Решение № 2-2044/2024 от 22 сентября 2024 г. по делу № 2-2044/2024

УИД 74RS0028-01-2024-003257-23

Дело № 2-2044/2024


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 сентября 2024 года г. Копейск

Копейский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Зозули Н.Е.,

при секретаре Юрковой Ю.В.,

с участием старшего помощника прокурора г. Копейска Михайловской Т.М., представителя третьего лица ООО «Технобазис» - ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием средств аудиофиксации гражданское дело по иску ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью Торговый Дом «ЭлектроСетьИзоляция» о взыскании задолженности,

по заявлению третьего лица с самостоятельными требованиями относительно предмета спора Прокуратуры Челябинской области к ФИО2 об отказе в удовлетворении исковых требований, о взыскании денежных средств в доход федерального бюджета,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Технобазис» (далее - ООО «Технобазис») обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью Торговый Дом «ЭлектроСетьИзоляция» (далее - ООО ТД «ЭСИ») о взыскании задолженности в размере 31 550 620 рублей. Решением Арбитражного суда Челябинской области от 11.11.2019 года исковые требования удовлетворены; ООО ТД «ЭСИ» в пользу ООО «Технобазис» взыскан основной долг в сумме 31 550 620 рублей, а также в доход федерального бюджета госпошлина в сумме 180 753 рублей. Решение Арбитражного суда Челябинской области от 11.11.2019 года вступило в законную силу 12.12.2019 года. Определением суда от 11.06.2021 года произведена замена ООО «Технобазис» на ФИО2 на основании договора цессии (уступки права требования) от 15.03.2021 года № б/н. 22.02.2022 года Прокуратура Челябинской области в интересах Российской Федерации обратилась в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением о пересмотре дела по вновь открывшимся обстоятельствам. Решением Арбитражного суда Челябинской области от 25.07.2022 года заявление Прокуратуры Челябинской области о пересмотре решения Арбитражного суда Челябинской области от 11.11.2019 по делу № А76-27561/2019 по вновь открывшимся обстоятельствам удовлетворено, решение Арбитражного суда Челябинской области от 11.11.2019 по делу № А76-27561/2019 отменено. От ООО «Технобазис» поступило заявление о замене взыскателя ФИО2 на ООО «Технобазис» в связи с расторжением договора цессии (уступки права требования) от 15.03.2021 года. Определением суда от 25.07.2021 года отказано в удовлетворении данного заявления. В ходе судебного заседания ООО «Технобазис» было привлечено к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Прокуратурой Челябинской области было заявлено о вступлении в дело в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, к ООО «Технобазис», его правопреемнику ФИО2 об отказе в удовлетворении исковых требований к ООО ТД «ЭСИ» о взыскании задолженности в размере 31 550 620 рублей; о признании недействительным (ничтожным) договора поставки, заключенного 01.10.2018 года между ООО «Технобазис» и ООО ТД «ЭСИ»; о признании недействительным (ничтожным) договора уступки права требования (цессии) от 15.03.2021 года и соглашения о расторжении указанного договора от 03.09.2021 года, заключенных между ООО «Технобазис» и ФИО2; о применении последствий недействительности (ничтожности) договора поставки от 01.10.2018 года, договора уступки права требования (цессии) от 15.03.2021 года, соглашения о расторжении договора от 03.09.2021 года, взыскании с ФИО2 в доход федерального бюджета денежных средств в сумме 31 451 398 рублей 19 копеек. Прокуратура Челябинской области как третье лицо, заявляющее самостоятельные требования на предмет спора, вступает в процесс с целью защиты публичных интересов, нарушенных либо оспоренных прав и законных интересов. Определением Арбитражного суда Челябинской области заявление Прокуратурой Челябинской области о вступлении в дело в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, удовлетворено в отношении требований об отказе в удовлетворении исковых требований правопреемника ООО «Технобазис» ФИО2 к ООО ТД «ЭСИ» о взыскании задолженности в размере 31 550 620 рублей; о взыскании с ФИО2 в доход федерального бюджета денежных средств в сумме 31 451 398 рублей 19 копеек. В отношении остальных требований Прокуратуре Челябинской области о вступлении в дело в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, отказано.

Определением Арбитражного суда Челябинской области дело № А76-27561/2019 передано в Челябинский областной суд для направления его в суд общей юрисдикции, к подсудности которого оно отнесено законом (т.8 л.д.91-92).

Определением судьи Челябинского областного суда гражданское дело передано для рассмотрения в Копейский городской суд Челябинской области (т.8 л.д.95-96).

