Апелляционное постановление № 22К-314/2026 от 24 марта 2026 г.

Дело № 22к-314/2026 судья Большакова Ю.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

25 марта 2026 г. г. Орёл

Орловский областной суд в составе

председательствующего Зуенко О.С.,

при ведении протокола секретарем Трусовой К.Ю.

рассмотрел в судебном заседании материал по апелляционной жалобе ФИО2 в интересах подозреваемого ФИО1 на постановление Заводского районного суда г. Орла от 5 марта 2026 г., по которому

ФИО1, <...>

обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 290 УК РФ, избрана мера пресечения в виде домашнего ареста сроком на 2 месяца, то есть до 3 мая 2026 года.

Местом содержания под домашним арестом определено место проживания по адресу: <адрес>.

В соответствии с ч. 7 ст. 107, п.3-5 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ при содержании под домашним арестом ФИО1 установлены следующие запреты:

- общаться со свидетелями и иными лицами, являющимися участниками уголовного судопроизводства по настоящему уголовному делу, кроме следователя и защитника;

- отправлять и получать почтово-телеграфные отправления, за исключением получения корреспонденции из органов следствия, прокуратуры, суда;

- использовать средства связи и информационно-коммуникационные сети «Интернет», за исключением использования телефонной связи для вызова скорой медицинской помощи, сотрудников правоохранительных органов, аварийно-спасательных служб в случае возникновения чрезвычайной ситуации, а также для общения с контролирующим органом, со следователем, с необходимостью информирования контролирующего органа о каждом таком звонке.

ФИО1 из-под стражи освобожден.

Изложив содержание постановления, существо апелляционной жалобы, заслушав выступления ФИО1 и его защитника ФИО2, поддержавших доводы апелляционной жалобы, позицию прокурора Кузнецова Д.П., полагавшего постановление оставить без изменения, суд

установил:

3 марта 2026 г. следователем первого отдела по расследованию особо важных дел (о преступлениях против личности и общественной безопасности) СУ СК РФ по Орловской области ФИО5 в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 290 УК РФ, по факту получения ФИО1, занимающим должность <...>, в период с 3 сентября 2019 г. по 17 февраля 2020 г. как должностным лицом лично взятки в виде денег в размере 55 000 рублей от ФИО4 за незаконные действия.

4 марта 2026 г. по подозрению в совершении преступления в порядке ст. 91, 92 УПК РФ ФИО1 был задержан.

С 3 марта 2026 г. расследование по уголовному делу осуществляется следственной группой под руководством следователя первого отдела по расследованию особо важных дел (о преступлениях против личности и общественной безопасности) СУ СК РФ по Орловской области ФИО5

Руководитель следственной группы ФИО5 обратился в суд с ходатайством об избрании ФИО1 меры пресечения в виде заключения под сражу на срок 2 месяца, до 3 мая 2026 г., мотивируя тем, что ФИО1 подозревается в совершении умышленного тяжкого преступления против государственной власти, расследование дела находится на первоначальном этапе, до настоящего времени не установлены очевидцы преступления, не допрошены сослуживцы подозреваемого, в связи с чем имеются основания полагать, что осознавая тяжесть содеянного и неизбежность наказания ФИО1 может скрыться от следствия и суда, угрожать либо иным образом оказывать давление на свидетелей по делу, склонить их к даче заведомо ложных показаний, уничтожить доказательства, сбор которых находится на первоначальном этапе или иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу и установлению истины по нему.

Судом принято указанное выше решение.

В апелляционной жалобе адвокат Фролов Г.М. просит постановление отменить, избрать ФИО1 меру пресечения в виде запрета определенных действий или подписки о невыезде и надлежащем поведении. Свои требования мотивирует тем, что следствием не представлено и судом не установлено оснований, предусмотренных ч. 1 ст. 97 УПК РФ, при этом сделан вывод об отсутствии доказательств о возможности ФИО1 скрыться, выводы суда об избрании домашнего ареста и невозможности избрания более мягкой меры пресечения не мотивированы. Анализируя представленные следователем материалы дела, считает, что в постановлении о возбуждении уголовного дела отсутствуют все элементы, позволяющие судить о составе преступления, причастность ФИО1 к инкриминируемому деянию не подтверждена, показания свидетеля ФИО7, протокол обыска (выемки) не отвечают требованиям относимости доказательств, протокол допроса ФИО1 не содержит информации о его причастности к преступлению, размер денежных средств в качестве взятки указан неверно в связи с чем вывод следствия о значительном размере не обоснован. Обращает внимание, что ФИО1 инкриминируется совершение преступления по событиям давностью 6 лет, при этом ФИО1 от следствия не уклонялся, дает подробные последовательные показания, на протяжении длительного времени работает в <...> имеет устойчивые социальные связи, большое количество наград, положительную характеристику, ранее не судим, имеет <...>, <...> нуждается в постоянном уходе, родители нуждаются в материальной и физической помощи со стороны ФИО1, избрание домашнего ареста лишает ФИО1 трудовой деятельности, возможности получения заработка на собственное содержание и оказания материальной помощи родителям.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции сторона защиты, поддерживая доводы апелляционной жалобы об избрании ФИО1 более мягкой меры пресечения представила, положительные характеристики ФИО1 по месту работы, а также ходатайство <...> об избрании ФИО1 более мягкой меры пресечения.

