее пользу компенсацию стоимости 50% доли в уставном капитале в размере 6 650 000 руб.;

8. признать за ФИО1 право собственности на 100% долей в уставном капитале ООО «Гастрохолл» (ОГРН <***>, ИНН <***>), взыскав с него в ее пользу компенсацию стоимости 50% доли в уставном капитале в размере 6 915 000 руб.;

9. взыскать с ФИО1 в пользу ФИО3 50% от суммы арендной платы, полученной по договору аренды с ФИО5 за период с 01 января по 12 февраля 2024 года в сумме 65 034,49 руб., а за период с 16 марта 2024 года по 28 октября 2025 года по договору аренды с ИП ФИО6 в сумме 893 290,32 руб.;

10. признать долг ФИО3 по кредитному договору <***> от 21 июня 2021 года с ПАО «Сбербанк» совместным долгом супругов, определив доли в задолженности равными, и взыскать с ФИО1 в ее пользу 1/2 долю в погашенной задолженности по кредитному договору за период с февраля 2024 года по 28 октября 2025 года в размере 364 803,95 руб.;

11. взыскать с ФИО1 в пользу ФИО3 проценты за пользование чужими денежными средствами в порядке ст. 395 ГК РФ за период с 27 февраля 2024 года по 28 октября 2025 года в размере 63 935,51 руб.;

12. взыскать с ФИО1 в пользу ФИО3 расходы по уплате госпошлины - 30 525 руб.;

13. с учетом зачета сумм, подлежащих выплате сторонами, взыскать с ФИО1 в пользу ФИО3 43 571 089,27 руб.

ФИО1 в окончательной редакции своих исковых требований просил:

1. признать совместно нажитым имуществом супругов автомобиль Lexus RX 350L, VIN №; нежилое помещение с кадастровым номером № площадью 131,9 кв.м по адресу: <адрес>, помещение №, комнаты №; 100% долей в уставном капитале ООО «Гастрохолл», 75% - в уставном капитале «Техно Холод», 85% - в уставном капитале ООО «Тауэр»; произвести раздел этого имущества, определив доли супругов в нем равными;

2. признать его личным имуществом: автомобили LADA KSOY5L Ларгус, №; Geely Monjaro, VIN №; BMW Х7, VIN №; катер Velvette 24 EUPHORIA, серийный номер №; двигатель YAMAHA P300 DET, №; 25% долей в уставном капитале «Техно Холод», исключив названное имущество из состава совместно нажитого имущества супругов;

3. передать в единоличную собственность ФИО1:

- автомобиль Lexus RX 350L, VIN №;

- нежилое помещение с кадастровым номером № площадью 131,9 кв.м по адресу: <адрес>, помещение №, комнаты №;

- 100% долей в уставном капитале ООО «Гастрохолл»;

- 75% - в уставном капитале ООО «Техно Холод»;

- 85% - в уставном капитале ООО «Тауэр»;

4. признать совместными обязательства (долги) супругов по договору займа от 20 января 2023 года, заключенному между ФИО1 и ООО «Гастрохолл», с распределением задолженности по ним в равных долях;

5. взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 компенсацию 1/2 доли дохода, поступившего за 2023 год на расчетный счет ФИО3, в размере 18 021 250 руб.;

6. с учетом зачета взаимных требований взыскать с ФИО1 в пользу ФИО3 денежную компенсацию в размере 19 857 951 руб.

Определением суда от 09 декабря 2025 года в отдельное производство были выделены: исковые требования ФИО3 к ФИО1 о разделе совместно нажитого имущества в части признания совместным долга по кредитному договору <***> от 21 июня 2021 года с ПАО «Сбербанк» и признания долей в задолженности по нему равными, о взыскании с ФИО1 в пользу ФИО3 1/2 доли в погашенной задолженности по данному кредитному договору за период с февраля 2024 года по 28 октября 2025 года в размере 364 803,95 руб., о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 27 февраля 2024 года по 28 октября 2025 года в размере 63 935,51 руб.; встречные исковые требования ФИО1 к ФИО3 о разделе совместно нажитого имущества в части признания договора займа от 20 января 2023 года, заключенного между ФИО1 и ООО «Гастрохолл», совместными обязательствами (долгами) супругов в равных долях, со взысканием с ФИО3 ? части уплаченных ФИО1 по договору займа денежных средств в размере 9 415 484,5 руб.

К участию в деле в качестве третьих лиц привлечены: ООО «Гастрохолл», ООО «Техно Холод», ООО «Тауэр», ПАО «Сбербанк», Управление имущественных и земельных отношений Администрации г. Костромы, ФИО7, ФИО6, ФИО5

Судом постановлено вышеуказанное решение от 16 декабря 2025 года, которым произведен раздел совместно нажитого имущество сторон следующим образом:

- признать совместно нажитым ФИО18 следующее имущество:

1. автомобиль BMW Х7 М50D, VIN №, стоимостью 7 176 000 руб.;

2. автомобиль LADA KSOY5L Ларгус, государственный регистрационный номер №, VIN №, стоимостью 746 000 руб.;

3. автомобиль Geely Monjaro, VIN №, стоимостью 3 344 000 руб.;

4. автомобиль Lexus RX 350L,VIN №, стоимостью 4 683 000 руб.;