Определением Копейского городского суда Челябинской области от 10.06.2024 года из числа третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, исключено Межрегиональное управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по Уральскому округу (т.8 л.д.104).

Протокольным определением суда к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО3 - ликвидатор ООО «Технобазис» (т.8 л.д.144).

Истец ФИО2 в судебное заседание не явилась. По сведениям, имеющимся в учетах МВД России, ФИО2 зарегистрирована по месту жительства по адресу: АДРЕС (т.8 л.д.117). В материалах дела имеются конверты, направленные ФИО2 по месту жительства, возвращенные с отметкой «Истек срок хранения» (т.8 л.д.120,140,163).

Ответчик ООО ТД «ЭСИ» о дате, месте и времени рассмотрения дела извещалось почтовыми отправлениями, которые возвращены за истечением срока хранения (т.8 л.д.121,141,143,164,165).

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, УФНС России по Челябинской области извещено надлежащим образом, его представитель в судебное заседание не явился (т.8 л.д.162).

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3 - ликвидатор ООО «Технобазис», извещен надлежащим образом, в судебное заседание не явился (т.8 л.д.161).

Представитель третьего лица с самостоятельными требованиями относительно предмета спора Прокуратуры Челябинской области - старший помощник прокурора г. Копейска Михайловская Т.С. в судебное заседании настаивала на удовлетворении заявленных требований по доводам, изложенным в заявлении (т.5 л.д.87-93).

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО «Технобазис» - ФИО1 в судебное заседании просил об отказе в удовлетворении требований, заявленных Прокуратурой Челябинской области, поддержав доводы, изложенные в отзыве (т.8 л.д.145-146).

В соответствии с ч.1 ст.113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) лица, участвующие в деле, извещаются или вызываются в суд заказным письмом с уведомлением о вручении, судебной повесткой с уведомлением о вручении, телефонограммой или телеграммой, по факсимильной связи либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование судебного извещения или вызова и его вручение адресату.

Как следует из п.1 ст.165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю. Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

Таким образом, в силу указанной нормы адресат несет риск неблагоприятных последствий неполучения почтовой корреспонденции по месту жительства.

На основании изложенного суд полагает стороны надлежащим образом.

Руководствуясь положениями ст.167 ГПК РФ, суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участвующих в деле лиц.

Заслушав участников процесса, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Судом установлено и следует из материалов дела, что 01.10.2018 между ООО «Технобазис» (поставщик) и ООО ТД «ЭСИ» (покупатель) заключен договор поставки б/№ (т.1 л.д.5-8).

Согласно п.2.1 указанного договора поставщик обязуется поставить покупателю запчасти (товар), а покупатель обязуется оплатить и принять товар на условиях настоящего договора.

Вид, ассортимент, количество, цена товара согласовываются сторонами и отражаются в счет-фактуре, а также в товарной накладной (п.2.3 договора).

Пунктом 6.3 договора предусмотрено, что общая цена договора определяется совокупной ценой, указанной в счетах-фактурах, за каждую партию товара, поставленную поставщиком покупателю, в течение срока действия настоящего договора.

Право собственности на товар переходит от поставщика к покупателю с момента его поставки. Моментом поставки признается передача товара. Передача товара оформляется подписанием товарной накладной, уполномоченным лицом покупателя и проставлением печати покупателя (п.7.1 договора).

Поставщиком в соответствии с условиями договора поставки на основании универсальных передаточных документов поставлен товар на сумму 31 550 620 рублей (т.1 л.д.9-23).

Товар получен покупателем в полном объеме, о чем в универсальных передаточных документах имеются соответствующие отметки.

Поставленная продукция в срок, установленный договором, оплачена не была, в результате чего за ООО ТД «ЭСИ» образовалась задолженность в сумме 31 550 620 рублей.

ООО «Технобазис» (поставщиком) в адрес ООО ТД «ЭСИ» (покупателя) была направлена претензия от 20.03.2019 года исх.20/м с требованием оплаты задолженности (т.1 л.д.27). Указанная претензия оставлена ответчиком без ответа.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 11.11.2019 года исковые требования удовлетворены; с ООО ТД «ЭСИ» в пользу ООО «Технобазис» взыскан основной долг в сумме 31 550 620 рублей, а также в доход федерального бюджета госпошлина в сумме 180 753 рублей (т.1 л.д.49-50). Решение вступило в законную силу 12.12.2019 года.

Во исполнение решения Арбитражного суда Челябинской области от 11.11.2019 года ООО «Технобазис» был выдан исполнительный лист НОМЕР (т.1 л.д.57-61).

