Решение № 2-621/2021 2-621/2021~М-30/2021 М-30/2021 от 28 июля 2021 г. по делу № 2-621/2021

УИД № 38RS0003-01-2021-000044-05


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

29 июля 2021 года г. Братск

Братский городской суд Иркутской области в составе:

председательствующего судьи Шаламовой Л.М.,

при секретаре Короткевич Т.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-621/2021 по исковому заявлению ФИО1 к Акционерному обществу «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» о признании договора об обязательном пенсионном страховании недействительным, признании незаконным действий по обработке персональных данных, возложении обязанности по уничтожению персональных данных, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ответчику Акционерному обществу «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» (далее по тексту – АО «НПФ «Будущее»), в котором просил, признать договор об обязательном пенсионном страховании, заключенный между ФИО1 и АО «НПФ «Будущее» недействительным и применить последствия недействительности договора, возложить обязанность в течение 30 дней с момента вступления решения в законную силу передать предыдущему страховщику по обязательному пенсионному страхованию в лице Пенсионного фонда РФ средства пенсионных накоплений, учтенных на накопительной части пенсии в размере 114 625,70 рублей, проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений в соответствии со ст. 395 ГК РФ на сумму 114 625,70 рублей, за период с 04.03.2018 до момента фактической передачи средств пенсионных накоплений, и средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений застрахованного лица; признать незаконными действия по обработке персональных данных; возложить обязанность по уничтожению персональных данных; взыскать компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей.

В обоснование исковых требований ФИО1 указал, что 12.11.2020 из сведений о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица, размещенных на портале Госуслуги, ему стало известно, что его средства пенсионных накоплений были переведены из Пенсионного фонда Российской Федерации в негосударственный пенсионный фонд «Будущее». В пункте 4 сведений указано, что страховщиком с 04.03.2018 является АО НПФ Будущее. О заключенном договоре ему сообщил представитель Управления ПФР в г. Братске и Братском районе на личном приеме 17.11.2020 Сумма средств пенсионных накоплений до их передачи в АО «НПФ «Будущее» составляла 114 625,70 руб. с учетом результата их инвестирования. ПФР при передаче средств пенсионных накоплений в АО «НПФ «Будущее» произведено удержание результата инвестирования средств пенсионных накоплений в сумме 24 394,32 руб.

Основанием для обращения в суд является факт того, что истец никакие заявления о переходе в негосударственные пенсионные фонды не подавал, договоров о пенсионном страховании с негосударственными пенсионными фондами никогда не заключал, подписи на вышеуказанных документах не ставил. Кроме того, истец никому свои персональные данные для заключения договора или составления от его имени заявления, не сообщал, доверенностей для совершения вышеуказанных действий, не выдавал.

Определением суда от 05.02.2021 к участию в деле в качестве третьего лица привлечено Государственное учреждение – Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Иркутской области.

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, будучи надлежащим образом извещен о времени и месте судебного заседания, просил рассматривать дело в его отсутствие.

Представитель ответчика АО «НПФ «Будущее» в судебное заседание не явился, будучи извещен надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, о причинах неявки суду не сообщил. Представил суду письменные возражения относительно исковых требований, в которых указал, что с предъявленными исковыми требованиями не согласен, полагает, что исковые требования удовлетворению не подлежат. Заключение договора об обязательном пенсионном страховании – это совокупность нескольких действий, неразрывно связанных между собой – заключение сторонами договора об обязательном пенсионном страховании и подача застрахованным лицом в ПФР заявления о переходе. В данный момент договор обязательного пенсионного страхования является действующим, информация о нем внесена ПФР в единый реестр застрахованных лиц, средства пенсионных накоплений истца переданы в управление Фонду. Фондом получено уведомление ПФР о внесении изменений в единый реестр застрахованных лиц в отношении истца.

Основания, по которым сделка может быть признана недействительной, перечислены в том числе в ст.ст.168-179 ГК РФ. В исковом заявлении не обосновано ни одно из предусмотренных действующим законодательством оснований, по которым договор ОПС между истцом и АО «НПФ «Будущее» может быть признан недействительным, доказательства принадлежности подписи в договоре ОПС и в заявлении о переходе в Фонд другому лицу не представлены. Правовые основания для признания Договора ОПС между истцом и АО «НПФ «Будущее» недействительным, отсутствуют.

После поступления в АО «НПФ «Будущее» договора ОПС, заключенного с истцом, была проведена соответствующая проверка качества оформления и заключения указанного договора, в результате которой каких-либо нарушений выявлено не было.