5. катер Velvette 24 EUPHORIA, серийный номер №, стоимостью 4 220 000 руб.;

6. двигатель YAMAHA F300 DET, №, стоимостью 1 813 000 руб.;

7. нежилое помещение с кадастровым номером № площадью 131,9 кв.м по адресу: <адрес>, помещение №, комнаты №, стоимостью 11 243 000 руб.;

8. 100% доли (размер доли указан на момент прекращения семейных отношений) в уставном капитале ООО «Тауэр» (ОГРН <***>, ИНН <***>) стоимостью 62 492 000 руб.;

9. 100% доли в уставном капитале ООО «Техно Холод» (ОГРН <***>, ИНН <***>) стоимостью 13 300 000 руб.;

10. 100% доли в уставном капитале ООО «Гастрохолл» (ОГРН <***>, ИНН <***>) стоимостью 13 830 000 руб.;

- признать право собственности ФИО1 с выплатой компенсации ФИО3 на следующее имущество:

1. автомобиль BMW Х7 М50D, VIN №, с компенсацией в размере 3 588 000 руб.;

2. автомобиль LADA KSOY5L Ларгус, VIN №, с компенсацией - 373 000 руб.;

3. катер Velvette 24 EUPHORIA, серийный номер №, с компенсацией - 2 110 000 руб.;

4. двигатель YAMAHA F300 DET, №, с компенсацией - 906 500 руб.;

5. 85% доли в уставном капитале ООО «Тауэр» (ОГРН <***>, ИНН <***>) (размер доли указан на момент рассмотрения дела) с компенсацией за 50% доли в уставном капитале общества - 31 246 000 руб.;

6. 100% доли в уставном капитале ООО «Техно Холод» (ОГРН <***>, ИНН <***>) с компенсацией - 6 650 000 руб.;

7. 100% доли в уставном капитале ООО «Гастрохолл» (ОГРН <***>, ИНН <***>) с компенсацией - 6 915 000 руб.

- признать право собственности ФИО3 с выплатой компенсации ФИО1 на следующее имущество:

1. автомобиль Geely Monjaro, VIN №, с компенсацией в размере 1 672 000 руб.;

2. автомобиль Lexus RX 350L, VIN №, с компенсацией - 2 341 500 руб.;

3. нежилое помещение с кадастровым номером № площадью 131,9 кв.м по адресу: <адрес>, помещение №, комнаты №, с компенсацией - 5 621 500 руб.;

- взыскать с ФИО1 в пользу ФИО3 арендную плату за период с 01 января по 12 февраля 2024 года в размере 65 034,49 руб., с 16 марта 2024 года по 02 марта 2025 года - 532 709,68 руб.;

- произвести взаимозачет подлежащих выплате в пользу каждой из сторон денежных средств, взыскав с ФИО1 в пользу ФИО3 в общей сумме 42 751 244,17 руб., а также расходы по уплате госпошлины - 30 525 руб., а всего - 42 781 769,17 руб.;

- в удовлетворении остальной части исковых требований ФИО18 отказано.

В апелляционной жалобе представитель ФИО1 по доверенности ФИО2 просит решение отменить в части:

- установления даты прекращения брачно-семейных отношений супругов, полагая, что таковой является февраль 2022 года;

- признания совместной собственностью супругов: автомобилей BMW Х7 М50D, VIN №, стоимостью 7 176 000 руб.; LADA KSOY5L Ларгус, VIN №, стоимостью 746 000 руб.; Geely Monjaro, VIN №, стоимостью 3 344 000 руб.; катера Velvette 24 EUPHORIA, серийный номер №, стоимостью 4 220 000 руб.; двигателя YAMAHA F300 DET, №, стоимостью 1 813 000 руб., полагая, что перечисленное имущество является личным имуществом ответчика;

- взыскания с ФИО1 в пользу ФИО3 денежной компенсации стоимости доли в уставном капитале ООО «Тауэр», исходя из владения ФИО1 100% долей в уставном капитале общества, полагая, что следует исходить из владения им только 85% долей;

- взыскания с ФИО1 в пользу ФИО3 денежной компенсации стоимости доли в уставном капитале ООО «Техно Холод», исходя из признания совместным имуществом бывших супругов 100% долей в уставном капитале общества, полагая, что совместным имуществом супругов является только 75% долей в обществе, а 25% долей являются личным имуществом ФИО1;

- определения стоимости автомобиля BMW Х7 М50D, VIN №, в размере 7 176 000 руб., полагая, что она составляет 5 013 000 руб.;

- передачи в собственность ФИО3 автомобилей Lexus RX 350L, VIN №, и Geely Monjaro, VIN №, полагая, что они подлежат передаче в собственность ФИО1 с выплатой истцу денежной компенсации;

- передачи в собственность ФИО3 нежилого помещения с кадастровым номером № площадью 131,9 кв.м по адресу: <адрес>, полагая, что оно подлежит передаче ФИО1 с выплатой истцу денежной компенсации либо что подлежат определению доли в нежилом помещении в равных значениях между сторонами по делу;

- взыскания с ФИО1 в пользу ФИО3 арендных платежей за периоды с 01 января по 12 февраля 2024 года и с 16 марта 2024 года по 02 марта 2025 года в размере 65 034,49 руб. и 532 709,68 руб., соответственно, с вынесения нового решения об отказе в удовлетворении исковых требований в данной части;

- отказа в разделе дохода ФИО3, полученного в 2023 году в результате осуществления предпринимательской деятельности, с вынесением нового решения об удовлетворении встречного иска в данной части.