Выслушав участников процесса, проверив представленные материалы, исследовав документы, представленные в суд апелляционной инстанции, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд второй инстанции приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 97 УПК РФ мера пресечения может быть избрана при наличии достаточных оснований полагать, что обвиняемый, подозреваемый скроется от предварительного следствия или суда, может продолжать заниматься преступной деятельностью, может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по делу.

В соответствии со ст. 107 УПК РФ домашний арест в качестве меры пресечения избирается по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения и заключается в нахождении подозреваемого или обвиняемого в изоляции от общества в жилом помещении, в котором он проживает в качестве собственника, нанимателя либо на иных законных основаниях, с возложением ограничений и (или) запретов и осуществлением за ним контроля. Суд с учетом данных о личности подозреваемого или обвиняемого, фактических обстоятельств и представленных сторонами сведений при избрании домашнего ареста в качестве меры пресечения может установить запреты, предусмотренные п.3-5 ч.6 ст. 105.1 УПК РФ.

Решение об избрании ФИО1 меры пресечения в виде домашнего ареста принято судом в пределах своих полномочий.

Ходатайство об избрании меры пресечения возбуждено надлежащим процессуальным лицом, согласовано в установленном законом порядке, рассмотрено судом в соответствии с процедурой, предусмотренной ст. 108 УПК РФ, в условиях состязательности сторон.

Задержание ФИО1 в порядке ст. 91, 92 УПК РФ, как усматривается из представленных в суд первой инстанции материалов осуществлено надлежащим должностным лицом при наличии оснований для задержания, предусмотренных ст. 91 УПК РФ, протокол задержания отвечает требованиям УПК РФ.

Решая вопрос о мере пресечения, суд первой инстанции исследовал юридически значимые обстоятельства, предусмотренные ст. 97, 99 УПК РФ.

С учетом того, что следователем не было представлено достаточных и объективных данных, свидетельствующих о том, что осуществление расследования по уголовному делу возможно только в условиях применения к ФИО1 наиболее строгой меры пресечения, суд пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для избрания подозреваемому заключения под стражу.

Вместе с тем представленные материалы, фактические обстоятельства инкриминируемого ФИО1 деяния, относящегося к категории тяжкого преступления против государственной власти, за которое предусмотрено наказание до 6 лет лишения свободы, его должностное положение в <...> и в этой связи наличие служебных связей, наличие доступа к информации, являющейся объектом расследования в совокупности с начальной стадией сбора доказательств по делу, давали суду достаточные основания согласиться с доводами органа следствия о том, что ФИО1 может оказать воздействие на свидетелей, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

С учетом указанных обстоятельств и данных о личности обвиняемого, суд обоснованно пришел к выводу о наличии оснований для избрания ФИО1 меры пресечения в виде домашнего ареста и невозможности избрания в отношении него иной, более мягкой меры пресечения.

Принимая указанное решение, суд первой инстанции проверил и исследовал материалы уголовного дела, представленные в обоснование ходатайства, проверил обоснованность подозрения в причастности ФИО1 к вменяемому преступлению, которая, вопреки доводам стороны защиты, усматривается из совокупности представленных в суд материалов, а именно: результатов оперативно-розыскной деятельности - <...> № от 22 января 2026 г. документов в отношении ФИО4 о перечислении им денежных средств на счета ФИО1; документы, регламентирующие должностное положение ФИО1; протокол допроса ФИО1 в качестве подозреваемого о знакомстве с ФИО4 и оказываемых ему услугах; протокол допроса свидетеля ФИО7 о выполняемых им действиях по просьбе ФИО4 и иных материалов дела, представленных следователем.

Согласно представленным в суд апелляционной инстанции материалам, 11 марта 2026 г. ФИО1 предъявлено обвинение по ч. 2 ст. 290 УК РФ.

Доводы на отсутствие в постановлении о возбуждении уголовного дела и в постановлении о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого указания на все признаки объективной и субъективной стороны инкриминируемого преступления не ставят под сомнение выводы суда о наличии оснований подозревать ФИО1 в причастности к инкриминируемому деянию. Уголовно-процессуальный закон не содержит требований об обязательности выяснения уже на стадии возбуждения уголовного дела всех обстоятельств произошедшего события, содержащего признаки преступления. Возбуждение уголовного дела является процессуально-правовым основанием расследования, позволяющим совершать все последующие следственные действия, в частности, направленные на установление конкретных обстоятельств преступления, наличия состава преступления, юридической квалификации и т.д.