Фонд, осуществляющий деятельность по обязательному пенсионному страхованию, не вправе отказать застрахованному лицу в заключении договора ОПС. Таким образом, поскольку Фонд действовал добросовестно и в полном соответствии с действующим законодательством, принял на обслуживание истца на основании заключенного с ним Договора ОПС, основания для признания указанного договора недействительным, отсутствуют.

В действиях Фонда признаки нарушения норм действующего законодательства и прав истца не установлены, факт причинения истцу нравственных или физических страданий не подтвержден никакими документами, а также истцом не указано в чем выражались нравственные или физические страдания, правовые основания для взыскания с Фонда компенсации морального вреда отсутствуют.

В судебном заседании представитель третьего лица Государственного учреждения - Пенсионный Фонд Российской Федерации по Иркутской области не явился, судом извещен надлежащим образом, представил суду отзыв на исковое заявление, в котором указал, что средства пенсионных накоплений истца переданы 27.03.2018 в размере 119 256,72 руб. в АО «НПФ «Будущее» на основании заявления о переходе из ПФР в НПФ от 20.11.2017 № 087-333-0641479, поступившим в ОПФР по г.Москве и Московской области, и договором об обязательном пенсионном страховании от 29.12.2017 № 049-029-536 67, поступившим в ОПФР по Республике Татарстан. В случае признания договора об обязательном пенсионном страховании недействительным полагают, что требование истца передать предыдущему страховщику средства пенсионных накоплений истца, проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений, и средства направленные на формирование собственных средств Фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений соответствующего застрахованного лица подлежат удовлетворению. В связи с досрочным переходом истца из ПФР в НПФ «Будущее» инвестиционный доход за 2016-2017 гг. в размере 24 394,32 руб. зачислен ПФР в резерв по обязательному пенсионному страхованию. Также правовыми последствиями признания договора об обязательном пенсионном страховании недействительным в части восстановления пенсионных прав застрахованного лица в том виде, в каком они существовали до удовлетворения ПФР заявления истца о досрочном переходе из ПФР в АО «НПФ «Будущее» является обязанность ПФР восстановить на индивидуальном лицевом счете истца удержанный при досрочном переходе инвестиционный доход за 2016-2017 гг.

В судебном заседании представитель третьего лица Государственного учреждения – Отделения Пенсионного фонда РФ по Иркутской области ФИО2, действующая на основании доверенности, поддержала доводы искового заявления, считает требования истца законными и обоснованными.

Выслушав представителя третьего лица, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно ч. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу подп. 1 ч. 1 ст. 161 ГК РФ сделки юридических лиц между собой и с гражданами должны совершаться в простой письменной форме.

В соответствии со ст. 36.11 Федерального закона от 07.05.1998 года № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах» застрахованное лицо не чаще одного раза в год, до обращения за установлением накопительной части трудовой пенсии, может воспользоваться правом перехода из фонда в фонд путем заключения договора об обязательном пенсионном страховании с новым фондом и направлением в Пенсионный фонд РФ заявления о переходе из фонда в фонд.

Согласно ст. 3 Федерального закона №75-ФЗ под договором об обязательном пенсионном страховании понимается соглашение между фондом и застрахованным лицом в пользу застрахованного лица или его правопреемников, в соответствии с которым фонд обязан при наступлении пенсионных оснований осуществлять назначение и выплату застрахованному лицу накопительной части трудовой пенсии или выплаты его правопреемникам.

На основании ст. 36.7 и п. 3 ст. 36.11 ФЗ о НПФ заявление застрахованного лица о переходе из фонда в фонд направляется им в Пенсионный фонд РФ не позднее 31 декабря текущего года. Такое заявление застрахованное лицо вправе подать в территориальный орган Пенсионного фонда РФ лично или направить иным способом.

Договор об обязательном пенсионном страховании должен быть заключен надлежащими сторонами и соответствовать законодательству Российской Федерации (п. 3 ст. 36.4 ФЗ о НПФ).

Пунктом 6.1 ст. 36.4 ФЗ о НПФ предусмотрено, что в случае, если после внесения изменений в единый реестр застрахованных лиц будет установлено, что договор об обязательном пенсионном страховании заключен ненадлежащими сторонами, такой договор подлежит прекращению в соответствии с абз. 7 п. 2 ст. 36.5 ФЗ о НПФ.