Подробно оценивая представленные в дело доказательства, полагает, что суд пришел к ошибочному выводу о дате фактического прекращения брачных отношений. Автомобили BMW Х7, Geely Monjaro, LADA Ларгус, катер Velvette 24 EUPHORIA, двигатель YAMAHA приобретены после прекращения семейных отношений. По компенсации стоимости доли в ООО «Тауэр» отмечает, что на момент подачи первоначального иска ФИО1 принадлежали 85% долей в уставном капитале общества, изменение было вызвано увеличением капитала путем внесения вклада третьим лицом ФИО7 Изменение размера доли в уставном капитале не свидетельствует об отчуждении доли, не является сделкой, приводящей к распоряжению общим имуществом супругов. Судом не исследовался вопрос о целесообразности сделки ее экономической обоснованности. Оценка рыночной стоимости принадлежащей ответчику доли не содержит сведений об ее стоимости на момент прекращения брачно-семейных отношений в декабре 2023 года, а взыскание компенсации стоимости по состоянию на 2025 год неправомерно. Соглашаясь с разделом ООО «Техно Холод», как совместно-нажитым имуществом, обращает внимание на то, что 25% долей в уставном капитале общества ФИО1 перешли по безвозмездной сделке ввиду выхода из общества другого участника и перераспределения его оставшейся доли. Тем самым ответчик не являлся стороной сделки по отчуждению доли от вышедшего участника общества, не понес каких-либо затрат на ее приобретение. Выражает несогласие с определенной судом стоимостью транспортного средства BMW X7, поскольку в настоящее время у автомобиля имеется существенная поломка двигателя, что подтверждается представленным в материалы дела заказ-нарядом официального дилера, согласно которого предварительная стоимость восстановительного ремонта составит 1 716 334 руб. Кроме того, в начале 2025 года автомобилю требовался ремонт редуктора переднего привода, и, вопреки выводов суда, данная неисправность устранена не была. Вывод об отсутствии оснований для определения стоимости транспортного средства на основании отчета ООО «Эксперт-Оценка-Кострома» судом не обоснован и не мотивирован, хотя отчет подготовлен тем же экспертом, чье заключение по оценке иного имущества судом принято без замечаний и сомнений в компетенции эксперта. Передача истцу транспортного средства Lexus RX350L повлечет негативные последствия для ООО «Гастрохол» и убытки для ФИО1, поскольку данный автомобиль находится в залоге у ПАО «Сбербанк» в обеспечение обязательств того же общества по кредитному договору, по которому заемные средства были предоставлены ответчику для покупки ООО «Тауэр». В случае перехода права собственности на него получить согласие залогодержателя. При этом по условиям договора залога предмет залога в таком случае должен быть заменен, в связи с чем ФИО1 придется найти иное сопоставимое по стоимости и ликвидности имущество, которого у него нет, а имеющееся в его собственности имущество находится под обеспечительным арестом. Не может быть передано истцу транспортное средство Geely Monjaro, поскольку автомобиль приобретался исключительно в служебных целях для использования работником ООО «Техно Холод» ФИО8, и никогда не использовался сторонами по делу. С учетом передачи в собственность ответчика 100 % доли в уставном капитале названного общества сохранение собственности ФИО1 на указанный автомобиль необходимо для осуществления коммерческой деятельности организации. Одновременно не соглашается с суждениями суда относительно этого имущества о наличии у бывших супругов взрослой дочери, которую необходимо обеспечить транспортным средством, и о том, что ответчику переданы два автомобиля. Но один из них является рабочим, а другой находится в неисправном состоянии.

Возражая против передачи права собственности на нежилое помещение по адресу: <адрес>, истцу, указывает, что ФИО9 на него не претендовала, поэтому ответчик не представлял доказательств проведения в помещении ремонтных работ капитального характера общей стоимостью 3 000 000 руб., что, соответственно, влияет на его стоимость. Кроме того, между ФИО1 и арендатором ФИО6 по договору аренды помещения имеется соглашение о проведении арендатором ремонта системы отопления стоимостью 1 000 000 руб. с дальнейшим зачетом арендной платы в счет произведенных работ. Переход нежилого помещения в собственность истца повлечет негативные последствия как для ответчика, так и для арендатора. При этом довод истца в обоснование передачи ей помещения, как желание получать стабильный доход, не может быть принят во внимание, поскольку стороны вправе наравне претендовать на получение такого дохода. Полагает недоказанным сдачу в аренду помещения и получение арендных платежей по нему в заявленные истцом периоды. Установленный судом размер арендной платы необоснован и немотивирован, ссылка на заключение специалистов-оценщиков несостоятельна, поскольку оценочные экспертизы проводились в целях установления рыночной стоимости недвижимого имущества, а не стоимости аренды помещения.