Также суд апелляционной инстанции обращает внимание на то, что вопросы о виновности или невиновности обвиняемого, квалификации его действий, а также оценки представленных доказательств с точки зрения их относимости и допустимости, не могут быть предметом судебного разбирательства при рассмотрении ходатайства об избрании меры пресечения в порядке ст. 108 УПК РФ, поскольку на досудебной стадии суд не вправе предопределять выводы суда, связанные с оценкой доказательств при рассмотрении уголовного дела по существу. По указанным основаниям доводы стороны защиты об оспаривании квалификации действий ФИО1, неправильном установлении органом следствия размера взятки, а также несоответствия показаний свидетеля ФИО7, протоколов <...> требованиям относимости доказательств, не подлежат оценке судом на данной стадии уголовного судопроизводства.

Вопреки доводам апелляционной жалобы выводы суда о необходимости избрания ФИО1 меры пресечения в виде домашнего ареста основаны на материалах, подтверждающих законность и обоснованность принятого решения. Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции не имеется.

Давность инкриминируемых ФИО1 действий не исключает наличие предусмотренных ст. 97 УПК РФ оснований для избрания меры пресечения. Учитывая, что уголовное дело было возбуждено только 3 марта 2026 г. и с этого периода осуществляется уголовное преследование ФИО1

Избранная в отношении ФИО1 мера пресечения в виде домашнего ареста с учетом обстоятельств дела, личности обвиняемого, в наибольшей степени на данной стадии производства по делу гарантирует обеспечение задач уголовного судопроизводства, охрану прав и законных интересов всех участников процесса. Примененные к ФИО1 ограничения и запреты соответствуют положениям ст. 107 УПК РФ, направлены на обеспечение интересов правосудия и не противоречат по своему виду и характеру общепризнанным принципам и нормам права.

Доказательств того, что обвиняемому ФИО1 причиняются лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен в условиях меры пресечения в виде домашнего ареста, у суда апелляционной инстанции не имеется, его конституционные права, вопреки доводам стороны защиты, не нарушены.

По смыслу закона домашний арест заключается в нахождении подозреваемого или обвиняемого в полной изоляции от общества в жилом помещении с возложением ограничений, связанных со свободой передвижения, а также в запретах общаться с определенными лицами, получать и отправлять корреспонденцию, вести переговоры с использованием средств связи. Эта мера пресечения сопряжена с принудительным пребыванием обвиняемого в ограниченном пространстве, прекращением выполнения трудовых обязанностей, невозможностью свободного передвижения и общения с определенным кругом лиц. Вместе с тем общение обвиняемого, находящегося под домашним арестом, с защитником урегулировано ч. 13 ст. 107 УПК РФ, предусматривающей возможность проведения указанных встреч без ограничения во времени в месте исполнения домашнего ареста.

Данные о личности ФИО1, на которые имеется ссылка в апелляционной жалобе, были известны суду, учитывались им наряду с доводами, изложенными в ходатайстве следователя. Эти данные, как и представленные в суд апелляционной инстанции характеристики ФИО1 по месту работы, ходатайство <...> не могут быть отнесены к веским обстоятельствам, влекущим отмену или изменение меры пресечения на более мягкую. Указанные стороной защиты обстоятельства не снижают рисков, для пресечения которых ФИО1 избран домашний арест.

Оснований для изменения меры пресечения обвиняемому на иную меру пресечения, с учетом обстоятельств обвинения, стадии производства по делу, суд апелляционной инстанции также не усматривает.

Обстоятельств, препятствующих содержанию ФИО1 в условиях домашнего ареста, связанных с состоянием его здоровья, в материале не содержится.

Таким образом, оснований для отмены либо изменения судебного постановления по доводам, изложенным в апелляционной жалобе, не имеется.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену постановления, судом не допущено.

Вместе с тем, имеются основания для изменения обжалуемого судебного постановления.

Исходя из положений ч. 2, 2.1 ст. 107 УПК РФ течение срока домашнего ареста начинается в день вынесения судебного решения об избрании этой меры пресечения. В срок домашнего ареста засчитывается время содержания лица под стражей.

Как следует из материала, в порядке ст. 91, 92 УПК РФ ФИО1 был задержан 4 марта 2026 г. и 5 марта 2026 г. принято решение избрании ему меры пресечения в виде домашнего ареста.

Следовательно, течение срока домашнего ареста ФИО1 подлежит исчислению с 5 марта 2026 г., в связи с чем период действия этой меры пресечения до 3 мая 2026 г. составит 1 месяц 28 суток, а с учетом зачета дня задержания ФИО1 – 1 месяц 29 суток.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.26, 389.28 УПК РФ, суд

постановил:

постановление Заводского районного суда г. Орла от 5 марта 2026 года в отношении ФИО1 изменить.

Уточнить резолютивную часть постановления указанием об избрании ФИО1 меры пресечения в виде домашнего ареста на срок 1 месяц 28 суток, а всего на 1 месяц 29 суток, до 3 мая 2026 г.

В остальном постановление оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в Первый кассационный суд общей юрисдикции и подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьями 401.10 - 401.12 УПК РФ.

Председательствующий