Судом установлено, что 20.11.2017 от имени ФИО1 отделением ПФР по г.Москве и Московской области принято и оформлено заявление о досрочном переходе из Пенсионного фонда Российской Федерации в АО «НПФ «Будущее» № 087-333-0641479. На основании указанного заявления 29.12.2017 от имени ФИО1 с АО «НПФ «Будущее» заключен договор об обязательном пенсионном страховании № 049-029-536 67, поступивший в отделение Пенсионного фонда РФ по Республике Татарстан.

Указанные обстоятельства стали известны ФИО1 при получении выписки о состоянии пенсионного счета накопительной части застрахованного лиц в ГУ - Управление Пенсионного фонда РФ в г. Братске и Братском районе Иркутской области в ноябре 2020 года.

Из обоснования иска следует, что ФИО1 с заявлением о переходе с ГУ - УПФ РФ в г. Братске и Братском районе не обращался, договор с АО НПФ «Будущее» не заключал и не подписывал. Кроме того, считает незаконными действия АО НПФ «Будущее» по использованию его персональных данных. Данные действия причинили ему нравственные страдания, поскольку он переживал, что его персональные данные доступны неограниченному кругу лиц.

По информации ГУ - Управление Пенсионного фонда РФ в Братске и Братском районе Иркутской области, сумма средств пенсионных направлений до передачи в АО «НПФ «Будущее» составляла 119 256,72 руб., сумма инвестиционного дохода, потерянного в результате досрочного перехода из ПФР в НПФ составила 24 394,32 руб.

Как следует из копии договора № 049-029-536 67 от 29.12.2017, заключенного от имени ФИО1 с АО НПФ «Будущее», АО НПФ «Будущее» обязуется осуществлять деятельность страховщика по обязательному пенсионному страхованию, включающую аккумулирование и учет средств пенсионных накоплений, организацию их инвестирования, назначение и выплату накопительной части трудовой пенсии, срочной пенсионной выплаты, единовременной выплаты, а также выплаты правопреемникам застрахованного лица.

В договоре указано, что он заключен в Иркутской области, в реквизитах сторон местом нахождения АО НПФ «Будущее» указано: <...>.

По запросу ГУ - ОПФР Иркутской области из ГУ - Отделения ПФР по г. Москве и Московской области получена копия заявления застрахованного лица о досрочном переходе из ПФР в НПФ, осуществляющий деятельность по обязательному пенсионному страхованию, содержащего подпись истца и отметку нотариуса нотариального округа г. Новосибирска ФИО5, свидетельствующую подлинность подписи ФИО1

При этом ФИО1 длительное время зарегистрирована и проживает в <адрес>.

В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с положениями ч. 1 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Вместе с тем, ответчиком не представлено возражений относительно исковых требований истца.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

При оценке документов или иных письменных доказательств суд обязан с учетом других доказательств убедиться в том, что такие документы или иное письменное доказательство исходят от органа, уполномоченного представлять данный вид доказательств, подписаны лицом, имеющим право скреплять документ подписью, содержат все другие неотъемлемые реквизиты данного вида доказательств.

Суд не может считать доказанными обстоятельства, подтверждаемые только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен и не передан суду оригинал документа, и представленные каждой из спорящих сторон копии этого документа не тождественны между собой, и невозможно установить подлинное содержание оригинала документа с помощью других доказательств.

В ходе судебного разбирательства по ходатайству представителя истца, оспаривавшего подлинность подписи в заявлении от имени ФИО1, была назначена почерковедческая экспертиза, проведение которой было поручено экспертам ООО «Братская независимая экспертиза».

Согласно заключению эксперта №7 от 20.05.2021, составленного экспертом ООО «Братская независимая экспертиза» ФИО6, подписи в договоре № 049-029-536 67 от 29.12.2017 об обязательном пенсионном страховании, заключенного между АО НПФ «Будущее» и застрахованным лицом, в копии заявления застрахованного лица о досрочном переходе из ПФ РФ в НПФ «Будущее» от 20.11.2017, выполнены не ФИО1, а другим лицом без подражания его подлинной подписи.

Суд признает данное заключение в качестве допустимого доказательства по делу, поскольку оно соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ, участниками процесса не представлено доказательств, подтверждающих недостоверность выводов проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы, оно содержит подробное описание проведенного исследования и сделанных в результате него выводов, изложенные в заключении выводы, не опровергаются материалами дела и сделаны в пределах поставленных судом вопросов. Кроме того, суд учитывает, что эксперт предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, какой-либо заинтересованности экспертов в результате рассмотрения данного делу суд не установил.