Отказывая в разделе дохода, полученного истцом в результате осуществления ею предпринимательской деятельности в 2023 году, суд сослался на то, что деньгами и банковскими картами истицы распоряжался ФИО1, что не соответствует действительности. Из поступившего дохода в размере 51 983 263 руб. ФИО3 передала ответчику только 15 958 000 руб., оставив в своем распоряжении остальную сумму. Факт передачи оставшейся денежной суммы, либо ее траты на нужды семьи или на приобретение совместного имущества ни чем не подтвержден. Суд необоснованно возложил на ФИО1 бремя доказывания того, что денежные средства были потрачены истцом в интересах семьи. При этом фактически суд освободил истца от доказывания тех же обстоятельств. При расчете стоимости приобретенного в 2023 году имущества суд не учел факт заключения ответчиком договоров займа с ООО «Гастрохолл» на 8 800 000 руб.

Апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие третьих лиц ПАО «Сбербанк», Управление имущественных и земельных отношений Администрации г. Костромы, ФИО7, ФИО6, ФИО5, надлежащим образом применительнок ст. 113 ГПК РФ и ст. 165.1 ГК РФ извещенных о времени и месте судебного разбирательства.

Проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия приходит к следующему.

Разрешая спор, суд первой инстанции исходил из того, что стороны по делу состояли в брачных отношениях с февраля 2007 года до декабря 2023 года, и в этот период приобрели общее имущество, которое подлежит разделу между ними, исходя из принципа равенства долей в нем. Произведя оценку спорного имущества, суд с учетом позиции бывших супругов определил, кому из них подлежит передаче какое имущество. Установив, что в результате раздела ответчику подлежит передаче имущество на сумму, превышающую стоимость его доли, суд взыскал с него в пользу истца денежную компенсацию.

Выводы суда основаны на материалах дела, достаточно мотивированы с приведением положений действующего законодательства, регулирующего спорные правоотношения, оснований для признания их неправильными не имеется.

Согласно положений Семейного кодекса Российской Федерации законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности. Законный режим имущества супругов действует, если брачным договором не установлено иное (п. 1 ст. 33).

Имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью (п. 1 ст. 34).

Перечень общего имущества супругов приведен в п. 2 ст. 34.

Имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью (п. 1 ст. 36).

Порядок и принцип раздела общего имущества супругов определяются в ст. 38.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО18 состояли в зарегистрированном браке с 17 февраля 2007 года.

Вступившим в законную силу решением мирового судьи судебного участка №32 Свердловского судебного района г. Костромы от 09 февраля 2024 года брак был расторгнут.

От брака стороны имеют двух детей: ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Кроме того, ФИО1 является отцом ФИО, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, матерью которого выступает ФИО11

Как указывалось выше, сторонами к разделу по данному делу заявлены: автомобиль BMW Х7 М50D; автомобиль LADA KSOY5L Ларгус; автомобиль Geely Monjaro; автомобиль Lexus RX 350L; катер Velvette 24 EUPHORIA; двигатель YAMAHA F300 DET; нежилое помещение по адресу: <адрес>; доли в уставном капитале ООО «Тауэр», в уставном капитале ООО «Техно Холод» и в уставном капитале ООО «Гастрохолл».

Оценив представленные в дело доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 ГПК РФ, исходя из требований норм семейного законодательства, закона об обществах с ограниченной ответственностью, разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 15 от 05 ноября 1998 года «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака», суд первой инстанции пришел к обоснованным выводам о фактическом прекращении между сторонами семейных отношений только в декабре 2023 года и приобретении ими к этому времени спорного имущества, как общего совместного, в связи с чем он подлежит разделу на основе принципа равенства с учетом конкретных обстоятельств данного дела.

Доводы апелляционной жалобы приведенных выводов не опровергают.

Согласно требований Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом (ч. 1 ст. 56).

Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов (ч. 1 ст. 55).

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (ч. 1 ст. 67).

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (ч. 2 ст. 67).

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (ч. 3 ст. 67).

Не соглашаясь с выводом суда о дате фактического прекращения брачных отношений, сторона ответчика в жалобе указывает на длительное непроживание супругов совместно до развода со ссылкой на заключение ФИО1 договоров найма жилья, показания свидетелей, а также отсутствие оснований доверять показаниям дочерей сторон.

Вместе с тем судебная коллегия полагает, что жалоба, по сути, сводится к иной оценке доказательств, представленных в дело, выражению несогласия с той их оценкой, которая дана судом, что не может привести к отмене решения.

В обжалуемом решении суд первой инстанции дает подробный анализ установленным по делу обстоятельствам на основе представленных в дело доказательств с учетом позиции сторон, включая заявленные договоры найма жилья, переписку сторон в мессенджерах в рассматриваемый период времени и показания свидетелей.

В этой связи суд верно отметил, что ФИО1 обратился с заявлением о расторжении брака лишь 05 декабря 2023 года; на протяжении 2023 года стороны совместно проводили время, в том числе отдых в Москве, Санкт-Петербурге, Турции, отмечали день рождения ответчика; дети сторон до декабря 2023 года не знали о прекращении семейных отношений между родителями, а истец случайно узнала о рождении сына у ответчика только в ноябре 2023 года; одним из встречных исковых требований ответчика является раздел доходов, полученных истцом в 2023 года, что свидетельствует о признании им этих доходов, как полученных в период брака.