15.03.2021 года между ООО «Технобазис» (цедент) и ФИО2 (цессионарий) был заключен договор уступки права требования (цессии), в соответствии с которым цедент уступает, а цессионарий принимает в полном объеме право требования к ООО ТД «ЭСИ». Общая сумма уступаемого права требования 31 550 620 рублей (т.1 л.д.64-65).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 11.06.2021 года произведена замена ООО «Технобазис» на ФИО2 (т.1 л.д.91-92).

22.02.2022 года Прокуратура Челябинской области в интересах Российской Федерации обратилась в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением о пересмотре дела по вновь открывшимся обстоятельствам (т.3 л.д.4-8).

Обращаясь с заявлением о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам, прокуратура в качестве существенных для дела обстоятельств указала на выявленную Росфинмониторингом схему по организации «теневой площадки» по «обналичиванию» денежных средств с использованием процедуры банкротства, активное участие в которой принимало ООО «Технобазис», отраженную в справке по результатам анализа операций (сделок) проверяемых лиц на предмет связи с легализацией (отмыванием) доходов, полученных преступным путем. Кроме того, Росфинмониторинг сообщил, что различными кредитными организациями установлены множественные признаки сомнительности операций ООО «Технобазис» в период с октября 2012 года по январь 2020 года, что подтверждается справкой, а также отзывом (т.3 л.д.79-82).

Из материалов дела следует, а также поведением сторон договора поставки с очевидностью подтверждается, что, заключая договор поставки, стороны не намеревались его исполнить, доказательства фактического перемещения товара от истца ответчику в материалах дела отсутствуют, оригиналы первичных документов бухгалтерского учета в материалы дела не представлены, из совокупности доказательств по делу следует, что перечисление денежных средств по договору имело цель «обналичивания» денежных средств через использование процедуры банкротства общества «Технобазис».

При этом ни ООО «Технобазис», ни ООО ТД «ЭСИ» несмотря на весьма длительный срок судебного разбирательства по настоящему делу не представили в материалы дела доказательств реальности исполнения поставщиком договора поставки.

МРУ Росфинмониторинга по УФО выявлена схема по организации «теневой площадки» по «обналичиванию» денежных средств с использованием процедуры банкротства, активное участие в которой принимало общество «Технобазис», отраженная в справке по результатам анализа операций (сделок), проверяемых лиц на предмет связи с легализацией (отмыванием) доходов, полученных преступным путем.

В справке МРУ Росфинмониторинга по УФО указано, что применение описанной им схемы позволяет совершать операции по взысканию денежных средств на основании множества исполнительных документов централизованно в пользу одного лица, после чего распределять взысканные денежные средства между физическими лицами, с минимальным риском применения банками противолегализационных мер, поскольку в обоих случаях перечисления денежных средств фактически санкционированы вступившими в законную силу судебными актами (т.3 л.д.42-55).

Как следует из отзыва УФНС России по Челябинской области, при составлении товарно-денежного оборота установлено, что стоимость реализованных товаров (работ, услуг) ООО «Технобазис» в адрес ООО ТД «ЭСИ» отражена в размере 31 550 619 рублей (с НДС). При этом по расчетному счету ООО «Технобазис» отсутствует поступление денежных средств в ООО ТД «ЭСИ». Согласно выпискам ООО ТД «ЭСИ» за 2018-2022 годы не установлено перечисление денежных средств в ООО «Технобазис», что указывает на несоответствие товарно-денежного оборота. Отсутствие факта оплаты является одним из признаков, свидетельствующим о нереальности отраженной сделки в налоговой отчетности, и создании формального документооборота (т.3 л.д.84-86).

В период судебного разбирательства по настоящему делу ООО «Технобазис» инициировало процедуру своей ликвидации.

Вышеизложенное подтверждает реализацию недобросовестными лицами схемы по «обналичиванию» денежных средств с использованием процедуры банкротства ООО «Технобазис», свидетельствует о наличии признаков фиктивности правоотношений, являвшихся основанием исковых требований по другим арбитражным делам.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 25.07.2022 года заявление Прокуратуры Челябинской области о пересмотре решения Арбитражного суда Челябинской области от 11.11.2019 года по делу № А76-27561/2019 по вновь открывшимся обстоятельствам удовлетворено, решение Арбитражного суда Челябинской области от 11.11.2019 года по делу № А76-27561/2019 отменено (т.3 л.д.148-150).

Согласно сведениям, имеющимся в Росфинмониторинге, различными кредитными организациями установлены множественные признаки сомнительности операций ООО «Технобазис» в период с октября 2012 года по январь 2020 года. Всего меры противолегализационного контроля применялись к ООО «Технобазис» 15 раз.