Заключения оценены судом по правилам ч. 3 ст. 86 ГПК РФ в совокупности с иными добытыми по делу доказательствами, имеющимися в материалах дела, согласно ст. 67 ГПК РФ. Доказательств, опровергающих выводы эксперта, сторонами не представлено.

Таким образом, анализируя представленные суду доказательства, суд приходит к выводу о том, что доказательств выражения истцом воли на заключение договора № 049-029-536 67 от 29.12.2017 об обязательном пенсионном страховании между АО НПФ «Будущее» и ФИО1 ответчиком не представлено, в связи с чем, данный договор подлежит признанию недействительным, а также подлежат применению последствия признания договора недействительным – возврат сторон в первоначальное положение (ч.2 ст. 167 ГК РФ).

В силу абз. 7 п. 2 ст. 36.5 Федерального закона №75-ФЗ, договор об обязательном пенсионном страховании прекращается в случае, в частности, признания судом договора об обязательном пенсионном страховании недействительным.

Согласно абз. 7 п. 1 ст. 36.6 Федерального закона №75-ФЗ, средства пенсионных накоплений для финансирования накопительной пенсии подлежат передаче из одного фонда в другой фонд или в Пенсионный фонд Российской Федерации в случае, в частности, прекращения договора об обязательном пенсионном страховании в соответствии с абзацем 7 п.2 ст.36.5 указанного Федерального закона – предыдущему страховщику.

Согласно п. 5.3 ст. 36.6 Федерального закона №75-ФЗ, при наступлении обстоятельства, указанного в абз. 7 п. 1 ст. 36.6, фонд обязан передать предыдущему страховщику по обязательному пенсионному страхованию средства пенсионных накоплений, определенные в порядке, установленном п. 2 ст. 36.6.1 Федерального закона, а также проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений, определяемые в соответствии со ст. 395 ГК РФ, и средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений соответствующего застрахованного лица, в срок не позднее 30 дней со дня получения фондом соответствующего решения суда и в этот же срок известить об этом Пенсионный фонд Российской Федерации, который на основании указанного извещения фонда вносит соответствующие изменения в единый реестр застрахованных лиц и уведомляет об этом застрахованное лицо при личном обращении застрахованного лица в территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации, а также путем направления застрахованному лицу уведомления в форме электронного документа с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, доступ к которым не ограничен определенным кругом лиц, включая единый портал государственных и муниципальных услуг.

Как следует из материалов гражданского дела, а также письменных пояснений представителя третьего лица, средства пенсионных накоплений ФИО1 переданы из ПФР в АО «НПФ «Будущее» не 04.03.2018 (как указано в исковом заявлении), а 27.03.2018, при этом их размер составлял 119 256,72 руб., а не 114 625,70 руб.

Исходя из установленных обстоятельств и принимая во внимание приведенные выше требования закона, суд, признавая договор недействительным, полагает также подлежащими удовлетворению требования истца о возложении обязанности на ответчика передать средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений ФИО1 в Пенсионный Фонд Российской Федерации, проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений ФИО1, определяемые в соответствии со статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации на сумму 119 256,72 руб. за период с 27.03.2018 до момента фактической передачи средств пенсионных накоплений в Пенсионный фонд Российской Федерации, а также средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений застрахованного лица ФИО1

В соответствии со ст. 15 ФЗ "О негосударственных пенсионных фондах" от 07.05.1998 N 75-ФЗ, Фонд в установленных законодательством Российской Федерации случаях и порядке вправе получать, обрабатывать и хранить информацию, доступ к которой ограничен в соответствии с федеральными законами, в том числе осуществлять обработку персональных данных вкладчиков - физических лиц, страхователей - физических лиц, участников, застрахованных лиц, выгодоприобретателей и правопреемников участников и застрахованных лиц.

Фонд не обязан получать согласие вкладчиков - физических лиц, страхователей - физических лиц, участников, застрахованных лиц, выгодоприобретателей на обработку в объеме, необходимом для исполнения договора, персональных данных, касающихся состояния здоровья указанных лиц и предоставленных ими или с их согласия третьими лицами.

В соответствии со ст. 1 ФЗ "О персональных данных", данным законом регулируются отношения, связанные с обработкой персональных данных, осуществляемой федеральными органами государственной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, иными государственными органами, органами местного самоуправления, не входящими в систему органов местного самоуправления муниципальными органами, юридическими лицами, физическими лицами с использованием средств автоматизации или без использования таких средств, если обработка персональных данных без использования таких средств соответствует характеру действий (операций), совершаемых с персональными данными с использованием средств автоматизации.