Более того, именно в 2023 году было приобретено спорное имущество – транспортные средства, о разделе которых в случае прекращения брака ФИО1 не мог не знать, осуществляя успешную предпринимательскую деятельность.

Позиция стороны ответчика по этому вопросу заключается в субъективной оценке каждого в отдельности доказательства, указывающих, по его мнению, на непроживание сторон на протяжении двух лет до официального развода.

Между тем, как указывалось выше, оценка доказательств должна носить системный, совокупный характер, что позволяет установить объективную картину рассматриваемых событий.

С учетом указанного судебная коллегия соглашается с суждениями суда первой инстанции о том, что ссылки ответчика на те или иные доказательства не позволяют с убедительностью определить время прекращения между сторонами брачных отношений.

Частое и относительно длительное отсутствие ФИО1 по месту жительства еще не свидетельствует о прекращении семейных отношений с истцом, а подтверждает его проживание на две семьи до момента, когда ФИО3 узнала об этом.

Правильно установив время прекращения бранных отношений между сторонами, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что заявленное к разделу имущество является совместно нажитым.

Судебная коллегия соглашается с разделом имущества, произведенным судом первой инстанции, находя его соответствующим требованиям семейного законодательства.

Так, в отношении доли в установленном капитале ООО «Тауэр» суд правильно установил, что ФИО1 купил в целом 100% долей Общества по договору купли – продажи от 30 января 2023 года.

При этом ФИО3, как супруга, давала нотариально удостоверенное согласие от 30 декабря 2022 года на совершение данной сделки.

08 февраля 2024 года ФИО1, будучи единственным участником Общества по заявлению ФИО7 принял решение о принятии последнего в качестве участника Общества, увеличении уставного капитала за счет его вклада в размере 2 000 руб., в результате чего уставный капитал Общества стал составлять 12 000 руб., а доли участников изменились следующим образом: ФИО1 принадлежит доля в размере 85% номинальной стоимостью 10 200 руб., ФИО7 – 15% доли номинальной стоимость 1 800 руб.

Сведения об этом в ЕГРЮЛ были внесены 15 февраля 2024 года

Тем самым суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что на момент прекращения брачных отношений сторон и предъявления иска о разделе совместно нажитого имущества единственным участником ООО «Тауэр» и учредителем являлся только ФИО1, а ФИО3 согласия на уменьшение доли в уставном капитале не давала, поэтому при разделе должна учитываться доля в размере 100% в уставном капитале, а не 85%, как заявляет ответчик.

Проверяя доводы жалобы в этой части, судебная коллегия принимает во внимание, что стороной ответчика не представлено доказательств, из которых бы с очевидностью следовал экономический эффект введения нового участника Общества и необходимость выделения ФИО7 15% в более чем 60-ти миллионном капитале Общества за 2 000 руб., внесенных им.

Представляется, что такое введение ФИО7 в участники общества преследовало лишь цель уменьшение размера доли в обществе, подлежащей разделу между супругами, что не должно нарушать права и законные интересы истца, в связи с чем суд пришел к верному выводу о праве ФИО3 на 50% долей в уставном капитале общества.

Вопреки позиции стороны ответчика, стоимость доли была правильно определена на основании проведенной по делу судебной экспертизы ООО «Эксперт – Оценка – Кострома» по состоянию на момент рассмотрения дела. Доказательств иной оценки ФИО1 не представлено.

С учетом мнимости сделки по принятию ФИО7 в участники ООО «Тауэр» (п. 1 ст. 170 ГК РФ), но отсутствия спора по определению долей сторон в обществе, суд первой инстанции правомерно указал, что ФИО3 вправе претендовать на денежную компенсацию 50% долей в обществе, а за ФИО1 остается зарегистрированными 85% долей, так как в отношении остальных 15% долей вопрос их принадлежности остается на разрешении между ФИО1 и ФИО7

Нельзя согласиться и с доводами жалобы относительно денежной компенсации доли в уставном капитале ООО «Техно Холод».

Судом установлено, что юридическое лицо было создано 08 апреля 2015 года,

и изначально его участниками являлись ФИО1, ФИО12, ФИО13, ФИО14 с размером долей по 25% у каждого.

27 февраля 2018 года ФИО12 и ФИО14 заявили о выходе из состава участников общества, в связи с чем их доли в уставном капитале общества перешли к самому обществу, а названные лица получили номинальную стоимость своих долей, то есть по 2 500 руб.

14 марта 2018 года в соответствии с п. 2 ст. 24 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (Закон о ООО) перешедшие к обществу доли были распределены между оставшимися участниками общества пропорционально их имеющимся долям в уставном капитале общества, в результате чего доли ФИО1 и ФИО13 стали равными 50% у каждого.

21 февраля 2020 года ФИО1 купил у ФИО13 принадлежащую ему долю в уставном капитале общества в размере 50% доли за 2 200 000 руб., на что ФИО3 давала нотариально удостоверенное согласие.

Правильно установив, что первоначальная доля 25% ФИО1 была приобретена в браке, а последующая доля 25% перешла к нему от общества в результате распределения оставшихся от ФИО12 и ФИО14 долей, но с учетом того, что у ФИО1 уже была доля в обществе, и эта доля является общим имуществом супругов, соответственно, и перешедшая доля тоже является общим имуществом супругов.