В отношении ООО ТД «ЭСИ» различными кредитными организациями установлены признаки сомнительности операций ООО ТД «ЭСИ»» в период с 2017 года по 2021 год. Всего меры противолегализационного контроля применялись к ООО ТД «ЭСИ» 4 раза. Общее количество представленных кредитными организациями в Росфинмониторинг операций ООО ТД «ЭСИ», характеризуемых банками как сомнительные, в период с 2016 года по 2020 год превышает 390.

ООО «Технобазис» зарегистрировано в качестве юридического лица 11.03.2010 года с уставным капиталом 10 000 рублей, не имеющим в собственности основных средств, недвижимости, транспортных средств. Основным видом деятельности является - торговля оптовая эксплуатационными материалами и принадлежностями машин. Среднесписочная численность общества - 0 человек.

По результатам анализа имеющихся сведений о мнимости (фиктивности) сделок между ООО «Технобазис» и другими контрагентами свидетельствуют следующие факты: участники сделки обладают признаками и характеристиками, позволяющими отнести их к «транзитным» организациям, не осуществляющим реальную финансово-хозяйственную деятельность, представляющих налоговую отчетность с минимальными суммами налога к уплате или нулевую отчетность. Расходы организаций максимально приближены к доходам, отмечается низкий уровень налоговой нагрузки и рентабельности; при анализе участников сделок с ООО «Технобазис» установлены налогоплательщики с множественными признаками недобросовестности (наличие в ЕГРЮЛ сведений о юридических лицах, в отношении которых налоговым органом внесена запись о недостоверности сведений, предоставленных этими юридическими лицами государственному регистрирующему органу), которые на настоящий момент исключены из ЕГРЮЛ, ликвидированы, или находятся в стадии ликвидации; за 2018-2019 годы установлено не сопоставление товарного и денежного потоков.

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что заключенный между сторонами договор поставки № б/н от 01.10.2018 года в действительности являлся мнимой сделкой, не предполагавшей поставку товара как таковую. Следовательно, правовые основания для удовлетворения заявленных исковых требований ООО «Технобазис» (его правопреемнику ФИО2) к ООО ТД «ЭСИ» отсутствуют.

Согласно п.1 ст.170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из смысла п.1 ст.170 ГК РФ, мнимость сделки обусловлена тем, что на момент ее совершения стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий. Совершая такую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в абзаце 2 п.86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

Из разъяснений, содержащихся в п.8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», к К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

Согласно п.9 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08.07.2020 года, обход участниками гражданского оборота положений законодательства в противоправных целях, связанных с совершением незаконных финансовых операций, может являться основанием для вывода о недействительности сделки и отказа в удовлетворении требований, предъявленных в суд в этих целях.

Таким образом, реальность обязательств по сделке не исключает право суда отказать в удовлетворении требований, основанных на сделке, если целью ее совершения являлся обход запретов и ограничений, установленных законодательством о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма; законодательством о банках и банковской деятельности; валютным законодательством.

В соответствии с положениями ст.10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В пункте 7 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08.07.2020 года, разъяснено, что на основании статьи 170 Гражданского кодекса сделки участников оборота, совершенные в связи с намерением создать внешне легальные основания осуществления передачи денежных средств или иного имущества, в том числе для легализации доходов, полученных незаконным путем, в зависимости от обстоятельств дела могут быть квалифицированы как мнимые (совершенные лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия) или притворные (совершенные с целью прикрыть другие сделки, в том числе сделки на иных условиях) ничтожные сделки.

Мнимость или притворность сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их главным действительным намерением. При этом сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но при этом стремятся создать не реальные правовые последствия, а их видимость. Поэтому факт такого расхождения волеизъявления с действительной волей сторон устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений.

При наличии сомнений в реальности существования обязательства по сделке в ситуации, когда стороны спора заинтересованы в сокрытии действительной цели сделки, суд не лишен права исследовать вопрос о несовпадении воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий, в том числе, оценивая согласованность представленных доказательств, их соответствие сложившейся практике хозяйственных взаимоотношений, наличие или отсутствие убедительных пояснений разумности действий и решений сторон сделки и т.п.

В соответствии с п.1 ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу п.п.1, 2 и 4 ст.167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

Согласно ст.169 РФ сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

В пункте 6 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08.07.2020 года, разъяснено, что на основании п.2 ст.168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», применительно к статьям 166 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной, как посягающая на публичные интересы.

Исходя из этого сделки, направленные на придание правомерного вида операциям с денежными средствами и имуществом, полученным незаконным путем, в том числе мнимые и притворные сделки, а также сделки, совершенные в обход положений законодательства о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, могут быть признаны посягающими на публичные интересы и ничтожными, что исключает возможность удовлетворения судом основанных на таких сделках имущественных требований, не связанных с их недействительностью.