В соответствии со ст. 3 ФЗ "О персональных данных", персональные данные - любая информация, относящаяся к определенному или определяемому на основании такой информации физическому лицу (субъекту персональных данных), в том числе его фамилия, имя, отчество, год, месяц, дата и место рождения, адрес, семейное, социальное, имущественное положение, образование, профессия, доходы, другая информация.

Часть 1 ст. 5 устанавливает, что обработка персональных данных должна осуществляться на законной и справедливой основе.

Согласно ч. 1 ст. 14 ФЗ N 152-ФЗ "О персональных данных", субъект персональных данных вправе требовать от оператора уточнения его персональных данных, их блокирования или уничтожения в случае, если персональные данные являются неполными, устаревшими, неточными, незаконно полученными или не являются необходимыми для заявленной цели обработки, а также принимать предусмотренные законом меры по защите своих прав.

В силу ч. 3 ст. 21 в случае выявления неправомерной обработки персональных данных, осуществляемой оператором или лицом, действующим по поручению оператора, оператор в срок, не превышающий трех рабочих дней с даты этого выявления, обязан прекратить неправомерную обработку персональных данных или обеспечить прекращение неправомерной обработки персональных данных лицом, действующим по поручению оператора.

Судом установлено, что истец с АО НПФ «Будущее» договор не заключал, заявление о переходе в указанный НПФ не писал, соответственно не является застрахованным лицом АО «НПФ «Будущее».

Таким образом, действия ответчика АО НПФ «Будущее» по обработке персональных данных ФИО1 являются незаконными, поскольку последние осуществлены ответчиком АО НПФ «Будущее» с нарушениями приведенных правовых норм: персональные данные получены АО НПФ «Будущее» не от субъекта персональных данных – ФИО1, до начала обработки таких персональных данных АО НПФ «Будущее» не предоставил субъекту персональных данных ФИО1 информацию, указанную в ч. 3 ст. 18 Федерального закона от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных».

Согласно ч. 2 ст. 24 Закона "О персональных данных" моральный вред, причиненный субъекту персональных данных вследствие нарушения его прав, нарушения правил обработки персональных данных, установленных настоящим Федеральным законом, а также требований к защите персональных данных, установленных в соответствии с настоящим Федеральным законом, подлежит возмещению в соответствии с законодательством Российской Федерации. Возмещение морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных субъектом персональных данных убытков.

Поскольку действиями АО НПФ «Будущее» нарушены права истца на защиту его персональных данных, имеются основания для взыскания с ответчика компенсации морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика, суд учитывает конкретные обстоятельства дела, объем и характер причиненных истцу страданий, степень вины ответчика, объем нарушений со стороны АО «НПФ «Будущее» и считает соответствующим характеру перенесенных истцом переживаний, связанных с незаконной обработкой его персональных данных, требованиям разумности и справедливости определить размер взыскания компенсации морального вреда в размере 5 000 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Признать договор об обязательном пенсионном страховании № 049-029-536 67 от 29.12.2017, заключенный от имени ФИО1 с акционерным обществом «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее», недействительным.

Применить последствия недействительности договора об обязательном пенсионном страховании № 049-029-536 67 от 29.12.2017, заключенного от имени ФИО1, с акционерным обществом «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее», восстановить положение, существовавшее до нарушения права, обязав:

акционерное общество «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» в течение 30 дней с момента вступления решения в законную силу передать предыдущему страховщику по обязательному пенсионному страхованию в лице Пенсионного Фонда Российской Федерации средства пенсионных накоплений, учтенные на накопительной части пенсии ФИО1, в размере 119 256,72 руб.; проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений, определяемые в соответствии со ст. 395 ГК РФ на сумму 119 256,72 руб. за период с 27.03.2018 до момента фактической передачи средств пенсионных накоплений в Пенсионный фонд Российской Федерации; средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений застрахованного лица ФИО1.

Признать незаконными действия акционерного общества «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» по обработке персональных данных ФИО1.

Возложить на акционерное общество «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» обязанность по уничтожению персональных данных ФИО1.

Взыскать с акционерного общества «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 5 000 (пять тысяч) рублей.

Решение может быть обжаловано сторонами в Иркутский областной суд через Братский городской суд Иркутской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Л.М.Шаламова