Тот факт, что такая доля перешла безвозмездно, на чем акцентирует внимание сторона ответчика, ее правового статуса для данного дела не меняет, поскольку к ФИО1 она перешла именно по причине уже наличия у него доли, основанной на приобретении в браке, то есть фактически у супругов с учетом особенностей ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» произошло приращение доли в уставном капитале общества.

Признание перешедшей доли единоличным имуществом ответчика являлось бы безосновательным, поскольку сторона ответчика не указывает, по какому правовому основанию при отсутствии у ФИО1 брачной доли в обществе могла бы перейти распределяемая доля.

Безвозмездный же характер увеличения доли супругов в обществе не противоречит ни семейному законодательству, ни Закону об ООО.

Доводам стороны ответчика о стоимости автомобиля BMW Х7 М50D судом первой инстанции дана полная и надлежащая оценка, оснований не согласиться с которой не имеется.

По заключению эксперта ИП ФИО15 стоимость спорного транспортного средства составляет 7 176 000 руб., автомобиль технически рабочий, требуется ремонт привода переднего моста.

Согласно отчета, выполненного по заказу ФИО1 01 декабря 2025 года, рыночная стоимость того же транспортного средства определена в размере 5 013 000 руб. с учетом технического состояния, то есть ремонтных работ, указанных в заказ–нарядах.

Приходя к выводу о стоимости автомобиля, равной 7 176 000 руб., суд первой инстанции верно отметил, что для разрешения спора о разделе имущества требуется установить рыночную его стоимость на момент рассмотрения спора; с учетом того, что для этого требуются специальные познания в области оценки имущества, стоимость подлежит установлению на основании экспертного заключения; такое заключение в материалы дела представлено, эксперт был предупрежден об уголовной ответственности, оснований не доверять его заключению не имеется; сам ответчик не оспаривал, что автомобиль в январе 2025 года был отремонтирован, эксплуатировался ФИО1, а его поломка произошла летом 2025 года, то есть после прекращения брачных отношений.

Тем самым с учетом поломки автомобиля снижение его рыночной стоимости может быть связано с поведением самого ответчика, что не должно нарушать права и законные интересы истца. Доказательств тому, что на момент прекращения брачных отношений транспортное средство находилось в техническом состоянии, значительно уменьшающим его стоимость, стороной ФИО1 не представлено.

Указание в жалобе на неверный вывод в решении о передаче автомобиля Lexus в собственность ФИО3 несостоятельно, поскольку суд правильно установил, что после его приобретения транспортное средство находилось только в пользовании истца, ответчик первоначально также просил передать автомобиль ей, а нахождение его в залоге у банка не препятствует разделу имущества и передаче его ФИО3

Более того, залогодержатель ПАО Сбербанк является участником настоящего дела, своих возражений относительно такого раздела имущества не выразил, апелляционную жалобу по названному вопросу не подал.

Доказательств причинения таким решением убытков как ФИО1, так и ООО «Гастрохолл», на что имеется ссылка в жалобе, стороной ответчика не представлено.

Довод жалобы об отсутствии оснований для передачи истцу автомобиля GeelyMonjaro по мотиву его приобретения для использования работником ООО “Техно Холод» ФИО8 юридически безразличен, так как названный мотив не может влиять в данном случае на раздел имущества супругов по той причине, что задача суда при разделе имущества состоит в максимально возможном варианте распределить между супругами само имущество, минимизируя возможность и размер выплаты одним супругом другому денежной компенсации.

Исходя из этого, суд верно отметил, что с учетом установления, кто из сторон какими транспортными средствами пользовался в период брака, ответчику по решению передается два автомобиля, один из которых в силу премиальности имеет значительную стоимость.

Соответственно, другой стороне также может быть передано два автомобиля, что частично нивелировало бы разницу в стоимости передаваемых транспортных средств.

Кроме того, хотя раздел имущества и производится между супругами, и на равенство их долей не влияет наличие у них общих детей, однако при определении, какое имущество – в частности, транспортные средства – подлежит передаче каждому из них, суд может принять во внимание наличие у сторон взрослой дочери которую истец хотела бы обеспечить одним автомобилем за счет своей доли.

Тем самым наличие дочери в данном случае влияет не на размер доли истца в разделяемом имуществе, а на то, что именно из имущества будет ФИО3 передано.

В этой связи приоритетом для суда будут интересы сторон, как владельцев имущества, а не хозяйственные нужды общества ООО “Техно Холод».

Не могут повлечь отмену решения доводы жалобы относительно передачи ФИО3 нежилого помещения по адресу: <адрес>.

По делу видно, что нежилое помещение было приобретено супругами на основании договора №2022.12565 от 15 августа 2022 года купли – продажи муниципального имущества.

27 октября 2022 года с ФИО1 было заключено соглашения об аренде земельного участка для эксплуатации названного нежилого помещения.

Исходя из вышеприведенных целей раздела имущества, суд первой инстанции обоснованно принял во внимание позицию истца о том, что указанное помещение будет являться источником постоянного дохода для ФИО3 с учетом того, что ФИО1 переданы доли в уставных капиталах трех ООО, то есть он источниками дохода уже обеспечен, в то время как с расторжением брака истец такой источник утратила, поскольку в период брака она являлась директором ООО, а после его расторжения по решению ответчика она с должности директора была уволена.