При оценке того, имеются ли признаки направленности действий участвующих в деле лиц на придание правомерного вида владению, пользованию и распоряжению денежными средствами или иным имуществом, приобретенными незаконным путем, судам необходимо исходить из того, что по смыслу п.2 ст.7 Федерального закона от 07.08.2001 года № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» такие признаки могут усматриваться, в частности, в запутанном или необычном характере сделок, не имеющих очевидного экономического смысла или очевидной законной цели, а также учитывать разъяснения, данные в п.10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 07.07.2015 года № 32 «О судебной практике по делам о легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, и о приобретении или сбыте имущества, заведомо добытого преступным путем».

Суд, исследовав представленные в материалы дела доказательства в совокупности, считает, что истцом не доказана реальность спорной сделки, а спорный контракт имеет признаки мнимой сделки, не предусматривающей осуществление поставки товара в адрес покупателя. Цель контракта - уклонение от процедур контроля, установленного Федерального закона от 07.08.2001 года № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма».

Также суд учитывает отсутствие доказательств, подтверждающих проверку правоспособности ответчика, отсутствие доказательств, наличие сомнений в реальном получении ответчиком претензии в связи с отсутствием какой-либо информации об организации ответчика и ее работниках (представителей), наличие доказательств, подтверждающих направленность действий истца на совершение сделок, обладающих признаками подозрительности с учетом количества однотипных заключенных истцом сделок с иностранными юридическими лицами, по которым им поданы иски о взыскании денежных средств, перечисленных за пределы Российской Федерации. Таким образом, доказательств реальности действий сторон по намерению поставки товара по спорному контракту суду не представлено.

Кроме того, сторонами в материалы дела не представлены документы, подтверждающие фактическую возможность исполнения спорного договора поставки, в частности наличие работников, находящихся в штате организации или привлеченных на основании договора.

При изложенных обстоятельствах, проанализировав представленные в материалы дела документы, доводы и возражения участвующих в деле лиц, учитывая непоследовательность действий истца, в том числе отсутствие безусловных доказательств волеизъявления сторон на создание правового результата, характерного для сделки поставки, суд приходит к выводу о том, что договор спорный контракт является мнимой сделкой, поскольку предусмотренные данным договором хозяйственные операции между указанными лицами в действительности не осуществлялись.

С учетом изложенного суд полагает, что договор поставки № б/н от 01.10.2018 года, заключенный между ООО «Технобазис» и ООО ТД «ЭСИ», является недействительной (ничтожной) сделкой.

Как неоднократно указывалось Верховным Судом Российской Федерации, суд по общему правилу обязан разрешить вопрос о возврате всего полученного по недействительной сделке одновременно с признанием сделки недействительной.

Из материалов дела следует, что ООО ТД «ЭСИ» в пользу ФИО2 была взыскана задолженность в сумме 31 541 398 рублей 19 копеек на основании решения Арбитражного суда Челябинской области от 11.11.2019 года, которое было отменено 25.07.2022 года по заявлению Прокуратуры Челябинской области.

С учетом изложенного с ФИО2 подлежат взысканию в доход Российской Федерации денежные средства в размере 31 541 398 рублей 19 копеек.

По общему правилу, предусмотренному ч.1 ст.98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 указанного кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в этой статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Учитывая цену иска, уплате подлежит государственная пошлина в размере 158 652 рублей.

При обращении в суд истцом государственная пошлина ООО «Технобазис» уплачена не была в связи с предоставлением отсрочки на указанную сумму государственной пошлины.

В соответствии с положениями ч.1 ст.103 ГПК РФ и подпунктов 1,3 п.1 ст.319.33 Налогового кодекса Российской Федерации, с ФИО2 подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина в размере 158 652 рублей.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд -

РЕШИЛ:

Отказать ФИО2 в удовлетворении исковых требований к обществу с ограниченной ответственностью Торговый Дом «ЭлектроСетьИзоляция» о взыскании задолженности по договору поставки от 01.10.2018 года.

Взыскать с ФИО2 (ДАТА года рождения, ИНН НОМЕР) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 158 652 рублей.

Заявление Прокуратуры Челябинской области удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 (ДАТА года рождения, ИНН НОМЕР) в доход Российской Федерации денежные средства в размере 31 541 398 рублей 19 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Челябинский областной суд через Копейский городской суд Челябинской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий: Зозуля Н.Е.

Мотивированное решение изготовлено 07 октября 2024 года.