При этом ссылка в жалобе на то, что истец не претендовала на это имущество, поэтому ответчик не имел возможности представить доказательств своих значительных финансовых вложений в него, что повлияет на его стоимость и определение денежной компенсации доли в нем, не может быть принята во внимание.

Уточняя 29 марта 2024 года исковые требования, представитель истца, в частности, просила произвести раздел того же нежилого помещения, признав доли сторон в нем равными по ? (т. 2 л.д. 100-103).

Одновременно в дело были представлены правоустанавливающие документы на помещение и документы по его аренде.

Заявляя встречные исковые требования, сторона ответчика также просила произвести раздел того же помещения (т. 4 л.д. 8-20).

11 февраля 2025 года в уточненных требованиях сторона истца просила нежилое помещение наряду с иным имуществом передать ответчику с выплатой ФИО3 денежной компенсации (т. 6 л.д. 57-63).

Тем самым на протяжении всего судебного разбирательства названное нежилое помещение являлось предметом спора, в связи с чем у ответчика имелось достаточно времени определить свою правовую позицию относительно его раздела включая определение стоимости.

При этом для представления доказательств по стоимости помещения не имеет значение, в каком виде каждая из сторон заявляла требование о разделе этого имущества, так как при наличии иных подлежащих разделу вещей стоимость помещения в любом случае будет влиять на установление денежной компенсации за него и ее размера.

Из системного толкования ст. 327.1 ГПК РФ следует, что суд апелляционной инстанции оценивает решение суда по доводам, которые были заявлены до принятия по делу решения и на основании доказательств, имеющихся в деле.

Дополнительные доказательства принимаются судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, и суд признает эти причины уважительными.

Вопреки требованиям закона, сторона ответчика не заявляла в суде первой инстанции доводов о финансовых вложениях в спорное нежилое помещение, которые бы увеличили его стоимость, и не представляла этому доказательств.

В этой связи судебная коллегия полагает невозможным оценивать эти доводы, поскольку они не были предметом исследования суда первой инстанции, и суд не давал им оценки.

Соответственно, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для принятия по этому вопросу новых (дополнительных) доказательств.

Соглашаясь с решением суда и в части взыскания с ответчика в пользу истца арендных платежей по тому же нежилому помещению, судебная коллегия, вопреки указанию в жалобе, не усматривает противоречия в суждениях и выводах суда по данному требованию.

Судом взысканы арендные платежи за период с 01 января по 12 февраля 2024 года и с 16 марта 2024 года по 02 марта 2025 года, то есть за периоды, когда брачные отношения сторон уже фактически прекратились, а затем последовал развод. При этом доходы от аренды общего имущества сторон получила только ответчик, который и должен компенсировать истцу неполученные суммы.

Несмотря на позицию ответчика, судом первой инстанции достоверно установлено, что нежилое помещение в рассмотренные периоды сдавалось в аренду.

Это следует из текста договора аренды с ФИО5, хотя и не подписанного, но наличие арендных отношений подтвердила сама ФИО5; из переписки сторон по делу в WhatsApp, где ФИО1 11 июля 2023 года о получении половины арендной платы за июль в сумме 45 000 руб., 06 декабря 2023 года за декабрь 92 000 руб. + оплату элекроэнергии - 4 940 руб. и газа - 2 736 руб., а итого 99 676,12 руб.

29 мая 2023 года в сети «ВКонтакте» от пользователя ДоброРум была размещена информация об открытии по новому адресу <адрес>, мастерской, кофейни, магазина, а 12 февраля 2024 года – о закрытии филиала по названному адресу.

Согласно предоставленных сведений торговая марка ДОБРОРУМ с идентификационным номером 997471 зарегистрирована 02 февраля 2024 года, заявка на регистрацию была подана 11 апреля 2023 года правообладателем ФИО5

16 марта 2024 года в сети «ВКонтакте» ФИО6 размещена информация о том, что он 17 марта приглашает на открытие его кондитерской студии ТортТилье, <адрес> (бывшая фабрика кухня), и в комментариях некая ФИО16 пишет: «Как быстро все меняется…В январе были там на мастер – классе в Доброруме…Прошло 2 месяца и уже кондитерская».

03 марта 2025 года между ФИО1 (арендодателем) и ИП ФИО6 (арендатором) заключен договор аренды в отношении нежилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>, помещение №, комнаты № на срок с 03 марта 2025 года до 03 февраля 2026 года. Также предоставлен акт приема – передачи нежилого помещения от 03 марта 2025 года.

Согласно договора арендная плата за пользование помещением составляет 45 000 руб. в месяц и включает в себя стоимость всех расходов по эксплуатации помещения (коммунальные платежи, тепло-, электро- и водоснабжение, вывоз мусора).

Стороны пришли к соглашению, что на срок действия настоящего договора аренды арендатор обязуется по согласованию с арендодателем произвести ремонтные работы в арендуемом помещении, капитальный ремонт системы отопления, в связи с чем на срок действия настоящего договора арендатору предоставляются арендные каникулы на весь срок действия настоящего договора, при условии выполнения арендатором ремонтных работ стоимостью не менее 1 000 000 руб. Арендная плата будет начисляться ежемесячно, без фактической выплаты арендодателю, при этом в конце срока действия настоящего договора, стороны обязуются произвести взаимозачет взаимных денежных требований, в части стоимости произведенных арендатором работ по ремонту помещения и стоимости арендной платы по настоящему договору.

ИП ФИО15 проводилась по делу судебная экспертиза в период с 02 сентября 2024 года по 31 января 2025 года, и в своем заключении ФИО15 указал, что на момент проведения экспертизы помещение сдается в аренду, к осмотру помещение ФИО1 не представлено, поскольку арендаторы не согласны с проведением осмотров арендуемого ими имущества. Из фотографии объекта оценки следует, что над входом располагается вывеска «Кофейня»

Аналогичная вывеска расположена на фото объекта оценки в отчете ООО «Региональный центр оценки» № 14805 от 27 марта 2024 года, представленного представителем ответчика.

При осмотре нежилого помещения экспертом ООО «Эксперт – Оценка – Кострома» ФИО17 отмечено, что доступ в исследуемое помещение эксперту предоставлен не был, а отказ аргументирован проведением ремонтных работ. При этом эксперт сделал несколько фотографий помещения через оконные проемы, согласно которым признаки проведения ремонтных работ отсутствуют, а исследуемое помещение характеризуется стандартной отделкой, не требующей ремонтных работ. 11 июля 2025 года экспертом был произведен дополнительный выезд в адрес объекта исследования, доступ в помещение был обеспечен, и при осмотре установлено, что объект исследования характеризуется типовым для данного сегмента недвижимости ремонтом (стандартной внутренней отделкой), не требующим ремонтных работ, и используется для размещения кондитерской студии (заключение эксперта №12353/25 от 07 августа 2025 года).

Таким образом, совокупность имеющихся в деле доказательств подтверждает фактическую сдачу в аренду спорного помещения, что влечет взыскание в пользу истца компенсации арендных платежей.

Тот факт, что судом не производилась отдельная, самостоятельная оценка стоимости аренды помещения в рассматриваемые периоды, на правильность выводов суда не влияет.

Так, судом обоснованно приняты во внимание перечисленная информация о стоимости аренды помещения во время договорных отношений с ФИО5, об условиях аренды с ФИО6; данные о размере аренды согласно отчету № 14805 от 27 марта 2024 года об оценке рыночной стоимости нежилого помещения ООО «Региональный центр оценки» (1 080 руб./ кв.м/мес.), а также согласно экспертному заключению № 12535/25 от 07 августа 2025 года эксперта ООО «Эксперт – Оценка – Кострома» ФИО17 (870 руб./кв.м/мес.).

Поскольку приведенные доказательства соотносятся друг с другом, суд правомерно удовлетворил указанное исковое требование.

При этом, установив факт аренды помещения, суд первой инстанции не мог отказать в иске в этой части только по мотиву непредоставления сторонами экспертного заключения по размеру арендной платы, то есть он должен был установить этот размер с помощью иных доказательств, что и сделал.

Ответчик, возражая против этого, своих доказательств стоимости аренды помещения не представил, то есть выводы суда в названной части не опровергнуты (ч. 1 ст. 56 ГПК РФ).

То обстоятельство, что в деле отсутствуют сведения о фактическом получении ответчиком денежных средств в оплату аренды помещения, на что имеется ссылка в жалобе, о незаконности решения не свидетельствует.

Из приведенных доказательств видно, что ФИО1 в 2023 году не отрицал получение арендных платежей, а в последующий период имеется подтверждение факта аренды помещения, что в условиях коммерческой недвижимости предполагает получение дохода.

Отказывая в удовлетворении встречного искового заявления о взыскании с истца в пользу ответчика доходов, полученных ею от предпринимательской и трудовой деятельности, суд первой инстанции, вопреки доводам жалобы, правомерно установил, что спор заявлен о доходах полученных ФИО3 в период брака, то есть до декабря 2023 года.

В силу ст. 35 СК РФ владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов (п. 1).

При совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга (п. 2).

Тем самым судом верно установлено, что полученные по документам доходы истца были направлены на общие семейные нужды, вследствие чего они разделу не подлежат.

Приходя к такому выводу, суд подробно проанализировал финансовые взаимоотношения сторон и пришел к верному выводу о том, что фактически денежными средствами в семье, включая доходы истца, распоряжался ответчик.

На это указывает и движение денежных средств по счетам сторон в банках, согласно которому истцом ответчику на карту перечисляются значительные суммы, а ФИО3 либо просит ФИО1 ей перечислить 20 тыс. руб., либо ФИО1 перечисляет ей 30-35 тыс. руб.

При таких обстоятельствах у суда отсутствовали основания полагать, что ФИО3 на момент прекращения брачных отношений располагала какими-либо доходами, полученными в период брака подлежащими разделу.

Таким образом, апелляционная жалоба не содержит указания на основания, предусмотренные статьей 330 ГПК РФ для отмены решения, поэтому в ее удовлетворении надлежит отказать.

Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

Решение Буйского районного суда Костромской области от 16 декабря 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ФИО1 по доверенности ФИО2 - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в течение трех месяцев со дня изготовления в окончательной форме во Второй кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции.

Председательствующий:

Судьи:

В окончательной форме изготовлено 04 мая 2026 года.